АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА 

420066, 

<

...>, тел. 

<

***>  

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции Ф06-4761/2024

Дело № А55-29932/2022

г. Казань

15 октября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 09 октября 2025 года Полный текст постановления изготовлен 15 октября 2025 года. 

Арбитражный суд Поволжского округа в составе: председательствующего судьи Самсонова В.А.,  

судей Васильева П.П., Минеевой А.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Долговой А.Н.,  

при участии в судебном заседании посредством веб-конференции ФИО1, паспорт, лично,  

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,  

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1  

на определение Арбитражного суда Самарской области от 05.02.2025 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.05.2025  

по делу № А55-29932/2022 

о завершении процедуры реализации имущества должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2, ИНН 

<

***>,  

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Самарской области от 29.11.2023 ФИО2 (далее – ФИО2, должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3 (далее – ФИО3, финансовый управляющий).  

Финансовый управляющий ФИО3 обратился в суд с ходатайством о завершении процедуры банкротства и не применении в отношении ФИО2 правила об освобождении от исполнения обязательств перед ФИО1 (далее – ФИО1, кредитор), возникших на основании переуступки требований по договору денежного займа.  

Определением Арбитражного суда Самарской области от 05.02.2025 ходатайство финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества должника удовлетворено (с учетом принятых уточнений в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса российской Федеоации (далее – АПК РФ).  

Завершена процедура реализации имущества ФИО2, должник освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе не заявленных при введении реализации имущества гражданина, за исключением случаев, предусмотренных Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».  

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.05.2025 определение Арбитражного суда Самарской области от 05.02.2025 оставлено без изменения.  

Не согласившись с определением суда первой инстанции от 05.02.2025 и постановлением суда апелляционного суда от 05.05.2025, кредитор ФИО1 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты судов отменить, принять новый судебный акт, которым не применять в отношении ФИО2 правила об освобождении от исполнения обязательств перед ФИО1  

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает на несоответствие выводов судов первой и апелляционной инстанции обстоятельствам настоящего дела, ссылаясь на недобросовестное поведение должника, мнимость сделки с ФИО4, совершенной с целью сокрытия принадлежащего должнику ликвидного имущества, сокрытие должником доходов, полученных от экономической деятельности без регистрации в качестве предпринимателя, наличие иных кредитных обязательств, которые должником не исполнялись, и неисполнение обязанности по передачи финансовому управляющему всей необходимой документации и сведений об имуществе.  

В судебном заседании ФИО1 доводы, изложенные в кассационной жалобе, поддержал.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.  

Проверив законность обжалуемого судебного акта, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия кассационной инстанции не находит оснований для ее удовлетворения.  

Как следует из материалов дела, в ходе проведения в отношении должника процедур банкротства сформирован реестр требований кредиторов, в который включены требования кредиторов в общем размере 2 232 746,46 руб.  

При проведении соответствующих мероприятий финансовым управляющим установлено, что до 03.09.2014 ФИО2  

принадлежало транспортное средство Lada 211440, VIN: 

<

***>, 2012 г.в., в период до 20.04.2017 ему же принадлежало транспортное средство Volkswagen Jetta, VIN: XW8ZZZ16ZFN903893, 2015 г.в.  

При этом согласно ответу РЭО ГИБДД УМВД России по г.Самара, транспортное средство Volkswagen Jetta, VIN XW8ZZZ16ZFN903893 с 19.01.2018 зарегистрировано за ФИО4 (матерью должника), транспортное средство Lada 211440, VIN: 

<

***>, 2012 г.в. зарегистрировано 21.09.2017 за иным лицом в связи со сменой собственника (владельца).  

Посчитав, что сделка, повлекшая с 19.01.2018 переход права собственности должника транспортного средства Volkswagen Jetta к ФИО4, отвечает совокупности признаков для признания ее недействительной сделкой по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, финансовый управляющий обращался с соответствующим заявлением в рамках настоящего дела.  

Однако по результатам рассмотрения данного заявления определением суда первой инстанции от 18.01.2024, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 16.04.2024 и постановлением суда округа от 15.07.2024 по настоящему делу, в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.  

В дальнейшем вступившим в законную силу определением суда от 02.11.2024 производство по заявлению кредитора ФИО1 (вх. № 412811 от 22.08.2024) к ФИО4 об оспаривании сделки должника прекращено как заявленное по тем же основаниям и тому же предмету, как и ранее рассмотренное судом.  

Судами также установлено, что в ходе проведенных финансовым управляющим мероприятий имущество, подлежащее реализации в процедуре банкротства, находящееся в собственности должника (в том числе, на праве совместной собственности супругов), а также составляющее конкурсную массу, не выявлено, дебиторская задолженность отсутствует, доказательств наличия иного имущества у должника, за счет которого возможно погашение требований кредиторов, а  

также доказательств, свидетельствующих о возможности его обнаружения, в материалах дела отсутствуют, информацией о возможном поступлении денежных средств должнику ни финансовый управляющий, ни арбитражный суд не располагает и лицами, участвующими в деле данная информация не сообщена.  

Рассмотрев отчет финансового управляющего, а также представленные финансовым управляющим документы, суды пришли к выводу о выполнении финансовым управляющим в ходе процедуры реализации имущества должника всех мероприятий, с которыми Закон о банкротстве связывает наличие оснований для завершения процедуры банкротства.  

Разрешая вопрос в части отсутствия оснований для неосвобождения ФИО2 от исполнения обязательств перед ФИО1, суды первой и апелляционной инстанции установили, что в материалах дела имеются отчеты финансового управляющего, содержащие сведения о наличии у гражданина ФИО5 признаков преднамеренного банкротства, поскольку последним реализовано единственное ликвидное имущество при наличии неисполненных обязательств перед кредитором, о чем опубликовано сообщение № 12843982 от 31.10.2023 на ЕФРСБ об отсутствии признаков фиктивного банкротства, и выявлении признаков преднамеренного банкротства.  

Согласно представленному ответу Прокуратуры Шенталинского района от 22.12.2023 привлечение к административной ответственности должника по части 2 статьи 14.12 КоАП РФ является невозможным, поскольку с момента совершения правонарушения прошло более пяти лет, в связи с чем в возбуждении дела об административном правонарушении отказано.  

Судами установлено, что 18.04.2017 между обществом МКК «Удачный час» (займодавец) и ФИО2 (заемщик) был заключен договор денежного займа № 0000-000119-2017.  

Решением Исаклинского районного суда Самарской области от 30.09.2021 по делу № 2-3-227/2021 с ФИО2 в пользу общества МКК «Удачный час» взыскана задолженность по договору  

потребительского займа № 0000-000119-2017 от 18.04.2017 в размере 1 500 000 руб., из которых: задолженность по основному долгу - 500 000 руб., задолженность по уплате процентов за пользование суммой займа за период с 06.04.2018 по 05.04.2021 - 1 000 000 руб. Возбуждено исполнительное производство № 8774/22/63035-ИП от 03.03.2022, при этом погашение задолженности не производилось.  

11.01.2018 между ФИО2 и ФИО4 заключен договор купли-продажи транспортного средства Volkswagen Jetta, VIN XW8ZZZ16ZFN903893, ГРЗ У747СО163, 2015 г.в., цвет темно- синий, по условиям которого стоимость транспортного средства определена сторонами в размере 100 000 руб. с оговоркой о получении продавцом указанной суммы.  

В последующем 19.01.2018 транспортное средство Volkswagen Jetta зарегистрировано за ФИО4  

03.05.2022 произведена регистрация смены собственника на ФИО6 Наджиба Имомёрбековича.  

Определением Исаклинского районного суда Самарской области от 11.08.2022 произведена замена взыскателя - общества МКК «Удачный час» на правопреемника - ФИО1 по гражданскому делу № 2-3-227/2021.  

Оценивая обстоятельства совершения сделки по отчуждению должником автомобиля Volkswagen Jetta VIN XW8ZZZ16ZFN903893 в пользу ФИО4, судами приняты во внимание пояснения должника относительно обстоятельств приобретения этого транспортного средства, согласно которым автомобиль фактически был приобретен за счет кредитных средств и собственных денежных средств отца ФИО2 – ФИО7 и во владении должника не находилось, а поставлено на регистрационный учет за должником исключительно с целью возможности допуска транспортного средства к эксплуатации на дорогах общего пользования в связи с удаленностью места трудоустройства отца должника. Заключение договора купли- продажи, который являлся предметом оспаривания в процедуре  

банкротства, осуществлялось с учетом убежденности должника в принадлежности транспортного средства иному лицу.  

В подтверждение указанных пояснений представлены сведения о получении ФИО7 (отец должника) денежных средств в размере 500 000 руб. по кредитному договору 

<

***> от 07.04.2017, заключенному с обществом «Газпромбанк», исполнении обязательств по данному договору 10.09.2020, а также справка от 23.01.2025 общества «Сургутнефтегаз» о том, что ФИО7 трудоустроен в указанной организации с 26.08.1993, место работы – нефтегазодобывающее управление «Федоровскнефть», управление технологического транспорта Автоколонна № 9 Специализированная вахтовая бригада № 9.  

Возражая относительно указанных доводов, кредитор ссылался на ответ РСА от 08.07.2024 № 57770, из которого следует, что после отчуждения спорного а/м должник был указан страхователем (ФИО4) в числе лиц, допущенных к управлению транспортным средством, что подтверждается страховыми полисами ЕЕЕ1002246522 со сроком действия с 20.04.2017 по 19.04.2018, МММ5009108026 со сроком действия с 24.05.2018 по 23.05.2019, МММ5023152743 со сроком действия с 27.05.2019 по 26.05.2020, ХХХ0130508990 со сроком действия с 25.07.2020 по 24.07.2021. Более того, после заключения оспариваемого договора должник осуществлял действия, свидетельствующие о несении последним бремени собственника, в т.ч. оплачивал штрафы за нарушение ПДД, то есть являлся субъектом административной ответственности.  

Отклоняя эти доводы, суды указали на то, что привлечение к ответственности за совершение правонарушений на транспорте не подтверждает нахождение транспортного средства в собственности должника, однако подтверждает доводы о его эксплуатации последним.  

Поскольку автомобиль по договору перешел в собственность ФИО4 (матери должника), а дальнейшее предоставление транспортного средства по мере необходимости должнику из личных побуждений, в том числе, с учетом наличия родственных связей,  

включение в полис ОСАГО должника в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством, суды пришли к выводу, что указанное не выходит за рамки разумного поведения собственника транспортного средства (матери должника), в такой ситуации факт допуска должника к разовым случаям управления транспортным средством не свидетельствует о сохранении им контроля за автомобилем и не подтверждает того, что автомобиль не выбывал из его владения после произведенной сделки в отношении автомобиля.  

Установив вышеуказанные обстоятельства, суды пришли к выводу, что представленные документы не только подтверждают факт оформления отцом должника кредитных обязательств на себя, но и финансовую возможность ФИО7 оплатить покупку автомобиля и в дальнейшем погасить кредитные обязательства за счет личных средств, а не средств должника по настоящему делу.  

Доводы ФИО1 о совершении должником противоправных действий, направленных на безвозмездное отчуждение имущества (указанного автомобиля) в ущерб интересам кредитора в пользу ФИО4, а указанная сделка недействительна в силу ничтожности мнимой сделки, судами отклонены со ссылкой на то, что эти доводы были предметом исследования и оценки при рассмотрении обособленного спора об оспаривании сделки и судами отклонены.  

С учетом установленных по делу обстоятельств суды сочли, что выводы финансового управляющего о наличии признаков преднамеренного банкротства в отсутствие оснований для признании сделки недействительной не могут служить основанием для не применения правил об освобождении задолженности в отношении должника.  

Доводы кредитора о недобросовестности ФИО2, выразившиеся в непринятии мер по трудоустройству для погашения задолженности судом апелляционной инстанции также отклонены как несостоятельные.  

Так, по мнению апелляционного суда, непредставление должником сведений о получаемом доходе для осуществления своей жизнедеятельности (в отсутствие такового) не является само по себе  

основанием для неприменения правил об освобождении последнего от дальнейшего исполнения требований кредиторов, поскольку безусловно не свидетельствует о злоупотреблении со стороны должника.  

Финансовым управляющим в материалы дела представлены сведения для включения в индивидуальный лицевой счет, согласно которым страхователями должника являлись: общество «Автогеотранс», ИНН 

<

***>, период работы должника: февраль 2020 – август 2021; общество «Профмонтажстрой», ИНН 

<

***>, период работы с января 2020 года по 03.02.2020.  

Как установлено судами, должник с даты введения в отношении него процедуры банкротства осуществляет трудовую деятельность в качестве водителя, разнорабочего, при этом размер дохода от этой деятельности соотносим с прожиточным минимумом, установленным в Самарской области, является переменным и непостоянным.  

Кроме того, отметили суды, непринятие мер по трудоустройству не может являться достаточным основанием для отказа в применении к должнику положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а отсутствие дохода от трудовой деятельности (его недостаток для погашения задолженности) также не может быть расценено в качестве недобросовестного поведения гражданина.  

Судами также приняты во внимание пояснения должника относительно обстоятельств расходования денежных средств, полученных им по договору денежного займа № 0000-000119-2017 с обществом МКК «Удачный час», согласно которым полученные им заемные денежные средства,в свою очередь были переданы должником в заем Бакову В..Н., собственнику транспортного средства Toyota Land Cruiser 200 VIN 

<

***>, залогом которого было обеспечено обязательство. Поручителем по этому договору также выступил ФИО9 (определением суда по делу № А55-33212/2021 от 17.05.2022 завершена процедура реализации в отношении ФИО9, он освобожден от исполнения обязательств перед кредиторами, в том числе, не заявленных при введении реализации имущества гражданина). Должник также пояснил, что денежные средства были переданы ФИО8 с расчетом на  

часть прибыли, полученной ФИО8 от предпринимательской деятельности.  

В материалы дела представлен ответ ГУ МВД России по Самарской области от 18.12.2024 № 10/33805 о регистрации транспортного средства Toyota Land Cruiser 200 VIN 

<

***>, согласно которому указанный автомобиль снят с учета в связи с наличием сведений о смерти физического лица (ФИО8), являющегося собственником транспортного средства (последняя запись о регистрации от 07.05.2022).  

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ вышеуказанные обстоятельства в из совокупности и взаимосвязи, суды пришли к выводу о том, что в рассматриваемом случае отсутствуют доказательства недобросовестности действий должника, речь скорее может идти о неразумности его поведения, связанного с принятием на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств, что не может являться основанием для неосвобождения от долгов.  

Суды указали, что нерациональные действия должника, выразившиеся в получении и передаче денежных средств третьему лицу с учетом подтвержденных правоотношений поручительства, обеспечения обязательств должника залогом имущества указанного лица, пояснений должника об обстоятельствах получения денежных средств не содержат признаков недобросовестности, влекущие за собой отказ в освобождении от обязательств по окончании процедуры банкротства.  

Доказательств недобросовестности должника при принятии на себя обязательств перед кредитором, выразившейся в предоставлении им при заключении договора недостоверных сведений об имеющихся у него иных обязательствах либо доходах, либо иных заведомо ложных сведений не представлены, доказательства того, что при возникновении или исполнении обязательства должник действовал явно с намерением причинить вред кредитору, намеренно скрыл информацию о своем доходе и кредитных обязательствах, то есть действовал явно с умыслом, совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, также отсутствуют.  

Суд кассационной инстанции оснований для отмены определения первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции и удовлетворения кассационной жалобы не усматривает.  

Целью процедуры реализации имущества гражданина является соразмерное удовлетворение требований кредиторов (абзац восемнадцатый статьи 2 Закона о банкротстве), которое осуществляется за счет конкурсной массы, формируемой из выявленного имущества должника.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.  

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества должника арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).  

Функция финансового управляющего заключается в том, чтобы обеспечивать соблюдение баланса интересов должника, кредиторов (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве) путем добросовестной реализации своих прав и полномочий, предусмотренных статьей 213.9 Закона о банкротстве.  

Итоговый отчет с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества гражданина предоставляется финансовым управляющим только после проведения исчерпывающих мероприятий, направленных на выявление и реализацию активов должника. При этом, вывод о наличии оснований для освобождения гражданина от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами должен делаться только тогда, когда гражданин, в том числе своим поведением в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве, доказал свою добросовестность. Этим  

обеспечивается соблюдение баланса интересов всех заинтересованных лиц.  

Согласно пункту 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.  

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.  

По общему правилу требования кредиторов, не удовлетворенные в ходе процедуры реализации имущества, в том числе и требования, не заявленные кредиторами в процедурах реструктуризации долгов и реализации имущества, признаются погашенными, а должник после завершения расчетов с кредиторами освобождается от их дальнейшего исполнения (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве) с одновременным введением в отношении него ограничений, установленных статьей 213.30 Закона о банкротстве (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2017 по делу № 304-ЭС17-76).  

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:  

- вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;  

- гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и  

это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;  

- доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.  

Как следует из пункта 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021, пункта 60 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18.06.2025, завершение процедуры реализации имущества влечет освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов («списание долгов») и, как следствие, от их последующих правопритязаний (пункт 3 статьи 213.28, пункт 1 статьи 223.6 Закона о банкротстве).  

Институт банкротства - это экстраординарный способ освобождения от долгов, поскольку в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и незаконного прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой, помимо прочего, не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств.  

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывавшему им  

активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.  

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались.  

При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы четвертый, пятый пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

Согласно абзацу третьему пункта 28 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 51 «О рассмотрении дел о банкротстве индивидуальных предпринимателей» в случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и т.п.), суд вправе в определении о завершении конкурсного производства указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств (статья 10 ГК РФ).  

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное  

уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2017 № 304-ЭС17-76).  

Между тем, в рамках настоящего дела о банкротстве суд первой инстанции, по результатам оценки представленных доказательств в их совокупности и взаимосвязи, руководствуясь положениями действующего законодательства и разъяснениями суда высшей инстанции, учитывая отсутствие у должника денежных средств для погашения кредиторской задолженности, пришел к выводу о том, что мероприятия, возможные для данной процедуры, проведены в полном объеме, оснований для продления процедуры не имеется, в связи с чем счел возможным завершить процедуру реализации имущества должника, выплатить финансовому управляющему вознаграждение за процедуру реализации имущества гражданина. Также суд первой инстанции не установил обстоятельств, препятствующих применению в отношении должника правила освобождения от дальнейшего исполнения обязательств.  

Суд апелляционной инстанции, повторно оценив и исследовав представленные в материалы дела доказательства, согласился с выводами суда первой инстанции.  

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных актах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленных судами, имеющимся в нем доказательствам.  

Заявляя о неосвобождении должника от обязательств перед кредитором ФИО1, финансовый управляющий ссылался на постановленный им в заключении о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства вывод о наличии признаков преднамеренного банкротства, который обусловлен совершением должником сделки по отчуждению движимого имущества - автомобиля, подлежащих оспариванию, не раскрытием цели расходования кредитных денежных средств.  

По мнению финансового управляющего ФИО3, данные обстоятельства свидетельствуют о сокрытии информации от финансового управляющего и его кредиторов, финансовый управляющий счел, что должником производились действия, направленные на вывод активов в пользу аффилированного лица.  

В то же время, как следует из материалов дела, финансовым управляющим сделка должника по отчуждению автомобиля была оспорена по специальным основаниям в рамках настоящего дела, однако вступившими в силу судебными актами в удовлетворении требований финансового управляющего о признании сделки должника по отчуждению автомобиля недействительной отказано.  

Имущества, за счет которого возможно формирование конкурсной массы, не выявлено.  

С учетом изложенных обстоятельств, суды двух инстанций пришли к обоснованному выводу том, что все необходимые мероприятия, предусмотренные для процедуры банкротства гражданина, проведены в полном объеме, оснований для продления процедуры не имеется.  

В рассматриваемом случае доказательств того, что ФИО2 заключены сделки, в результате которых был причинен вред кредиторам, и у должника реально имеется имущество, за счет которого могли бы быть удовлетворены требования кредиторов, заявителем жалобы в материалы дела не представлено.  

Судами из материалов дела не установлено признаков неразумного и недобросовестного поведения на стороне должника, не представлено доказательств того, что при принятии на себя обязательств ФИО2 действовал незаконно, совершал мошеннические действия, обманул кредиторов, скрыл от них свое имущество или вывел какое-либо имущество с целью его сокрытия от обращения взыскания.  

Само по себе непогашение принятых на себя обязательств не может быть квалифицировано как недобросовестное поведение должника, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств при неподтвержденности злостного уклонения ФИО2 от погашения задолженности, как и злоупотребления правами и иного незаконного либо  

заведомо недобросовестного поведения, в том числе предоставления суду и финансовому управляющему заведомо ложных сведений или сокрытия информации и имущества, в ущерб интересам кредиторов (и причинения такого ущерба).  

Основной целью потребительского банкротства является социальная реабилитация добросовестного гражданина, предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым, непосильным для него обязательствам, чем всегда ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им в полном объеме.  

Доводы подателя жалобы о недобросовестном поведении должника, выразившемся в заключении мнимой сделки со своей матерью ФИО4, совершенной с целью сокрытия принадлежащего должнику ликвидного имущества – автомобиля Фольксваген Джетта, сокрытие должником доходов, полученных от экономической деятельности без регистрации в качестве предпринимателя, были предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанций и обоснованно отклонены судами с подробной мотивацией мотивов принятия такого решения, в том числе по причине того, что действия должника по отчуждению принадлежащего ему автомобиля были предметом рассмотрения в рамках отдельного обособленного спора, по результатам котором в признании сделки недействительной судом было отказано.  

Доводы кассатора о том, что у ФИО2, помимо задолженности перед ФИО1 имеется задолженность по кредитным обязательствам перед АО «Альфа Банк», которая должника также не исполнялась, также подлежат отклонению.  

В отсутствие достаточных и убедительных доказательств получения должником дохода в размере, превышающем прожиточный минимум и достаточного для погашения задолженности перед кредиторами, при одновременном уклонении должника от исполнения обязанностей перед кредиторами, выводы судов о том, что само по себе длительное неисполнение обязанностей по погашению задолженности перед  

кредиторами не может быть расценено в качестве недобросовестного поведения сделаны обоснованно и соответствуют сложившейся судебной практике (пункт 56 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 18.06.2025)).  

В связи с тем, что оспаривание сделки по отчуждению автомобиля Фольксваген Джетта по мотиву её вредоносности успехом не увенчалось, а в ходе процедуры реализации имущества ФИО2 финансовым управляющим иного имущества, подлежащего включению в конкурсную массу, обнаружить не удалось, доводы подателя жалобы о неисполнении должником обязанности по передаче финансовому управляющему документации и сведений об имуществе, связанных с совершением им сделки по отчуждению автомобиля ФИО10 также необоснованны и отклоняются судебной коллегией.  

Иные доводы, приведенные ФИО1 в кассационной жалобе, также подлежат отклонению, так как выводов судов в данной части не опровергают, не свидетельствуют о допущении судами нарушений норм материального и (или) процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку, по сути, сводятся к несогласию заявителя жалобы с произведенной судами оценкой обстоятельств спора, исследованных доказательств и сделанных на их основании выводов; доводы заявителя кассационной жалобы тождественны доводам, являвшимся предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций и получивших надлежащую правовую оценку, основания для непринятия которой у суда кассационной инстанции отсутствуют.  

Поскольку нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, то основания для отмены судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.  

На основании вышеизложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 05.02.2025 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.05.2025 по делу № А55-29932/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий судья В.А. Самсонов  

Судьи П.П. Васильев  

 А.А. Минеева