﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А21-10881/2019

18 января 2021 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена     13 января 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  18 января 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Загараевой Л.П.

судей  Будылевой М.В., Горбачевой О.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем судебного заседания Григорьевым Н.А.

при участии:  

от истца (заявителя): Джабраилова М.Э. – доверенность от 15.05.2020 (посредством системы онлайн-заседаний)  Кунинещ И.А. - доверенность от 15.05.2020 (посредством системы онлайн-заседаний)

от ответчика (должника): не явился, извещен

от 3-го лица: не явился, извещен

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-36210/2020)  ООО "КДШина" на решение Арбитражного суда Калининградской области от 19.10.2020 по делу № А21-10881/2019 (судья Талалас Е.А.), принятое

по иску Континентал Райфен Дойчланд ГмбХ

к  ООО "КДШина"

3-е лицо:  Калининградская областная таможня

о взыскании

установил:

Континентал Райфен Дойчланд ГмбХ  (номер в Торговом реестре HRB 204239) (далее– истец)  обратилось в Арбитражный суд Калининградской области  с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к  Обществу с ограниченной ответственностью  «КДШина» (далее – Общество,  ответчик)  о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак  CONTINENTAL, в размере 13 440  руб.

Кроме того, истец просил суд запретить ООО «КДшина» помещать следующие  товары, маркированные товарными знаками CONTINENTAL (свидетельство РФ № 33718 от 08.09.1967) или сходными с ними до степени смешения обозначениями, ввезенные по ГТД №10012020/290719/0089820 (уведомление Калининградской областной таможни № №49-01-15/01080 от 31.07.2019)  под любые таможенные процедуры, предусмотренные Таможенным кодексом Евразийского экономического союза, кроме таможенной процедуры реэкспорта и осуществления, связанных с ней таможенных операций:

Товар № 1: шины пневматические резиновые для легкового автомобиля, быв употреблении, без повреждений и отслоений, не для применения в авиации, пригодные дальнейшей эксплуатации, величина остаточной высоты рисунка протектора не менее  4,0 — 7,0 мм, производитель: CONTINENTAL AG, товарный знак: CONTINENT, количество: 16 шт., происхождение: европейский союз, код товара по ТН ВЭД ЕАС  4012200009.

Решением суда от 19.10.2020 заявленные требования удовлетворены в полном объеме. 

Ответчик, не согласившись с решением суда, направил апелляционную жалобу, в которой, ссылаясь на нарушение норм материального права, на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, просил решение суда отменить. В обоснование апелляционной жалобы ответчик оспаривает наличие у истца исключительного права на товарный знак, в защиту которого он обратился с настоящими требованиями в суд. В обоснование апелляционной жалобы ответчик также ссылается на то, что спорный товар является бывшим в употреблении, что исключает его контрафактность. Также податель жалобы ссылается на чрезмерность взысканной компенсации.

От истца поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором оспариваются доводы ответчика.

В судебном заседании представитель истца возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил решение суда оставить без изменения. 

Ответчик, извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, своих представителей не направил. Дело рассматривается в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в его отсутствие. 

Законность и обоснованность решения суда проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, Континентал Райфен Дойчланд ГмбХ (Continental Reifen Deutschland GmbH) является правообладателем серии товарных знаков со словесным элементом CONTINENTAL: свидетельства Российской Федерации от 08.09.1967 № 33718, от 05.06.2008 № 351863, от 07.08.2008 № 356605, от 14.01.2009 № 369324, от 27.02.2013 № 481625.

Товарный знак CONTINENTAL по свидетельству Российской Федерации от 08.09.1967 № 33718 включен в Таможенный реестр объектов интеллектуальной собственности под номером № 04376/04911-001/ТЗ-240417.

31.07.2019г. истцом получено уведомление Калининградской областной таможни №49-01-15/01080 о приостановлении выпуска товаров, импортером которых выступает ООО «КДшина»:

- Товар № 1: шины пневматические резиновые для легкового автомобиля, быв употреблении, без повреждений и отслоений, не для применения в авиации, пригодные дальнейшей эксплуатации, величина остаточной высоты рисунка протектора не менее  4,0 — 7,0 мм, производитель: CONTINENTAL AG, товарный знак: CONTINENT, количество: 16 шт., происхождение: европейский союз, код товара по ТН ВЭД ЕАС  4012200009.

 Всего 16 (шестнадцать) шин.

В указанном уведомлении  Калининградская областная таможня сообщает, что причиной приостановления срока выпуска товаров явилось обнаруженные признаки нарушения прав правообладателя на объекты интеллектуальной собственности.

Согласно доводам иска Континентал Райфен Дойчланд ГмбХ не давал согласия ответчику на введение товаров, маркированных спорным товарным знаком, в гражданский оборот на территории Российской Федерации, в связи с чем, обратилась с рассматриваемым исковым заявлением в арбитражный суд.

Суд первой инстанции удовлетворил заявленные требования, признав их обоснованными по праву и размеру.

Апелляционный суд, изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, не усматривает оснований для отмены решения. 

Статьей 138 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) установлено, что в случае и в порядке, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами, признается исключительное право (интеллектуальная собственность) гражданина или юридического лица на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации юридического лица, индивидуализации продукции, выполняемых работ или услуг (фирменное наименование, товарный знак и знак обслуживания и т.п.).

Отношения, возникающие в связи с правовой охраной и использованием товарных знаков, знаков обслуживания и наименований мест происхождения товаров регулируются частью четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно положениям статьи 1225 ГК РФ товарный знак является результатом интеллектуальной деятельности и приравненным к нему средством индивидуализации, которым предоставлена правовая охрана.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Гражданским кодексом Российской Федерации не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность.

Статьей 1484 ГК РФ установлено, что исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Характерной особенностью правового режима использования товарного знака является почти полное отсутствие ограничений исключительного права правообладателя, при этом единственным таким ограничением является указание об исчерпании исключительного права (статья 1487 ГК РФ), в соответствии с которым не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.

Согласно пункту 1 статьи 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными этим Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном этим Кодексом, требования:

1) о признании права - к лицу, которое отрицает или иным образом не признает право, нарушая тем самым интересы правообладателя;

2) о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия;

3) о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб;

4) об изъятии материального носителя в соответствии с пунктом этой статьи - к его изготовителю, импортеру, хранителю, перевозчику, продавцу, иному распространителю, недобросовестному приобретателю;

5) о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя - к нарушителю исключительного права.

В предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу исключительного права на товарный знак и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в то же время ответчик обязан доказать правомерность своих действий по использованию чужого товарного знака.

В пункте 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 N 11 "О некоторых вопросах применения Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" разъяснено, что действия по ввозу товаров на территорию Российской Федерации считаются оконченными с момента перемещения спорных товаров через таможенную границу Российской Федерации и подачи таможенному органу таможенной декларации и (или) документов, необходимых для помещения этих товаров под таможенную процедуру, условия которой предполагают возможность введения этих товаров в оборот на территории Российской Федерации.

Следовательно, факт ввоза товара на таможенную территорию Российской Федерации с заявлением таможенного режима, предполагающего использование указанного в ней товара в гражданском обороте на территории Российской Федерации, подтверждается подачей ответчиком в таможенные органы декларации на товар.

Материалами дела подтверждается факт наличия у истца исключительного права на товарный знак, в защиту которого они обратились в рассматриваемом деле.

Доводы подателя жалобы об обратном, в связи с тем, что в Суде по интеллектуальным правам находится дело СИП-758/2020 о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака №33718 вследствие его неиспользования, и в настоящее время судебный акт не вынесен, отклоняются судом апелляционной инстанции.

В рамках настоящего дела уже рассматривался вопрос о приостановлении производства по делу, в связи с тем, что в Суде по интеллектуальным правам находится дело СИП-144/2020 о признании недействительным включение в ТРОИС товарного знака CONTINENTAL, которое позже было передано на рассмотрение Арбитражного суда г. Москвы дело А40-172082/20-15-1252. В удовлетворении исковых требований ООО "КДТТТина." было отказано (решение от 21.12.2020).

Решение о предоставлении правовой охраны товарному знаку принимается на основании экспертизы заявленного обозначения федерального органа исполнительной власти по интеллектуальной собственности (п. 2 ст. 1499 Гражданского кодекса РФ, далее ГК РФ). Правовая охрана предоставляется товарному знаку в результате его государственной регистрации (ст. 1480 ГК РФ).

В пункте 154 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 г. N 10 г. Москва "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (ППВС №10) указано следующее.

В силу пункта 1 статьи 1484 ГК РФ исключительное право использования товарного знака принадлежит лицу, на имя которого соответствующий товарный знак зарегистрирован (правообладателю).

Следовательно, лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак, не может быть отказано в защите права на товарный знак (даже в случае, если в суд представляются доказательства неправомерности регистрации товарного знака) до признания предоставления правовой охраны такому товарному знаку недействительным в порядке, предусмотренном статьей 1512 ГК РФ, или прекращения правовой охраны товарного знака в порядке, установленном статьей 1514 ГК РФ.

В пункте 174 того же постановления ВС РФ указано, что прекращение правовой охраны товарного знака по основаниям, предусмотренным статьей 1514 ГК РФ, означает прекращение исключительного права на товарный знак на будущее время с момента соответственно:

вступления в силу решения суда о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования (статья 1486, подпункт 3 пункта 1 статьи 1514);

вступления в силу решения суда о прекращении правовой охраны товарного знака в случае, если переход исключительного права на товарный знак без заключения договора с правообладателем (статья 1241) вводит потребителей в заблуждение относительно товара или его изготовителя (пункт 3 статьи 1514).

Прекращение правовой охраны лишь на будущее время означает, что лица, допустившие нарушение исключительного права на товарный знак до указанных в настоящем пункте дат,  не освобождаются от ответственности за соответствующее нарушение. Правообладатель в пределах срока давности вправе обращаться в суд за защитой своего права, нарушенного в период его действия.

Поскольку по основаниям, предусмотренным статьей 1514 ГК РФ, правовая охрана прекращается только на будущее, требование о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака не может быть заявлено в качестве встречного по делу о нарушении исключительного права на товарный знак.

Таким образом, даже в случае заявления Ответчиком требования о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака или о признании незаконным предоставления правовой охраны не устраняло бы уже допущенные нарушения.

Доказательства наличия согласия ГК "Континентал", как обладателя исключительного права на вышеуказанный товарный знак, на ввоз ответчиком товара, маркированного каким-либо товарным знаком, принадлежащим истцу, в материалах дела отсутствуют

Учитывая изложенное, факт нарушения ответчиком исключительных прав истца и третьих лиц с самостоятельными требованиями на товарные знаки компании путем ввоза товаров на территорию Российской Федерации без согласия правообладателя подтверждается материалами дела.

Исходя из смысла статьи 1229 ГК РФ, факт незаконного использования ответчиком принадлежащего истцу права на товарный знак заключается в его использовании без согласия правообладателя и данное обстоятельство само по себе указывает на контрафактность товара.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.02.2018 N 8-П указано, что при применении положений пункта 4 статьи 1252, статьи 1487, пунктов 1 и 2 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ отсутствуют конституционно-правовые основания для назначения таких мер ответственности за нарушение исключительного права на товарный знак, как изъятие из оборота и уничтожение товаров, ранее введенных правообладателем в гражданский оборот на территории другого государства и ввезенных на территорию России без его согласия (параллельный импорт), в отличие от последствий ввоза поддельных товаров, изъятие и уничтожение которых может не производиться лишь в порядке исключения (если введение таких товаров в оборот продиктовано необходимостью защиты общественно значимых интересов).

Следовательно, контрафактность является юридической, а не фактической характеристикой носителя. Таким образом, легально изготовленный экземпляр [произведения] может стать в последующем контрафактным, если в его отношении будут осуществляться действия по осуществлению исключительного права без разрешения правообладателя.

Товары, ввезенные на территорию России в порядке параллельного импорта, могут быть изъяты из оборота и уничтожены лишь в случае установления их ненадлежащего качества и (или) для обеспечения безопасности, защиты жизни и здоровья людей, охраны природы и культурных ценностей, что, однако, не исключает применение иных последствий нарушения исключительного права на товарный знак.

В пункте 75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10), указано, что согласно пункту 4 статьи 1252 ГК РФ в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены Гражданским кодексом Российской Федерации.

Спорный товар, снабженный законным товарным знаком, принадлежащим истцу, но импортированный в Россию без согласия правообладателя, является контрафактным.

Как правомерно указано судом первой инстанции, требования истца и третьих лиц в виде запрета помещать товары, маркированные спорными товарными знаками под любые таможенные процедуры, предусмотренные Таможенным кодексом Евразийского экономического союза, кроме таможенной процедуры реэкспорта и осуществления, связанных с ней таможенных операций, не лишает собственника вывезти этот товар за пределы Российской Федерации и реализовать его на территории иного государства либо получить согласие правообладателя на введение товаров гражданский оборот на территории Российской Федерации.

В обоснование апелляционной жалобы ответчик ссылается на то, что спорный товар является бывшим в употреблении, что исключает его контрафактность.

Апелляционный суд отклоняет указанный довод ответчика, поскольку необходимо принимать во внимание то состояние спорного товара, которое он имеет на момент совершения правонарушения, в рассматриваемом случае - момент перемещения через таможенную границу Российской Федерации. В связи с нахождением товара в употреблении, нельзя утверждать, что он маркирован средствами индивидуализации истца именно в том состоянии, в котором находится на момент правонарушения. При этом истцом не производятся и не предлагаются к продаже товары, бывшие в употреблении.

Даже допуская изготовление спорного товара уполномоченным на то лицом, в юридическом смысле его нельзя считать правомерно маркированным средствами индивидуализации, хотя ранее (в момент производства) товар и мог считаться правомерно маркированным товарными знаками самим производителем (правообладателем).

Любое иное лицо, осуществившее неавторизованное вмешательство в оригинальный товар, качественно его меняющее и не признанное оригинальным производителем, выводит тем самым товар из числа произведенных оригинальным производителем. Потребителями в оригинальный товар вносятся изменения, не позволяющие считать товар новым, повторная маркировка бывших в употреблении товаров истцом не осуществляется.

Доказательства, которые представляются в обоснование соответствия спорного товара требованиям регламентов ЕАЭС, не могут быть приняты апелляционным судом, поскольку указанные регламенты устанавливают критерии пригодности к эксплуатации бывших в употреблении товаров, учитываемые лишь при заявленном требовании об уничтожении спорного товара (согласно позиции, изложенной в Постановлении Пленума КС РФ N 8-П от 13.02.2018).

Согласно пункту 59 постановления N 10 компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1, 2 и 3 статьи пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель товарного знака вправе требовать по своему выбору от нарушителя его исключительного права вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Истцом заявлено требование о взыскании компенсации на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В соответствии с пунктом 61 постановления N 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

После установления судом на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, указанная сумма в двукратном размере составляет размер компенсации за соответствующее нарушение, определяемый по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ. Определенный таким образом размер является по смыслу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом по правилам указанной нормы.

При этом суду, исходя из требования об установлении обстоятельств с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле, надлежит также определять, на что конкретно направлены доводы ответчика о снижении размера компенсации - на оспаривание доказываемой истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, либо на установление обстоятельств, позволяющих снизить размер компенсации ниже установленного размера.

В рассматриваемом случае при определении размера подлежащей взысканию компенсации истец исходил из двукратной стоимости контрафактного товара, указанного ответчиком в таможенной декларации на товары, представленной в материалы дела Таможней.

Апелляционный суд полагает правомерным принятие судом первой инстанции для определения стоимости товара для целей применения подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ - стоимости заявленной ответчиком в декларации, учитывая, что таможенная стоимость спорных товаров является более низкой по отношению к стоимости, по которой товар предлагается к продаже.

В пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 12.07.2017, указано, что суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Заявление ответчика о снижении размера компенсации в случае предъявления иска о взыскании рассчитанной по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ по причине ее несоразмерности и чрезмерности, в свою очередь, должно быть обосновано обстоятельствами, предусмотренными Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 N 28-П, поскольку иных оснований для снижения размера компенсации, которая определяется на основании стоимости права использования, а не по усмотрению суда, законом не предусмотрено.

В рассматриваемом случае ответчик ссылается на то, что заявленный размер компенсации является чрезмерным, не основан на сложившейся судебной практике и представляет собой злоупотребление правом со стороны немецкого юридического лица.

Вместе с тем, ответчиком в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие иную стоимость права использования товарного знака.

Ответчиком не доказано, что правонарушение не носило грубый характер, а также не доказано, что размер компенсации многократно превышает размер причиненных убытков.

Приводимая ответчиком аналогия права с законодательством Федеративной Республики Германия не имеет правового значения по настоящему спору, поскольку применимым при его рассмотрении является право Российской Федерации, а нарушение допущено именно посредством ввоза спорных товаров на территорию Российской Федерации.

Довод подателя жалобы о необходимости применения методических рекомендаций по оценке ставок роялти для товарных знаков с использованием нечеткой логики отклоняется апелляционным судом, поскольку указанный документ носит рекомендательный характер и применим при расчете стоимости использования товарного знака, а не стоимости контрафактных экземпляров, маркированных им.

Таким образом, апелляционный суд полагает обоснованным вывод суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для снижения размера компенсации.

Ответчик полагает, что сведения, предоставленные Интропа Райфен унд Хандельс ГмбХ, Trofinity Export LLP и Таможенной службой Германии об отсутствии экспортных ограничений исключают его ответственность за нарушение исключительных прав (стр. 5-8 апелляционной жалобы).

Вместе с тем, предметом спора являются б/у шины для автомобилей, ввозимые (импортируемые) на территорию Российской Федерации.

Следовательно, отсутствие экспортных ограничений не относится к национальному принципу исчерпания права на товарный знак, действующему при импорте товаров на территорию РФ и ЕАЭС. Спор возник из факта импорта, а не экспорта товаров.

Более того, исходя из позиции Конституционного Суда Российской Федерации в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 февраля 2018 г. N 8-П (далее - Постановление №8-П), для государств - членов ЕАЭС установлен региональный принцип исчерпания исключительного права на товарный знак. Это означает, что те товары с размещенными на них товарными знаками, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации или какого-либо другого государства, входящего в ЕАЭС, непосредственно правообладателем или с его согласия, могут в дальнейшем свободно находиться в обороте на территории всех государств - членов ЕАЭС; импорт же на территорию ЕАЭС из других государств товаров с размещенными на них товарными знаками допускается только с согласия правообладателей этих товарных знаков.

Кроме того, утверждения Ответчика о статусе "авторизованных экономических операторов" указанных выше компаний, поскольку в материалах дела не содержатся какие-либо доказательства связи между указанными компаниями и правообладателем спорных средств индивидуализации (Истцом).

Также как отмечено судом первой инстанции, представленные Ответчиком доказательства не соответствует критериям относимости и допустимости доказательств, так как непонятно каким образом получены указанные документы.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Поскольку фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом на основе полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, нормы материального и процессуального права не нарушены, у апелляционного суда отсутствуют основания для отмены принятого по делу судебного акта.

В силу части 1 статьи 177 АПК РФ решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия. Копии решения на бумажном носителе могут быть направлены лицам, участвующим в деле, в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  Калининградской области  от 19.10.2020 по делу №  А21-10881/2019  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

Л.П. Загараева

 

Судьи

М.В. Будылева

 

О.В. Горбачева