АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

04 сентября 2024 года

Дело №

А56-71357/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 21 августа 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 04 сентября 2024 года.

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Троховой М.В., судей Кравченко Т.В., Мирошниченко В.В.,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Невская трубопроводная компания» ФИО1 (по доверенности от 02.10.2023); представителя ФИО2  ФИО3 (по доверенности от 07.02.2023),

рассмотрев 21.08.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 15.12.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2024 по делу № А56-71357/2015/тр.4,

у с т а н о в и л:

решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.02.2016 ФИО4 (Санкт-Петербург) признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5; сведения об этом опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 02.04.2016 № 56.

Определением от 28.11.2019 ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего, финансовым управляющим утвержден ФИО6.

ФИО2 (Ленинградская область, город Гатчина) обратился 09.06.2023 в суд с заявлением, уточнив его в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) о признании обоснованным и включении в реестр требований кредиторов требования в размере 4 273 958 руб. 25 коп., в том числе 3 826 095 руб. 58 коп. основного долга и 447 862 руб. 67 коп. процентов, начисленных на сумму основного долга, как обеспеченного залогом квартиры, расположенной по адресу: Дегтярный 

<

...>, кадастровый номер 78:31:0001119:1169 (далее – Квартира).

Определением от 15.12.2023 заявителю восстановлен срок на обращение о включении требования в реестр требований кредиторов; заявленное требование признано обоснованным и включено в реестр требований кредиторов, в третью очередь удовлетворения, как обеспеченное залогом Квартиры.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2024 определение от 15.12.2023 отменено, по делу принят новый судебный акт: в удовлетворении ходатайства ФИО2 о восстановлении пропущенного срока на подачу заявления о включении в реестр требований кредиторов должника отказано и в удовлетворении заявления также отказано. 

В кассационной жалобе ФИО2 просит отменить определение от 15.12.2023 и постановление от 19.03.2024, а дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

Податель жалобы не согласен с выводом апелляционного суда о том, что правопредшественник кредитора считается уведомленным о возможности предъявления требования в суд с момента публикации сведений о введении в отношении должника процедуры реализации имущества, поскольку требование основано на вступившем в законную силу судебном акте, который был предъявлен для принудительного исполнения в службу судебных приставов-исполнителей, а уведомления от финансового управляющего ни предыдущий кредитор, ни ФИО2 не получали. 

Как полагает податель жалобы, судом не учтено и то обстоятельство, что для обращения в суд с требованием ему требовалось первоначально получить судебный акт суда общей юрисдикции о замене взыскателя по решению Смольнинского районного суда города Санкт-Петербурга от 17.12.2014 по делу № 2-4687/2014, которое было положено в основание обращения в суд. 

ФИО2 не согласен и с выводом апелляционного суда о пропуске срока для предъявления требования к принудительному исполнению, с учетом того, что  ФИО4 является залогодателем, а не поручителем, и залог продолжает действовать до полного исполнения обязательства должником. 

Кроме того, ФИО2 отмечает, что судами не определена стоимость залогового имущества, между тем, это обстоятельство имеет существенное значение в рассматриваемом деле. 

В отзывах на кассационную жалобу общество с ограниченной ответственностью «Невская трубопроводная компания» (далее – ООО «НТК»), финансовый управляющий возражают против ее удовлетворения, полагая, что апелляционный суд обоснованно не усмотрел оснований для восстановления срока для обращения с требованием о включении требований в реестр требований кредиторов, исходя из момента, когда кредитору стало известно о факте банкротства ФИО4 Также  ООО «НТК» и финансовый управляющий отмечают, что на факт окончания исполнительного производства по исполнению решения Смольнинского районного суда города Санкт-Петербурга, которое положено в основание заявленного требования, было указано финансовым управляющим ФИО5 при обращении 12.09.2016 в Смольнинский районный суд города Санкт-Петербурга с иском к кредитору и ФИО7 об освобождении Квартиры от ареста, наложенного в рамках исполнительного производства.

Конкурсный кредитор и финансовый управляющий настаивают на пропуске заявителем срока для обращения требования к принудительному исполнению, полагая, что указанный срок должен исчисляться с момента вступления судебного акта в законную силу. 

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы кассационной жалобы. Представитель ООО «НТК» против удовлетворения кассационной жалобы возражал по мотивам, изложенным в отзыве. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке. 

Как следует из материалов дела, между закрытым акционерным обществом «Банк ВТБ24» (далее – Банк) и ФИО7 был заключен кредитный договор от 02.04.2013 № 623/5126-0001120 (далее – Кредитный договор); кредит предоставлен для приобретения Квартиры в размере           6 012 500 руб. с условием платы за пользование кредитом – 13,35% годовых, сроком на 122 месяца. 

В обеспечение обязательств по Кредитному договору между Банком и ФИО4 02.04.2013 был заключен договор поручительства. 

На Квартиру зарегистрирована ипотека в силу закона. 

В подтверждение обременения Банку выдана закладная от 09.04.2013 (далее – Закладная).

Со ссылкой на неисполнение обязательств по Кредитному договору Банк предъявил иск о взыскании задолженности к ФИО7 и ФИО4 в размере 5 201 408 руб. 11 коп., из которых 4 890 850 руб. 14 коп. просроченный основной долг; 281 636 руб. 24 коп. просроченные проценты; 19 247 руб. 30 коп. пени за просроченный платеж по исполнению обязательств по уплате процентов; 9674 руб. 43 коп. – пени за нарушение срока возврата кредита. 

Также Банк просил обратить взыскание на Квартиру путем продажи ее с публичных торгов, с начальной стоимостью продажи 7 000 000 руб. 

Решением Смольнинского районного суда города Санкт-Петербурга от 17.12.2014 по делу № 2-4687/2014 иск удовлетворен, с ФИО7 и ФИО8 солидарно взыскана задолженность по Кредитному договору, обращено взыскание на Квартиру, начальная стоимость реализации которой установлена судом в размере  7 114 320 руб. 

Решение вступило в законную силу 15.02.2017.

Определением Смольнинского районного суда города Санкт-Петербурга от 30.08.2018 произведена замена взыскателя по иску Банка по Кредитному договору на публичное акционерное общество «Банк ВТБ».  

Как следует из записи на Закладной, по договору купли-продажи закладной от 28.11.2018 № 2018/778000/86 переданы Банком ФИО2 Цена Закладной по договору купли-продажи составила 4 989 615 руб. 15 коп., регистрация нового владельца закладной произведена 26.08.2019, что подтверждается Уведомлением Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу от 26.08.2019 № 78/088/014/2019-002.

Определением Смольнинского районного суда города Санкт-Петербурга от 31.05.2023 произведена замена взыскателя с ПАО «Банк ВТБ» на ФИО2 на основании договора купли-продажи Закладной.

Из представленного с заявлением ответа Отдела судебных приставов по Центральному району Санкт-Петербурга следует, что на основании решения Смольнинского районного суда города Санкт-Петербурга был выдан исполнительный лист серии ФС № 006205864 в отношении ФИО4, на основании которого 18.06.2015 возбуждено исполнительное производство                          № 18339/15/78021-ИП, оконченное 09.08.2016 в соответствии с подпунктом 7 пункта 1 статьи 47 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон о исполнительном производстве), то есть в связи с признанием должника банкротом и направления исполнительного документа арбитражному управляющему.

Также был выдан исполнительный лист ФС № 006205863 в отношении ФИО7, на основании которого 18.06.2015 возбуждено исполнительное производство № 18339/15/78021-ИП, оконченное 30.11.2018 на основании подпункта 1 пункта 1 статьи 46 Закона о исполнительном производстве, то есть по заявлению взыскателя. 

По сообщению службы судебных приставов-исполнителей, указанные исполнительные производства уничтожены по сроку хранения представить копии их материалов не представляется возможным.

ФИО2 и ФИО7 подписали соглашение от 28.12.2018 об определении порядка погашения задолженности, в котором согласовали график погашения долга в период с 10.01.2019 по 10.01.2019.

Возражая относительно требования ФИО2, ООО «НТК» заявила об утрате кредитором права на принудительное исполнение судебного акта по истечению срока для его исполнения, а также о пропуске срока для обращения о включении требования в реестр требований кредиторов.

ФИО2 заявил ходатайство о восстановлении ему срока на включение требований в реестр требований кредиторов со ссылкой на то, что не был проинформирован финансовым управляющим о возможности предъявления требований в деле о банкротстве ФИО4 

Удовлетворяя заявление, суд первой инстанции установил, что    ФИО7 на основании соглашения о погашении долга перечислено кредитору 3 397 000 руб.. из которых в погашение долга зачтено 1 163 519 руб. 42 коп.; долг в размере 4 273 958 руб. 25 коп. не погашен. 

Суд посчитал, что срок для предъявления требования к принудительному исполнению не пропущен с учетом остатка срока на дату прекращения исполнительного производства 30.11.2018 и последующего добровольного погашения ФИО7 задолженности, которая осуществляла платежи до 09.11.2022.

Ходатайство ФИО2 о восстановлении срока для предъявления требования ко включению в реестр удовлетворено судом со ссылкой на статус ФИО2 как физического лица и непрофессионального участника дела о банкротстве, исходя из отсутствия доказательств его уведомления финансовым управляющим о процедуре банкротства.

Отменяя определение и принимая новый судебный акт об отказе в восстановлении срока на обращение с требованием в реестр требований кредиторов и в удовлетворении заявления, апелляционный суд посчитал, что Банк должен был быть извещен о введении в отношении ФИО4 процедуры по делу о банкротстве 18.03.2016, в момент совершения соответствующей публикации; осведомленность Банка о банкротстве должника следует из материалов гражданского дела № 2-5442/2016, возбужденного по иску финансового управляющего, в рамках которого Банк к судебному заседанию 12.12.2016 представил возражения с указанием на факт окончания исполнительного производства в связи с признанием должника несостоятельным (банкротом) и на принятие соответствующего решения суда в деле о банкротстве. Также Банк ссылался на факт возбуждения в отношении должника дела о банкротстве и в заявлении о снятии ареста с Квартиры, поданном 29.08.2017 в Дзержинский районный суд города Санкт-Петербурга.

Из переписки между ФИО7 и ФИО2 относительно погашения задолженности, апелляционный суд установил, что 02.01.2023 о признании должника банкротом ФИО7 непосредственно уведомила ФИО2 

Указав, что требование в деле о банкротстве не было заявлено в пределах трехгодичного срока с момента прекращения исполнительного производства в отношении ФИО4, апелляционный суд посчитал, что трехгодичный срок на обращение о принудительном взыскании по судебному акту также пропущен. Согласно выводу апелляционного суда, дата прекращения исполнительного производства в отношении ФИО7 не имеет в данном случае правового значения.

Проверив законность принятых судебных актов, суд кассационной инстанции приходит к следующему. 

В силу положений пункта 2 статьи 48 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» передача прав на закладную другому лицу означает передачу тем самым этому лицу всех удостоверяемых ею прав в совокупности.

Владельцу закладной принадлежат все удостоверенные ею права, в том числе права залогодержателя и права кредитора по обеспеченному ипотекой обязательству, независимо от прав первоначального залогодержателя и предшествующих владельцев закладной.

Таким образом, приобретение ФИО2 у Банка закладной послужило основанием для перехода к нему прав требования к                            ФИО7 и ФИО4 в полном объеме, как в части солидарной обязанности должников погасить задолженность по Кредитному договору, установленной вступившим в законную силу решением суда общей юрисдикции, так и в части права на обращение взыскания на предмет залога.

При этом, в силу положений статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), условия реализации этих прав, в том числе и в отношении сроков для обращения о защите права, с переходом права не изменились. К требованию ФИО2 подлежали применению те же нормы, что и в случае предъявления этого требования Банком. 

Как отражено в пункте 4 статьи 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона. Пропущенный кредитором по уважительной причине срок закрытия реестра может быть восстановлен арбитражным судом.

В силу разъяснений пунктов 24, 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», по смыслу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в процедуре реализации имущества должника конкурсные кредиторы и уполномоченный орган вправе по общему правилу предъявить свои требования к должнику в течение двух месяцев со дня опубликования сведений о признании должника банкротом и введении процедуры реализации его имущества (абзац третий пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве).

При исчислении предусмотренного пунктом 2 статьи 213.8 и пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве срока для заявления требований в деле о банкротстве гражданина следует учитывать, что по смыслу статьи 213.7 Закона информация о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов, а также о признании гражданина банкротом и введении реализации его имущества доводится до всеобщего сведения путем ее включения в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве и публикации в официальном печатном издании в порядке, предусмотренном статьей 28 Закона о банкротстве. При определении начала течения срока на предъявление требования в деле о банкротстве гражданина следует руководствоваться датой более позднего публичного извещения.

То есть исчисление срока для обращения с требованием в реестр требований кредиторов от момента уведомления кредитора финансовым управляющим о введении в отношении должника процедуры банкротства законом не предусмотрено. 

Исходя из изложенного, срок для заявления требования кредитора в реестр требований кредиторов в данном случае истек 02.06.2016. При этом, как правильно указал апелляционный суд, Банк, действуя разумно и добросовестно, должен был узнать о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом) не позднее 09.08.2016, когда было окончено исполнительное производство в отношении должника в связи с признанием его несостоятельным (банкротом). Более того, как установлено апелляционным судом и не опровергнуто подателем жалобы, Банк фактически располагал указанными сведениями. 

Из изложенного выше следует, что срок для обращения с требованием в реестр требований кредиторов должен исчисляться для ФИО2 также, как и для Банка. Указанный срок кредитором пропущен, более того, обращение в суд последовало со значительным превышением разумного срока, в течение которого кредитор мог обратиться в реестр требований кредиторов с момента, когда ему фактически стало известно о наличии у него такого права.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции считает возможным согласиться с выводом апелляционного суда об отсутствии уважительных причин пропуска срока для обращения с требованием в реестр требований кредиторов и отсутствии оснований для его восстановления. Апелляционный суд правильно принял во внимание дату прекращения исполнительного производства именно в отношении должника, к которому заявлено требование, а не ФИО7 как солидарного должника в обязательстве, поскольку каждый из солидарных должником в силу положений статьи 323 ГК РФ может отвечать по обязательству самостоятельно. 

В силу пункта 1 статьи 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность указанных требований документов. Указанные требования включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Предусмотренный законом срок для предъявления исполнительного листа к исполнению установлен для реализации права взыскателя на принудительное исполнение исполнительного листа посредством органов принудительного исполнения судебных актов. С истечением данного срока, если он не был прерван или восстановлен судом, у взыскателя прекращается право требовать принудительного исполнения судебного акта, на основании которого выдан исполнительный лист, в том числе и посредством предъявления требования в деле о банкротстве, так как предъявление требования в деле о банкротстве представляет собой частный случай обращения задолженности к принудительному взысканию. 

В силу пункта 1 статьи 21 Закона об исполнительном производстве, общий срок предъявления исполнительных листов, выдаваемые на основании судебных актов, к исполнению составляет три года со дня вступления судебного акта в законную силу. 

При этом, как отражено в подпункте 1 пункта 1 статьи 22 Закона об исполнительном производстве, срок предъявления исполнительного документа к исполнению прерывается предъявлением исполнительного документа к исполнению.

В силу пункта 2 приведенного положения, после перерыва течение срока предъявления исполнительного документа к исполнению возобновляется. Время, истекшее до прерывания срока, в новый срок не засчитывается.

Таким образом, в данном случае трехгодичный срок для предъявления к исполнению  исполнительного листа, выданного в отношении ФИО4 на основании решения Смольнинского районного суда города Санкт-Петербурга начал течь с момента окончания исполнительного производства 09.08.2016 и истек 09.08.2019. Действия ФИО7, не являющейся стороной исполнительного производства в данном случае, правового значения для исчисления срока для предъявления требования к ФИО4 для принудительного исполнения значения не имеют. 

На момент обращения кредитора в суд срок для принудительного исполнения решения Смольнинского районного суда города Санкт-Петербурга о взыскании с ФИО4 задолженности, в том числе и посредством обращения взыскания на предмет залога, истек.

С учетом изложенного, апелляционный суд пришел к правильному выводу об отсутствии у ФИО2 права на предъявление требования в деле о банкротстве. 

Оснований для отмены постановления апелляционного суда и удовлетворения кассационной жалобы не имеется. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2024 по делу № А56-71357/2015/тр.4 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

 

Председательствующий

М.В. Трохова

Судьи

 

Т.В. Кравченко

В.В. Мирошниченко