АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-29204/2019

г. Краснодар

28 марта 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 марта 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 марта 2023 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Сороколетовой Н.А., судей Денека И.М. и Илюшникова С.М. при участии в судебном заседании ФИО1 и его представителя – ФИО2 (доверенность от 17.09.2020), от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Союз-Транзит» ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 01.11.2022), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 11.11.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2022 по делу № А32-29204/2019, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Союз-Транзит» (далее – должник, общество) конкурсный управляющий должника ФИО3 (далее – конкурсный управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, взыскании с ФИО1 в конкурсную массу должника 14 945 401 рубля  63 копеек (с учетом уточнения первоначально заявленного требования, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее  – Кодекс).

Определением суда от 11.11.2022, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 29.12.2022, заявление удовлетворено. 

В кассационной жалобе ФИО1 просит обжалуемые судебные акты отменить, производство по обособленному спору прекратить или направить обособленный спор на новое рассмотрение. Податель жалобы указывает, что причинно-следственная связь, повлекшая наступление банкротства должника, отсутствует; выводы судов не соответствуют обстоятельствам дела и представленным доказательствам; конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что транспортные средства в количестве 21 единицы утрачены по вине бывшего руководителя должника; заявитель выражает несогласие с результатами выездной налоговой проверки, послужившей поводом для возбуждения процедуры банкротства общества.

В отзывах на кассационную жалобу конкурсный управляющий должника и кредитор – ФИО5 указали на законность и обоснованность принятых по делу судебных актов, просили в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

В судебном заседании ФИО1 и его представитель поддержали доводы кассационной жалобы, просили обжалуемые судебные акты отменить, кассационную жалобу – удовлетворить.

Представитель конкурсного управляющего возражал против доводов жалобы по основаниям, изложенным в отзыве, просил судебные акты оставить в силе.

Кассационная жалоба рассмотрена на основании части 3 статьи 284 Кодекса, в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 35 вышеназванного Кодекса.

Дополнительные доказательства, представленные ФИО1 на обозрение суда кассационной инстанции вместе с кассационной жалобой, не подлежат приобщению к материалам дела, поскольку сбор и исследование новых доказательств не входят в компетенцию суда кассационной инстанции (статьи 286 и 287 Кодекса).

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, выслушав участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела и установили суды, Федеральная налоговая служба в лице Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Новороссийску Краснодарского края обратилась в суд с заявлением к ООО «Союз-Транзит» о признании его несостоятельным (банкротом) с применением упрощенной процедуры банкротства.

Решением суда от 29.03.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре банкротства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 Сообщение в официальном источнике (Издательский дом – «КоммерсантЪ») о введении процедуры банкротства в отношении должника опубликовано 10.04.2021.

Конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением, ссылаясь на невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие противоправных действий единоличного исполнительного органа, связанных с нарушением налогового законодательства и выбытием основных средств должника.

Удовлетворяя заявленные требования, суды руководствуясь статьями 65, 71 и 223 Кодекса, статьями 32, 61.10, 61.11, 61.14, 61.16, 61.17 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53) пришли к выводу о том, что недобросовестные действия контролирующего должника лица привели к несостоятельности (банкротству) общества и невозможности удовлетворения требований кредиторов.

Суды первой и апелляционной инстанций обоснованно исходили из следующего.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) внесены изменения в Закон о банкротстве, положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили силу.                    Закон № 266-ФЗ вступил в силу со дня его официального опубликования – 30.07.2017.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ предусмотрено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве                             (в редакции Закона № 266-ФЗ).

Применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время статей 61.11, 61.12 Закона о банкротстве) в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. Нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Законодательство о несостоятельности в редакции как Федеральных законов                  от 28.04.2009 № 73-ФЗ и от 28.06.2013 № 134-ФЗ, так и Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ предусматривало возможность привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности за доведение должника до банкротства (создание ситуации невозможности погашения требований кредиторов). Несмотря на последовательное внесение законодателем изменений в положения, регулирующие рассматриваемые отношения, правовая природа данного вида ответственности сохранилась (определение Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2020            № 305-ЭС19-24480).

Положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ) содержали нормы права, аналогичные положениям пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, подпунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

В пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлен перечень обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, при доказанности которых предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица могут явиться необходимой причиной объективного банкротства.

В силу разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Пункт 2 постановления Пленума № 53 содержит положение о том, что субсидиарная ответственность по обязательствам несостоятельного должника является разновидностью гражданско-правовой ответственности и наступает в связи с причинением вреда имущественным правам кредиторов подконтрольного лица, в связи с чем в части, не противоречащей специальному регулированию законодательства о банкротстве, к данному виду ответственности подлежат применению положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По смыслу приведенных норм права, основывающихся на общих правилах о деликтной ответственности (статьи 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), привлечение к субсидиарной ответственности по рассматриваемому основанию допустимо лишь в случае доказанности состава правонарушения, включающего в себя факт наступления вреда (невозможность полного погашения обязательств перед кредиторами), противоправность действий/бездействия деликвента (совершение вредоносных сделок либо извлечение из них имущественной выгоды и т. п., непередача конкурсному управляющему документации должника), а также причинно-следственную связь между инкриминируемыми контролирующему должника лицу деяниями/бездействием и негативными последствиями на стороне конкурсной массы – объективным банкротством организации-должника, под которым для целей Закона о банкротстве понимается критический момент, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по обязательным платежам.

В пункте 3 постановления Пленума № 53, разъяснено, что необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

По результатам исследования доказательств суды установили, что ФИО1 с 2013 года до 20 марта 2018 года являлся директором ООО «Союз-Транзит»; уволен в соответствии с пунктом 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации конкурсным управляющим ФИО6, в рамках дела № А32-45078/2016-43/201-Б о банкротстве должника. Общая сумма требований, включенных в реестр требований кредиторов составила 19 995 417 рублей 96 копеек.

Суды усмотрели наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника исходя из следующего.

Из материалов дела следует, что решением ИФНС по г. Новороссийску от 29.12.2016 № 2651 в отношении должника проведена налоговая проверка за период с 01.01.2013 по 31.12.2015, сведения по рассмотрению материалов налоговой проверки оформлены актом от 16.10.2017 № 16с4.

По результатам выездной налоговой проверки вынесено решение от 12.12.2017 № 38дс4 о привлечении ООО «Союз-Транзит» к налоговой ответственности. Впоследствии, задолженность в размере 10 917 596 рублей 02 копеек, из которых 6 203 447 рублей 82 копейки основного долга, 3 042 573 рубля 43 копейки пени и 1 828 351 рубля 60 копеек штрафа включена в реестр требований кредиторов должника.

В проверяемом периоде должник осуществлял деятельность в сфере грузовых перевозок и являлся таможенным перевозчиком, был включен в реестр таможенных перевозчиков. Руководителем должника в соответствующий период был ФИО1 Уполномоченным органом установлено, что ООО «Союз-Транзит» при оказании автотранспортных услуг по перевозке грузов неверно применялась система налогообложения. Количество транспортных средств общества при оказании услуг превысило 20 единиц, соответственно деятельность в рамках системы ЕНВД облагаться не могла, и организация была обязана применять общую систему налогообложения. В ходе проверки налоговый орган определил налоговые обязательства ООО «Союз-Транзит» и применил расчетный метод исчисления налогов на основании имеющейся информации о налогоплательщике, данных бухгалтерского учета доходов и расходов предприятия, сведений о движении денежных средств по расчетным счетам должника в общей сумме.

В проверяемом периоде должник также являлся плательщиком НДС, в ходе проверки выявлена неуплата налога на прибыль в сумме 646 049 рублей в результате занижения налоговой базы.

Суды отметили, что ФИО1 не оспаривал решение налогового органа от 12.12.2017 № 38дс4 о привлечении ООО «Союз-Транзит» к налоговой ответственности в судебном порядке; решение вступило в законную силу.

Довод ФИО1 о том, что утрата 21 единицы транспортных средств материалами дела не подтверждена, и вывод об обратном противоречит установленным обстоятельствам, правомерно отклонен судом апелляционной инстанции.

В материалах дела имеется ответ МРЭО № 3 ГИБДД, из которого следует, что за должником числится 23 единицы транспортных средств. Конкурсный управляющий направлял запросы как ФИО1, так и арбитражному управляющему ФИО6, являвшемуся конкурсным управляющим ООО «Союз-Транзит» в предыдущем деле о банкротстве № А32-45078/2016.

Суд апелляционной инстанции указал, что вывод об утрате 21 транспортного средства следует из пояснений самого ФИО1, в соответствии с которыми переданные на ответственное хранение транспортные средства утилизированы, их исправные детали использованы для ремонта автомобилей и прицепов, а лом обменян на масла, шины и другие материалы, использованные в последующем в производстве, а также на оплату аренды площадки для стоянки техники, 2 транспортных средства реализованы арбитражным управляющим ФИО6, а утилизированные транспортные средства не представлялось возможным снять с учета ввиду наложенных ограничений.

Установив вышеизложенные обстоятельства, суды пришли к выводу о том, что ФИО1 как контролирующее должника лицо, совершил действия, повлекшие банкротство должника, поскольку признаки банкротства возникли у должника после совершения руководителем вменяемых противоправных действий, установленных выездной налоговой проверкой, что привело к невозможности осуществления обществом хозяйственной деятельности в дальнейшем, и погашения требований кредиторов. В результате неправомерных и недобросовестных (неразумных) действий бывшего руководителя должника, в частности, в виде искажения налоговой отчетности, должнику начислены недоимка по налогам и штрафные санкции, которые не оплачены и включены в реестр требований кредиторов, что свидетельствует о доказанности наличия вины ответчика; между действиями ФИО1 и правовыми последствиями в виде сформировавшейся задолженности имеется причинно-следственная связь, т.к. в результате виновных действий причинен вред интересам должника и его кредиторов, что явились необходимой причиной банкротства. При этом выбыли основные средства должника.

Рассмотрев вопрос о пропуске срока давности, суды исходили из того, что течение срока исковой давности в любом случае не может начаться ранее возникновения у заявителя права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, то есть для конкурсного управляющего - не ранее введения конкурсного производства, которое открыто в отношении общества 01.02.2021, когда действовала редакция Закона о банкротстве, введенная Законом № 266-ФЗ, закрепляющая в пункте 5 статьи 61.14 Закона трехгодичный срок исковой давности, в связи с чем заключили, что применительно к обстоятельствам настоящего спора (заявление подано 21.04.2022) срок исковой давности не пропущен.

При определении размера субсидиарной ответственности, судами учтены положения пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве (абзаца 8 пункта 4 статьи 10 Закона № 134-ФЗ), из которых следует, что размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Поскольку все необходимые мероприятия по формированию конкурсной массы проведены, суды пришли к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 14 945 401 рубля               63 копеек.

Суд округа не имеет оснований не согласиться с выводами судов двух инстанций.

Приведенные в кассационной жалобе доводы подлежат отклонению, так как выводов судов не опровергают, не свидетельствуют о допущении судами нарушений норм материального и (или) процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку по своей сути касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, основаны на ином толковании норм права, подлежащих применению при рассмотрении спора; доводы заявителя кассационной жалобы тождественны доводам, являвшимся предметом исследования суда первой и апелляционной инстанции и получившим надлежащую правовую оценку с подробным изложением мотивов их отклонения.

Нормы права при разрешении спора применены правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Кодекса безусловным основанием для отмены судебных актов, судом округа не установлено.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены судебных актов.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 11.11.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2022 по делу № А32-29204/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                 Н.А. Сороколетова

Судьи                                                                                                                И.М. Денека

С.М. Илюшников