ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-19948/2018, 18АП-528/2019, 18АП-530/2019

Дело № А76-21207/2011

12 апреля 2019 года

г. Челябинск

Резолютивная часть постановления объявлена 09 апреля 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 апреля 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Матвеевой С.В., 

судей Румянцева А.А., Бабкиной С.А., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 19.12.2018 по делу № А76-21207/2011 (судья Воронов В.П.).

В судебном заседании приняли участие:

- ФИО5 (паспорт), его представители: ФИО6 (паспорт, доверенность от  05.07.2018); ФИО7 (паспорт, доверенность от  06.10.2016), ФИО8 (паспорт, доверенность от 06.10.2016); 

- ФИО2 (паспорт), ее представитель ФИО9 (паспорт, доверенность от 18.08.2016);

- представитель ФИО3, ФИО4 - ФИО10 (паспорт, доверенность от  13.09.2016);

- представитель Федеральной налоговой службы  - ФИО11 (паспорт, доверенность от 06.11.2018);

- представитель конкурного управляющего  обществом с ограниченной ответственностью Уральский инновационный коммерческий банк «Уралинкомбанк» - Государственной корпорации  «Агентство по страхованию вкладов» - ФИО12 (паспорт, доверенность от  26.04.2018).

 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 16.11.2011 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Уральский инновационный коммерческий банк «Уралинкомбанк» (далее – ООО «УИК-Банк», должник, Банк). 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 18.01.2012 ООО «УИК-Банк» признано несостоятельным (банкротом); в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим в силу закона установлена Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов». 

Информационное сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и открытии конкурсного производства опубликовано в официальном издании «Коммерсантъ» от 04.02.2012 №20. 

Конкурсный управляющий ООО «УИК-Банк» обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО13, ФИО5, ФИО4, ФИО14, ФИО3, взыскав с указанных лиц солидарно в пользу ООО «УИК - Банк» 407 411 000 руб. (с учетом уточнения, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 19.12.2018 (резолютивная часть объявлена 30.11.2018) заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично. К субсидиарной ответственности привлечены контролирующие должника лица: ФИО3, ФИО4, ФИО2, ФИО5 В остальной части в удовлетворении заявления отказано. Требование в части взыскания с контролирующих должника лиц в порядке субсидиарной ответственности денежных средств выделено в отдельное производство для рассмотрения в ином судебном заседании и приостановлено до вступления настоящего определения в законную силу (а в случае дальнейшего обжалования - до вынесения постановления судом кассационной инстанции), а также до окончательного расчета с кредиторами и рассмотрения споров, касающихся формирования реестра требований кредиторов.

С указанным судебным актом не согласились ФИО3, ФИО4, ФИО2, ФИО5 и обратились с апелляционными жалобами.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ФИО2 ссылается на нарушение судом норм процессуального права в связи с неприменением срока исковой давности. Кроме того, судом нарушены нормы материального права. Суд сделал субъективные выводы о порочности выданных кредитов, при этом не принял во внимание факты обслуживания ООО «Артиз» в банке более 11 лет, погашения процентов; погашение процентов и предоставление в залог товаров в обороте ООО ТК «Оптима». Доказательств того, что указанные заемщики были заведомо неплатежеспособными, и об этом ФИО2 было доподлинно известно, в материалы дела не представлено. Суд не принял о внимание факт увеличения уставного капитала в 3,5 раза, что свидетельствует об отсутствии у участников Банка и Совета директоров планов по преднамеренному банкротству. Действия участников были разумными и добросовестными, совершались в интересах Банка. Решение вопросов по выдаче недостаточно обеспеченных кредитов и кредитов, несущих риск финансовой устойчивости Банка, к компетенции исполняющего обязанности Председателя Правления не относятся. В отношении ООО «УГР-Инвест» учитывалась положительная динамика чистых активов, валюты баланса, стоимость чистых активов. Привлекаемые к субсидиарной ответственности лица не могут отвечать за выход заложенного оборудования из строя. ООО «ПроектСтрой» кредитовалось в Банке с 2009 года, открытая в указанном году кредитная линия была погашена вовремя и в полном объеме, имелась положительная кредитная история. ООО «Северспецстрой» представило лицензии сроком действия до 2012 года. ООО «Энергоспецкомплект» - прибыль за полгода выросла в три раза, общество гасило все начисленные проценты. В отношении ООО «Таркинский гранитный карьер» конкурсным управляющим кредитное досье не представлено, однако уставный капитал общества 1,5 млн. руб., ссудная задолженность погашалась, замечаний по указанному обществу у ревизионной комиссии ЦБ РФ не было. В отношении ООО «Жилстрой» кредитное досье также не представлено. Факт того, что указанное общество является фирмой-однодневкой, не подтвержден, так как общество по решению суда расплатилось денежными средствами. ООО «СтройРеформа» передало в залог товары в обороте, гашение процентов осуществлено путем передачи векселя. На момент увольнения ФИО2 все указанные общества погашали начисленные проценты, залоги проверялись, составлялись акты проверки залогового имущества. ФИО2 не давала прямо или косвенно указания, направленные на доведение Банка до банкротства и не могла влиять на решения, принимаемые Советом директоров Банка и/или Правлением Банка. Конкурсным управляющим не доказана недобросовестность или неразумность действий ответчиков, повлекшая неблагоприятные последствия для Банка, не представлено доказательств изначальной неспособности заемщиками исполнить свои обязательства. Податель жалобы просит определение суда первой инстанции в части привлечения ее к субсидиарной ответственности отменить.  

В апелляционной жалобе ФИО3, ФИО4 указывают на то, что не совершали действий, зависящих только от их волеизъявления, безотносительно существующего порядка одобрения и выдачи кредитов в Банке, не заключали сделок, при наличии объективных доказательств их убыточности для Банка. ФИО4 вообще не обладала полномочиями давать указания о заключении сделок, так как выполняла лишь финансовые операции в рамках уже существующих сделок и обязательств. Подписание кредитных договоров не является самостоятельным действием подписантов без документального подтверждения платежеспособности заемщика, экономического обоснования целесообразности заключения договора, предоставления залога. Пакет документов формировался Банком без участия ответчиков. Акты проверок ЦБ РФ, предписания, послужившие основанием для отзыва лицензии, не относятся к периоду деятельности ФИО3 и ФИО4 Судом не указаны мотивы для вывода о том, что действия по подписанию ФИО3 договоров с ООО «Компания ОНТО», ООО «Рондо-А», ООО «Капитал Эстейт», ООО «Сити Инвест», ООО «Проектстрой» и других привели к банкротству Банка. Кредитные досье по указанным обществам представлены не в полном объеме. Судом не принято во внимание уклонение конкурсного управляющего от передачи в дело кредитных досье. Кроме того, не дана оценка добросовестности действий конкурсного управляющего в связи с приобретением на торгах требований к дебиторам его представителями, при этом конкурсный управляющий ссылался на утрату кредитных досье в отношении таких дебиторов. Судом не учтены показания свидетеля ФИО15 относительно комплектности кредитных досье. Конкурсным управляющим намеренно представлены документы не в полном объеме, не представлены документы, подтверждающие добросовестность ответчиков. Передача документов временной администрации осуществлялась строго по актам, кредитные досье содержали все необходимые документы, однако акты приема-передачи оставались у представителей ЦБ РФ, ответчикам не возвращались. Конкурсный управляющий не обеспечил надлежащий документооборот, допустил утрату документов, что в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является самостоятельным основанием для отмены судебного акта. Ответчики не обладают всей полнотой информации, все доказательства находятся в распоряжении конкурсного управляющего. Суд ошибочно мотивировал судебный акт на основании последствий заключения договоров, которые возникли на момент обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, то есть через пять лет после отзыва лицензии. Суд не исследовал обстоятельства исполнения судебных актов о взыскании задолженности с заемщиков и их поручителей, обращении взыскания на заложенное имущество. Суд не обосновал отклонение заявления о пропуске срока исковой давности, обосновал судебный акт фактами, существовавшими на момент составления акта проверки ЦБ РФ, до момента отзыва лицензии. Изложение обстоятельств по конкретным кредитным договорам в судебном акте не относится к действиям ответчиков, указанные обстоятельства не являются основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности. Срок исковой давности по рассматриваемому требованию начал течь с 18.02.2012, заявление подано 09.08.2016, то есть по истечении срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отмены судебного акта. Податели жалобы просят отменить судебный акт в части привлечения их к субсидиарной ответственности.          

В обоснование доводов апелляционной жалобы ФИО5 указывает на то, что суд пришел к необоснованному выводу о наличии его вины в банкротстве должника только исходя из наличия статуса Председателя Совета директоров и заключения ряда сделок с аффилированными компаниями, однако, аффилированность в большинстве случаев не доказана. ФИО5 не является лицом, контролирующим должника, у него не имелось юридической возможности оказывать какое-либо влияние на должника. При наличии доли в уставном капитале 6,697%, четком ограничении полномочий уставом общества, у ФИО5 не было и фактической возможности оказывать какое-либо влияние на должника. Доказательств того, что сделки, изменившие экономическую и юридическую судьбу должника, заключены именно под влиянием ФИО5, как лица, определившего существенные условия этих сделок, не представлено. Лица, участвующие в деле, а также свидетель ФИО15 не ссылались на то, что ответчик давал какие-либо указания, осуществлял непосредственное руководство Банком, определял условия спорных сделок. Все действия ответчика являются правомерными, разумными и добросовестными. При одобрении сделок Советом Директоров Банка учитывались профессиональные суждения отдела кредитования, заключения службы безопасности, соблюдалась процедура одобрения, решения принимались на основании доклада специалиста, одобрение носило формальный характер. Проверка заемщиков в полномочия ответчика не входила. Вместе с тем, выданные кредиты не обладали признаками фиктивности, мнимости, невозвратности. Кроме того, отсутствует причинно-следственная связь между действиями ответчика и банкротством Банка. Суд не указал, какие именно действия привели к причинению вреда кредиторам и банкротству Банка. Одобрение кредитов Советом Директоров не является обязательным, производилось коллегиально, единогласно. Суд не указал, какие противоправные действия совершил ФИО5, отличающиеся от действий ФИО13, освобожденной судом от ответственности. ФИО5 не обладает специальными познаниями в банковской деятельности, не имеет специального финансового, экономического образования. В отношении указанных судом обществ не дана оценка тому, что задолженность у ООО «Жилстрой», ООО «СК Уралкомплект», ООО «РСУ24» перед Банком отсутствует. При одобрении сделок с ООО «На ВИЗ-бульваре», ООО «Капитал-Эстейт», ООО «Сити-Инвест», ООО «Альянс-Эстейт» риски не возврата по кредитным договорам были сведены к минимуму, так как были кредиты обеспечены залогом недвижимости, кроме того, большая часть денежных средств возвращена в конкурсную массу. Выявление кредитных рисков Банка, их учет и формирование резерва не относилось к компетенции ФИО5 Вред в результате совершения сделок с ООО УК «Деловой Альянс», ЗПИФ444 отсутствует, они не признаны судом недействительными. Имущество, расположенное по адресу: 

<

...> возвращено в конкурсную массу. Факт одобрения указанных сделок и их совершение при непосредственном участии ФИО5, не доказан. Негативные последствия от неэффективного управления паями находятся в причинно-следственной связи с действиями самого конкурсного управляющего. Судом неправомерно отклонен довод о пропуске заявителем срока исковой давности. Суд неверно применил нормы права. Начало течения срока исковой давности следует исчислять с момента окончания инвентаризации имущества Банка. В приложении к апелляционной жалобе ответчиком дан анализ кредитам.

В судебном заседании 19.02.2019 к материалам дела приобщен отзыв конкурсного управляющего на апелляционные жалобы.

Судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы 19.02.2019 было отложено до 12.03.2019.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.03.2019 в составе суда произведена замена судьи Бабкиной С.А. судьей Румянцевым А.А., рассмотрение дела начато с начала.

В судебном заседании 12.03.2019 судом принято к рассмотрению дополнение к апелляционной жалобе ФИО2, пояснения по доводам жалобы ФИО16 

Судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы 12.03.2019 было отложено на 09.04.2019.

Иные лица, участвующие в деле, извещены судом о времени и месте рассмотрения жалоб, в судебное заседание не явились. Апелляционные жалобы рассмотрены в их отсутствие в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.        

Определением Восемнадцатого арбитражного от 09.04.2019 в составе суда произведена замена судьи Сотниковой О.В. судьей Бабкиной С.А., в связи с чем рассмотрение дела начато с самого начала.

В судебном заседании к материалам дела приобщены дополнительные пояснения к доводам жалобы ФИО5 с приложенными документами.

В судебном заседании представители подателей жалоб изложили свои доводы, просят определение суда первой инстанции отменить в обжалуемых частях.

Представитель конкурсного управляющего должника, Федеральной налоговой службы с доводами апелляционных жалоб не согласились, полагают определение суда первой инстанции не подлежащим отмене.

Законность и обоснованность судебного акта проверены в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.           

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, приказом Банка России от 31.10.2011 №ОД-779 с 01.11.2011 отозвана лицензия на осуществление банковских операций у Банка. Названный приказ опубликован в «Вестнике Банка России» от 03.11.2011 №60 (1303). 

Основанием для отзыва лицензии послужило установление фактов существенной недостоверности отчетных данных, неспособность удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, учитывая неоднократное применение мер, предусмотренных Федеральным законом «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)». 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 16.11.2011 возбуждено производство по делу о банкротстве должника.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 18.01.2012 Банк признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим в силу закона установлена Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов».

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, в обоснование заявления ссылался на то, что ответчики являлись контролирующим должника лицами, входили в органы управления Банком, а именно являлись членам Правления Банком в период с 01.11.2009 по 01.11.2011, а также членами Совета директоров. Возглавлял Совет директоров Банка ФИО5, а председателями Правления являлись в разное время ФИО3, ФИО2 и ФИО13 Главными бухгалтерами Банка в разное время были ФИО4 и ФИО14 Указанные лица допустили банкротство Банка, совершив ряд действий (бездействие). Необоснованная оценка ссудной задолженности в 1-3 категориях качества, с начислением минимальных от необходимых резервов привело к неадекватному отражению в отчётности Банка сведений о стоимости имущества, его ликвидных активах и объеме средств, которые могут быть направлены на исполнение возложенных на Банк обязательств. 

Частично удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО5, ФИО2, ФИО4, ФИО3 являлись контролирующими должника лицами, непосредственно формировали кредитный портфель Банка, вследствие их действий наступило банкротство должника.

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела и доводы апелляционных жалоб, не находит оснований для отмены судебного акта.

Согласно положениями ч. 1 ст. 223 АПК РФ, ст. 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно ст. 14 Федерального закона от 22.12.2014 № 432-ФЗ в редакции от 03.07.2016 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации», вступившей в силу со дня официального опубликования («Российская газета» № 296 от 26.12.2014), Федеральный закон от 25.02.1999 № 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций» признан утратившим силу. 

Вместе с тем, как установлено ст. 4 ГК РФ, акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом. 

Исходя из анализа указанных выше норм права, положения Федерального закона от 25.02.1999 № 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций» подлежат применению, в том числе в части положений о субсидиарной ответственности по обязательствам должника, если обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения соответствующих лиц к такой ответственности, имели место быть до дня вступления в силу Федерального закона от 22.12.2014 № 432-ФЗ в редакции от 03.07.2016 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации».

Поскольку указанные в заявлении конкурсного управляющего обстоятельства имели место до вступления в силу Федерального закона от 22.12.2014 № 432-ФЗ в редакции от 03.07.2016 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации», суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника, установленные Федеральным законом от 25.02.1999 № 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций».

Согласно п. 3 ст. 1 Федерального закона от 25.02.1999 № 40-ФЗ (ред. от 14.10.2014) «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций» отношения, связанные с несостоятельностью (банкротством) кредитных организаций, не урегулированные настоящим Федеральным законом, регулируются Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» и в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, нормативными актами Банка России.

При этом п. 3 ст. 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» предусмотрено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до 01.07.2017, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно п. 5 ст. 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности. В случае пропуска срока на подачу заявления по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом, если не истекло два года с момента окончания срока, указанного в абзаце первом настоящего пункта. В пункте 58 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что сроки, указанные в абзаце первом п. 5 и абзаце первом п. 6 ст. 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (п. 1 ст. 197 ГК РФ), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц). При этом данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия).

Исковая давность применяется судом только по заявлению контролирующего должника лица, сделанному до вынесения определения о приостановлении производства по делу, содержащего вывод о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, определения о привлечении к ответственности (если производство по обособленному спору не приостанавливалось), решения о привлечении к ответственности (если спор разрешен вне рамок дела о банкротстве) (п. 2 ст. 199 ГК РФ). 

Согласно п. 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53, предусмотренный абзацем первым п. 5 ст. 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности).

В период возникновения спорных правоотношений подлежал применению Закон о несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций в редакции, действовавшей до внесения в него изменений Законом № 73-ФЗ. 

Согласно статье 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. 

Статьей 14 Закона № 40-ФЗ в подлежащей применению редакции, действовавшей до внесения в нее изменений Законом № 73-ФЗ, не был определен размер ответственности руководителей кредитной организации, привлекаемых к субсидиарной ответственности в соответствии с этой статьей.

В силу статьи 50.1 Закона № 40-ФЗ в этом случае размер ответственности определяется в соответствии с п. 5 ст. 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из разницы между размером требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, и денежными средствами, вырученными от продажи имущества должника или замещения активов организации - должника.

Таким образом, по смыслу названной нормы права момент, когда конкурсному управляющему становится известно о нарушении прав кредиторов контролирующими должника лицами, определяется фактическим отсутствием денежных средств для удовлетворения требований кредиторов, в связи с чем выводы ответчиков об истечении срока давности основаны на общих нормах Закона о банкротстве, без учета специальных правовых норм, регулирующих порядок привлечения к ответственности в делах о банкротстве банков.

Также, положения ст. 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» не предусматривали специального срока для обращения в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. Согласно правовой позиции судов вышестоящих инстанций, при применении положений ст. 10 Закона о банкротстве (в ред. Федерального закона № 73-ФЗ) судам следует исходить из того, что объективная возможность определить размер ответственности с разумной достоверностью до момента реализации имущества должника отсутствует, ввиду чего срок исковой давности по такому требованию может исчисляться, в любом случае, не ранее даты завершения реализации имущества предприятия и окончательного формирования конкурсной массы.

Судом первой инстанции установлено, что не все мероприятия в конкурсном производстве выполнены, не все имущество должника реализовано, конкурсная масса не сформирована, что следует из отчета конкурсного управляющего по состоянию на 01.08.2018. 

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о необоснованности доводов ответчиков о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности для обращения с настоящим заявлением.

В соответствии с п. 1 ст. 14 Федерального закона от 25.02.1999 № 40-ФЗ (ред. от 14.10.2014) «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций», если банкротство кредитной организации наступило в результате виновных действий или бездействия ее руководителей, членов совета директоров (наблюдательного совета), учредителей (участников) или других имеющих право давать обязательные для данной кредитной организации указания или возможность иным образом определять ее действия лиц (далее - контролирующие лица), на указанных лиц при недостаточности имущества кредитной организации для удовлетворения требований кредиторов арбитражным судом может быть возложена субсидиарная ответственность по денежным обязательствам кредитной организации и (или) исполнению ее обязанности по уплате обязательных платежей. Арбитражный суд вправе уменьшить размер ответственности указанных лиц, если будет установлено, что размер вреда, причиненного по их вине имущественным правам кредиторов, существенно ниже размера требований, подлежащих удовлетворению за счет указанных лиц.

Лица, указанные в абзаце первом настоящего пункта, признаются виновными, если их решения или действия (в том числе превышение полномочий), повлекшие за собой возникновение признаков банкротства, не соответствовали принципам добросовестности и разумности, соответствующим нормативным правовым актам Российской Федерации, банковским правилам, уставу кредитной организации или обычаям делового оборота, а также если они при наличии оснований, предусмотренных ст. 4 настоящего Федерального закона, не предприняли предусмотренные настоящим Федеральным законом меры для предупреждения банкротства кредитной организации. Учредители (участники) кредитной организации несут ответственность за такое бездействие в случае, если они знали о наличии данных оснований.

Необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (п. 3 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве). Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Данный подход ранее сформирован правоприменительной практикой, выработанной экономической коллегией Верховного Суда Российской Федерации по конкретным делам, и в дальнейшем нашел отражение в пункте постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Согласно разделу 14 Устава органами управления Банком являются: общее собрание участников, Совет директоров, коллегиальный исполнительный орган – Правление, единоличный исполнительный орган - Председатель правления. 

К компетенции Совета директоров, согласно п. 16.1.-16-24 Устава, относится, в том числе: общее руководство деятельностью Банка, утверждение положений о Правлении и Председателе правления Банка, Положение и регламент по работе службы внутреннего контроля Банка, Положение о кредитном комитете, положение по управлению банковскими рисками, положение о кредитной политике, стратегия развития Банка, кодекс корпоративного поведения, положение по предотвращению конфликта интересов, между участниками Банка, членами Совета директоров и исполнительных органов, сотрудниками, кредиторами, вкладчиками, клиентами и контрагентами. 

Также к компетенции Совета директоров относится: осуществление контроля за деятельностью Правления, Председателя правления Банка в рамках системы внутреннего контроля; принятие мер, обеспечивающих оперативное выполнение исполнительными органами Банка рекомендаций и замечаний службы внутреннего контроля, аудиторской организации и надзорных органов; принятие решений о назначении на должность и освобождение от должности заместителей Председателя правления, главного бухгалтера банка и его заместителей, иные полномочия. 

Компетенция правления Банка и представителя правления отражены в разделе 17 Устава. 

Согласно Уставу председатель правления Банка и правление Банка осуществляет руководство текущей деятельности Банка. 

Правление осуществляет исполнительно-распорядительные функции, в том числе: определяет приоритетные направления деятельности Банка для предоставления Совету директоров; принимает решение о выдаче кредитов, величина которых составляет 5%и более от собственных средств (капитала) Банка заемщикам (группу связанных между собой заемщиков), не связанных с Банком; принимает решение об отнесении ссуд к более высокой категории качества при осуществлении их классификации, чем это вытекает из требований, определенных нормативными документами Банка; принимает решение в отношении предоставления кредитов аффилированным лицам банка, инсайдерам, их аффилированным лицам (кроме заинтересованных в совершении сделки) размер которых не превышает 2% от собственных средств (капитала) Банка 

Согласно положению о Кредитном комитете, Кредитный комитет образуется правлением Банка, в его состав входят Председатель правления Банка, который является председателем кредитного комитета, его заместитель, председатель отдела внутреннего контроля (без права голоса) главный бухгалтер, начальник или сотрудник юридического отдела, руководитель или сотрудник службы безопасности банка, начальник отдела кредитования Управления развития клиентских отношений, директор Управления развития клиентских отношений. 

Судом первой инстанции был допрошен свидетель ФИО15, исполнявшая обязанности директора Управления активов и валютных операций Банка в период 2010-2012 годов, которая пояснила, что на Совет директоров выносились вопросы по предоставлению кредитов, в случае, если имелось недостаточное обеспечение, сомнения в финансовой состоятельности заемщика или имелись иные основания, в том числе заинтересованность заемщика по отношению к Банку. Решение Совета директоров по поставленному вопросу, в том числе предоставлению кредита, являлось окончательным и основополагающим. В случае отрицательного решения Совета директоров, кредит не мог быть выдан. 

В материалы дела представлено письмо Главного управления ЦБ РФ по Челябинской области от 11.03.2012 (л.д. 120-124, т.12), согласно которому членами Совета директоров Банка являлись в том числе: 

- ФИО3 с 28.02.2003 по 01.03.2011, 

- ФИО5 – председатель Совета директоров с 30.07.2009, 

- ФИО13 с 30.07.2009, и другие лица, не относящиеся к ответчикам по рассмотрению настоящего обособленного спора. 

Членами Правления Банка являлись в том числе: 

- ФИО4 с 30.07.2009, 

- ФИО2 с 18.11.2002, 

Председателем правления Банка с 09.01.2003 по 01.03.2011 являлась ФИО3 С 01.03.2011 по 22.10.2011 исполняющей обязанности Председателя Правления Банка являлась ФИО2, с 22.10.2011 по 30.12.2011 исполняющей обязанности Председателя Правления Банка являлась ФИО13 

ФИО5 являлся участником банка с размером доли 0,5% до 28.09.2011, а с указанного числа с размером доли 6,7%. 

В материалы дела также представлены: 

- приказ ООО «Уралинкомбанк» от 09.01.2003 № 02-06-05 о назначении ФИО3 на должность Председателя Правления Банка (л.д. 107, т.12), 

- приказ о сложении ФИО2 полномочий и.о. Председателя Правления Банка от 20.10.2011 в связи с увольнением по собственному желанию. 

- приказ от 30.09.2011 о продлении полномочий заместителя Председателя Правления Банка в отношении ФИО13 (л.д. 111, т.12), 

- приказ от 10.06.2011 о назначении ФИО14 на должность исполняющего обязанности главного бухгалтера Банка (л.д. 116, т.12). 

Как предусмотрено п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. При этом подп. 3 п. 2 указанной выше статьи установлено, что возможность определять действия должника может достигаться в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подп. 2 п. 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника).

Таким образом, ответчики обладали всеми полномочиями и фактической возможностью давать Банку обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия, в связи с чем являются контролирующими Банк лицами, по смыслу указанных выше норм.

В соответствии с требованиями Положения Банка России № 254-п, действовавшими в спорный период, кредитная организация обязана комплексно и объективно оценивать финансовое положение заемщика (контрагента), риски по выданным ссудам, заключенным сделкам и формировать резервы на возможные потери по ссудам и сделкам, влекущим риски возникновения финансовых потерь.

Руководство Банка перед заключением сделок, влекущих возникновение у Банка рисков финансовых потерь, обязано обеспечивать выполнение требований Закона о банках и Положения № 254-п, организовать работу банка в целях получения полных и достоверных сведений о заемщике банка, осуществления на их основе комплексного и объективного финансового анализа заемщика. В этой связи руководство банка не должно допускать совершение банком сделок, влекущих для банка возникновение финансовых потерь.

В частности, согласно пункту 3.1 Положения № 254-п, банк должен проводить оценку риска по каждой выданной ссуде на основании комплексного и объективного анализа деятельности заемщика, с учетом его финансового положения, качества обслуживания заемщиком долга по ссуде, а также всей имеющейся в распоряжении кредитной организации информации о любых рисках заемщика, включая сведения о внешних обязательствах заемщика, о функционировании рынка (рынков), на котором (которых) работает заемщик.

Согласно пункту 3.1.2 Положения № 254-п источниками получения информации о рисках заемщика являются правоустанавливающие документы заемщика, его бухгалтерская, налоговая, статистическая и иная отчетность, дополнительно предоставляемые заемщиком сведения, средства массовой информации и другие источники, определяемые кредитной организацией самостоятельно.

Кредитная организация должна обеспечить получение информации, необходимой и достаточной для формирования профессионального суждения о размере расчетного резерва. В соответствии с пунктом 3.1.3 Положения № 254-п вся информация о заемщике или контрагенте, включая сведения о рисках заемщика (контрагента), фиксируется в его досье. Оценка кредитного риска в соответствии с критериями, содержащимися в положениях № 242-п и № 254-п, должна была учитываться при решении вопроса о выдаче кредита, а также в последующем в ходе постоянного мониторинга кредитного риска в разрезе отдельного заемщика.

Из материалов дела следует, что ответчиками были одобрены ряд сделок по выдаче кредитов заемщикам. Между тем, являясь лицами, обязанными обеспечить выполнение Банком законодательства, нормативных актов и требований Банка России, они действовали неразумно, игнорируя требования Положения № 254-п, приняли решение о заключении сделок по предоставлению многомиллионных кредитов физическим лицам и юридическим лицам, фактически, не способным исполнить обязательства.

В частности, в акте тематической поверки, проведенной ЦБ РФ с 14.01.2011 по 28.02.2011 за период деятельности Банка с 01.01.2010 по 24.02.2011, была дана оценка обоснованности классификации должником ссуд, ссудной и приравненной к ней задолженности по юридическим лицам, индивидуальным предпринимателям, кредитным организациям, включая учтённые векселя по 38 выданным кредитам на сумму 775 390 тыс. руб., что составляло 85,8 % от всей ссудной задолженности. За период проверки Банком было выдано кредитов на сумму 183 795 тыс. руб. и погашена ссудная задолженность на сумму 124 611 тыс. руб. ЦБ РФ не согласился с классификацией Банком ссуд. 

В акте, а также в выданных Банку предписаниях от 18.01.2011, от 23.03.2011 (л.д. 28-33, т.2) ЦБ РФ указал на допущенные должником нарушения, в частности на формирование резервов на возможные потери по ссуде в отношении ряда заемщиков - ООО «СтройСервис», ООО «Рондо-А», ООО «СДМ-Групп», ООО «Стройкомплект», ООО «ЮниРент», ООО «Литком», ООО «УГР-Инвест», ООО «ТСК», ООО «Монолит», ООО «УФК Паритет», ООО «Мегаполис 2000», ООО «Стройтехнология», ООО «Восток-Транс-Лизинг», ООО «Альянс-Эстейт», ООО «Капитал-эстейт», ООО «На ВИЗ-Бульваре», ООО «Сити-Инвест», ООО «Лизинговая компания «Технолизинг» и другие. 

ЦБ РФ указал, что при определении классификации ссудной задолженности Банком не учитывались такие факторы, как реструктуризация ссудной задолженности, плохое финансовое положение заемщиков, отсутствие у заемщиков основных средств, необходимых для осуществления хозяйственной деятельности, предпочтительное использование рядом заемщиков не денежных форм расчетов с использованием векселей, зачетов, уступок требований, использование заемщиками полученных кредитных средств на погашение ранее выданных кредитов, несопоставимость объемов выручки принятым кредитным обязательствам, недостаточность выручки у ряда заемщиков. 

При этом, как отражено Центральным Банком РФ, составленные профессиональные суждения не содержали существенных факторов, которые с целью комплексного и объективного анализа деятельности заемщиков должны быть учтены кредитной организацией (причины пролонгации сроков кредитных договоров и изменения графиков уплаты процентов, источников погашения ссудной задолженности и процентов по кредитам, сопоставимости объема выручки и суммы предоставленного кредита, причин повышения объемов выручки, указанной в финансовой отчетности, над размерами поступлений на расчетные счета заемщиков). 

Указанными предписаниями должник был обязан реклассифицировать ссудную задолженность в отношении 23 заемщиков с доформированием резервов в размере от 21% до 100% выданных средств. 

В последующем ЦБ РФ по результатам проведенной должником работы было выдано предписание от 14.04.2011 №24-1-9/4772ДСП (л.д. 34-36, т.2), в котором констатировано неудовлетворительное исполнение требований, отраженных в ранее выданных предписаниях, в том числе по формированию резервов. Указано, что по перечисленным в предписании заемщикам, в том числе ООО «Рондо-А», ООО «Литком», ООО «Альянс-Эстейт», ООО «Капитал-эстейт», ООО «На ВИЗ-Бульваре», ООО «Сити-Инвест» должником представлены сведения о размере обеспечения, а также финансовые документы заемщиков, которые регулятором не приняты в качестве надлежащих, поскольку выявлены существенные противоречия в предоставленной информации, в том числе, расхождения между документами финансовой отчетности, предоставленными должником, и финансовой отчетностью, сданной в государственные органы, а также некорректный расчет обеспечения исходя из стоимости заложенного недвижимого имущества и применения неверной рыночной стоимости данного имущества, при наличии объективных данных о такой стоимости у самого должника. 

Данным предписанием Центральный Банк РФ ввел запреты в отношении должника на осуществление финансовых операций, в том числе предоставление кредитов физическим и юридическим лицам, а также открытие расчетных счетов, привлечение средств в депозиты и другие. 

Недочеты, которые были выявлены в ходе проверки, ранее уже являлись предметом обсуждения между должником и ЦБ РФ в лице Управления по Челябинской области (далее Управление). 

В предписании от 13.04.2011 Управлением было указано на неисполнение ранее выданного предписания от 23.03.2011, неверной классификации ссудной задолженности по восьми заемщикам, не доначислением соответствующих резервов, а также предоставление противоречивой информации о финансовом положении заемщиков. 

Так, в ответе от 27.12.2010 на письмо Управления от 23.12.2010 сообщает о мерах, направленных на классификацию ссудной задолженности по ряду заемщиков, в том числе ООО «Монолит», в отношении которого в Арбитражном суде Свердловской области рассматривалось заявление о признании его несостоятельным (банкротом), а также представлен протокол заседания правления Банка от 24.12.2010, на котором присутствовали председатель правления ФИО3, ее заместитель ФИО2 и главный бухгалтер ФИО4 

Не смотря на доведенную до членов правления информацию о финансовом состоянии ООО «Монолит», было принято решение об отнесении ссудной задолженности в 3 категорию качества с доначислением резервов в размере 30% от ссудной задолженности. 

В материалы дела представлены письма, направленные Банком в адрес Управления во исполнение проведенной проверки и выданных предписаний от 23.03.2011 и от 13.04.2011 (л.д. 40-107, т.10). 

В частности был разработан и утверждён Советом директоров Банка перечень мероприятий по финансовому оздоровлению должника (заседание Совета директоров от 05.04.2011), согласно которому были предусмотрены мероприятия по увеличению уставного капитала Банка на сумму не менее 160 000 тыс. руб. в срок до 10.06.2011, субаренда неиспользуемых банком помещений, находящихся в аренде, проработка возможности выдачи заемных средств высокой категории ликвидности взамен ссуд, классифицированных по 4 и 5 категории качества. 

Кроме того, реализовано переданное в качестве отступного по обязательствам ООО «Монолит» имущество в виде строительного оборудования, о чем представлены соответствующие договоры. Имущество реализовано на сумму 39 446 тыс. руб. при погашении займов на сумму 35 043 тыс. руб. 

Однако реализация переданного оборудования осуществлена с рассрочкой на 24 месяца до 28.02.2013 с дифференцированными ежемесячными платежами, при чем платежи в первые месяцы определены в размере от 160 тыс. руб. до 900 тыс. руб., а в последующем с увеличением до 1200 тыс. руб. за первые 8 месяцев оплаты и увеличением до 2500 тыс. руб. в последние месяцы графика (л.д. 92, т.10). 

При этом из текста протокола от 05.04.2011 следует, что и.о. председателя правления Банка проинформирован Совет директоров Банка относительно создания резервов по ссудной и приравненной к ней задолженности на сумму 76 727 тыс. руб., что привело к существенному снижению капитала и повлекло возникновение оснований для осуществления мер по предупреждению банкротства кредитной организации. 

В предписании Управления от 31.08.2011 (л.д. 44-48, т.2) подробно дан анализ совершенных должником сделок по выдаче кредитов ООО ТК «Оптима» и ООО «Артиз» в период с 10.02.2011 по 29.03.2011 в сумме по 35 000 тыс. руб. Контрагентами данных лиц являлись как лица, контролируемые руководством Банка, а именно председателем Совета директоров Банка ФИО5, а также лицами, в отношении которых имеются признаки фирм однодневок, зарегистрированных по адресам массовой регистрации и руководителями которых явились лица, одновременно являющиеся директорами и учредителями множества компаний. В данном предписании Управлением сделан вывод о том, что Банком не изучается фактическое целевое направление кредитов, не надлежащим образом оцениваются финансовые возможности кредиторов по возврату кредитов, не изучается финансово-хозяйственная деятельность заемщиков на предмет оценки рисков. При этом ссуды, предоставленные указанным лицам, классифицированы как вторая категория качества с доначислением резервов на возможные потери в размере 1%. 

Судом первой инстанции проанализированы представленные конкурсным управляющим кредитные досье, по различным организациям установлены факты заключения кредитных договоров без обеспечения, без надлежащего обеспечения, без надлежащего оформления документов, установлено отсутствие актов обследования имущества, находящегося в залоге. При этом по результатам проверки ЦБ РФ часть кредитов была переквалифицирована в более низкую категорию качества с доначислением резервов. Кроме того, установлено наличие кредитов, по которым залогодателем или стороной являлись прямо или косвенно заинтересованные по отношению к должнику лица.   

Из материалов дела следует, что Арбитражным судом г. Москвы рассматривалось заявление ФИО5 и ФИО13 о признании недействительными приказов Центрального Банка Российской Федерации от 31.10.2011 № ОД-779 «Об отзыве лицензии на осуществление банковских операций у кредитной организации ООО «УИК-БАНК» и № ОД-780 «О назначении временной администрации по управлению кредитной организацией ООО «УИК-БАНК». 

Решением суда по делу №А40-133746/2011 отказано в удовлетворении требований ФИО5, ФИО13 о признании недействительными приказов Центрального банка Российской Федерации от 10 31.10.2011 № ОД-779 «Об отзыве лицензии на осуществление банковских операций у кредитной организации ООО «УИК-БАНК» и № ОД-780 «О назначении временной администрации по управлению кредитной организацией ООО «УИК-БАНК» (проверено на соответствие Федеральному закону «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России», Федеральному закону «О банках и банковской деятельности»). 

При этом судом дана оценка действиям Банка по исполнению требований Управления ЦБ РФ, отраженных в предписаниях, в том числе судом было отражено, что в течение года, предшествующего отзыву лицензии, за нарушения банковского законодательства и нормативных актов Банка России в соответствии со статьей 74 Федерального закона «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» и Инструкцией Банка России от 31.03.1997 № 59 «О применении к кредитным организациям мер воздействия» Банком России в лице ГУ Банка России по Челябинской области к ООО «УИК-БАНК» применено 46 мер воздействия, в том числе 11 принудительных. 

По результатам рассмотрения материалов инспекционной проверки ООО «УИК-БАНК» по состоянию на 01.03.2011 выявлена недооценка кредитного риска по 20 заемщикам - юридическим лицам и по 2 заемщикам - физическим лицам в общем объеме 153,3 млн. руб., что обусловило отрицательное значение капитала кредитной организации (-8018 тыс. руб.). В этой связи Банк России в целях защиты интересов кредиторов и вкладчиков, предписанием от 23.03.2011 № 24-1-8/3790ДСП ввело в отношении ООО «УИК-Банк» с 24.03.2011 сроком на 6 месяцев запрет на открытие филиалов и структурных подразделений кредитной организации и ограничение на открытие банковских счетов юридических лиц, на привлечение денежных средств физических и юридических лиц. 

Кроме того, банку предъявлено требование о реклассификации указанной задолженности и доформировании резервов на возможные потери по судам в адекватном объеме. 

В связи с увеличением собственных средств (капитала) кредитной организации (за май увеличились на 70,5 млн. руб., и на 01.06.2011 составили 91,7 млн. руб.), снижением убытка текущего года на 29,3 % (с 36,8 млн. руб. до 26 млн. руб.), принимаемыми мерами по погашению проблемной задолженности, а также ходатайством ООО «УИК-Банк» об отмене запретов на осуществление отдельных банковских операций, Банк России с 24.06.2011 предписанием от 24.06.2011 №24-1- 9/8425ДСП отменил ряд запретов, при этом учитывая, что финансовое состояние банка на анализируемую дату не стабилизировалось, в отношении ООО «УИК-Банк» с 24.06.2011 сроком на 4 месяца введены ограничения на отдельные банковские операции. 

По результатам дистанционного надзора установлены факты выдачи банком крупных кредитов заемщикам (ООО «Артиз», ООО «Оптима» в общей сумме 70 млн. руб.), деятельность которых носит сомнительный характер. Также при оценке риска при предоставлении кредитов вышеуказанным заемщикам, Банком производилось изучение целевого использования ссуд. Кроме того, Банк не учел риск потерь по условным обязательствам не кредитного характера (обязательства перед ФИО17 и ФИО18 в сумме 52,9 млн. руб.). Предписанием Банка России от 31.08.2011 № 24-1-9/11866ДСП банку предъявлено требование о реклассификации ссудной задолженности 2 заемщиков в 3 категорию качества с резервом не менее 21%; а также условного обязательства не кредитного характера - сумму, причитающуюся выплате ФИО17, в 5 категорию качества с начислением резерва 100% в срок до 02.09.2011, а так же введен запрет на отдельные банковские операции. 

Предписанием Банка России от 26.09.2011 № 24-1-9/13058ДСП в связи с недостаточным уровнем ликвидных активов (нарушение нормативов текущей ликвидности на 14 отчетных дат, в том числе на 8 дат банк нарушил НЗ более чем на 10%) и сохранением угрозы интересам кредиторов и вкладчиков Банку введены ограничения на отдельные банковские операции. 

В нарушение предписания Банка России от 19.09.2011 № 33-3-18/4432ДСП ООО «УИК-Банк» 22.09.2011 зачислил денежные средства в сумме 32,1 млн. руб. на вкладной счет ФИО17, мотивируя это добровольным исполнением решения Ленинского районного суда г.Екатеринбурга от 25.03.2011 по иску ФИО17 В этой связи предписанием от 29.09.2011 № 24-1-9/13245ДСП Банк России потребовал от ООО «УИК-Банк» обеспечить соблюдения введенного ранее запрета на привлечение во вклады денежных средств физических лиц и открытие банковских счетов физическим лицам. 

Принимая во внимание нарушение Банком ст. 837 ГК РФ, п. 4.71. Положения № 302-П, в части несвоевременного исполнения требований кредиторов, представление в Банк России недостоверной отчетности по форме № 0409101, начиная с 05.10.2011, и отчетности по форме № 0409350 по состоянию на 11.10.2011, наличие неудовлетворенных требований вкладчика, а также нарастание реальной угрозы интересам кредиторов и вкладчиков, Банк России предписанием от 17.10.2011 №24-2- 18/14019ДСП ввел ограничения и запреты на отдельные банковские операции, а также предъявил требование о замене отчетности по форме № 0409350. 

Предписанием Банка России от 25.10.2011 № 24-2-18/14475ДСП в связи с нарушениями норм Положения Банка России № 302-П при отражении неисполненных обязательств, а также нарушениями порядка составления и представления отчетности по форме 0409350, представлением недостоверной отчетности банку предъявлено требование об устранении нарушений и представлении достоверной отчетности.

Таким образом, нарушения носили систематический характер, их устранение после вынесения предписаний ЦБ РФ существенно не изменяло общей ситуации и в конечном итоге не привело к устранению признаков несостоятельности. 

Кроме того, постановлением Федерального арбитражного суда Уральского округа от 16.04.2014 № Ф09-10557/12 была дана окончательная оценка действиям Банка и ответчиков при рассмотрении вопроса о признании сделок с недвижимым имуществом должника, признана недействительной сделка по приобретению доли в уставном капитале ООО УК «Деловой мир» в размере 19,8% путем внесения вклада - здания общей площадью 810,5 кв.м, расположенного по адресу: 

<

...>. 

При этом судами было установлено, что отчуждение Банком указанного объекта недвижимости произведено до согласования Главным управлением Центрального Банка Российской Федерации плана мер по финансовому оздоровлению, согласно которому до 31.12.2011 должна состояться реализация доли Банка в уставном капитале общества «Деловой Альянс», сделка была совершена при наличии заинтересованности, ее совершение повлекло причинение вреда должнику и его кредиторам, так как в результате передачи имущества должника в уставный капитал ООО «Деловой Альянс», Банк утратил права на объект недвижимого имущества, расположенный по адресу: 

<

...>. В соответствии с отчетом от 22.11.2011 № 350-11/Н, выполненным ООО «Эксперт-Ком», рыночная стоимость объекта недвижимого имущества - здания, расположенного по адресу: 

<

...>, на дату совершения сделки по внесению обществом «Деловой Альянс» вклада в уставный капитал общества «Бератор» составляла 40 940 000 руб. Согласно отчету об оценке от 15.02.2013 № 369-Б рыночная стоимость указанного имущества составила 34 444 908 руб. В соответствии с отчетом об оценке от 15.02.2013 № 369-Б, представленном в дело, рыночная стоимость доли Банка в размере 19,82% в уставном капитале названного общества составляет 29 006 750 руб. При этом при составлении отчета учитывались доли общества «Деловой Альянс» в обществах «Бератор» и «Уралмрамор», которые предпринимательскую деятельность не ведут; наличие у общества «Уралмрамор» объектов недвижимого имущества не подтверждено. В заключении о финансовом состоянии Банка на дату отзыва лицензии на осуществление банковских операций и наличии признаков преднамеренного банкротства, составленного временной администрацией по управлению Банком, сделан вывод о негативных явлениях в деятельности общества «Деловой Альянс». Таким образом, экономическая целесообразность внесения Банком названного объекта недвижимого имущества в уставный капитал общества «Деловой Альянс», а в дальнейшем в уставный капитал общества «Бератор», отсутствовала; принадлежность Банку доли в уставном капитале общества «Деловой Альянс» с учетом изложенного не свидетельствует о наличии равноценного встречного предоставления. 

Следует учитывать, что сам по себе факт возврата указанного имущества в конкурсную массу не свидетельствует об отсутствии вины контролирующих должника в причинении вреда кредиторам и должнику, так как такие действия совершались в период наличия проблем с формированием капитала и в ситуации отсутствия у должника возможности рассчитываться обязательствам перед вкладчиками, что том числе физическими лицами.  Кроме того, реализация имущества была осуществлена в интересах лиц, аффилированных Банку и входивших с должником в одну группу лиц, в отсутствие экономического интереса для должника, на что обоснованно указано судом первой инстанции.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что банкротство Банка было обусловлено высоко рискованной политикой руководства при предоставлении кредитов и займов лицам, финансовое положение которых, а также возможность возврата полученных ссуд были сомнительны, при этом часть заемщиков имела признаки заинтересованности по отношению к Банку в той или иной степени; неверной оценкой кредитных рисков; осуществлением рисковой деятельности по выдаче кредитов после соответствующих предписаний ЦБ РФ. 

Принимая во внимание то обстоятельство, что Правление Банка и его Председатель осуществляли непосредственное руководство Банком, ФИО3, ФИО2, главный бухгалтер ФИО4 одновременно являлись членами кредитного комитета Банка и непосредственно формировали кредитный портфель Банка, а также давали оценку всем кредитным рискам, в том числе посредством определения классификации категорий качества кредитов с определением размеров резервов, подлежащих начислению, ФИО5 являлся Председателем Правления Банка, то есть занимал в данном случае высшую руководящую позицию, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Судом обоснованно указано на недоказанность совершения противоправных действий, повлекших банкротство Банка, со стороны ФИО14 и ФИО13 

В связи с тем, что ФИО14 был назначен и.о. главного бухгалтера Банка летом 2011 года, в период наличия у должника признаков неплатёжеспособности; в отношении ФИО13 конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что ФИО13, будучи секретарем на заседаниях Правления Банка, участвовала в принятии решений о выдаче кредитов, на должность и.о. Председателя Правления Банка была назначении в сентябре 2011 года при наличии признаков банкротства Банка, оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, у суда первой инстанции не имелось. 

Доводы подателей жалоб, касающиеся конкретных кредитных договоров, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, так как оценка нарушениям, допущенным при заключении договоров, отраженных в обжалуемом судебном акте была дана ЦБ РФ в предписаниях, а также в акте проверки, в период осуществления руководства Банком ответчиками, при наличии в их распоряжении всех необходимых документов для заявления возражений, исправления недостатков и заявления возражений по акту проверки, кроме того, нарушения относительно части организаций отражены  в заключении Временной администрации по управлению Банком.

Кроме того, следует учитывать, что при привлечении к субсидиарной ответственности судом дается оценка всей совокупности представленных доказательств, характеризующих модель ведения бизнеса в целом. Из представленных в материалы настоящего дела доказательств следует, что ответчики не обеспечили стабильность финансовой работы Банка, под их непосредственным руководством осуществлялись высоко рисковые операции, допускалось искажение отчетности, посредством неверного определения кредитных рисков и определения классификации качества выданных кредитов, что в конечном итоге привело к банкротству должника. 

Доводы о наличии в действиях конкурсного управляющего признаков недобросовестности злоупотребления правом, а также ненадлежащего исполнения последним обязанностей не подлежат оценке в рамках настоящего обособленного спора, в связи с чем подлежат отклонению.

Доводы ФИО5 о недоказанности факта того, что он давал обязательные указания, являлся контролирующим должника лицом, отклоняются по указанным выше основаниям, с учетом того, что он осуществлял непосредственное руководство, имел возможность контролировать деятельность Банка, не допустить заключение ряда кредитных договоров с прямо или косвенно заинтересованными по отношению к нему финансово не стабильными юридическими лицами.

Отсутствие сведений о том, что ФИО5 давались кому-либо указания, само по себе не свидетельствует о том, что он не являлся контролирующим должника лицом и не может отвечать по обязательствам должника.

Доводам о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности судом первой инстанции дана надлежащая оценка, выводы суда первой инстанции в указанной части сделаны на основе действующей в спорный период редакции закона и разъяснений суда вышестоящей инстанции.

Довод о том, что причиной банкротства Банка стали действия клиентов Банка - ФИО17 и ФИО18, обоснованно отклонен судом первой инстанции. 

При этом судом правомерно принято во внимание, что обязательства Банка перед указанными физическими лицами были установлены вступившим в законную силу судебными актами Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 17.10.2011 и от 26.10.2011 (л.д. 95-122, т.16), неисполнение обязательств Банка перед ФИО17 и ФИО18 послужило основанием для введения картотеки в отношении Банка с 14.10.2011. Однако решением суда от 18.01.2012 была дана оценка тому обстоятельству, что на дату отзыва лицензии на осуществление банковских операций, активы Банка составили 649 109 тыс. руб., обязательства составили 943 047 руб. При этом активы Банка не содержали недвижимого имущества и состояли лишь из денежных средств, средств вложенных в ценные бумаги, ссудной задолженности, средств размещенных в кредитных организациях. Кроме того, временной администрацией был уменьшен размер ссудной задолженности в связи с выявлением существенных кредитных рисков, которые не были учтены банком в полном объеме. Кроме того, временной администрацией дана оценка чистым вложениям Банка в ценные бумаги и другие финансовые активы. По результатам заключения временной администрации капитал Банка по состоянию на 01.11.2011 являлся отрицательным и составлял - 293 938 тыс. руб. Кроме того, в период проверки уставный капитал банка был увеличен на 100 млн. руб. при наличии задолженности перед указанными физическими лицами около 50 млн. руб. Таким образом, Банк имел признаки неплатежеспособности, сама по себе ситуация, возникшая с клиентами банка - ФИО17 и ФИО18 не могла послужить причиной банкротства должника в случае его стабильного финансового положения и надлежащего осуществления кредитной деятельности.

Факт того, что впоследствии часть задолженности по кредитным договорам была взыскана конкурсным управляющим или погашена заемщиками не может быть принят судом апелляционной инстанции во внимание, так как не свидетельствует о том, что ответчики осуществляли надлежащий контроль за финансовой деятельностью Банка.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта по доводам, изложенным в апелляционных жалобах, определение суда первой инстанции отмене не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в силу ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 19.12.2018 по делу № А76-21207/2011 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5  – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяС.В. Матвеева 

Судьи:А.А. Румянцев

С.А. Бабкина