ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А35-5598/2020

город Воронеж

9 февраля 2022 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 4 февраля 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 9 февраля 2022 года.

 

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

 

председательствующего судьи

судей

ФИО1,

ФИО2,

ФИО3, 

 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО4,

 

при участии:

 

от общества с ограниченной ответственностью «Курский молочный завод» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, далее – ООО «КМЗ», заявитель):

 

от Курской таможни (далее – таможня, таможенный орган):

 

ФИО5, представитель по доверенности №1-ЮР от 11.01.2021, 

 

ФИО6 – представитель по доверенности от 11.01.2022 №04-34/3

 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи апелляционную жалобу Курской таможни на решение Арбитражного суда Курской области от 30.11.2021 по делу № А35-5598/2020, 

 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Курский молочный завод» (далее – ООО «КМЗ») обратилось в Арбитражный суд Курской области с заявлением о признании незаконным постановления Курской таможни об изъятии товаров от 21.07.2020, о возмещении расходов на оплату госпошлины.

Решением Арбитражного суда Курской области от 30.11.2021 заявленные требования удовлетворены.

Не согласившись с принятым судебным актом, Курская таможня обратилась в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просила решение суда первой инстанции отменить, оставив заявленные требования без удовлетворения.

В апелляционной жалобе Курская таможня ссылалась на то, что выводы, изложенные в решении Арбитражного суда Курской области от 30.11.2021 по делу № А35-5598/2020, являются следствием неправильного применения судом норм материального права (положений статьи 318 Федерального закона от 03.08.2018 № 289-ФЗ).

По мнению таможенного органа, спорный товар незаконно перемещен через таможенную границу Таможенного союза, не выпущен в свободное обращение, при этом в силу положений статьи 318 Федерального закона                         № 289-ФЗ возникновение обязанности у таможенного органа по изъятию товаров, незаконно ввезенных на территорию Российской Федерации, не ставится в зависимость от добросовестности или недобросовестности приобретателя товара на таможенной территории Таможенного союза.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции, проводимом путем использования системы видеоконференц-связи при содействии  Арбитражного суда Курской области, представитель Курской таможни поддержал доводы апелляционной жалобы, просил суд его отменить и принять по делу новый судебный акт.

Представитель ООО «КМЗ» возражал против удовлетворения жалобы, полагали решение суда первой инстанции законным и обоснованным, по основаниям, изложенным в приобщенном к материалам дела отзыве.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, на основании решения о проведении выездной таможенной проверки от 15.05.2019, Курской таможней в отношении ООО «КМЗ» была проведена внеплановая выездная проверка, по результатам которой был составлен акт выездной таможенной проверки от 24.06.2019                                     № 10108000/210/240619/А000025 и вынесено решение по результатам таможенного контроля от 01.08.2019 № 10108000/210/010819/Т000025/001. 

Предметом выездной таможенной проверки явился факт помещения под таможенную процедуру товара – автомата фасовочно-упаковочного АРМ с номером 8125 (дата выпуска май 2017 г., производство – Литва, далее – спорное оборудование, спорный товар). 

В результате таможенной проверки установлено, что 27.12.2016 ООО «КМЗ» заключило с ООО «ТМ-ФАСА» договор поставки №27-12-16, предметом которого являлся автомат фасовочно-упаковочный АРМ (далее – спорное оборудование, спорный товар). Согласно паспорту оборудования, его марка - АРМ, номер - 8125, дата выпуска - май 2017 года, изготовитель - АО «FASA» (Литва). Стоимость оборудования составила 5 140 802,80 рублей (с учетом НДС 784190,26 рублей). 

ООО «ТМ-ФАСА» были выставлены в адрес ООО «КМЗ» счет-фактура от 26.06.2017 № 100 и товарная накладная от 26.06.2017 № 63 в отношении поставленного оборудования на сумму 5 140 802,80 рублей (с учетом НДС 784190,26 рублей). 

Согласно графе 11 счета-фактуры от 26.06.2017 №100 товар должен был быть оформлен по ДТ №11206641/270617/0010078. Согласно кодировке декларации, таможенное оформление товара должно было осуществляться в Республике Беларусь. 

В ходе проводимых Курской таможней мероприятий с использованием Центральной базы данных ЕАИС таможенных органов - базы данных «Обмен ведомств» были проверены сведения, содержащиеся в ДТ                           № 11206641/270617/0010078. 

Из указанных в ДТ № 11206641/270617/0010078 сведений следовало, что по данной декларации на товары был задекларирован иной товар, а именно – бензопилы производства Республики Китай.

Кроме этого, Отделом ТКПВТ Курской таможни был проведен анализ таможенного декларирования аналогичного оборудования «Автомат фасовочно-упаковочный АРМ № 8125» по регионам деятельности ФТС России. В результате проведенных мероприятий факта таможенного декларирования Автомата фасовочно-упаковочного АРМ с номером 8125 (дата выпуска – май 2017 года) установлено не было. 

Вместе с тем, таможенным органом было установлено, что аналогичные Автоматы фасовочно-упаковочные АРМ были ввезены и продекларированы ООО «АгатПак» на Прикубанском таможенном посту Краснодарской таможни по декларации на товары                                                         № 10309200/161117/0013854 (1 автомат) и ООО «Фаса Пром» на Мамонтовском таможенном посту Московской областной таможни по ДТ №10013140/170817/0002837 (1 автомат). 

При анализе документации, представленной ООО «АгатПак» по запросу Курской таможни, было установлено, что Автомат фасовочно-упаковочный АРМ, оформленный ООО «АгатПак», и Автомат фасовочно-упаковочный АРМ, находящийся у ООО «КМЗ», хотя и являются конструктивно схожими, но имеют отличия в технических характеристиках, и являются разными моделями; ООО «АгатПак» реализовало ввезенный им товар в адрес сторонней организации; ООО «АгатПак» какие-либо сделки с ООО «КМЗ» или ООО «ТМ-Фаса» никогда не заключались. 

В ходе проверочных мероприятий также установлено, что везенное и продекларированное ООО «Фаса Пром» по ДТ № 10013140/170817/0002837 оборудование и оборудование, приобретенное ООО «КМЗ», также являются различными моделями. 

Для целей выяснения обстоятельств приобретения, ввоза, декларирования и дальнейшей реализации автомата фасовочно-упаковочного АРМ 8125 в адрес ООО «ТМ-Фаса» были направлены запросы по фактическому адресу и адресу государственной регистрации ООО «ТМ-Фаса» (от 04.06.2018 № 04-25/9124 и от 22.05.2019 № 04-19/8370). Ответы на указанные запросы не поступили, поскольку ООО «ТМ-Фаса» по адресу регистрации не значится, по фактическому адресу корреспонденцию также не получает. В ходе проверки на основании данных Центрального реестра субъектов ВЭД, данных системы профессионального анализа рынка и компаний «Спарк-Интерфакс», данных ФНС России, было установлено, что ООО «ТМ-Фаса» признано несостоятельным (банкротом), и в отношении него введена процедура банкротства - конкурсное производство. 

Учитывая указанные выше данные, с целью установления документов и сведений, отражающих обстоятельства приобретения, ввоза, декларирования и дальнейшей реализации оборудования (автомата АРМ 8125) Курской таможней в адрес конкурсного управляющего ООО «ТМ-Фаса» 20.05.2019 был направлен запрос № 04-19/8189. 

Письмом от 29.05.2019 конкурсный управляющий ООО «ТМФаса» сообщил, что предоставить какие-либо сведения по факту поставки оборудования не представляется возможным, поскольку с момента возбуждения в отношении ООО «ТМ-Фаса» производства по делу о несостоятельности (банкротстве), судом и арбитражным управляющим неоднократно направлялись запросы в адрес руководителей и участников ООО «ТМ-Фаса» о передаче документов бухгалтерского учета и отчетности. Все запросы остались без исполнения. По месту регистрации ООО «ТМ-Фаса» отсутствует. Кроме того, конкурсный управляющий ООО «ТМ-Фаса» сообщил о возможном получении информации от бывшего руководителя и учредителя ООО «ТМ-Фаса» ФИО7 

Курской таможней был направлен запрос (телеграмма) в адрес бывшего руководителя и учредителя ООО «ТМ-Фаса» ФИО7 Запрос (телеграмма) вручена адресату не была в связи с отсутствием соответствующего домовладения, по которому должно было находиться запрашиваемое лицо. 

На запрос Курской таможни от 14.03.2019 №04-25/4141, направленный в адрес производителя АО «FASA» (Р.Литва) - производитель оборудования сообщил (письмо вх. от 17.04.2019), что фасовочно-упаковочный автомат АРМ 8125 был изготовлен предприятием АВ «FASA», после чего был реализован в адрес компании ООО «ТМ-Фаса» (ИНН 

<

***>, 

<

...>). ООО «КМЗ» контрагентом АО «FASA» не является. 

Ни по информации ЦИТТУ, ни по базам данных таможенного оформления в России и Белоруссии фактов декларирования указанного выше спорного фасовочно-упаковочного автомата АРМ 8125 не установлено. 

Кроме этого, проверка по базам данных таможенного оформления в странах участницах ЕАЭС (Киргизия, Казахстан, Армения) показала, что декларирование каких-либо фасовочно-упаковочных автоматов АРМ в указанных странах также не осуществлялось. 

Письмом от 22.05.2019 ООО «КМЗ» в адрес Курской таможни сообщило, что общество таможенной декларацией на товар не располагает ввиду непредставления ее поставщиком. ООО «КМЗ» декларирование данного оборудования не осуществляло. Как следует из материалов дела, ООО «КМЗ» приобрело спорное оборудование на внутреннем рынке Российской Федерации по договору поставки № 27012-16 от 27.12.2016 у ООО «ТМ-Фаса» и на момент проведения таможенным органом проверки и принятия по ее результатам решения (01.08.2019) владело и пользовалось спорным оборудованием более двух лет (с 26.06.2017).

Согласно базе данных «Мониторинг-Анализ» (по регионам деятельности ФТС России) ООО «ТМ-Фаса» за период с 01.01.2017 по 24.06.2019 деятельность в качестве участника внешнеэкономической деятельности (далее – ВЭД) не осуществляло. 

В ходе выездной таможенной проверки 15.05.2019 был осуществлен таможенный осмотр помещений и территорий ООО «КМЗ», которым было установлено наличие контролируемого оборудования по адресу: 

<

...>. 

15.05.2019 таможенным органом был наложен арест на товар (постановление о наложение ареста на товар от 15.05.2019, Акт о наложении ареста на товар от 15.05.2019). Оборудование, на которое был наложен арест, было передано на ответственное хранение ООО «КМЗ». 

15.05.2019 в Курскую таможню поступило заявление ООО «КМЗ» о разрешении обществу пользоваться товаром. Заявление общества Курской таможней было удовлетворено и организации 16.05.2019 было выдано разрешение на пользование товаром

Решением Курской таможни по результатам таможенного контроля от 01.08.2019 № 10108000/210/010819/Т000025/001 спорный товар - автомат фасовочно-упаковочный АРМ с номером 8125 (дата выпуска май 2017 г., производство – Литва) был признан незаконно перемещенным через таможенную границу ЕАЭС (подпункт 1 пункта 3.2 решения), ООО «ТМ-ФАСА» признано плательщиком таможенных платежей (подпункт 1 пункта 3.3 решения), а ООО «КМЗ» было признано лицом, которое приобрело в собственность или во владение незаконно ввезенные товары, и лицом, несущим солидарную, вместе с ООО «ТМ-Фаса», обязанность по уплате таможенных платежей (подпункт 2 пункта 3.2, подпункт 3 пункта 3.3 решения). 

В связи с выявлением факта незаконного перемещения через таможенную границу товара с использованием документов, содержащих недостоверные сведения о товаре, в соответствии с пунктом 2 статьи 81 Таможенного кодекса Таможенного Союза (пунктом 2 статьи 56 ТК ЕАЭС) Курская таможня усмотрела наличие у ООО «КМЗ» солидарной с ООО «ТМФАСА» обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов, как у лица, участвующего в незаконном перемещении товара через таможенную границу. 

Не согласившись с вышеуказанным решением Курской таможни по результатам таможенного контроля от 01.08.2019                                                          № 10108000/210/010819/Т000025/001 в части, касающейся ООО «КМЗ», общество обратилось в арбитражный суд с требованием о признании его незаконным в части, касающейся ООО «КМЗ». Делу был присвоен                          № А35-7639/2019. 

Определением суда от 05.08.2019 по делу № А35-7639/2019 действие решения Курской таможни от 01.08.2019                                                                       № 10108000/210/010819/Т000025/001 было приостановлено до вступления в силу окончательного судебного акта по делу. 

Решением Арбитражного суда Курской области от 21.01.2020 по делу № А35-7639/2019 требования ООО «КМЗ» были удовлетворены, решение Курской таможни по результатам таможенного контроля от 01.08.2019                        № 10108000/210/010819/Т000025/001 было признано незаконным в части, касающейся ООО «КМЗ». 

Постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.05.2020 по делу № А35-7639/2019 решение суда первой инстанции оставлено без изменения. Постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 25.08.2020 решение Арбитражного суда Курской области от 21.01.2020 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.05.2020 по делу № А35- 7639/2019 оставлены без изменения. 

С учетом результатов рассмотрения дела №А35-7639/2019 и вступления в законную силу решения по делу №А35-7639/2019, Курская таможня пришла к выводу о том, что решение                                                                      № 10108000/210/010819/Т000025/001 возобновило свое действие (в необжалованной и неотмененной части); следовательно, указанным решением установлен факт незаконного перемещения спорного товара ООО «ТМФАСА» через таможенную границу ЕАЭС, а сам спорный товар, находящийся у ООО «КМЗ», по-прежнему имеет статус иностранного товара и не выпущен в свободное обращение на территорию РФ. 

В силу этого, основываясь на решении                                                                      № 10108000/210/010819/Т000025/001, Курская таможня 21.07.2020 вынесла оспариваемое постановление об изъятии спорного товара - Автомата фасовочно-упаковочного АРМ с номером 8125 (дата выпуска май 2017 г., производство – Литва) у ООО «КМЗ». 

ООО «КМЗ» не согласилось с вышеприведенным постановлением Курской таможни и обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании его незаконным и о его отмене.

Арбитражный суд первой инстанции, признавая незаконным постановление от 21.07.2020 правомерно счел, что применение к ООО «КМЗ», являющемуся добросовестным приобретателем товара на внутреннем рынке, такой меры государственного принуждения как изъятие товара, нарушает баланс между публично-правовыми интересами государства и частно-правовыми интересами субъектов внешнеэкономической деятельности.

Принимая обжалуемый судебный акт, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

В силу части 1 статьи 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности. 

В соответствии с частью 4 статьи 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. 

При этом в силу части 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания законности принятия оспариваемого решения, наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого решения, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли решение.

С 01.01.2018 введен в действие Таможенный кодекс Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС), заменивший утративший силу Таможенный кодекс Таможенного союза (далее – ТК ТС).

В соответствии с подпунктом 25 пункта 1 статьи 2 ТК ЕАЭС под незаконным перемещением товаров через таможенную границу Союза понимается перемещение товаров через таможенную границу Союза вне мест, через которые должно или может осуществляться перемещение товаров через таможенную границу Союза, или вне времени работы таможенных органов, находящихся в этих местах, либо с сокрытием от таможенного контроля, либо с недостоверным таможенным декларированием или недекларированием товаров, либо с использованием документов, содержащих недостоверные сведения о товарах, и (или) с использованием поддельных либо относящихся к другим товарам средств идентификации. 

Обязанность по уплате ввозных таможенных пошлин, налогов при незаконном перемещении товаров через таможенную границу Союза возникает при ввозе товаров на таможенную территорию Союза (часть 1 статьи 56 ТК ЕАЭС). 

Обязанность по уплате таможенных пошлин, налогов при незаконном перемещении товаров через таможенную границу Союза возникает у лиц, незаконно перемещающих товары. Лица, участвующие в незаконном перемещении, если они знали или должны были знать о незаконности такого перемещения, а при ввозе товаров на таможенную территорию Союза - также лица, которые приобрели в собственность или во владение незаконно ввезенные товары, если в момент приобретения они знали или должны были знать о незаконности их ввоза на таможенную территорию Союза, несут солидарную обязанность по уплате таможенных пошлин, налогов с лицами, незаконно перемещающими товары (часть 2 статьи 56 ТК ЕАЭС). 

В соответствии с частью 3 статьи 56 ТК ЕАЭС, обязанность по уплате таможенных пошлин, налогов при незаконном перемещении товаров через таможенную границу Союза прекращается у лиц, указанных в пункте 2 настоящей статьи, при наступлении следующих обстоятельств: 

1) исполнение обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов и (или) их взыскание в размерах, исчисленных и подлежащих уплате в соответствии с пунктами 5 - 8 настоящей статьи; 

2) помещение товаров под таможенные процедуры в соответствии с настоящим Кодексом; 

3) признание таможенным органом в соответствии с законодательством государств-членов о таможенном регулировании факта уничтожения и (или) безвозвратной утраты иностранных товаров вследствие аварии или действия непреодолимой силы либо факта безвозвратной утраты этих товаров в результате естественной убыли при нормальных условиях перевозки (транспортировки) и (или) хранения, за исключением случаев, когда до таких уничтожения или безвозвратной утраты в соответствии с настоящим Кодексом в отношении этих иностранных товаров наступил срок уплаты таможенных пошлин, налогов; 

4) конфискация или обращение товаров в собственность (доход) государства-члена в соответствии с законодательством этого государства-члена; 

5) задержание таможенным органом товаров в соответствии с главой 51 настоящего Кодекса; 

6) размещение на временное хранение или помещение под одну из таможенных процедур товаров, которые были изъяты или арестованы в ходе проверки сообщения о преступлении, в ходе производства по уголовному делу или делу об административном правонарушении (ведения административного процесса) и в отношении которых принято решение об их возврате, если ранее выпуск таких товаров не был произведен. 

В соответствии с частью 5 статьи 56 ТК ЕАЭС при незаконном перемещении товаров через таможенную границу Союза таможенные пошлины, налоги подлежат уплате в размере, как если бы товары помещались под следующие таможенные процедуры: 

1) при ввозе товаров на таможенную территорию Союза - таможенная процедура выпуска для внутреннего потребления без применения тарифных преференций и льгот по уплате ввозных таможенных пошлин, налогов; 

2) при вывозе товаров Союза с таможенной территории Союза - таможенная процедура экспорта без применения льгот по уплате вывозных таможенных пошлин. 

В случае конфискации или обращения товаров в собственность (доход) государства-члена в соответствии с законодательством этого государства-члена, задержания таможенными органами товаров в соответствии с главой 51 настоящего Кодекса, размещения на временное хранение, помещения товаров под таможенные процедуры после исполнения обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов и (или) их взыскания (полностью или частично) суммы таможенных пошлин, налогов, уплаченные и (или) взысканные в соответствии с настоящей статьей, подлежат возврату (зачету) в соответствии с главой 10 настоящего Кодекса (часть 9 статьи 56 ТК ЕАЭС). 

Из содержания норм статьи 81 ТК ТС, действовавшей до 01.01.2018, и статьи 56 ТК ЕАЭС, при регулировании обязанностей по уплате таможенных платежей законодатель использовал одинаковые правовые подходы, возлагая солидарную обязанность по оплате таможенных платежей, наряду с лицами, незаконно переместившими товары, также и на лиц, участвующих в незаконном перемещении, если они знали или должны были знать о незаконности такого перемещения, а при ввозе товаров на таможенную территорию таможенного союза - также на лиц, которые приобрели в собственность или во владение незаконно ввезенные товары – однако только при условии, что они знали или должны были знать о незаконности их ввоза на таможенную территорию Союза. 

Таким образом, толкования порядка применения статьи 81 ТК ТС, данные ранее, применимы и к порядку применения положений статьи 56 ТК ЕАЭС по аналогичным фактическим обстоятельствам. 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 01.02.2018 № 305-КГ17-16017, нормой статьи 81 ТК ТС установлено исключение из общего правила о том, что именно декларант как лицо, которое декларирует товары либо от имени которого декларируются товары, является ответственным за уплату таможенных платежей. Исходя из ее содержания, ответственность за неуплату таможенных платежей помимо декларанта может быть возложена на лиц, участвовавших в незаконном перемещении товаров при условии, что такие лица действовали умышленно, либо не проявили степень осмотрительности, какая от них требовалась по характеру исполняемого обязательства и условиям оборота. Отклонение поведения лиц, привлекаемых к солидарной ответственности за неуплату таможенных платежей, от добросовестного (разумно ожидаемого в сравнимых обстоятельствах) при этом требует доказывания со стороны таможенного органа и не может презюмироваться. 

Таким образом, такая солидарная обязанность может быть возложена на лицо, которое либо само перемещало товар, то есть участвовало в таком перемещении, либо приобрело такой товар в собственность либо во владение у лица, которое его незаконно ввезло на территорию Союза. Однако таможенный орган обязан доказать недобросовестность лица, перемещающего товар, которое действовало умышленно. В любом случае незаконное перемещение либо владение товара лицом, на которого возложена солидарная обязанность по уплате таможенных платежей, должна быть таможенным органом доказана. 

Оценивая фактические обстоятельства относительно осведомленности или неосведомленности ООО «КМЗ» о незаконности ввоза приобретенного им спорного товара на таможенную территорию Союза, суд области принимал во внимание следующее.

В силу с пункта 1 части 1 статьи 318 Федерального закона № 289-ФЗ от 03.08.2018 обнаруженные по результатам таможенного контроля таможенными органами у лиц, приобретших товары на таможенной территории Союза товары, которые незаконно перемещены через таможенную границу Союза либо выпуск которых не произведен таможенными органами в соответствии с Кодексом Союза, подлежат изъятию таможенными органами, если они не были изъяты и на них не был наложен арест в соответствии с законодательством Российской Федерации об административных правонарушениях или уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации. 

Указанные в части 1 настоящей статьи товары для таможенных целей рассматриваются как находящиеся под таможенным контролем (часть 2 статьи 318 Федерального закона № 289-ФЗ). 

Изъятие товаров в соответствии с частью 1 настоящей статьи производится на основании мотивированного постановления начальника таможенного органа либо уполномоченного им должностного лица в присутствии лица, у которого обнаружены такие товары (в случае его явки), либо его представителя (в случае его явки). Копия указанного постановления вручается лицу, у которого обнаружены товары, либо его представителю под роспись или направляется в его адрес заказным почтовым отправлением с уведомлением о вручении. В случае отказа от получения копии постановления должностное лицо таможенного органа делает об этом соответствующую запись в постановлении (часть 4 статьи 318 Федерального закона № 289-ФЗ). 

В соответствии с частью 7 статьи 318 Закона, товары, изъятые в соответствии с частью 1 настоящей статьи, размещаются на складах временного хранения, складах временного хранения таможенных органов в соответствии со статьей 94 настоящего Федерального закона или в других местах по правилам, установленным частью 4 статьи 317 настоящего Федерального закона. Срок хранения изъятых товаров составляет один месяц.

Положениями частей 8 и 9 статьи 318 Федерального закона № 289-ФЗ предусмотрено право лиц, у которых изъяты товары, осуществить декларирование и уплату таможенных платежей в отношении незаконно перемещенных товаров, после чего в силу части 10 статьи 318 Закона изъятые товары подлежат возвращению данным лицам.

Нормы частей 8 и 9 статьи 318 Федерального закона № 289-ФЗ корреспондируют с положениями части 2 статьи 56 ТК ЕАЭС, возлагающей солидарную обязанность по уплате таможенных платежей при ввозе незаконно перемещенных товаров на таможенную территорию Союза на лиц, которые приобрели в собственность или во владение незаконно ввезенные товары, - при условии, что в момент приобретения они знали или должны были знать о незаконности их ввоза на таможенную территорию Союза.

Согласно части 13 статьи 318 Федерального закона № 289-ФЗ, в случае нереализации лицами, приобретшими товары, указанные в части 1 настоящей статьи, права, предусмотренного частями 8 и 9 настоящей статьи, по истечении срока хранения, установленного частью 7 настоящей статьи, такие товары обращаются в федеральную собственность на основании решения суда (арбитражного суда) в соответствии с главой 56 настоящего Федерального закона. 

Таким образом, приведенными выше нормами предусмотрено правомочие таможенного органа по изъятию у лиц, приобретших товары на таможенной территории Союза, товаров, которые незаконно перемещены через таможенную границу Союза либо выпуск которых не произведен таможенными органами; при этом указанные товары для таможенных целей рассматриваются как находящиеся под таможенным контролем.

Из совокупности положений частей 1, 7-10, 13 статьи 318 Федерального закона № 289- ФЗ от 03.08.2018 следует, что предусмотренная им процедура изъятия направлена на достижение одного из двух правовых результатов – оплаты в отношении таких товаров таможенных платежей лицами, у которых изъят товар, и последующего выпуска товара в свободное обращение, либо обращения товара в федеральную собственность на основании решения суда. В обоих случаях изъятие не является самостоятельным этапом таможенного оформления или самостоятельной целью действий таможенного органа, а служит лишь мерой обеспечения достижения указанных правовых результатов (мерой понуждения к уплате таможенных платежей вследствие временного ограничения возможности пользоваться товаром, либо мерой по обеспечению сохранности товара для последующего обращения его в федеральную собственность).

Оценивая постановление таможенного органа об изъятии товаров на предмет его соответствия действующему законодательству, суд области исходил из того, что положения статьи 318 Федерального закона № 289-ФЗ от 03.08.2018 подлежат применению таможенным органом в системной взаимосвязи с другими положениями таможенного законодательства ЕАЭС – в частности, с положениями части 2 статьи 56 ТК ЕАЭС, а также с учетом действующих в правоприменительной практике правовых позиций высших судебных инстанций, разъяснений Конституционного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации по практике применения норм таможенного законодательства, регламентирующего обязанности лиц по уплате таможенных платежей в отношении товаров, перемещенных с нарушением таможенных правил, и ограничения пользования такими товарами.

В пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» в отношении применения пункта 2 статьи 56 ЕАЭС разъяснено, что само по себе заключение физическим или юридическим лицом сделки с участником внешнеторгового оборота, допустившим незаконное перемещение товара (незаконный ввоз товара на территорию Союза), не является основанием для возложения на такое лицо солидарной обязанности по уплате таможенных платежей. 

Судам необходимо давать оценку достаточности доказательств, представленных таможенным органом в подтверждение того, что участие лица, на которое возлагается солидарная обязанность по уплате таможенных платежей, в незаконном перемещении (ввозе) товаров носило умышленный характер, либо доказательства того, что привлекаемое лицо знало или должно было знать о незаконном перемещении (ввозе) товаров, проявив ту степень осмотрительности, какая от него требовалась по характеру исполняемого обязательства и условиям оборота, а также доказательств, представленных таким лицом в опровержение доводов таможенного органа.

В рамках дела № А35-7639/2019 суды пришли к выводу о том, что в заключенной с ООО «ТМ-Фаса» сделке по приобретению спорного оборудования ООО «КМЗ» является добросовестным приобретателем. Данное обстоятельство, установленное судами в деле № А35-7639/2019, также имеет преюдициальное значение (статья 69 АПК РФ), и таможенным органом в ходе рассмотрения дела № А35-5598/2020 не оспаривалось. 

В силу положений части 2 статьи 56 ТК ЕАЭС, вступившими в законную силу судебными актами по делу № А35-7639/2019 (статья 69 АПК РФ), на ООО «КМЗ» не может быть возложена солидарная ответственность с ООО «ТМФаса» за уплату таможенных платежей в отношении спорного оборудования; при этом таможенные платежи с ООО «КМЗ» не могут быть взысканы в принудительном порядке, а предъявление к ООО «КМЗ» требований об уплате таможенных платежей в отношении спорного оборудования будет являться неправомерным.

Таможенный орган ссылался на право заявителя как приобретателя и собственника спорного товара, оплатить в отношении него таможенные платежи в порядке пункта 9 статьи 318 Федерального закона № 289-ФЗ от 03.08.2018, после чего спорный товар будет выпущен в свободное обращение. 

Вместе с тем, в рассматриваемой ситуации уплата таможенных платежей за ООО «ТМ-Фаса» является правом, но не обязанностью ООО «КМЗ» как добросовестного приобретателя по сделке, поскольку он не является лицом, несущим солидарную ответственность за уплату таможенных платежей и на него не может быть возложена такая обязанность, в силу чего в отношении заявителя не допускается также и применение каких-либо мер принуждения к уплате таможенных платежей за иное лицо.

Кроме того, Конституционный Суд Российской Федерации ранее уже обращался к вопросам, связанным с установлением запрета на пользование и распоряжение товарами, не прошедшими таможенное оформление на территории Российской Федерации (Постановление № 8-П от 14.05.1999, Определение № 202-О от 27.11.2001, Определение № 167-О от 12.05.2006, Постановление Конституционного Суда Российской Федерации № 7-П от 12.05.2011, Постановление № 9-П от 16.07.2008). При этом, указанные разъяснения Конституционного Суда Российской Федерации применимы не только к транспортным средствам, но и к любым товарам, перемещаемым через таможенную границу.

Согласно правовым позициям Конституционного Суда Российской Федерации для лиц, которые на момент приобретения товаров не знали и не должны были знать о незаконности его ввоза на территорию Российской Федерации и которые не могут рассматриваться как ответственные за таможенное оформление соответствующих товаров, включая уплату таможенных платежей, поскольку на момент ввоза на территорию Российской Федерации не состояли в каких-либо отношениях по поводу указанных товаров, действующее таможенное законодательство не исключает возможность осуществления правомочий собственника в отношении приобретенных ими законным образом товаров.

Приведенные выводы Конституционного Суда Российской Федерации призваны обеспечить в каждом конкретном случае необходимый баланс частных и публичных прав, применять те или иные предусмотренные законом меры административного принуждения (обеспечительные меры) не произвольно, а ввиду их адекватности (необходимости и достаточности), соразмерности таковых комплексу охраняемых законом отношений. 

Ссылки таможенного органа на то, что приведенные выше правовые позиции и разъяснения Конституционного Суда Российской Федерации основываются на недействующих на момент принятия оспариваемого постановления нормах таможенного законодательства (Таможенного кодекса Российской Федерации, Таможенного кодекса Таможенного союза), и в силу этого и не могут быть применены к изъятию товаров в порядке статьи 318 Федерального закона № 289-ФЗ от 03.08.2018, отклонены судом области как неосновательные. 

Несмотря на различную правовую природу, и конфискация товаров как санкция за нарушение таможенного законодательства, и изъятие товаров как обеспечительная мера, направленная на обеспечение уплаты таможенных платежей и завершение таможенного оформления незаконно ввезенного товара, либо на обращение такого товара в федеральную собственность, представляют собой установленные таможенным законодательством ограничения правомочий владения, пользования, распоряжения товарами, в силу чего разъяснения Конституционного Суда Российской Федерации о порядке применения таких ограничений имеют универсальный характер в силу принципов единства правового регулирования и правовой определенности.

Поскольку при изменении таможенного законодательства правовые подходы законодателя к определению круга лиц, ответственных за уплату таможенных платежей при незаконном перемещении товаров, не изменялись и основывались на сходном, аналогичном правовом регулировании, правовые подходы к практике применении ранее действовавших норм, сформированные Конституционным Судом Российской Федерации в названных выше постановлениях и определениях, применимы и к аналогичным нормам, которыми должен был руководствоваться таможенный орган при принятии оспариваемого постановления – статьей 318 Федерального закона № 289-ФЗ от 03.08.2018, части 2 статьи 56 ТК ЕАЭС. 

Довод таможенного органа о том, что статьей 318 Федерального закона № 289-ФЗ от 03.08.2018 безальтернативно предписано таможенным органам осуществлять изъятие незаконно ввезенных товаров, при этом данный Закон не делает исключений для добросовестных приобретателей товара, отклоняется судом как неосновательный.

На основании анализа положений статьи 318 Федерального закона                    № 289-ФЗ и пункта 2 статьи 56 ТК ЕАЭС, а также с учетом приведенных выше правовых позиций, Конституционный Суд Российской Федерации дал толкование норм и разъяснения по практике их применения, в рассматриваемом случае исходя из приоритета защиты прав собственника добросовестного приобретателя, чья возможность осуществления правомочий собственника не может быть поставлена в зависимость от факта розыска лица, допустившего нарушение таможенных правил, либо от факта уплаты за спорный товар таможенных платежей. 

Вопреки аргументам таможенного органа, как раз в зависимости от добросовестности/недобросовестности приобретателя незаконно перемещенного товара таможенному органу следовало производить правовую оценку правомерности изъятия как меры по обеспечению взыскания таможенных платежей либо обращения товара в федеральную собственность. Следовательно, положения статьи 318 Федерального закона № 289-ФЗ от 03.08.2018 подлежат применению только в совокупности и системной взаимосвязи с положениями части 2 статьи 56 ТК ЕАЭС. 

Кроме того, изъятие незаконно перемещенных товаров в порядке статьи 318 Федерального закона № 289-ФЗ от 03.08.2018 производится в обеспечение уплаты таможенных платежей либо обращения таких товаров в федеральную собственность. 

Вместе с тем, ООО «КМЗ», как добросовестный приобретатель, не является лицом, несущим солидарную с ООО «ТМ-Фаса» ответственность за уплату таможенных платежей; таможенные платежи не могут быть взысканы с ООО «КМЗ» в принудительном порядке, а понуждение ООО «КМЗ» к их уплате в любых формах (в том числе – путем изъятия и удержания товара, применения обеспечительных мер, направленных на уплату и взыскание таможенных платежей) при таких условиях, будет являться неправомерным. 

Как следует из материалов дела, таможенный орган к ООО «КМЗ» с иском об обращении изъятого спорного оборудования в порядке части 10 статьи 318 Федерального закона № 289-ФЗ от 03.08.2018 в суд не обращался. Сложившаяся практика рассмотрения исков таможенных органов об обращении в федеральную собственность незаконно перемещенных товаров также исходит из того, что такие иски, заявленные к собственникам – добросовестным приобретателям товаров, удовлетворению не подлежат, поскольку право собственности добросовестных приобретателей не подлежит прекращению (определение Верховного Суда Российской Федерации № 308-ЭС20-5819 от 22.04.2020, постановление Арбитражного суда Центрального округа № А08-993/2012 от 13.11.2012). 

Ни понуждение ООО «КМЗ» (с учетом того, что он является добросовестным приобретателем) к уплате таможенных платежей в отношении спорного оборудования, ни обращение с иском об обращении спорного оборудования в федеральную собственность с очевидностью для таможенного органа не имели юридической перспективы, в силу чего изъятие как мера, направленная на обеспечение взыскания ТПЛ или на обращение товара в доход государства, не подлежала применению в рассматриваемой ситуации, поскольку заведомо не достигла бы своей правовой цели.

С учетом изложенного, поскольку постановление от 21.07.2020 об изъятии товара не соответствует положениям статьи 318 Федерального закона № 289-ФЗ от 03.08.2018 в ее совокупности и системной взаимосвязи с частью 2 статьи 56 ТК ЕАЭС и нарушает права заявителя, арбитражный суд области признал оспариваемое постановление недействительным, удовлетворив заявленные ООО «КМЗ» требования.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для переоценки выводов суда первой инстанции. Несогласие подателя жалобы с выводами суда первой инстанции не может являться основанием для отмены обжалуемого решения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены принятых судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь частью 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Курской области от 30.11.2021 по делу№ А35-5598/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу Курской таможни – без удовлетворения.

 

 

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья

ФИО1

 

Судьи

 

ФИО2

 

ФИО3