ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-15929/2023

г. Челябинск

15 января 2024 года

Дело № А47-9260/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 января 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 января 2024 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Калиной И.В., 

судей Забутыриной Л.В., Матвеевой С.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Коммунальщик» ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 16.10.2023 по делу № А47-9260/2019 об отказе в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

 

Общество с ограниченной ответственностью «Коммунальщик» (далее – должник) обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом). 

Определением суда от 07.08.2019 возбуждено дело о банкротстве должника. 

Определением суда от 22.10.2019 (резолютивная часть от 16.10.2019) заявление о признании должника банкротом признано обоснованным с введением процедуры наблюдения. Временным управляющим должника утвержден арбитражный управляющий ФИО3, являющийся членом Союза арбитражных управляющих Саморегулируемая организация «ДЕЛО», г. Самара.

Сообщение о введении наблюдения опубликовано на сайте ЕФРСБ от 18.10.2019, в газете «Коммерсантъ» № 197 от 26.10.2019.

Решением суда от 09.03.2020 (резолютивная часть от 02.03.2020) общество с ограниченной ответственностью «Коммунальщик» признано банкротом с открытием конкурсного производства сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим должника утвержден арбитражный управляющий ФИО2, являющаяся членом Ассоциации МСО ПАУ, адрес: 119071, 

<

...>.

Сообщение о признании должника банкротом и об открытии процедуры конкурсного производства опубликовано на сайте ЕФРСБ 06.03.2020, в газете «Коммерсантъ» 07.03.2020.

Конкурсный управляющий ФИО2 (далее – заявитель) 09.06.2022 (по электронной почте) обратилась в суд с заявлением о привлечении бывших руководителей должника: ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по его обязательствам.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 16.10.2023 (резолютивная часть от 19.09.2023) в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий обратился с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда от 16.10.2023 отменить.

Конкурсный управляющий в обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что ФИО4 не исполнила обязанность по передаче документов в полном объеме, в частности, не были переданы договоры займа, которые в последствие оспаривались в судебном порядке, акты инвентаризации имущества, которые позволили бы установить факты вывода активов на подконтрольную организацию ООО «Морозов» и другое.  Так, ФИО4 была руководителем должника с 11 сентября 2019 до 2 марта 2020 года, т.е. менее 7 месяцев. ФИО5 был руководителем с 8 апреля 2019 года до 11 сентября 2019 года, т.е. чуть более 5 месяцев. Ранее, в период с 27 октября 2009 до 8 марта 2019 года обществом руководил ФИО6, умерший 8 марта 2019 года. Ни ФИО5, ни ФИО4 какие-либо руководящие должности в ООО «Коммунальщик» до смерти бывшего руководителя - ФИО6 не занимали, учредителями должника не являлись. Между тем, необходимо подчеркнуть, что именно ФИО6 занимала должность заместителя директора (ФИО4) по социальным вопросам с 03.07.2017г. и фактически курировала все вопросы, связанные с обслуживанием жилья. Сведения об этом следуют из программы 1С. Сформировав у должника критический размер кредиторской задолженности, ФИО4 и ФИО5 совершили действия по выводу основного актива должника - жилищного фонда как объекта формирования выручки и извлечения прибыли из управления должника в пользу аффилированных лиц, чем исключила возможность погашения требований кредиторов. Так, согласно сведениям Государственной информационной системы жилищно-коммунального хозяйства ООО «Коммунальщик» имело лицензию № 056000011 от 17.04.2015 на вид деятельности: Предпринимательская деятельность по управлению многоквартирными домами. Аннулирована в связи с банкротством (Приказ об аннулировании лицензии №53/л от 23.11.2020, ГОСУДАРСТВЕННАЯ ЖИЛИЩНАЯ ИНСПЕКЦИЯ ПО ОРЕНБУРГСКОЙ ОБЛАСТИ) 23.11.2020 г. Согласно ЕГРЮЛ основной вид деятельности должника Управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе (ОКВЭД 68.32.1). Указанную деятельность должник фактически осуществлял в качестве основной. По данным той же системы ГИС ЖКХ, в управлении ООО «Коммунальщик» находилось 55 домов за период с 2006 года. Однако, далее в отношении указанных многоквартирных жилых дома прекратилось управление (в отношении 44 - в 2019 году, в отношении 6 – в 2020 году). Одновременно с этим, «30» мая 2019 года ФИО4 создает ООО "МОРОЗОВ" (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***> зарегистрировано 30.05.2019 в регионе Оренбургская Область по адресу: 462435, 

<

...>), в котором исполняет обязанности директора. Основной вид деятельности ООО «Морозов» по ОКВЭД: 68.32 Управление недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе. «08» августа 2019 года ООО «Морозов» получает лицензию № 00315 на осуществление предпринимательской деятельности по управлению многоквартирными домами. По имеющейся информации, с собственниками многоквартирных домов, обслуживаемых ООО «Коммунальщик», были проведены собрания на предмет выбора в качестве управляющей организации ООО «Морозов». Кроме того, в распоряжении конкурсного управляющего имеется газета «Орская хроника» от 03.08.2019 г. № 118 (24263), в котором на стр. 5 размещена статьи «Дойдет ли дело до банкротства?». ФИО5 утверждает в ней следующее: «Кроме того, проводим собрания с собственниками МКД, люди знают о создании нового предприятия, куда переводим персонал, технику. Это все делается для того, чтобы долги не легли на наши плечи и плечи собственником МКД». Таким образом, при участии ФИО4 и ФИО5, осуществлен вывод многоквартирных домов, ранее находившихся под управлением ООО «Коммунальщик». Кроме того, нарушены сроки по обращению в суд с заявлением о банкротстве предприятия.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.11.2023 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 09.01.2024.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили. 

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие лиц, участвующих в деле, их представителей. 

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, ООО «Коммунальщик» зарегистрировано в качестве юридического лица 25.02.2004. Основным видом деятельности является управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе. Участником и учредителем общества по состоянию на 08.04.2019 является ФИО6, директором ФИО5

Обращаясь с рассматриваемыми требованиями, конкурсный управляющий ФИО2 указывает на то, что по итогам анализа финансово-хозяйственной деятельности должника установлено: сформировав у должника критический размер кредиторской задолженности, ФИО4 и ФИО5 совершили действия по выводу основного актива должника - жилищного фонда, как объекта формирования выручки и извлечения прибыли из управления должника в пользу аффилированных лиц, чем исключили возможность погашения требований кредиторов, то есть имеются основания для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве. Конкурсный управляющий также полагает, что ответчики должны быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по п. 1 ст. 61.12 за неисполнение в установленный законом срок обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд о собственном банкротстве.

Ответчики возражают относительно предъявленных к ним требований по основаниям, изложенным в отзывах, дополнениях к отзывам, подготовленным с учетом уточнений заявленных требований.

Так, ФИО5 в своем отзыве просит суд учесть то, что не осуществлял каких-либо действий, которые привели к прекращению деятельности предприятия и, как следствие, к его банкротству; в материалах дела отсутствуют доказательства, указывающие на наличие совокупности условий, необходимых для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам предприятия.

ФИО4, в свою очередь, указывает на то, что она была руководителем с сентября 2019 по март 2020 года, т.е. 7 месяцев. ФИО5 был руководителем с апреля 2019 года по сентябрь 2019 года, т.е. 5 месяцев. Ранее ни ФИО5, ни ФИО4 какие-либо руководящие должности в ООО «Коммунальщик» не занимали, в том числе с 2015 по соответствующие даты 2019 года. Конкурсным управляющим ФИО2 не указано, какие именно указания ФИО4 давала бывшему директору ФИО6 (умершему в марте 2019 года) в 2016, 2017, 2018 годах, первой половине 2019 года по руководству организацией должником и заключаемым им сделкам, каким образом влияла на их исполнение либо неисполнение. По мнению конкурсного управляющего, за 7 месяцев занятия должности директора  ФИО4 образовала задолженность по договорам, сроки исполнения обязательств по которым наступили в 2016-2018 годах на сумму свыше 10 мил. руб. Просит суд учесть, что ФИО4 участником ООО «Коммунальщик» никогда не являлась, была его руководителем только на протяжении 7 месяцев в указанный период, то есть в период, последовавший после образования кредиторской задолженности, и не может быть признана контролирующим должника лицом в предшествующий период.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заявителем не представлены доказательства, подтверждающие наличие причинно-следственной связи между действиями ответчиков и объективным банкротством ООО «Коммунальщик», что явилось основанием для отказа в удовлетворении заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности за невозможность погашения требований кредиторов. 

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта в силу следующих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с положениями статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов (пункты 1, 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 53)).

При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

Согласно п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлены доказательственные презумпции невозможности полного погашения требований кредиторов вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона);

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством РФ, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством РФ, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством РФ, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона).

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума ВС РФ № 53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

В пункте 56 постановления Пленума № 53 разъяснено, что по общему правилу, на управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ). Вместе с тем отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали доводы о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо.

Как следует из материалов настоящего дела о банкротстве, вступившим в законную силу определением суда от 14.06.2021 отказано в удовлетворении ходатайства об истребовании документов от бывшего руководителя должника - ФИО4

С учетом приведенных в данном судебном акте обстоятельств, связанных с полной и эффективной реализацией  конкурсным управляющим ФИО2 своих полномочий, суд пришел к выводу о недоказанности наличия у бывшего руководителя ФИО4 каких-либо иных первичных документов, помимо находившихся по месту нахождения ответчика (в его офисе), отсутствие которых существенно затрудняют процедуру конкурсного производства, в том числе формирование и реализацию конкурсной массы должника (с учетом того, что 21.05.2020 конкурсным управляющим проведена инвентаризация имущества, 25.06.2020 проведена оценка имущества должника, 17.09.2020 проведены торги по реализации его имущества).

Таким образом, суд резюмировал, что конкурсным управляющим ФИО2 не доказан факт наличия каких-либо иных первичных документов должника, помимо находившихся на момент ее прибытия в офис ООО «Коммунальщик», что подтверждается свидетельским показаниями бывших работников должника, а также тем, что мероприятия конкурсного производства осуществляются в полной мере и должным образом конкурсным управляющим.

При этом из представленных в дело доказательств, письменных и устных пояснений ответчика и ее представителя следует, что бывшим руководителем должника ФИО4 предприняты все меры по представлению имевшихся документов (помимо оставшихся в офисе должника) конкурсному управляющему в соответствии с требованиями последнего, от исполнения своей обязанности она не уклонялась.

Что касается сделок, совершение которых вменяется в вину ФИО5 и ФИО4, причинивших вред должнику и его кредиторам и повлекших невозможность удовлетворения их требований, суд пришел к следующим выводам.

Из приведенных в пункте 23 постановления Пленума ВС РФ № 53 разъяснений следует, что в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. 

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. 

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности. 

Исходя из содержания подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 Закона о банкротстве (подозрительные сделки) и статьей 61.3 Закона о банкротстве (сделки с предпочтением). Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают. 

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 56 постановления Пленума ВС РФ № 53, по общему правилу на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ).

В данном случае конкурсный управляющий указывает на то, что сформировав у должника критический размер кредиторской задолженности, ФИО4 и ФИО5 совершили действия по выводу основного актива должника - жилищного фонда, как объекта формирования выручки и извлечения прибыли из управления должника, в пользу аффилированных лиц, чем исключили возможность погашения требований кредиторов.

В обоснование данного довода конкурсный управляющий указывает на следующие обстоятельства.

Согласно сведениям Государственной информационной системы жилищно-коммунального хозяйства ООО «Коммунальщик» имело лицензию № 056000011 от 17.04.2015 на вид деятельности: предпринимательская деятельность по управлению многоквартирными домами, которая была аннулирована в связи с банкротством (приказ об аннулировании лицензии № 53/л от 23.11.2020, Государственная жилищная инспекция по Оренбургской области).

Согласно ЕГРЮЛ основной вид деятельности должника - управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе (ОКВЭД 68.32.1). Данную деятельность должник фактически осуществлял в качестве основной.

По данным той же системы ГИС ЖКХ в управлении ООО «Коммунальщик» находилось 55 домов за период с 2006 года.

Однако далее в отношении указанных многоквартирных жилых домов прекратилось управление (в отношении 44 домов - в 2019 году, в отношении 6 домов в 2020 году).

Одновременно, 03.05.2019, ФИО4 создает ООО "Морозов" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), в котором исполняет обязанности директора. Основной вид деятельности ООО «Морозов» согласно ОКВЭД 68.32 - управление недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе. 08.08.2019 ООО «Морозов» получает лицензию № 00315 на осуществление предпринимательской деятельности по управлению многоквартирными домами.

По имеющейся у конкурсного управляющего информации с собственниками многоквартирных домов, обслуживаемых ООО «Коммунальщик», были проведены собрания на предмет выбора в качестве управляющей организации ООО «Морозов».

Кроме того, в распоряжении конкурсного управляющего имеется газета «Орская хроника» от 03.08.2019 № 118 (24263), в котором на странице 5 размещена статьи «Дойдет ли дело до банкротства?», согласно которой ФИО5 поясняет следующее: «Кроме того, проводим собрания с собственниками МКД, люди знают о создании нового предприятия, куда переводим персонал, технику. Это все делается для того, чтобы долги не легли на наши плечи и плечи собственником МКД».

Таким образом, резюмирует конкурсный управляющий, при участии ФИО4 и ФИО5, осуществлен вывод многоквартирных домов, ранее находившихся под управлением ООО «Коммунальщик».

При этом конкурсный управляющий полагает, что был осуществлен перевод трудовых ресурсов: после перевода МКД в ООО «Морозов» последнее исполняло обязанности по управлению, фактически используя трудовые ресурсы ООО «Коммунальщик» (активы переведены, а пассивы в виде обязанности по содержанию персонала остались («центр прибыли и центр убытков»)); перевод товарно-материальных ценностей: из имущественной сферы должника выведены активы (запасы), за счет реализации которых возможно было существенно пополнить конкурсную массу.

В результате мероприятий, проведенных конкурсным управляющим в процедуре банкротства в отношении ООО «Коммунальщик», была проанализирована бухгалтерская и финансовая отчетность, представленная уполномоченным органом по запросу конкурсного управляющего.

В результате анализа отчетности за 2019 год установлены списание товарно-материальных ценностей на крупные суммы, перечисленные в рассматриваемом заявлении. Документы по списанию материалов бывшим руководителем конкурсному управляющему не передавались. В ходе инвентаризации списанные активы выявлены не были, что свидетельствует о том, что имущество выбыло в период руководства ФИО4 и ФИО5 без каких-либо обоснованных причин, что причинило убыток должнику.

Совершение таких вменяемых действий контролировавших должника лиц, по мнению конкурсного управляющего, в совокупности привели к кризисной ситуации в обществе, способствовали ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства, в результате чего должник был лишен возможности рассчитываться с кредиторами.

Предпринятые действия по переводу обслуживаемого жилого фонда (основного имущества должника) на новую организацию привели к невозможности исполнения обязательств должником и соответствующему прекращению такого исполнения.

Вместе с тем, ни совершение ФИО4 и ФИО5 вменяемых действий, ни причинно-следственная связь между такими действиями и наступлением объективного банкротства должника, ни сама дата наступления его объективного банкротства в период их управления должником не доказаны конкурсным управляющим с позиции ст. 65 АПК РФ.

Так, ФИО4 была руководителем должника с 11 сентября 2019 до 2 марта 2020 года, т.е. менее 7 месяцев. ФИО5 был руководителем с 8 апреля 2019 года до 11 сентября 2019 года, т.е. чуть более 5 месяцев. Ранее, в период с 27 октября 2009 до 8 марта 2019 года обществом руководил ФИО6, умерший 8 марта 2019 года. 

Ни ФИО5, ни ФИО4 какие-либо руководящие должности в ООО «Коммунальщик» до смерти бывшего руководителя - ФИО6 не занимали, учредителями должника не являлись. 

Как указывает ФИО4 в дополнениях к отзыву, действительно бывшим руководителем ФИО6 был принят порядок в организации по расчету с кредиторами не сразу и в соответствии с датами, указанными в договорах, а частично - в течение длительного периода. Кредиторов данный порядок устраивал, а ФИО6 выступал гарантом погашения имеющейся перед кредиторами задолженности ввиду сложившихся давних бизнес- отношений на протяжении более 20 лет. Однако, после смерти руководителя кредиторы ни ФИО5, ни ФИО4 гарантами длительного партнёрства и сотрудничества не считали и незамедлительно стали требовать погашения сформировавшихся задолженностей по договорам, а в дальнейшем - взыскивать их через суд (все судебные решения о взыскании задолженностей имеют дату взыскания - 2019-2020 гг.). Конкурсный управляющий ФИО2, проведя финансовый анализ, подтвердила что задолженность сформировалась при руководителе ФИО6, а взыскивать (т.е облекать в правовую форму: претензии, требования, решения судов) ее стали только при руководителях ФИО5 и ФИО4 Соответственно деятельность ФИО5 и ФИО4 не могла привести к объективному банкротству, так как оно наступило задолго до назначения их руководителями.

Конкурсным управляющим ФИО2 действительно не указано, какие именно указания ФИО4, ФИО5 давали бывшему директору ФИО6 в 2016, 2017, 2018 годах, первой четверти 2019 года по руководству должником и заключаемым им сделкам, каким образом влияли на их исполнение либо неисполнение, учитывая то, что ни ФИО4, ни ФИО5 участниками ООО «Коммунальщик» никогда не являлись, были его руководителями только в указанные периоды, то есть в периоды, наступившие позднее возникновения не исполнявшихся своевременно обязательств, поскольку включенная в реестр требований кредиторов задолженность образовалась перед контрагентами по договорам, сроки исполнения обязательств по которым наступили в 2016-2018 годах на общую сумму свыше 10 млн. руб., что следует из соответствующих определений суда о включении кредиторской задолженности в реестр требований кредиторов, финансового анализа, подготовленного по итогам наблюдения временным управляющим ФИО2

Так, на основе проведенной проверки наличия (отсутствия) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства Общества с ограниченной ответственностью «Коммунальщик», проведенной временным управляющим ФИО2 в процедуре наблюдения, были сделаны следующие выводы: «по результатам анализа коэффициентов, характеризующих платежеспособность, финансовую устойчивость и деловую активность должника, рассчитанных за период с 31.12.2017 по 31.12.2021, можно сделать вывод о том, что ООО «Коммунальщик» на протяжении всего анализируемого периода характеризовалось неудовлетворительной платежеспособностью, финансовой неустойчивостью и зависимостью от кредиторов».

При этом конкурсный управляющий ФИО2 указывает на то, что причинами утраты платежеспособности должника явились:

- формирование чистого убытка в периоды осуществления организацией деятельности, а также присутствие в пассивах баланса значительных сумм непокрытого убытка, что свидетельствует о неэффективности управления;

- утрата активов (прав на управление многоквартирными домами), позволяющих получать доход и вести деятельность должника;

- значительные суммы обязательств на протяжении всего анализируемого периода.

Таким образом, в результате проведенного финансового анализа установлено, что на протяжении всего исследуемого периода осуществления должником своей деятельности, то есть задолго до назначения руководителями ФИО5, а затем ФИО4 ООО «Коммунальщик» характеризовалось неудовлетворительной платежеспособностью, финансовой неустойчивостью и зависимостью от кредиторов.

При этом следует отметить, что ООО «Коммунальщик» (далее – должник) 02.07.2019 обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом), то есть спустя чуть более двух месяцев с момента назначения его руководителем  ФИО5

Обоснованных доводов относительно того, что ФИО5 мог и должен был обратиться в арбитражный суд с таким заявлением раньше указанной даты, не заявлено, доказательств такого факта материалы дела не содержат, в связи с чем суд не усмотрел должных оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по заявленному основанию - по ст. 61.12 Закона о банкротстве.

Определением суда от 07.08.2019 заявление должника принято к производству, возбуждено дело о банкротстве, назначено судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявленных требований.

ФИО4 была руководителем должника с сентября 2019 года до марта 2020 года, то есть в период после принятия судом к производству заявления должника о собственном банкротстве, в период процедуры наблюдения вплоть до введения процедуры конкурного производства судом (резолютивная часть решения суда объявлена 02.03.2020).

При таких обстоятельствах ФИО4 также не может быть привлечена к субсидиарной ответственности за несвоевременное обращение в суд с заявлением о банкротстве должника по заявленному конкурсным управляющим основанию - по ст. 61.12 Закона о банкротстве, как лицо, назначенное на должность руководителя и исполнявшее соответствующие обязанности уже после такого обращения должника в суд.

Что касается довода конкурсного управляющего о выводе активов ФИО5, ФИО4, позволяющих получать доход и вести деятельность, - прав на управление многоквартирными домами, суд посчитал, что при формировании такой правовой позиции конкурсным управляющим не учтено следующее.

Согласно статье 161 Жилищного кодекса Российской Федерации собственникам помещений в многоквартирном доме предоставлено право выбрать один из трех названных в ней способов управления жилым домом: непосредственное управление, управление товариществом собственников жилья или специализированным потребительским кооперативом, управление управляющей организацией, и не ограничивает в возможности сменить ранее избранный способ управления домом на иной из допустимых по закону. 

Пункт 2 статьи 162 Жилищного кодекса Российской Федерации определяет содержание обязанностей управляющей организации как услуги и работы по надлежащему содержанию и ремонту общего имущества дома, оказание коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в доме, осуществление иной деятельности, направленной на достижение целей управления домом. 

Пункт 8 статьи 162 Жилищного кодекса Российской Федерации указывает на возможность изменения или расторжения договора управления многоквартирным домом в порядке, установленном гражданским законодательством. 

Гражданское законодательство допускает одностороннее изменение и расторжение договора, если это предусмотрено Гражданским кодексом Российской Федерации, иными законами или договором (статья 450 ГК РФ). 

Согласно части 2 статьи 162 Жилищного кодекса Российской Федерации по договору управления многоквартирным домом одна сторона по заданию другой стороны в течение согласованного срока за плату обязуется оказывать услуги и выполнять работы по надлежащему содержанию и ремонту общего имущества в таком доме. 

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ, выраженной в Постановлении от 22.11.2011 № 7677/11 по делу № А65-11798/2010-СГЗ-14, согласно пункту 8.2 статьи 162 Жилищного кодекса Российской Федерации собственники помещений в многоквартирном доме могут в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора управления многоквартирным домом не только в случае, если управляющая организация не выполняет такой договор, но и в случае, если они приняли решение о выборе иной управляющей организации или об изменении способа управления данным домом. 

Из всего вышеизложенного следует, что полномочиями по принятию решений о смене (прекращении) способа управления многоквартирным домом наделены только собственники жилых помещений многоквартирного дома.

В этой связи тот факт, что в отношении указанных конкурсным управляющим многоквартирных жилых домов прекратилось управление должником (в отношении 44 домов - в 2019 году, в отношении 6 домов - в 2020 году) свидетельствует о реализации предоставленного законом полномочия по принятию решений о смене управляющей организации собственниками жилых помещений данных многоквартирных домов с учетом того, что определением суда от 07.08.2019 заявление должника о собственном банкротстве принято к производству, возбуждено дело о его банкротстве, определением суда от 22.10.2019 (резолютивная часть от 16.10.2019) заявление о признании должника банкротом признано обоснованным с введением процедуры наблюдения, а решением суда от 09.03.2020 (резолютивная часть от 02.03.2020) общество с ограниченной ответственностью «Коммунальщик» признано банкротом с открытием конкурсного производства сроком на шесть месяцев.

При таких обстоятельствах дела и в отсутствие доказательств того, каким образом ФИО4 и ФИО5 повлияли на решения собственников жилых помещений многоквартирных домов по выбору иных управляющих организаций вместо должника, такие решения представляются принятыми с учетом наступившей несостоятельности (банкротства) ранее выбранного ими общества с ограниченной ответственностью «Коммунальщик», в финансовой способности которого должным образом продолжать оказывать услуги и работы по надлежащему содержанию и ремонту общего имущества домов, коммунальные услуги собственникам и пользователям помещений в доме, осуществлять иную деятельность, направленную на достижение целей управления домами, собственники МКД уже не могли быть уверены, исходя из того, что такая деятельность предполагает несение значительных расходов, а не только извлечение прибыли, как указывает в своем заявлении  конкурсный управляющий. 

В этой связи довод конкурсного управляющего о необоснованном списании ФИО4 товарно-материальных ценностей является необоснованным, поскольку должник и после возбуждения дела о банкротстве, и в период процедуры наблюдения продолжал осуществлять деятельность по обслуживанию жилых домов, в связи с чем им использовались в хозяйственной деятельности имевшиеся и отражавшиеся по соответствующим счетам сырье, материалы, топливо, запасные части, инвентарь и хозяйственные принадлежности, специальная оснастка и специальная одежда.

Так, ФИО4 в дополнениях к отзыву указывает на то, что не согласна с выводом конкурсного управляющего о растрате денежных средств в сумме 2 035 832, 24 руб. в результате списания товарно-материальных ценностей должника, исходя из того, что в самом заявлении конкурсный управляющий ФИО7 указывает на то, что на момент обращения с заявлением о признании банкротом ООО «Коммунальщик» имело в управлении более 55 жилых домов. При этом обслуживание одного жилого дома в год оставляет примерно 150 000 - 200 000 руб. (т. 3 л.д. 65-66). Учитывая то, что дома находились на обслуживании должника (в том числе и при признании должника банкротом и введении процедуры банкротства в обслуживании находилось 12 МКД), и данный факт не оспаривается конкурсным управляющим, денежные средства расходовались с целью исполнения принятых обязательств ООО «Коммунальщик» перед жителями МКД. Таким образом, ООО «Коммунальщик» осуществляло обслуживание домов, на что были потрачены денежные средства (списаны имевшиеся материалы). Конкурсным управляющим ФИО7 в материалы дела не представлены доказательства того, что оставшиеся МКД фактически не обслуживались должником, в связи с чем списание товарно-материальных ценностей было безосновательным. Напротив, указывает ответчик, есть документальные подтверждения того, что денежные средства были потрачены на топливо и расходные материалы, запчасти, спец.одежду и другие нужды предприятия.

В контексте рассматриваемого довода следует отметить, что как указывалось выше, вступившим в законную силу определением суда от 14.06.2021 отказано в удовлетворении ходатайства об истребовании документов от бывшего руководителя должника - ФИО4, надлежащим образом исполнившей обязанность по передаче их конкурсному управляющему ФИО2 

С учетом приведенных в данном судебном акте обстоятельств, суд пришел к выводу о недоказанности наличия у бывшего руководителя ФИО4 каких-либо иных первичных документов, помимо находившихся по месту нахождения ответчика (в его офисе), отсутствие которых существенно затрудняют процедуру конкурсного производства, в том числе формирование и реализацию конкурсной массы должника (с учетом того, что 21.05.2020 конкурсным управляющим проведена инвентаризация имущества, 25.06.2020 проведена оценка имущества должника, 17.09.2020 проведены торги по реализации его имущества).

Представленная в материалы дела копия статьи из газеты «Орская хроника» от 03.08.2019 № 118 (24263), в которой на странице 5 размещена статьи «Дойдет ли дело до банкротства?», также не является достаточным доказательством наличия виновных действий бывших руководителей ФИО4, ФИО5 в утрате должником активов, в отсутствие которых должник не смог дальше осуществлять свою хозяйственную деятельность, в первую очередь по причине того, что такая неспособность возникла раньше - вследствие образовавшейся и нараставшей из-за начисления соответствующих пени и штрафных санкций кредиторской задолженности, во вторую - по причине того, что такой актив как право на управление жилищным фондом требует значительных ресурсов и затрат, в отсутствие возможности осуществления которых такой актив принести прибыль предприятию не может.

Иные сделки, оспоренные конкурсным управляющим в ходе процедуры конкурсного производства и рассмотренные судом, не являются основанием для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по смыслу приведенных в пункте 23 постановления Пленума ВС РФ № 53 разъяснений, согласно которым в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Так, по итогам рассмотрения всех обособленных споров по заявлениям конкурсного управляющего о признании сделок должника недействительными судом были применены последствия в виде взыскания в конкурсную массу должника денежных средств только в двух случаях.

В частности, определением Арбитражного суда Оренбургской области от 19.08.2021 по настоящему делу заявление конкурсного управляющего ФИО2 удовлетворено: признана недействительной сделка должника по перечислению денежных средств в сумме 530 000 руб. в пользу ФИО8 на основании платежного поручения № 1076 от 28.11.2019; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Профессионал» в конкурсную массу ООО «Коммунальщик» денежных средств в сумме 530 000 руб.

Ссылаясь на данное вступившее в законную силу определение суда по настоящему делу, конкурсный управляющий указывает на то, что совершение указанной сделки причинило ущерб конкурсной массе, в связи с чем является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4, осуществлявшей на момент совершения указанной сделки функции руководителя должника.

Однако, в данном случае суд считает, что по смыслу приведенных в пункте 23 постановления Пленума ВС РФ № 53 разъяснений описанная сделка не является столь значимой для должника применительно к масштабам его деятельности и одновременно существенно убыточной, чтобы послужить самостоятельным и достаточным основанием для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, объективное банкротство которого наступило не в связи с совершением данной сделки, а задолго до ее совершения (в указанные периоды). 

Кроме того, конкурсный управляющий ФИО2 27.08.2020 обращалась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделок по выдаче наличных денежных средств из кассы ООО «Коммунальщик» непосредственно ФИО4 на основании платежного ордера от 10.07.2019 № 22898 на сумму 13 121 руб. 30 коп., платежного ордера от 10.07.2019 № 24134 на сумму 216 822 руб. 30 коп. и применении последствий их недействительности в виде взыскания с ФИО4 денежных средств в сумме 229 943,60 руб. в пользу ООО «Коммунальщик».

Указанное заявление было подано конкурсным управляющим в связи со следующими обстоятельствами.

10.07.2020 с расчетного счета ООО «Коммунальщик» было перечислено 229 943,6 руб. ФИО4 с указанием в качестве основания «зарплата за февраль-март по заявлению от 12.04.2019», что подтверждается платежным ордером от 10.07.2019 № 22898 на сумму 13 121,30 руб., платежным ордером от 10.07.2019 № 24134 на сумму 216 822,30 руб. 

В качестве основания выплаты денежных средств указано поступление заявления от ФИО4 (в качестве наследницы) с требованием выплатить неполученную ее умершим отцом - ФИО6 заработную плату за февраль-март 2019 года в размере 229 943 рубля 60 копеек согласно п. 2 ст. 1183 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выдача денежных средств осуществлена главным бухгалтером должника - ФИО9 и директором должника - ФИО5

В соответствии со ст. 141 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата, неполученная ко дню смерти сотрудника, выдается членам его семьи или лицу, находившемуся на иждивении умершего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1183 Гражданского кодекса Российской Федерации право на получение подлежавших выплате наследодателю, но не полученных им при жизни по какой-либо причине сумм заработной платы и приравненных к ней платежей, пенсий, стипендий, пособий по социальному страхованию, возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью, алиментов и иных денежных сумм, предоставленных гражданину в качестве средств к существованию, принадлежит проживавшим совместно с умершим членам его семьи, а также его нетрудоспособным иждивенцам независимо от того, проживали они совместно с умершим или не проживали. При отсутствии лиц, имеющих на основании пункта 3 статьи 1183 Гражданского кодекса Российской Федерации право на получение сумм, не выплаченных наследодателю, или при непредъявлении этими лицами требований о выплате указанных сумм в установленный срок соответствующие суммы включаются в состав наследства и наследуются на общих основаниях, установленных Кодексом (пункт 3 статьи 1183 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Тем временем ФИО10, действующая в интересах несовершеннолетней дочери умершего ФИО6 - ФИО11, обратилась в Ленинский районный суд г. Орска Оренбургской области с иском к ООО «Коммунальщик», в котором просила взыскать с ответчика в пользу ФИО11 задолженность по заработной плате, подлежавшей выплате ее отцу - ФИО6, умершему 08.03.2019, в сумме 3 362 176,18 рублей. В обоснование иска истица указывала на то, что ФИО6 являлся директором ООО «Коммунальщик» в соответствии с приказом о назначении на должность № 1 от 01 ноября 2007 года, приказом № 11 от 18 марта 2019 года, он уволен с 08 марта 2019 года в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 83 ТК РФ (в связи со смертью). Задолженность по заработной плате перед ФИО6 у ответчика за период с марта 2017 года по день смерти сформировалась в сумме 3 362 176,18 руб., что подтверждалось расчетным листом по начислению заработной платы. ФИО11 является дочерью ФИО6, проживала совместно с ФИО6 по адресу: 

<

...>, находилась на иждивении у умершего и на полном его обеспечении. В доме проживали одной семьей ФИО6, ФИО10 и ФИО11 Другие лица совместно с ФИО6 не проживали.

ФИО4 также обращалась в Ленинский районный суд г. Орска Оренбургской области с иском к ООО «Коммунальщик», в котором просила взыскать с ответчика в ее пользу задолженность по невыплаченной заработной плате перед работником - ФИО6 (ее умершим отцом) в размере 1 500 000 рублей. 

Определением суда от 28.08.2019 года гражданское дело № 2-935/2019 по иску ФИО10, действующей в интересах несовершеннолетней ФИО11, к обществу с ограниченной ответственностью «Коммунальщик» о взыскании задолженности по заработной плате, и гражданское дело № 2-1001/2019 по иску ФИО4 к ООО «Коммунальщик» о выплате недополученной заработной платы умершего работника объединены в одно производство. В ходе рассмотрения данного дела истец ФИО4 изменила исковые требования к ООО «Коммунальщик», просила суд включить недополученную ФИО6, умершим 08.03.2019 года, от ООО «Коммунальщик» заработную плату в сумме 3 132 234,18 рублей в состав наследственной массы, открывшейся после смерти ФИО6; признать за ФИО4 право собственности на недополученную заработную плату в сумме 3 132 234,18 рублей, оставшуюся после смерти ФИО6, умершего 08.03.2019 года. 

Решением Ленинского районного суда г. Орска от 24.10.2019 исковые требования ФИО10, действующей в интересах несовершеннолетней ФИО11, к обществу с ограниченной ответственностью «Коммунальщик» о взыскании задолженности по заработной плате удовлетворены: с ООО «Коммунальщик» в пользу ФИО11 взыскана задолженность по заработной плате, подлежащей выплате ФИО6, в размере 3 362 176,18 рублей. В удовлетворении исковых требований ФИО4 к ООО «Коммунальщик» о включении невыплаченной заработной платы в наследственную массу, признании за ней права собственности на невыплаченную заработную плату в порядке наследования отказано.

При этом суд в данном решении указал на то, что старшая дочь ФИО6 - ФИО4 членом семьи умершего не являлась, также не являлась его нетрудоспособным иждивенцем, проживавшим отдельно. Оснований, предусмотренных действующим законодательством, для выплаты ФИО4 заработной платы умершего, у работодателя не имелось. 

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 21.01.2020 решение Ленинского районного суда г. Орска от 24.10.2019 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО4 - без удовлетворения.

Конкурсным управляющим ФИО2 в рамках настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) задолженность перед ФИО11 включена во вторую очередь реестра требований кредиторов должника в сумме, установленной судом общей юрисдикции.

В связи с вышеописанными обстоятельствами, установленными судом общей юрисдикции, конкурсный управляющий и обратился в Арбитражный суд Оренбургской области, полагая, что совершенная сделка (выдача денежных средств из кассы ООО «Коммунальщик» ФИО4) должна быть признана недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так как оснований, предусмотренных действующим законодательством, для выплаты ФИО4, заработной платы ее умершего отца у работодателя-должника не имелось.

Доводы конкурсного управляющего признаны судом обоснованными, поскольку судебный акт Ленинского районного суда г. Орска Оренбургской области от 24.10.2019, вступивший в законную силу, имеет преюдициальное значение в части установления наличия права у дочери умершего ФИО6 - несовершеннолетней ФИО11 на получение невыплаченной ему заработной платы за период работы директором ООО «Коммунальщик» и отсутствия такого права у ФИО4

В связи с вышеизложенным заявление конкурсного управляющего удовлетворено в полном объеме: сделки по выдаче денежных средств из кассы ООО «Коммунальщик» ФИО4 на основании платежного ордера от 10.07.2019 № 22898 на сумму 13 121 руб. 30 коп., платежного ордера от 10.07.2019 № 24134 на сумму 216 822 руб. 30 коп. признаны недействительными ввиду отсутствия законного основания для совершения должником указанных выплат ответчику.

Определением Арбитражного суда от 12.02.2021 применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Коммунальщик» безосновательно полученных денежных средств в сумме 229 943,60 руб.

Конкурсному управляющему судом был выдан исполнительный лист, в последующем направленный для исполнения по адресу регистрации ФИО4

В рамках исполнительного производства, возбужденного на основании определения Арбитражного суда Оренбургской области от 12.02.2021, ФИО4 осуществлен возврат денежных средств в конкурсную массу во взысканной сумме 229 943,60 руб.

Согласно отчету конкурсного управляющего денежные средства, поступившие в конкурсную массу ООО «Коммунальщик» в полном объеме - в размере 229 943,60 руб.

Несмотря на установление судами всех вышеописанных обстоятельств дела, в качестве основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности данная сделка также не может рассматриваться, поскольку полученные ею из кассы должника денежные средства, подлежавшие выплате ее умершему отцу - ФИО6 - в качестве заработной платы, подлежали выплате иному его наследнику - ФИО11, несовершеннолетней дочери, проживавшей с ним совместно вплоть до его смерти и находившейся на его иждивении, и были возвращены ФИО4 по вступлении судебного акта в законную силу, то есть оспоренная выплата денежных средств была осуществлена в период правовой неопределенности и наличии спора между наследниками в отношении наследственной массы умершего наследодателя, а не с целью причинения вреда кредиторам должника, объективное банкротство которого возникло задолго до оспоренной выплаты ФИО4     

В связи с этим по итогам анализа описанных обстоятельств дела суд пришел к выводу о том, что по смыслу приведенных в пункте 23 постановления Пленума ВС РФ № 53 разъяснений описанная сделка также не может послужить самостоятельным и достаточным основанием для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, учитывая то, что выплаченная ФИО4 заработная плата ее умершего отца в любом случае должна была быть выплачена за счет средств должника в первоочередном порядке, что и было осуществлено конкурсным управляющим ФИО2 после возврата их в конкурсную массу.  

По итогам рассмотрения всех остальных обособленных споров по заявлениям конкурсного управляющего ФИО2 об оспаривании сделок должника в ходе процедуры конкурсного производства, открытого в отношении имущества ООО «Коммунальщик», судом не установлено фактов причинения вреда имущественной сфере должника и, как следствие, имущественным правам его кредиторам.

На основании всего вышеизложенного суд не усмотрел должных правовых оснований, предусмотренных 61.11, 61.12 Закона о банкротстве, для привлечения ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Коммунальщик», исходя из исключительного характера данного механизма восстановления нарушенных прав кредиторов.

Факт неподачи заявления о признании должника банкротом в определенный период не является достаточным основанием для возложения субсидиарной ответственности на руководителя должника.

В рассматриваемом случае доказательства существенных затруднений в проведении процедуры конкурсного производства в материалы дела не представлены. Конкурсным управляющим не представлено суду достаточных доказательств наличия документации/имущества должника в фактическом владении ответчиков, а также того, что они препятствовали конкурсному управляющему в получении таковых (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Основания переоценивать выводы суда первой инстанции в указанной части у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

По своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. Привлечение к субсидиарной ответственности является исключительной мерой, к которой конкурсный управляющий прибегает после исчерпания иных способов для пополнения конкурсной массы.

По данному конкретному делу не представлено доказательств неправомерных действий руководителей должника, которые повлекли банкротство должника и невозможность полного удовлетворения требований кредиторов. При том, что презумпции, установленные Законом о банкротстве о привлечении контролирующего должника лица, опровергнуты ими с представлением документального подтверждения.

Таким образом, при рассмотрении настоящего спора судом верно установлено и материалами дела подтверждено отсутствие совокупности условий для признания установленными оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, недоказанности причинно-следственной связи между противоправными действиями контролирующего должника лица и наступившими последствиями в виде невозможности полного погашения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не допущено.

Поскольку статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы на обжалуемое определение не предусмотрена, вопрос о распределении между сторонами судебных расходов не рассматривается.

Руководствуясь статьями 176, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 16.10.2023 по делу № А47-9260/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Коммунальщик» ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                            И.В. Калина

 

Судьи:                                                                                Л.В. Забутырина

 

С.В. Матвеева