ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

19.10.2020

Дело № А40-161486/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13.10.2020

Полный текст постановления изготовлен  19.10.2020

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе:

председательствующего-судьи Закутской С.А.,

судей Каменецкого Д.В., Михайловой Л.В.,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего ООО СК «Московия» - ГК «Агентство по страхованию вкладов» - ФИО1, по доверенности от 22 июля 2020 года;

от ФИО2 – ФИО2, лично, паспорт; ФИО3, по доверенности от 25 августа 2020 года;

рассмотрев 13.10.2020 в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО СК «Московия» - ГК «Агентство по страхованию вкладов» 

на определение от 06 марта 2020 года

Арбитражного суда города Москвы,

на постановление от 05 августа 2020 года 

Девятого арбитражного апелляционного суда

по заявлению конкурсного управляющего ООО СК «Московия» о признании недействительным договора купли-продажи №М-17 от 27.06.2017 автомобиля Infiniti QX70, заключенного между ООО СК «Московия»  и ООО "ПромТехноГрупп",

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО СК «Московия», 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 16 октября 2017 года общество с ограниченной ответственностью Страховая компания «Московия» (ООО СК "Московия") признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на один год, функции конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию "Агентство по страхованию вкладов" (ГК «АСВ»).

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) опубликовано в газете "Коммерсантъ" от 14 октября 2017 года № 192.

Конкурсный управляющий ООО СК "Московия" - ГК "АСВ" обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением, в котором с учетом уточнения заявленных требований в порядке ст. 49 АПК РФ просил признать  недействительными договор купли-продажи № М-17 от 27 июня 2017 года автомобиля Infiniti QX70, VIN: 

<

***>, заключенный между должником и ООО "ПромТехноГрупп", а также договор купли-продажи автомобиля от 04 августа 2017 года, заключенный между ООО «ПромТехноГрупп» и ФИО2, и применить последствия недействительности сделок в виде истребования имущества из чужого незаконного владения ФИО2

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28 января 2020 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО4.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06 марта 2020 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 05 августа 2020 года, признан недействительной сделкой  договор купли-продажи автомобиля № М-17 от 27 июня 2017 года, заключенный между ООО СК "Московия" и ООО "Промтехногрупп", применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО "ПРОМТЕХНОГРУПП" в пользу ООО СК "МОСКОВИЯ" денежных средств в размере 3 250 000 руб., при этом в удовлетворении остальной части требований судом отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий ООО СК "Московия" - ГК "АСВ" обратился с кассационной жалобой в Арбитражный суд Московского округа, в которой просил отменить определение суда первой и постановление суда апелляционной инстанций в части отказа в удовлетворении требований конкурсного управляющего и принять новый судебный акт об удовлетворении требований в полном объеме.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru. 

14 сентября 2020 года от ФИО2 в суд поступил отзыв на кассационную жалобу, который приобщен к материалам дела в порядке ст. 279 АПК РФ.

Конкурсный управляющий, оспаривая сделку должника со ссылкой на ст. 170 ГК РФ, указал, что оплата по оспариваемой сделке совершена за счет денежных средств самого должника, поскольку 10 июля 2017 года ООО «Юргарант» получило от ООО «СК «Московия» 8 700 000 руб. в качестве оплаты по д/с №1 от 07 июля 2017 года к договору №17-06 от 05 июня 2017 года (указанная банковская операция была признана недействительной определением Арбитражного суда города Москвы от 04 марта 2019 года), в последующем 17 июля 2017 года ООО «Юргарант» перевело в пользу ООО «ПромТехноГрупп» 7 034 000 руб. в качестве аванса по договору №12П от 10 июля 2017 года за проектные работы, после чего 17 июля 2017 года ООО «ПромТехноГрупп» произвело оплату по договору купли-продажи автомобиля № М-17 от 27 июня 2017 года.

Как указал заявитель, учитывая, что сделка по купле-продаже автомобиля является прикрываемой, а оплата по ней была произведена фактически за счет собственных средств должника, при этом сделка лишь формально предусматривала равноценное встречное исполнение со стороны контрагента, договор является недействительным также на основании п.1 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Оспаривая сделку с ФИО2, конкурсный управляющий должника сослался на то, что ответчик приобрел транспортное средство у ООО «ПромТехноГрупп», однако оплату за него не произвёл, при этом ФИО2 являлся работником должника, в связи с чем оспариваемые сделки являются цепочкой сделок, направленных на вывод имущества из конкурсной массы в пользу заинтересованного лица.

Суды, признавая сделку должника с ООО «ПромТехноГрупп»  недействительной, исходили из того, что оплата по договору купли-продажи автомобиля, заключенному между должником и ООО "ПромТехноГрупп", произошла за счет собственных средств ООО СК "Московия", что свидетельствует о ее недействительности на основании ст. 170 ГК РФ как сделки, прикрывающей дарение.

Кроме того, суды пришли к выводу, что сделка лишь формально предусматривала равноценное встречное исполнение со стороны контрагента, а потому недействительна по п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Суды не нашли оснований для признания отчуждения имущества должника единой сделкой по выводу имущества общества в пользу ФИО2, поскольку договор с ФИО2 был заключен ООО «ПромТехноГрупп»  только через полтора месяца после приобретения обществом автомобиля у должника, автомобиль приобретался для личного использования, ФИО2 имел доход, позволивший приобрести спорный автомобиль, и уплатил за него денежные средства, а также уплачивал налоги и ремонт автомобиля.

Заявитель кассационной жалобы, оспаривая принятые судебные акты в части отказа в признании сделки с ФИО2 недействительной,  сослался на то, что суды не учли, что ФИО2 являлся заместителем генерального директора ООО СК «Московия», представлял интересы общества в судах, а потому не мог  не знать о плохом финансовом положении страховой компании.

Как указал заявитель, оспариваемые сделки совершены между взаимосвязанными лицами, которые не могли не знать о том, что в страховой организации имелись признаки недостаточности имущества и о том, что транспортное средство было выведено из конкурсной массы фактически безвозмездно.

ГК «АСВ» указало, что ФИО2 подтвердил наличие у него дохода, позволяющего приобрести спорное имущество, однако суды не исследовали обстоятельства расходования полученных должником денежных средств и их отражение в бухгалтерской документации.

Кроме того, по мнению заявителя, возмездность приобретения не свидетельствует о добросовестности ФИО2

Представитель конкурсного управляющего должника в судебном заседании поддержал доводы кассационной жалобы.

ФИО2 возражал по доводам кассационной жалобы.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав представителей лиц, явившихся в заседание, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Действующее законодательство исходит из того, что прикрываемая сделка также может быть признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом или специальными законами.

Как разъяснено в абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 постановления N 25, притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок.

Таким образом, по смыслу приведенных разъяснений цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю, при этом само по себе осуществление регистрации перехода права собственности на имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса.

В отношении прикрывающей сделки ее стороны, как правило, изготавливают документы так, что у внешнего лица создается впечатление будто бы стороны действительно следуют условиям притворного договора, однако существенное значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора имели обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, якобы передаваемым по последовательным притворным сделкам.

Прикрывающие сделки должны быть квалифицированы судами как ничтожные в соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса.

Судами установлено, что 27 июня 2017 года между ООО СК "Московия" (должник, продавец) и ООО "ПромТехноГрупп" (покупатель) заключен договор купли-продажи автомобиля № М-17, по условиям которого продавец передает право собственности покупателю на автомобиль Infmiti QX70, 2016 г., гос. номер 

<

***> VIN: 

<

***>, а покупатель взамен принимает на себя обязательства перечислить денежные средства в размере 3 230 000 рублей.

Конкурсным управляющим была получена выписка из ПАО "Сбербанк" по счету ООО "Юргарант" N 40702810738000144015, которая была предоставлена банком в ответ на определение Арбитражного суда города Москвы по делу N А40-161486/2017 от 06 декабря 2018 года, из которой следует, что оплату за транспортное средство ООО "ПромТехноГрупп" фактически произвело за счет средств самого ООО СК "Московия", а именно: 10 июля 2017 года ООО "Юргарант" получило от ООО "СК "Московия" 8 700 000 рублей в качестве оплаты по д/с № 1 от 07 июля 2017 года к договору № 17-06 от 05 июня 2017 года, при этом указанная банковская операция была признана недействительной определением Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-161486/2017 от 04 марта 2019 года, при этом 

17 июля 2017 года ООО "Юргарант" перевело в пользу ООО "ПромТехноГрупп" 7 034 000 рублей в качестве аванса по договору № 12П от 10 июля 2017 года за проектные работы и в этот же день ООО "ПромТехноГрупп" произвело оплату по договору от 27 июня 2017 года №М-17.

Суды установили, что на момент совершения оспариваемых конкурсным управляющим сделок у должника имелись признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Учитывая все вышеизложенное, суды пришли к выводу, что оплата по договору купли-продажи автомобиля, совершенному между должником и ООО "ПромТехноГрупп", произошла за счет собственных средств ООО СК "Московия", ввиду чего данная сделка является недействительной на основании  ст. 170 ГК РФ как прикрывающая договор дарения в период неплатежеспособности должника.

На основании договора купли-продажи автомобиля от 04 августа 2017 года, заключенного между ООО "Промтехногрупп" и ФИО2, спорный автомобиль был продан ФИО2

Цена автомобиля по условиям договора составила 3 250 000 рублей и, как установлено судами, была оплачена в полном объеме путем перечисления денежных средств на счет продавца, а также наличными денежными средствами,  что подтверждается платежным поручением N 1 от 07 августа 2017 года на сумму 495 762 рубля 70 коп., а также квитанцией к приходному кассовому ордеру от 04 августа 2017 года на сумму 2 754 237 рублей 30 коп.

В подтверждение факта наличия у ФИО2 дохода, позволившего ему приобрести автомобиль, в материалы дела представлены справки о доходах физического лица за 2017 год № 109 от 27 июня 2017 года, за 2017 год № 108 от 26 июня 2017 года, за 2016 год № 124 от 19 апреля 2017 года, а также трудовой договор № 12-2011 от 01 июля 2011 года.

Суды установили, что спорный автомобиль приобретался ФИО2 для личного пользования и использовался им до 15 мая 2019 года, при этом ответчиком также осуществлялся ремонт транспортного средства и  оплачивался транспортный налог.

В данном случае судами не установлено наличие оснований для признания оспариваемых сделок цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом, направленной на прямое и безвозмездное отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю.

Судами установлена возмездность сделки с ФИО2 и отсутствие доказательств, что действия сторон при заключении сделок были направлены на безвозмездный вывод имущества должника в пользу ФИО2, при этом сведений об аффилированности ФИО2 и ООО «ПромТехноГрупп» конкурсным управляющим должника не приведено.

При указанных обстоятельствах суды пришли к правильному выводу об отсутствии оснований считать договор купли-продажи автомобиля от 04 августа 2017 года, заключенный между ООО "Промтехногрупп" и ФИО2, недействительным, входящим в состав единой притворной сделки, в связи с чем обоснованно отказали в удовлетворении требований.

Доводы кассационной жалобы свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку, тогда как переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, нормы материального права применены судами верно, в связи с чем оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 06 марта 2020 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 05 августа 2020 года по делу № А40-161486/2017 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                 С.А. Закутская 

 

Судьи:                                                                                             Д.В. Каменецкий

 

Л.В. Михайлова