АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 

http://fasuo.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

 № Ф09-2014/24  

Екатеринбург 20 мая 2024 г. Дело № А50-17366/2023 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 мая 2024 г.  Постановление изготовлено в полном объеме 20 мая 2024 г.  

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Шершон Н. В., судей Новиковой О.Н., Кудиновой Ю.В., 

при ведении протокола помощником судьи Мясниковой О.В., рассмотрел в  судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции  информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание)  кассационную жалобу ФИО1 на решение  Арбитражного суда Пермского края от 20.10.2023 по делу № А50-17366/2023 и  постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.01.2024  по тому же делу.  

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и  месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения  данной информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа.  

В судебном заседании приняли участие представители: 

ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 13.01.2021;  

общества с ограниченной ответственностью «Газпромнефть-Центр» (далее  – общество «Газпромнефть-Центр») – ФИО3 по доверенности от  30.03.2023 № Д-115 (в режиме веб-конференции).  

 ФИО1 обратился в Арбитражный суд г. Москвы с иском к  ответчикам - обществу «Газпромнефть-Центр», публичному акционерному  обществу «Газпром нефть» (далее – общество «Газпром нефть»), обществу с  ограниченной ответственностью «Газпромнефть-Региональные продажи»  (далее – общество «Газпромнефть-Региональные продажи»), акционерному  обществу «Газпромнефть-Мобильная карта» (далее – общество «Газпромнефть- Мобильная карта») о взыскании 2 500 000 000 руб. убытков с общества  «Газпромнефть-Центр», солидарном взыскании 2 150 000 000 руб. убытков с  обществ «Газпромнефть-Центр», «Газпромнефть-Региональные продажи»,  «Газпром нефть», «ГазпромнефтьМобильная карта» (с учетом уточнений  исковых требований, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации).  

 К участию в деле в качестве третьего лица привлечен финансовый  управляющий имуществом ФИО1 - ФИО4.  

 Определением Арбитражного суда г. Москвы от 01.06.2023 дело передано  на рассмотрение Арбитражного суда Пермского края.  

 Решением Арбитражного суда Пермского края от 20.10.2023, оставленным  без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного  суда от 12.01.2024, в удовлетворении исковых требований отказано.  

 В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить решение суда  первой инстанции от 20.10.2023 и постановление суда апелляционной  инстанции от 12.01.2024, направить дело на новое рассмотрение в суд первой  инстанции. Истец полагает, что суды должным образом не исследовали и не  дали оценку всем представленным в материалы дела доказательствам, а также  доводам истца, что привело к принятию неправильных судебных актов.  В частности, суды уклонились от анализа причин передачи имущества в  порядке отступного кредитным организациям, не приняли во внимание  специфику предмета заключаемой сделки, которая не предполагает  возможность его свободного обращения и отчуждения иным лицам. По мнению  истца, передача активов банкам не свидетельствует об отказе истца от сделки с  ответчиками, что подтверждается фактом заключения с банками соглашений об  обратном выкупе актива по цене передачи, увеличенной на сумму расходов по  содержанию актива за время нахождения у банков. ФИО1 настаивает  на том, что совокупность действий ответчиков привела к тому, что он был  лишен возможности вести бизнес и оказался привлечен к уголовной  ответственности, а его предприятия и он сам признаны банкротами. Целью  указанных действий, по мнению истца, было приобретение ответчиками  активов истца по существенно заниженной цене и при минимальных расходах,  практически безвозмездно. Кроме того, ФИО1 не согласен с выводом  судов о недоказанности размера убытков; полагает ошибочным утверждение о  том, что сделка не состоялась ввиду наличия обременений, а также считает, что  срок исковой давности необоснованно признан судом первой инстанции  пропущенным, поскольку его течение следует связывать с моментом, когда ему  стало известно о том, что в результате совокупности недобросовестных  действий ответчиков он окончательно лишился имущественного комплекса  (сети АЗС и нефтебазы) – в 2021-2023.  

В отзыве на кассационную жалобу общество «Газпромнефть-Центр»  просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения.  

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела,  проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном  статьями 284 - 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, суд округа оснований для их отмены не усматривает, исходя из  следующего.  

В силу положений статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации  лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения  убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в  меньшем размере.  

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено,  произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного  права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также  неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях  гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная  выгода) (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 12 постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации в пункте от 23.06.2015 № 25  «О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении  убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате  действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения  обязательства или причинения вреда, наличие убытков.  

Таким образом, основанием для возложения обязанности возместить  ущерб является наличие совокупности обстоятельств: противоправное действие  или бездействие, наличие ущерба и причинно-следственная связь между  противоправным действием или бездействием и возникновением ущерба.  

Причинно-следственная связь должна быть прямой и непосредственной, то  есть, необходимо доказать, что именно действия ответчика привели к  наступлению для истца негативных последствий, никакие иные факторы с  последствиями не связаны.  

Специальный случай взыскания убытков в пользу потерпевшей стороны  при недобросовестном ведении переговоров контрагентом предусмотрен в  пункте 3 статьи 434.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно  которому сторона, которая ведет или прерывает переговоры о заключении  договора недобросовестно, обязана возместить другой стороне причиненные  этим убытки. Убытками, подлежащими возмещению недобросовестной  стороной, признаются расходы, понесенные другой стороной в связи с  ведением переговоров о заключении договора, а также в связи с утратой  возможности заключить договор с третьим лицом.  

В результате возмещения убытков, причиненных недобросовестным  поведением при проведении переговоров, потерпевший должен быть поставлен  в положение, в котором он находился бы, если бы не вступал в переговоры с  недобросовестным контрагентом (пункт 20 постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами  некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об  ответственности за нарушение обязательств»).  

При этом предполагается, что каждая из сторон переговоров действует  добросовестно и само по себе прекращение переговоров без указания мотивов  отказа не свидетельствует о недобросовестности соответствующей стороны.  На истце лежит бремя доказывания того, что, вступая в переговоры, ответчик  действовал недобросовестно с целью причинения вреда истцу, например,  пытался получить коммерческую информацию у истца либо воспрепятствовать  заключению договора между истцом и третьим лицом (пункт 19  вышеназванного Постановления).  

В данном случае судами установлено, что ФИО1 как бенефициар  группы предприятий Феникс Петролеум основывает свои требования на том,  что указанная группа предприятий в рамках исполнения совместного с группой  предприятий Газпромнефть бизнес-плана и по договоренности с последней  создала в Пермском крае сеть автозаправочных станций (далее – АЗС),  приведенную под стандарты и требования Газпромнефти; включила эту сеть  АЗС в бизнес-процесс Газпромнефти по реализации нефтепродуктов;  подготовила всё необходимое для завершения сделки по продаже этой сети  обществу «Газпромнефть-Центр», включая полное раскрытие информации о  деятельности группы, подготовку персонала к работе по стандартам  Газпромнефти и фактическую передачу рычагов управления автозаправочными  станциями в руки Газпромнефти путем установки программного обеспечения  Мобильная Карта, управляемого Газпромнефтью.  

Истец указал, что в процессе переговоров и обсуждения деталей  предстоящей сделки группа предприятий Газпромнефть своим поведением  сформировала у ФИО5 обоснованные и разумные ожидания в  отношении совершения сделки по приобретению активов группы Феникс  Петролеум, однако в нарушение разумно возникшего доверия группа  Газпромнефть не только своим бездействием и затягиванием переговоров  уклонилась от завершения фактически начатой и исполненной со стороны  ФИО1 сделки купли-продажи, но и намеренно совершила действия,  приведшие к остановке деятельности сети АЗС (путем одностороннего  отключения автоматической системы управления АЗС), банкротства  предприятий группы Феникс Петролеум, привлечения ФИО1 к  уголовной ответственности и лишения его свободы с возложением на него  материальной ответственности за поставленные нефтепродукты.  

Истец также указал, что в результате недобросовестного выхода общества  «ГазпромнефтьЦентр» из переговоров по продаже сети АЗС стоимостью  2 150 000 000 руб., ФИО1 и возглавляемая им группа предприятий  лишились возможности заключить сделку по продаже этой сети АЗС другому  лицу – публичному акционерному обществу «Акционерная нефтяная компания  «БАШНЕФТЬ», которое было готово приобрести сеть АЗС за указанная сумму,  в связи с чем, ФИО1 указал на необходимость взыскания с общества  «Газпромнефть-Центр» как с лица, проводившего переговоры, убытков от  несостоявшейся сделки с обществом «Акционерная нефтяная компания  «БАШНЕФТЬ» на сумму 2 500 000 000 руб.  

Истец также настаивал на причинении ему убытков недобросовестными  действиями группы предприятий Газпромнефть в виде полной утраты активов  и банкротства (прекращения деятельности) всех предприятий группы Феникс  Петролеум, принадлежащих ФИО1, поскольку, получив в декабре  2016 года согласие антимонопольного органа на приобретение в собственность  производственных средств группы Феникс-Петролеум, вопреки обоснованным  ожиданиям другой стороны, уклонилась от заключения сделки купли-продажи,  направив свои усилия на получение этих активов по более низкой цене, в  результате чего деятельность группы предприятий Феникс Петролеум была  

прекращена, все ключевые предприятия группы признаны банкротами,  документы предприятий изъяты в ходе следственных действий и уничтожены, а  все активы, созданные ФИО1 и его группой предприятий, в марте- августе 2020 года перешли в собственность предприятий Газпромнефть, в то  время как ФИО1 возмещения за созданные им активы не получил, а,  напротив, остался должен обществу «Газпромнефть-Региональные продажи»  243 408 046 руб. 91 коп.; кроме того, определением Арбитражного суда  Московской области от 26.09.2023 по делу № А41-91073/2021 о банкротстве  ФИО1 удовлетворено дополнительное заявление общества  «Газпромнефть-Региональные продажи» о включении в реестр требований  кредиторов ФИО1 процентов в размере 41 859 515 руб. 36 коп.; сумма  285 267 562 руб. 27 коп. (243 408 046,91 + 41 859 515,36) является частью  заявленной к взысканию суммы убытков.  

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчики  указывали, что ранее при рассмотрении требований о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по долгам организаций, находившихся  под контролем ФИО1, арбитражные суды уже дали оценку его  доводам о недобросовестности группы Газпромнефть и отвергли их, что  подтверждается вступившими в силу судебными актами, в частности  постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 30.12.2020 по делу   № А50-17260/2018, определениями Арбитражного суда Пермского края от  29.01.2021 по делу № А50-8341/2019, от 15.02.2021 по делу № А50-12964/2018,  от 09.10.2021 по делу № А50-7903/2019; ФИО1 создал коммерческую  структуру, управление которой осуществлялось незаконными способами, при  этом полностью предприятиями группы Феникс Петролеум ФИО1 не  владел (не являлся 100% участником, структура владения была непрозрачной);  активы группы предприятий Феникс Петролеум в ходе хозяйственной  деятельности были обременены кредитами, выданными предприятиям группы  не связанными с ответчиками банками; отношения предприятий группы  Газпромнефть с группой Феникс Петролеум регулировались различными  договорами, в дальнейшем оказание услуг предприятиям Феникс Петролеум со  стороны группы Газпромнефть, в частности, обществом «Газпромнефть- Мобильная карта» в адрес общества с ограниченной ответственностью  «Оператор» было приостановлено исключительно ввиду ненадлежащего  исполнения встречных обязательств; кроме того, ФИО1 совершил  преступление, распорядившись доверенным ему имуществом и причинив  обществу «Газпромнефть-Региональные продажи» ущерб в размере 243 млн.  руб., что установлено вступившим в силу приговором суда; при этом  находившееся под контролем ФИО1 общество «Оператор» не  инкассировало полностью денежные средства и оформляло мнимые займы с  одобрения ФИО1 с тем, чтобы скрыть кассовый разрыв; в результате  банкротства организаций, находившихся под контролем истца, последние не  выплатили группе Газпромнефть задолженность в размере 626 млн. руб.;  общество «Газпромнефть-Центр» никогда не уклонялось от сделки по  приобретению АЗС, принадлежащих подконтрольным истцу организациям,  

данная сделка не состоялась ввиду наличия обременений в виде залога и  добровольного отчуждения АЗС банкам-залогодержателям по воле ФИО1 в погашение кредитов перед ними; в связи с изложенным ответчики  полагали не доказанным факт неправомерных действий ответчиков либо  нарушения ими обязательств и ущемление материальной сферы истца  ФИО1 именно в результате неправомерных действиями ответчиков.  

Изучив позиции сторон спора, приведенные ими аргументы и  представленные в материалы дела доказательства, суды пришли к выводу о  неподтвержденности материалами дела причинно-следственной связи между  действиями ответчиков при ведении переговоров и названными истцом  убытками, а также установили пропуск истцом срока исковой давности по  заявленному требованию, в связи с чем отказали в удовлетворении иска.  

Так, при проверке доводов истца о недобросовестности общества  «Газпромнефть-Центр» при ведении переговоров по приобретению активов  группы предприятий Феникс Петролеум, судами установлено, что упомянутая  сеть АЗС создана до вступления в переговоры с обществом «Газпромнефть- Центр» и не в связи с этим, переговоры о приобретении актива велись уже в  процессе их использования в предпринимательской деятельности группы  Феникс Петролеум, в рамках которой последняя взаимодействовала с группой  предприятий Газпромнефть на основании различных договоров (коммерческой  концессии, возмездного оказания услуг, хранения, поставки, агентского  договора и пр.). В результате указанных правоотношений сальдо встречных  предоставлений сторон сложилось в пользу группы компаний Газпромнефть  в значительной сумме, что подтверждается вступившими в законную силу  судебными актами, в том числе принятыми по делам № А50-20381/2017,   № А56-46204/2018, № А56- 46209/2018, № А56-46196/2019. Судебными актами  установлен факт неисполнения денежных обязательств перед предприятиями  группы Газпромнефть, взысканы задолженности и штрафные санкции.  

Как верно констатировал апелляционный суд, оснований полагать, что  спорные активы изначально создавались истцом при условии заверений  относительно их последующего приобретения ответчиками, не имеется.  

В период 2017 – 2019 кредиторами предприятий группы компаний Феникс  Петролеум инициированы дела о банкротстве № А50-44954/2017 (в отношении  общества «Муллинская нефтебаза» по заявлению налогового органа), № А5017260/2018 (в отношении общества «Автозаправочные комплексы «Феникс  Петролеум» по заявлению налогового органа), № А50-12964/2018 (в отношении  общества «Феникс Петролеум» по заявлению общества «Газпромнефть –  региональные продажи»), № А50-7903/2019 (в отношении общества  «Оператор» по заявлению общества «Газпромнефть-Центр»). Все заявления о  банкротстве признаны обоснованными. В отношении самого ФИО1  также возбуждено дело о банкротстве, кроме того, вступил в законную силу  приговор по уголовному делу о признании его виновным в совершении  преступления, предусмотренного частью 4 статьи 160 Уголовного кодекса  Российской Федерации растрата, совершенная с использованием служебного  положения в крупном размере.  

Согласно развернутым пояснениям ответчиков и представленным ими  документам, переговоры о приобретении активов группы Феникс Петролеум  действительно велись, при этом обществом «Газпромнефть-Центр»  предлагались различные варианты урегулирования данных отношений, однако  в итоге сделка не состоялась в связи с тем, что принадлежавшие группе АЗС  были переданы в счет отступного в погашение кредитных обязательств группы  по инициативе истца.  

Доводы истца о наличии на его стороне убытков в сумме 2 150 000 000  руб. в виде обсуждавшейся в ходе переговоров стоимости активов истца судами  рассмотрены и обоснованно отклонены с учетом установленных ими  обстоятельств неисполнения самим ФИО1 согласованных в  переговорной переписке сторон (в частности, письмо от 14.02.2018 за подписью  ФИО6) необходимых требований относительно количества  передаваемых активов, отсутствия у активов обременений, которые подлежали  учету в числе экономических факторов при формировании ценового  предложения.  

Доводы истца о наличии на его стороне убытков в сумме 2 500 000 000  руб. от несостоявшейся сделки с обществом «Акционерная нефтяная компания  «БАШНЕФТЬ» также изучены и отклонены, поскольку, как констатировали  суды нижестоящих инстанций, представленное истцом письмо общества  «Акционерная нефтяная компания «БАШНЕФТЬ» от 02.08.2016 не доказывает  с разумной степенью достоверности и вероятности, что подобная сделка была  бы совершена, при том по заявленной цене, с учетом указания в письме ряда  условий о необходимости юридического аудита предложенных активов, а  также необходимости проведения независимой рыночной оценки.  

Что касается доводов истца о наличии на его стороне убытков в сумме  243 408 046 руб. 91 коп., включенных в заявленную к взысканию сумму, суды  обеих инстанций верно заключили, что таковые противоречат обстоятельствам,  установленным приговором Индустриального районного суда г. Перми от  23.03.2021 и апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным  делам Пермского краевого суда от 01.07.2021 по уголовному делу по делу № 14/21 в отношении ФИО1 (части 2, 3 статьи 69 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации).  

Помимо изложенного суды заключили о пропуске истцом срока исковой  давности, о применении которого ответчиками было заявлено.  

В данной части, руководствуясь положениями пункта 2 статьи 199, пункта  1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды пришли к  выводу, что события, на которые указывает истец и с которыми связывает  возникшие у него убытки, произошли в 2018 – 2019 годах; настоящий иск  предъявлен в Арбитражный суд г. Москвы только 03.03.2023.  

При этом суды обеих инстанций критически отнеслись к пояснению истца  о том, что срок исковой давности подлежит исчислению с момента, когда истцу  он узнал о том, что спорный актив перешел к группе Газпромнефть, о чем ему  стало известно только по итогам рассмотрения последнего из дел о банкротстве  предприятий группы Феникс Петролеум, как и ссылка истца на принятие  

определения Арбитражного суда Московской области от 26.09.2023 по делу   № А41-91073/2021 о банкротстве ФИО1 в части включения в реестр  требований кредиторов процентов не изменяет порядок исчисления срока  исковой давности по настоящему делу, поскольку новых обстоятельств ведения  сторонами спорных переговоров в период 2016-2018 не содержит.  

Таким образом, отказывая в удовлетворении иска, суды исходили как из  отсутствия в действиях ответчиков состава вменяемого им нарушения по  недобросовестному прерыванию переговоров и последующему причинению  истцу убытков, так и пропуска истцом срока исковой давности по заявленному  требованию.  

По результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения  материалов дела суд округа считает, что судами первой и апелляционной  инстанций все приведенные сторонами доводы и доказательства исследованы и  оценены, то, что не каждое из представленных доказательств поименовано в  судебных актах не означает, что судами данные доказательства не изучены и не  учтены при рассмотрении дела; обстоятельства, имеющие существенное  значение для правильного разрешения спора, определены судами верно, нормы  законодательства, регулирующие институт возмещения вреда, применены  судами обеих инстанций правильно, выводы судов о применении нормы права  соответствуют установленным ими обстоятельствам и имеющимся в деле  доказательствам, нарушений норм процессуального права, приведших к  принятию неправильного судебного акта, не допущено.  

Приведенные ФИО1 в кассационной жалобе доводы не  содержат обстоятельств, которые не были проверены и учтены судами двух  инстанций при рассмотрении дела и влияли бы на обоснованность и законность  обжалуемых судебных актов, а потому не могут служить поводом для их  отмены. По сути, кассатор указывает на то, что приведенные им доводы и  доказательства следовало оценить иным образом, вместе с тем, пределы  рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой  правильности применения судами норм материального и процессуального  права, а также соответствия выводов о применении нормы права  установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам  (части 1, 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации). В свою очередь, нарушений норм материального и/или  процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов  (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации),  судом округа не выявлено.  

С учетом изложенного обжалуемые решение Арбитражного суда  Пермского края от 20.10.2023 и постановление Семнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 12.01.2024 являются законными и обоснованными и  отмене по приведенным кассатором доводам не подлежат.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Пермского края от 20.10.2023 по делу   № А50-17366/2023 и постановление Семнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 12.01.2024 по тому же делу оставить без изменения,  кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного  Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его  принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Н.В. Шершон  

Судьи О.Н. Новикова  

 Ю.В. Кудинова