ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

11.06.2025

Дело № А40-53291/2022

Резолютивная часть постановления объявлена   04.06.2025     

Полный текст постановления изготовлен  11.06.2025

         Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: Е.А. Зверевой, Н.Н. Тарасова, 

при участии в заседании: от ПАО «Промсвязьбанк» - ФИО1, от 14.07.2022 № 1184, срок по 21.06.2025,

от ФИО2 – ФИО3, по доверенности от 22.09.2023, срок 3 года № 21425,

рассмотрев 04.06.2025 в судебном заседании кассационную жалобу 

публичного акционерного общества «Промсвязьбанк»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 02.09.2024,

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2025

об утверждении по делу локального мирового соглашения между ФИО4, ФИО2 в лице финансового управляющего ФИО5 и ПАО «Промсвязьбанк» 

в редакции и на условиях, изложенных в мировом соглашении,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суд города Москвы от 04.08.2023 ФИО2 (

<

...> г.р., место рождения: с. Шаваршаван Ноемберянского р-на Респ. Аремения, ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

...>, адрес: 

<

...>) признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО5.

        13.06.2024 в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление должника об утверждении локального мирового соглашения с ПАО "Промсвязьбанк".

         Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.09.2024, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2025 утверждено локальное мировое соглашение между ФИО4, ФИО2 в лице финансового управляющего ФИО5 и ПАО "Промсвязьбанк" в редакции и на условиях, изложенных в мировом соглашении.           

           Исключено из третьей очереди реестра требований кредиторов ФИО2 требование ПАО "Промсвязьбанк" по кредитному договору от 01.03.2013 N 94-10024/000003 в размере 18 744 900, 20 руб. основного долга, как обеспеченное залогом недвижимого имущества на основании закладной от 01.03.2013 N 94-10024/000003-3.

            Не согласившись с принятыми судебными актами, ПАО «Промсвязьбанк» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 02.09.2024, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2025 и принять новый судебный акт об отказе в утверждении локального мирового соглашения.

         В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, а также на несоответствие выводов судов актуальной судебной практике Верховного Суда Российской Федерации. 

         В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

            На основании статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщен отзыв должника,  согласно которому он возражает против доводов кассационной жалобы, просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения , кассационную жалобу – без удовлетворения, а также отзыв финансового управляющего должником, где он поддерживает доводы кассационной жалобы Банка.

          В судебном заседании представитель ПАО «Промсвязьбанк» поддержал доводы кассационной жалобы.

          Представитель должника возражал против удовлетворения кассационной жалобы по мотивам, изложенным в отзыве. 

          Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав явившегося в судебное заседание представителя, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. 

            Из содержания обжалуемых судебных актов усматривается, что определением Арбитражного суда города Москвы от 30.10.2023 в третью очередь реестра требований кредиторов включены требования ПАО "Промсвязьбанк" ("Банк") в размере 18 744 900,20 руб. основного долга, как обеспеченные залогом недвижимого имущества.

          Должник, руководствуясь пунктом 2 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 год от 15.05.2024 (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации) обратился в адрес Арбитражного суда города Москвы с ходатайством об утверждении локального мирового соглашения (плана реструктуризации долга) в рамках обособленного спора по заявлению Банка.

          Судами установлено, что  требования Банка основаны на кредитном договоре от 01.03.2013 N 94-10024/000003 ("Кредитный договор"), согласно которого Банк предоставил Должнику денежные средства в размере 31 875 000 руб.

          Согласно п. 2.1.4 Кредитного договора денежные средства предоставляются для приобретения в собственность должника квартиры стоимостью 37 500 000 руб., расположенной по адресу: Московская область, р-н. Одинцовский, 

<

...> общей площадью 312,5 кв. м, кадастровый номер 50:20:0020208:6783 ("Квартира").

          Обеспечением исполнения обязательств Должника по Кредитному договору является ипотека Квартиры, удостоверенная закладной от 01.03.2013 N 94-10024/000003-3.

          Вышеуказанные обстоятельства установлены определением Арбитражного суда города Москвы от 30.10.2023 по настоящему делу.

           При этом указанная Квартира, является единственным пригодным жильем для Должника (иного жилья Должник не имеет).

         Таким образом, судами установлено, что обязательства Должника перед Банком обеспечены ипотекой единственного жилья, а мировое соглашение направлено на предотвращение обращения взыскания на указанное жилье.

          Кроме того, судами установлено, что должником надлежащим образом и в полном объеме исполнялись обязательства по Кредитному договору вплоть до его банкротства. На дату банкротства Должника в пользу Банка было выплачено 65% стоимости кредита (49 млн. руб. из 75 млн. руб.)

        Таким образом, суды отметили, что  на дату введения процедуры банкротства отсутствовала просрочка исполнения обязательств перед Банком, а Должник надлежащим образом выплачивал сумму долга в предусмотренные Кредитным договором сроки.

         В Обзоре судебной практики указано, что суд в ситуации, когда обеспеченное залогом обязательство надлежащим образом исполняется третьим лицом (или имеется лицо, готовое принять на себя обязанность по его исполнению), предлагает сторонам заключить мировое соглашение (разработать локальный план реструктуризации) в отношении этого единственного жилья, по условиям которого взыскание на данное имущество не обращается.

        В данном случае судами установлено, что обязательства по Кредитному договору на указанных в мировом соглашении условиях будут исполнены третьим лицом - ФИО4, который обладает финансовыми возможностями для исполнения обязательств перед Банком.

         В Обзоре судебной практики также указано, что залогодатель не освобождается от исполнения обязательства перед залоговым кредитором после завершения процедуры банкротства (ипотека сохраняется без применения правил пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

       Судами установлено, что условия мирового соглашения содержат положения согласно которых, кредитные обязательства, обеспеченные ипотекой, сохраняются, а Должник не освобождается от ответственности и после завершения процедуры банкротства.

         В Обзоре судебной практики обращено внимание на то,  что в случае отказа кредитора от заключения мирового соглашения без разумных причин (в частности, если положение кредитора не ухудшается по сравнению с тем, как если бы процедуры банкротства не было) суд вправе утвердить локальный план реструктуризации применительно к правилам пункта 4 статьи 213.17 Закона о банкротстве.

          Применительно к обстоятельствам настоящего спора суды пришли к выводу, что  Банк не утрачивает предмет ипотеки, не утрачивает право обращения взыскания на него, не прекращаются кредитные обязательства Должника по завершении процедуры банкротства.

         Таким образом, суды посчитали, что правовое и экономическое положение Банка не ухудшится, а лишь улучшится посредством мотивированного заключения реального к исполнению локального мирового соглашения.

        Кроме того, в Обзоре судебной практики отмечается, что согласие иных кредиторов на утверждение локального мирового соглашения (плана реструктуризации) между должником - гражданином и кредитором по обязательствам, обеспеченным ипотекой единственного жилья не требуется.

           Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.10.2012 N 1090/12, Закон об ипотеке не предусматривает изъятия из исполнительского иммунитета в отношении обремененного ипотекой единственного пригодного для постоянного проживания помещения в части, касающейся не обеспеченных ипотекой обязательств.

           Соответственно, по обязательствам перед иными кредиторами в отношении такого имущества действует положение ч. 1 ст. 446 ГПК РФ об исполнительском иммунитете.

           То есть на единственное пригодное для постоянного проживания недвижимое имущество должника может быть обращено взыскание только по обязательству перед кредитором-залогодержателем этого помещения; по обязательствам перед иными кредиторами обремененное ипотекой единственное жилье пользуется исполнительским иммунитетом, в связи с чем обращение взыскания на него не допускается.

            В соответствии с п. 4 ст. 213.31 Закона о банкротстве разногласия между финансовым управляющим, гражданином и кредиторами по вопросу согласования мирового соглашения рассматриваются арбитражным судом в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

           Суды исследовали представленное локальное мировое соглашение по настоящему обособленному спору и установили его полное соответствие требованиям статьи 140 АПК РФ, условия представленного мирового соглашения не противоречат законодательным и иным правовым актам Российской Федерации и не нарушают права и законные интересы других лиц.

          Суды также пришли к выводу  о том, что форма и содержание мирового соглашения, а также условия его заключения соблюдены и соответствуют требованиям ст. ст. 155 и 156 Закона о банкротстве, его текст не содержит никаких неясностей и неопределенностей, содержит указание на размер, порядок и срок погашения кредиторской задолженности должника, не нарушает права иных лиц и не противоречит закону, подписано сторонами.                        Локальное мировое соглашение (план реструктуризации) не содержит каких-либо неясностей и неточностей относительно условий и порядка его исполнения.    

           При утверждении судом локального мирового соглашения, требования кредитора подлежат исключению из реестра требований кредиторов должника, в связи с чем суды исключили из третьей очереди реестра требований кредиторов ФИО2 требования ПАО "Промсвязьбанк" по кредитному договору от 01.03.2013 N 94-10024/000003 в размере 18 744 900, 20 руб. основного долга, как обеспеченные залогом недвижимого имущества на основании закладной от 01.03.2013 N 94-10024/000003-3.

          Судами отмечено, что Должник не совершал недобросовестных действий по искусственному приданию спорной квартире исполнительского иммунитета, не совершал действий по реализации иных жилых помещений, как до признания его несостоятельным (банкротом) так и после.

           Доводы Банка о роскошности жилья должника судом апелляционной инстанции отклонены со ссылкой на то, что  не относятся к предмету спора и не имеют правового значения в рассматриваемом случае.        

        Доводы Банка о том, что форма изложения резолютивной части обжалуемого определения препятствует исполнению утвержденного судом мирового соглашения, также отклонены апелляционным судом, так как свидетельствуют о неверном толковании заявителем норм права.

         Кроме того, апелляционный суд сослался на отзыв ФИО2, где должник указал, что в настоящее время локальное мировое соглашение (план реструктуризации долга) исполняется, в пользу Банка выплачено более 10 млн. рублей.

        Между тем судами не учтено следующее.

      Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

        В соответствии с ч. ч. 4 и 5 ст. 49 АПК РФ стороны могут закончить дело мировым соглашением. Арбитражный суд не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права других лиц.

          Согласно ст. 139 АПК РФ мировое соглашение может быть заключено сторонами на любой стадии арбитражного процесса.

         При этом арбитражный суд утверждает мировое соглашение, если оно не противоречит закону и не нарушает права и законные интересы других лиц.

           Стороны могут урегулировать спор, заключив мировое соглашение или применив другие примирительные процедуры, в том числе процедуру медиации, если это не противоречит федеральному закону (часть 2 статьи 138 АПК РФ).

          Мировое соглашение не может нарушать права и законные интересы других лиц и противоречить закону (часть 3 статьи 139 АПК РФ).

           В соответствии с частью 5 статьи 49 и части 6 статьи 141 АПК РФ арбитражный суд не утверждает мировое соглашение, если оно противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц.

          Согласно части 1 статьи 140 АПК РФ мировое соглашение заключается в письменной форме и подписывается сторонами или их представителями при наличии у них полномочий на заключение мирового соглашения, специально предусмотренных в доверенности или ином документе, подтверждающих полномочия представителя.

           В силу принципа свободы договора (статья 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)) мировое соглашение может содержать любые не противоречащие закону или иным правовым актам условия.    

          Противоречие мирового соглашения закону и нарушение этим соглашением прав и законных интересов иных лиц являются одним из установленных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации оснований, при наличии которых арбитражный суд отказывает в утверждении мирового соглашения.

          Арбитражный суд при рассмотрении вопроса об утверждении мирового соглашения исследует фактические обстоятельства спора и представленные лицами, участвующими в деле, доводы и доказательства, дает им оценку лишь в той степени и поскольку это необходимо для установления соответствия мирового соглашения требованиям закона и отсутствия нарушений прав и законных интересов других лиц (часть 6 статьи 141 АПК РФ), в том числе, изучает проект мирового соглашения для целей выявления условий, затрагивающих права и законные интересы лиц, не участвующих в деле (с учетом положений пункта 3 статьи 308 ГК РФ) пункты 13 и 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2014 N 50 "О примирении сторон в арбитражном процессе".

            В соответствии со статьей 138 АПК РФ арбитражный суд принимает меры для примирения сторон, содействует им в урегулировании спора. Стороны могут урегулировать спор, заключив мировое соглашение или применяя другие примирительные процедуры, в том числе процедуру медиации, если это не противоречит федеральному закону.

          На основании статьи 139 АПК РФ мировое соглашение может быть заключено сторонами на любой стадии арбитражного процесса и при исполнении судебного акта. Мировое соглашение может быть заключено по любому делу, если иное не предусмотрено АПК РФ и иным федеральным законом. Мировое соглашение не может нарушать права и законные интересы других лиц и противоречить закону. Мировое соглашение утверждается арбитражным судом.

          Согласно части 1 статьи 150 Закона о банкротстве на любой стадии рассмотрения арбитражным судом дела о банкротстве должник, его конкурсные кредиторы и уполномоченные органы вправе заключить мировое соглашение.

         В силу части 4 статьи 150 Закона о банкротстве мировое соглашение утверждается арбитражным судом.

        При рассмотрении заявления должника Банк возражал против утверждения локального мирового соглашения, указывая на предшествующее недобросовестное поведение Должника в рамках дела о банкротстве, очевидную роскошность жилья и экономическую невыгодность заключения мирового соглашения.

         Так, Банк указывал, что      ФИО2 является бенефициаром и поручителем по обязательствам юридических лиц, входящих в группу компаний Демидовская. В начале 2020 года все участники данной группы компаний были признаны банкротами, что в течении 2020-2021 гг. Банком были получены судебные решения о взыскании с ФИО2 задолженность по договорам поручительства в размере более 660 млн руб., добровольно судебные акты исполнены не были, в результате чего Банк обратился с заявлением о признании ФИО2 банкротом. Между Банком и Должником в 2013 году было заключено кредитное соглашение, денежные средства по которому были предоставлены для приобретения квартиры стоимостью 37 500 000 руб. расположенной по адресу: Московская область, р-н. Одинцовский, 

<

...> общей площадью 312,5 кв.м, кадастровый номер 50:20:0020208:6783 (далее также «Квартира»).

         Кроме того, Банк указывал, что до декабря 2022 года платежи по указанному кредитному договору вносились либо самим ФИО2, либо третьими лицами. После декабря 2022 года платежи прекратились.

           Банк также обращал внимание на то, что в ходе рассмотрения дела о банкротстве ФИО2 не сотрудничал с Банком и финансовым управляющим: скрыл информацию о наличии недвижимости в Армении, не предоставил информацию о состоянии квартиры, проигнорировал требование Банка об осмотре квартиры и машиноместа, скрыл информацию о требовании кредитора ФИО6 на сумму 530 млн руб. 

          Осуществив оценку предмета залога без осмотра (путем изучения объявлений о продаже схожих по характеристикам и местоположению квартир) Банк и финансовый управляющий пришли к выводу, что рыночная стоимость квартиры составляет 150 000 000 рублей.

            Далее Банк указывал, что после публикации 07.05.2024 в ЕФРСБ объявления о проведении торгов по продаже квартиры, 17.05.2024 гр. ФИО6 (чье требование в тот момент рассматривалось судом) обратился с заявлением о разрешении разногласий относительно порядка продажи с ходатайством о применении обеспечительных мер в виде запрета проведения торгов - определением от 02.07.2024 положение о торгах оставлено без изменения, в удовлетворении заявления отказано. 05.05.2024 ФИО2 обратился в Банк с предложением о заключении локального мирового соглашения для целей сохранения за должником единственного жилья, на что Банк ответил отказом. Позднее, 11.06.2024 ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением об утверждении соответствующего мирового соглашения.

         Возражая против удовлетворения заявления должника об утверждении локального мирового соглашения Банк указывал на экономическую нецелесообразность заключения мирового соглашения и на общую парадоксальность ситуации: в случае утверждения мирового соглашения должник, имея неисполненные обязательства из договоров поручительства на сумму более 660 000 000 рублей, сохранит за собой очевидно роскошную квартиру стоимостью 150 000 000 рублей.

         Вместе с тем ни одно из возражений Банка не было проверено и оценено судами.

       При этом рассматриваемый обособленный спор очевидно не является типовым или очевидным. На момент рассмотрения спора в суде первой инстанции законодательное регулирование отношений, складывающихся в процессе заключения локального мирового соглашения, отсутствовало.

         Судебная практика Верховного Суда Российской Федерации по данному вопросу была сформирована для конкретного случая «потребительского» банкротства. Какая-либо судебная практика о возможности заключения локального мирового соглашения в отношении роскошного жилья отсутствует и до настоящего времени.

           В данном случае Банк последовательно указывал в судах, что локальное мировое соглашение предоставляет необоснованную экономическую выгоду Должнику, поскольку, в случае исполнения мирового соглашения, Банк получит существенно меньшее удовлетворение требований по сравнению с исполнением, которое было бы получено в результате реализации предмета ипотеки в рамках дела о банкротстве (пункт  18 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.2005 № 97 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с заключением, утверждением и расторжением мировых соглашений в делах о несостоятельности (банкротстве)»).

           Согласно локальному мировому соглашению, ФИО2 предлагает погашение задолженности по ипотечному кредиту в соответствии с предложенным графиком, предусматривающим выплату задолженности по кредиту в размере 18 744 900,20 руб. основного долга и 8 287 266,54 руб. процентов (расчет процентов произведен в соответствии с ранее заключенным КД по ставке 13,75 % годовых). Исполнение обязательств по выплате кредита предлагается осуществлять ежемесячными платежами в период с 26.08.2024 по 26.12.2027 с возложением исполнения на третье лицо - ФИО4

          Банк полагает очевидным, что в случае реализации спорной квартиры на торгах в рамках банкнотных процедур погашение указной задолженности было бы произведено существенно быстрее.

           Также Банк обращал внимание, что мировое соглашение предусматривает начисление процентов по ставке 13,75 % годовых, что существенно ниже актуальной ключевой ставки в размере в 21% годовых.

          Кроме того, Банк обращал внимание судов, что мировое соглашение не предусматривает погашение задолженности по неустойке (а равно мораторным процентам), которая должна была быть начислена за период неисполнения обязательства с даты введения процедуры банкротства по дату утверждения мирового соглашения. Иными словами, по результатам заключения оспариваемого мирового соглашения длительная просрочка (более 1,5 года) по внесению ежемесячных платежей никак не будет компенсирована Должником.

         Вместе с тем по расчетам Банка неустойка за период 26.01.2023 - 02.09.2024 составила бы 32 897 299,85 руб., мораторные проценты за этот же период - 3 281 350,97 руб.

        Кроме того, Банк ссылался на то, что реализация спорной квартиры была наиболее вероятна по цене в диапазоне 100 000 000 - 150 000 000 руб., следовательно, вырученные денежные средства (после исключения из конкурсной массы части денежных средств на покупку замещающего жилья) могли быть направлены на погашение иных требований Банка включённых в реестр требований кредиторов (подробнее см. пункт 3).

          Таим образом, по мнению Банка, в случае исполнения мирового соглашения Должник, не исполняющий обязательства перед Банком (как по обязательству обеспеченному ипотекой, так и по обязательствам из поручительства), будет поставлен в значительно более выгодное положение, чем в случае мероприятий по реализации имущества в рамках банкротных процедур, тогда как на Банк, напротив, будут переложены финансовые издержки неисправного должника.

         Следовательно, Банк полагал и полагает, что имея неисполненные обязательства пред Банком на сумму более 678 000 000 руб. Должник сохранит роскошную квартиру площадью 312 кв.м. стоимостью 150 000 000 руб., а погашение задолженности по обязательству, обеспеченному ипотекой будет произведено существенно позднее, чем в результате реализации имущества в рамках дела о банкротстве; погашение задолженности будет произведено по ставке существенно меньшей, чем действующая ключевая ставка. Погашение задолженности будет произведено без неустойки или мораторных процентов подлежащих начислению за длительную просрочку исполнения обязательства (1,5 года).              

          Изложенное противоречит базовым принципам частного права - никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования.

         Названные доводы Банка не получили надлежащей правовой оценки со стороны судов.

          Кроме того, Банк обращал внимание, что спорное локальное мировое          соглашение противоречит принципу реабилитационного паритета, согласно которому реализация любого реабилитационного плана в деле о банкротстве не должна ухудшать положение возражавших против его утверждения кредиторов по сравнению с тем, как если бы имущество должника продавалось в ликвидационной процедуре (принцип сформулирован в Определении Верховного Суда РФ от 21.09.2023 № 308-ЭС20-3526(9,10,12-14), Определении Верховного Суда РФ от 25.05.2020 № 305-ЭС15-11067).

          В п. 2 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 год (утв. Президиумом Верховного Суда РФ от 15.05.2024) (далее также «Обзор практики от 15.05.2024»), на который и сослались суды, содержится важное указание на то, что отказ кредитора от заключения мирового соглашения может быть преодолен только в том случае если у такого кредитора отсутствуют разумные причины к такому поведению.

           Возражая против утверждения локального мирового соглашения в предложенной редакции, Банк указывал, что признание ипотечного жилья в качестве единственного пригодного для проживания не исключает его одновременную квалификацию в качестве роскошного, что в свою очередь позволят включить в конкурсную массу часть денежных средств от его реализации.

          Так, Банк указывал, что спорная квартира, в отношении которой ФИО2 просил заключить локальное мировое соглашение, имеет площадь 312 (триста двенадцать) квадратных метров, расположена в элитном подмосковном посёлке «Заречье» и на основании внутренней оценки ПАО «Промсвязьбанк», финансового управляющего, а также на основании общедоступного интернет-ресурса объявлений о продаже недвижимости «Циан» стоимость одного квадратного метра спорной квартиры составляет около 500 000 рублей, или примерно 150 000 000 рублей за квартиру.

          Применительно к позициям, изложенным  в Постановлении Конституционного Суда РФ 15-П от 26.04.2021 и Определении Верховного Суда РФ от 26.07.2021 № 303-ЭС20-18761, Банк полагает, что  спорная квартира является роскошным жильём и по своим характеристикам явно превышает разумные потребности гражданина. При таких условиях, как отмечал Банк,   данная квартира была бы реализована в рамках дела о банкротстве с последующим предоставлением замещающего жилья Должнику что обеспечило бы соблюдение баланса интересов кредитора и должника.

            Начиная с 2021 года и Конституционный Суд РФ и Верховный Суд РФ ориентируют суды на необходимость исследования индивидуальных характеристик единственного жилья при разрешении споров о допустимости его исключения из конкурсной массы. В противоречие этому Девятый арбитражный апелляционный суд немотивированно указал, что вопрос роскошности жилого помещения не имеет правового значения при утверждении локального мирового соглашения,  конечным результатом которого также является исключение единственного жилья из конкурсной массы.

          Имея в виду, что спорная квартира являлась предметом ипотеки и учитывая сформулированный Верховным Судом РФ подход о том, что денежные средства, вырученные от продажи единственного жилья являющегося предметом ипотеки, и оставшиеся после погашения требований залогового кредитора, должны бить защищены исполнительским иммунитетом по отношению к требованиям иных кредиторов (определение Верховного Суда РФ от 26.06.2023 № 307-ЭС22-27054), Банк полагал возможным применить следующий алгоритм:

- реализация роскошного жилья-предмета ипотеки (наиболее вероятная цена реализации  примерно 135 000 000 рублей);

- погашение задолженности по личному кредиту, обеспеченному ипотекой (135 000 000 рублей  -18 000 000 рублей  =117  000 000 рублей);

-          исключение из конкурсной массы денежных средств, необходимых для покупки замещающего жилья для Должника и его супруги в пределах Одинцовского городского округа (примерно 10 000 000 рублей);

- направление оставшихся денежных средств в размере примерно 107 000  000 рублей в конкурсную массу в счет погашения иных обязательств ФИО2

          При этом Банк  подчеркивал, что конституционное право Должника на жилье не будет нарушено в результате реализации спорной квартиры, так как рассматривая схожую ситуацию, в постановлении №28-П от 04.06.2024, Конституционный Суд РФ разъяснил, что денежные средства, вырученные от продажи ипотечного жилья в рамках процедуры банкротства, могут быть исключены из конкурсной массы по заявлению гражданина-банкрота. Однако размер данной суммы суд имеет право уменьшить в пользу конкурсной массы, «если этот размер позволяет приобрести жилое помещение, которое по своим характеристикам явно превышает уровень, достаточный для удовлетворения разумной потребности гражданина-должника и членов его семьи в жилище».

         Данные доводы  о реабилитационном паритете и соотношении баланса прав и законных интересов должника и кредиторов не были также проверены и оценены судами.

          В соответствии со ст. 6, ч. 1 и 2 ст. 79 Федерального конституционного закона от 21.07.1994 № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации», решения Конституционного Суда РФ общеобязательны, окончательны и не подлежат обжалованию, вступают в силу немедленно после провозглашения, действуют непосредственно и не требуют подтверждения другими органами и должностными лицами.

            Правовые позиции Конституционного Суда РФ, являясь неотъемлемыми элементами его решений, обладают равной с ними юридической силой, т.е. общеобязательны для других лиц в той же мере, в какой и резолютивный вывод                суда по предмету обращения. В абз. 2 п. 4 мотивировочной части Постановления Конституционного Суда РФ от 16.06.1998 № 19-П отмечено, что решения Суда обязывают всех правоприменителей, включая другие суды, действовать в соответствии с его правовыми позициями.

          Совокупное толкование приведённых норм закона и постановления Конституционного Суда РФ позволяет выделить свойства правовых позиций Конституционного Суда РФ:

•          Правовая позиция Конституционного Суда РФ распространяется не только на конкретную ситуацию, которая стала предметом рассмотрения суда, но и на все аналогичные (тождественные, сходные) ситуации, имеющие место в правовой практике.

•          Официальный и обязательный характер имеют не только резолютивные части актов Конституционного Суда РФ, но и содержащиеся в них правовые позиции, которые обязательны для всех правоприменителей на всей территории Российской Федерации.

       Однако в нарушение ст. 6, ч. 1 и 2 ст. 79 Федерального конституционного закона от 21.07.1994 № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» суды обеих инстанций  не учли сформулированную Конституционным Судом РФ правовую позицию и в нарушение п. 4 ст. 170 АПК РФ не дали  надлежащей правовой  оценки соответствующим доводам Банка.

         Вывод судов о возможности заключения локального мирового соглашения в данном конкретном деле о банкротстве сделан при ошибочном толковании практики применения правовых норм Верховного Суда РФ

          В виду отсутствия соответствующего законодательного регулирования в момент вынесения обжалуемого судебного акта, суд первой инстанции руководствовался п. 2 Обзора практики от 15.05.2024 и Определением Верховного Суда РФ от 27.04.2023 № 305-ЭС22-9597, которыми были сформулированы условия и порядок заключения локального мирового соглашения в отношении единственного жилья, являющегося предметом ипотеки.

           Согласно абз. 5 п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», проверяя правильность применения судом первой инстанций норм материального и процессуального права, суд кассационной инстанции устанавливает, соответствуют ли выводы судов практике применения правовых норм, определенной постановлениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, а также содержащейся в обзорах судебной практики, утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации.

         Определение Верховного Суда РФ от 27.04.2023 № 305-ЭС22-9597 и сформулированный на его основе п. 2 Обзора практики от 15.05.2024 были внесены при  иных фактических обстоятельствах, нежели имеются в деле о банкротстве ФИО2, а именно: «между ПАО КБ «Восточный» и ФИО7 (заемщик) был заключен договор кредитования от 10.07.2019 на предоставление денежных средств в размере 2 184 ООО руб. под 26% годовых сроком на 120 месяцев. В обеспечение исполнения обязательств ФИО7 между ПАО КБ «Восточный» и третьим лицом ФИО8 (залогодатель) был заключен договор ипотеки от 10.07.2019, предметом залога является квартира площадью 45 кв. м залоговой стоимостью 2 184 000 рублей.

          Впоследствии заемщик исправно исполнял обеспечиваемое обязательство по кредитному договору, а в отношении залогодателя-гражданина была введена процедура банкротства. В рамках дела о несостоятельности ПАО КБ «Восточный» обратилось с заявлением о включении задолженности по кредитному договору в реестр требований кредиторов должника как обеспеченных залогом имущества должника.

           Таким образом, в рассмотренном Верховным Судом РФ деле имело место банкротство залогодателя по обязательствам третьего лица, при том, что третье лицо (основной должник) просрочку не допустило. При этом предметом залога являлась стандартная квартира относительно небольшой стоимости - то есть рассмотренное Верховным Судом РФ дело является примером «потребительского банкротства»».

             В настоящем же деле иные фактические обстоятельства: ФИО2 является залогодателем по собственному долгу, а не по обязательствам третьего лица и является поручителем по обязательствам крупной группы компаний, бенефициаром которой он сам же и являлся.

          Предмет ипотеки, как подчеркивал Банк,  является очевидно роскошным жильем, в отличие от квартиры в деле рассмотренном Верховным Судом РФ.

          По мнению Банка, Реализация роскошного жилья ФИО2 позволит приобрести замещающее жилье, после чего в значительной степени удовлетворить необеспеченные требования кредиторов, тогда как в деле рассмотренном Верховным Судом РФ (в силу незначительной стоимости квартиры) иные кредиторы не могли бы претендовать на вырученные денежные средства.     В деле, рассмотренном Верховным Судом РФ, отсутствовали признаки недобросовестности должника.

          Очевидно, что при утверждении локального мирового соглашения судам необходимо не только устанавливать формальное совпадение фабулы дела наличию признаков, обозначенных Верховным Судом РФ (Единственное жилье обременено ипотекой, имеется платежеспособное третье лицо), но и проверять иные значимые фактические обстоятельства дела (в частности, характеристики жилого помещения, экономическую целесообразность заключения мирового соглашения, предшествующее поведение должника).

          Кроме того, заслуживает внимания и проверки судов довод Банка о том, что утвержденное локальное мировое соглашение несправедливо и не согласуется с принципом эффективности судебной защиты: утверждённым локальным мировым соглашением  защищено от обращения взыскания, реализации и дальнейшего погашения требований кредитора очевидно роскошное жилье.

          Банк обращал внимание на отказ ФИО2 от сотрудничества, как с залоговым кредитором, так и с финансовым управляющим и судом, а именно:

-          Должник проигнорировал запросы Банка о предоставлении доступа к квартире (что было предусмотрено договором ипотеки);

-    Должник не сообщил сведения о проживающих и зарегистрированных в квартире лицах (что было предусмотрено договором ипотеки);

 -    Должник не предоставил сведения и фотографии о текущем состоянии квартиры (что было предусмотрено договором ипотеки).

             Кроме того, несмотря на тот факт, что первая процедура банкротства в отношении Должника введена в декабре 2022 года, до настоящего времени последний не предоставил сведения о принадлежащем ему имуществе, расположенном в Республике Армения. Данное обстоятельство явилось основанием для подачи финансовым управляющим заявления об истребовании соответствующей информации на территории Армении. На основании письменных объяснений Должника о готовности оказать содействие в получении истребуемых документов (рассмотрение заявления откладывалось дважды (определения Арбитражного суда г. Москвы по настоящему делу от 04.07.2024 и от 13.08.2024), а определением от 01.10.2024 в компетентные органы Республики Армения направлен запрос о наличии у ФИО2 на праве собственности (аренды) объектов недвижимого имущества на территории Республики Армения.             

           Несвоевременное предоставление информации о заграничной недвижимости, по мнению Банка,  является очевидным нарушением п. 3 ст. 213.4 и п. 6 ст. 213.5 Закона о банкротстве, которое впоследствии может быть учтено при рассмотрении вопроса о завершении процедуры банкротства и при освобождении должника от долгов.

           Банк обращает внимание, что Должник заявлял о намерении оказать содействие в получении документов спустя полтора года после введения первой процедуры банкротства, и только после подачи заявления об утверждении оспариваемого локального мирового соглашения (фактически документы так и не были предоставлены) судом первой инстанции был направлен запрос в компетентные органы иностранного государства.

            Кроме того, Банк ссылался на то, что  в нарушение п. 3 ст. 213.4, п.6 ст. 213.5 Закона о банкротстве, Должник не сообщил Банку и финансовому управляющему сведений о составе своего имущества и своих кредиторов, в том числе не сообщил о наличии задолженности перед ФИО6 на сумму более 530 000 000 руб. После предъявления требования ФИО6, Должник поддерживал заявление кредитора и признавал задолженность. Однако определением Арбитражного суда города Москвы от 22.08.2024 данное требование было признано необоснованным, а суд сделал вывод о вхождении ФИО6 и Должника в одну группу лиц, а фактическим собственником спорных денежных средств признал самого ФИО2

           Таким образом, по мнению Банка, имело место неоднократное, очевидно недобросовестное поведение Должника в рамках процедуры собственного банкротства, что в будущем может повлечь отказ в освобождении Должника от исполнения обязательств при завершении процедуры банкротства по правилам п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве.

           Кассатор указывает, что суды не должны поощрять явно недобросовестное поведение Должника, очевидной целью которого было воспрепятствование обращения взыскания кредиторов на дорогостоящий объекты недвижимости и попытка «размыть» реестр признанием долга перед «дружественным» кредитором. Основные положения гражданского законодательства декларируют недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред третьим лицам, в связи с чем, в утверждении мирового соглашения в отношении спорного объекта недвижимости должно было быть отказано по причине явного недобросовестного поведения со стороны должника в ходе процедуры банкротство.

        С учетом изложенных обстоятельств Банк считает, что  утверждение оспариваемого  локального мирового соглашения привело к тому, что недобросовестный Должник, к которому будут формально применены правила о неосвобождении от исполнения обязательств, сохранит дорогостоящее жилье и при этом будет фактически избавлен от погашения оставшейся задолженности в связи с отсутствием иного имущества, что является очевидно несправедливым.

           Конституционный Суд РФ неоднократно подчеркивал, что право на судебную защиту предполагает наличие конкретных гарантий, позволяющих реализовать его в полном объеме, а правосудие по своей сути может признаваться таковым, только если оно отвечает требованиям справедливости и обеспечивает эффективное восстановление в правах (Постановление от 27.12.2012 года № 34-П).

       Суды не дали правовой оценки указанным доводам Банка.

          Кроме того, Банк обоснованно ссылается в жалобе на то, что резолютивная часть определения суда первой инстанции не содержит полного текста  локального мирового соглашения, что исключает возможность исполнения судебного акта.

         Как следует из мотивировочной части  судебного акта суда первой инстанции, утверждая оспариваемое мировое соглашение, суд первой инстанции утвердил мировое соглашение в редакции и на условиях, предложенных именно должником.

          При этом в резолютивной части определения суд первой инстанции указал, что утверждает локальное мировое соглашение между ФИО4, ФИО2 в лице финансового управляющего ФИО5 и ПАО "Промсвязьбанк" в редакции и на условиях, изложенных в мировом соглашении.

       В рассматриваемом случае форма изложения судом резолютивной части определения препятствует принудительному исполнению утвержденного судом мирового соглашения, поскольку резолютивная часть определения от 02.09.2024 не содержит какие-либо условия утвержденного судом мирового соглашения, что исключает его принудительное исполнение.

         В случае если третье лицо гр. ФИО9 по какой-либо причине перестанет исполнять оспариваемое мировое соглашение, в исполнительном листе, который должен будет получить Банк для принудительного исполнения такого мирового соглашения, фактически будет отсутствовать предмет исполнения.

         Вместе с тем, в силу положений ч. 1 ст. 142 АПК РФ, мировое соглашение исполняется лицами, его заключившими, добровольно, в порядке и в сроки, которые предусмотрены этим соглашением.

         Частью 2 ст. 142 АПК РФ предусмотрено, что мировое соглашение, не исполненное добровольно, подлежит принудительному исполнению по правилам раздела VII настоящего Кодекса на основании исполнительного листа, выдаваемого арбитражным судом по ходатайству лица, заключившего мировое соглашение.

          В соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 320 АПК РФ в исполнительном листе должна быть указана резолютивная часть судебного акта.

         Таким образом, в силу ч. 2 ст. 140, п. 2 ча. 7 ст. 141, ч. 2 ст. 142, п. 5 ч. 1 ст. 320 АПК РФ и п. 22 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 18.07.2014 № 50 «О примирении сторон в арбитражном процессе» в исполнительном листе излагаются условия мирового соглашения, которые изложены в резолютивной части определения об утверждении мирового соглашения.

          Судебная практика также исходит из того, что по смыслу указанных норм права исполнительный лист может быть выдан только в полном соответствии с резолютивной частью определения об утверждении мирового соглашения, резолютивная часть данного судебного акта переписывается в исполнительный лист дословно.

       Следовательно, судами допущено нарушение норм процессуального права.

        С учетом вышеизложенных обстоятельств суд округа полагает, что выводы судов о возможности утверждения локального мирового соглашения в предложенной должником редакции  являются преждевременными, сделанными без исследования всех фактических обстоятельств дела, без  проверки  и оценки всех возражений Банка относительно нарушения принципа реабилитационного паритета, экономического обоснования,  роскошности  предмета ипотеки, нарушения прав Банка,  несправедливости и неэффективности судебной защиты с учетом недобросовестного поведения должника. 

        Таким образом, суд кассационной инстанции считает, что выводы судов сделаны при неправильном применении норм материального права, без установления всех фактических обстоятельств дела и оценки  всех доводов и доказательств, которые приводил Банк, с учетом конкретных фактических обстоятельств настоящего дела о банкротстве, в связи с чем обжалуемые судебные акты подлежат отмене, поскольку, устанавливая фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, суды не в полной мере исследовали имеющиеся в деле доказательства и доводы Банка, не учли вышеизложенные позиции Верховного Суда Российской Федерации и актуальную судебную практику.

            Поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, обособленный спор подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы, в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

            При новом рассмотрении спора суду первой инстанции следует учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, исследовать и оценить в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, учесть судебную практику Верховного Суда Российской Федерации, в частности правовые подходы, изложенные в Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2024 № 305-ЭС21-28610 (4), от 27.04.2023 № 305-ЭС22-9597, от 23.12.2024 № 305-ЭС24-11965, от 25.05.2020 № 305-ЭС15-11067, от 21.09.2023 № 308-ЭС20-3526 (9,10, 12-14), от 26.07.2021 № 303-ЭС20-18761, а также в пункте 18 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.2005 № 97 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с заключением, утверждением и расторжением мировых соглашений в делах о несостоятельности (банкротстве)»), и по результатам исследования и оценки представленных доказательств, исходя из подлежащих применению норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт. 

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 02.09.2024 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2025 по делу № А40-53291/2022 отменить. 

         Вопрос об утверждении локального мирового соглашения направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судья                                                  Е.Л. Зенькова                      

Судьи:                                                                                            Е.А. Зверева 

                                                                                                   Н.Н. Тарасов