Дело № А39-6950/2020

город Владимир

19 апреля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 12 апреля 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 19 апреля 2023 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Волгиной О.А., 

судей Белякова Е.Н., Сарри Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2  

на определение Арбитражного суда Республики Мордовия от  21.12.2022 по делу № А39-6950/2020, о завершении процедуры реализации имущества ФИО2,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданки ФИО2 в Арбитражный суд Республики Мордовия обратился финансовый управляющий должника ФИО3 (далее – финансовый управляющий) с заявлением о завершении процедуры реализации имущества гражданина – должника.

Арбитражный суд Республики Мордовия определением от 21.12.2022 завершил процедуру реализации имущества должника; освободил ФИО2 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при проведении процедуры реализации имущества гражданина за исключением кредитора – общества с ограниченной ответственностью «Нэйва» (далее – ООО «Нэйва»); не применил в отношении ФИО2 правила об освобождении от исполнения требований                       ООО «Нэйва» в сумме 1 204 742 руб. 75 коп.; прекратил полномочия финансового управляющего; перечислил с депозитного счета Арбитражного суда Республики Мордовия на счет арбитражного управляющего 25 000 руб. 

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратилась в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просила отменить обжалуемое определение в части не применения правил об освобождении должника от исполнения обязательств перед ООО «Нэйва» и принять по делу новый судебный акт.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель апелляционной жалобы указывает на отсутствие оснований для неприменения к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств. Свою позицию заявитель мотивирует тем, что утрата предмета залога произошла по независящим                        от ФИО2 причинам, документы, подтверждающие данный факт представить в материалы дела не представляется возможным ввиду истечения срока хранения архивных материалов в МУ МВД «Щелковское». Заявитель ссылается на тот факт, что обстоятельства утраты транспортного средства, являющегося предметом залога, не по вине ФИО2 установлены определением Арбитражного суда Республики Мордовия от 21.03.2022 по делу            № А39-6950/2020, оставленным без изменения 

постановление

м Первого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2022 по настоящему делу.

ФИО2 также указывает на то, что в случае надлежащего исполнения должником своих обязательств по сохранности залогового имущества, при его реализации, ООО «Нэйва» вправе было рассчитывать на сумму                    252 540 руб., поскольку средняя рыночная стоимость залогового имущества                   по Республике Мордовия составляет 280 600 руб.

Более подробно доводы содержатся в апелляционной жалобе должника.

ООО «Нэйва» в отзыве указали на необоснованность доводов апелляционной жалобы; просили оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, отзыв на апелляционную жалобу не представили, явку полномочных представителей не обеспечили.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие  иных лиц, участвующих в деле, извещенных о месте и времени судебного заседания в порядке статей 121 (части 6) и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» при применении части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

Отсутствие в данном судебном заседании лиц, извещенных надлежащим образом о его проведении, не препятствует арбитражному суду апелляционной инстанции в осуществлении проверки судебного акта в обжалуемой части.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства арбитражный суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Возражений относительно проверки только части судебного акта                    от сторон не поступило.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением Арбитражного суда Республики Мордовия от 08.02.2021 ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина; финансовым управляющим  утвержден ФИО3 

Предметом заявления финансового управляющего являлось требование о завершении процедуры реализации имущества гражданина.

Руководствуясь статьей 2, пунктом 1 статьи 213.1, пунктами 7 и 8 статьи 213.9, пунктами 1 и 6 статьи 213.25, пунктами 1 и 2 статьи 213.28 Федерального Закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве), оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке, определенном в статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции обоснованно установил, что финансовый управляющий принял исчерпывающие меры по поиску и реализации имущества должника; реестр требований кредиторов сформирован в общем размере 1 810 581 руб. 54 коп.; у должника отсутствует зарегистрированный брак, несовершеннолетних детей и иных лиц на иждивении не имеет; движимого и недвижимого имущества, в том числе имущественных прав, подлежащих включению в конкурсную массу, не установлено; должник с 20.02.2021 не трудоустроен, денежные средства (заработная плата, капитализация вклада), поступившие в конкурсную массу, составили 137 919 руб. 47 коп, 10 442 руб. из которых исключены в качестве прожиточного минимума, оставшиеся денежные средства направлены на погашение расходов по делу о банкротстве и частичное погашение требований кредиторов; признаков фиктивного банкротства не установлено, признаки преднамеренного банкротства установить невозможно в связи с недостаточностью необходимых документов; иного имущества, подлежащего включению в конкурсную массу должника не выявлено.

С учетом выполнения всех мероприятий в рамках дела о банкротстве должника, отсутствия возможности расчетов с кредиторами и оснований для продления процедуры реализации имущества гражданина, суд пришел к правомерному выводу о необходимости завершения соответствующей процедуры.

Выводы суда в указанной части не оспариваются и апелляционная жалоба доводов не содержит.

Предметом апелляционного обжалования является определение суда                в части неприменения к должнику правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед ООО «Нэйва».

В силу пунктов 3 и 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина. Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 названной статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина. Освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение                 о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

В пунктах 42, 43, 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление № 45) разъяснено, что целью положений пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

В случае, когда на должника возложена обязанность представить те или иные документы в суд или финансовому управляющему, судами при рассмотрении вопроса о добросовестности поведения должника должны учитываться наличие документов в распоряжении гражданина и возможность их получения (восстановления).

Согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано,                 что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

По общему правилу закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ, обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзацы 17, 18 статья 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (статьи 138, 139 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, абзац 19 статьи 2, статья 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом приведенных разъяснений Постановления № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения                    в надежде на предоставление возможности полного освобождения                                 от задолженности посредством банкротства.

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д. (данная правовая позиция отражена в определении Верховный Суд Российской Федерации от 15.06.2017 № 304-ЭС17-76).

Если при рассмотрении дела о банкротстве будет установлено, что должник не представил необходимые сведения суду или финансовому управляющему при имеющейся у него возможности либо представил заведомо недостоверные сведения, это может повлечь неосвобождение должника от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Для установления обстоятельств, связанных с непредставлением должником необходимых сведений или предоставлением им недостоверных сведений финансовому управляющему или суду, рассматривающему дело о банкротстве (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве), не требуется назначение (проведение) отдельного судебного заседания. Указанные обстоятельства могут быть установлены на любой стадии дела о банкротстве должника в любом судебном акте, при принятии которого данные обстоятельства исследовались судом и были отражены в его мотивировочной части (например, в определении о завершении реструктуризации долгов или реализации имущества должника).

Конституционный суд Российской Федерации в определении                           от 25.04.2019 № 991-О сформулировал позицию, согласно которой предусмотренная пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве возможность освобождения от исполнения обязательств перед кредиторами, направленная на недопустимость использования механизма освобождения гражданина                       от обязательств для извлечения преимущества из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), не содержит какой-либо неопределенности в части его действия во времени и само по себе не может рассматриваться как нарушающее конституционные права заявителя, указанные в жалобе.

Обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 45 Налогового кодекса Российской Федерации и т.д.).

Институт банкротства граждан предусматривает иной – экстраординарный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, – списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие, помимо прочего, честное сотрудничество с кредиторами.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Как следует из материалов дела и установлено судом, между должником и обществом с ограниченной ответственность коммерческий банк «АйМаниБанк» (далее – Банк) заключен кредитный договор от 23.09.2013                                                                          № АКк60/2013/01-01/49581, в соответствии с которым ФИО2 были предоставлены денежные средства в суме 510 022 руб. под 18,5% годовых на срок до 24.09.2018. Обеспечением исполнения обязательств по указанному договору является залог транспортного средства – автомобиля LADA 219060 (LADA GRANTA), VIN 

<

***>, 2013 года выпуска.

Решением Торбеевского районного суда Республики Мордовия по делу                   № 2-2-117/2019 с ФИО2 по указанному кредитному договору взыскана задолженность в сумме 1 313 357 руб. 07 коп., расходы по оплате государственной пошлины в размере 20 767 руб. и обращено взыскание на предмет залога путем реализации на публичных торгах. 

Между Банком и ООО «Нэйва» заключен договор уступки права требования от 17.09.2020 № 2020-5802/55, на основании которого определением Торбеевского районного суда Республики Мордовия от 24.03.2021 по делу № 13-2-9/2021 произведено процессуальное правопреемство Банка на ООО «Нэйва».

Определением от 25.10.2021 в реестр требований кредиторов              ФИО2 включено требование ООО «Нэйва» в сумме                                 1 247 914 руб. 42 коп., как обеспеченное залогом имущества должника – автомобиля LADA 219060 (LADA GRANTA), VIN 

<

***>, 2013 года выпуска.

Определением Арбитражного суда Республики Мордовия от 21.03.2022 по настоящему делу, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2022 по рассматриваемому делу, установлено, что в период с 08.10.2013 по 01.11.2013 за должником было зарегистрировано транспортное средство, являющееся предметом залога. Факт выбытия из собственности должника транспортного средства подтвержден поступившими из МВД по Республике Мордовия по запросу суда сведениями                 (от 23.12.2021 исх. № 9/5-19583), согласно которым, собственником спорного автомобиля с 08.10.2013 являлась ФИО2, с 01.11.2013 – ФИО4,                с 11.03.2014 – ФИО5 (в связи с убытием за пределы Российской Федерации автомобиль снят с регистрационного учета в УГИБДД МВД по Республике Мордовия). Документы, послужившие основанием для регистрационных действий с данным транспортным средством уничтожены во исполнение статьи 381 Приказа № 655 Министерства внутренних дел Российской Федерации от 30.06.2012 «Об утверждении перечня документов, образующихся в деятельности подразделений Министерства органов внутренних дел, с указанием сроков хранения (5 лет)». Указанные обстоятельства в силу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеют преюдициальное значение для рассматриваемого спора.

Руководствуясь пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, оценив представленные в материалы дела доказательства, установив отсутствие в материалах дела доказательств уведомления Банка и, соответственно, его правопреемника – ООО «Нэйва» о выбытии из собственности предмета залога, а также доказательств предложения замены предмета залога на иное равноценное имущество, принимая во внимание, что факт регистрации автомобиля на другое лицо через месяц после регистрации данного транспортного средства за должником и отсутствие доказательств обращения с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения, скрытие данного факта при рассмотрении спора в суде общей юрисдикции, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о недобросовестности должника по отношению к кредитору ООО «Нэйва» и наличии оснований для неприменения к ФИО2 правил об освобождении от исполнения обязательств перед ООО «Нэйва». При этом, суд первой инстанции, принимая во внимание, что размер включенного в реестр требований кредиторов должника требования ООО «Нэйва», как обеспеченного залогом, согласно определению от 25.10.2021, составил 1 247 914 руб. 42 коп. и частично погашен в рамках процедуры в сумме 43 171 руб. 67 коп., не освободил должника от исполнения обязательств перед ООО «Нэйва» в сумме                         1 204 742 руб. 75 коп.

Между тем, суд первой инстанции при определении суммы требований, от исполнения которых должник не подлежит освобождению, не учел следующие обстоятельства.

Согласно статье  334  Гражданского кодекса Российской Федерации в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право, в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

Правила распределения денежных средств, вырученных от продажи заложенного имущества при несостоятельности физического лица – залогодателя, изложены в пункте 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве, согласно которому восемьдесят процентов, вырученных от продажи заложенного имущества средств, подлежат направлению залоговому кредитору.

По смыслу абзацев третьего, пятого – седьмого пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве десять процентов от вырученных средств направляются на погашение требований кредиторов должника первой и второй очереди в случае недостаточности иного имущества гражданина для погашения указанных требований.

При отсутствии кредиторов первой и второй очереди (или при достаточности иного имущества для расчетов с ними) и при условии, что первоначальные восемьдесят процентов не покрыли полностью обеспеченное залогом требование, указанные десять процентов  направляются на расчеты с залоговым кредитором.

Требования залогового кредитора после получения им 80 процентов суммы, вырученной от реализации залогового имущества, приравниваются к иным требованиям кредиторов третьей очереди отсутствует, и из положений названной нормы следует, что воля законодателя направлена на то, чтобы приравнять к требованиям кредиторов третьей очереди требования кредитора, обеспеченного залогом, лишь в той части, в которой эти требования не могли быть погашены за счет реализации предмета залога.

В данном случае требования кредиторов первой и второй очереди у должника отсутствуют, следовательно, в рассматриваемом случае оставшиеся 10 процентов должны были быть направлены на расчеты с залоговым кредитором.

Согласно представленной в материалы дела оценке спорного транспортного средства, проведенной должником путем сравнительного анализа предложений по продаже аналогичных транспортных средств на территории Республики Мордовия, средняя стоимость транспортного средства составляет 280 600 руб.

Доказательства свидетельствующее об иной стоимости спорного транспортного средства в материалы дела не представлено. 

Суд апелляционной инстанции в определении от 15.03.2023 предлагал                ООО «Нэйва» обосновать рыночную стоимость залогового имущества. Однако, в пояснениях  ООО «Нэйва» лишь указало на неполучения от должника приложений к апелляционной жалобе и невозможность ввиду утраты транспортного средства в 2013 году предоставить адекватную профессиональную оценку автомобиля спустя 10 лет невозможно. В данном случае суд апелляционной инстанции обращает внимание, что ООО «Нэйва» не лишено было права ознакомится с материалами дела как в бумажном, так и в электронном виде. Наличие факта утраты имущества и невозможность оценки его ввиду отсутствия в натуре не свидетельствует об исключении обязанности заявителя жалобы доказать рыночную стоимость утраченного имущества. 

В силу статей 67, 68 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению и с позиций их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о недостоверности  указанной должником стоимости утраченного залогового имущества,                            ООО «Нэйва»  в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суду апелляционной инстанции не представлено. 

ООО «Нэйва» не воспользовались своим правом заявить ходатайство о проведении судебной экспертизы в целях определения рыночной стоимости спорного имущества, а также не представило отчет об оценке, проведенный по собственной инициативе, в связи с чем несет риск наступления неблагоприятных последствий в силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При изложенных обстоятельствах, учитывая отсутствие кредиторов первой и второй очереди, недоказанности факта иной средней стоимости аналогичных транспортных средств, Банк в случае надлежащего исполнения должником своих обязательств вправе был рассчитывать на 252 540 руб. (90 процентов от рыночной стоимости транспортного средства (280 600 руб.).

Следовательно, к должнику не подлежит применение правил об освобождении от исполнения обязательств перед  ООО «Нэйва» в сумме                       252 540 руб. 

Соответствующая правовая позиция содержится в постановлении Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 28.06.2022 № Ф01-2439/2022 по делу № А43-31201/2020. 

Таким образом, у суда первой инстанции отсутствовали основания для неприменения к ФИО2  правил об освобождении от исполнения обязательств перед ООО «Нэйва» в сумме 952 202 руб.

Доводы заявителя апелляционной жалобы относительно того, что утрата предмета залога произошла по независящим от ФИО2 причинам и отсутствии возможности представить подтверждающие документы ввиду  истечения срока хранения архивных материалов в МУ МВД «Щелковское» и их уничтожения, отклоняются судом апелляционной инстанции в силу следующего.

В силу пункта 5 пункта 1 статьи 343 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, залогодатель или залогодержатель в зависимости от того, у кого из них находится заложенное имущество (статья 338), обязан

1) страховать от рисков утраты и повреждения за счет залогодателя заложенное имущество на сумму не ниже размера обеспеченного залогом требования;

2) пользоваться и распоряжаться заложенным имуществом в соответствии с правилами статьи 346 настоящего Кодекса;

3) не совершать действия, которые могут повлечь утрату заложенного имущества или уменьшение его стоимости, и принимать меры, необходимые для обеспечения сохранности заложенного имущества;

4) принимать меры, необходимые для защиты заложенного имущества от посягательств и требований со стороны третьих лиц;

5) немедленно уведомлять другую сторону о возникновении угрозы утраты или повреждения заложенного имущества, о притязаниях третьих лиц на это имущество, о нарушениях третьими лицами прав на это имущество.

В соответствии с пунктом 13 заявления-анкеты о присоединении к условиям предоставления кредита под залог транспортного средства залогодатель обязан незамедлительно уведомить Банк в случае изменения сведений, указанных в заявлении, а также в случае возникновения любых обстоятельств, способных повлиять на выполнение им обязательств по заключаемому договору кредита и обеспечения.

Из материалов дела следует, что Банк или ООО «Нэйва» уведомление об утрате должником предмета залога не получало.

Должником не представлено убедительного обоснования относительно ненаправления уведомления в адрес Банка или ООО «Нэйва» об утрате должником предмета залога и уведомления по состоявшемуся факту проверки правоохранительными органами угона транспортного средства, а также предложения кредитору замены предмета залога.

Таким образом, должник не принял меры по обеспечению сохранности транспортного средства, являющегося предметом залога в соответствии с условиями кредитного договора от 23.09.2013 № АКк60/2013/01-01/49581, а также не известил залогодержателя о факте утраты предмета залога, как при рассмотрении иска в суде общей юрисдикции, так и при рассмотрении требований о включении требования кредитора в реестр требований кредиторов должника.

Поскольку материалами дела достоверно не подтверждается, что залоговое имущество было утрачено должником по не зависящим от него обстоятельствам, и в любом случае, действуя добросовестно, ФИО2 должна была уведомить кредитора об утрате предмета залога, предпринять действия по погашению задолженности, как минимум исходя из фактической стоимости утраченного имущества, однако подобных действий не совершила, коллегия судей расценивает действия ФИО2  как недобросовестные, повлекшие причинение вреда имущественным интересам ООО «Нэйва». 

Вопреки позиции заявителя апелляционной жалобы, определением                          от 21.03.2022, постановлением Первого арбитражного апелляционного суда                     от 06.06.2022 лишь установлен факт отсутствия у должника спорного транспортного средства, однако выводов относительно наличия или отсутствия вины ФИО2 в утрате залогового имущества указанные акты не содержат.

Более того, согласно определению от 21.03.2022 внесение изменений в реестр требований кредиторов относительно исключения из состава имущества должника транспортного средства не повлекло признание залога прекращенным (прав кредитора, как залогодержателя, прекращенными). Кроме того, в рамках упомянутых судебных актов, не рассматривался вопрос о наличии недобросовестного поведения должника по отношению к кредитору, а определялась обоснованность наличия в реестре имущества, который отсутствует у должника в натуре.

Ссылка заявителя жалобы о наличии оснований для применения к нему правил об освобождении от исполнения обязательств перед ООО «Нэйва» в полном объеме, не принимается судом апелляционной инстанции, поскольку опровергается материалами дела в силу упомянутых обстоятельств, а также положениями, указанными в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

На основании пункта 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции в части или полностью и принять по делу новый судебный акт.

Исходя из изложенного, апелляционная жалоба ФИО2 подлежит удовлетворению частично, а определение Арбитражного суда Республики Мордовия от  21.12.2022 по делу № А39-6950/2020 подлежит отмене на основании пунктов 3 и 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

Подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб на определение по данной категории дел не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Мордовия от  21.12.2022 по делу № А39-6950/2020 отменить в части неприменения в отношении ФИО2 правил об освобождении от исполнения требований общества с ограниченной ответственностью «Нэйва» в сумме                                     952 202 руб. 75 коп., апелляционную жалобу ФИО2 удовлетворить частично.

Не применять в отношении ФИО2 правила об освобождении от исполнения требований общества с ограниченной ответственностью «Нэйва» в сумме 252 540 руб.

В остальной части определение Арбитражного суда Республики Мордовия от  21.12.2022 по делу № А39-6950/2020 оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Мордовия. 

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд ВолгоВятского округа.

Председательствующий судья

О.А. Волгина

 

Судьи

Е.Н. Беляков

Д.В. Сарри