﻿﻿1076/2019-651285(3) 

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65 

http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-113983/2017

18 ноября 2019 года

г. Санкт-Петербург

/сд2  Резолютивная часть постановления объявлена 12 ноября 2019 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 18 ноября 2019 года  Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

в составе: председательствующего Тойвонена И.Ю. судей Герасимовой Е.А., Копыловой Л.С. 

при ведении протокола судебного заседания: Шамилиной А.Н.  при участии:  

от Ермаченкова Р.В.: Васильев М.В. по доверенности от 08.11.2019  от Кильдау Т.В.: Воробьева З.В. по доверенности от 11.01.2018  

от Малышева А.В.: Воробьева З.В. по доверенности от 09.01.2018 от иных лиц: не явились, извещены 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  (регистрационный номер 13АП-29681/2019) Ермаченкова Р.В.  

на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 23.08.2019 по делу № А56-113983/2017 (судья Новоселова В.Л.),  принятое по заявлению финансового управляющего Малышева Андрея  Васильевича Ткаченко Максима Александровича к Кильдау Тамаре Викторовне о  признании сделки недействительной и применении последствий ее  недействительности по делу о несостоятельности (банкротстве) Малышева Андрея  Васильевича,  

установил:

Финансовый управляющий Малышева Андрея Васильевича Ткаченко Максим  Александрович обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и  Ленинградской области с заявлением к Кильдау Тамаре Викторовне (далее –  ответчик) о признании недействительным брачного договора от 18.10.2015 серия 78  АА № 9374781 (далее – брачный договор), заключенного ею с Малышевым Андреем  Васильевичем (далее – должник), и применении последствий недействительности  сделки в виде восстановления положения сторон, существовавшего до заключения  брачного договора, признании имущества должника и ответчика, нажитого  супругами во время брака после заключения брачного договора, в том числе:  доходов каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской  деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученных ими  пенсии, пособия, а также иных денежных выплат, не имеющих специального  целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в  

возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо  иного повреждения здоровья, и другие); приобретенных движимых и недвижимых  вещей, ценных бумаг, паев, вкладов, долей в капитале, внесенных в кредитные  учреждения или в иные коммерческие организации, и любого другого нажитого  супругами в период брака имущества независимо от того, на имя кого из супругов  оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства,  совместной собственностью должника и ответчика, за исключением имущества,  указанного в статей 36 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ),  в том числе имущества, принадлежавшего каждому из супругов до вступления в  брак, а также имущества, полученного одним из супругов во время брака в дар, в  порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из  супругов); вещей индивидуального пользования (одежда, обувь и другие), которыми  пользовался каждый из супругов, за исключением драгоценностей и других  предметов роскоши).  

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 23.08.2019 отказано в удовлетворении заявления финансового  управляющего Малышева Андрея Васильевича Ткаченко Максима Александровича  о признании недействительным дог брачного договора от 18.10.2015 серия 78 АА №  9374781, заключенного Малышевым Андреем Васильевичем и Кильдау Тамарой  Викторовной, и применении последствий недействительности сделки. Взыскано с  Малышева Андрея Васильевича в доход Федерального бюджета Российской  Федерации 6 000 руб. государственной пошлины по делу.  

В апелляционной жалобе Ермаченков Р.В. просит определение суда первой  инстанции от 23.08.2019 отменить, ссылаясь на то, что судом нарушены нормы  материального и процессуального права, выводы суда не соответствуют  фактическим обстоятельствам по делу. Податель жалобы полагает ошибочным  вывод суда о том, что заключение брачного договора не свидетельствует о цели  причинения вреда имущественным правам кредиторам. Кредитор полагает, что в  результате брачного договора кредиторы лишились возможности претендовать на  получение удовлетворения своих требований за счет совместно нажитого  имущества как до заключения договора, так и после его заключения. Заключение  договора фактически освободило в оспариваемой части имущество должника от  возможных притязаний кредиторов. Отмечает, что на момент совершения сделки  должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества,  поскольку имелись неисполненные обязательства перед кредиторами на сумму  5 140 969,46 руб. Кредитор обращает внимание на то, что договор заключен между  заинтересованными лицами, в связи с чем, Кильдау Т.В. не могла не знать о  неплатежеспособности должника (своего супруга).  

В отзыве на апелляционную жалобу Кильдау Т.В. просит определение суда  первой инстанции от 23.08.2019 оставить без изменения, считая судебный акт  законным и обоснованным. Ответчик ссылается на то, что подателем жалобы не  доказано, что брачным договором нарушены имущественные права кредиторов и  что в собственность было отнесено имущество в существенно большем размере,  чем могло быть распределено в случае расторжения брака и разделу имущества по  общим нормам семейного законодательства. Указывает на то, что на момент  заключения договора не располагала сведениями о том, что у должника имелись  неисполненные обязательства и о признаках неплатежеспособности.  

Доводы должника, изложенные в письменных возражениях на  апелляционную жалобу, аналогичны доводам Кильдау Т.В.  

 Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы  опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного  

суда. Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного  разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в  судебное заседание не направили, в связи с чем, в порядке ст.156 АПК РФ дело  рассмотрено в их отсутствие.  

Представитель Ермаченкова Р.В.доводы, изложенные в апелляционной  жалобе, поддержал.  

Представитель Кильдау Т.В. и Малышева А.В. против удовлетворения  апелляционной жалобы возражал. Просил судебный акт оставить без изменения,  апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном  порядке.  

Из материалов дела следует, что Малышев Андрей Васильевич обратился в  Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением  о признании его несостоятельным (банкротом).  

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 07.05.2018, резолютивная часть которого объявлена 07.05.2018, должник  признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура  реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым  управляющим утвержден Ткаченко Максим Александрович, судебное заседание по  рассмотрению отчета финансового управляющего о результатах процедуры  реализации имущества гражданина назначено на 24.10.2018.  

Срок процедуры реализации имущества гражданина в отношении должника  продлевался, определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и  Ленинградской области от 20.06.2019 срок процедуры реализации имущества  гражданина в отношении должника продлен на четыре месяца до 07.10.2019,  судебное заседание по рассмотрению отчета финансового управляющего о  результатах процедуры реализации имущества гражданина назначено на  09.10.2019.  

 Основанием для обращения финансового управляющего с настоящим  заявлением послужило, по его мнению, заключение должником и ответчиком,  являющимся по отношению к нему заинтересованным лицом, в период  подозрительности, при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами  брачного договора, в результате чего кредиторам должника был причинен вред в  связи с изменением режима совместной собственности супругов, в связи с чем  договор является недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2  Федерального закона Российской Федерации от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).  

Из материалов дела следует, что Малышев А.В. состоит в браке с Кильдау  Т.В., что подтверждается свидетельством о заключении брака от 04.06.2005 серии I- АК № 765027, письмом отдела ЗАГС Невского района от 07.06.2018 № 1119,  отметкой в паспорте должника.  

18.10.2015 должником ответчиком был заключен брачный договор серия 78  АА № 9374781, удостоверенный нотариально (на первой странице брачного  договора указаны: «серия 78 АА № 9374781»; на второй странице - «серия 78 АА №  9374782»).  

Согласно пункту 1 брачного договора имущество, принадлежащее каждому из  супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во  время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам  (имущество каждого из супругов), является его собственностью.  

На основании пункта 2 брачного договора вещи индивидуального  пользования (одежда, обувь и другие), за исключением драгоценностей и других  

предметов роскоши, хотя и приобретенные в период брака за счет общих средств  супругов, признаются собственностью того супруга, который ими пользовался.  

В соответствии с пунктом 3 брачного договора имущество, принадлежащее  каждому из супругов до вступления в брак и переданное в совместное пользование,  в случае прекращения брака возвращается каждому из супругов в целости и  надлежащем состоянии.  

 В силу пункта 4 брачного договора имущество, нажитое во время брака до  заключения брачного договора, является совместной собственностью супругов.  

Пунктом 5 брачного договора установлено, что имущество, приобретенное в  период брака после заключения брачного договора, будет являться собственностью  того супруга, на имя которого будет зарегистрировано это имущество.  

Согласно пункту 6 брачного договора каждый из супругов имеет право  распорядиться зарегистрированным на его имя движимым и недвижимым  имуществом, приобретенным после заключения брачного договора, по своему  усмотрению без согласия другого супруга как в период брака, так и после его  прекращения.  

В соответствии с пунктом 7 брачного договора с момента заключения  брачного договора каждый из супругов имеет право приобретать на свое имя  движимое и недвижимое имущество по своему усмотрению без согласия другого  супруга.  

В силу пункта 8 брачного договора любое имущество, приобретенное после  заключения брачного договора, не может быть признано совместной  собственностью супругов даже в том случае, если будет установлено, что в период  брака за счет имущества каждого из супругов либо труда одного из супругов  произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества  (капитальный ремонт, реконструкция, переоборудование и другие).  

Пунктом 9 брачного договора предусмотрено, что каждый из супругов несет  ответственность в отношении принятых после заключения брачного договора на  себя обязательств перед кредиторами в пределах принадлежащего ему имущества.  При недостаточности этого имущества кредитор не вправе обращать взыскание на  имущество другого супруга.  

На основании пункта 10 брачного договора после заключения брачного  договора все денежные и имущественные вклады, в том числе банковские вклады и  проценты по ним, будут являться личной собственностью того супруга, на кого они  будут зарегистрированы и не будут подлежать разделу в случае прекращения брака.  

Согласно пункту 11 брачного договора после заключения брачного договора  все акции, ценные бумаги, доли в имуществе коммерческих организаций и (или)  доходах коммерческих организаций, в том числе дивиденды по ним, будут являться  личной собственностью того супруга, на кого они будут зарегистрированы и не будут  подлежать разделу в случае прекращения брака.  

В соответствии с пунктом 12 брачного договора после заключения брачного  договора все доходы целевого назначения (суммы материальной помощи; суммы,  выплаченные в возмещение ущерба, в том числе в связи с утратой  трудоспособности вследствие увечья или иного повреждения здоровья) и иные  выплаты будут являться собственностью того супруга, которому они будут  выплачены.  

В пункте 13 брачного договора указано, что после заключения брачного  договора все доходы, которые будут получены супругами в период брака (все виды  заработной платы и дополнительного вознаграждения в денежной и натуральной  форме, доходы от занятия предпринимательской деятельностью, по акциям и от  

участия в управлении собственностью организаций, граждан) будут являться личной  собственностью того супруга, кто их получит.  

Брачный договор зарегистрирован в реестре за № 1-7331, удостоверен  нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга Ковалевым В.А.  

Исходя из системного толкования статьи 223 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) и статьи 32 Закона о банкротстве  дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности  (банкротства).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения,  связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными  предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы Х Закона о  банкротстве, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих  особенности банкротства этой категории должников – главами I - III.1, VII, VIII,  параграфом 7 главы IХ и параграфом 2 главы ХI Закона о банкротстве.  

Статьей 61.1 Закона о банкротстве предусмотрена возможность оспаривания  сделок, совершенных, в том числе, должником, которые могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации  (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, указанным в Законе о  банкротстве.  

Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления  Пленума от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением  главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее –  постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) разъяснил, что в силу пункта 3  статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по  правилам главы III.1 Закона о банкротстве, понимаются в том числе действия,  направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в  соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством,  законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской  Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими  отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия,  совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов  государственной власти.  

 По правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности,  оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых  обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником  денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность  кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств  (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.);  банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета  клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими  лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента); выплата  заработной платы, в том числе премии; брачный договор, соглашение о разделе  общего имущества супругов; уплата налогов, сборов и таможенных платежей как  самим плательщиком, так и путем списания денежных средств со счета  плательщика по поручению соответствующего государственного органа; действия  по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении мирового  соглашения; перечисление взыскателю в исполнительном производстве денежных  средств, вырученных от реализации имущества должника.  

Положениями пункта 1 статьи 61.9 и абзаца 1 пункта 7 статьи 213.9 Закона о  банкротстве финансовому управляющему предоставлено право подавать в  арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными  сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о  банкротстве, а также сделок, совершенных с нарушением Закона о банкротстве.  

Таким образом, финансовым управляющим заявление подано правомерно. 

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 1 постановления Пленума  Высшего Арбитражного кодекса Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О  текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», датой  принятия заявления о признании должника банкротом следует считать дату  вынесения определения об этом.  

 Из положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве следует, что сделка,  совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если  такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о  признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в  результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов  и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту  совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона  знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала  или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается,  если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения  сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности  имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении  заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в  имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из  состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного  из следующих условий:  

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или)  обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости  активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов  балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской  отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных  сделки или сделок;  

должник изменил свое место жительства или место нахождения без  уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее  совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил  правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной  отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено  законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего  исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской  отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;  

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал  осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать  указания его собственнику об определении судьбы данного имущества (п. 2 ст. 61.2  Закона о банкротстве).  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в  виду, что, в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение  стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера  

имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных  должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие  привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его  имущества.  

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что в соответствии с  условиями брачного договора от 18 октября 2015 года супруги Малышев А.В. и  Кильдау Т.В. определили раздельный режим собственности на имущество супругов.  

Как указывал должник, в общей совместной собственности с супругой имеется  только единственное жилье, расположенное по адресу: Санкт-Петербург, улица  Кантемировская, дом 26, литера А, квартира 4, площадью 45,8 кв.м. Иное  имущество и денежные средства для исполнения обязательств перед кредиторами  у Малышева А.В. отсутствуют.  

Официально подтвержденный совокупный доход Малышева А.В. в 2015 году  составил 76 111,11 рубль, что подтверждается справкой о доходах физического лица  по форме 2-НДФЛ за 2015 год № 7 от 01 апреля 2016 года и ответом Межрайонной  ИФНС России № 17 по Санкт-Петербургу от 21 июня 2018 года № 13-06/029023 на  запрос финансового управляющего; в 2016 году - 110 000,00 рубль, о чем  свидетельствуют справка по форме 2-НДФЛ за 2016 год № 7 от 07 февраля 2017  года и ответ Межрайонной ИФНС России № 17 по Санкт-Петербургу от 21 июня  2018 года № 13-06/029023 на запрос финансового управляющего; в 2017 году - 0,00  рублей.  

Как установлено судом, совокупный доход Кильдау Т.В. в 2015 году составил  750 049,42 рублей; в 2016 году - 709 943,45 рубля; в 2017 году - 749 548,52 рублей;  за 11 месяцев 2018 года - 747 573,49 рубля.  

Фактически на 19 декабря 2018 денежные средства супругов с аккумулированы  на личных счетах Кильдау Т.В. в кредитной организации в размере 501 780,62  рублей; 450,37 долларов США; 5 063,40 евро, что подтверждается справкой ПАО  «Банк «Санкт-Петербург» от 19 декабря 2018 года.  

Кильдау Т.В. в рамках другого обособленного спора по настоящему делу  подтверждено, что сумма в размере 9000 евро в октябре 2015 года (после  заключения брачного договора) была зачислена на ее валютный счет. Ни  должником Малышевым А.В., ни его супругой Кильдау Т.В. не доказано, что данные  денежные средства являются личными денежными средствами Кильдау Т.В.  

Заключение брачного договора фактически освободило в оспариваемой части  имущество должника от возможных притязаний кредиторов.  

Как полагает апелляционный суд, следует согласиться с доводами  финансового управляющего и кредитора Ермаченкова Р.В., что сделка совершена  с целью причинить вред имущественным правам кредиторов должника Малышева  А.В.  

Согласно ст. 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества -  превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате  обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов)  должника; неплатежеспособность прекращение исполнения должником части  денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей,  вызванное недостаточностью денежных средств.  

На момент совершения оспариваемой сделки (18 октября 2015 года) у должника  имелись неисполненные обязательства перед конкурсным кредитором  Ермаченковым Р.В. на сумму 5 140 969,46 рублей.  

Указанное обстоятельство подтверждается вступившим в законную силу  судебным актом: решением Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга  от 26 февраля 2015 года по делу № 2-11 /2015.  

Неисполненное должником обязательство возникло из договора № 0712 на  оказание строительных услуг от 19 июля 2012 года между Ермаченковым Романом  Владимировичем (заказчик) и Малышевым Андреем Васильевичем (подрядчик), в  соответствии с которым окончание общестроительных работ должно было быть  осуществлено должником не позднее 30 ноября 2012 года.  

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30  января 2019 года по делу № А56-113983/2017/тр.2 в реестр требований кредиторов  Малышева А.В. включено требование Ермаченкова Романа Владимировича в  размере 4 632 719,40 рублей основного долга.  

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 12 апреля 2019 года по делу № А56-113983/2017/трЗ признано  установленным требование кредитора Ермаченкова Романа Владимировича в  размере 769 672,89 рублей процентов за пользование чужими денежными  средствами и определено, что оно подлежит удовлетворению за счет имущества,  оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр  требований кредиторов гражданина Малышева Андрея Васильевича.  

Кроме того, на дату заключения брачного договора у должника имелись  неисполненные обязательства перед кредитором Межрайонной ИФНС России № 17  по Санкт-Петербургу в размере 141 745,00 рублей на основании требования об уплате  налогов, сборов, пеней, штрафов № 32180 от 08 октября 2015 года.  

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 24 октября 2018 года по делу № А56-113983/2017 в реестр требований  кредиторов Малышева А.В. включено требование Межрайонной ИФНС России № 17  по Санкт-Петербургу в размере 396 245,97 рублей (335 070,00 рублей основного  долга и 61 165,97 рублей пени), в том числе 141 745,00 рублей, указанные в  требовании об уплате налогов, сборов, пеней, штрафов № 32180 от 08 октября  2015 года.  

С мая по декабрь 2015 года у должника был официально подтвержденный  совокупный доход в размере 76 111,11 руб.  

В 2015 году в собственности Малышева А.В. находилось движимое имущество  -автомобиль Кадиллак GMT 926 черного цвета, 2007 г/в. В ходе исполнительного  производства от 09 октября 2015 года № 69341/15/78001-ИП по стоимости 473  250,00 рублей 27 октября 2016 года указанное транспортное средство было  передано конкурсному кредитору Ермаченкову Р.В.  

Также в 2015 году в собственности Малышева А.В. находилось движимое  имущество - автомобиль Cadillac Escalade, 2001 г/в стоимостью 400 000,00 рублей.  

От реализации данного имущества Малышева А.В. конкурсный кредитор  Ермаченков Р.В. денежных средств в рамках исполнительного производства не  получал. Отсюда следует, что на дату совершения оспариваемой сделки имущества  Малышева А.В. было недостаточно для погашения требований конкурсного  кредитора Ермаченкова Р.В. в размере 5 140 969,46 рублей и налогового органа в  размере 141 745,00 рублей. На дату заключения брачного договора должник  Малышев А.В. был неплатежеспособен.  

Обязательства Малышевым А.В. перед Ермаченковым Р.В., перед налоговым  органом не исполнены ни после вступления 20 августа 2015 года решения в  законную силу/ни после выставления 08 октября 2015 года требования, ни к  моменту заключения 18 октября 2015 года брачного договора, ни по настоящее  время.  

В этой связи, как полагает апелляционный суд, нельзя согласиться с выводом  суда первой инстанции о том, что на совместное нажитое имущество супругов  было обращено взыскание, и права кредитора не были нарушены, т.к. к 18 октября  2015 года должник имел неисполненные перед кредиторами денежные  обязательства, а, следовательно, обладал признаками неплатежеспособности или  недостаточности имущества.  

Таким образом, возникновение у должника признаков неплатежеспособности  или недостаточности имущества предшествовало совершению оспариваемой  сделки.  

Оспариваемый брачный договор фактически лишил Малышева А.В. права  

претендовать на часть имущества/доходов, приобретенных/полученных в браке  

после заключения брачного договора. При этом условий о возмездности либо  

денежной компенсации за имущество, которого лишается один из супругов, в  

договоре не содержится, что говорит о его явной безвозмездности. 

Согласно п. 3 ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по  отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой  восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей  линии, родители, дети, сестры и братья супруга. Сам по себе брачный договор  предполагает, что стороны, его заключившие, являются заинтересованными  лицами.  

На основании п. 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от  23 декабря 2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением  главы III.1 Закона о банкротстве предполагается, что сторона сделки знала о  совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов,  если она признана заинтересованным лицом.  

В данном случае другая сторона сделки Кильдау Т.В. является супругой  должника Малышева А.В. и по смыслу ст. 19 Закона о банкротстве признается  заинтересованным лицом.  

Сделка совершена в отношении заинтересованного лица. Соответственно,  Кильдау Т.В. не могла не знать о признаках неплатежеспособности должника или  недостаточности имущества, и, как следствие, не могла не осознавать, что  совершение оспариваемой сделки повлечет причинение вреда имущественным  правам его кредиторов  

После вынесения Василеостровским районным судом Санкт-Петербурга  решения от 26 февраля 2015 года по делу № 2-11/2015 по иску Ермаченкова Р.В. к  Малышеву А.В. должник 13 апреля 2015 года изменил свое место жительства (снят  с регистрационного учета по адресу: Санкт-Петербург, ул. Кораблестроителей, д. 46,  корп. 1, кв. 777; зарегистрирован по адресу: Санкт-Петербург, ул. Кантемировская, д.  26, кв. 4), о чем свидетельствует 6 страница паспорта гражданина Российской  Федерации Малышева А.В.  

Об изменении места жительства Малышев А.В. не сообщил кредитору  Ермаченкову Р.В., что подтверждает то обстоятельство, что в выданном 25 сентября  2015 года Василеостровским районным судом Санкт-Петербурга исполнительном  листе по делу № 2-11/2015 серия ФС № 006082335 указан адрес должника: Санкт- Петербург, ул. Кораблестроителей, д. 46, корп. 1, кв. 777, а также то, что первое  исполнительное производство от 09 октября 2015 года № 69341/15/78001-ИП было  возбуждено Василеостровским районным отделом судебных приставов Управления  Федеральной службы судебных приставов по Санкт-Петербургу, а не Выборгским  РОСП.  

В соответствии со ст. 28 Гражданского процессуального кодекса Российской  Федерации (далее - ГПК РФ) общим правилом о подсудности является то, что иск  предъявляется в суд по месту жительства ответчика.  

Если должником является гражданин, то исполнительные действия  совершаются и меры принудительного исполнения применяются судебным  приставом-исполнителем по его месту жительства, месту пребывания или  местонахождению его имущества (ч. 1 ст. 33 Федерального закона от 02 октября  2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»).  

Местом жительства признается место, где гражданин постоянно или  преимущественно проживает. Гражданин, сообщивший кредиторам, а также другим  лицам сведения об ином месте своего жительства, несет риск вызванных этим  последствий (п. 1 ст. 20 ГК РФ).  

В силу ст. 2 Закона Российской Федерации от 25 июня 1993 года № 5242-1 «О  праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места  пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» место жительства -  жилой дом. квартира. комната, жилое помещение специализированного жилищного  фонда либо иное жилое помещение, в которых гражданин постоянно или  преимущественно проживает в качестве собственника, по договору найма  (поднайма), договору найма специализированного жилого помещения либо на иных  основаниях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, и в  которых он зарегистрирован по месту жительства.  

Регистрация гражданина Российской Федерации по месту жительства -  постановка гражданина Российской Федерации на регистрационный учет по месту  жительства, то есть фиксация в установленном порядке органом регистрационного  учета сведений о месте жительства гражданина Российской Федерации и о его  нахождении в данном месте жительства (ст. 2 Закона Российской Федерации от 25  июня 1993 года № 5242-1 «О праве граждан Российской Федерации на свободу  передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской  Федерации»).  

Таким образом, заявление финансового управляющего о том, что должник не  сообщил кредитору Ермаченкову Р.В. об изменении места жительства,  соответствует действительности, так как формально должник изменил адрес  регистрации, однако адрес проживания не менял, а об его месте жительства не  было известно как кредитору Ермаченкову Р.В., так и судебным приставам- исполнителям.  

В результате сделки купли-продажи от 28 апреля 2015 года транспортного  средства AUDI 05, 2009 года выпуска, VIN WAUZZZ8R59A024335, черного цвета,  являющегося совместной собственностью супругов Малышева А.В. и Кильдау Т.В.,  Кильдау Т.В. получила от покупателя Малышева В.Н. (отца должника) денежные  средства в размере 1 000 000 (один миллион) руб. 00 копеек по расписке от 30  марта 2015 года на сумму 400 000 руб. и от 28 апреля 2015 года на сумму 600  000,00 рублей, что подтверждается определением Арбитражного суда города Санкт- Петербурга и Ленинградской области от 26 августа 2019 года по делу № А56- 113983/2017/сд1. Денежные средства на погашение задолженности перед  кредиторами Малышевым А.В. направлены не были.  

Таким образом, суд апелляционной инстанции полагает необходимым  согласиться с позицией и доводами финансового управляющего и кредитора  Ермаченкова Р.В. относительно того, что для признания брачного договора от 18  октября 2015 года, заключенного между Малышевым А.В. и Кильдау Т.В.,  недействительным имеются в совокупности условия, предусмотренные п. 2 ст. 61.2  Закона о банкротстве.  

Вывод суда первой инстанции о том, что должник как в период до процедуры  несостоятельности (банкротства), так и при осуществлении процедуры банкротства  принимал и принимает все необходимые меры по содействию деятельности  финансового управляющего, судебных приставов-исполнителей и кредиторов,  

доказательствами не подтвержден, действия/бездействие должника  свидетельствуют об обратном.  

На момент заключения брачного договора Малышев А.В. не предпринимал  никаких мер по погашению задолженности.  

За 3 года с момента возникновения задолженности перед Ермаченковым Р.В. и  перед налоговым органом до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве)  должник Малышев А.В. не предпринял никаких действий по добровольному  погашению задолженности - добровольно не погасил долг перед кредиторами даже  в части, хотя такую возможность имел после получения его супругой от Малышева  В.Н. (отца должника) денежных средств в размере 1 000 000 руб., в частности по  расписке от 30 марта 2015 года на сумму 400 000,00 рублей и от 28 апреля 2015  года на сумму 600 000,00 рублей по договору купли-продажи от 28 апреля 2015 года  транспортного средства AUDI Q5, 2009 года выпуска, V1N WAUZZZ8R59A024335,  черного цвета, являющегося совместной собственностью супругов Малышева  А.В. и Кильдау Т.В., что подтверждается определением Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26 августа 2019 года по делу   № А56-113983/2017/сд1.  

После вынесения Василеостровским районным судом Санкт-Петербурга  решения от 26 февраля 2015 года по делу № 2-11/2015 по иску Ермаченкова Р.В. к  Малышеву А.В., должник 13 апреля 2015 года изменил свое место жительства.  Данное действие было произведено должником Малышевым А.В. в целях  подтверждения того, что квартира по адресу: Санкт-Петербург, ул. Кантемировская,  д. 26, кв. 4, является единственным пригодным для его постоянного проживания  помещением и на которую по исполнительным документам не может быть  обращено взыскание. Однако документально подтвержденных сведений о том, что  по настоящее время должник и его супруга там проживают, в деле не имеется,  почтовую корреспонденцию по указанному адресу должник не получает.  

Суд апелляционной инстанции дополнительно отмечает, что трудоспособный  должник Малышев А.В., начиная с 2017 года, не трудоустроен и попыток к  трудоустройству с целью получения доходов, в том числе для расчетов с  кредиторами, не предпринял; материалы дела таких доказательств не содержат. В  отсутствие имущества и денежных средств должник самостоятельно не  представляет свои интересы в суде, а осуществляет это посредством  представителя.  

Вывод суда первой инстанции о том, что легковые автомобили марки Cadillac  Escalade, государственный номер С366АУ98, 2001 года выпуска, и Cadillac GMT926  Escalade, государственный номер А178ВА178, 2007 года выпуска, являлись  совместным нажитым имуществом, однако добровольно были переданы приставам  и реализованы для расчетов с кредиторами в рамках исполнительного  производства № 69341/15/78001-ИП, возбужденного на основании исполнительного  листа серии ФС № 006082335, выданного Выборгским районным судом Санкт- Петербурга по делу № 2-11/2015, не соответствует обстоятельствам дела и  имеющимся в деле доказательствам.  

Выборгский районный суд Санкт-Петербурга никаких исполнительных листов  по взысканию денежных средств с Малышева А.В. в пользу конкурсных кредиторов  по настоящему делу (Ермаченков Р.В. и МИФНС России № 17 по Санкт-Петербургу)  не выдавал. Передача транспортного средства по истечении года с даты  возбуждения исполнительного производства не может свидетельствовать о  добровольном акте передачи имущества должником для погашения требований  кредитора Ермаченкова Р.В.  

Как указывал в жалобе кредитор Ермаченков Р.В., в ходе исполнительного  производства от 09 октября 2015 года № 69341/15/78001-ИП по исполнительному  

листу серии ФС № 006082335 Ермаченкову Р.В. был передан только  нереализованный в принудительном порядке автомобиль должника Кадиллак GMT  926 черного цвета, 2007 г/в, по стоимости 473 250,00 (четыреста семьдесят три  тысячи двести пятьдесят) рублей 00 копеек, о чем свидетельствует постановление о  передаче нереализованного в принудительном порядке имущества должника  взыскателю от 27 октября 2016 года. Соответственно, денежных средств от  реализации иного имущества Малышева А.В., в том числе транспортного средства  Cadillac Escalade, 2001 года выпуска, Ермаченков Р.В. в рамках исполнительных  производств по исполнительному листу серии ФС № 006082335 не получал, что  подтверждено постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда  от 30 января 2019 года по настоящему делу № А56-113983/2017 о включении в  реестр требований кредиторов должника требований Ермаченкова Р.В.  Доказательств обратному в материалы дела не представлено.  

МИФНС России № 17 по Санкт-Петербургу от реализации указанных в  определении суда транспортных средств в счет погашения задолженности не  получила денежных средств.  

Следует отметить, что предметом настоящего спора не являлось рассмотрение  вопроса о разделе совместно нажитого имущества супругов должника Малышева  А.В. и Кильдау ТВ в виде транспортного средства Cadillac Escalade, 2001 года  выпуска, и транспортного средства Cadillac GMT 926, 2007 года выпуска. Кильдау  Т.В. в суд с заявлением о разделе совместно нажитого имущества в браке с  должником Малышевым А.В. не обращалась.  

В соответствии с п. 2 ст. 130 ГК РФ вещи, не относящиеся к недвижимости,  включая деньги и ценные бумаги, признаются движимым имуществом.  

Судом не исследовались обстоятельства приобретения или отчуждения  супругами после заключения брачного договора движимого имущества.  

Кильдау Т.В. после заключения брачного договора, что отражено в  обжалуемом судебном акте, получала деньги, то есть движимое имущество, что  подтверждается справками о доходах физического лица по форме 2-НДФЛ за 2015  год, за 2016 год, за 2017 год, за 2018 год №№ 341-344 от 17 декабря 2018 года.  Совокупный доход Кильдау Т.В. в 2015 году составил 750 049,42 рублей; в 2016 году  - 709 943,45 рубля; в 2017 году -749 548,52 рублей; за 11 месяцев 2018 года - 747  573,49 рубля.  

Необходимо отметить, что неисполненное должником обязательство возникло  из договора № 0712 на оказание строительных услуг от 19 июля 2012 года между  Ермаченковым Романом Владимировичем (заказчик) и Малышевым Андреем  Васильевичем (подрядчик), в соответствии с которым окончание общестроительных  работ должно было быть осуществлено должником не позднее 30 ноября 2012 года.  

 Таким образом, до 09 октября 2015 года (дата возбуждения первого  исполнительного производства) и до 12 февраля 2018 года (дата возбуждения  производства по делу № А56-113983/2017 о несостоятельности (банкротстве)  Малышева А.В.) у должника Малышева А.В. было достаточно времени, чтобы  произвести отчуждение имущества в целях исключения возможности обращения  взыскания на имущество должника по его обязательствам, в том числе заключить  брачный договор.  

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в абз. 4 п. 4  постановления от 23 декабря 2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)», в п. 10 постановления от 30 апреля 2009 года № 32 «О некоторых  вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным  Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что  наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок,  

предусмотренных ст.ст. 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду  квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление  правом, как ничтожную (ст.ст. 10 и 168 ГК РФ).  

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских  прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход  закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное  осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

В случае несоблюдения требований, суд, арбитражный суд или третейский суд  с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в  защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет  иные меры, предусмотренные законом (п. 2 ст. 10 ГК РФ).  

Как разъяснено в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации № 25 от 23 июня 2015 года «О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»,  оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует  исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота,  учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в  том числе в получении необходимой информации.  

По смыслу приведенных выше положений закона, добросовестность при  осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских  обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника  гражданского оборота, учитывающее права и законные интересы другой стороны,  содействующие ей.  

При этом установление судом факта злоупотребления правом одной из сторон  влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны  от недобросовестного поведения другой стороны.  

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным при  установлении очевидного отклонения действий участника гражданского оборота от  добросовестного поведения.  

Согласно ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или  иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка  оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.  

В данном случае, возникновение у должника признаков неплатежеспособности  или недостаточности имущества предшествовало совершению оспариваемой  сделки, заключенной между заинтересованными лицами.  

В результате совершения оспариваемой сделки причинен вред имущественным  правам кредиторов.  

Малышев А.В., являясь должником Ермаченкова Р.В., Межрайонной ИФНС  России № 17 по Санкт-Петербургу и обладая признаками неплатежеспособности  или недостаточности имущества на дату заключения брачного договора,  соответственно, осознавал неизбежность предъявления к нему требований об оплате  задолженности в размере 5 140 969,46 рублей 46 копеек и в размере 141 745,00  рублей, соответственно. О наличии задолженности перед Ермаченковым Р.В.,  налоговым органом и неотвратимости предъявления требований к супругу, а также  об отсутствии у Малышева А.В. денежных средств и имущества для погашения  требований кредиторов достоверно знала и супруга Кильдау Т.В.  

В результате совершенной сделки должник утратил права на часть имущества,  на которое могло быть обращено взыскание по его обязательствам перед  кредиторами. Брачным договором урегулированы вопросы владения имуществом в  браке и после его расторжения, иные вопросы.  

С учетом изложенного, как полагает апелляционный суд, оспариваемый  брачный договор заключен не с целью определения имущественных прав и  

обязанностей в браке и (или) в случае его расторжения, а с целью исключения  возможности обращения взыскания на имущество должника по его обязательствам,  возникшим до заключения брачного договора.  

Такое поведение Малышева А.В. и Кильдау Т.В. не является разумным и  ожидаемым для добросовестных участников гражданского оборота.  

Таким образом, заключение брачного договора в условиях  неплатежеспособности должника и недостаточности его имущества на дату сделки,  экономическим результатом которой стало потенциальное уменьшение конкурсной  массы должника и сокрытие имущества от обращения на него взыскания,  свидетельствует о недобросовестности действий сторон сделки и о наличии в таких  действия сторон злоупотреблении своими правами (ст. 10 ГК РФ)  

При изложенных обстоятельствах, определение суда первой инстанции  подлежит отмене, с принятием апелляционным судом иного судебного акта о  признании недействительным оспариваемого брачного договора.  

Расходы по уплате государственной пошлины по заявлению и по  апелляционной жалобе в соответствии с положениями статьи 110 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации возлагаются на ответчика и  должника.  

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 23.08.2019 по делу № А56-113983/2017/сд2 отменить.  

Принять по делу новый судебный акт. 

Признать недействительным брачный договор от 18.10.2015 серия 78АА №  9374781, заключенный между Малышевым Андреем Васильевичем и Кильдау  Тамарой Викторовной.  

Взыскать с Малышева Андрея Васильевича и Кильдау Тамары Викторовны  по 3 000 руб. в федеральный бюджет госпошлины за рассмотрение заявления и по  1 500 руб. в пользу Ермаченкова Романа Викторовича – в счет возмещения  судебных расходов по апелляционной жалобе.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо- Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий И.Ю. Тойвонен  

Судьи Е.А. Герасимова  

 Л.С. Копылова