АРБИТРАЖНЫЙ СУД САХАЛИНСКОЙ ОБЛАСТИ

Коммунистический проспект, д. 28, г. Южно-Сахалинск, 693000

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

мотивированное решение по делу, рассмотренному

в порядке упрощенного производства

Дело № А59-6700/2021

г. Южно-Сахалинск

02 марта 2022 года

Решение в виде резолютивной части вынесено 16 февраля 2022 года

Арбитражный суд Сахалинской области в составе судьи Зуева М.В.,

рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по исковому заявлению Rovio Entertainment Corporation (Ровио Энтертейнмент Корпорейшн) к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) о взыскании 30 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак 1086866, о взыскании 30 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак 1152679, о взыскании 30 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак 1153107, 75 рублей стоимости вещественного доказательства, 475 рублей 54 копеек почтовых расходов,

установил:

Rovio Entertainment Corporation (Ровио Энтертейнмент Корпорейшн) (далее – истец) обратилось в суд к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик) с указанным иском. 

Определением суда от 14.12.2021 дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон, в соответствии со статьей 228 АПК РФ. 

Согласно пункту 3 статьи 228 АПК РФ лицам, участвующим в деле, предложено в сроки до 12.01.2021 и до 02.02.2022 представить в арбитражный суд, и направить друг другу документы, содержащие объяснения по существу заявленных требований и возражений в обоснование своей позиции.

В установленный срок от ответчика поступил отзыв на исковое заявление, в котором ответчик возражал против удовлетворения исковых требований в заявленном размере, заявил о снижении размера взыскиваемой истцом компенсации с 90 000 рублей до 30 000 рублей, мотивировав его тем, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих негативное воздействие допущенного ответчиком нарушения на имущественное положение истца и необходимость его восстановления, в данном случае необходимо учесть, что товар, содержащие товарные знаки истца, был реализован ответчиком в количестве только одной штуки и стоимостью всего 75 рублей, что явно свидетельствует о чрезмерном характере заявленной истцом компенсации, а также о противоречии данного размере принципам разумности и справедливости, не отвечает требованиям дифференциации ответственности в зависимости от всех имеющих существенное значение обстоятельств. Кроме этого, истец не представил суду доказательств того, что ответчик одновременно массово распространял товары с товарными знаками, принадлежащими истцу, тем самым незаконно массово используя исключительные права истца на товарные знаки без надлежащего на то разрешения правообладателя данных товарных знаков. Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что указанное в иске нарушение, допущенное ответчиком, не носит грубый характер. Кроме этого, заявление истца, о том что торговая точка ответчика в ходит в сеть магазинов «Любимый» является голословным и не подтверждено истцом надлежащими доказательствами в порядке статьи 65 АПК РФ.

Истец 12.01.2022 обратился к суду с ходатайством о приобщении к материалам дела дополнительных документов и доказательств, в том числе, оригинала и копии чека, выданного ответчиком 04.05.2021, компакт-диска с видеозаписью покупки товара – шапки, а также товара – шапки, содержащей товарные знаки в количестве 3 штук.

В возражениях на отзыв ответчика от 27.01.2022 истец выразил несогласие со снижением размера взыскиваемой компенсации со ссылкой на абзац 4 пункта 4.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П, статью 1251 Гражданского кодекса, указал на недоказанность ответчиком того, что им предпринимались попытки проверить партию товара на контрафактность, что свидетельствует о грубом характере правонарушения, а равно не представлено доказательств того, что размер компенсации многократно превышает размер причиненных истцу убытков, что в совокупности делает невозможным применение положений постановления Конституционного Суда РФ от 13.12.2016 № 28-П. При этом, как указано истцом со ссылкой на судебную практику Суда по интеллектуальным правам, суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного закона, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами, на что указано в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017).

По результатам рассмотрения дела в порядке упрощенного производства, в резолютивной части решения от 16.02.2022 суд взыскал с ответчика в пользу истца 45 000 рублей компенсации, 275 рублей 27 копеек судебных издержек, 1 800 рублей в возмещение расходов, понесенных на уплату государственной пошлины, всего 47 075 рублей 27 копеек

Согласно части 2 статьи 229 АПК РФ по заявлению лица, участвующего в деле, или в случае подачи апелляционной жалобы по делу, рассматриваемому в порядке упрощенного производства, арбитражный суд составляет мотивированное решение.

Руководствуясь статьей 229 АПК РФ, учитывая поступившее 22.02.2022 от ответчика ходатайство о составлении мотивированного решения суда по настоящему делу, Арбитражный суд Сахалинской области составляет мотивированное решение.

Исследовав материалы дела, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ, имеющиеся в материалах дела доказательства, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, в Международный реестр товарных знаков, зарегистрированных в соответствии с Мадридским соглашением о международной регистрации знаков и протоколом к нему, внесены записи о регистрации за компанией Rovio Entertainment Corporation (Ровио Энтертейнмент Корпорейшн) следующих товарных знаков: № 551 476 ANGRY BIRDS, 1 086 866, 1 152 679, 1 153 107, что подтверждено свидетельствами Всемирной организации интеллектуальной собственности. 

Указанные товарные знаки имеют правовую охрану в отношении перечня товаров и услуг, в том числе 25 класса МКТУ, включающего, в том числе головные уборы. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 4 «Соглашения о международной регистрации знаков» (Заключено в Мадриде 14.04.1891), участником которого является РФ, с момента регистрации, произведенной в Международном бюро в соответствии с положениями статей 3 и 3-ter, в каждой заинтересованной договаривающейся стране знаку предоставляется такая же охрана, как если бы он был заявлен там непосредственно.

Таким образом, исключительные права на распространение вышеуказанных товарных знаков на территории Российской Федерации принадлежат истцу.

В ходе закупки, произведенной 04.05.2021 в торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...> (ТЦ «Гермес»), установлен факт продажи контрафактного товара шапка вязаная детская арт 12046 Ки (далее – товар). В подтверждение продажи был выдан кассовый чек № 00038 на сумму 75 рублей, наименование продавца: ИП ФИО1, ИНН: 

<

***>. На товаре имеется изображение товарных знаков: 551476 ANGRY BIRDS, 1 086 866, 1 152 679, 1 153 107.

В целях самозащиты гражданских прав истцом осуществлена видеосъемка, представленная в материалы дела, на которой запечатлено предложение к продаже, заключение договора розничной купли-продажи, а также то, что спорный товар приобретен по представленному истцом кассовому чеку.

Вместе с тем, лицензионный договор с ответчиком, предметом которого являлась бы передача прав на товарные знаки, истец не заключал, иным образом права на товарные знаки не передавал. 

Истцом в адрес ответчика 17.09.2021 была направлена претензия № 44003 с требованием о выплате компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки, принадлежащие истцу. 

Поскольку ответчик претензию не удовлетворил, спорную денежную сумму не перечислил, истец обратился в арбитражный суд с рассматриваемыми исковыми требованиями.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец ссылается на нарушение его исключительного права на товарные знаки 551476 ANGRY BIRDS, 1 086 866, 1 152 679, 1 153 107, выразившееся в совершении действии по введению в гражданский оборот товара с указанными товарными знаками. 

Обладателем исключительного права на названный товарный знак является истец - Rovio Entertainment Corporation (Ровио Энтертейнмент Корпорейшн), а/я 65 FI-02150 Эспо (Финляндия), что подтверждается представленными свидетельством о регистрации товарного знака. 

Согласно пункту 1 статьи 1477, статье 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак. 

Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве. В качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации (пункт 1 статьи 1482 ГК РФ). 

В силу пункта 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности, путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Незаконным использованием товарного знака следует считать любое из указанных действий, совершенное без согласия владельца товарного знака. Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ). 

Право использования товарного знака может быть передано на основании лицензионного договора (статья 1489 ГК РФ). 

В силу пункта 1 статьи 1229 ГК РФ правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» (далее – Информационное письмо № 122), а также положениями статьи 494 ГК РФ использованием исключительных прав является предложение к продаже (продажа) товара, совершенное лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность по продаже товаров в розницу.

Согласно пункту 13 Информационного письма № 122, вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

Согласно пункту 5.2.1 Методических рекомендаций по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных приказом Роспатента от 31.12.2009 № 197 (далее – Методические рекомендации № 197) при определении сходства изобразительных и объемных обозначений наиболее важным является первое впечатление, получаемое при их сравнении. Именно оно наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями, которые уже приобретали такой товар. Поэтому, если при первом впечатлении сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ выявит отличие обозначений за счет расхождения отдельных элементов, то при оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым впечатлением. Поскольку зрительное восприятие отдельного зрительного объекта начинается с его внешнего контура, то именно он запоминается в первую очередь. Поэтому оценку сходства обозначений целесообразно основывать на сходстве их внешней формы, не принимая во внимание незначительное расхождение во внутренних деталях обозначений (пункт 5.2.2 Методических рекомендаций № 197).

 При сопоставлении товарных знаков с точки зрения их графического и визуального сходства должно быть учтено основное правило, согласно которому вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а товарных знаков в целом (общего впечатления).

Сравнение зарегистрированных товарных знаков 551476 ANGRY BIRDS, 1 086 866, 1 152 679, 1 153 107, и содержащегося изображения на товаре, приобретенного истцом у ответчика, позволяет сделать вывод о наличии у них сходства, приводящего к смешению указанного товара с товарным знаком с точки зрения потребителей.

Доказательства наличия права на использование товарных знаков 551476 ANGRY BIRDS, 1 086 866, 1 152 679, 1 153 107 ответчик суду не представил.

Согласно статье 493 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором розничной купли-продажи, в том числе условиями формуляров или иных стандартных форм, к которым присоединяется покупатель (статья 428), договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

При рассмотрении арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, доказательствами незаконного распространения контрафактной продукции путем розничной продажи согласно разъяснениям пункта 6 Информационного письма № 122, могут выступать кассовый чек, отчет частного детектива, свидетельские показания.

Кассовый (товарный) чек является надлежащим документом, на основании которого покупатель может подтвердить факт продажи ему товара, приобретенного по договору розничной купли-продажи и по правилам статьи 493 ГК РФ.

Представленный в материалы дела кассовый чек содержит необходимые реквизиты, в том числе, идентификационные данные, совпадающие с идентификационными данными ответчика, стоимость и дату покупки товара, отвечают требованиям статей 67 и 68 АПК РФ РФ, следовательно, являются достаточными доказательствами заключения договоров розничной купли-продажи между ответчиком и представителем истца.

Пунктом 55 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума ВС РФ от 23.04.2019 №10) разъяснено, что факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи. 

Согласно статье 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном АПК РФ и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. 

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Согласно статье 71 АПК РФ, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Исходя из анализа норм статей 12, 14 ГК РФ и вышеуказанных норм процессуального законодательства, осуществление видеосъемки при фиксации факта распространения контрафактной продукции рассматривается действующей правоприменительной практикой в качестве соразмерного и допустимого способа самозащиты, отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств. При этом данная видеосъемка проводилась истцом в целях защиты нарушенного права в рамках гражданско-правовых отношений. 

Видеозапись (скрытая съемка), с учетом положений статьи 64 АПК РФ, может быть признана надлежащим доказательством по делу, подтверждающим получение сведений о фактах, на основании которых арбитражный суд будет устанавливать наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования истца. 

Согласно статье 89 АПК РФ иные документы и материалы допускаются в качестве доказательств, если содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. К иным документам и материалам относится материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном АПК РФ.

Ведение видеозаписи (в том числе скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статье 12 ГК РФ и корреспондирует часть 2 статьи 45 Конституции РФ, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Исходя из анализа положений статей 12, 14 ГК РФ, пункта 2 статьи 64 АПК РФ, материал видеосъемки, которая велась при покупке товара у ответчика с целью самозащиты гражданских прав, отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

Представленная истцом видеосъемка, произведенная путем непрерывной фиксации происходящих событий без перерывов подтверждает, какой именно товар продан, дата покупки следует из товарного чека, заполненного продавцом магазина в процессе покупки, которые подтверждают факт заключения разовых сделок купли-продажи с ответчиком.

Таким образом, представленная истцом видеозапись является надлежащим доказательством введения в оборот товара, содержащего обозначение, схожего до степени смешения с товарным знаком истца.

Учитывая, что истец не предоставлял ответчику права на использование указанных товарных знаков, суд признает доказанным факт нарушения предпринимателем исключительных прав, принадлежащих истцу.

Согласно пункту 1 статьи 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными настоящим Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ установлено, что в случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Как разъяснено в пункте 59 Постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 №10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Абзацем третьим пункта 3 статьи 1250 ГК РФ определено, что, если иное не установлено ГК РФ, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 59 Постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 №10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

При этом, суд учитывает, что в силу статьи 2 ГК РФ предпринимательской деятельностью является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном порядке.

Следовательно, приобретая товар, а затем, реализуя его, ответчик принял все риски, связанные с введением в оборот данного товара.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу о нарушении ответчиком исключительных прав истца на вышеуказанные товарные знаки.

Согласно статье 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных ГК РФ (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения;

3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

В силу положений пунктов 60, 61 Постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 № 10 требование о взыскании компенсации носит имущественный характер. Нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи 1225, 1227, 1252 ГК РФ).

Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 62 Постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 №10, размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Истцом заявлено требование о взыскании суммы в размере 90 000 рублей из расчета 3 допущенных нарушений по 30 000 рублей за каждое. В том числе: на товарный знак 1086866 в размере 30 000 рублей, на товарный знак 1152679 – в размере 30 000 рублей, на товарный знак 1153107 – в размере 30 000 рублей.

Ответчик оспорил размер требуемой истцом компенсации, а также заявил ходатайство о снижении размера подлежащей взысканию компенсации.

Рассмотрев доводы ответчика, о том, что размер компенсации является чрезмерным, суд приходит к следующим выводам.

При установлении размера компенсации, рассчитанного на основании пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, подпункта 1 статьи 1311, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях (с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края» (далее – Постановление № 28-П) и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении № 28-П сформулировал следующие правовые позиции: взыскание компенсации за нарушение интеллектуальных прав, будучи штрафной санкцией, преследующей в том числе публичные цели пресечения нарушений в сфере интеллектуальной собственности, является тем не менее институтом частного права, которое основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений (пункт 1 статьи 1 ГК РФ) и в рамках которого защита имущественных прав правообладателя должна осуществляться так, чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота, т.е. с соблюдением требований справедливости, равенства и соразмерности, а также запрета на осуществление прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (часть 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации); нельзя исключать, что при некоторых обстоятельствах размер ответственности, к которой привлекается нарушитель прав на объекты интеллектуальной собственности, в сопоставлении с совершенным им деянием может превысить допустимый с точки зрения принципов равенства и справедливости предел и тем самым привести к нарушению татей 17 (часть 3), 19 (часть 1 и 2), и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, а в конечном счете - к нарушению ее статьи 21, гарантирующей охрану достоинства личности и не допускающей наказаний, унижающих человеческое достоинство; отсутствие у суда, столкнувшегося с необходимостью применить на основании прямого указания закона санкцию, явно - с учетом обстоятельств конкретного дела - несправедливую и несоразмерную допущенному нарушению, возможности снизить ее размер ниже установленного законом предела подрывает доверие граждан как к закону, так и к суду.

Опираясь на приведенные правовые позиции, Конституционный Суд Российской Федерации пришел к выводу о несоответствии подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации, статьям 17 (часть 3), 19 (часть 1 и 2), 34 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой в системной связи с пунктом 3 статьи 1252 данного Кодекса и другими его положениями они не позволяют суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности одним действием прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, определить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации ниже минимального предела, установленного данными законоположениями, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом, что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Положенные в основу этого вывода правовые позиции получили развитие в Постановлении от 13.02.2018 № 8-П, где Конституционный Суд Российской Федерации указал, что в каждом конкретном случае меры гражданско-правовой ответственности, устанавливаемые в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате противоправного деяния, с тем чтобы обеспечивалась их соразмерность правонарушению, соблюдался баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от противоправных посягательств.

Как указано в Постановлении Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда», если при рассмотрении конкретного дела будет выявлено, что применимые нормы ставят одну сторону (правообладателя) в более выгодное положение, а в отношении другой предусматривают возможность неблагоприятных последствий, то суд обязан руководствоваться критериями обеспечения равновесия конкурирующих интересов сторон и соразмерности назначаемой меры ответственности.

Согласно разъяснениям, данным в Постановлении Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда», впредь до внесения в гражданское законодательство изменений, вытекающих из настоящего Постановления, суды не могут быть лишены возможности учесть все значимые для дела обстоятельства, включая характер допущенного нарушения и тяжелое материальное положение ответчика, и при наличии соответствующего заявления от него снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ величины.

Как указано в абзаце 3 части 3 статьи 1252 ГК РФ, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 64 Постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 № 10, следует, что положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ о снижении размера компенсации подлежат применению в случаях, когда одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации (далее - при множественности нарушений), в частности, когда одним действием нарушены права на: несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: музыкальное произведение и его фонограмма; произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение; товарный знак и наименование места происхождения товара; товарный знак и промышленный образец; несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, не связанных между собой (например, в случае продажи одним лицом товара с незаконно нанесенными на него разными товарными знаками или распространения материального носителя, в котором выражено несколько разных экземпляров произведений).

Указанное выше положение ГК РФ о снижении размера компенсации может быть применено также в случаях, когда имеют место несколько правонарушений, совершенных одним лицом в отношении одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации и составляющих единый процесс использования объекта (например, воспроизведение произведения и последующее его распространение).

Положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения (пункт 62 Постановления № 10).

В данном случае судом учитывается, что ответчиком реализация товара была произведена однократно, стоимость данного товара составляла 75 рублей. При таких обстоятельствах, данная разовая операция не является существенной частью деятельности нарушителя, а равно и не может быть признана как нарушение, носящее грубый характер.

По изложенному, при определении размера компенсации суд, учитывая характер допущенного нарушения, степень вины нарушителя, руководствуясь принципами разумности и справедливости, исходя из необходимости сохранения баланса прав и законных интересов сторон, необходимости обеспечения соразмерности назначаемой меры ответственности и исключения неблагоприятных последствий для сторон, учитывая вероятные имущественные потери правообладателя, учитывая правовые позиции, изложенные в Постановлении от 13.02.2018 № 8-П, Постановление Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П, положение подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, считает требование о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав истца на товарные знаки частичному удовлетворению в размере 45 000 рублей (по 15 000 рублей компенсации за каждое нарушение исключительных прав на каждый товарный знак).

В удовлетворении требований о взыскании компенсации в размере 45 000 рублей суд отказывает по вышеуказанным основаниям.

При этом доводы истца об отсутствии законных оснований для снижения размера взыскиваемой компенсации опровергаются вышеизложенными правовыми нормами и фактическими обстоятельствами дела, и отклоняются судом с учетом следующего.

Суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе. 

Как было указано выше, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных ГК РФ, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения. Из правовой позиции, сформулированной в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ №3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 12.07.2017, снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами. 

На основании изложенных норм и разъяснений, дальнейшее снижение общего размера компенсации не представляется возможным в силу прямого запрета закона, так как в противном случае, общая сумма компенсации будет составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Иные доводы и возражения сторон, по мнению суда, не влияют на выводы суда по результатам рассмотрения настоящего спора.

Также истцом заявлено ходатайство о взыскании с ответчика судебных расходов в размере стоимости вещественного доказательства - товара, приобретенного у ответчика в размере 75 рублей, стоимости почтовых отправлений в виде претензии и искового заявления в 275 рублей 57 копеек.

В соответствии со статьей 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Как разъяснено в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Поскольку указанные расходы понесены в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде, подтверждены документально, требование в указанной части подлежит удовлетворению на основании статей 106, 110 АПК РФ пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Согласно статье 110 АПК РФ расходы по уплате госпошлины относятся на стороны пропорционально размеру удовлетворенных требований.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 171 и 176 АПК РФ, арбитражный суд

решил:

взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу Rovio Entertainment Corporation (Ровио Энтертейнмент Корпорейшн) 45 000 рублей компенсации, 275 рублей 27 копеек судебных издержек, 1 800 рублей в возмещение расходов, понесенных на уплату государственной пошлины, всего 47 075 рублей 27 копеек.

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Лицам, участвующим в деле, разъясняется, что в соответствии с частью 2 статьи 229 АПК РФ арбитражный суд составляет мотивированное решение по заявлению лица, участвующего в деле, которое может быть подано в течение пяти дней со дня размещения настоящего решения на официальном сайте Арбитражного суда Сахалинской области в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Решение подлежит немедленному исполнению, но может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Сахалинской области в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, а в случае составления мотивированного решения арбитражного суда – со дня принятия решения в полном объеме.

Решение вступает в законную силу по истечении пятнадцати дней со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае составления мотивированного решения арбитражного суда решение вступает в законную силу по истечении срока, установленного для подачи апелляционной жалобы. В случае подачи апелляционной жалобы решение арбитражного суда первой инстанции, если оно не отменено или не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражным судом апелляционной инстанции.

 

Судья 

М.В. Зуев