1923/2019-82669(2) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН 

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107 

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru http://www.tatarstan.arbitr.ru тел. (843) 533-50-00 Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

 

г. Казань Дело № А65-417/2019  

Дата принятия решения – 12 апреля 2019 года. Дата объявления резолютивной части – 10 апреля 2019 года. 

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи  Коротенко С.И.,  

при ведении аудиопротоколирования и составлении протокола судебного заседания  секретарем судебного заседания Муртазиной Л.И.,  

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску по иску Индивидуального  предпринимателя Бурганова Максима Шавкатовича, г.Нижний Новгород, (ОГРНИП  309526325100017, ИНН 526207206781) к Индивидуальному предпринимателю Ефимову  Евгению Сергеевичу, г.Зеленодольск, (ОГРНИП 312167318100021, ИНН 164807631348) о  запрете использования товарного знака любым способом, в том числе в сети Интернет,  взыскании 1 000 000 рублей компенсации за незаконное использование товарного знака,  

с участием представителей: от истца - Мякинина Е.Ш., по доверенности, 

от ответчика – Ефимов Е.С., паспорт, Хасанов Р.А., по доверенности от 04.02.2019,  

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель Бурганов Максим Шавкатович (далее – истец)  обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к индивидуальному  предпринимателю Ефимову Евгению Сергеевичу (далее – ответчику) о запрете  использования товарного знака «Автосуши», зарегистрированного на имя Индивидуального  предпринимателя Бурганова Максима Шавкатовича, любым способом, в том числе в сети  Интернет, посредством изображения словесного обозначения сходного до степени смешения  с товарным знаком «Автосуши» в сети Интернет, а именно, в социальной сети «ВКонтакте»  по адресу: vk.com/sushivasilievo, в социальной сети «Инстаграм», взыскании 1 000 000  рублей 1 000 000 рублей компенсации за незаконное использование товарного знака.  

В судебном заседании 10.04.2019 истец на исковых требованиях настаивал, просил их  удовлетворить, представил фотоматериалы в обоснование своих требований.  

Ответчик иск не признал, заявил ходатайство о снижении размера компенсации. 

Исследовав материалы дела, выслушав представителей сторон, суд пришел к  следующим выводам.  

Истец является правообладателем товарного знака «Автосуши» с приоритетом  товарного знака от 12 марта 2010 года, что подтверждается свидетельством на товарный  знак (знак обслуживания) № 451427 и приложениями к нему (л.д.14-15).  

Согласно указанному свидетельству, товарный знак «Автосуши» зарегистрирован на  имя Бурганова М.Ш. в отношении 43 класса МКТУ и перечня следующих товаров и/или  услуг: 43-аренда помещений для проведения встреч; закусочные; кафе; кафетерии;  рестораны; рестораны самообслуживания; услуги баров; услуги по приготовлению блюд им  доставки их на дом. Товарный знак зарегистрирован 17.01.2012 года, дата публикации -  12.02.2012 года (л.д.16-17).  

Указанный товарный знак используется истцом для обозначения своей  предпринимательской деятельности в качестве индивидуального предпринимателя,  связанной с производством и реализацией готовой продукции (в частности роллов), что  подтверждается рекламными буклетами, каталогами продукции.  

Как пояснил истец, 27.07.2018 было обнаружено, что ответчик, осуществляющий  деятельность кафе «ОстроWOK», расположенного по адресу: Республики Татарстан,  Зеленодольский район, пгт.Васильево, ул.Октябрьская, д.2а, незаконно использует товарный  знак «Автосуши».  

Незаконное использование товарного знака выражается в изображении товарного  знака «Автосуши» в словесном элементе товарного знака «Автосуши» используемом  ответчиком путем его указания на стене страницы в социальной сети «ВКонтакте».  

В обоснование своих требований истец указал, что ответчик использует товарный  знак, принадлежащий истцу, без согласия правообладателя.  

Истец считает действия ответчика незаконными, поскольку ответчик использует  словесное обозначение сходное до степени смешения с товарным знаком истца, в связи с чем  имеется угроза смешения обозначения ответчика с товарным знаком истца, поскольку и  истец, и ответчик производят и реализуют однородную продукцию, осуществляют  однородную деятельность, что следует также из выписок из ЕГРЮЛ в отношении истца и  ответчика.  

Истец считает, что словесное обозначение «АВТОСУШИ» и товарный знак  «Автосуши», исключительные права на который принадлежат истцу, сходны до степени  смешения по фонетическому, графическому и семантическому признакам.  

Товарный знак истца представляет собой комбинированное обозначение, состоящее  из изобразительного элемента, выполненного в красно-белом цветовом сочетании, и  

словесного обозначения «АВТОСУШИ», выполненное заглавными буквами, красным  цветом, на русском языке.  

Товарный знак «АВТОСУШИ» используется Бургановым М.Ш., действующим в  качестве индивидуального предпринимателя, для обозначения своей деятельности по  производству и реализации готовой продукции, в частности роллов, и иной готовой пищевой  продукции. Истец осуществляет деятельность кафе. Реализация продукции осуществляется  как посредством продажи в помещении кафе, так и посредством доставки курьером до  адреса потребителя, что полностью соответствует смысловой нагрузке, которую несет  словесное обозначение «АВТОСУШИ», само данное понятие, а именно: быстрая доставка  роллов и суши на дом.  

Указанную деятельность истец ведет в 25 городах центральной и южной России, а  также в городе Ереване Республика Армения. При этом, истец, как правообладатель данного  товарного знака, осуществляет передачу прав на его использование посредством договора  коммерческой концессии за вознаграждение.  

Ответчик осуществляет деятельность полностью однородную деятельности истца, а  именно, производство и реализация готовой пищевой продукции, в частности роллов,  реализует продукцию как посредством продажи в помещении суши-бара, расположенного по  указанному выше адресу, так и посредством доставки курьером по адресам потребителей.  

Словесное обозначение «АВТОСУШИ», используемое ответчиком, сходно до степени  смешения с товарным знаком истца, поскольку совпадает с ним по фонетическому признаку  (произносится и слышится одинаково), графическому признаку (изображено также  заглавными буквами на русском языке, также с использованием красного и белого цветов),  по семантическому признаку, поскольку в оба словесных обозначения заложена одна и та же  идея, а именно: быстрая доставка роллов на дом, оба обозначения имеют один и тот же  смысл. Кафе, как истца, так и ответчика специализируются на приготовлении и доставке  блюд японской кухни.  

Основной элемент в данном словесном обозначении - словесный элемент  «Автосуши», как элемент, несущий основную смысловую нагрузку.  

Таким образом, в силу того, что деятельность истца ведется во многих городах  России, услугами истца пользуется большое количество потребителей, истец считает, что  имеется реальная угроза смешения товарного знака истца и словесного обозначения,  используемого ответчиком, что в отсутствие согласия истца на использование его товарного  знака, нарушает его права как правообладателя, в частности на вознаграждение.  

Истец полагает соразмерной допущенному нарушению сумму компенсации в размере  1 000 000 рублей, которая составляет среднюю ставку роялти, выплачиваемого истцу как  правообладателю по договору коммерческой концессии за передачу прав на использование  

товарного знака на рынке оказания услуг общественного питания в сегменте «японская  кухня».  

07.08.2018 в адрес ответчика была направлена претензия с требованиями о  прекращении незаконного использования товарного знака истца, в том числе в сети  Интернет, а также о выплате истцу компенсации за незаконное использование товарного  знака в размере 1 000 000 рублей (л.д.71-74). Однако на претензию ответа не последовало.  

В связи с указанным истец обратился в суд с настоящим иском. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской  Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на  результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации  (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему  усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может  распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если  указанным Кодексом не предусмотрено иное.  

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим  лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства  индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).  

Другие лица не могут использовать соответствующий результат интеллектуальной  деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за  исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом.  

В данном случае истец является правообладателем товарного знака (знака  обслуживания) «АВТОСУШИ» зарегистрированного 17.01.2012, что подтверждается  свидетельством о регистрации от 17.01.2012, выданным Федеральной службой по  интеллектуальной собственности срок регистрации до 12.03.2020 на имя Бурганова Максима  Шавкатовича.  

В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что ответчик, не имея  разрешения правообладателя, незаконно использует товарный знак в сети Интернет, в  частности, на странице в социальных сетях «Вконтакте», в Инстаграм с целью извлечения  коммерческой выгоды, а именно, использование товарного знака, размещаемого ответчиком  на сайтах, используемых им для осуществления коммерческой деятельности, неправомерно  демонстрируемой товарным знаком.  

Данные обстоятельства подтверждаются представленными истцом фотографиями  (видеозаписью), протоколом осмотра и исследования письменных доказательств,  заверенным нотариусом г.Нижний Новгород, ответчиком по существу не оспариваются.  

Возражая относительно заявленных требований ответчик указал, что обозначение  «Автосуши» не обладает различительной способностью в отношении услуг по доставке  

блюд японской кухни. Ответчик, указывая словесное обозначение «Автосуши» в  социальных сетях в сети Интернет, деле это без цели индивидуализации товаров, работ или  услуг, а с целью указания на формат доставки блюд японской кухни.  

Однако, в силу пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 5, Пленума  ВАС РФ N 29 от 26.03.2009 "О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в  действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" согласно статье  1248 ГК РФ споры, связанные с защитой нарушенных или оспоренных интеллектуальных  прав, рассматриваются и разрешаются по общему правилу судом. В соответствии с пунктом  2 статьи 1248 ГК РФ Кодексом предусматриваются случаи защиты интеллектуальных прав в  административном (внесудебном) порядке. При обращении в суд с требованием,  подлежащим рассмотрению в административном (внесудебном) порядке, соответствующее  заявление подлежит возвращению. При рассмотрении судом дел о нарушении  интеллектуальных прав возражения сторон, относящиеся к спору, подлежащему  рассмотрению в административном (внесудебном) порядке, не должны приниматься во  внимание и не могут быть положены в основу решения.  

Решением Федеральной службы по интеллектуальной собственности от 29.03.2019  отказано в удовлетворении возражений относительно предоставления правовой охраны  товарного знака от 03.09.2018, правовая охрана товарного знака по свидетельству № 451427  оставлена в силе.  

При этом, коллегия Роспатента пришла к следующим выводам.  

Оспариваемый товарный знак представляет собой комбинированное  обозначение, в котором доминирует выполненный оригинальным шрифтом буквами  русского алфавита словесный элемент «АВТОСУШИ». Правовая охрана оспариваемому  товарному знаку была предоставлена с приоритетом от 12.03.2010 в отношении услуг 43  класса МКТУ, относящихся к сфере общественного питания (ресторанного бизнеса).  

Словесный элемент «АВТОСУШИ» выполнен одинаковым шрифтом заглавными  буквами одинакового размера без пробелов, то есть является единым фантазийным словом,  которое отсутствует в каких-либо толковых терминологических словарях либо  энциклопедиях, признаваемых надежными достоверными источниками информации. Слово  «авто-суши», уже как новообразованная конструкция, было обнаружено лицом, подавшим  возражение, всего лишь в одном словаре композитов современного русского языка [3],  изданном в 2012 году, то есть уже после даты (12.03.2010) приоритета оспариваемого  товарного знака, ввиду чего данная ссылка не может быть принята коллегией во внимание.  

Вместе с тем, в силу определенной семантики слов «АВТО» и «СУШИ», очевидно,  образующих вышеуказанный словесный элемент, как сложное слово, существует  возможность порождения им в целом различных дополнительных рассуждений,  

домысливания и ассоциаций (например, «автоматические, автоматически выдаваемые  или автоматически изготовляемые, суши»; «автомобильные, употребляемые в автомобиле,  или доставляемые на автомобиле, или продаваемые прямо с автомобиля, суши»; «суши,  характеризующие сами себя» и т.д.), но данное обстоятельство предопределяет, напротив,  исключительно наличие у него необходимой различительной способности.  

Так, из пункта 2.2 Рекомендаций по отдельным вопросам экспертизы заявленных  обозначений, утвержденных приказом Роспатента от 23.03.2001 № 39, следует, что наличие  таких дополнительных рассуждений, домысливания и ассоциаций при восприятии  обозначения свидетельствует о наличии у этого обозначения различительной способности и  об отсутствии у него какой-либо описательности.  

Таким образом, представленные лицом, подавшим возражение, документы никак не  позволяют прийти к выводу о том, что входящий в оспариваемый товарный знак словесный  элемент «АВТОСУШИ» является обозначением, характеризующим услуги.  

Следовательно, Роспатент подтвердил исключительное право истца на спорный  товарный знак, установив, что словесный элемент «Автосуши» в этом товарном знаке не  является описательным для товаров и услуг, в отношении которых он зарегистрирован.  

В соответствии со статьей 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации  интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом  существа нарушенного права и последствий нарушения этого права. Предусмотренные  настоящим Кодексом способы защиты интеллектуальных прав могут применяться по  требованию правообладателей, организаций по управлению правами на коллективной  основе, а также иных лиц в случаях, установленных законом.  

Предусмотренные настоящим Кодексом меры ответственности за нарушение  интеллектуальных прав подлежат применению при наличии вины нарушителя, если иное не  установлено настоящим Кодексом.  

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права. 

Если иное не установлено настоящим Кодексом, предусмотренные подпунктом 3  пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса меры ответственности за нарушение  интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им  предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины  нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло  вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных  условиях обстоятельств.  

Отсутствие вины нарушителя не освобождает его от обязанности прекратить  нарушение интеллектуальных прав, а также не исключает применение в отношении  нарушителя таких мер, как публикация решения суда о допущенном нарушении (подпункт 5  

пункта 1 статьи 1252), пресечение действий, нарушающих исключительное право на  результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации либо  создающих угрозу нарушения такого права (подпункт 2 пункта 1 статьи 1252), изъятие и  уничтожение контрафактных материальных носителей (подпункт 4 пункта 1 статьи 1252).  Указанные действия осуществляются за счет нарушителя.  

Статьей 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что защита  исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства  индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о  пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу,  совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним; о  возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной  деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с  правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его  исключительное право и причинившему ему ущерб.  

В соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской  Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо  возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов  рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.  

В пункте 43.2 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 N  5/29 "О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой  Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что компенсация подлежит  взысканию при доказанности факта нарушения.  

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по  требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт  принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем  использования сходного с товарным знаком обозначения, в отношении товаров, для  индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в  результате такого использования возникнет вероятность смешения.  

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них  зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных на  разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является  компетенцией суда, разрешающего спор.  

В подтверждение заявленных требований истец представил в материалы дела ряд  фотографий, фиксирующих использование ответчиком обозначения "АВТОСУШИ", сам  

ответчик факт использования товарного знака не отрицает.  

Стороны в договорных отношениях не состоят, при этом, согласия ответчику на  использование своего товарного знака истец не давал.  

Таким образом, ответчик использует словесное обозначение сходное до степени смешения с  товарным знаком истца, в связи с чем имеется угроза смешения обозначения ответчика с товарным  знаком истца, поскольку и истец, и ответчик производят и реализуют однородную продукцию,  осуществляют однородную деятельность, что следует также из выписок из ЕГРЮЛ в  отношении истца и ответчика.  

Истец считает, что словесное обозначение «АВТОСУШИ ОстроWOK» и товарный знак  «Автосуши», исключительные права на который принадлежат истцу, сходны до степени смешения  по фонетическому, графическому и семантическому признакам.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 1225 ГК РФ товарные знаки и фирменные  наименования являются результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним  средствам индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым  предоставляется правовая охрана.  

В силу статей 1477, 1481 ГК РФ товарным знаком признается обозначение, служащее для  индивидуализации товаров юридических лиц, служащее для индивидуализации товаров  юридических лиц или индивидуальных предпринимателей. На зарегистрированный  товарный знак выдается свидетельство, которое удостоверяет приоритет товарного знака и  исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве.  

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат  интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если  Гражданским кодексом РФ не предусмотрено иное.  

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам  использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.  Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).  

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной  деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя за исключением  случаев, предусмотренных данным Кодексом. Использование результата интеллектуальной  деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами,  предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия  правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную названым  кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата  интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем  правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.  

Согласно статье 1484 ГК РФ нарушением исключительного права  правообладателя (незаконным использованием товарного знака) признается использование без его  разрешения в гражданском обороте на территории Российской Федерации товарного знака или  сходного с ним до степени смешения обозначения в отношении товаров, для индивидуализации  которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, в том числе размещение  товарного знака или сходного с ним до степени смешения обозначения на товарах, при  выполнении работ, оказании услуг, на документации, связанной с введением товаров в  гражданский оборот, в предложениях к продаже товаров, в сети Интернет. Никто не вправе  использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в  отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или  однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 13 Информационного письма Президиума  Высшего Арбитражного Суда РФ от 13.12.2007 года № 122 «Обзор практики рассмотрения  арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной  собственности», вопрос о сходстве до степени смешения двух словесных обозначений,  применяемых сторонами может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и  специальных знаний не требует.  

В соответствии с Постановлениями Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от  18.07.2006 года № 2979/06, 3691/06 угроза смешения имеет место, если один товарный знак  воспринимается за другой или, если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же  товарном знаке, но полагает, что оба товарных знака принадлежат одному и тому же лицу  предприятию. Такая угроза зависит от нескольких обстоятельств: от оценки однородности  обозначенных товарным знаком товаров и услуг, от различительной способности знака с более  ранним приоритетом; от сходства противопоставляемых знаков.  

В соответствии с пунктом 42 Правил составления, подачи и рассмотрения документов,  являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной  регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, Требований к  документам, содержащимся в заявке на государственную регистрацию товарного знака, знака  обслуживания, коллективного знака, и прилагаемым к ней документам и их форм, Порядка  преобразования заявки на государственную регистрацию коллективного знака в заявку на  государственную регистрацию товарного знака, знака обслуживания и наоборот, Перечня  сведений, указываемых в форме свидетельства на товарный знак (знак обслуживания), форме  свидетельства на коллективный знак, формы свидетельства на товарный знак (знак обслуживания),  формы свидетельства на коллективный знак, утв. Приказом Министерства экономического  развития РФ от 20.07.2015 года № 482, словесные обозначения сравниваются со словесными  обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные  

элементы. Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим),  графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно: 1) звуковое  сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих  звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения;  расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих  слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в  составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих  частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение; 2) графическое  сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид  шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные,  

заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами  которого написано слово; цвет и цветовое сочетание; 3) смысловое сходство определяется на  основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в  частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов  обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение;  противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.  

Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в  различных сочетаниях.  

В соответствии с пунктом 45 Правил при установлении однородности товаров  определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о  принадлежности этих товаров одному изготовителю.  

При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства,  функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены,  взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее  место продажи, продажа через розничную сеть либо оптовую сеть), круг потребителей и другие  признаки.  

Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа перечисленных  признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или  назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения  (изготовителю).  

Таким образом, права владельца товарного знака могут быть нарушены посредством  использования либо самого товарного знака, либо обозначения, сходного с ним до степени  смешения.  

В данном случае ответчик при осуществлении предпринимательской деятельности  использует обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком истца.  

Таким образом, требование истца о запрете ответчику использовать обозначение  

"АВТОСУШИ" любым способом, в том числе в сети Интернет, посредством  изображения словесного обозначения сходного до степени смешения с товарным знаком  «Автосуши» в сети Интернет, а именно, в социальной сети «ВКонтакте» по адресу:  vk.com/sushivasilievo, в социальной сети «Инстаграм», подлежит удовлетворению.  

В силу пункта 2 части 1 статьи 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты  интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности,  путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих  угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему  необходимые приготовления к ним.  

Частью 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по  своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в  размере от 10 000 до 5 000 000 рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера  нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный  знак, 2) в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой из  цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование  товарного знака.  

В соответствии с абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса  Российской Федерации, если одним действием нарушены права на несколько результатов  интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации  определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной  деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на  соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному  правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера  и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных этим  Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных  размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.  

Разрешая спор в части взыскания компенсации в размере 1 000 000 рублей, оценив  размер предъявленной к взысканию суммы компенсации, учитывая характер допущенного  нарушения, степень вины нарушителя, вероятные убытки правообладателя, исходя из  принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям  нарушения, ходатайство ответчика о снижении размера компенсации (наличие на иждивении  малолетних детей, осуществление ресторанной деятельности с января 2018), суд считает  размер компенсации соответствующим степени вины нарушителя (ответчика) в размере  500 000 рублей.  

Оснований для еще большего снижения указанной суммы суд не усматривает.  Осуществляя предпринимательскую деятельность в сфере торговли, ответчик не мог не  

знать, что нарушает исключительные права истца. Суд принимает во внимание широкую  известность соответствующего товарного знака и исходит из того, что предприниматель  размещал информацию с осознанным намерением получить прибыль от незаконного  использования объектов чужих исключительных прав.  

При таких обстоятельствах исковые требования подлежат частичному  удовлетворению.  

Судебные расходы по нотариальному удостоверению доказательств и уплате  государственной пошлины в порядке ст.110 АПК РФ подлежат отнесению на ответчика  пропорционально удовлетворенным требованиям.  

Руководствуясь статьями 110, 112, 167 - 169 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить частично. 

Запретить Индивидуальному предпринимателю ФИО1,  г.Зеленодольск, (ОГРНИП 312167318100021, ИНН 

<

***>) использование товарного  знака «Автосуши», зарегистрированного на имя Индивидуального предпринимателя  ФИО2, г.Нижний Новгород, (ОГРНИП 309526325100017, ИНН  

<

***>), любым способом, в том числе в сети Интернет, посредством изображения  словесного обозначения сходного до степени смешения с товарным знаком «Автосуши» в  сети Интернет, а именно, в социальной сети «ВКонтакте» по адресу: vk.com/sushivasilievo, в  социальной сети «Инстаграм».  

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО1,  г.Зеленодольск, (ОГРНИП 312167318100021, ИНН 

<

***>) в пользу Индивидуального  предпринимателя ФИО2, г.Нижний Новгород, (ОГРНИП  309526325100017, ИНН 

<

***>) 500 000 рублей компенсации за незаконное  использование товарного знака, 12 593 рубля в возмещение расходов по оплате  нотариальных услуг по обеспечению доказательств, 17 500 рублей в возмещение расходов на  уплату государственной пошлины.  

В остальной части иска отказать. 

Исполнительные листы выдать после вступления решения в законную силу.  

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в  месячный срок.  

Судья С.И.Коротенко