Арбитражный суд Липецкой области

пл. Петра Великого, д. 7, г. Липецк, 398019

 http://lipetsk.arbitr.ru, e-mail: info@lipetsk.arbitr.ru 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А36-5120/2019

г. Липецк

20 июля 2020 г.

Резолютивная часть решения объявлена 13 июля 2020 г.

Решение в полном объеме изготовлено 20 июля 2020 г.  

Арбитражный суд Липецкой области 

в составе судьи Тетеревой И.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Истоминой Е.А.,

ИП ФИО1 (ИНН: 

<

***>, Липецкая область, г. Елец)

о признании недействительным решение Межрайонной ИФНС № 7 по Липецкой области № 9102 от 21.11.2018 г. «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения»,

при участии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО2 ФИО3 (доверенность от  25.01.2018г.),

от МИФНС: ФИО4 (доверенность от 30.10.2018г.), ФИО5 (доверенность № 04-18/94 от 29.06.2020 г.), ФИО6 (доверенность № 04-08 от 30.01.2020 г.),

УСТАНОВИЛ:

ИП ФИО1 обратился в Арбитражный суд Липецкой области с заявлением о признании недействительным решение Межрайонной ИФНС № 7 по Липецкой области № 9102 от 21.11.2018 г. «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения».

Определением от 16.05.2019 г. заявление принято к производству.

В  судебном заседании представители заявителя на требованиях настаивали.

Представители МИФНС возражали.

Изучив представленные материалы, выслушав доводы и возражения представителей лиц, участвующих в деле, суд установил следующее.

С 15.02.2018 ИП ФИО1 состоит на налоговом учете в Межрайонной ИФНС России № 7 по Липецкой области, в связи со сменой регистрации по месту жительства.

В отношении ИП ФИО1 в период с 03.05.2018 по 03.08.2018  проведена камеральная налоговая проверка налоговой декларации по форме 3-НДФЛ за 2017 год, представленной налогоплательщиком 03.05.2018 в Межрайонную ИФНС России № 7 по Липецкой области.

По результатам камеральной налоговой проверки был составлен акт от 17.08.2018 № 44016, а также принято решение от 21.11.2018 № 9102 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Указанным решением установлена неуплата налога на доходы физических лиц в общей сумме 2 409 957 руб., начислена сумма штрафа по п. 1 ст. 122 НК РФ в размере 481 991,40 руб., начислена сумма пени в размере 75873,48 руб. -  л.д.29-42 т.1.

Не согласившись с результатами проверки, предприниматель обратился в УФНС по Липецкой области с апелляционной жалобой.

Решением от 28.02.2019г. № 29 в удовлетворении апелляционной жалобы было отказано – л.д. 24-28 т.1.

Обращаясь в арбитражный суд с заявлением о признании решения МИФНС незаконным. ИП ФИО7 полагает, что в 2017г. является плательщиком УСН. 25.01.2018 им была представлена налоговая декларация по УСН за 2017 год в Межрайонную ИФНС России № 7 по Нижегородской области и уплачен налог в сумме 507 982 руб., весь бухгалтерский учет, регистрация ККТ свидетельствовали о применении упрощенной системы налогообложения. Также заявитель считает, что  налоговым органом сделаны необоснованные выводы о неподверженности произведенных расходов за проверяемый период, при принятии решения не учтены произведенные расходы. Товар приобретался за наличный расчет в торговых точках города Москвы. При получении товара и расчетов выдавался пакет документов: договора, счета-фактуры, накладные, приходные кассовые ордера. Исчисление Инспекцией недоимки исходя из одних доходов от реализации товаров предпринимателя без учета расходов, необходимых для осуществления данной деятельности, привело к доначислению налога, в размере, не соответствующем величине действительной обязанности предпринимателя по уплате налога.

Также налоговым органом, по мнению заявителя, в обжалуемом решении № 9102 от 21.11.2018г. указан доход налогоплательщика с учетом возврата в сумме 26 696 549,18 руб., тогда как  согласно данных ККТ (помесячный отчет) сумма дохода ИП ФИО1 составила 26 576 982 руб.

Возражая против требований предпринимателя, МИФНС поясняет, что в 2017г. налогоплательщик не имел права на применение УСН в 2017г., поскольку заявлений, уведомлений о применении специальных налоговых режимов, от индивидуального предпринимателя не поступало; позиция предпринимателе о неправильном определении налоговых обязательств неправомерна, поскольку  по результатам встречных проверок и на основании представленных документов, хозяйственные отношения с такими контрагентами как: ИП ФИО8, ИП ФИО9, ИП ФИО10, ИП ФИО11, ИП ФИО12, ИП ФИО13, ИП ФИО14, ИП ФИО15, ООО «Одежда сити», ООО «Атлас» не нашли своего подтверждения.

Оценив доводы сторон, представленные доказательства, суд пришел к выводу о том, что требования заявителя подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В силу части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса ненормативный правовой акт может быть признан судом недействительным, а решения и действия (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц незаконными, если суд установит, что они не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Из изложенного следует, что основанием для признания ненормативного акта, решения, действия (бездействия) должностного лица налогового органа является одновременное несоответствие их закону и нарушение этим актом (решением, действием, бездействием) прав налогоплательщика.

В соответствии с пунктом 1 статьи 346.11 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) УСН применяется организациями и индивидуальными предпринимателями наряду с иными режимами налогообложения, предусмотренными законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

В пункте 2 статьи 346.11 НК РФ установлено, что применение УСН организациями предусматривает их освобождение от обязанности по уплате налога на прибыль организаций (за исключением налога, уплачиваемого с доходов, облагаемых по налоговым ставкам, предусмотренным пунктами 1.6, 3 и 4 статьи 284 настоящего Кодекса), налога на имущество организаций (за исключением налога, уплачиваемого в отношении объектов недвижимого имущества, налоговая база по которым определяется как их кадастровая стоимость в соответствии с настоящим Кодексом). Организации, применяющие УСН, не признаются налогоплательщиками налога на добавленную стоимость, за исключением налога на добавленную стоимость, подлежащего уплате в соответствии с настоящим Кодексом при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией (включая суммы налога, подлежащие уплате при завершении действия таможенной процедуры свободной таможенной зоны на территории Особой экономической зоны в Калининградской области), а также налога на добавленную стоимость, уплачиваемого в соответствии со статьями 161 и 174.1 настоящего Кодекса.

Переход к УСН или возврат к иным режимам налогообложения осуществляется организациями и индивидуальными предпринимателями добровольно в порядке, предусмотренном главой 26.2 НК РФ.

Согласно пунктам 3 и 6 статьи 346.13 НК РФ налогоплательщики, применяющие УСН, не вправе до окончания налогового периода перейти на иной режим налогообложения, если иное не предусмотрено настоящей статьей. Вместе с тем, налогоплательщик, применяющий УСН, вправе перейти на иной режим налогообложения с начала календарного года, уведомив об этом налоговый орган не позднее 15 января года, в котором он предполагает перейти на иной режим налогообложения.

Налоговым законодательством не предусмотрены последствия пропуска данного срока в виде запрета налогоплательщику применять иной режим налогообложения.

Применение упрощенной системы налогообложения носит уведомительный, а не разрешительный характер: правовое значение уведомления, направляемого согласно пункту 6 статьи 346.13 НК РФ организациями и индивидуальными предпринимателями, применяющими УСН, изъявившими желание перейти на иной режим налогообложения, состоит не в получении согласия налогового органа на переход на иной режим налогообложения, а в выражении волеизъявления субъектов предпринимательства на добровольное применение режима налогообложения и в обеспечении надлежащего администрирования налога, полноты и своевременности его уплаты.

Как неоднократно отмечалось Конституционным Судом Российской Федерации (постановления от 16.07.2004 № 14-П, определение от 12.07.2006 № 266-О), в силу конституционного требования о необходимости уплаты только законно установленных налогов и сборов во взаимосвязи с предписаниями статей 15 и 18 Конституции Российской Федерации, механизм налогообложения должен обеспечивать полноту и своевременность взимания налогов и сборов с обязанных лиц и одновременно - надлежащий правовой характер деятельности уполномоченных органов и должностных лиц, связанной с изъятием средств налогообложения.

Если, осуществляя налоговый контроль, налоговые органы руководствуются целями и мотивами, противоречащими действующему правопорядку, налоговый контроль в таких случаях может превратиться из необходимого инструмента налоговой политики в инструмент подавления экономической самостоятельности и инициативы, чрезмерного ограничения свободы предпринимательства и права собственности, что в силу статей 34 (часть 1), 35 (части 1 - 3) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации недопустимо.

В решениях Конституционного Суда Российской Федерации также неоднократно отмечалось, что в силу требований статей 1 (часть 1), 2, 17 (часть 1), 18, 19 и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации применение условий реализации прав и свобод должно осуществляться на основе принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства (в том числе определения от 03.03.2015 № 417-О, от 02.04.2015 № 583-О).

Принимая во внимание изложенное, принудительный перевод субъекта предпринимательства с УСН на общую систему налогообложения и наоборот по результатам налоговой проверки не может выступать самостоятельной целью налогового контроля, а при возникновении спора, связанного с соблюдением хозяйствующим субъектом процедуры начала и окончания применения данного специального налогового режима, во внимание должны приниматься не только действия налогоплательщика, но и поведение налогового органа, связанное с обеспечением реализации прав и законных интересов налогоплательщика, соразмерность и своевременность принимаемых налоговым органом мер.

Налоговые органы, обладающие сведениями о нарушении налогоплательщиком процедуры начала или окончания применения УСН хозяйствующим субъектом, обязаны своевременно осуществлять налоговый контроль и принимать меры в отношении состоящих на учете налогоплательщиков, в том числе требовать представления налоговой отчетности, приостанавливать операции налогоплательщиков по счетам в банках в случае ее непредставления по установленной форме в отношении тех налогов, которые налогоплательщик обязан уплачивать (пункт 2 статьи 22, подпункты 1 и 5 пункта 1 статьи 31, пункт 2 статьи 32 Налогового кодекса).

Таким образом, в случае, когда хозяйствующий субъект выразил свое волеизъявление прекратить использовать УСН, фактически применяя иной налоговый режим с начала календарного года (сдавал налоговую отчетность, уплачивал авансовые и налоговые платежи), налоговый орган утрачивает право ссылаться на неполучение уведомления (получение уведомления с нарушением срока) и применять положения пункта 6 статьи 346.13 НК РФ в качестве основания изменения статуса налогоплательщика, если ранее налоговым органом действия налогоплательщика, по сути, были одобрены.

Следовательно, определяющим фактором для выяснения вопроса о правомерности применения или отказа в применении УСН является фактическое ведение налогоплательщиком хозяйственной деятельности в соответствии с выбранным режимом налогообложения с начала налогового периода.

В рассматриваемом случае, из материалов дела следует, что ФИО1 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя и поставлен на налоговый учет Межрайонной ИФНС России № 2 по Нижегородской области 13.07.2017 года (по месту регистрации).

25.01.2018 в Межрайонную ИФНС России №2 по Нижегородской области налогоплательщиком была представлена налоговая декларация по УСН за 2017 год и уплачен налог в сумме 507 982 руб. – см. л.д. 70-77 т.1.

Указанная декларация принята налоговым органом без замечаний, перечисленные денежные средства в счет уплаты УСН поступили в соответствующий бюджет, налогоплательщику не возвращены.

Таким образом, материалами дела подтверждается и налоговым органом не опровергнуто, что предприниматель с начала своей деятельности определил для применения упрощенную систему налогообложения, об этом свидетельствует факт регистрации ККТ и ведения кассовых операций с указанием в контрольных чеках на применение УСН в 2017г. В 2018г. ФИО1 также применял УСН, отчитывался и уплачивал налоги в соответствии с выбранной системой налогообложения. 

Вместе с тем, из письма МИФНС № 2 по Нижегородской области от 06.03.2018г. (л.д. 98 т.21) следует, что ссылаясь на отсутствие заявления о применении УСН в 2017г., налоговый орган указывает на обязанность предпринимателя представить декларацию по НДС за 4 кв. 2017г., приостанавливает операции по счетам налогоплательщика. 

Между тем, как было установлено, предприниматель уже 28.01.2018г. (т.е. до требования МИФНС о предоставлении декларации по НДС за 4 кв.2017г.) представил в налоговый орган декларацию по УСН за 2017г., а 29.01.2018г. сумма налога перечислена в соответствующий бюджет. Налоговым органом не выявлено нарушений в сведениях, указанных в декларации по УСН за 2017г. Доказательств обратного материалы дела не содержат.

Таким образом, волеизъявление налогоплательщика относительно применения УСН в 2017г. не было учтено МИФНС № 2 по Нижегородской области, последующее принятие решения, повлекшее приостановление расходных операции по расчетным счетам предпринимателя в банке, по существу привели к принудительной подаче налогоплательщиком декларации по НДФЛ с нулевыми показателями с целью снятия наложенных МИФНС ограничительных мер.

О несогласии налогоплательщика с  действиями и решениями налогового органа  свидетельствует также сам факт их обжалования  в арбитражном суде в рамках дела А36-3746/2018 (заявление возвращено в связи с несоблюдением досудебного порядка урегулирования спора).  

Однако сам факт подачи нулевой декларации по НДФЛ за 2017г., в рассматриваемом случае не может быть расценен как изменение режима налогообложения субъекта предпринимательства, поскольку его волеизъявление и фактическая деятельности свидетельствовали о применении ФИО1 упрощенной системы налогообложения в 2017г. 

Изложенные выше обстоятельства свидетельствуют о неправомерности доводов налогового органа и незаконности доначисления обязательных платежей по общей системе налогообложения. 

Между тем, оценивая доводы сторон относительно правильности определения налоговых обязательств, суд учитывает следующее.

Из текста оспариваемого решения следует, что в ходе камеральной налоговой проверки, для подтверждения понесенных расходов, необходимых для осуществления предпринимательской деятельности ИП ФИО1 представлены документы по взаимоотношениям с контрагентами: договора, счета-фактуры, товарные накладные, квитанции к приходным кассовым ордерам.

По результатам встречных проверок и на основании представленных документов, хозяйственные отношения с такими контрагентами как: ИП ФИО8, ИП ФИО9, ИП ФИО10, ИП ФИО11, ИП ФИО12, ИП ФИО13, ИП ФИО14, ИП ФИО15, ООО «Одежда сити», ООО «Атлас» не нашли своего подтверждения.

По результатам встречных проверок контрагентов налогоплательщика Инспекцией было установлено следующее:

- ИП ФИО8, ИП ФИО9, ИП ФИО10, ИП ФИО11 отрицают факт взаимоотношений с ИП ФИО1, применяют УСН, налоговые декларации по НДС не представляли, НДС в бюджет не уплачивали, налоговые обязательства по НДС у данных предпринимателей не открывались.

- ИП ФИО12, ИП ФИО13, ИП ФИО14 применяют УСН, налоговые декларации по НДС не представляли, НДС в бюджет не уплачивали, налоговые обязательства у НДС у данных предпринимателей не открывались. Кроме того, по информации представленной Инспекциями по месту регистрации вышеназванных индивидуальных предпринимателей, установлено визуальное несоответствие подписей ИП ФИО12 и ИП ФИО14, а также подписи и печати ИП ФИО13 в регистрационных делах и документах, представленных ИП ФИО1 к проверке.

- ИФНС России № 23 по г. Москве был проведен допрос ИП ФИО15 протокол № 386 от 09.06.2018г. из которого следует, что он прекратил свою деятельность в качестве индивидуального предпринимателя 17.04.2018г., предпринимательская деятельность не ведется с 2010г., в 2009-2010гг. применял упрощенную систему налогообложения, расчетных счетов не имеет, бухгалтерский и налоговый учет не осуществлял.

15.02.2017г. Межрайонной ИФНС России №46 по г.Москве внесены сведения о недостоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ о руководителе (генеральном директоре), учредителе (участниках), о юридическом адресе ООО «Одежда сити».

30.07.2018г. принято решение №81761 о предстоящем исключении из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «Одежда сити» ИНН 

<

***>

ООО «Атлас» в 2015-2016 применяло общий режим налогообложения, последняя отчетность по НДС представлена 26.02.2016. Кроме того, установлено визуальное несоответствие подписи руководителя ООО «Атлас» ФИО16 в документах представленных ИП ФИО1 и подписи, имеющейся в регистрационном деле ООО «Атлас».

Кроме того, Инспекцией был проведен анализ, представленных ИП ФИО1 документов с момента осуществления деятельности по 31 декабря 2017 года и установлены следующие обстоятельства, также свидетельствующие о недостоверности представленных налогоплательщиком документов: одинаковый пакет документов по всем контрагентам (договор, счет - фактура, товарная - накладная, квитанция к приходному кассовому ордеру), данный пакет документов имеет один порядковый номер, договора идентичны; по некоторым контрагентам, таким как ФИО13, ФИО12, ФИО10, ФИО14 нарушена хронология, т.е. порядковый номер документов составленных в августе 2017, либо октябре 2017 больше, чем ноябре 2017 года. Все документы имеют определенную закономерность: составлены в одинаковом стиле, шрифте, стоимость по всем расходным документам не превышает 100 000 руб.

С учетом вышеизложенного, налоговым органом сделан вывод о том, что документы, представленные ИП ФИО1 в части подтверждения понесенных им расходов, составлены формально, исключительно для придания правового обоснования хозяйственным операциям, не существующим в деятельности индивидуального предпринимателя, с целью минимизации своих налоговых обязательств.

МИФНС на основании абз.3 п.1 ст.221 НК РФ полагает, что отсутствовали основания для применения расчетного метода на основании данных об иных аналогичных налогоплательщиках.

Суд полагает, что в рассматриваемом случае МИФНС не правильно применены нормы НК РФ, регулирующее порядок определения налоговых обязательств. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 87 Налогового кодекса целью налоговой проверки является контроль за соблюдением налогоплательщиком, плательщиком сборов или налоговым агентом законодательства о налогах и сборах, правильным формированием налоговых обязательств последних.

Согласно статье 88 Налогового кодекса предметом камеральной налоговой проверки является правильность и непротиворечивость сведений, заявленных в налоговых декларациях (расчетах) и документах, представленных налогоплательщиком, в совокупности с иными документами о деятельности налогоплательщика, имеющимися у налогового органа.

Статьей 100 Налогового кодекса установлено, что в акте налоговой проверки, составленном по результатам налоговой проверки, указываются документально подтвержденные факты нарушений законодательства о налогах и сборах, выявленные в ходе проверки, или запись об отсутствии таковых (абзац 12 пункта 3 статьи 100 Налогового кодекса).

В силу пункта 5 статьи 101 Налогового кодекса в ходе рассмотрения материалов налоговой проверки руководитель (заместитель руководителя) налогового органа:

1) устанавливает, совершало ли лицо, в отношении которого был составлен акт налоговой проверки, нарушение законодательства о налогах и сборах;

2) устанавливает, образуют ли выявленные нарушения состав налогового правонарушения;

3) устанавливает, имеются ли основания для привлечения лица к ответственности за совершение налогового правонарушения;

В случае необходимости получения дополнительных доказательств для подтверждения факта совершения нарушений законодательства о налогах и сборах или отсутствия таковых руководитель (заместитель руководителя) налогового органа вправе вынести решение о проведении в срок, не превышающий один месяц, дополнительных мероприятий налогового контроля (пункт 6 статьи 101 Налогового кодекса).

По результатам рассмотрения материалов налоговой проверки, согласно пункту 7 статьи 101 Налогового кодекса, руководитель (заместитель руководителя) налогового органа выносит решение:

1) о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения;

2) об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Пунктом 8 статьи 101 Кодекса установлено, что в решении о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения излагаются обстоятельства совершенного привлекаемым к ответственности лицом налогового правонарушения так, как они установлены проведенной проверкой, со ссылкой на документы и иные сведения, подтверждающие указанные обстоятельства, доводы, приводимые лицом, в отношении которого проводилась проверка, в свою защиту, и результаты проверки этих доводов, решение о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности за конкретные налоговые правонарушения с указанием статей настоящего Кодекса, предусматривающих данные правонарушения, и применяемые меры ответственности. В решении о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения указываются размер выявленной недоимки и соответствующих пеней, а также подлежащий уплате штраф.

В решении об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения излагаются обстоятельства, послужившие основанием для такого отказа. В решении об отказе в привлечении к ответственности за налоговые правонарушения могут быть указаны размер недоимки, если эта недоимка была выявлена в ходе проверки, и сумма соответствующих пеней.

Из анализа вышеприведенных норм в их совокупности и взаимосвязи следует, что в ходе проведения камеральной налоговой проверки налоговый орган обязан определить фактические налоговые обязательства налогоплательщика на основе проверки содержащихся в декларации сведений в сопоставлении с информацией в представленных налогоплательщиком и имеющихся у налогового органа документах, исходя из которых, в том числе, устанавливается правильность исчисления налогоплательщиком налоговой базы за период, по итогам которого представлена соответствующая декларация (расчет).

При этом, как при принятии решения о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности, так и при принятии решения об отказе в привлечении к налоговой ответственности налоговый орган должен достоверно установить размер недоимки по налогам, соответствующий действительной налоговой обязанности налогоплательщика по уплате налога в соответствии с положениями соответствующих глав особенной части Налогового кодекса.

Таким образом, в случае установления налоговым органом фактов неправильного исчисления налога, в его обязанности входит установление действительной налоговой обязанности налогоплательщика.

Согласно пункту 3 статьи 210 Налогового кодекса налоговая база по налогу на доходы физических лиц определяется как денежное выражение таких доходов, подлежащих налогообложению, уменьшенных на сумму налоговых вычетов, предусмотренных статьями 218 - 221 Налогового Кодекса.

В частности, в силу положений статьи 221 Налогового кодекса налогоплательщики, указанные в пункте 1 статьи 227 Кодекса, к которым относятся нотариусы, занимающиеся частной практикой, адвокаты, учредившие адвокатские кабинеты и другие лица, занимающиеся в установленном действующим законодательством порядке частной практикой, при исчислении налоговой базы в соответствии с пунктом 3 статьи 210 Кодекса имеют право на получение профессиональных налоговых вычетов в сумме фактически произведенных ими и документально подтвержденных расходов, непосредственно связанных с извлечением доходов.

При этом состав указанных расходов, принимаемых к вычету, определяется налогоплательщиком самостоятельно в порядке, аналогичном порядку определения расходов для целей налогообложения, установленному главой «Налог на прибыль организаций».

В случае отсутствия у налогоплательщика учета доходов и расходов налоговый орган вправе определять суммы налогов, подлежащие уплате налогоплательщиками в бюджетную систему Российской Федерации, расчетным путем на основании имеющейся у него информации о налогоплательщике, а также данных об иных аналогичных налогоплательщиках, что прямо следует из подпункта 7 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса. Наделение налоговых органов правом исчислять налоги расчетным путем вытекает из возложенной на них обязанности по осуществлению налогового контроля в целях реализации основанных на Конституции Российской Федерации и законах общеправовых принципов налогообложения - всеобщности и справедливости налогообложения, юридического равенства налогоплательщиков, равного финансового бремени.

Доначисление же налогоплательщику по результатам проверки сумм налога к доплате в бюджет, пеней и санкций за неполную уплату налога вне связи с действительной налоговой обязанностью налогоплательщика, либо определение налоговым органом налоговых обязанностей вне связи с положениями особенной части Налогового кодекса, устанавливающими объект налогообложения, порядок определения налоговой базы и исчисления налога, противоречит целям и задачам налогового контроля.

Данная правовая позиция сформулирована в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16.07.2004 № 14-П.

С учетом изложенного, в ходе налоговой проверки подлежат установлению действительные налоговые обязанности налогоплательщика, а суд должен установить, нарушает ли вменение налогоплательщику обязанности уплатить доначисленные налоговым органом суммы налогов права налогоплательщика.

Между тем, из оспариваемого решения налогового органа от 21.11.2018 № 9102 следует, что инспекция в ходе проверки определяла налоговую обязанность налогоплательщика по налогу на доходы физических лиц за 2017 год лишь с учетом поступивших доходов без учета понесенных ФИО1, расходов. Указанные факты налоговым органом в ходе рассмотрения дела судом не опровергнуты.

Замечаний к представленной декларации по УСН за 2017г., в том числе к размеру дохода и указанному размеру расходов у МИФНС № 2 по Нижегородской области  не возникло.

Налог по УСН за 2017г. предпринимателем исчислен и уплачен. 

Между тем, МИФНС № 7 по Липецкой области, доначисляя спорную сумму налога на доходы физических лиц, данное обстоятельство не учла, несмотря на то, что указанные налоги, в силу положений бюджетного законодательства (статья 56 Бюджетного кодекса Российской Федерации), подлежат зачислению в один уровень бюджета - бюджет субъекта, возложив тем самым на налогоплательщика бремя двойного налогообложения фактически одного и того же объекта налогообложения.

Кроме того, в ходе проверки налоговым органом установлен факт реальной хозяйственной деятельности предпринимателя,  в том числе наличие реализуемого товара, осуществление продажи с применением ККТ, т.е. признаков формального документооборота налоговым органом не выявлено. 

Из материалов дела следует, что предпринимателем представлены к проверке все первичные документы, подтверждающие произведенные расходы.

МИФНС проанализированы только часть контрагентов налогоплательщика, выявленные замечания к проверенным контрагентам суд не рассматривает как достаточные для признания обоснованности позиции налогового органа для доначисления спорных сумм налога, пени и штрафа. 

Исходя из части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Следовательно, на налоговом органе лежит бремя доказывания факта и размера вмененного налогоплательщику дохода, что налоговым органом в ходе проведенной им камеральной проверки сделано не было.

С учетом изложенного,  суд приходит к выводу о необоснованности доначисления ИП ФИО1 налога на доходы физических лиц.

Таким образом, суд, оценив все имеющиеся доказательства по делу в их совокупности и взаимосвязи, как того требуют положения, содержащиеся в части 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признает решение МИФНС России № 7 по Липецкой области № 9102 от 21.11.2018 г. «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения» незаконным.

В силу статьи 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом. 

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. 

При обращении в арбитражный суд заявитель оплатил государственную пошлину в сумме 3 00 руб. 00 коп., которая подлежит взысканию с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 7 по Липецкой области.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Признать незаконным (не соответствующим Налоговому кодексу Российской Федерации) решение № 9101 от 21.11.2018 г. Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 7 по Липецкой области «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения».

Обязать Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 7 по Липецкой области устранить допущенные нарушения прав и законных интересов ИП ФИО1 (ИНН: 

<

***>, Липецкая область, г. Елец).

Взыскать с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 7 по Липецкой области в пользу ИП ФИО1 (ИНН: 

<

***>, Липецкая область, г. Елец)  300 руб. – расходы в виде уплаченной государственной пошлины.

Решение суда подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в течение месяца в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд, расположенный в г. Воронеже, через Арбитражный суд Липецкой области. 

Судья                                                                                                   И.В. Тетерева