ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А29-6/2020

г. Киров

10 июня 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 июня 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 10 июня 2020 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Кононова П.И.,

судейИвшиной Г.Г., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,

без участия в судебном заседании представителей сторон,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО3 на решение Арбитражного суда Республики Коми от 14.02.2020 по делу № А29-6/2020

по заявлению Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Коми (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

о привлечении к административной ответственности, 

установил:

Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Коми (далее – заявитель, Управление, административный орган) обратилось в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением о привлечении индивидуального предпринимателя ФИО3 (далее - ответчик, ИП ФИО3, Предприниматель) к административной ответственности по части 2 статьи 14.43 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ).

Основанием для обращения с названным заявлением послужил установленный Управлением факт нарушения Предпринимателем требований статьи 5, части 1 статьи 21, статей 23, 27 Технического регламента Таможенного союза ТР ТС 021/2011 «О безопасности пищевой продукции», принятого Решением Комиссии Таможенного союза от 09.12.2011 № 880 (далее - ТР ТС 021/2011), статьи 3 Федерального закона от 02.01.2000 № 29-ФЗ «О качестве и безопасности пищевых продуктов» (далее - Закон № 29-ФЗ), которое выразилось в осуществлении хранения и продажи по месту осуществления своей деятельности (торговое место в ТЦ «Парма» по адресу: 

<

...>) некурительной никотиносодержащей продукции (полный перечень приведен в соответствующих процессуальных документах), не прошедшей оценку (подтверждение) соответствия требованиям ТР ТС 021/2011. Названное нарушение установлено Управлением в ходе проведения административного расследования в рамках дела об административном правонарушении, возбужденного 24.12.2019 в связи с обращением гражданина (л.д.14), и подробно отражено в протоколе об административном правонарушении от 27.12.2019 № 1235 (л.д.28-31). В ходе административного расследования Управлением 25.12.2019 осуществлен осмотр принадлежащих индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и находящихся там вещей и документов, осуществлялась фотофиксация о чем составлен протокол (л.д.17); протоколом от 25.12.2019 административным органом наложен арест на некурительную никотиносодержащую продукцию (л.д.21-25).

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 14.02.2020 заявленное требование удовлетворено, Предприниматель привлечен к административной ответственности по вменяемой ему норме КоАП РФ с назначением административного наказания в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей. Принимая данное решение, арбитражный суд исходил из наличия и доказанности материалами дела в деянии ответчика события и состава административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 14.43 КоАП РФ, отсутствия со стороны Управления существенных нарушений процессуальных требований при производстве по делу об административном правонарушении, отсутствия оснований для квалификации допущенного Предпринимателем административного правонарушения в качестве малозначительного и применения положений статьи 2.9 КоАП РФ, а также отсутствия оснований для назначения административного наказания в виде предупреждения вместо предусмотренного санкцией вменяемой нормы административного штрафа в порядке статьи 4.1.1 КоАП РФ. Товар, изъятый на основании протокола наложения ареста на товары и иные вещи от 25.12.2019, признан судом подлежащим уничтожению.

ИП ФИО3 с принятым решением суда первой инстанции не согласен, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на неполное выяснение судом имеющих значение для дела обстоятельств, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, а также на неправильное применение им норм права. В апелляционной жалобе ответчик настаивает на отсутствии в рассматриваемой ситуации оснований для привлечения его к административной ответственности по части 2 статьи 14.43 КоАП РФ ввиду отсутствия (недоказанности) в деянии Предпринимателя состава указанного административного правонарушения. Обосновывая данную позицию ответчик указывает на следующее: спорная продукция не является пищевой, в связи с чем нормы об оценке (подтверждении) ее соответствия требованиям ТР ТС 021/2011 неприменимы; в деле не имеется доказательств того, что спорная продукция не отвечает требованиям безопасности и создает угрозу жизни и здоровью граждан; на жевательные и сосательные смеси Предпринимателем в дело представлены сертификаты соответствия, а также заключения специалистов о безопасности спорной продукции и соответствии ее техническим условиям; Управлением не был установлен факт реализации спорной продукции, при том, что само по себе нахождение продукции в торговой точке не может свидетельствовать о ее реализации; Управлением в заявлении необоснованно указано на факт реализации Предпринимателем не соответствующего требованиям технических регламентов сливочного масла, при том, что продажей данной продукции ответчик не занимается. ИП ФИО3 также указывает на существенные, по его мнению, нарушения, допущенные заявителем при производстве по делу об административном правонарушении, в частности: дело об административном правонарушении было возбуждено в отношении него Управлением по статье 14.53 КоАП РФ, в то время как протокол об административном правонарушении составлен по факту иного нарушения; копия административного протокола не содержит сведений о разъяснении Предпринимателю его прав и обязанностей в соответствии с КоАП РФ, поскольку в протоколе отсутствуют его подписи; в протоколе об административном правонарушении отсутствует диспозиция вменяемой ответчику нормы, не указаны конкретные факты реализации продукции, а также то, в чем выражается создание угрозы жизни и здоровью потребителей; в протоколе осмотра принадлежащих индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и находящихся там вещей и документов не указано место его составления, к данному протоколу не приложена фототаблица, в то время как в нем зафиксировано, что осуществлялась фотосъемка. Помимо изложенного, Предпринимателем приведены аргументы о наличии в рассматриваемой ситуации оснований для квалификации допущенного им административного правонарушения в качестве малозначительного и освобождения его от административной ответственности на основании статьи 2.9 КоАП РФ.

Более подробно доводы ИП  ФИО3 со ссылками на положения действующего законодательства и конкретные обстоятельства дела приведены в апелляционной жалобе.

Управление в отзыве на апелляционную жалобу выражает несогласие с приведенными в ней доводами и опровергает их, находит обжалуемое решение суда первой инстанции законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, а жалобу – без удовлетворения.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 04.03.2020 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 05.03.2020 в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

О времени и месте судебного заседания, назначенного на 15.04.2020, участвующие в деле лица извещены надлежащим образом.

В целях противодействия распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19), в соответствии со статьей 14 Федерального закона от 21.12.1994 № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного итехногенного характера», а также в целях обеспечения соблюдения положений Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», Указа Президента Российской Федерации от 02.02.2020 № 239«О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)», постановлений Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 24.01.2020 № 2 «О дополнительных мероприятиях по недопущению завоза и распространения новой коронавирусной инфекции, вызванной 2019-nCoV», от 02.03.2020 № 5 «О дополнительных мерах по снижению рисков завоза и распространения новой коронавирусной инфекции(2019-nCoV)», от 18.03.2020 № 7 «Об обеспечении режима изоляции в целях предотвращения распространения COVID-2019», от 30.03.2020 № 9 «О дополнительных мерах по недопущению распространения COVID-2019», руководствуясь пунктом 8 части 1 статьи 7 Федерального конституционного закона от 05.02.2014 3-ФКЗ «О Верховном Суде Российской Федерации» и статьей 12 Регламента Совета судей Российской Федерации, Президиум Верховного Суда Российской Федерации и Президиум Совета судей Российской Федерации издали постановление от 08.04.2020 № 821, которым рекомендовали судам рассматривать дела упрощенного производства и дела, всеми участниками которых заявлены ходатайства о рассмотрении дела в их отсутствие, если их участие при рассмотрении дела не является обязательным.

С учетом сложившейся санитарно-эпидемиологической обстановки и названных разъяснений, а также ввиду того, что всеми участниками настоящего дела не заявлены ходатайства о рассмотрении апелляционной жалобы в их отсутствие, судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы отложено апелляционным судом в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) на 10.06.2020.

После отложения судебного заседания участвующие в деле лица явку своих представителей в судебное заседание также не обеспечили.

В соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассматривается в отсутствие представителей сторон.

Законность решения Арбитражного суда Республики Коми проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции исходя из нижеследующего.

В соответствии с частью 6 статьи 205 АПК РФ при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании устанавливает, имелось ли событие административного правонарушения, имелся ли факт его совершения лицом, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, имелись ли основания для составления протокола об административном правонарушении и полномочия административного органа, составившего протокол, предусмотрена ли законом административная ответственность за совершение данного правонарушения и имеются ли основания для привлечения к административной ответственности лица, в отношении которого составлен протокол, а также определяет меры административной ответственности.

Частью 2 статьи 14.43 КоАП РФ установлена административная ответственность за нарушение изготовителем, исполнителем (лицом, выполняющим функции иностранного изготовителя), продавцом требований технических регламентов или подлежащих применению до дня вступления в силу соответствующих технических регламентов обязательных требований к продукции либо к продукции и связанным с требованиями к продукции процессам проектирования (включая изыскания), производства, строительства, монтажа, наладки, эксплуатации, хранения, перевозки, реализации и утилизации либо выпуск в обращение продукции, не соответствующей таким требованиям, повлекшие причинение вреда жизни или здоровью граждан, имуществу физических или юридических лиц, государственному или муниципальному имуществу, окружающей среде, жизни или здоровью животных и растений либо создавшие угрозу причинения вреда жизни или здоровью граждан, окружающей среде, жизни или здоровью животных и растений.

Субъектом правонарушения является лицо, ответственное за соблюдение установленных правил и норм, а именно изготовитель, исполнитель (лицо, выполняющее функции иностранного изготовителя), продавец соответствующей продукции.

Объектом административного правонарушения, предусмотренного указанной статьей, являются общественные отношения, в рамках которых обеспечивается соблюдение требований технических регламентов и обязательных требований к продукции.

Объективная сторона правонарушения, предусмотренная частью 2 статьи 14.43 КоАП РФ, заключается в совершении действий (бездействия), нарушающих установленные требования технических регламентов или обязательных требований к продукции либо к продукции и связанным с требованиями к продукции процессам реализации, либо выпуск в обращение продукции, не соответствующей таким требованиям, повлекшим либо создавшим угрозу наступления указанных последствий. 

Требования, закрепленные в технических регламентах, являются обязательными и подлежат соблюдению всеми органами управления и субъектами, осуществляющими предпринимательскую деятельность.

Отношения в области обеспечения качества пищевых продуктов и их безопасности для здоровья человека регулируются положениями Закона № 29-ФЗ.

В силу пункта 1 статьи 15 названного Закона предназначенные для реализации пищевые продукты должны удовлетворять физиологические потребности человека в необходимых веществах и энергии, соответствовать обязательным требованиям нормативных документов к допустимому содержанию химических (в том числе радиоактивных), биологических веществ и их соединений, микроорганизмов и других биологических организмов, представляющих опасность для здоровья нынешнего и будущих поколений.

Пунктом 2 статьи 3 Закона № 29-ФЗ предусмотрено, что не могут находиться в обороте пищевые продукты, материалы и изделия, которые: не соответствуют требованиям нормативных документов; имеют явные признаки недоброкачественности, не вызывающие сомнений у представителей органов, осуществляющих государственный надзор в области обеспечения качества и безопасности пищевых продуктов (далее - органы государственного надзора) при проверке таких продуктов, материалов и изделий; не соответствуют представленной информации и в отношении которых имеются обоснованные подозрения об их фальсификации; не имеют маркировки, содержащей сведения, предусмотренные законом или нормативными документами, либо в отношении которых не имеется такой информации. Такие пищевые продукты, материалы и изделия признаются некачественными и опасными и не подлежат реализации, утилизируются или уничтожаются.

Обязательные требования безопасности к объектам технического регулирования, к которым относятся пищевая продукция, а также связанные с требованиями к пищевой продукции процессы производства (изготовления), хранения, перевозки (транспортирования), реализации и утилизации, установлены ТР ТС 021/2011.

В соответствии со статьей 4 ТР ТС 021/2011 пищевая продукция - продукты животного, растительного, микробиологического, минерального, искусственного или биотехнологического происхождения в натуральном, обработанном или переработанном виде, которые предназначены для употребления человеком в пищу, в том числе специализированная пищевая продукция, питьевая вода, расфасованная в емкости, питьевая минеральная вода, алкогольная продукция (в том числе пиво и напитки на основе пива), безалкогольные напитки, биологически активные добавки к пище (БАД), жевательная резинка, закваски и стартовые культуры микроорганизмов, дрожжи, пищевые добавки и ароматизаторы, а также продовольственное (пищевое) сырье.

Согласно статье 5 ТР ТС 021/2011 пищевая продукция выпускается в обращение на рынке при ее соответствии настоящему техническому регламенту, а также иным техническим регламентам Таможенного союза, действие которых на нее распространяется (часть 1). Пищевая продукция, соответствующая требованиям настоящего технического регламента, иных технических регламентов Таможенного союза, действие которых на нее распространяется, и прошедшая оценку (подтверждение) соответствия, маркируется единым знаком обращения продукции на рынке государств - членов Таможенного союза (часть 2). Пищевая продукция, находящаяся в обращении, в том числе продовольственное (пищевое) сырье, должна сопровождаться товаросопроводительной документацией, обеспечивающей прослеживаемость данной продукции (часть 3). Пищевая продукция, не соответствующая требованиям настоящего технического регламента и (или) иных технических регламентов Таможенного союза, действие которых на нее распространяется, в том числе пищевая продукция с истекшими сроками годности, подлежит изъятию из обращения участником хозяйственной деятельности (владельцем пищевой продукции) самостоятельно, либо по предписанию уполномоченных органов государственного контроля (надзора) государства - члена Таможенного союза (часть 4).

Статьей 6 ТР ТС 021/2011 определено, что для целей отнесения пищевой продукции к объектам технического регулирования, в отношении которых применяется настоящий технический регламент, заинтересованными лицами осуществляется идентификация пищевой продукции (часть 1). Идентификация пищевой продукции проводится по ее наименованию и (или) ее признакам, изложенным в определении такой продукции в настоящем техническом регламенте или в технических регламентах Таможенного союза на отдельные виды пищевой продукции, и (или) визуальным, и (или) органолептическим, и (или) аналитическими методами (часть 2).

Как усматривается из материалов дела, по месту осуществления деятельности ИП ФИО3 (торговое место в ТЦ «Парма» по адресу: 

<

...>) Управлением установлен факт реализации (предложения к продаже) жевательных и бестабачных никотиносодержащих смесей (полный перечень приведен в соответствующих процессуальных документах).

Данная продукция применяется путем рассасывания с поступлением в организм, в том числе через слизистую полость рта и органы пищеварения, что по соответствующим признакам (оральное потребление, форма выпуска в виде, в частности, леденцов, жвачек, конфет и пр.) позволяет идентифицировать данную продукцию в качестве пищевой.

Кроме того, в письме от 20.12.2019 № НВ-3122/1 Евразийская экономическая комиссия указала, что любая продукция, применяемая путем жевания, рассасывания (за исключением продукции, зарегистрированной в качестве лекарственных средств), в том числе содержащая никотин, является пищевой продукцией и, соответственно, объектом технического регулирования TP ТС021/2011 и должна соответствовать требованиям безопасности данного регламента, а также с учетом области распространения технических регламентов Союза (Таможенного союза) на отдельные виды пищевой продукции.

Согласно Единому таможенному тарифу Евразийского Экономического Союза, утвержденному Решением Совета Евразийской экономической комиссии от 16.07.2012 № 54, табак и промышленные заменители табака относятся к Разделу IV «Готовые пищевые продукты; алкогольные и безалкогольные напитки и уксус; табак и его заменители». На основании этого вполне логично заключить, что никотиносодержащая смесь относится к пищевым продуктам, тем более учитывая вышеобозначенный способ ее употребления - помещение в ротовую полость и рассасывание (по примеру жевательной резинки).

Таким образом, вопреки ошибочному суждению Предпринимателя, жевательные и сосательные смеси, не содержащие табак, но содержащие в своем составе никотин, являются пищевой продукцией, в связи с чем, на них распространяется действие требований ТР ТС 021/2011.

Отсутствие прямого законодательного отнесения спорной продукции к пищевой, учитывая вышеназванные обстоятельства, не свидетельствует о том, что указанная продукция фактически не является таковой и на нее не распространяются требования ТР ТС 021/2011.

В соответствии с частью 1 статьи 20 ТР ТС 021/2011 соответствие пищевой продукции настоящему техническому регламенту обеспечивается выполнением его требований безопасности и выполнением требований безопасности технических регламентов Таможенного союза на отдельные виды пищевой продукции.

Частью 1 статьи 21 ТР ТС 021/2011 предусмотрено, что оценка (подтверждение) соответствия пищевой продукции, за исключением пищевой продукции, указанной в части 3 настоящей статьи, требованиям настоящего технического регламента и (или) технических регламентов Таможенного союза на отдельные виды пищевой продукции проводится в формах: 1) подтверждения (декларирования) соответствия пищевой продукции; 2) государственной регистрации специализированной пищевой продукции; 3) государственной регистрации пищевой продукции нового вида; 4) ветеринарно-санитарной экспертизы.

В части 1 статьи 23 ТР ТС 021/2011 закреплено, что декларированию соответствия подлежит выпускаемая в обращение на таможенной территории Таможенного союза пищевая продукция, за исключением непереработанной пищевой продукции животного происхождения, специализированной пищевой продукции, уксуса.

На основании статьи 27 ТР ТС 021/2011 пищевая продукция нового вида подлежит государственной регистрации. К пищевой продукции нового вида не относится пищевая продукция, произведенная по известным и уже применявшимся технологиям, имеющая в своем составе компоненты, в том числе пищевые добавки, уже использующиеся для употребления человеком в пищу, даже в том случае, если такая продукция и компонент произведены по новой рецептуре (часть 1). Пищевая продукция нового вида каждого наименования подлежит оценке (подтверждению) соответствия в установленном настоящим техническим регламентом порядке (часть 6).

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что жевательная никотинсодержащая смесь, являясь пищевой продукцией, не относится к вышеперечисленным исключениям, в связи с чем подтверждение соответствия данной продукции требованиям технических регламентов должно проходить в форме декларирования или в форме государственной регистрации пищевой продукции нового вида.

В нарушение вышеприведенных норм ИП ФИО3 осуществлялась реализация (в форме предложения к продаже) спорной продукции, относящейся к пищевой, в отсутствие товарно-сопроводительной документации, а также документации, подтверждающей соответствие данной продукции требованиям ТР ТС 021/2011 (декларация о соответствии, свидетельство о государственной регистрации), подтверждающей соответствие данной продукции требованиям ТР ТС 021/2011. Маркировка потребительских упаковок не содержала единого знака обращения продукции на рынке государств – членов Таможенного союза.

Как обоснованно отмечено судом первой инстанции в обжалуемом решении, представленные ИП ФИО3 сертификаты соответствия являются документами подтверждения соответствия добровольного характера, и не подтверждают соответствия реализуемой продукции («снюсов») требованиями технических регламентов, свидетельствуют лишь о соответствии продукции требованиям Технических условий (ТУ). Сертификаты соответствия по своему характеру не являются декларациями соответствия, в связи с чем, не подтверждают соответствие жевательной никотинсодержащей смеси требованиям технических регламентов. Сертификат соответствия может свидетельствовать лишь о соблюдении технологии изготовления конкретной пищевой продукции, что автоматически не означает ее соответствия требованиям технических регламентов и не подтверждает ее безопасность для человека.

Факт наличия вышеобозначенного нарушения установлен административным органом в ходе проведения административного расследования и подтверждается взаимной связью и совокупностью представленных в дело доказательств (в том числе, протоколом осмотра, протоколом об административном правонарушении).

Учитывая, что фактически Предприниматель реализовывал продукцию при отсутствии документов, подтверждающих ее качество и безопасность, допущенное нарушение создает угрозу причинения вреда жизни и здоровью граждан, в связи с чем в данном случае имеет место событие административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 2 статьи 14.43 КоАП РФ.

Довод апелляционной жалобы о том, что административным органом не установлен факт непосредственной продажи (реализации) спорной продукции, не исключает наличия события вменяемого Предпринимателю административного правонарушения. При этом суд апелляционной инстанции обращает внимание ответчика на то, что по смыслу статьи 492 Гражданского кодекса Российской Федерации под реализацией (продажей) товаров по договору розничной купли-продажи понимается как непосредственная передача товара, так и предложение к продаже, что, как следует из протокола осмотра и приложенных к нему фотоматериалов, имело место в рассматриваемой ситуации (предложение к продаже посредством выставления на витрине). В данном случае имеет значение сам факт нахождения товара в месте продажи как товара, предлагаемого к покупке. Более того, необходимо принимать во внимание, что объективную сторону административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 14.43 КоАП РФ, составляет не только реализация (в том числе предложение к продаже) продукции, не соответствующей требованиям технических регламентов, но и ее хранение в целях последующей реализации.

Апелляционная коллегия также учитывает разъяснения, приведенные в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.10.2006 № 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», согласно которым выставление в местах продажи (например, на прилавках, в витринах) товаров, продажа которых является незаконной, образует состав административного правонарушения при условии отсутствия явного обозначения, что эти товары не предназначены для продажи.

Из части 1 статьи 1.5 КоАП РФ следует, что лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

В соответствии с частью 1 статьи 2.1 КоАП РФ административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое названным Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

В силу примечания к статье 2.4 КоАП РФ, совершившие административные правонарушения в связи с выполнением организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций руководители и другие работники, а также лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, несут административную ответственность как должностные лица.

Согласно части 2 статьи 2.2 КоАП РФ административное правонарушение признается совершенным по неосторожности, если лицо, его совершившее, предвидело возможность наступления вредных последствий своего действия (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение таких последствий либо не предвидело возможности наступления таких последствий, хотя должно было и могло их предвидеть.

По смыслу приведенных норм, с учетом предусмотренных статьей 2 Гражданского кодекса Российской Федерации характеристик предпринимательской деятельности (осуществляется на свой риск), отсутствие вины индивидуального предпринимателя предполагает объективную невозможность соблюдения установленных правил, необходимость принятия мер, от лица не зависящих.

В рассматриваемом случае в деле не имеется доказательств, подтверждающих, что ИП ФИО3 предпринял все зависящие от него меры по надлежащему исполнению требований действующего законодательства и недопущению совершения административного правонарушения. 

Чрезвычайных и непредотвратимых обстоятельств, исключающих возможность соблюдения действующих норм и правил, нарушение которых послужило основанием для привлечения к административной ответственности, не установлено, в связи с чем вина заявителя в совершении вменяемых ему административных правонарушений также имеет место.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о наличии в деянии ответчика состава административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 14.43 КоАП РФ, в связи с чем Предприниматель правомерно привлечен Инспекцией к административной ответственности.

Аргумент Предпринимателя о том, что копия административного протокола не содержит сведений о разъяснении Предпринимателю прав и обязанностей в соответствии с КоАП РФ ввиду отсутствия в протоколе его подписи, не принимается апелляционным судом, поскольку данное обстоятельство не указывает на то, что права и обязанности ответчику фактически не были разъяснены. Из представленного в материалы дела оригинала протокола об административном правонарушении следует, что права и обязанности ИП ФИО3 разъяснены, что подтверждается его собственноручной подписью (л.д.30). 

Доводы ответчика о том, что в нарушение требований части 4 статьи 27.8 КоАП РФ в протоколе осмотра принадлежащих индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и находящихся там вещей и документов не указано место его составления, а также на то, что к данному протоколу не приложена фототаблица, как то предусмотрено частью 5 статьи 27.8 КоАП РФ, подлежит отклонению, поскольку противоречат действительности. Указание в протоколе на место его составления имеется (л.д.17), сделанные в ходе осмотра фотоснимки были приложены административным органом к заявлению о привлечении Предпринимателя к административной ответственности (л.д. 32-42).

Не соответствует действительности и аргумент Предпринимателя о том, что в заявлении о привлечении его к административной ответственности указано на факт реализации не отвечающего требованиям технических регламентов сливочного масла (л.д.9). При этом судебная коллегия отмечает, что в любом случае единичное ошибочное указание упомянутой информации в рассматриваемой ситуации следовало бы рассматривать как опечатку (описку), не влияющую на результат рассмотрения дела, при том, что в иных процессуальных документах, составленных в рамках производства по административному делу, подобного рода недостатков не содержится.

Ссылка Предпринимателя на то, что дело об административном правонарушении было возбуждено в отношении него Управлением по статье 14.53 КоАП РФ, в то время как протокол об административном правонарушении составлен по факту иного нарушения, является несостоятельной. 

Согласно пункту 1 части 1 статьи 28.1 КоАП РФ одним из поводов к возбуждению дела об административном правонарушении является непосредственное обнаружение должностными лицами, уполномоченными составлять протоколы об административных правонарушениях, достаточных данных, указывающих на наличие события административного правонарушения.

Таким образом, уполномоченное лицо, непосредственно выявив при осуществлении административного расследования административное правонарушение, вправе составить протокол об этом правонарушении. Обнаружение факта административного правонарушения влечет осуществление всех последующих действий административного органа в ходе производства по административному делу в порядке, установленном КоАП РФ.

В данном случае, административный орган, реализовав предоставленное ему пунктом 1 части 1 статьи 28.1 КоАП РФ право, составил в отношении заявителя протокол об административном правонарушении, которым квалифицировал деяние заявителя по части 2 статьи 14.43 КоАП РФ.

Отсутствие в протоколе об административном правонарушении диспозиции вменяемой ответчику нормы не является существенным нарушением, нивелирующим результаты осуществленной в рамках КоАП РФ административной процедуры, тем более что нормы административного законодательства не содержат требования о цитировании в протоколе об административном правонарушении диспозиции вменяемой нормы.

По убеждению апелляционного суда, приводимые ИП ФИО3 доводы относительно наличия со стороны Управления существенных процессуальных нарушений при производстве по делу об административном правонарушении в данном конкретном случае являются безосновательными и, по сути, направлены на изыскание возможных способов ухода от административной ответственности за совершенное административное правонарушение, что является недопустимым.

Суд апелляционной инстанции полагает, что процедура производства по делу об административном правонарушении, регламентированная нормами КоАП РФ, в данном конкретном случае административным органом соблюдена, существенные нарушения процессуальных требований, свидетельствующие об объективной незаконности оспариваемого постановления и носящие неустранимый характер, отсутствуют.

Оснований для квалификации совершенного Предпринимателем административного правонарушения в качестве малозначительного из имеющихся материалов дела апелляционным судом не усматривается. Исключительных обстоятельств, которые свидетельствовали бы о малозначительности правонарушения, не установлено. По убеждению суда апелляционной инстанции, ИП ФИО3 при отсутствии объективных, чрезвычайных и непреодолимых обстоятельств не принял все зависящие от него исчерпывающие меры для соблюдения требований закона, допустил к реализации значительное количество продукции, безопасность которой документально не подтверждена. Со стороны Предпринимателя усматривается пренебрежительное отношение к возложенным на него публично-правовым обязанностям.

Суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что, ссылаясь на возможность квалификации совершенного правонарушения в качестве малозначительного, заявитель в апелляционной жалобе указывает на общие нормы, регулирующие возможность применения положений о малозначительности, без указания на конкретные (исключительные) обстоятельства рассматриваемого дела и ссылок на имеющиеся доказательства, которые имели бы существенное значение для рассмотрения вопроса о возможности применения положений статьи 2.9 КоАП РФ.

Вместе с тем, само по себе указание на возможность применения положений статьи 2.9 КоАП РФ, в отсутствие надлежащего и достаточного обоснования, не соответствует положениям части 1 статьи 65 АПК РФ и не свидетельствует о наличии оснований для применения положений о малозначительности к конкретному правонарушению.

С учетом изложенного ссылка апелляционной жалобы на наличие в данном случае оснований для применения положений статьи 2.9 КоАП РФ является необоснованной и неправомерной, обусловлена ошибочной оценкой фактических обстоятельств дела.

Назначенное Предпринимателю административное наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей (минимальный размер, установленный санкцией статьи) соответствует тяжести совершенного правонарушения, степени вины и имущественного положения правонарушителя, обеспечивает достижение целей административного наказания, предусмотренных частью 1 статьи 3.1 КоАП РФ. Доказательств чрезмерной карательности размера назначенного штрафа в деле не имеется. 

Юридико-фактических оснований для снижения размера назначенного штрафа на основании статьи 4.1 КоАП РФ, а также для замены его на предупреждение в порядке статьи 4.1.1 КоАП РФ не усматривается (вмененное правонарушение создает угрозу жизни и здоровью граждан).

Судом апелляционной инстанции исследованы все доводы апелляционной жалобы, однако они не опровергают выводов суда, изложенных в обжалуемом решении, а сводятся к иному, чем у суда, толкованию норм права и оценке обстоятельств дела, фактически направлены на их переоценку, данную судом надлежащим образом, и не могут рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта. Фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом в полном объеме на основе доказательств, оцененных в соответствии с правилами, определенными статьей 71 АПК РФ. Нормы материального и процессуального права применены судом правильно.

При таких обстоятельствах решение Арбитражного суда Республики Коми от 14.02.2020 по делу № А29-6/2020 следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу ответчика - без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных в части 4 статьи 270 АПК РФ и являющихся безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьями 202, 204 АПК РФ государственная пошлина по делам о привлечении к административной ответственности не уплачивается.

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Республики Коми от 14.02.2020 по делу № А29-6/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Коми.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий                                      

П.И. Кононов

Судьи         

ФИО4

ФИО1