Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень                                                                                                   Дело № А75-6557/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 03 октября 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 07 октября 2024 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Качур Ю.И.,

судей                                                                   Кадниковой О.В.,

ФИО1 –

при протоколировании судебного заседания помощником судьи Спиридоновым В.В. с использованием системы веб-конференции (в режиме онлайн) рассмотрел кассационную жалобу акционерного общества «Сургутнефтегазбанк» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – АО Банк «СНГБ», ответчик) на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 29.11.2023 (судья ФИО2) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2024 (судьи Дубок О.В., Смольникова М.В., Целых М.П.), а также публичного акционерного общества Национальный банк «Траст» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – ПАО Банк «Траст»), конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Трест Запсибгидрострой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – ООО «Трест Запсибгидрострой», должник) ФИО3 (далее – управляющий) на постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 16.08.2024 (судьи Дубок О.В., Аристова Е.В., Сафронов М.М.) по делу № А75-6557/2018 о несостоятельности ООО «Трест Запсибгидрострой», принятые по заявлению ПАО Банка «Траст» о признании недействительными сделками: платежа должника на сумму 339 127 563,03 руб., совершенного в пользу АО Банка «СНГБ», договора о залоге прав требования денежных средств от 17.10.2017 № 62 (далее – договор залога прав № 62) и записи от 25.01.2019 № 2019-003-046786-011 в реестре уведомлений о возникновении залога движимого имущества, а также договора залога прав по договору залогового счета от 17.10.2017 № 63 (далее – договор залога прав по договору залогового счета № 63); применении последствий недействительности сделок.

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа приняли участие представители АО Банка «СНГБ» – ФИО4 по доверенности от 30.07.2024, ФИО5 по доверенности от 28.05.2024, ФИО6 по доверенности от 30.07.2024; ПАО Банка «Траст» – ФИО7 по доверенности от 28.09.2023.

В судебном заседании в онлайн-режиме посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» принял участие представитель управляющего – ФИО8 по доверенности от 10.09.2024.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве должника ПАО Банк «Траст» 16.02.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительными сделками: платежа должника на сумму 339 127 563,03 руб., совершенного 11.12.2018 в пользу АО Банка «СНГБ»; договор залога прав № 62 и записи от 25.01.2019 № 2019-003-046786-011 в реестре уведомлений о возникновении залога движимого имущества; договора договор залога прав по договору залогового счета № 63; применении последствий недействительности сделок.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 29.11.2023, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2024, заявление ПАО Банка «Траст» удовлетворено; признана недействительной сделкой операция по перечислению денежных средств за счет должника в пользу АО Банка «СНГБ» в размере 339 127 563,03 руб.; признан недействительной сделкой договор залога прав № 62; признана недействительной сделкой запись от 25.01.2019 № 2019-003-046786-011 в реестре уведомлений о возникновении залога движимого имущества; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с АО Банка «СНГБ» в конкурсную массу должника денежных средств в сумме 339 127 563,03 руб., а также процентов за пользование чужими денежными средствами на указанную сумму за период с даты вступления в законную силу настоящего судебного акта по дату ее возврата.

Дополнительным определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 18.03.2024 признан недействительной сделкой договор залога прав по договору залогового счета № 63.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 16.08.2024 дополнительное определение арбитражного суда от 18.03.2024 отменено, в удовлетворении заявления ПАО Банка «Траст» о призвании недействительным договора залога прав по договору залогового счета № 63 отказано.

АО Банк «СНГБ» в кассационной жалобе просит отменить принятые судебные акты и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование жалобы податель приводит следующие доводы: судами не учтено наличие у АО Банка «СНГБ» права преимущественного удовлетворения своих требований, вытекающее из иных договоров залога, заключенных между должником и АО Банк «СНГБ» в обеспечение обязательств должника, в том числе по кредитному договору от 16.09.2016 № С45908/45, которые не признаны недействительными на текущую дату; признанный недействительным договор залога прав № 62 не оказывает никакого влияния на наличие либо отсутствие права ответчика на преимущественное удовлетворение своих требований перед иными кредиторами в силу иных договоров залога, правовое регулирование которых различно; бремя доказывания распределено судами неправильно и должно быть возложено на заявителя, поскольку судами необоснованно не применен пункт 29.3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63); АО Банк «СНГБ» не получил от общей суммы платежей с учетом предмета по всем договорам залога больше, чем получил бы, являясь залоговым кредитором; аффилированность (юридическая, фактическая) между должником и АО Банком «СНГБ», его дочерним обществом с ограниченной ответственностью «Дмитровмонтажгрупп» (далее – ООО «Дмитровмонтажгрупп») отсутствует, презумпции, распространяющиеся на заинтересованных лиц и лиц контролирующих должников, равно как повышенный стандарт доказывания в отношении АО Банка «СНГБ», не применим; неплатежеспособность должника на дату совершения оспариваемых сделок не доказана и опровергается материалами дела; выводы, сделанные судом по обособленному спору с публичным акционерным обществом (далее – ПАО) «Сбербанк России» не могут иметь преюдициального значения для настоящего обособленного спора.

ПАО Банк «Траст» и управляющий в своих кассационных жалобах просят отменить постановление апелляционного суда от 16.08.2024, оставить в силе определение арбитражного суда от 18.03.2024.

В обоснование жалоб податели приводят аналогичные доводы: вывод суда апелляционной инстанции о невозможности применения к договору залога прав по договору залогового счета № 63 положений статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) противоречит фактическим обстоятельствам дела; поведение АО Банка «СНГБ» и совокупность косвенных доказательств свидетельствуют о заключении договора залога прав по договору залогового счета № 63 в более позднюю дату; суд апелляционной инстанции в обжалуемых судебных актах пришел к противоречивым выводам относительно осведомленности АО Банк «СНГБ» о неплатежеспособности должника, основываясь на одних и тех же доказательствах; апелляционный суд необоснованно не усмотрел злоупотребление правом в действиях АО Банка «СНГБ», как при заключении двух договоров залога № 62 и № 63, поскольку согласованность его действий с должником позволила искусственно и в первоочередном порядке получить спорный платеж в нарушение условий ряда сделок; вывод суда апелляционной инстанции о том, что оспариваемое перечисление денежных средств носит законный характер противоречит ранее сделанным выводам этого же суда в постановлении апелляционного суда от 24.04.20244, которым спорный платеж признан недействительным; любой договор залога подлежал опубличиванию с учетом разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в Обзоре судебной практики по спорам об установлении требований залогодержателей при банкротстве залогодателей, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.12.2022 (далее – Обзор от 21.12.2022).

Представленные управляющим, ПАО Банком «Траст» отзывы на кассационную жалобу, а также письменные пояснения ПАО Банка «Траст», возражения, дополнительные пояснения, отзыв на кассационные жалобы АО Банка «СНГБ» приобщены к материалам дела в порядке статьи 279 АПК РФ.

В судебном заседании представители сторон поддержали каждый свои доводы, изложенные в кассационных жалобах и отзывах на них.

Проверив в пределах, предусмотренных статьями 286, 287 АПК РФ, правильность применения судами норм материального и соблюдение процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, между АО Банком «СНГБ» (банк) и ООО «Трест Запсибгидрострой» (заемщик) заключен кредитный договор от 16.09.2016 № С45908/45, по условиям которого банк предоставляет заемщику кредит в виде кредитной линии под лимит задолженности, общая сумма задолженности по кредиту не может превышать 700 000 000 руб. Кредитная линия открывается заемщику в сумме выдаваемого транша. Срок закрытия кредитной линии – 12.03.2018.

Определением Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 16.05.2018 возбуждено дело о банкротстве ООО «Трест Запсибгидрострой».

АО Банк «СНГБ» 18.10.2018 обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с иском о взыскании с ООО «Трест Запсибгидрострой» задолженности по кредитным договорам, в том числе по кредитному договору от 16.09.2016 № С45908/45 в размере 437 777 991,02 руб.

Определением суда от 30.10.2018 по делу № А75-16256/2018 по ходатайству АО Банка «СНГБ» приняты обеспечительные мер в виде наложения ареста на денежные средства и имущество ООО «Трест Запсибгидрострой» в пределах исковых требований в размере 927 107 788,11 руб. Выдан исполнительный лист от 30.10.2018 серия ФС № 020195868, на основании которого судебным-приставом исполнителем специализированного отдела судебных приставов по важным исполнительным производствам Управления федеральной службы судебных приставов (далее – УФССП) возбуждено исполнительное производство от 30.10.2018 № 17309/18/86008-ИП.

Судебным приставом-исполнителем произведен арест имущества должника, в том числе наложен арест на дебиторскую задолженность, ПАО СЗ «Северная Верфь» (далее также– дебитор), принадлежащую должнику, путем запрета внесения (перечисления) дебитором денежных средств на расчетные счета должника либо иных лиц и организаций. Кроме того, ПАО СЗ «Северная Верфь» запрещено проводить любые взаиморасчеты по контракту от 18.07.2016 № 468-7 (далее - контракт) с должником, а также по любым иным договорам и сделкам в пределах 927 107 788,11 руб.

03.12.2018 должник направил заявление судебному приставу-исполнителю, в котором указал, что в отношении должника возбуждено дело о банкротстве, имеется значительное количество гражданских дел о взыскании с должника денежных средств; ПАО СЗ «Северная Верфь» выразило намерение перечислить суммы дебиторской задолженности на расчетный счет должника, либо в депозит службы судебных приставов. Данным заявлением должник просил судебного пристава-исполнителя принять от ПАО СЗ «Северная Верфь» на депозитный счет УФССП принадлежащие должнику денежные средства (суммы дебиторской задолженности) и обеспечить их сохранность.

В письме от 03.12.2018 № 86008/18/59124 судебный пристав-исполнитель сообщил дебитору должника об отсутствии препятствий для перечисления денежных средств по оплате выполненных должником работ по контракту на депозитный счет подразделения службы судебных приставов с целью обеспечения оперативного хранения имущества, подлежащего передаче взыскателю.

В этот же день ПАО СЗ «Северная Верфь» перечислило на депозитный счет УФССП денежные средства в размере 430 773 107,49 руб.

06.12.2018 объявлена резолютивная часть решения Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры по делу № А75-16256/2018, которым с должника в пользу АО Банка «СНГБ» взыскано 927 107 788,11 руб. задолженности по семи кредитным договорам. В полном объеме указанное решение изготовлено 13.12.2018, однако вступило в законную силу 07.02.2019.

Однако уже 07.12.2018 ООО «Трест Запсибгидрострой» в лице ФИО5 (работник АО Банке «СНГБ», действующий на основании доверенности от имени должника) обратилось в УФССП с заявлением о перечислении денежных средств, находящихся на депозитном счете и причитающихся ООО «Трест Запсибгидрострой», на расчетный счет должника № 40702810000020807764 в АО Банке «СНГБ».

В то время как в соответствии с условиями контракта оплата за выполненные работы подлежала перечислению на расчетный счет должника № 40702810408280001878, открытый в ПАО «Банк ВТБ», а с учетом дополнительного соглашения от 14.11.2018 № 6 на расчетный счет должника в АО «Кошелев-Банк».

Платежными поручениями от 11.12.2018 № 42802, от 11.12.2018 № 42803 денежные средства в общей сумме 339 127 563,03 руб. перечислены с депозитного счета УФСПП на расчетный счет должника в АО Банке «СНГБ», в назначениях платежей указано: «возврат денежных средств должнику ООО «Трест Запсибгидрострой» 17309/18/86008-ИП».

В этот же день вся поступившая сумма в размере 339 127 563,03 руб. списана в пользу АО Банка «СНГБ» на основании платежного требования № 0102 с назначением платежа «гашение ссудной задолженности по кредитному договору от 16.09.2016 № С45908/45».

Как указывает заявитель, в результате неправомерных действий АО Банком «СНГБ» выручка по контракту в размере 339 127 563,03 руб., минуя расчетный счет должника в АО «Кошелев-Банк», перенаправлена на расчетный счет должника, открытый в АО Банке «СНГБ» и списана в счет погашения его задолженности, в то время как судебный акт по делу № А75-16256/2018 вступил в законную силу только 29.01.2019, в отношении ООО «Трест Запсибгидрострой» возбуждено дело о банкротстве, а права требования по контракту находились в залоге у АО «Кошелев-Банк» в соответствии с договором залога от 15.08.2018 № ДЗП-18-042-18 и уведомлением о залоге движимого имущества от 16.08.2018 № 2018-002546506-597, о чем АО Банку «СНГБ» было известно.

При этом работы по контракту за должника-банкрота выполнялись субподрядчиком ООО «Больверк» на основании договора субподряда от 18.07.2016 № 59/16, перед которым имеется непогашенная текущая задолженность в размере 571 678 806,70 руб., которая взыскана на основании решения Арбитражного суда Ханты-Мансийского округа – Югры от 03.02.2022 по делу № А75-20911/2020.

Определением Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 10.03.2021 по настоящему делу ООО «Трест Запсибгидрострой» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура наблюдения, утвержден временный управляющий.

Таким образом, по мнению заявителя, с учетом возбуждения 16.05.2018 дела о банкротстве должника задолженность перед АО Банком «СНГБ» возникла до возбуждения дела о банкротстве должника и носит реестровый характер, спорный платеж и заключение оспариваемых договоров залога № 62 и № 63 произведено сторонами с нарушением положений статей 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, а также статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), поэтому оспариваемые сделки нарушают принципы очередности и пропорциональности погашения задолженности кредиторов должника, причем как текущих, так и реестровых, заключены в обход закона и со злоупотреблением правом, а потому подлежат признанию недействительными по всем заявленным основаниям.

Суды первой и апелляционной инстанций пришли к верному выводу о недействительности платежа должника на сумму 339 127 563,03 руб., совершенного в пользу АО Банка «СНГБ», договора залога прав № 62 и записи от 25.01.2019 № 2019-003-046786-011 в реестре уведомлений о возникновении залога движимого имущества на основании пунктов 1, 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В подпункте первом пункта 1 Постановления № 63 разъяснено, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации и т.п.).

На основании абзаца пятого пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности, если сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Такая сделка может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (пункт 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

В пункте 11 Постановления № 63 разъяснено, что если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В рассматриваемом случае заявление о признании должника банкротом принято к производству 16.05.2018, оспариваемое списание денежных средств совершено 11.12.2018, соответственно, оно может быть оспорено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Судами установлено, что в соответствии с условиями контракта задолженность перед ООО «Трест Запсибгидрострой» составляла 430 773 107,49 руб. и подлежала уплате на расчетный счет должника, открытый в АО «Кошелев-Банк», что подтверждается счетами на оплату от 01.11.2018 № 199 на сумму 381 713 820,84 руб. и от 27.11.2018 № 204 на сумму 49 059 286,65 руб.

При этом права требования по контракту переданы в залог в пользу АО «Кошелев-Банк», что подтверждается договором залога от 15.08.2018 № ДЗП-18-042-18, заключенным с ООО «Трест Запсибгидрострой», и уведомлением о возникновении залога движимого имущества от 16.08.2018 № 2018-002546506-597. При этом передача прав требования в залог АО «Кошелев-Банк» связана с тем, что на кредитные средства этого банка ООО «Больверк» выполняло работы по договору субподряда от 18.07.2016 № 59/16, заключенному с должником.

Вместе с тем в результате согласованных действий ООО «Трест Запсибгидрострой» и АО Банка «СНГБ», чьи интересы представляло одно лицо – ФИО5, являющийся работником АО Банка «СНГБ», в нарушение условий контракта и до вступления в законную силу решения суда по делу № А75-16256/2018 денежные средства в размере 430 773 107,49 руб. перечислены ПАО СЗ «Северная Верфь» не на расчетный счет в АО «Кошелев-Банк», а на депозитный счет УФССП, и затем по письму ФИО5 от 07.12.2018 поступили на расчетный счет должника в АО Банк «СНГБ», с которого списаны 11.12.2018 в счет погашения задолженности по кредитному договору от 16.09.2016 № С45908/45 в размере 339 127 563,03 руб.

В обоснование правомерности списания данных денежных средств АО Банк «СНГБ», в том числе ссылается на договор залога прав № 62, в соответствии с условиями которого обязательства по возврату кредита обеспечиваются залогом прав требования по контракту с ПАО СЗ «Северная Верфь».

Между тем в реестр уведомлений о возникновении залога движимого имущества соответствующая запись № 2019-003-046786-011 внесена только 25.01.2019, при этом дата заключения договор залога прав № 62 указана иная – 09.04.2018, вместо 17.10.2017. В то же время права требования по контракту переданы в залог АО «Кошелев-Банк» в соответствии с договором залога от 15.08.2018 № ДЗП-18-042-18, сведения о котором учтены в соответствующем реестре своевременно – 16.08.2018, о чем АО Банк «СНГБ» не могло не знать, учитывая их публичный характер.

Согласно пункту 4 ст. 339.1 ГК РФ залог имущества, не относящегося к недвижимым вещам, помимо указанного в пунктах 1 - 3 настоящей статьи имущества, может быть учтен путем регистрации уведомлений о залоге, поступивших от залогодателя, залогодержателя или в случаях, установленных законодательством о нотариате, от другого лица, в реестре уведомлений о залоге такого имущества (реестр уведомлений о залоге движимого имущества). Реестр уведомлений о залоге движимого имущества ведется в порядке, установленном законодательством о нотариате.

В соответствии с абзацем третьим пункта 4 статьи 339.1 ГК РФ залогодержатель в отношениях с третьими лицами вправе ссылаться на принадлежащее ему право залога только с момента совершения записи об учете залога, за исключением случаев, если третье лицо знало или должно было знать о существовании залога ранее этого. Отсутствие записи об учете не затрагивает отношения залогодателя с залогодержателем.

По смыслу указанной нормы обременение имущества должника, состоявшееся в пользу кредитора, может быть противопоставлено третьему лицу только если последнее осведомлено об этом обременении, что предполагается в случаях, когда залогодатель и (или) залогодержатель создают условия, при которых любой участник гражданского оборота способен без особых затруднений получить сведения о состоявшемся залоге.

Аналогичные разъяснения содержатся в пункте 3 Обзора от 21.12.2022, который напрямую применим к рассматриваемой ситуации.

Банкротство должника является экстраординарным способом удовлетворения требований кредиторов, при котором частноправовые отношения между должником и его контрагентами трансформируются в публично-правовые отношения между должником и сообществом кредиторов, объединенных законным интересом, заключающемся в максимальном удовлетворении своих требований, включенных в реестр требований кредиторов, для реализации которого, а также с целью соблюдения баланса прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, законодателем предусмотрено, в том числе оспаривание сделок, влияющих на имущественную сферу должника, и, как следствие, размер погашения требований кредиторов, а также направленных на изменение очередности погашения требований кредиторов (сделки с предпочтением).

Обеспеченность залогом требований кредиторов при банкротстве должника существенно повышает вероятность их удовлетворения по сравнению с кредиторскими требованиями, не имеющими подобного обеспечения. Равным образом, любой кредитор в целях полноты удовлетворения своих требований заинтересован в исключении залогового статуса у требования иного кредитора, конкурирующего с ним за конкурсную массу должника, которой, как правило, недостаточно для полного удовлетворения кредиторов.

В связи с этим предполагается, что все кредиторы заинтересованы в том, чтобы требование кредитора, обеспеченное залогом имущества, в отношении которого не внесена запись в реестр уведомлений, в соответствии с абзацем третьим пункта 4 статьи 339.1 ГК РФ не считалось бы обеспеченным залогом для целей распределения конкурсной массы должника, поэтому АО Банк «СНГБ», действуя добросовестно и разумно, зная на момент заключения кредитного договора от 16.09.2016 № С45908/45 о тяжелом финансовом положении должника, должно было своевременно раскрыть перед иными лицами (в том числе потенциальными конкурсными кредиторами) наличие у него статуса залогодержателя. Такое опубличивание должно происходить посредством совершения записи об учете залога сразу же после получения такого статуса.

При этом судами правомерно учтено, что после получения 11.12.2018 оспариваемого платежа АО Банк «СНГБ» 17.12.2018 обратился с исковым заявлением к ООО «Трест Запсибгидрострой» о признании недействительным договора залога имущественных прав требования от 15.08.2018 № ДЗП-18-042-18, заключенного должником с между АО «Кошелев-Банк», применении последствий недействительности сделки в виде прекращения залога имущественного права требования на получение денежных средств по контракту с ПАО СЗ «Северная Верфь», в удовлетворении которого решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 23.05.2019 по делу № А75-20153/2018 отказано.

Таким образом, суды пришли к верному выводу о том, что списание денежных средств в размере 339 127 563,03 руб. в пользу АО Банка «СНГБ» свидетельствует об оказании этому кредитору большего предпочтения в отношении удовлетворения его требования, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с Законом о банкротстве, поскольку имеется подтвержденная вступившим в законную силу решением суда от 03.02.2022 по делу № А75-20911/2020 задолженность в размере 571 678 806,70 руб. перед текущим кредитором ООО «Больверк», а также реестровая задолженность перед иными кредиторами должника с более ранним сроком погашения.

Поскольку права АО Банк «СНГБ» как залогодержателя по договору залога прав № 62 не были своевременно раскрыты и учтены в публичном реестре, то суды пришли к верному выводу о том, что у АО Банк «СНГБ» не возникло прав залогодержателя на спорные денежные средства по указанному договору залога прав № 62, а сама сделка и запись от 25.01.2019 № 2019-003-046786-011 в реестре уведомлений являются недействительными применительно к пунктам 1, 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

В отношении договора залога прав по договору залогового счета № 63 апелляционный суд пришел к верному выводу об отсутствии правовых оснований для признания его недействительным по специальным банкротным основаниям (статьи 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве).

Согласно части 3 статьи 339.1 ГК РФ сведения о залоге прав по договору банковского счета учитываются в соответствии с правилами статьи 358.11 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 358.11 ГК РФ на основании договора залога прав по договору банковского счета возникает с момента уведомления банка о залоге прав и предоставления ему копии договора залога. В случае, если залогодержателем является банк, заключивший с клиентом (залогодателем) договор залогового счета, залог возникает с момента заключения договора залога прав по банковскому счету, то есть в данном случае с 17.10.2017.

При этом суд округа считает, что совокупность приведенных судом первой инстанции доводов относительно иной даты заключения данного договора залога, правомерно отклонена судом апелляционной инстанции, так как они носят надуманный характер, основаны на предположениях и не подтверждены надлежащими, относимыми и допустимыми доказательствами. При выдаче должнику кредитов в 2016 и 2017 году в значительном размере (700 млн. руб.), чье финансовое положение свидетельствовало о наличии у ООО «Трест Запсибгидрострой» признаков неплатежеспособности, АО Банк «СНГБ» было заинтересовано в получении гарантий возврата предоставленных денежных средств, в том числе путем предоставления обеспечения в виде залогов. В указанных целях 07.04.2017 с должником заключен договор залогового счета № 55/2017, который предполагал возможность заключения договоров прав по договору залогового счета. Оспариваемый договор прав по договору залогового счета № 63 является не единственным, АО Банк «СНГБ» с должником заключил большое количество схожих догоовров, что соответствует правомерным интересам кредитора и должника, желающего получить дополнительное финансирование в существенном размере и реструктуризировать имеющуюся задолженность, поэтому само по себе отсутствие упоминания этого договора ранее не свидетельствует об иной дате его заключения.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции пришел к верному выводу о том, что данная сделка не подлежит признанию недействительной по пунктам 1-3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, так как выходит за пределы максимального шестимесячного срока глубины для ее оспаривания. При этом тот факт, что в результате действий аффилированных лиц введение в отношение должника процедуры банкротства - наблюдения было затянуто до 25.02.2021, не имеет правового значения и не свидетельствует о возможности квалификации данной сделки как преференциальной.

Кроме того, отсутствуют основания для признания договора залога прав по договору залогового счета № 63 недействительным как подозрительной сделки по статье 61.2 Закона о банкротстве, поскольку сама по себе данная сделка не может быть направлена на причинение имущественного вреда кредиторам на момент ее заключения, так как она не предполагает какого-либо встречного предоставления со стороны должника и, напротив, гарантирует залогодержателю возможность получить удовлетворение своих имущественных требований за счет денежных средств, которые в будущем поступят на залоговый счет, то есть в рассматриваемом случае со стороны кредитора должником уже получено эквивалентное встречное предоставление.

Таким образом, само по себе заключение договора залога прав по договору залогового счета № 63 в момент совершения указанной сделки ничьих прав не нарушает, поскольку это не влечет каких-либо негативных последствий ни для должника, ни для кредиторов, ни для его конкурсной массы, поэтому по заявленным банкротным основаниям могут оспариваться лишь действия АО Банка «СНГБ» по списанию с этого залогового счета должника денежных средств в первоочередном порядке с нарушением установленной Законом о банкротстве очередностью.

Вместе с тем указанное не означает, что поступившие на залоговый счет АО Банка «СНГБ» денежные средства в сумме 339 127 563,03 руб. приобрели статус залогового имущества в силу договора залога прав по договору залогового счета № 63.

Действующее законодательство не только не содержит запрета на оборот будущих прав, а, наоборот, в ряде случаев прямо регламентирует сделки, имеющие предметом исполнения будущее право. Так, пунктом 6 статьи 340 ГК РФ предусмотрена возможность залога требований, которые залогодатель приобретет в будущем.

Следовательно, договор договора залога прав по договору банковского счета № 63 считается заключенным с момента его подписания, однако права залогодержателя у АО Банка «СНГБ» могут возникнуть не ранее поступления денежных средств на залоговый счет по договору залога прав, то есть в рассматриваемом случае речь идет о залоге будущих прав.

Между тем спорное перечисление денежных средств в размере 339 127 563,03 руб. с учетом даты его совершения – 11.12.2018 уже признано недействительным по пунктам 1, 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве и оснований для его иной квалификации в рассматриваемом случае не имеется. Кроме того, суд округа считает необходимым обратить внимание на то, что при нормальном стечении обстоятельств, если бы действия представителя должника и АО Банка «СНГБ» в лице ФИО5 соответствовали условиям заключенных сделок и контракта, принципам разумности и добросовестности и не были бы направлены исключительно на создание искусственной ситуации для зачисление спорной денежной суммы именно на расчетный счет должника в АО Банке «СНГБ», а не в АО «Кошелев-Банк», то права залогодержателя по договору залога прав по договору залогового счета № 63 у АО Банка «СНГБ» никогда бы не возникли.

В связи с этим вывод суда апелляционной инстанции о том, что АО Банк «СНГБ» правомерно принял спорный платеж и права других кредиторов при этом не нарушены является не верным и напрямую противоречит ранее сделанным этим же судом противоположным выводам в постановлении Восьмого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2024, а потому указанный вывод подлежит исключению из мотивировочной части постановления апелляционного суда от 16.08.2024, в том числе с приведенным к нему правовым обоснованием.

Довод АО Банка «СНГБ» о наличии других договоров залога, которые дают ему залоговый приоритет в отношении списания спорных денежных средств подлежит отклонению, поскольку эти договоры залога прав по договору банковского счета должника заключены в отношении иных прав требований, вытекающих из других обязательств, не относящихся к предмету настоящего обособленного спора.

При этом апелляционный суд пришел к неверному выводу об отсутствии на момент совершения спорного платежа в сумме 339 127 563,03 руб. в пользу АО Банк «СНГБ» признаков неплатежеспособности у ООО «Трест Запсибгидрострой», поскольку ранее указанное обстоятельство уже устанавливалось в рамках иных обособленных споров при оспаривании платежей в пользу ПАО «Сбербанк России» и ООО «Сургутская транспортная компания», принятые по этим спорам судебные акты вступили в законную силу, основаны на тех же доказательствах, а потому правовые основания для их переоценки отсутствуют.

Осведомленность АО Банка «СНГБ» о наличии у должника признаков неплатежеспособности на дату списания в свою пользу денежных средств с расчетного счета ООО «Трест Запсибгидрострой» установлена судом первой инстанции в определении от 18.03.2024 путем оценки совокупности согласующихся между собой доказательств в их взаимосвязи, с которой суд округа согласен, поскольку заключению оспариваемых сделок и платежа предшествовали длительные переговоры сторон по выходу должника из финансового кризиса, в том числе путем дополнительного кредитования, рефинансирования и реструктуризации долгов; должнику уже предъявили претензии наиболее крупные кредиторы – банки; должником продолжали наращиваться долги, в том числе перед текущими кредиторами, например, перед ООО «Больверк»; отсрочка введения первой процедуры банкротства в отношении ООО «Трест Запсибгидрострой» обусловлена действиями ООО «Дмитровмонтажгрупп» и заключением мировых соглашений, которые так и не были исполнены со стороны должника, притом, что в его реестр включены требования кредиторов на сумму более 2,5 млрд. руб., а выявленных активов в шесть раз меньше.

Других пороков у оспариваемых сделок, выходящих за пределы дефектов подозрительных и преференциальных сделок, суд округа не усматривает, поэтому оснований для их квалификации недействительными в силу статей 10, 168 ГК РФ не имеется.

Иные приведенные в кассационных жалобах доводы были предметом рассмотрения апелляционного суда, не опровергают его выводов, а потому подлежат отклонению.

Несогласие кассаторов с оценкой обстоятельств дела и иное толкование ими положений действующего законодательства не является основанием для отмены обжалуемых судебных актов в кассационном порядке.

Поскольку оснований, предусмотренных статьей 288 АПК РФ, для отмены обжалуемых судебных актов не имеется, кассационные жалобы удовлетворению не подлежат.

В связи с окончанием кассационного производства подлежат отмене меры по приостановлению исполнения судебных актов, принятые определением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 14.05.2024.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 29.11.2023, постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2024 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 16.08.2024 по делу № А75-6557/2018 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Меры по приостановлению исполнения обжалуемых судебных актов, принятые определением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 14.05.2024, отменить.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                                                  Ю.И. Качур

 

Судьи                                                                                                                 О.В. Кадникова

 

ФИО1