ИМЕНЕМ  РОССИЙСКОЙ  ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А40-35278/18-111-258

г. Москва

21 октября 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 14 октября 2019 года.

Полный текст решения изготовлен 21 октября 2019 года.

Арбитражный суд  города Москвы

в составе судьи Цыдыповой А.В.  

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании суда дело по иску ООО "ТЕХНОЛОГИИ РАДИОТЕРАПИИ" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата гос рег 04.06.2015, 111141, 

<

...>, ПОМЕЩЕНИЕ I)

ответчик ФИО2

третье лицо ФИО3

о взыскании убытков в размере 7630000 руб.

при участии: 

от истца: ФИО4 дов. № 1 от 14.02.2019 г. диплом, ФИО5 дов. № 1 от 14.02.2019 г.

от ответчика ФИО2 лично, паспорт, ФИО6 ордер

от 3 лица ФИО3 лично паспорт

УСТАНОВИЛ:

ООО "ТЕХНОЛОГИИ РАДИОТЕРАПИИ" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата гос рег 04.06.2015, 111141, 

<

...>, ПОМЕЩЕНИЕ I) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском к ФИО2 о взыскании убытков в размере 7630000 руб., как к бывшему руководителю юридического лица.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 01.08.2018 г. производство по делу прекращено в части взыскания суммы убытков в размере 1916693 руб., причиненных заключением эксклюзивного дистрибьюторского соглашения от 12.07.2016 г. между ООО «Технологии радиотеапии» и ООО «Трансмед». 

В судебном заседании, состоявшемся 14.10.2019 г., истцом устно уточнены исковые требования в порядке ст. 49 АПК РФ, просит суд, взыскать с ответчика сумму причиненных убытков в размере 2748000 руб., согласно экспертному заключению АНО «МЕЖРЕГИОНАЛЬНЫЙ ЦЕНТР ЭКСПЕРТИЗЫ» от 05.02.2019 г. № 12/19.

В судебном заседании истец поддержал заявленные исковые требования с учетом уточнений.

Ответчик против удовлетворения заявленных исковых требований возражал по доводам, изложенным в отзыве и письменных пояснениях, указав на нарушение требований АПК РФ, Федерального закона от 31.5.2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», Федерального закона от 29.07.21998 г. № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», Федеральных стандартов оценки при проведении экспертизы, считает, что заключение эксперта от 05.02.2019 г. № 12/19 является недопустимым доказательством. Ответчик также указал, что убытки, которые заявлены к взысканию, причинены обществу в то время, когда она уже не являлась генеральным директором.

Третье лицо пояснило, что им правильно произведена оценка рыночной стоимости прав требования возмещения убытков с соблюдением всех требований Федерального закона от 29.07.21998 г. № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», федеральных стандартов, стандартов и правил оценочной деятельности.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, оценив представленные по делу доказательства, суд считает исковые требования подлежащими  удовлетворению по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела, ФИО2 исполняла обязанности генерального директора ООО "ТЕХНОЛОГИИ РАДИОТЕРАПИИ" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата гос рег 04.06.2015, 111141, 

<

...>, ПОМЕЩЕНИЕ I) на основании решения единственного участника Общества № 2016/06-01 от 29.06.2016 г.

12.07.2016г. между ООО "ТЕХНОЛОГИИ РАДИОТЕРАПИИ" и ООО «ТРАНСМЕД» заключено эксклюзивное дистрибьюторское соглашение, по условиям которого общество передает исключительное право ООО «ТРАНСМЕД» на продажу на территории России и СНГ своей продукции - комплексов для брахитерапии «НУКЛЕТРИМ» сроком до 31.12.2018 г.

В течение срока действия договора ООО «ТРАНСМЕД» обязалось выкупить восемь указанных комплексов на общую сумму 212000000 руб.  

Как указал истец, в результате заключения эксклюзивного дистрибьюторского соглашения от 12.07.2016 г. прекращалась деятельность Общества в части осуществления им продаж комплексов для брахитерапии «НУКЛЕТРИМ» от своего имени и возможности заключения договоров, в которых общество могло выступать в качестве продавца. 

02.08.2016 г. между  ООО "ТЕХНОЛОГИИ РАДИОТЕРАПИИ" и КГБУЗ «Краевой клинический центр онкологии» Министерства здравоохранения Хабаровского края заключен договор безвозмездного пользования медицинского оборудования № 1, в соответствии с которым общество передало в безвозмездное пользование гамма-терапевтический комплекс для брахитерапии «НУКЛЕТРИМ» на срок до 31.12.2017 г. 

Факт приема-передачи гамма-терапевтического комплекса для брахитерапии «НУКЛЕТРИМ» подтверждается Актом приема-передачи № 1 от 02.08.2016 г., подписанным со стороны ООО "ТЕХНОЛОГИИ РАДИОТЕРАПИИ" генеральным директором ФИО2.

Полагая действия ответчика недобросовестными и неразумными, учитывая тот факт, что при заключении договора безвозмездного пользования медицинского оборудования ответчик вышел за рамки обычной хозяйственной деятельности, что причинило убытки обществу в виде неполученной арендной платы и некомпенсируемого износа переданного возмездного оборудования, истец обратился в Арбитражный суд г. Москвы с заявленными требованиями с учетом их уточнения.

Принимая решение, суд руководствовался следующим.

Согласно п. 1 ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несёт ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Пунктом 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» установлено, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

С учетом положений Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 30.07.2013 г. № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», а также Постановления Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 08.02.2011г. №12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей, а также исследованию вопрос о наличии факта уменьшения имущества общества в результате действий ответчика. 

Согласно п. 2 ст. 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. Ответственность единоличного исполнительного органа является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

Обратившись с требованием о возмещении убытков, истец по правилам части 1 статьи 65 АПК РФ должен доказать факт причинения убытков, их размер, противоправность поведения причинителя ущерба, а также причинную связь между виновными действиями ответчика и убытками.

В силу пункта 3 статьи 10 ГК РФ разумность и добросовестность участников гражданских правоотношений презюмируются.

Привлечение единоличного исполнительного органа к ответственности зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, т.е. проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей. Единоличный исполнительный орган общества не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, если он действовал в пределах разумного предпринимательского риска.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 г. N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" - в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Факт заключения договора безвозмездного пользования медицинского оборудования от 02.08.2016г. № 1, а также факт передачи  гамма-терапевтического комплекса для брахитерапии «НУКЛЕТРИМ» ФИО2 подтвержден имеющимися материалами дела и не отрицается ответчиком.

Фактическое использование Комплекса подтверждено справкой КГБУЗ «Краевой клинический центр онкологии» Министерства здравоохранения Хабаровского края от 22.03.2018 г. 

Доводы возражений ФИО2 о том, что договор безвозмездной передачи Комплекса заключен ею по устному указанию единственного участника ООО «Технологии радиотерапии» ФИО7, материалами дела не подтверждаются.

Суд принимает во внимание, что ФИО2, являясь руководителем (единоличным исполнительным органом) ООО «Технологии радиотерапии», была обязана  знать действительную стоимость передаваемого комплекса, а при  принятии решения о заключении договора -  не могла не знать о том, что указанный договор, в силу его безвозмездности, выходит за рамки обычной хозяйственной деятельности и может причинить убытки в виде неполученной арендной платы и некомпенсируемого износа переданного безвозмездно оборудования. 

Суд также принимает во внимание, что в дальнейшем между ООО "ТЕХНОЛОГИИ РАДИОТЕРАПИИ" и КГБУЗ «Краевой клинический центр онкологии» Министерства здравоохранения Хабаровского края заключены возмездные договоры  аренды медицинского оборудования от 23.04.2018 г. № 1, от 11.05.2018 г. № 2, от 24.05.2019 г. № 3, от 04.06.2018 г. № 4, от 18.06.2018 г. № 5, по условиям которых учреждение оплачивало арендную плату обществу.

В части довода ответчика о том, что у ООО «Технологии радиотерапии» отсутствовало право на заключение договора безвозмездной передачи имущества в виду того, что Комплекс на момент передачи являлся собственностью ООО «МСМ-МЕДИМПЕКС», которое не отчуждало его в пользу ООО «Технологии радиотерапии», судом установлено следующее.

В силу положений пункта 14.5 Устава ООО «Технологии радиотерапии» генеральный директор совершает сделки, распоряжается имуществом Общества в пределах, установленных участником, уставом и действующим законодательством, организует бухгалтерский учет и отчетность. В пункте 17.6 Устава указано, что общество осуществляет учет результатов работ, ведет оперативный, бухгалтерский и статистический учет по нормам, действующим в Российской Федерации. Пункт 14.9 устава ООО «Технологии радиотерапии» обязывает генерального директора при осуществлении им прав и исполнении обязанностей действовать в интересах Общества добросовестно и разумно.

Направление ответчиком в адрес КГБУЗ «Краевой клинический центр онкологии» Министерства здравоохранения Хабаровского края письма, содержащего информацию о переходе прав на Комплекс от ООО «МСМ МЕДИМПЕКС» к ООО «Технологии радиотерапии», последующее подписание ответчиком договора безвозмездной передачи медицинского оборудования опровергают доводы ФИО2 о том, что ООО «Технологии радиотерапии» не являлось владельцем прав на Комплекс.

Учитывая фактические обстоятельства дела, свидетельствующие как о заключении договора безвозмездной передачи медицинского оборудования между КГБУЗ «Краевой клинический центр онкологии» Министерства здравоохранения Хабаровского края и ООО «Технологии радиотерапии», нахождении Комплекса во владении и пользовании учреждения, последующие отношения между Учреждением КГБУЗ «Краевой клинический центр онкологии» Министерства здравоохранения Хабаровского края и ООО «Технологии радиотерапии», связанные с заключением договоров аренды медицинского оборудования, доводы ответчика об отсутствии у ООО «Технологии радиотерапии» судом отклоняются.

В материалы дела не представлены доказательства того, что сделка по отчуждению Комплекса от ООО «МСМ МЕДИМПЕКС» к ООО «Технологии радиотерапии» признана недействительной по мотивам ее мнимости, притворности или заключения неуполномоченным лицом.

Довод ответчика о том, что ко взысканию заявлены убытки, которые имели место после ее увольнения, судом отклоняется, поскольку договор безвозмездного пользования медицинского оборудования от 02.08.2016г. № 1 подписан ФИО2 лично и носил длящийся характер.

Пленум ВАС РФ в пункте 1 постановления от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", обратил внимание судов на то, что единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., обязан действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением. Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо.

ООО «Технологии радиотерапии» является коммерческой организацией (пункт 1.7 Устава Общества), целью создания которой, являлось извлечение прибыли (статья 50 ГК РФ). 

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор, в том числе, знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.) (подпункт 5 пункта 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62).

В подпункте 3 пункта 3 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62указано на то, что арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

Из совокупности положений пунктов 1, 2 статьи 44 Закона об ООО и части 3 статьи 53 ГК РФ следует, что единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

В настоящем случае неразумность действий ответчика по заключению договора безвозмездной передачи медицинского оборудования подтверждается и тем, что  заключение  подобной  сделки  не  только  привело  контрагента  к неосновательному обогащению, но и объективно поставило ООО «Технологии радиотерапии» под угрозу неисполнения соответствующих налоговых обязанностей.

Истцом представлен отчет от 13.04.2018 г. № 3/22 об оценке рыночной стоимости прав требования возмещения убытков, причиненных ООО "ТЕХНОЛОГИИ РАДИОТЕРАПИИ", подготовленный оценщиком ФИО3 (рег. № 003342).

Из положений ст. 89 АПК РФ усматривается, что иные документы и материалы допускаются в качестве доказательств, если содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела.

Согласно правовой позиции Пленума ВАС РФ, изложенной в п. 13 Постановления N 23 от 04.04.2014 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе", заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не может признаваться экспертным заключением по рассматриваемому делу. Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 АПК РФ.

В соответствии с Определением ВС РФ N 306-ЭС18-3876 от 06.04.2018, экспертные заключения, составленные вне рамок судопроизводства без дачи экспертами подписки о предупреждении об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, рассматриваются в качестве письменных доказательств с учетом положений ст. 89 АПК РФ.

В отсутствие правовой нормы, обязывающей экспертов давать подписку о предупреждении об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения на досудебной стадии, а также в силу того, что положения ст. 89 АПК РФ об обязанности суда в определении о назначении судебной экспертизы предупреждать эксперта об уголовной ответственности не распространяются на досудебную стадию разрешения спора, тот факт, что привлеченные Обществом эксперт не был предупрежден об уголовной ответственности, не влечет автоматического вывода о недостоверности сделанного экспертом вывода и о недопустимости представленных истцом письменных доказательств - а от 13.04.2018 г. № 3/22.

Таким образом, указанный документ принят судом в качестве письменного доказательства в соответствии с положениями ст. 89 АПК РФ.

Определением суда от 14.12.2018 г. по делу назначена экспертиза, проведение которой поручено АНО «МЕЖРЕГИОНАЛЬНЫЙ ЦЕНТР ЭКСПЕРТИЗЫ». На разрешение эксперта  поставлен следующий вопрос:  какова действительная рыночная стоимость по состоянию на 31.12.2017 г. прав требования возмещения убытков, причиненных ООО «Технологии радиотерапии» в связи с заключением единоличным исполнительным органом договора безвозмездного пользования медицинского оборудования № 1 от 02.08.2016 г. с КГБУ «ККЦО» Министерства здравоохранения Хабаровского края с учетом ранее заключенного договора безвозмездного пользования медицинского оборудования № 1 от 25.06.2015 г.?

В соответствии с ч. 1 ст. 82 АПК РФ, для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства, либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

На основании ч. 2 ст. 64, ч. 3 ст. 86 АПК РФ заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Таким образом, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, а следовательно, требование одной из сторон договора о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

Кроме того, правовое значение заключения экспертизы определено законом в качестве доказательства, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и в силу ст. 82 АПК РФ, подлежит оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.

Как следует из ст. 82 АПК РФ, для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу. В определении о назначении судебной экспертизы указывается на предупреждение эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Доводы ответчика о необоснованности выводов экспертов, рассмотрены судом и отклоняются, поскольку эксперты и их компетентность, подтвержденная представленными в материалы дела документами, были известны ФИО2 до вынесения определения суда о назначении экспертизы. Доводов относительно невозможности поручения проведения экспертизы указанным экспертам ФИО2 не представлено. Ответчик не представил доказательств проведения экспертизы ненадлежащим лицом. В порядке статьи 82 АПК РФ ответчик не воспользовался правом на отвод эксперта. Каких-либо противоречий заключение не содержит, соответствует требованиям статьи 86 АПК РФ, сомнений в его достоверности не имеется.

Между тем, само по себе несогласие с выводами эксперта не является достаточным основанием для отказа в принятии заключения эксперта, как доказательства по делу, назначения повторной экспертизы. Учитывая изложенное, у суда отсутствуют основания для непринятия выводов экспертов в качестве доказательства, подтверждающего рыночную стоимость прав требования возмещения убытков.

В соответствии со статьями 65, 67, 68 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. Арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу. Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Представленное в материалы заключение экспертов является мотивированным и непротиворечивым, оснований не доверять экспертам, предупреждённым об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, у суда не имеется.

Само по себе экспертное заключение и выводы, изложенные в нем, не противоречивы и в достаточной степени мотивированы. Оснований сомневаться в выводах эксперта не имеется. Ответчиком приводятся лишь голословные утверждения о не соответствии Экспертного заключения по форме, наличии методологических ошибок, не обеспеченности высокого научного уровня экспертизы, наличии у Ответчика сомнений и невозможности понять определенные выводы эксперта. При этом Ответчиком не приводится ни контррасчет, свидетельствующий о явных нарушениях экспертизы, ни каких-либо иных веских и конкретных свидетельств такого нарушения.

В связи с поступившими от ответчика возражениями, в судебное заседание были приглашены эксперты АНО «МЕЖРЕГИОНАЛЬНЫЙ ЦЕНТР ЭКСПЕРТИЗЫ»  ФИО8 и ФИО9, которые представили пояснения на вопросы, возникшие у сторон (допрос экспертов зафиксирован посредством аудио-протоколирования, протокол судебного заседания от 09.09.2019 г.).

По результатам проведенной экспертизы эксперты пришли к выводу о том, что действительная рыночная стоимость по состоянию на 31.12.2017 г. прав требования возмещения убытков, причиненных ООО «Технологии радиотерапии» в связи с заключением единоличным исполнительным органом договора безвозмездного пользования медицинского оборудования № 1 от 02.08.2016 г. с КГБУ «ККЦО» Министерства здравоохранения Хабаровского края с учетом ранее заключенного договора безвозмездного пользования медицинского оборудования № 1 от 25.06.2015 г. составила 6 644 000 руб., из них в период с 01.01.2017 г. по 31.12.2017 г. рыночная стоимость составила 2 748 000 руб.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд, оценив все имеющиеся доказательства по делу в их совокупности и взаимосвязи, как того требуют положения, содержащиеся в части 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и другие положения Кодекса, признает обоснованными исковые требования, заявленные ООО "ТЕХНОЛОГИИ РАДИОТЕРАПИИ" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата гос рег 04.06.2015, 111141, 

<

...>, ПОМЕЩЕНИЕ I) к ФИО2

В связи с удовлетворением требований расходы по госпошлине относятся на ответчика на основании ст.110 АПК РФ. Излишне уплаченная государственная пошлина подлежит возврату из федерального бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 65, 67, 68, 110, 167-171, 176 АПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

Взыскать с ФИО2 в пользу ООО "ТЕХНОЛОГИИ РАДИОТЕРАПИИ" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата гос рег 04.06.2015, 111141, 

<

...>, ПОМЕЩЕНИЕ I) убытки в размере 2748000 (Два миллиона семьсот сорок восемь тысяч) руб. 00 коп., а также расходы по госпошлине в размере 36740 (Тридцать шесть тысяч семьсот сорок) руб. 00 коп.

Возвратить ООО "ТЕХНОЛОГИИ РАДИОТЕРАПИИ" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата гос рег 04.06.2015, 111141, 

<

...>, ПОМЕЩЕНИЕ I) из средств федерального бюджета излишне уплаченную госпошлину в размере 24410 руб. 00 коп.

Решение  может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в месячный срок с момента его изготовления в полном объеме

 СУДЬЯА.В. Цыдыпова