ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула                                                                                                        Дело № А23-7995/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 22.10.2019

Постановление в полном объеме изготовлено  29.10.2019

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Афанасьевой Е.И., судей Волковой Ю.А. и Сентюриной И.Г., при ведении протокола судебного заседания  Беляткиной К.А., в отсутствии лиц,  участвующих в деле надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу  конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Частное охранное предприятие «Витязь» Елясова Андрея Юрьевича на определение Арбитражного суда  Калужской области от 07.08.2019    по делу № А23-7995/2016 (судья Сыбачин А.В.), принятое по заявлению конкурсного управляющего Елясова Андрея Юрьевича о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника Тишенкова Владимира Владимировича, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Частное охранное предприятие «Витязь», 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Калужской области от 28.02.2017 в отношении ООО «Частное охранное предприятие «Витязь» (далее – должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО4.

Решением  суда от 14.08.2017 общество с ограниченной ответственностью «Частное охранное предприятие «Витязь» признано банкротом, в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий ФИО2 18.12.2017 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО3 по долгам должника.

Определением суда от 07.08.2019 заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Частное охранное предприятие «Витязь» ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника бывшего руководителя должника ФИО3 оставлено без удовлетворения.

В жалобе конкурсный управляющий ООО «Частное охранное предприятие «Витязь» ФИО2 просит определение суда от 07.08.2019 отменить, заявленные требования удовлетворить. В обоснование своей позиции ссылается на то, что в соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, поданных с 01.07.2017, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона). Отмечает, что управляющий просил привлечь бывшего директора к ответственности на основании пункта 1 статьи 61.11, подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ. Считает, что арбитражный суд должен был установить иную критическую дату, в которую положение должника стало отвечать признакам объективного банкротства, в связи с наличием в материалах дела достаточного объема доказательств. Полагает, что арбитражный суд не вправе перекладывать обязанность доказывания отсутствия денежных средств у должника на управляющего. По мнению заявителя жалобы, договор с ООО «Сельхозпредприятие «Красный Сад» и Соглашения о намерениях с иными контрагентами (ООО «Миго-групп», АО «Калуга-Прибор») нельзя принять в качестве доказательств разумных мер по выводу предприятия из кризиса. Указывает на необоснованность выводов суда в части отказа ответчика от поддержания исковых требований в суде к ПАО Сбербанк России на сумму 2 241 460 рублей, непринятия мер к принудительному взысканию задолженности с бывшего работника должника в размере 254 180,79 рублей, а также удержания первичных документов предприятия о его дебиторской задолженности на сумму 152 300 рублей. Обращает внимание на то, что в соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53, с ответчика должны быть взысканы убытки в размере 2 647 940,79 рублей.

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее  АПК РФ) в пределах доводов апелляционной жалобы.

Изучив доводы апелляционной жалобы и материалы дела, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что определение не подлежит отмене по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Пунктом 3 статьи 1 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ), вступившим в силу 30.07.2017, статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу.

Пунктом 14 статьи 1 Закона № 266-ФЗ Закон о банкротстве дополнен новой главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве", в том числе предусмотрена субсидиарная ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника (статья 61.12 Закона о банкротстве). Привлечение к субсидиарной ответственности возможно, в том числе в случаях прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств для возмещения судебных расходов (пункт 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

Пунктом 4 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, подпунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19, 61.20 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Таким образом, исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 ГК РФ) и в силу специального указания пункта 4 статьи 4 Закона № 266-ФЗ, положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ подлежат применению, в том числе в части положений о субсидиарной ответственности по обязательствам должника, если обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения соответствующих лиц к такой ответственности имели место быть после дня вступления в силу указанного Закона.

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Как следует из правовой позиции, изложенной в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010     № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу обновленного закона. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления такого закона в силу, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу обновленного закона, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. Предусмотренные обновленным законом процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после вступления его в силу независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Исходя из вышеизложенных норм права и соответствующих разъяснений, приняв во внимание, что заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано в арбитражный суд 18.12.2017, обстоятельства, с которыми связано привлечение ФИО3  к субсидиарной ответственности (неподача заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), необоснованный отказ от исковых требований, непринятие мер по взысканию задолженности с бывшего сотрудника) имели место до вступления в законную силу Закона № 266-ФЗ (сентябрь, ноябрь 2014 года, июнь 2016 года), ввиду периода времени, к которому относятся обстоятельства, с которыми заявитель связывает ответственность ответчика, настоящее требование подлежит разрешению с применением пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ (в части применения норм материального права).

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с учредительными документами должника на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и(или) недостаточности имущества; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд на основании пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве не позднее чем через месяц со дня возникновения соответствующих обстоятельств.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителя к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Отсутствие хотя бы одного из вышеперечисленных условий является препятствием для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности.

Как видно, конкурсный управляющий должника связывает обязанность руководителя ООО «Частное охранное предприятие «Витязь» ФИО3 по подаче заявления о признании предприятия банкротом не позднее 15.11.2014 с отсутствием у должника к середине октября 2014 года финансовой возможности погасить задолженность по обязательным взносам на пенсионное и социальное страхование, а также накоплением  задолженности по фискальным обязательствам.

При этом факт неисполнения должником обязанностей по уплате обязательных платежей  либо неисполнения обязанностей перед иными кредиторами не свидетельствует о неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, так как наличие кредиторской задолженности не может рассматриваться как признак ухудшающегося финансового состояния юридического лица, требующего принятия соответствующих мер.

Более того, судом области установлено, что на 15.11.2014 задолженность составила 219 629 рублей 12 копеек. Как правильно отметил, суд области, размера данной задолженности недостаточно для определения у должника признаков банкротства, предусмотренных статьей 33 Закона о банкротстве. 

Согласно статье 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом неплатежеспособность должника на указанную дату ничем документально не подтверждена. 

Конкурсный управляющий представил сведения о том, что на заявленную дату должнику принадлежало имущество:  на праве выкупной аренды (лизинга) автомобиль Лада 217130, покупная цена 359 900 рублей, приобретен должником в собственность 25.06.2015, впоследствии продан 29.06.2015 за 200 000 рублей; на праве собственности автомобиль ВАЗ 21074, впоследствии продан за 45 000 рублей; на праве выкупной аренды (лизинга) автомобиль Рено Логан, приобретен должником в собственность 25.06.2015, продан 29.06.2015 за 150 000 рублей; на праве выкупной аренды (лизинга) автомобиль Лада 4х4, приобретен должником в собственность 28.01.2016, продан 03.02.2016 за 180 000 рублей;  на праве собственности автомобиль ВАЗ 21041-20, впоследствии продан за 60 000 рублей;  на праве выкупной аренды (лизинга) автомобиль Лада 4х4, приобретен должником в собственность 28.01.2016, продан 03.02.2016 за 180 000 рублей (иное транспортное средство по сравнению с указанным в пункте 4 перечня). Оценивая стоимость указанного имущества, конкурсный управляющий принял во внимание только принадлежащие должнику на праве собственности транспортные средства, указав, что их стоимость 133 000 рублей менее размера задолженности.

Вместе с тем суд области правомерно указал, что право финансовой аренды обладает самостоятельной экономической ценностью, определяемой как сальдо встречных требований лизингодателя и лизингополучателя. Приобретение транспортных средств в собственность по остаточной стоимости 3 000 рублей свидетельствует о том, что в структуру платы за имущество входило не только вознаграждение лизингодателя за предоставленное финансирование, но и часть стоимости имущества.

Соответственно, данных по одному только транспортному средству Лада 217130 со сроком лизинга 36 месяцев и остатком платежей на 15.11.2014 (8 месяцев) при покупной стоимости 359 900 рублей и последующей продажной стоимости 200 000 руб. достаточно для установления, в совокупности с признаваемой конкурсным управляющим стоимостью транспортных средств, превышения стоимости ликвидного имущества должника над размером задолженности.

Таким образом, момент возникновения обстоятельств, с которыми пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве связывает наступление у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, конкурсным управляющим не доказан.

Кроме того, по смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве», при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности) добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Указанная правовая позиция также выражена  в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801.

ФИО3 в материалы дела представлен план мероприятий по восстановлению платежеспособности должника в 2015-2016 годах, а также заключение специалиста № 83-10/18 от 27.11.2018, в соответствии с которыми восстановление благополучного финансового состояния должника было возможно принимаемыми руководителем должника мерами.

В спорный период велась экономическая деятельность по исполнению текущих договоров, а также по заключению новых договоров.

15.06.2016 заключен договор с ООО «Сельхозпредприятие «Красный Сад» №15062016 с согласованной стоимостью услуг 1 024 800 рублей в месяц, согласована инструкция по охране объекта, однако, 21.07.2016 указанный договор был расторгнут. Согласно пояснениям ответчика расторжение договора инициировано заказчиком в отсутствие ненадлежащего исполнения со стороны должника.

Также руководителем должника велась работа по согласованию договорных условий с ООО «Миго-групп» и АО «Калуга Прибор» (соглашения о намерениях от 10.08.2016 и от 16.08.2016).

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу о недоказанности заявителем всей совокупности условий, необходимых для привлечения бывшего руководителя должника – ФИО3 к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Также, конкурсный управляющий в обоснование заявления о привлечении бывшего руководителя к субсидиарной ответственности ссылается, что ФИО3 необоснованно заявлен отказ от исковых требований к ПАО «Сбербанк России», не приняты меры к принудительному взысканию задолженности с бывшего работника должника в размере 254 180,79 рублей

Часть 4 статьи 10 Закона о банкротстве предусматривает перечень обстоятельств, при наличии которых предполагается, что должник признан несостоятельным вследствие действий (бездействия) контролирующего лица.

В частности, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В рассматриваемом случае заявителем не доказано наличие какого-либо обстоятельства, создающего указанную презумцию.

Вышеуказанные обстоятельства не свидетельствуют о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной частью 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Кроме того, конкурсный управляющий должника также указывал в своем заявлении на наличие оснований для привлечения ФИО3  к субсидиарной ответственности на непередачу первичной документации, в отсутствие которой явилось невозможным взыскание дебиторской задолженности.

В силу части 1 статья 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, заявитель должен доказать факт совершения ими правонарушения (действия, бездействие) и причинную связь между действиями ответчика (контролирующего должника лицами) и наступлениями последствий (банкротством должника).

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего руководитель должника обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Ответственность руководителя должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации, что влечет за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения им вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

ФИО3, ссылаясь на отсутствие оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности, представил в материалы дела отзыв, в котором указал, что вся имеющаяся бухгалтерская и иная документация должника, печати, штампы, материальные и иные ценности были переданы временному управляющему ФИО4, постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2019  в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «ЧОП «Витязь» ФИО2 об истребовании документов у бывшего руководителя должника ФИО3 отказано.

Таким образом, в данном случае субъектом субсидиарной ответственности - ФИО3  представлены доказательства отсутствия своей вины.

В связи с чем, обоснован вывод суда первой инстанции о том, что требование о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица по основаниям, предусмотренным подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11Закона о банкротстве, не подлежит удовлетворению.

Учитывая вышеизложенное, отказ в удовлетворении заявленных требований судебная коллегия находит обоснованным.

Доводы заявителя жалобы о том, что в соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, поданных с 01.07.2017, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона), не заслуживают внимания.

Учитывая, что субсидиарная ответственность по свое правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности).

Аналогичная позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757(2,3).

Доводы заявителя жалобы о том, что арбитражный суд должен был установить иную критическую дату, в которую положение должника стало отвечать признакам объективного банкротства, в связи с наличием в материалах дела достаточного объема доказательств и том, что арбитражный суд не вправе перекладывать обязанность доказывания отсутствия денежных средств у должника на управляющего, подлежат отклонению как несостоятельные, поскольку в силу части 1 статьи 65 АПК РФ, заявителю необходимо доказать, когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом и возникновение такой обязанности; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств, влечет отказ в удовлетворении заявления.

Доводы заявителя жалобы о том, что договор с ООО «Сельхозпредприятие «Красный Сад» и Соглашения о намерениях с иными контрагентами (ООО «Миго-групп», АО «Калуга-Прибор») нельзя принять в качестве доказательств разумных мер по выводу предприятия из кризиса, не заслуживают внимания, поскольку являются лишь субъективным мнением самого заявителя жалобы.

Ссылка заявителя жалобы на то, что в соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53, с ответчика должны быть взысканы убытки в размере 2 647 940,79 рублей, не может быть принята во внимание.

Абзацем четвертым пункта 20 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 предусмотрено, что независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с указанными правовыми нормами для наступления гражданско-правовой ответственности в форме убытков необходимо наличие пяти обязательных условий: наличие убытков, противоправное поведение лица, действие (бездействие) которого повлекло причинение убытков, причинная связь между противоправностью и убытками; вина должника (в необходимых случаях); доказанность существования всех этих условий.

Отсутствие или недоказанность одного из них является основанием для отказа в удовлетворении иска о возмещении убытков.

Убытки должны быть прямыми и реальными.

Согласно статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномоченного выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно, и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Таким образом, обстоятельствами, подлежащими доказыванию в рамках заявленных требований и совокупность которых необходима для удовлетворения иска, являются: факт причинения убытков, недобросовестное/неразумное поведение руководителя общества при исполнении своих обязанностей, причинно-следственная связь между ненадлежащим исполнением обязанности и причиненными убытками, размер убытков.

Доказательства, подтверждающие недобросовестность и неразумность действий, злоупотребление правом ФИО3, противоправное поведении ответчика с целью причинения вреда обществу, в материалах дела отсутствуют (ст. 9, 65 АПК РФ).

При таких обстоятельствах необходимая совокупность условий, составляющих состав гражданского правонарушения, ответственностью за которое предусмотрено взыскание убытков, отсутствует.

Иные доводы заявителя, содержащиеся в жалобе, не влияют на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, поскольку, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой суда установленных обстоятельств по делу и имеющихся в деле доказательств, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

Оснований для отмены определения суда первой инстанции, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Частное охранное предприятие «Витязь» ФИО2  и отмены вынесенного определения.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Калужской области от 07.08.2019 по делу                               № А23-7995/2016 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.                                  

В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий 

Судьи                                                                              

Е.И. Афанасьева

Ю.А. Волкова

И.Г. Сентюрина