АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТВЕРСКОЙ ОБЛАСТИ 

http://tver.arbitr.ru,      http://my.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №А66-13498/2022

г.Тверь

27 декабря 2022 года

 

Арбитражный суд Тверской области в составе судьи Калита И.В.,  рассмотрев в порядке упрощенного производства по правилам главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело по иску  ФИО1 ФИО3 Ко. Лтд. (Beijing Maskking Technology Development Co., Ltd.),  г.Пекин, район Сичэн, Малиандао Роуд, №14, д.9, 3 этаж, №1, 

  к индивидуальному предпринимателю ФИО2,  

<

...>,  ОГРНИП 318695200018412, ИНН 

<

***>, дата государственной регистрации -  16.04.2018,

  о взыскании 150 000 руб., 

установил:

Компания ФИО1 ФИО3 ФИО3 Ко. Лтд., г.Пекин, обратилась в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2,  г.Тверь, о взыскании 150 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации - товарный знак №774830, а так же 1 500 руб. расходов на приобретение товара, 74 руб. почтовых расходов.

  Определением от 06 октября 2022 года исковое заявление принято к производству в упрощённом порядке и рассматривается в соответствии со статьями 227-229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.   

  Ответчик представил письменный отзыв с возражениями против удовлетворения исковых требований, ходатайство о снижении размера компенсации до 10 000 руб. 

  Истец представил письменные объяснения на отзыв ответчика.

  Из имеющихся в материалах дела документов следует, что Компания ФИО1 ФИО3 Ко.Лтд. является правообладателем товарного знака №774830 на основании выписки ФИПС (дата регистрации 11.09.2022, срок действия до 13.11.2029). Товарный знак №774830 имеет правовую охрану в отношении 34 класса Международной классификации товаров и услуг (далее - МКТУ) – табак; трубки курительные; сигареты электронные; растворы жидкие для электронных сигарет. 

  В принадлежащих индивидуальному предпринимателю ФИО2 торговых павильонах  01 сентября 2021 года (в торговом павильоне по адресу: 

<

...>); 03 сентября 2021 года  (в  торговом  павильоне  по  адресу:  

<

...>), 04 сентября 2021 года (в торговом павильоне по адресу:  

<

...>) предложены к продаже и реализованы электронные сигареты: «Ледяная мята», «Апельсин Манго ГУава», «Red Bull Напиток» (далее - товары). Приобретенные товары представлены в дело в качестве вещественных доказательств. 

  Факт покупки товаров подтверждается представленными в материалы дела оригиналами чеков, содержащими сведения о денежной сумме, уплаченной за товары, датах заключения договора розничной купли-продажи, фамилии и инициалах ответчика, а также видеозаписью процесса приобретения товаров, произведенной в целях самозащиты гражданских прав на основании статей 12,14 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

  Поскольку особый порядок фиксации факта нарушения исключительных прав правообладателя Гражданским кодексом Российской Федерации, иными правовыми актами не установлен, то представленные истцом чеки и видеозапись, как содержащие сведения, необходимые для установления места распространения товаров и лица, осуществляющего такое распространение, соответствуют требованиям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к доказательствам по делу. 

  Видеозапись покупки отображает внутренний вид торговых пунктов ответчика, процесс выбора приобретаемого товара, процесс его оплаты. На видеозаписи также отображается содержание выданных чеков, соответствующих приобщенным к материалам дела чекам ответчика и внешний вид товаров, соответствующим приобщенным к материалам дела. 

  Частью 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном настоящим Кодексом. 

  Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статье 14 Гражданского кодекса Российской Федерации и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. 

  При таких обстоятельствах представленный в материалы дела диск с видеозаписью, фактически произведенной методом скрытой камеры, является допустимым доказательством по делу. Видеозаписи покупки оцениваются судом в совокупности с чеками, подтверждавшими факт реализации ответчиком спорных товаров. 

  Истец, полагая, что ответчиком нарушены его исключительные права на товарный знак №774830, обратился в арбитражный суд с настоящим иском. Предъявлению иска в суд предшествовало направление ответчику претензии №93764, что подтверждается почтовой квитанцией от 20 декабря 2021 года. 

  Результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе произведения науки, литературы и искусства, товарные знаки и знаки обслуживания (пункт 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

  Исключительное право на результат интеллектуальной деятельности, созданный творческим трудом, первоначально возникает у его автора. Это право может быть передано автором другому лицу по договору, а также может перейти к другим лицам по иным основаниям, установленным законом (пункт 3 статьи 1228 Гражданского кодекса Российской Федерации).

  Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. 

  Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом. 

  В соответствии с пунктом 1 статьи 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными настоящим Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права. 

  В силу норм пункта 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации под товарным знаком понимается обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей. 

  Нормами статьи 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что на товарный знак, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, выдается свидетельство на товарный знак (пункт 1). Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве (пункт 2). 

  Как следует из положений статьи 1482 Гражданского кодекса Российской Федерации, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании. 

  На территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности (статья 1479 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

  Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. 

  Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. 

  Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве. 

  В силу пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.  

  В соответствии со статьей 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование (размещение на товаре или упаковке) не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения. 

  Вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует (пункт 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 №122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности»). 

  В пункте 34 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, разъяснено, что незаконное использование товарного знака посредством реализации товара, имитирующего товарный знак, является нарушением исключительных прав на такой товарный знак. 

  Оценив в совокупности и взаимосвязи представленные доказательства с учетом доводов сторон, суд приходит к выводу о том, что материалами дела подтверждено наличие у истца исключительных прав на товарный знак, зарегистрированный под №774830. 

  В качестве доказательств нарушения прав истца ответчиком  представлены электронные сигареты: «Ледяная мята», «Апельсин Манго ГУава», «Red Bull Напиток», приобщенные к материалам дела в качестве вещественных доказательств,  чеки и видеозапись процесса покупки. 

  В качестве контрафактных товаров признаются материальные носители, в которых выражен результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, которые приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство (пункт 4 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

  Материальный носитель может быть признан контрафактным только судом (абзац 6 пункта 75 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление Пленума №10). 

  Вопрос об оценке товарного знака, исключительное право на который принадлежит правообладателю, и обозначения, выраженного на материальном носителе, на предмет их сходства до степени смешения дается судом с точки зрения обычного потребителя соответствующего товара, не обладающего специальными знаниями адресата товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак. Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается (пункты 75, 162 Постановления Пленума №10, аналогичная позиция отражена в пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 №122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности»). 

  Учитывая вышеуказанные критерии оценки сходства до степени смешения, оценив представленные товары, суд приходит к выводу о наличии признаков, указывающих на то, что надписи на упаковках электронных сигарет и непосредственно на сигаретах «MASKKING» схожи до степени смешения с товарным знаком №774830, поскольку он легко узнаваем, ассоциируются с исходным товарным знаком. 

  Приобретенные товары не имеют средств идентификации защиты, присущих лицензионному продукту, что свидетельствует о контрафактности товаров. Ответчиком не представлено доказательств подлинности спорных товаров, соответствия стандартам, а также безопасности для здоровья потребителя. Следовательно, действия ответчика по реализации товаров, являются нарушением исключительных прав истца. 

  По правилам статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьями 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.  

  В соответствии со статьей 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом. 

  Определяя способы защиты нарушенного права истец вправе руководствоваться собственным усмотрением. 

  Согласно пункту 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей ответственность за незаконное использование товарного знака, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака. 

  По правилам статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. 

  В соответствии со статьей 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации  размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. 

  В рассматриваемом случае истец просит взыскать с ответчика 150  000 руб.   компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации - товарный знак №774830.

  Из разъяснений, содержащихся в пункте 59 Постановления №10, следует, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. 

  Ответчиком заявлено ходатайство об уменьшении размера взыскиваемой компенсации за незаконное использование товарного знака, со ссылкой незначительность нарушения, отсутствие признаков систематичности, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, также просит учесть то, что ответчик  является субъектом малого и среднего предпринимательства, что подтверждается выпиской от 31.10.2022.

  Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 60 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», в случае, если истцом определен общий требуемый размер компенсации без разделения по количеству нарушений, суд исходит из того, что в заявленном размере компенсации учтены суммы компенсации за каждое нарушение в равных долях.

  Следовательно, истцом заявлен размер компенсация по 50 000 руб.  за каждый факт нарушения его исключительных прав (четыре факта закупки товара в разных точках предпринимателя).

  В силу пункта 62 Постановления № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

  В абзаце третьем пункта 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» сформулирована правовая позиция, из которой следует, что нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи 1225, 1227, 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации).

  В абзаце третьем пункта 65 постановления №10 указывается, что распространение нескольких материальных носителей при неправомерном использовании одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации составляет одно правонарушение, если такое нарушение охватывается единством намерений правонарушителя (например, единое намерение нарушителя распространить партию контрафактных экземпляров одного произведения или контрафактных товаров). При этом каждая сделка купли-продажи (мены, дарения) материальных носителей (как идентичных, так и нет) квалифицируется как самостоятельное нарушение исключительного права, если не доказано единство намерений правонарушителя при совершении нескольких сделок.

  Судом установлено, что правообладателем закупки проводились в короткий промежуток времени (с 01.09.2021 по 04.09.2021); доказательств того, что нарушителю поступили требования о прекращении нарушения после первой закупки товара, суду не представлено.

  Оценив представленные истцом доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом правовой позиции, содержащейся в определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.12.2015 по делу №А03-14243/2014, согласно которой в случае, если закупки товаров производились в течение короткого промежутка времени, по всем фактам после осуществления первой закупки ответчик не предупреждался истцом о нарушении исключительных прав на товарные знаки, требований о прекращении нарушения прав истца ответчику не поступало, суд приходит к выводу о том, что в данном случае нарушения ответчиком исключительных прав истца путем реализации трех товаров одного вида, на которых размещено изображение MASKKING, охватывалось единством его намерений, поэтому имеет место один случай незаконного использования товарного знака.

  Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», рассматривая дела о взыскании компенсации, заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ,  пункт 7  части  2  статьи   125  АПК РФ),  подтверждающее,  по его  мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

  Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

  Истцом в качестве обоснования заявленного размера компенсации указано: компания Beijing Maskking Technology Development Co., Ltd. известна участникам рынка и потребителям с 2015 года. За этот период компания зарекомендовала себя как производителя продукции высокого качества, преследующей своей целью оказать помощь человечеству отказаться от табачной зависимости, вызванной обычными сигаретами; истец является профессиональным производителем электронных сигарет и предприятием, объединяющим исследования и разработки, производство, продажи и обслуживание данной продукции на рынке по всему миру; бренд широко известен на рынке электронных сигарет, который набирает свою популярность из года в год; компания обладает широкой сетью оптовых и мелкооптовых дистрибьюторов, поэтому приобрести лицензионную продукцию без проблем можно в любом регионе; истец предоставляет бесплатные консультации всем обратившимся лицам по определению контрафактной продукции, при этом дополнительной гарантией является нанесение Истцом на каждую единицу товара специального QR-кода, который помогает конечному потребителю убедиться в оригинальности приобретенной продукции.

  В результате предпринимаемых истцом мер по защите своих исключительных прав и информированию третьих лиц о недопустимости их нарушения, добросовестные участники рынка однозначно имеют возможность самостоятельно определить контрафактную продукцию. Расходные материалы, используемые при производстве контрафактной продукции, как правило, являются низкокачественными и низкопробными, не проходят сертификацию и изготавливаются с нарушением лицензионных технологий, что повышает риски возникновения негативных последствий для потребителя. Повышенная степень общественной опасности использования контрафактных электронных сигарет обуславливается тем, что данная продукция непосредственно взаимодействует с дыхательными путями человека, соответственно, низкопробные и низкокачественные материалы контрафактной продукции могут повлечь причинение вреда жизни и здоровью потребителя, повышают риск возникновения несчастных случаев, в том числе с учетом наличия в устройствах нагревательных элементов.

  Приведенные истцом доводы о соразмерности заявленной компенсации нарушению его исключительных прав сводятся к общим рассуждениям относительно того, что бренд «MASKKING» обладает широкой популярностью, компания имеет высокую сеть оптовых точек продажи товаров, предоставляет бесплатные консультации и прочее.

  Перечисленные истцом обстоятельства описывают лишь процесс организации коммерческой деятельности правообладателя, повышенную степень общественной значимости контрафактного товара, профессионализм в его производстве, но не обосновывают размер заявленной ко взысканию компенсации (в частности, не приведены какие-либо показатели, которые положены заявителем в отыскиваемый размер компенсации).

  Проанализированные обстоятельства относительно потенциального причинения вреда потребителю (возможное использование некачественных материалов, причинение вреда здоровью граждан) также обоснованы общими рассуждениями, без представления соответствующий доказательств, в том числе экспертных заключений, делающих однозначный вывод о возможном причинении вреда жизни и здоровью человека реализуемой продукцией.

  При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат   другим   лицам,   существенной   частью   хозяйственной   деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения (пункт 62 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

  Как установлено судом ранее, закупка спорных товаров произведена правообладателем в начале сентября 2021 года, претензия в адрес предпринимателя направлена лишь 20 декабря.2021 (по истечении более трех  месяцев с момента покупки контрафактных товаров), исковое заявление подано в суд 28 сентября 2022 года, спустя более восьми месяцев с даты истечения установленного срока для получения ответа на претензию, возникновения права обращения с иском в суд.

  Длительные сроки реагирования правообладателя на факты нарушения, которые, по его мнению, могут причинить вред здоровью потенциального потребителя, свидетельствуют о фактическом отсутствии с его стороны цели защиты потребителя. 

  При определении размера подлежащей взысканию компенсации, судом  приняты во внимание следующие обстоятельства: нарушение ответчиком чьих-либо исключительных прав совершено индивидуальным предпринимателем впервые; доказательства того, что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и  носило грубый характер, в материалы дела не представлены. Истцом так же не представлены доказательства, подтверждающие вероятные имущественные потери правообладателя в связи с реализацией ответчиком спорных товаров.

  Исследовав обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав, характером допущенного нарушения, наличием и степенью вины нарушителя, вероятными имущественными потерями правообладателя, при отсутствии факта использования результатов интеллектуальной деятельности, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд  считает  требования истца обоснованными и подлежащими удовлетворению в размере  30 000 руб. 

  Согласно статье 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

  Статьей 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, отнесены денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

  Перечень судебных издержек, предусмотренный указанной нормой, не является исчерпывающим. В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее - Постановление №1) расходы, понесенные истцом в связи со сбором доказательств до предъявления искового заявления в суд, также могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

  В силу пункта 4 Постановления №1 в случаях, когда законом либо договором предусмотрен претензионный или иной обязательный досудебный порядок урегулирования спора, расходы, вызванные соблюдением такого порядка (например, издержки на направление претензии контрагенту) признаются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек (статьи 106, 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

  В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

  Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 10 Постановления №1, лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.

  Требования о взыскании с ответчика 1 500 руб. расходов, понесенных в связи с закупкой контрафактного товара, заявлены правомерно, поскольку данные расходы осуществлены истцом для рассмотрения судебно-арбитражного дела о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав, фактически понесены истцом в целях  сбора доказательств по делу.

  Истцом также заявлено о взыскании с ответчика почтовых расходов на отправление искового заявления и претензии в размере 74 руб. В качестве доказательства несения указанных расходов истцом представлена соответствующая почтовая квитанция. Исходя из того, что истец был вынужден обратиться в суд, поскольку ответчик уклонялся от добровольного исполнения возложенных на него обязанностей, суд считает, требования о возмещении за счет ответчика расходов связанных с отправкой претензии ответчику в данном случае обоснованными (статьи  106, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

  В соответствии с пунктом 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны, пропорционально размеру удовлетворенных требований.

  При указанных обстоятельствах, требования в части взыскания  расходов, понесенных в связи с закупкой контрафактного товара, подлежат удовлетворению в размере 300 руб., в части взыскания почтовых расходов -  в  размере 14,80 руб.

  В соответствии с пунктом 4 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации  в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены настоящим Кодексом. 

  Приобщенное к материалам дела  определением от 25 октября 2022 года вещественное доказательство подлежит уничтожению после истечения срока на кассационное обжалование решения.

  По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина подлежит отнесению на истца и ответчика пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

  Руководствуясь статьями 110, 167-170, 226-229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

                                                  Р Е Ш И Л:

  Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2,  

<

...>,  ОГРНИП 318695200018412, ИНН 

<

***> дата государственной регистрации -  16.04.2018, в пользу ФИО1 ФИО3 Ко. Лтд. (Beijing Maskking Technology Development Co., Ltd.),  г.Пекин, район Сичэн, Малиандао Роуд, №14, д.9, 3 этаж, №1, 30 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации - товарный знак №774830, 300 руб. расходов на приобретение товара, 14,80 руб. почтовых расходов, а так же 1 100 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

  В удовлетворении оставшейся части требований отказать.

  Вещественные  доказательства:  (электронные сигареты: «Ледяная мята», «Апельсин Манго ГУава», «Red Bull Напиток» - 3 шт.)   уничтожить после вступления решения в законную силу и истечения срока, установленного для его кассационного обжалования.

  Исполнительный лист выдать взыскателю в порядке статьи 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

  Настоящее решение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд, город Вологда, в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия.

Судья                                                                                                        И.В.Калита