АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-49329/2019

Дело № А06-8157/2016

г. Казань

19 августа 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 12 августа 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 19 августа 2019 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Коноплёвой М.В.,

судей Ивановой А.Г., Самсонова В.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Левагиной Л.В. (протоколирование ведется с использованием систем видео-конференц-связи, материальный носитель видеозаписи приобщается к протоколу)

при участии в Арбитражном суде Астраханской области представителей:

ФИО1 – ФИО2, доверенность от 14.05.2019, ФИО3, доверенность от 14.05.2019,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 

на постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.04.2019 (председательствующий судья Пузина Е.В., судьи Макаров И.А., Самохвалова А.Ю.)

по делу № А06-8157/2016

по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО5, ФИО6, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Аква-Плюс», Астраханская область, Наримановский район, село Старокучергановка (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Астраханской области от 21.04.2017 общество с ограниченной ответственностью «Аква Плюс» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4 (далее – конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением, с уточнением требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО5, ФИО6 по обязательствам должника в размере 7 621 262,49 руб.

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 18.01.2019 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.04.2019 определение Арбитражного суда Астраханской области от 18.01.2019 отменено в части, с ФИО1 в конкурсную массу должника взысканы убытки в размере 3 600 797,28 руб.

В кассационной жалобе ФИО1 просит постановление апелляционного суда отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции, указывая, что у руководителя должника отсутствовала обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом. В дополнении к кассационной жалобе ФИО1 указывает, что апелляционный суд неправомерно вышел за пределы рассмотрения заявленных конкурсным управляющим требований о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности, взыскав в конкурсную массу должника убытки.

В судебном заседании 16.07.2019 рассмотрение кассационной жалобы ФИО1 на основании части 5 статьи 158 АПК РФ было отложено до 10 ч. 00 мин. 12.08.2019.

В связи с отпуском судьи Кашапова А.Р., участвовавшего в составе суда, рассматривающем дело 16.07.2019, определением председателя судебного состава Арбитражного суда Поволжского округа от 12.08.2019 в порядке статьи 18 АПК РФ произведена замена судьи Кашапова А.Р. на судью Самсонова В.А., в связи с чем рассмотрение кассационной жалобы после замены судьи начато сначала.

Проверив законность принятых по обособленному спору судебных актов в порядке статьи 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции оснований для отмены постановления апелляционного суда не находит.

Как установлено судом и следует из материалов дела, директором должника в период с 11.12.2012 по 14.04.2013 являлся ФИО6, с 15.04.2013 по 21.04.2014 – ФИО5, с 22.04.2014 по 16.05.2017 – ФИО1

В ходе процедуры банкротства конкурсным управляющим была выявлена дебиторская задолженность по договорам займа, заключенных должником с физическими лицами: в отношении ФИО7 наличие задолженности в размере 2 265 797,28 руб. (договоры займа заключены в период с 17.04.2013 по 25.09.2013); в отношении ФИО8 наличие задолженности в размере 1 335 000 руб. (договоры займа заключены в период с 04.03.2013 по 16.05.2013); в отношении ФИО6 налииче задолженности в размере 81 203,33 руб. (договор займа от 27.05.2013).

Руководители должника за взысканием указанной задолженности не обращались. Для взыскания дебиторской задолженности конкурсный управляющий обратился в суд.

Решением Наримановского районного суда Астраханской области от 18.10.2017 в иске конкурсного управляющего к ФИО7 о взыскании задолженности по договорам займа в сумме 2 265 797,28 руб. отказано.

Решением арбитражного суда Астраханской области от 22.08.2017 по делу № А06-5773/2017 во взыскании с ФИО6 суммы долга в размере 81 203,33 руб. отказано.

Решением Арбитражного суда Астраханской области от 22.08.2017 по делу № А06-5772/2017 о взыскании с ФИО8 задолженности по договорам займа от 04.03.2013, от 29.03.2013, от 18.04.2013, от 16.05.2013 в сумме 1 335 000 руб. отказано.

Основанием для отказа в исковых требованиях конкурсного управляющего по всем судебным актам явился пропуск срока исковой давности.

Заявление конкурсного управляющего о наличии оснований для привлечения бывших руководителей должника к субсидиарной ответственности мотивировано тем, что ФИО1, ФИО5 и ФИО6 не предприняли мер по взысканию дебиторской задолженности по договорам займа с физическими лицами в размере 3 682 001 руб., в связи с чем должник был доведен до состояния банкротства. Также конкурсный управляющий полагал, что у руководителя должника ФИО1 не позднее 11.02.2016 возникла обязанность по подаче в суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом). В обоснование доводов о неплатежеспособности должника конкурсный управляющий ссылался на наличие обязательств, подтвержденных решением Арбитражного суда Астраханской области от 10.12.2015 по делу № А06-8445/2015, которым с должника в пользу ООО «Волжская Ремонтная Строительная Компания» взыскано неосновательное обогащение в размере 3 000 000 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 38 000 руб.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств того, что бездействием ФИО1, ФИО5 и ФИО6 должник был доведен до состояния банкротства. Также суд указал, что наличие задолженности перед отдельным кредитором само по себе не свидетельствовало о наличии признаков неплатежеспособности должника по состоянию на февраль 2016 года, в связи с чем основания для подачи соответствующего заявления в суд отсутствовали.

Суд апелляционной инстанции признал обоснованным вывод суда первой инстанции об отсутствии по состоянию на указанную конкурсным управляющим дату у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, а также о недоказанности конкурсным управляющим факта возникновения одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), которое могло бы быть принято в качестве основания для обращения руководителя с заявлением о признании должника банкротом.

Также суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции об отсутствии совокупности условий для привлечения ФИО1, ФИО5 и ФИО6 к субсидиарной ответственности за доведение должника до банкротства, в связи с непринятием мер по взысканию дебиторской задолженности в общей сумме 3 682 001 руб.

Указанные выводы судов лицами, участвующими в деле, в кассационном порядке не оспариваются.

Между тем, отменяя определение суда первой инстанции в части, апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО1 к ответственности, в виде взыскания с него убытков.

При этом апелляционный суд правомерно исходил из следующего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53) при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о взыскании убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), – суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица на деятельность должника.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статьей 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Единоличный исполнительный орган отвечает перед юридическим лицом за причиненные убытки, если необходимой причиной их возникновения послужило недобросовестное и (или) неразумное осуществление руководителем возложенных на него полномочий (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»). 

Согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Данное лицо несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с положениями статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности, как возмещение убытков возможно при доказанности совокупности нескольких условий: противоправности действий причинителя убытков, причинной связи между противоправными действиями и возникшими убытками, наличия и размера понесенных убытков.

Апелляционным судом установлено, что задолженность ФИО6 перед должником погашена в полном объеме, что подтверждается справкой по лицевому счету организации и не оспаривается конкурсным управляющим и уполномоченным органом, в связи с чем размер неоплаченной дебиторской задолженности ФИО7 и ФИО8 составляет в общей сумме 3 600 797,28 руб.

Все договоры займа со стороны должника были подписаны ФИО5

Между тем, в период руководства должником ФИО5 (с 15.04.2013 по 21.04.2014), срок исковой давности по взысканию задолженности по договорам займа, не истек. Истечение срока исковой давности взыскания задолженности приходится на период руководства должником ФИО1 (с 22.04.2014 по 16.05.2017).

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Однако ФИО1 не представил суду доказательств надлежащего контроля и принятия мер по взысканию дебиторской задолженности. 

Отклоняя доводы ФИО1 об отсутствии его вины со ссылкой на то, что договоры займа были заключены прежним директором ФИО5, который документы по договорам займа ФИО1 не передавал, а указанные документы находились в архиве должника, и архив был разобран ФИО1 только после инициирования банкротства, суд апелляционной инстанции правомерно указал, что являясь руководителем должника, ФИО1 обязан был действовать добросовестно и разумно в интересах общества, соответственно обязан был принять и проанализировать всю документацию предприятия, в том числе, находящуюся в архиве.

Установив не отвечающее требованиям разумности и добросовестности поведение директора ФИО1, в результате которого должнику причинены убытки в связи с фактической утратой возможности взыскания дебиторской задолженности по договорам займа, вывод суда апелляционной инстанции о наличии оснований для применения к ФИО1 такой меры гражданско-правовой ответственности, как возмещение убытков, и взыскании с него в пользу должника 3 600 797,28 руб., является правомерным.

Разрешая настоящий обособленный спор, апелляционный суд действовал в рамках предоставленных ему полномочий и оценил обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Доводы ФИО1, изложенные в кассационной жалобе, выводов суда апелляционной инстанции не опровергают, и не могут служить основанием к отмене обжалованного по делу судебного акта.

Довод ФИО1 о том, что апелляционный суд, переквалифицировав требования конкурсного управляющего с требования о привлечении бывших руководителей должника к субсидиарной ответственности на требование о взыскании убытков, вышел за пределы заявленных требований, подлежит отклонению с учетом разъяснений, содержащихся в абзаце 4 пункта 20 постановления Пленума № 53 и установленных апелляционным судом фактических обстоятельств дела. При доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

При таких обстоятельствах у суда кассационной инстанции отсутствуют правовые основания для отмены обжалуемого постановления суда апелляционной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.04.2019 по делу № А06-8157/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судьяМ.В. Коноплёва

СудьиА.Г. Иванова

В.А. Самсонов