АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВОЛОГОДСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Герцена, д. 1 «а», Вологда, 160000

Именем Российской Федерации

 

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А13-10366/2018

город Вологда

19 апреля 2022 года

 

Резолютивная часть решения объявлена 15 апреля 2022 года.

Полный текст решения изготовлен 19 апреля 2022 года.

Арбитражный суд Вологодской области в составе судьи Шестаковой Н.А., при ведении протокола судебного секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Молоко» о признании частично недействительным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по Вологодской области от 26.03.2018 №1, с привлечением третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, производственного кооператива «Молоко», 

при участии от заявителя и третьего лица ФИО2 по доверенностям от 20.12.2021 и 03.06.2019, от инспекции ФИО3 по доверенностям от 27.12.2021, ФИО4 по доверенности от 25.06.2020,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Молоко»  (далее – ОО «Молоко», общество, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Вологодской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (том 2 лист 89), к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по Вологодской области (далее – инспекция, налоговый орган) о признании недействительным решения от 26.03.2018 №1 в части доначисления налога на добавленную стоимость (далее – НДС) в сумме 5 103 717 руб., налога на прибыль организаций (далее – налог на прибыль) в сумме 1 233 250 руб., пеней в общей сумме 2 069 684 руб. 03 коп., привлечения к ответственности в виде штрафа в сумме 220 696 руб. 15 коп.

Определением суда от 16 апреля 2019 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен производственный кооператив «Молоко». 

В обоснование заявленных требований общество ссылается на несоответствие оспариваемого решения требованиям Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) и нарушение прав общества. По мнению заявителя, налоговым органом не доказано создание схемы уклонения от уплаты налогов. При определении доначисленного НДС инспекцией необоснованно начислен налог на сумму дохода от реализации, а не с применением расчетной ставки НДС. Кроме того, считает, что инспекцией необоснованно при доначислении налога на прибыль не учтен уплаченный производственным кооперативом «Молоко» (далее - ПК «Молоко») единый налог по упрощенной системе налогообложения (далее – УСН), что привело к двойному налогообложению. 

Инспекция в отзыве на заявление и ее представители в судебном заседании требования общества не признали, считают оспариваемое решение соответствующим требованиям НК РФ и не нарушающим права заявителя.

Заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд признает требования общества подлежащими удовлетворению частично.

Как следует из материалов дела, инспекцией проведена выездная налоговая проверка общества, о чем составлен акт от 15.01.2018 №1. На основании акта проверки и по результатам рассмотрения возражений налогоплательщика инспекцией принято решение от 26.03.2018 №1, которым обществу доначислены НДС в сумме 5 103 717 руб., пени в сумме 1 707 036 руб. 24 коп., штраф в сумме 158 694 руб., 65 коп., налог на прибыль в сумме 1 269 235 руб., пени в сумме 370 908 руб. 75 коп., штраф в сумме 63 461 руб. 75 коп., пени по налогу на доходы физических лиц (далее – НДФЛ) в сумме 10 626 руб. 81 коп., штраф в сумме 339 руб. (том 1 листы 58-108).

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Вологодской области от 25.06.2018 № 07-09/09271@ решение инспекции отменено в части завышения суммы налога на прибыль исходя из расчета материальных расходов без учета затрат по списанию в производство, соответствующих сумм пеней и штрафных санкций, в остальной части решение инспекции утверждено без изменений (том 1 листы 129-139). 

Решением от 01.06.2020 № 06-08/3253 налоговый орган внес изменения в оспариваемое решение, резолютивная часть решения от 26.03.2018 №1 изложена в новой редакции: обществу доначислен НДС в сумме 4 090 159 руб., пени в сумме 1 371 995 руб. 19 коп., штраф в сумме 124 849 руб. 15 коп., пени по налогу на доходы физических лиц в сумме 10 626 руб. 81 коп.,  штраф по НДФЛ в сумме 339 руб. Внесены соответствующие изменения в лицевой счет налогоплательщика (том 71 листы 140-149, том 72 листы 1-10). 

В оспариваемом решении  налоговым органом установлено применение ООО «Молоко» схемы, направленной на получение необоснованной налоговой выгоды в виде уменьшения размера налоговых обязательств по налогу на прибыль и НДС путем «дробления бизнеса» и осуществления хозяйственной деятельности через взаимозависимую организацию – ПК «Молоко», применяющую специальный налоговый режим УСН. Инспекция указывает, что с целью уменьшения размера налоговых обязательств по налогу на прибыль и НДС общество, начиная с 2013 года, перенесло объемы реализации молока и молочной продукции на взаимозависимую организацию – ПК «Молоко». Причем, до 2013 года ООО «Молоко» являлось производителем и продавцом готовой молочной продукции и имело в собственности имущество, необходимое как для производства, так и для перевозки и реализации готовой продукции. 

Как следует из материалов дела, 27.06.1996 создано ОАО «Молоко», которое занималось производством и реализацией молочной продукции, в собственности находилось здание маслозавода площадью 743,8 кв.м., среднесписочная численность до реорганизации составляла 47 человек (том 58). 

В представленном обществе докладе от 20.07.2007 директор ОАО «Молоко» ФИО5 проинформировал о решении акционеров ОАО «Молоко» объединиться в ПК «Молоко» и внести в качестве паев свои акции, так как появилась угроза скупки акций завода посторонними лицами, что может повлечь утрату права акционеров на приятие ключевых решений в деятельности маслозавода. ФИО5 призвал акционеров ОАО «Молоко» принять участие в создании ПК «Молоко» с возможностью внесения в качестве паевого взноса акций ОАО «Молоко»  (том 71 листы 82-85).

Протоколом общего собрания учредителей ПК «Молоко» от 20.07.2007 №1 определена необходимость создания ПК «Молоко» с паевым фондом в размере 153 300 руб., утверждено, что в качестве паевого взноса могут быть внесены деньги, ценные бумаги, в том числе акции ОАО «Молоко», иное имущество, имущественные права (том 57 листы 63-165,). По итогам общего собрания  20.07.2007 принято решение о создании ПК «Молоко», избрано правление в составе 3 человек: ФИО6, ФИО7, ФИО8, председателем на 5 лет назначен ФИО5 16.08.2007 кооператив поставлен на налоговый учет, зарегистрирован по адресу: 

<

...>. Среднесписочная численность за 2009 год составила 2 человека, за 2010 год – 2 человека, за 2011 – 2 человека, за 2012 год – 2 человека, за 2013 год – 19 человек (том 65 листы 6-46). 

Согласно протоколу заседания правления ПК «Молоко» от 28.09.2012 утвержден план поэтапного перевода производственной деятельности в ПК «Молоко». Согласно плану, в 1 этап включается покупка у ООО «Молоко» транспортных средств, заключение с ООО «Молоко» договора аренды автотранспорта, прием работников, заключение трудовых договоров, договоров о материальной ответственности, заключение договоров с поставщиками, покупателями, закупка контрольно-кассовой техники, онлайн кассы, постановка на учет в налоговой, заключение договоров на обслуживание банковского счета, подключение функции зарплатный проект, заключение договора с ООО «Молоко» на переработку сырья. Во 2 этап включается: получение ПК «Молоко» сертификатов на продукцию, получение добровольной сертификации «настоящий вологодский продукт», разработка макетов упаковки на продукцию, заключение договора на поставку упаковки. В 3 этап входит: прием работников основного производства, заключение трудовых договоров, договоров о материальной ответственности, заключение с ООО «Молоко» договоров аренды здания и оборудования, приобретение транспортных средств у ООО «Молоко» (том 74 листы 39-41). 

Во исполнение указанного плана обществом представлены декларации о соответствии ПК «Молоко» на молочную продукцию от 28.12.2017, 11.11.2020 сроком действия до 2023 года; сертификаты соответствия на молочную продукцию изготовителя ПК «Молоко» сроком действия с 27.12.2017 по 26.12.2020, 26.10.2020 по 25.10.2023; скрин страницы сайта «Настоящий вологодский продукт» о включении ПК «Молоко» в список предприятий, участвующих в системе добровольной сертификации «Настоящий вологодский продукт»; договоры аренды зданий и оборудования от 29.12.2017 №1 и 31.12.2018 №1, согласно которому ООО «Молоко» передает ПК «Молоко» производственные здания и оборудование для производства молочной продукции; подтверждение предоставлении ПК «Молоко» права неисключительного использования товарного знака «Настоящий вологодский продукт» (том 74 листы 1-31, том 75 листы 1-13). 

Согласно протоколу общего собрания ПК «Молоко» от 21.12.2012 принято решение о переводе с 01.01.2013 хозяйственной деятельности ООО «Молоко» в ПК «Молоко» согласно плану (том 74 листы 51-52).  

Общество указывает, что процесс перевода деятельности занял длительный промежуток времени, поскольку имелись значительные остатки упаковки с логотипом ООО «Молоко», которые необходимо было использовать в производственной деятельности. В подтверждение обществом представлены остатки по счету 10.04 ООО «Молоко» за период с 31.12.2012 по 31.12.2017 (том 74 листы 42-50). Так, по состоянию на 31.12.2012 у общества имелись остатки упаковки на сумму 893 874 руб. 35 коп., на 31.12.2015 - на сумму 820 654 руб. 74 коп., на 31.12.2016 – на сумму 812 538 руб. 89 коп., на 31.12.2017 – на сумму 193 259 руб. 02 коп.  

В проверяемый период ПК «Молоко» находилось на УСН (том 59 листы 44-150). Основным видом деятельности являлось производство молочных продуктов. До 2013 года производственная деятельность не осуществлялась, работники отсутствовали, производственных помещений и оборудования для производства молочной продукции не имелось.  

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), ООО «Молоко» создано 01.08.2008, единственным учредителем является ПК «Молоко», руководителем с момента создания являлся ФИО5 Внеочередным собранием от 12.09.2008 директором назначена ФИО8 Юридическим адресом является 

<

...>. Основным видом деятельности является производство молочных продуктов. Среднесписочная численность за 2008 год составила 39 человек, за 2009 год – 39 человек, за 2010 год – 44 человека, за 2011 год – 45 человек, за 2012 год – 43 человека, за 2013 год – 29 человек. Согласно штатному расписанию на 2014 год штат составлял 26 единиц, из них 5 единиц – административно-управленческий аппарат, 16 единиц – основное производство (мастер, помощник мастера, технолог, рабочая 1 разряда, рабочая 2 разряда, рабочая 3 разряда, рабочая 4 разряда, рабочая по складу, лаборант, прачка, механик вспомогательного производства), 2 единицы – автотранспорт (механик, водитель легкового автомобиля), 3 единицы – энергослужба (машинист парового котла, машинист холодильно-аммиачной установки). Общество с момента образования и до 2015 года находилось на общепринятой системе налогообложения (том 60 листы 1-122). 

Налоговым органом проанализированы показатели налоговой отчетности общества и ПК «Молоко». Так, с 2013 года выручка общества уменьшилась с 55 748 294 руб. до 28 064 244 руб. В то же время ПК «Молоко» до 2013 года практически не отражал налоговой базы по налогу на прибыль, а в 2013 году доходы составили 42 442 500 руб., расходы – 41 962 075 руб.

Административное здание, расположенное по адресу: 

<

...> находится в собственности ПК «Молоко», а также в безвозмездном и бессрочном пользовании ООО «Молоко», причем по указанному адресу хозяйственная деятельность ведется обеими организациями, а все расходы по содержанию здания несет ООО «Молоко» без возмещения затрат ПК «Молоко» (том 59 листы 17-43). 

Транспортные средства находятся в собственности ООО «Молоко» и предоставлены в аренду ПК «Молоко» (том 54 листы 115-150). В книге продаж за налоговые периоды 2014-2015гг. общество отражало сумму арендной платы. Однако, в бухгалтерском учете начисленная арендная плата отражена обществом по дебету  счета 76.5 «прочие расчеты с разными дебиторами/кредиторами» (том 72 листы 145-158), операций по перечислению денежных средств или взаимозачету не отражено, акты взаимозачета не представлены, платежные поручения от 26.01.2016 и 29.01.2016 в назначении платежа не содержат указания на аренду, в письмах о переадресации платежей ссылка на иной договор. 

Инспекцией установлено, что до 2013 года покупателями готовой молочной продукции ООО «Молоко» являлись индивидуальные предприниматели, предприятия потребкооперации, предприятия торговли, бюджетные учреждения, предприятия общественного питания; покупателями молока-сырья ООО «Молоко» до 2013 года являлись ОАО «Череповецкий молочный комбинат», ПО «Вологодский молочный комбинат». Начиная с 2013 года ООО «Молоко», будучи производителем молочной продукции, передает ее и молоко-сырье для реализации ПК «Молоко». При этом, покупателями молочной продукции и молока-сырья остались те же лица. 

По мнению налогового органа, применение схемы минимизации налогообложения при помощи дробления бизнеса ООО «Молоко» стало возможным в силу аффилированности и взаимозависимости ООО «Молоко» и ПК «Молоко». 

В подтверждение взаимозависимости ООО «Молоко» и ПК «Молоко» инспекция ссылается на следующие обстоятельства: 

единый руководитель ООО «Молоко» и ПК «Молоко» - ФИО8, которая является распорядителем финансово-хозяйственной деятельности обеих организаций;

единственным учредителем ООО «Молоко» является ПК «Молоко»;

обе организации зарегистрированы и фактически располагаются по одному и тому же адресу, помещение принадлежит на праве собственности ООО «Молоко»;

организации имеют идентичный вид деятельности по коду ОКВЭД 15.5 – Производство молочных продуктов;

бухгалтерское обслуживание обеих организаций осуществляется одними и теми же лицами – ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, работающими одновременно в ООО «Молоко» и ПК «Молоко» и подчиняющимися ФИО8;

ФИО9, ФИО10, ФИО11 являются учредителями ПК «Молоко»;

в собственности ООО «Молоко» находилось необходимое для производства и реализации молочной продукции оборудование, имущество, транспортные средства, персонал, лицензии, в то время как ПК «Молоко» таких ресурсов не имел;

с 2013 года реализация готовой продукции была возложена на ПК «Молоко» с целью недопущения превышения выручки более 60 млн.руб.;

до 2013 года ПК «Молоко» находилось на общепринятой системе налогообложения.

По мнению инспекции, о совершении преднамеренных действий, свидетельствующих о создании схемы дробления бизнеса, говорят следующие факты:

отсутствие деловой цели при создании ПК «Молоко», поскольку ООО «Молоко» имело необходимое имущество, оборудование, транспортные средства, лицензии, разрешения, специалистов для осуществления самостоятельной деятельности;

основным производителем готовой молочной продукции, а значит основным источником дохода для ПК «Молоко» являлось ООО «Молоко»;

перевод некоторых работников из ООО «Молоко» в штат ПК «Молоко» являлся формальным;

документооборот, сложившийся между ООО «Молоко» и ПК «Молоко», не соответствует документообороту между отдельными самостоятельными организациями: административно-распорядительные функции  выполняют одни и те же лица, документы ООО «Молоко» и ПК «Молоко» хранятся смешанно; часть путевых листов ООО «Молоко» выписана на оприходованное ПК «Молоко» молоко-сырье, при этом, водители не являются работниками общества; в декабре 2012 года водители общества были переведены на должность водителей в ПК «Молоко», транспортные средства переданы в пользование ПК «Молоко», однако, перевозка осуществляется в интересах обеих организаций; 

формальное заключение договоров аренды движимого и недвижимого имущества (том 69 листы 28-30), договора на выполнение работ по переработке давальческого сырья между ООО «Молоко» и ПК «Молоко» указывает на отсутствие реальных взаимоотношений между вышеназванными организациями; 

осуществление контроля со стороны руководства за деятельностью организаций ООО «Молоко» и ПК «Молоко».

Согласно договору на выполнение работ по переработке давальческого сырья от 25.12.2012 ООО «Молоко» (подрядчик) обязалось выполнить услуги по переработке на своих производственных мощностях сырья, передаваемого заказчиком (ПК «Молоко») и готовую молочную продукцию (творог обезжиренный, сметана, масло, кефир, молоко) (том  68 листы 138-142).

Согласно пунктам 1.2 и 1.3 договора заказчик передает подрядчику молоко-сырье в перерасчете на базисную жирность 3,4% для переработки. Подрядчик обязуется провести переработку всего сырья, переданного ему заказчиком, в объеме, согласованном сторонами. Сырье для переработки передается заказчиком по согласованному графику и принимается на складе подрядчика по акту приемки-передачи, подписанному в двустороннем порядке. Заказчик, в свою очередь, обязуется оплатить работы подрядчику согласно смете и актам выполненных работ (пункт 4.1 договора). Доставка сырья осуществляется транспортом подрядчика за счет заказчика. Доставка входит в цену на продукцию. Согласно дополнительному соглашению к договору от 25.12.2012 пункту 3.4 и 4.1 договора считаются недействительными, пункт 3.4 изложен в следующей редакции «доставка сырья осуществляется заказчиком». Хранение продукции осуществляется подрядчиком (пункт 9.1 договора). Согласно пунктам 4.1.4 и 4.1 договора заказчик обязуется возместить расходы подрядчика по хранению и доставке сырья. Подрядчик обязуется принять и переработать сырье, передаваемое заказчиком, обеспечить выработку готовой продукции, выпустить продукцию по качеству, соответствующему требованиям ГОСТ, ТУ ФЗ, обеспечить отгрузку продукции в соответствии со сроками, указанными в спецификации. В случае получения от заказчика разнарядки на вывоз готовой продукции обеспечить отгрузку готовой продукции, полученной в процессе переработки сырья, по реквизитам получателей готовой продукции, указанных в разнарядках подрядчика (пункт 4.2 договора). Согласно пункту 8.3 договора сырье считается принятым по количеству товара согласно товарно-транспортным накладным.  

Сопоставляя условия договора и документы налогоплательщика, налоговым органом установлено, что:

из показаний водителей ФИО13, ФИО14, механика ФИО7 следует, что молоко-сырье, отгружаемое в адрес ООО «Молоко» и ПК «Молоко», перевозилось общим объемом в одной машине в одном отсеке для обеих организаций одновременно, при этом при отгрузке сырья поставщиками выписывалась одна накладная либо одна товарно-транспортная накладная без полного указания организации-покупателя, что не позволяет идентифицировать конкретного представителя покупателя, получившего молоко-сырье;

передача молока-сырья от ПК «Молоко» в ООО «Молоко» для его дальнейшего использования в производстве готовой молочной продукции документами не оформлялась, стоимость приобретенного от ПК «Молоко» молока-сырья, как и стоимость изготовленной молочной продукции, предназначенной для передачи в ПК «Молоко», в бухгалтерском учете ООО «Молоко» не учитывалась и не отражалась. ООО «Молоко» предъявляло в адрес ПК «Молоко» только счета за оказание услуг по переработке молочной продукции, которые отражались в бухгалтерском учете ООО «Молоко» в виде выручки. При этом, все затраты по производству готовой молочной продукции (заработная плата с начислениями, амортизация, услуги сторонних организаций, материалы и пр.), кроме молока-сырья, приобретенного от ПК «Молоко», учитывались у ООО «Молоко» на счете бухучета 20;

доставка сырья осуществлялась как ООО «Молоко», так и ПК «Молоко» одними и теми же водителями (тома 49-54,55), при этом, все транспортные средства находились в пользовании у ПК «Молоко» (том 54 листы 115-150);

приемка молока-сырья осуществлялась работниками ООО «Молоко»;

хранение готовой продукции осуществлялось на складе ООО «Молоко»;отгрузка готовой продукции со склада ООО «Молоко» производилась работниками общества без участия ПК «Молоко»;

возмещение расходов по хранению и доставке сырья в ходе налоговой проверки не установлено;

аттестованная лаборатория имеется только у ООО «Молоко», ПК «Молоко» своей лаборатории не имеет.

Поставщики, у которых закупалось молоко-сырье ООО «Молоко» и с 2013 года ПК «Молоко», являются постоянными поставщиками на протяжении многих лет с момента образования маслозавода, ассортимент молочной продукции также был неизменен на протяжении многих лет (том 68). При этом, поставщики молока-сырья не знали в адрес какой организации отгружали молоко-сырье, распределение объема отгруженного молока на организации происходило на молокозаводе, о том, кому отгружено молоко, узнавали при получении приемочных квитанций от покупателей, которые оформлялись на молокозаводе.

 В представленных инспекцией в суд для обозрения оригиналах накладных имеются явные исправления с помощью корректора организационно-правовой формы «Молоко» (том 10 листы 74-150).

  Свидетели ФИО8, ФИО9 в ходе допроса пояснили, что ПК «Молоко» было создано с целью сохранения предприятия (маслозавода), для чего акции ОАО «Молоко» были переведены в паи ПК «Молоко». После создания ПК «Молоко» предприятие какое-то время не работало, поскольку не имело возможности самостоятельно осуществлять деятельность ввиду отсутствия лицензии и оборудования. В результате выведения всех акций из ОАО «Молоко» в ПК «Молоко» ОАО «Молоко» не могло осуществлять производственную деятельность, вследствие чего было принято решение создать новое предприятие – ООО «Молоко». По передаточному акту в ООО «Молоко» было передано оборудование, переведена часть сотрудников и ООО «Молоко» также беспрерывно продолжало осуществлять деятельность по производству молочных продуктов. При этом, при наличии всех производственных ресурсов ООО «Молоко» с момента создания по настоящее время имело возможность самостоятельно осуществлять финансово-хозяйственную деятельность как самостоятельная организация без участия ПК «Молоко». Также свидетель пояснила, что в 2014 году реализация готовой молочной продукции была передана в ПК «Молоко», чтобы выручка от реализации в целом не превысила градацию 60 млн.руб. Данное обстоятельство позволяло ПК «Молоко» находится на упрощенной системе налогообложения и способствовало снижению налоговой нагрузки (том 70). 

Из имеющихся у налогового органа справок 2-НДФЛ и трудовых договоров усматривается, что работники совмещали основную работу в одном из обществ с работой по совместительству в другой (том 71 листы 1-66). Работники ООО «Молоко» и ПК «Молоко» ссылались на единство деятельности организаций в связи с единым руководством организаций, замещение административно-распорядительных должностей одними и теми же лицами. Исходя из показаний свидетелей ФИО12, ФИО11, ФИО10, ФИО9, ФИО15, производственные собрания проводились для работников обеих организаций (том 70). 

Свидетель ФИО16, помощник мастера, в ходе допроса указала, что разделение предприятий произошло для вывода акций для сохранения предприятий в руках пайщиков. Деловая цель при создании ПК «Молоко» состояла в том, чтобы уменьшить налоговую нагрузку для предприятия. При этом у ООО «Молоко» была возможность заниматься реализацией молочной продукции после реорганизации. В 2014 году ООО «Молоко» прекратило реализацию готовой продукции в связи с передачей ресурсов в ПК «Молоко» для уменьшения налоговой нагрузки (том 70 листы 66-71).

Свидетели ФИО17, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22 пояснили, что ООО «Молоко» и ПК «Молоко» работали как одно предприятие, для них обе организации являются одним хозяйствующим субъектом (том 69, 70). Свидетели ФИО23, кассир ПК «Молоко», ФИО11, бухгалтер ПК «Молоко», пояснили, что оргтехника является общей, общая база данных, на одном компьютере находятся бухгалтерские программы, вместе хранятся трудовые книжки, печати, штампы работников обеих организаций, ФИО23 заполняла трудовые книжки работников общества и ПК «Молоко» (том 69 листы 74-88, том 70 листы 32-46).

Осмотром помещения и из показаний свидетелей ФИО9, ФИО10, ФИО23 установлено, что бухгалтерские, кадровые документы и регистры бухгалтерского учета двух предприятий хранятся совместно (том 71 листы 68-77).

Свидетель ФИО24 указала, что работала в ООО «Молоко» аппаратчиком, приемка молока осуществлялась по весу от ООО «Молоко» и ПК «Молоко» с одной машины и распределялась по танкам в зависимости от жирности (том 69 листы 54-64). 

Свидетель ФИО25, сторож, указал, что перевод работников из общества в ПК «Молоко» осуществлялся без объяснения причин, в работе ничего не изменилось (том 69 листы 135-146).

Свидетель ФИО7 пояснил, что работал в обществе и ПК «Молоко» по совместительству в должности механика, зарплату получал в двух организациях, служебные задания по обеим организациям получал от ФИО8, для выполнения служебных заданий использовался транспорт и общества, и ПК «Молоко» (том 69 листы 147-156),

Численность сотрудников ПК «Молоко» возросла с 1 человека в 2012 году до 38 человек в 2013 году, из них 28 человек (74%) в 2012, 2013гг. получали доход в обществе. При этом, 20 сотрудникам ПК «Молоко», согласно справкам 2-НДФЛ, в 2013 году выплачивался постоянный доход на протяжении полугода, из них 16 человек ранее получали доход в ООО «Молоко». В связи с чем, из 20 постоянных работников ПК «Молоко» 16 человек, что составляет 80% от общего количества, ранее были работниками общества (том 72 листы 95-97). 

Налоговым органом исследовано движение денежных средств по счетам ООО «Молоко» и ПК «Молоко», открытых в одном банке (том 62-64). До 2013 года на счета ООО «Молоко» поступали денежные средства от покупателей молочной продукции, производилась оплата поставщикам сырья и материалов, необходимых для производства молочной продукции, оплата горюче-смазочных материалов, электроэнергии, услуг связи, услуг сторонних организаций, зарплаты. В 2014-2015гг. на счета ООО «Молоко» поступали денежные средства от ПК «Молоко» за услуги по переработке продукции и покупателей молочной продукции; производилась оплата поставщикам сырья и материалов необходимых для производства молочной продукции, оплата горюче-смазочных материалов, электроэнергии, услуг связи, услуг сторонних организаций. Расчеты с поставщиками сырья в 2014-2055гг. осуществлялись как ООО «Молоко», так и ПК «Молоко».  

До 2013 года ПК «Молоко» производственную деятельность не осуществляло, расчетов не производило. В 2014-2015гг. на счета ПК «Молоко» поступали денежные средства от покупателей молочной продукции, производилась оплата услуг ООО «Молоко» по переработке готовой продукции, поставщикам сырья и материалов, необходимых для производства молочной продукции, оплата горюче-смазочных материалов, угля, услуг сторонних организаций. 

Согласно имеющимся в материалах налоговой проверки договорам контрактации сельскохозяйственной продукции, с 2013 года часть функций по закупу сырья, необходимого для производства кисломолочной продукции, возложена на ПК «Молоко». В проверяемый период действовали идентичные договоры поставщиков молока-сырья с обществом, и с ПК «Молоко», причем, договоры составлены в идентичной форме, с одинаковыми условиями. Опрошенные инспекцией поставщики сырья – главный бухгалтер СПК колхоз «Маяк» ФИО17, глава КФХ ФИО6, директор ООО «Первое» ФИО26, главный бухгалтер СПК колхоз «Земледелец» ФИО17, ГКФХ ФИО27, главный бухгалтер СХА «Колхоз» «Рассвет» ФИО28, работник ООО «Молоко» ФИО24 указали, что не знают в адрес какой организации отгружали молоко, при отгрузке указывали в накладных просто «Молоко», о том, кому отгружали молоко узнавали при получении приемочных квитанций от покупателей (том 69 листы 98-133, том 70 листы 73-81, том 72 листы 109-117). Приемка молока от поставщиков осуществлялась непосредственно работниками общества, в штате ПК «Молоко» соответствующих работников не было, передача сырья от ПК «Молоко» в общество документами в бухгалтерском учете не оформлялась, что подтверждается показаниями главного бухгалтера общества ФИО9 Исходя из показаний свидетелей ФИО17, ФИО17, ФИО6, спорные вопросы по количеству и качеству молока-сырья от имени ООО «Молоко» и ПК «Молоко» с поставщиками решали работники ООО «Молоко». Кроме того, из представленных обществом в ходе налоговой проверки накладных и товарно-транспортных накладных установлено, что в части документов организационно-правовая форма грузополучателя дописана от руки, при этом основной текст является печатным, либо вообще отсутствует, что не позволяет идентифицировать грузополучателя. 

Кроме того, налоговый орган указывает, что заключение договора на выполнение работ по переработке давальческого сырья не привело к оптимизации производственного процесса и укрепления социально-экономического потенциала ООО «Молоко», поскольку от услуг по переработке давальческого сырья обществом получена нулевая рентабельность. Согласно расчетам стоимости переработки давальческого сырья, представленным обществом, за 2014 год затраты на выработку готовой продукции, включая сырье, составили 51 806 377 руб. 18 коп., за 2015 год – 52 122 301 руб. 91 коп. Производственные затраты общества полностью не перепредъявлялись ПК «Молоко». Так, согласно карточке счета 62 «Расчеты с покупателями и заказчиками», за 2014 год общество выставило счетов-фактур по переработке молока-сырья на 10 985 042 руб. 51 коп., за 2015 год – на 11 612 511 руб. 94 коп. В стоимость переработки включена фактическая себестоимость услуг переработки без учета вознаграждения за оказанные услуги и без учета стоимости молока-сырья. Себестоимость услуг включает в себя затраты на топливо, вспомогательные материалы, электроэнергию, тару, ремонт и содержание оборудования, транспортно-заготовительные расходы, зарплату с начислениями, общехозяйственные расходы. 

Отгрузка готовой продукции со склада общества производится работниками общества, о чем свидетельствуют подписи в первичных документах и подтверждено свидетелем ФИО22 (мастер на производстве общества). Действительно, как указывает заявитель, обязанность по отгрузке готовой продукции договором от 25.12.2012 возложена на общество. В связи с чем, участие ПК «Молоко» в производственном процессе реализации готовой продукции минимально и в большей степени формально, поскольку согласно путевым листам и отгрузка, и перевозка продукции осуществлялась самим обществом, при этом, покупатели изменений в порядке доставки продукции не увидели. 

Налоговым органом проведены встречные проверки покупателей молочной продукции, в результате которых установлено, что после 2013 года также поставлялась молочная продукция производства ООО «Молоко», порядок поставки не изменился. Допрошенные инспекцией бухгалтер Белозерской коррекционной школы-интерната ФИО29, завхоз Детского сада «Кораблик» ФИО30 указали, что молочная продукция приобреталась у ООО «Молоко», а с 2014 года – у ПК «Молоко» в том же ассортименте, порядок поставки не изменился, водители и грузчики были те же (том 69 листы 64-72). Сертификацию продукции, заказ упаковки, рекламные акции проводились ООО «Молоко» (том 65 листы 47-75). 

На основании изложенного, инспекцией установлено, что общество в нарушение статьи 249 НК РФ не включило в состав доходов от реализации за 2014 год выручку от реализации готовой продукции в сумме 51 433 311 руб. 22 коп., за 2015 год – в сумме 49 918 635 руб. 76 коп. При этом, из доходов общества исключены доходы, полученные от взаимоотношений с ПК «Молоко» (по договорам аренды, договору на выполнение работ по переработке давальческого сырья) в сумме 11 156 821 руб. 09 коп. за 2014 год и в сумме 11 815 901 руб. 74 коп. за 2015 год, так как деятельность по их оказанию носит формальный характер (том 34 листы 48-63). В результате инспекцией установлено, что сумма доходов общества от реализации продукции за 2014 год составила 66 681 522 руб. 14 коп., за 2015 год – 66 228 175 руб.

Согласно налоговым декларациям общества, расходы по налогу на прибыль за 2014 год составили 25 431 004 руб., за 2015 год – 28 059 463 руб. В ходе налоговой проверки обществом представлены первичные документы по произведенным расходам за  2014 год в сумме 47 313 588 руб. 85 коп., за 2015 год – в сумме 47 312 282 руб. 19 коп. Из указанных сумм расходов инспекцией исключены расходы по договорам аренды и договорам на выполнение работ по переработке давальческого сырья в сумме 11 156 822 руб. 08 коп. за 2014 год и в сумме 11 815 901 руб. 74 коп. за 2015 год. Затраты, связанные с приобретением молока-сырья и реализацией молочной продукции, относящиеся к деятельности аффилированной организации ПК «Молоко», учтены инспекцией при исчислении налога на прибыль обществу в сумме 36 156 766 руб. 77 коп. за 2014 год и в сумме 35 496 380 руб. 79 коп. за 2015 год (том 34 листы 64-78). Всего расходы за 2014 год составили 61 587 771 руб., за 2015 год – 63 555 843 руб. 45 коп.(том 38 листы 65-74 Всего по итогам налоговой проверки, за 2014 год исчислен налог на прибыль в сумме 890 871 руб., доначислено 823 944 руб.; за 2015 год исчислен налог на прибыль в сумме 445 291 руб., доначислен налог на прибыль  в сумме 409 306 руб., установлено завышение убытка за 2015 год  в сумме 379 898 руб. (том 34 листы 81-82). Также налоговой проверкой установлено необоснованное занижение налоговой базы по НДС на сумму выручки в размере 51 433 311 руб. за 2014 год и в сумме 49 918 636 руб. за 2015 год, в связи с чем, установлено занижение исчисленного в налоговых декларациях НДС в сумме 3 135 256 руб. за 2014 год и в сумме 2 865 002 руб. за 2015 год. В ходе налоговой проверки обществом документально подтверждены вычеты в сумме 1 415 844 руб. за 2014 год и в сумме 1 581 349 руб. за 2015 год (том 38 листы 106-120). В результате неуплата НДС за 2014 год составила 2 703 438 руб., за 2015 год – 2 400 279 руб. (страница 74 решения). 

В пункте 44 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 указано, что по смыслу статей 101 и 101.4 НК РФ после вынесения решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения либо решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения руководитель (заместитель руководителя) налогового органа не вправе вносить в это решение изменения, ухудшающие положение лица, в отношении которого такое решение было вынесено, за исключением исправления описок, опечаток и арифметических ошибок. В то же время следует признать допустимым внесение налоговым органом в названные решения изменений, а также полную их отмену, если это влечет улучшение положения налогоплательщика.

Руководствуясь данным разъяснением, письмом от 01.06.2020 № 06-08/3253 налоговый орган внес изменения в оспариваемое решение, резолютивная часть решения изложена в новой редакции: обществу доначислен НДС в сумме 4 090 159 руб., пени в сумме 1 371 995 руб. 19 коп., штраф в сумме 124 849 руб. 15 коп., пени по налогу на доходы физических лиц в сумме 10 626 руб. 81 коп.,  штраф по НДФЛ в сумме 339 руб. В указанном решении налоговый орган уменьшил сумму доначисленного НДС в связи с применением расчетной ставки НДС, а также произвел перерасчет суммы дохода от реализации молочной продукции с учетом фактически представленных первичных документов.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.05.2014 № 33 «О некоторых вопросах, возникающих у арбитражных судов при рассмотрении дел, связанных с взиманием налога на добавленную стоимость», по смыслу положений пунктов 1 и 4 статьи 168 НК РФ сумма налога, предъявляемая покупателю при реализации товаров (работ, услуг), передаче имущественных прав, должна быть учтена при определении окончательного размера указанной в договоре цены и выделена в расчетных и первичных учетных документах, счетах-фактурах отдельной строкой. При этом, бремя обеспечения выполнения этих требований лежит на продавце как налогоплательщике, обязанном учесть такую операцию по реализации при формировании налоговой базы и исчислении подлежащего уплате в бюджет налога по итогам соответствующего налогового периода.

В связи с этим, если в договоре нет прямого указания на то, что установленная в нем цена не включает в себя сумму налога и иное не следует из обстоятельств, предшествующих заключению договора, или прочих условий договора, судам надлежит исходить из того, что предъявляемая покупателю продавцом сумма налога выделяется последним из указанной в договоре цены, для чего определяется расчетным методом (пункт 4 статьи 164 НК РФ).

Также согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2018 № 306-КГ18-13128 по делу № А12-36108/2017, при реализации товаров (работ, услуг) покупателям НДС не может исчисляться в сумме, которая не соответствовала бы реально сформированной цене и не могла быть полностью предъявлена к оплате покупателями в ее составе, что по существу означало бы взимание налога без переложения на потребителя, за счет иного экономического источника - собственного имущества хозяйствующего субъекта (продавца).

В настоящее время возможность увеличения цены сделки и дополнительного взыскания сумм НДС с покупателя в случае неправильного учета налога продавцом при формировании окончательного размера цены договора допускается судебной практикой в случаях, когда такая возможность согласована обеими сторонами договора в соответствии со статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, либо предусмотрена нормативными правовыми актами.

В данном случае общество лишено возможности увеличить цену сделок с покупателями, взыскать с покупателей - физических лиц суммы НДС, исчисленные инспекцией по ставке 10%. Таким образом, применение инспекцией ставки 10% к цене договоров приводит к исчислению НДС в повышенном размере, который невозможно предъявить к уплате покупателям. При таких обстоятельствах исчисление инспекцией налога по ставке 10 процентов в дополнение к установленной в договорах цене, вместо выделения налога с применением расчетной ставки 10/110, не может быть признано правомерным. Данная позиция соответствует правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2018 № 306-КГ18-13128.

Таким образом, расчет НДС в связи с применением расчетной ставки, а также перерасчет суммы дохода от реализации молочной продукции с учетом фактически представленных первичных документов суд признает правомерным и соответствующим действительной налоговой обязанности налогоплательщика, в связи с чем, требования заявителя в части доначисления налога на прибыль в сумме 1 233 250 руб., пени в сумме 362 647 руб. 79 коп., штрафа в сумме 67 828 руб. 75 коп., НДС в сумме 1 013 558 руб., пени в сумме 335 041 руб. 05 коп., штрафа в сумме 33 845 руб. 50 коп. подлежат удовлетворению.

Под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия налоговым органом оспариваемого акта, возлагается на этот орган.

В связи с этим при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 АПК РФ.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» указал, что налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

 Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

При этом следует учитывать, что возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой, полученной налогоплательщиком путем совершения других предусмотренных или не запрещенных законом операций, не является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

Судам необходимо иметь в виду, что следующие обстоятельства сами по себе не могут служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной:

- создание организации незадолго до совершения хозяйственной операции;

- взаимозависимость участников сделок;

- неритмичный характер хозяйственных операций;

- нарушение налогового законодательства в прошлом;

- разовый характер операции;

- осуществление операции не по месту нахождения налогоплательщика;

- осуществление расчетов с использованием одного банка;

- осуществление транзитных платежей между участниками взаимосвязанных хозяйственных операций;

- использование посредников при осуществлении хозяйственных операций.

Однако эти обстоятельства в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами, в частности, указанными в пункте 5 указанного постановления, могут быть признаны обстоятельствами, свидетельствующими о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Если суд на основании оценки представленных налоговым органом и налогоплательщиком доказательств придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд определяет объем прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции. Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Действительно, как следует из представленных доказательств, ПК «Молоко» был создан акционерами ОАО «Молоко» в 2007 году с внесением в качестве пая акций ОАО «Молоко». Причем, как следует из доклада директора ОАО «Молоко» и протокола общего собрания 20.07.2007, целью создания ПК «Молоко» являлось сохранение инициативы принятия основных вопросов деятельности маслозавода у акционеров. ПК «Молоко» не осуществлял деятельность вплоть до 2013 года. Однако, в 2008 году кооператив создал ООО «Молоко», где стал единственным учредителем. Согласно Уставу ООО «Молоко», высшим органом управления является общее собрание участников. Следовательно, фактически деятельность маслозавода контролировалась бывшими акционерами ОАО «Молоко», в настоящем - пайщиками ПК «Молоко». Таким образом, уже на 2008 год производственная деятельность по выработке молочной продукции находилась в руках учредителей ПК «Молоко». 

Решение общего собрания участников ПК «Молоко» о переводе хозяйственной деятельности на ООО «Молоко» с 01.01.2013 принято 21.12.2012, при этом, план поэтапного перевода деятельности утвержден правлением ПК «Молоко» еще 28.09.2012. Однако, определение основных направлений деятельности кооператива и планов его развития, в силу статьи 15 Федерального закона от 08.05.1996 № 41-ФЗ «О производственных кооперативах» и пункта 10.19 Устава ПК «Молоко», относится к исключительной компетенции общего собрания членов кооператива. Решением общего собрания кооператива от 21.12.2012 план перевода деятельности не утвержден. 

Общество указывает, что в процессе перевода деятельности кооператива заключены договоры поставки молока с 17.01.2015, договоры купли-продажи транспортных средств от 21.12.2017, договоры аренды транспортных средств от 31.12.2012, 31.12.2012, 01.03.2013, договоры на поставку расходных автомобильных материалов от 12.07.2013 на поставку канцелярских товаров от 02.08.2013, 23.09.2015, поставку нефтепродуктов 01.01.2014, поставки каменного угля от 01.07.2016, на приобретение электроэнергии от 15.12.2017, 12.12.2017, на оказание услуг по вывозу ТКО от 10.01.2018, лицензионный договор от 18.07.2018, кооперативом 29.12.2017 приобретена контрольно-кассовая техника. Кроме того, укомплектован штат сотрудников. Кроме того, имелся значительный объем упаковки молочной продукции с логотипом ООО «Молоко», подлежащий использованию только обществом.

Однако, из материалов дела не усматривается, что с 01.01.2013 осуществлялся планомерный перевод деятельности общества. Фактически общество и ПК «Молоко» действовали как единое предприятие. Так, деятельность обеих организаций осуществлялась в одном здании, причем кооператив затрат по содержанию здания не нес. Транспортные средства находились в собственности общества, однако, использовались совместно, о чем свидетельствуют показания покупателей молочной продукции и водителей, а также отсутствие реальных затрат по аренде.  Работники как общества, так и кооператива указали, что деятельность велась совместно, ведение бухгалтерского учета, кадровой службы, хранение документов, печатей, осуществлялось единым комплектом, использовалась единая бухгалтерская программа, производственные собрания проводились одновременно, перевод сотрудников осуществлялся без объяснения причин, при этом, место работы и выполняемые обязанности не изменялись. С учетом единого руководства обеих организаций такой формат организации деятельности исполнительных органов свидетельствует о совершении намеренных действий по созданию видимости разделения деятельности. При этом, руководитель и члены кооператива в ходе допроса подтвердили, что деятельность по реализации молочной продукции передана в ПК «Молоко» с целью минимизации налогообложения. Как следует из представленных справок 2-НДФЛ, штат сотрудников ПК «Молоко» был на 74% сформирован из сотрудников общества. Покупатели молочной продукции, состав которых не менялся на протяжении многих лет, также воспринимали обе организации как единое целое, указали на сохранение того же режима поставки, который был сформирован до 2013 года. Поставщики молока-сырья сдавали его на территории маслозавода, при этом, право определения грузополучателя (покупателя) молока оставляли за последним, фактически не знали, кому передают сырье. Данный факт подтверждается и первичными документами – накладными, которые имеют исправления («ПК» или «ООО») либо данная аббревиатура и вовсе отсутствует. 

Доводы общества о невозможности единовременного перевода деятельности на ПК «Молоко» в связи со значительными остатками упаковки с аббревиатурой «ООО «Молоко»» не подтверждаются, поскольку при постоянном выпуске молочной продукции объем остатков упаковки практически не изменялся на протяжении 2012-2016гг., заключение аналогичного договора на выпуск упаковки кооперативом документально не подтвержден.  В 2014, 2015 годах общество имело производственные ресурсы, в том числе, материальную базу, специализированные трудовые ресурсы, для самостоятельного осуществления всех этапов производства и реализации молочной продукции. Даже при наличии заключенных кооперативом договоров на приобретение сырья и реализацию готовой продукции фактически эти операции выполнялись обществом самостоятельно. 

Суд, оценив доводы сторон, приходит к выводу, что инспекцией представлена совокупность доказательств, свидетельствующих о создании обществом схемы снижения налоговой нагрузки путем дробления бизнеса.

Кроме того, заявитель указывает, что инспекцией при вынесении оспариваемого решения необоснованно не учтен уплаченный ПК «Молоко» УСН в сумме 996 867 руб. за 2014-2015гг. 

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 23.03.2022 № 307-ЭС21-17087, из существа правонарушения, как связанного с искусственным разделением налогооблагаемой деятельности, в действительности осуществляемой одним лицом или совокупностью лиц, вытекает, что в целях определения объема прав и обязанностей в соответствии с действительным экономическим смыслом осуществляемой деятельности должна происходить не только консолидация доходов (прибыли) группы лиц, но также - консолидация налогов, уплаченных с соответствующих доходов, таким образом, как если бы проверяемый налогоплательщик уплачивал УСН в бюджет за подконтрольных ему лиц. Это означает, что суммы налогов, уплаченные участниками группы в отношении дохода от искусственно разделенной деятельности должны учитываться при определении размера налоговой обязанности по общей системе налогообложения налогоплательщика - организатора группы и по общему правилу не могут считаться уплаченными излишне (безосновательно). Таким образом, сумма доначисленного НДС подлежит уменьшению на сумму уплаченного ПК «Молоко» УСН. 

На основании изложенного, требования общества подлежат удовлетворению частично, в части оспаривания решения инспекции о доначислении налога на прибыль в сумме 1 233 250 руб., пеней и налоговых санкций в соответствующем размере, НДС в сумме 2 010 425 руб., пеней и налоговых санкций в соответствующем размере. 

В связи с частичным удовлетворением предъявленных требований расходы по госпошлине в сумме 3000 руб. подлежат взысканию с инспекции в пользу заявителя согласно части 1 статьи 110 АПК РФ. 

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Вологодской области

р е ш и л:

признать не соответствующим требованиям Налогового кодекса Российской Федерации и недействительным решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по Вологодской области от 26.03.2018 №1 в части доначисления обществу с ограниченной ответственностью «Молоко» налога на прибыль организаций в сумме 1 233 250 руб., пеней и налоговых санкций в соответствующем размере, налога на добавленную стоимость в сумме 2 010 425 руб., пеней и налоговых санкций в соответствующем размере. 

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Обязать Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 5 по Вологодской области устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества с ограниченной ответственностью «Молоко».

Взыскать с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №5 по Вологодской области в пользу общества с ограниченной ответственностью «Молоко» расходы по уплате государственной пошлины в сумме 3000 руб.

В части признания недействительным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по Вологодской области решение суда подлежит немедленному исполнению.

Решение суда может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия. 

Судья                              Н.А. Шестакова