ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-72260/2019

Дело № А40-1577/18

г. Москва

16 января 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 января 2020 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 16 января 2020 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Д.Г. Вигдорчика,

судей Ю.Л. Головачевой, С.А. Назаровой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Л.И.Кикабидзе,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционную жалобу к/у ООО «Меркурий электроникс» - ФИО1 на определение Арбитражного суда города Москвы от 22.10.2019 по делу № А40- 1577/18, вынесенное судьей Истоминым С.С., об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Меркурий электроникс» о привлечении к субсидиарной ответственности руководителя должника ФИО2,по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Меркурий электроникс»,

при участии в судебном заседании:

от ФИО2 – ФИО3 по дов.от 30.09.2019,

к/у ФИО1 – лично, паспорт,решение АСГМ от 26.09.2018,

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 26 сентября 2018 года ООО «Меркурий электроникс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1 (ИНН 

<

***>). 

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Меркурий электроникс». 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.10.2019 суд отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Меркурий электроникс» о привлечении к субсидиарной ответственности руководителя должника ФИО2.

Не согласившись с указанным определением к/у ООО «Меркурий электроникс» – ФИО1 подана апелляционная жалоба, в рамках которой податель жалобы просит определение отменить, принять новый судебный акт. 

В обоснование требований апелляционной жалобы заявитель указывает, что судом не оценены и необоснованно отклонены доводы о том, что действиями ФИО2 причинен существенный вред имущественным правам кредиторов должника, ответчиком совершены действия, существенно ухудшившие положение должника, тем самым апеллянт указывает на неприменение судом положений ст. 61.11 Закона о банкростве.

В судебном заседании к/у ООО «Меркурий электроникс» доводы апелляционной жалобы поддержал, указал на незаконность Определения от 22.10.2019.

Представитель ФИО2 возражал на доводы апелляционной жалобы, указывая на ее необоснованность, поддержал определение от 22.10.2019.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о дате и времени её рассмотрения, апелляционная жалоба рассматривалась в их отсутствие в соответствии с ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого определения суда первой инстанции.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пункта 1 статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Судом первой инстацнии установлено, что ФИО2 начиная с 15 июля 2009 г. и до открытия в отношении должника процедуры конкурсного производства исполнялись функции единоличного исполнительного органа ООО «Меркурий электроникс».

Конкурсным управляющим заявлены требования о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 1 ст. 61.11 и пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Судом первой инстанции отмечено, что для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по данному основанию должна быть доказана точная дата возникновения у ФИО2 обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника. 

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылается на возникновение обязанности ФИО2 по подаче заявления о банкротстве должника в феврале 2017г., когда задолженность ООО «Меркурий электроникс» по заработной плате перед ФИО4 превысила 300 000 руб. 

Однако судом первой инстанции был отклонен указанный довод, поскольку само по себе возникновение у ООО «Меркурий электроникс» задолженности перед отдельным кредитором - ФИО4 не может свидетельствовать о том, что у ФИО2 возникла указанная обязанность.

Судом так же было установлено, что по состоянию на дату, указанную конкурсным управляющим в качестве даты возникновения у ФИО2 обязанности по подаче заявления о банкротстве должника, а также в последующий период должником продолжала осуществляться приносящая доход обычная хозяйственная деятельность. 

Исходя из представленных в материалы дела выписок по счету должника в ПАО «Сбербанк России» у должника в указанный период прослеживается движение денежных средств, направленных на погашение задолженностей, исполнение обязательств перед контрагентами, а также поступление денежных средств от контрагентов должника. Денежные обороты должника по банковскому счету за 2016 г. составили 46 959 642,77 руб., за 2017 г. - 19 169 311,70 руб. 

ФИО2 с 2013 г. от имени должника участвовал в закупках и заключал контракты, которые исполнялись должником и его контрагентами. 

16 марта 2016 г. подписан протокол заседания закупочной комиссии и между ООО «Меркурий электроникс» и АО «ГРПЗ», заключен Договор поставки №123/4-011И-ВП на сумму 50 000 000 руб., который полежал исполнению до 31 декабря 2017 г., однако не был исполнен со стороны АО «ГРПЗ».

Кроме того, судом исследован характер деятельности должника за период, предшествующий дате возникновения у ООО «Меркурий электроникс» задолженности перед ФИО5 в размере, превышающим 300 000 руб.

Согласно выводам, изложенным в анализе финансового состояния и эффективности деятельности ООО «Меркурий электроникс» за 2016 г., проведенном ООО «Контурэксперт»: 

- с 01 января 2016 г. по 31 декабря 2016 г. должником получена прибыль от продаж в размере 92 000 руб.; 

- имели место увеличение чистых активов должника, рост рентабельности продаж (на 4,9 процентных пункта) за анализируемый период; 

- чистая прибыль должника за 2016г. составила 32 000 руб.

Согласно представленным доказательствам по состоянию на февраль 2017 г. в отношении ООО «Меркурий электроникс» также не имелось возбужденных исполнительных производств.

На основании изложенного, суд первой инстанции, принимая во внимание добросовестность действий ФИО2, учитывая, что им до и после введения в отношении должника процедуры наблюдения предпринимались попытки погасить кредиторские задолженности должника, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требования конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции и отклоняя доводы апелляционной жалобы, коллегия отмечает, что доводов, основанных на доказательственной базе, опровергающих установленные судом первой инстанции обстоятельств и его выводы, в апелляционной жалобе не приведено.

По смыслу абзаца 6 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность руководителя обратиться с заявлением должника возникает в момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный менеджер в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника (пункт 26 обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016). 

Суд первой инстанции учел правовую позицию, изложенную в определении Верховного Суда РФ от 25.01.2016 №310-ЭС15-12396 по делу №А09-1924/2013, согласно которой недопустимо отождествлять неплатежеспособность и неоплату конкретного долга отдельному кредитору.

Для определения того, имелись ли у должника признаки неплатежеспособности, имеет значение его фактическое финансовое состояние, а именно отсутствие доходности, денежных средств на счетах должника и ведения им финансовых операций.

Между тем, судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора по состоянию на дату возникновения обязанности по подаче заявления о банкротстве должника, которая была указана управляющим, а также в последующий период должником продолжала осуществляться приносящая доход обычная хозяйственная деятельность.

Кроме того, как указывалось выше, согласно выводам, изложенным в анализе финансового состояния и эффективности деятельности ООО «Меркурий электроникс» за 2016 г., проведенном ООО «Контурэксперт»:  с 01 января 2016 г. по 31 декабря 2016 г. должником получена прибыль от продаж в размере 92 000 руб.; имели место увеличение чистых активов должника, рост рентабельности продаж (на 4,9 процентных пункта) за анализируемый период; чистая прибыль должника за 2016г. составила 32 000 руб.

При таких обстоятельствах, апелляционная коллегия обращает внимание на то обстоятельство, что из материалов дела усматривается отсутствие возбужденных исполнительных производств в отношении ООО «Меркурий электроникс» (по состоянию на февраль 2017 г.).

Из представленных в дело документов, в действиях (бездействиях) генерального директора ООО «Меркурий электроникс» ФИО2 не усматриваются действия, направленные на нарушение прав и законных интересов кредиторов, выходящие за пределы обычного делового риска.

В данном случае, следует обратить внимание на разъяснения, изложенные в пункте 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», согласно которым контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие) не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов.

Довод конкурсного управляющего должника о том, что судом первой инстанции не применена ст. 61.11 Закона о банкротстве, является несостоятельным и подлежит отклонению апелляционной коллегией.

Суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что обязательным условием для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по данному основанию является наличие причинно-следственной связи между его действиями и (или) бездействиями и невозможностью полного погашения требований кредиторов должника, наступлением объективного банкротства.

Однако доказательств наличия такой причинно-следственной связи материалы дела не содержат.

Кроме того, судом первой инстанции правомерно учтено, что наличие вины ФИО2 в наступлении банкротства должника не установлено, тогда как субсидиарная ответственность, являясь видом гражданско-правовой ответственности, наступает лишь при ее наличии.

Факта совершения ФИО2 действий, направленных на нарушение прав и законных интересов кредиторов, выходящих за пределы обычного делового риска, судом первой инстанции также не установлено.

Приходя к выводу об отсутствии правовых оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что заявителем подлежала доказыванию точная дата возникновения у ФИО2 обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника.

Обосновывая возникновение у ФИО2 данной обязанности в феврале 2017 г., конкурсный управляющий должника указал, что по состоянию на указанную дату у должника имелась задолженность перед ФИО4, превышающая 300 000 руб.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что само по себе возникновение у должника задолженности перед отдельным кредитором не может свидетельствовать о том, что у руководителя должника возникла обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника.

При этом судом установлено, что в указанный период у должника прослеживается движение денежных средств, направленных на погашение задолженностей, исполнение обязательств перед контрагентами, а также поступление денежных средств от контрагентов должника, денежные обороты должника по банковскому счету за 2016 г. составили 46 959 642,77 руб., за 2017 г. -19 169 311,70 руб.

Также судом установлено, что в период с 01.01.2016 г. по 31.12.2016 г. должником получена прибыль от продаж, имели место увеличение чистых активов должника, рост рентабельности продаж, а по состоянию на февраль 2017 г. в отношении должника возбужденных исполнительных производств не имелось.

Учитывая изложенное, довод конкурсного управляющего должника о том, что ФИО2 должно было быть известно о наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества по состоянию на февраль 2017 г., следует признать необоснованным.

Равным образом не может быть принят во внимание судом апелляционной инстанции довод апеллянта о том, что неисполнение ФИО2 обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника привело к негативным последствиям в виде невозможности удовлетворения требований кредиторов, поскольку из материалов и обстоятельств дела не усматривается возникновение указанной обязанности, доказательств наступления указанных последствий также не имеется.

Конкурсный управляющий должника несогласен с выводом суда о том, что наличие у должника неисполненного денежного обязательства перед отдельным кредитором само по себе не свидетельствует о том, что у должника возникла обязанность обратиться с заявлением о собственном банкротстве.

Вместе с тем данный довод апеллянта основан на неверном толковании положений Закона о банкротстве и по существу сводится к несогласию с нормативно обоснованным и правильным по существу выводом суда первой инстанции.

Указывая на ошибочность вывода суда первой инстанции о добросовестности ФИО2, конкурсный управляющий должника не приводит доводов, которые позволили бы усомниться в правильности данного вывода, при этом доказательств недобросовестности ФИО2 в материалы дела не представлено.

В силу статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В силу ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Согласно ч. 2 ст. 8, ч. 2 ст. 9 АПК РФ стороны пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

Исходя из положений ст. 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также положений ст. 65 Кодекса, лицо, не реализовавшее свои процессуальные права, в том числе и на представление доказательств, несет риск неблагоприятных последствий несовершения им соответствующих процессуальных действий.

Несогласие апеллянта с установленными судом первой инстанции обстоятельствами по делу само по себе не является основанием для их переоценки судом апелляционной инстанции и отмены обжалуемого судебного акта в апелляционном порядке.

Фактически, конкурсный управляющий, обращаясь с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, не указывает на какие-либо, а также конкретные действия бывшего руководителя должника, которые привели к ухудшению положения Общества, свидетельствовали о его недобросовестности, тем самым указав на формальное несоответствие действий руководителя положениям Закона о банкротстве. 

При таких обстоятельствах, апелляционная коллегия приходит к выводу о том, что судом первой инстанции верно отказано в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, в связи с чем определение суда от 22.10.2019г. отмене не подлежит.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 22.10.2019 по делу № А40- 1577/18 оставить без изменения, а апелляционную жалобу к/у ООО «Меркурий электроникс» - ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:  Д.Г. Вигдорчик 

Судьи:  Ю.Л. Головачева 

 С.А. Назарова 

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.