ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-131233/2022

11 марта 2024 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     04 марта 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  11 марта 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Масенковой И.В.

судей  Семиглазова В.А., Слобожаниной В.Б.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1

при участии:  

от истца (заявителя): ФИО2 по доверенности от 07.02.2022 (в порядке передоверия от ООО «Архипова и партнеры» дов.от 07.02.2022)

от ответчика (должника): ФИО3 по доверенности от 11.02.2022

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-40838/2023)  ФИО4 на решение  Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.09.2023 по делу № А56-131233/2022 (судья Душечкина А.И.), принятое

по иску ФИО5

к  ФИО4, обществу с ограниченной ответственностью «Стэн Плюс»

о взыскании убытков в порядке привлечения к субсидиарной ответственности общества с ограниченной ответственностью «Стэн Плюс», ФИО4 

 

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «ГАК» обратилось в Сестрорецкий районный суд Санкт-Петербурга с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Стэн Плюс» и ФИО4 о взыскании убытков в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Обеспечение Промышленной безопасности» в размере 1 608 687,50 руб., 212 293,69 неустойки, 31 209,82 руб. госпошлины, а также расходы по оплате госпошлины в рамках настоящего дела. 

Решением Сестрорецкого районного суда Санкт-Петербурга от 26.04.2022 в удовлетворении иска отказано. 

Определением Санкт-Петербургского городского суда от 15.11.2022 решение от 26.04.2022 отменено, дело направлено по подсудности в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области. 

Определением от 28.03.2023 общество с ограниченной ответственностью «ГАК» заменено на ФИО5 в порядке процессуального правопреемства.

Решением суда от 21.09.2023 исковые требования к ФИО4 удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ответчик подал апелляционную жалобу, в которой он просит обжалуемое решение отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований. В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указывает, что истцом не доказан состав убытков, позволивший бы удовлетворить требования к ФИО4 в порядке ст.53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Полагает, что все операции по выписке из Банка «Санкт-Петербург» осуществлены в ходе обычной хозяйственной деятельности и подозрительными не являются, равно как и не доказывают факт умышленного уклонения ответчика от исполнения обязанности перед истцом. Считает, что суд первой инстанции уклонился от исследования изложенных ФИО4 возражений относительно заявленных истцом требований. Также, по мнению подателя жалобы, суд первой инстанции неправомерно не прекратил производство по делу в связи с ликвидацией Общества, от которого был подан иск. При этом, как указывает ответчик, ликвидация Общества является основанием для признания всех обязательств прекращенными.

В судебном заседании представитель ответчика доводы апелляционной жалобы поддержал, на ее удовлетворении настаивал.

Представитель истца против удовлетворения апелляционной жалобы возражал, отзыв не представил.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, между ООО «ГлавАвтоКран» (исполнитель) и ООО «Группа компаний «Обеспечение промышленной безопасности» (заказчик) заключен договор № 01-10/18 оказания услуг от 01.10.2018, в соответствии с которым исполнитель передает, а заказчик принимает во временное пользование за плату строительную технику (далее – техника) с предоставлением услуг по управлению и технической эксплуатации предоставленной техники. 

Дополнительные характеристики, а именно: наименование (марка), количество, технические характеристики техники; объект, на котором будет использоваться техника; сроки оказания услуги, стоимость услуги и иные существенные условия оказания услуги по оговору определяются отдельно в соответствующих заявках (Приложение № 1 к договору). 

В разделе 4 стороны согласовали стоимость услуг и порядок расчетов, из которого следует, что стоимость услуг исполнителя составляет: 

- Экскаватор YANMAR D37-2 – 1 800,00 руб., в том числе НДС 18%, в час; 

- HINO PROFIA – 1 800,00 руб., в том числе НДС 18%, в час; 

- Экскаватор HITACHI EX225USRLC – 2 500,00 руб., в том числе НДС 18%, в час. 

Оплата оказанных исполнителем услуг производится заказчиком в течение 5 (пяти) календарных дней с даты подписания акта путем перечисления денежных средств на расчетный счет исполнителя (п. 2.5 договора). 

Факт оказания услуг подтверждается универсальными передаточными документами №№ 1833 от 30.12.2018 на сумму 546 750,00 руб., 1620 от 30.11.2018 на сумму 367 875,00 руб., 1435 от 31.10.2018 на сумму 263 250,00 руб., 1347 от 14.10.2018 на сумму 160 812,50 руб. и 1314 от 08.10.2018 на сумму 270 000,00 руб., а также актом сверки по состоянию за 4 квартал 2018 года. 

08.07.2019 Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу № А56-44785/2019 вынес решение о взыскании с ООО «Группа компаний «Обеспечение промышленной безопасности» суммы в размере 1 608 687,50 руб. долга и 212 293,69 руб. неустойки, а также 31 209,82 руб. расходов по оплате госпошлины. 

С 16.09.2013 директором ООО «Группа компаний «Обеспечение промышленной безопасности» являлся ФИО4. 

Согласно предоставленной истцом выписке с сайта УФССП России, у должника большая задолженность по оплате налоговых платежей. 

Истец указывает, что до настоящего времени указанная задолженность не оплачена Должником. 

Согласно данным Единого государственного реестра юридических лиц 03.10.2019 было осуществлено внесение в Единый государственный реестр юридических лиц сведений о недостоверности сведений о юридическом лице (результаты проверки достоверности содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц сведений о юридическом лице) в отношении ООО «Группа ОПБ» за ОГРН 

<

***>. 

07.08.2020 ООО «Группа ОПБ» исключена из Единого государственного реестра юридических лиц. 

Возражение ответчиком на исключение юридического лица не подавались. 

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим иском, истец указывает на то, что в добровольном порядке ООО «Группа ОПБ» решение суда не исполнило, исключение из ЕГРЮЛ наступило в результате недобросовестных и неразумных действий (бездействий) ответчиков как участников и исполняющих обязанности генерального директора общества в различные периоды. 

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции, признав заявленные требования обоснованными по размеру и по праву, иск в отношении ФИО4 удовлетворил.

Заслушав объяснения представителей сторон, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, выводы суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В силу п. 1 ст. 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом. 

Пунктом 3 ст. 53 ГК РФ установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. 

Согласно п.1 ст.53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. 

В случае, если лица, указанные в п. 1 - 3 ст.53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда), по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества. 

В силу п. 2 ст. 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные ГК РФ и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам. Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в ст. 53.1 ГК РФ (п. 2 ст. 64.2 ГК РФ). 

Как установлено п. 1 ст. 399 ГК РФ, если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность. 

Пунктом 3.1 ст. 3 Закона № 14-ФЗ установлено, что исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном Законом № 129-ФЗ для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. 

В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в п.1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества. 

Возможность привлечения лиц, указанных в п. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц. 

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. 

Таким образом, из изложенного следует, что само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой. 

Требуется, чтобы неразумные и(или) недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в п. 1 - 3 ст.53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства. Указанная правовая позиция также изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285. 

По мнению истца, в результате недобросовестных или неразумных действий (бездействия) ответчиков обязательства перед истцом не были исполнены, поэтому ответчики должны нести субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения участников общества следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в п. 2, 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) в отношении действий (бездействия) директора. 

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (п.1 ст.58 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (ст.56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»). 

Согласно разъяснениям, данным в п. 1 Постановления № 62 истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица (п. 5 ст. 10 ГК РФ). 

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и тому подобное) и представить соответствующие доказательства. 

В рамках настоящего дела, вопреки позиции суда первой инстанции, изложенной в обжалуемом решении, ФИО4 были даны пояснения относительно своих действий и были заявлены мотивированные возражения относительно обоснованности предъявленных к нему требований, которые судом первой инстанций, вместе с тем, восприняты и оценены не были.

Для вывода о возникновении у ответчиков обязательств по возмещению убытков по иску необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств: совершения ответчиками виновных противоправных действий (бездействия), в том числе недобросовестное и неразумное осуществление руководства Обществом, возникновение у истца убытков и причинно-следственная связь между этими обстоятельствами. 

В то же время в рассматриваемом случае истцом, вопреки своим доводам и ч. 1 ст. 65 АПК РФ, не представлено в материалы дела каких-либо доказательств недобросовестности либо неразумности действий ответчиков, повлекших неисполнение обязательств должника перед истцом. Не было установлено таких обстоятельств и судом первой инстанции. 

Само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в п.3.1 ст. 3 Закона об обществах. 

Кроме того, из принципов ограниченной ответственности и защиты делового решения (п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»; далее - постановление Пленума № 53) следует, что подобного рода ответственность не может и презюмироваться, даже в случае исключения организации из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании ст. 21.1 Закона о государственной регистрации. 

При разрешении такого рода споров истец должен доказать, что невозможность погашения долга перед ним возникла по вине ответчиков в результате их неразумных либо недобросовестных действий. 

Требуется, чтобы неразумные и (или) недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в п. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства. Приведенная выше правовая позиция неоднократно выражена Верховным Судом Российской Федерации в определениях от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, 06.07.2020 № 307-ЭС20-180, от 17.07.2020 № 302-ЭС20-8980 и др. 

Физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпорацией в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества). 

Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества (исключение из ЕГРЮЛ) необходимо установление наличия убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами. 

Ответственность контролирующих должника лиц перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора не вызвана рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц. 

Субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, поэтому по названной категории дел не может быть применен общий стандарт доказывания. Не любое, даже подтвержденное косвенными доказательствами, сомнение в отсутствие контроля должно толковаться против контролирующего должника лица, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой доказательств подтверждать факт возможности давать прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания. 

Бремя доказывания наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении контролирующих юридическое лицо лиц возлагается законом на истца (п. 1, 2 ст. 53.1 ГК РФ).

Вместе с тем доказательств, свидетельствующих о недобросовестности и неразумности ответчиков истцом в материалы дела не представлено.

Доказательств того, что фактически спорные операции выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности Общества и направлены на вывод денежных средств, а также по существу являются сомнительными, истцом не представлено.

При этом судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта также не принято во внимание то обстоятельство, что спорные операции, на которых истец строит свою позицию, доказывая недобросовестность ответчиков, совершены до даты заключения Обществом договора с ООО «ГАК».

Кроме того, наличие у Общества непогашенной задолженности перед истцом само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчиков как контролирующих Общество лиц в неуплате указанного долга, а также свидетельствовать о его недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату этого долга. 

При этом, как указано ранее, само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), не является безусловным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с приведенной нормой. 

Доказательств, свидетельствующих о совершении именно ответчиками действий (бездействия) по целенаправленной, умышленной ликвидации Общества либо влияния на процедуру исключения Общества из ЕГРЮЛ со стороны регистрирующего органа в материалы дела не представлено, в то время как кредитору юридического лица ст.53.1 ГК РФ не предоставлено право требовать с ответчика возмещения убытков как с контролирующего должника лица (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 18.05.2021 № 4-КГ21-15-К1). 

Возлагая ответственность в виде субсидиарной ответственности на ФИО4 ввиду неподачи в регистрирующий орган возражений против ликвидации юридического лица, судом первой инстанции при этом не принято во внимание, что не лишен права на подачу таких возражений и истец, являющийся заинтересованным лицом в сохранении общества и взыскании с него задолженности. При этом, то обстоятельство, что ответчиками возражения поданы не были, не является безусловным основанием для признания их действий по руководству обществом недобросовестными и не свидетельствует об умышленном причинении вреда такими действиями истцу.

Какие-либо доказательства, подтверждающие, что Общество располагало имуществом, достаточным для исполнения обязательств перед истцом, но такое исполнение оказалось невозможным только в связи с исключением должника из ЕГРЮЛ, в материалах дела отсутствуют. 

Истец не представил доказательств того, что при наличии достаточных денежных средств ответчики уклонялись от погашения задолженности перед истцом, скрывали имущество общества, выводили активы, в то время как операции, на которые ссылается истец, осуществлены до даты возникновения задолженности перед ООО «ГАК» и не могут свидетельствовать об умышленных действиях контролировавших общество лиц, направленных на неисполнение обязательств перед истцом.

Кроме того, при оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица-руководителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом. 

Между тем, наличие соответствующих обстоятельств истцом доказано не было. Представленные же истцом доказательства и приведенные доводы, вопреки его мнению, такие обстоятельства не подтверждают. 

 Наличие непогашенной задолженности само по себе не является бесспорным доказательством вины ответчиков в неуплате долга.

Таким образом, учитывая изложенные обстоятельства суд апелляционной инстанции приходит к выводу о неправомерности и необоснованности выводов суда первой инстанции, полагает их не соответствующими фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, что привело к принятию неправильного судебного акта и возложению ответственности на лицо, чья вина и неправомерность действий не доказана, в силу чего обжалуемое решение подлежит отмене. В удовлетворении иска належит отказать. 

В связи с удовлетворением апелляционной жалобы ответчика расходы по уплате госпошлины, понесенные им при обращении с апелляционной жалобой, подлежат взысканию в его пользу с истца.

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 21.09.2023 по делу №  А56-131233/2022 отменить и принять по делу новый судебный акт.

В удовлетворении иска отказать.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО4 3 000 рублей госпошлины, уплаченной при подаче апелляционной жалобы.

 Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.В. Масенкова

Судьи

 

В.А. Семиглазов

 В.Б. Слобожанина