ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Москва

05.06.2020Дело № А40-192927/17

Резолютивная часть постановления оглашена 2 июня 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 5 июня 2020 года.

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Тарасова Н.Н.,

судей Закутской С.А., Михайловой Л.В.,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего Банка «Югра» (публичное акционерное общество) в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (посредством видеоконференц-связи) - ФИО1 по доверенности от 25.12.2019;

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Бурснаб» – ФИО2 по доверенности от 03.02.2020;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

акционерного общества «Нефтегазовая компания «Прогресс»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 11.10.2019,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2020

об отказе во включении требований акционерного общества «Нефтегазовая компания «Прогресс» в размере 66 183 600 руб. в реестр требований кредиторов должника

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Бурснаб»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 08.02.2018 общество с ограниченной ответственностью «Бурснаб» (далее – должник) (признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО3

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление акционерного общества «Нефтегазовая компания «Прогресс» (далее – общества) о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 66 183 600 руб., в удовлетворении которого определением Арбитражного суда города Москвы от 11.10.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2020, было отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, общество обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В судебном заседании представители конкурсного управляющего должника и конкурсного управляющего Банка «Югра» (публичное акционерное общество) просили суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Заявитель кассационной жалобы явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил и доводы кассационной жалобы не поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу статьи 100 Закона о банкротстве, проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве суд должен исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

При этом, необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Исходя из правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 26 постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление от 22.06.2012 № 35), в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве, проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. 

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Судами отмечено, что требования общества основаны на договоре поставки от 01.09.2015 № 010915/ПР-ЮБС, согласно условиям которого должник (поставщик) обязался поставить в пользу общества продукцию производственного назначения, а общество (покупатель) в свою очередь, принять и оплатить ее на условиях соглашения.

Общество указывало, что стоимость поставленной, но неоплаченной должником продукции составляет заявленную по настоящему обособленному спору сумму.

Вынося обжалуемое определение, суд первой инстанции исходил из того что обществом не представлены доказательства в обоснование требования в полном объеме, а именно: оригиналы документов на обозрение суда, документы, подтверждающие закупку, складирование, отгрузку, транспортировку товаров, полученных от должника, документы складского хранения, доказательства использования оборудования в своей производственной деятельности либо дальнейшая перепродажа, доказательства отражения хозяйственных операций в налоговом и бухгалтерском учете, книги покупок и продаж, относящиеся к указанному периоду, бухгалтерский баланс за 2015-2017 годы.

Судом отмечено, что обществом представлены копии договоров поставки: от 04.07.2016 № НГП/НН/0716, заключенного с открытым акционерным обществом «Негусьнефть»; от 26.11.2015 № К/НГК_П-2611/15, заключенного с обществом с ограниченной ответственностью «Капитал».

Вместе с тем, указал суд, оригиналы указанных договоров представлены не были.

Судом также критически оценена светокопия  заключенного обществом для транспортировки товара договора № 010116 перевозки грузов автомобильным транспортом, по условиям которого перевозчик принял на себя обязательство по осуществлению транспортной перевозки грузов в пункт назначения, а общество (заказчик), в свою очередь, уплачивать за перевозку груза установленную плату.

Суд отметил, что оригинал этого договора от 12.01.2016 № 010116 представлен не был, а общество, указанное в качестве контрагента, было создано только 15.03.2016.

Как следствие, договор перевозки грузов автомобильным транспортом от 12.01.2016 № 010116 не мог быть заключен ООО «Автолайн ЦС» ранее своего создания.

Судом также принято во внимание, что в материалы дела не представлены доказательства реальной хозяйственной деятельности, документы, подтверждающие реальную возможность у должника отгрузки указанной в договорах поставки продукции в заявленном объеме.

Между тем, материалами дела подтверждено, что у должника на протяжении всего периода времени существования общества отсутствовал необходимый для такого объема работ штат сотрудников, складские помещения.

В данном случае, отметил суд,  отсутствуют доказательства потребности у кредитора в приобретаемом оборудовании, отсутствуют доказательства наличия у должника реальной возможности осуществить поставку спорного товара.

Кроме того в соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику признается лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В соответствии со статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», аффилированные лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических лиц и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

Согласно правовой позиции, изложенной в определениях Верховного суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 и от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

При этом, по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», даже при отсутствии формального критерия группы лиц, определяемого по структуре корпоративного участия и управления (юридической аффилированности), но при установленных обстоятельствах, свидетельствующих о существовании между сторонами сделки отношений фактической аффилированности, допустимо доказывание заинтересованности лиц с сохранением ими возможности оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

С учетом изложенного, суд исходил из того, что общество и должник являлись заинтересованными лицами и продолжают оставаться таковыми в настоящее время, поэтому, при рассмотрении настоящих требований подлежит применению более высокий стандарт доказывания, при котором должны быть не только представлены ясные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности, но и опровергнуты сомнения в мнимости долга, сформированного только с противоправной целью искусственного наращивания подконтрольной должнику задолженности. Целью судебной проверки таких требований является исключение у суда любых разумных сомнений в наличии и размере долга.

При рассмотрении требований аффилированного кредитора бремя доказывания распределяется иначе: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором - на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

Сам по себе факт аффилированности кредитора, предъявившего требование к должнику, хотя и не свидетельствует о намерении сторон искусственно создать задолженность, однако, при заявлении иными незаинтересованными участниками процесса обоснованных возражений возлагает бремя опровержения таких возражений на аффилированного кредитора (определения Верховного суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060; от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647 (1); от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647 (7); от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6)).

Указанное распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера спорного долга, возникшего из договора, и недопущением включения в реестр необоснованных требований (созданных формально с целью искусственного формирования задолженности с целью контролируемого банкротства либо имевшихся в действительности, но фактически погашенных (в ситуации объективного отсутствия у арбитражного управляющего документации должника и непредставлении такой документации аффилированным лицом)), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Между тем, суд пришел к выводу о том, что перечисление спорных денежных средств производилось внутрибанковскими проводками: со счета кредитора, открытого в Банке ЮГРА (ПАО), на счет должника, открытый в этом же банке.

При этом, обществом источник происхождения денежных средств, перечисленных на счет должника не раскрыт.

Прозрачность поступлений значительных сумм на счет заявителя не раскрыта, то есть суд не может исключить того, что денежные средства, перечисленные должнику, не были предварительно получены от самого должника.

Все операции по перечислению денежных средств, совершенные кредитором в пользу должника по спорным договорам поставки носят исключительно транзитный характер, а денежные средства, поступившие должнику по спорным операциям, были списаны с его расчетного счета в один и тот же день со днем совершения операций по оплате кредитором мнимого договора поставки.

В частности: 28.09.2016 кредитор, ООО «Версогунг», ООО «Восток» совершают три платежа в пользу должника на общую сумму 19 000 000 руб. и в этот же день - 28.09.2016 со счета должника в пользу ООО «Восток Бурение» списывается 20 000 000 руб.; 31.03.2016 кредитор совершает платеж в пользу должника на 64 183 600 руб., в этот же день - 31.03.2016 со счета должника в пользу ООО «Бурнефть» списывается 64 000 000 руб.; 29.12.2015 кредитор совершает платеж в пользу должника на сумму 276 126 900 руб.

В свою очередь - 29.12.2016 со счета должника в пользу ООО «Билдинг Групп» и ООО «Провидер» двумя платежами списывается денежная сумма в общем размере 271 000 000 руб.; 29.12.2015 кредитор совершает платеж в пользу должника на сумму 3 500 000 руб.

В свою очередь 29.12.2016 со счета должника в пользу АО «НК Дулисьма» списывается денежная сумма в общем размере 3 100 000 руб.

При этом, должника, ООО «Версоргунг», ООО «Восток», ООО «Бурнефть», связывает единая бухгалтерия, ввиду того, что бухгалтерские услуги для данных компаний велись одним и тем же лицом - ООО УК «СДС Консалт», что свидетельствует о фактической аффилированности указанных лиц.

Также суд первой инстанции правомерно исходил из того, что оформленное договором поставки транзитное перечисление в короткий период времени денежных средств в случае, если оно не связано с реальным несением кредитором расходов, может свидетельствовать о формальном характере перечислений, имеющих своей исключительной целью участие в процедуре банкротства.

Относительно незначительный размер требования по отношению к размеру реестра требований кредиторов должника наличие обозначенной цели не отменяет, тем более с учетом наличия требований кредиторов, основанных на похожих перечислениях с ссылками на идентичные договоры поставки денежных средств (например, требование кредиторов НГДУ «Дулисьминское», ООО «Восток», АО НИИ «СибНефтеГазПроект», ООО «Густореченское», АО «Заприкаспийгеофизика», ООО «Юганский 20», ООО «ВОСТОК Бурение», ООО «Сургут Транс» и др.).

С учетом повышенного стандарта доказывания, кредитор разумный экономический смысл этих транзитных платежей также не разъяснил.

Выявленное позволяет сделать вывод, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для подобного рода сделок, указанные денежные средства не имели целью опосредовать финансово-хозяйственные операции должника.

Оборот денежных средств с ссылкой на договор поставки, которые впоследствии распределялись между прямо или косвенно аффилированными лицами говорит о мнимости (ничтожности) сделок, денежные средства, полученные по спорном у договору, не использовались по назначению, выводились в виде транзитных платежей между иным аффилированным компаниям группы, вследствие чего указанные платежи не могут быть признаны в качестве реальной задолженности, возникшей на стороне должника, которая подлежала бы включению в реестр требований кредиторов в порядке статей 71, 100 Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах, отсутствие доказательств потребности у кредитора в приобретаемом оборудовании, отсутствие доказательств наличия у должника реальной возможности осуществить поставку спорного оборудования, ничтожный характер договора поставки, транзитный характер перечисления денежных средств от кредитора должнику и далее иным аффилированным с ними лицами (кругооборот), несовершение кредитором действий по взысканию задолженности до введения в отношении должника процедуры банкротства) в отсутствие оснований полагать иное суд не усмотрел оснований для удовлетворения требования кредитора по заявленным основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Мнимый характер сделки заключается в том, что у участников мнимой сделки отсутствует действительное волеизъявление на создание соответствующих ей правовых последствий, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения, но создают видимость таких правоотношений для иных участников гражданского оборота.

Совершая сделку для вида, ее стороны правильно оформляют необходимые документы.

В данном случае, характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов.

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

В связи с этим, установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

Однако, фактические правоотношения из договора между сторонами мнимой сделки отсутствуют.

Как следствие, констатировал суд, надлежащих доказательств в обосновании требования общества не представлено, основания для признания обоснованным и включения в реестр требований кредиторов должника заявленного требования отсутствуют.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка.

Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержат указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационной жалобы аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 11.10.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2020по делу № А40-192927/17 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию Верховного суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяН.Н. Тарасов

Судьи:С.А. Закутская

Л.В. Михайлова