АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, 

<

...>, тел. 

<

***>

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции Ф06-6107/2025

Дело № А72-11513/2023

г. Казань

27 января 2026 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 января 2026 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 января 2026 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Богдановой Е.В.,

судей Егоровой М.В., Самсонова В.А.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1,

на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2025,

по делу № А72-11513/2023

о завершении процедуры банкротства гражданина и применении правил освобождения от исполнения обязательств в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

УСТАНОВИЛ:

производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее – должник, ФИО1) возбуждено определением Арбитражного суда Ульяновской области от 11.09.2023 на

основании заявления должника.

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 23.10.2023 ФИО1 признана банкротом и в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО3

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 31.07.2025 процедура реализации имущества в отношении ФИО1 завершена, ФИО1 освобождена от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при реализации имущества гражданина, за исключением требования ФИО4 и ФИО5 в размере 928 104,40 руб., в том числе требования ФИО4 - 463 930,31 руб., требования ФИО5 - 464 174,09 руб.

Указанное определение было обжаловано в апелляционном порядке ФИО6 в части не освобождения ее от дальнейшего исполнения требований Нарежных.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2025 определение Арбитражного суда Ульяновской области от 31.07.2025 в обжалуемой части оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на неправильное применение судами норм права, просит постановление апелляционного суда от 20.10.2025 отменить и принять новый судебный акт о ее освобождении от дальнейшего исполнения обязательств; выражает несогласие с выводами судов об отсутствии основания для применения к ней правил об освобождении от обязательств перед кредиторами Нарежными, считая несоответствующими выводы судов в части оценки ее действий, повлекших причинение имущественного вреда кредиторам Нарежним, как грубой неосторожности, фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в

судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

В представленном в материалы дела отзыве Нарежными изложены возражения против удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, отзыва на нее, и проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, судебная коллегия кассационной инстанции приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции, в ходе процедуры реализации имущества в третью очередь реестра должника включены требования кредиторов в размере 928 104,40 руб. (требования Нарежных), требования кредиторов первой и второй очереди отсутствуют; требования кредиторов не погашались.

По результатам проведения процедуры реализации имущества в отношении должника финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с ходатайством о ее завершении, представил отчет о результатах проделанной работы.

Нарежными заявлены возражения против применения к ФИО1 правила об освобождении от обязательств со ссылкой на недобросовестное поведение ФИО1

Рассмотрев отчет финансового управляющего, а также представленные финансовым управляющим документы и установив, что финансовым управляющим проведены все мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства должника, пополнение конкурсной массы невозможно, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для завершения процедуры реализации имущества ФИО1, который лицами, участвующими в деле, не оспаривался.

При этом суд первой инстанции, с выводами которого согласился апелляционный суд, счел отсутствующими основания для освобождения должника от исполнения обязательств перед кредиторами Нарежными.

Разрешая вопрос о наличии либо отсутствии оснований для

освобождения должника от дальнейшего исполнения требований указанных кредиторов и отказывая в применении к нему правила об освобождении от обязательств в части требований кредиторов Нарежных, суд первой инстанции исходил из обстоятельства возникновения у ФИО1 обязательств перед ними, при этом основывался на следующем.

Требования кредиторов ФИО4 и ФИО5, включенные в реестр должника (в размере 928 104,40 руб.), основаны на вступивших в законную силу судебных актах - решении Ульяновского районного суда Ульяновской области от 29.04.2022 по делу № 2-1-127/2022 и определении от 17.01.2023, которыми с ФИО1 в пользу ФИО4 и ФИО5 были взысканы денежные средства в счет возмещения материального ущерба (в размере 893 637,84 руб.), причиненного пожаром, судебные расходы (на общую сумму 72 044 руб.), частично исполненных должником в рамках исполнительного производства.

При рассмотрении дела № 2-1-127/2022 судом общей юрисдикции установлено, что вред имуществу кредиторов Нарежных причинен в результате произошедшего ночью 25.01.2021 пожара в бане, расположенной на территории (во дворе) домовладения по адресу: 

<

...>.

Виновной в возникновении пожара и причинении ущерба признана ФИО1

При этом суд общей юрисдикции исходил из того, что ФИО1, проживая в проданном ею домовладении, пользуясь им согласно фактически заключенному договору безвозмездного пользования, обязана была осуществлять заботу о вверенном ей имуществе, поддерживать в пригодном состоянии, устранять любую угрозу и опасность, влияющие на сохранность имущества; что между возникновением пожара и действиями ФИО1, как пользователем жилого дома и иного имущества, находящегося в нем, хозяйственными постройками, связанными с ненадлежащим исполнением обязанностей по обеспечению сохранности указанного имущества, имеется причинно-следственная связь, заключив, что пожар возник в результате ненадлежащей эксплуатации бани, ФИО1 не проявила достаточной осмотрительности и

внимательности, не обеспечила соблюдение пожарной безопасности, что привело к причинению вреда имуществу Нарежных.

Принимая во внимание указанные выводы суда общей юрисдикции, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии в действиях должника ФИО1, приведших к возникновению пожара, грубой неосторожности в обращении с источником огня, и об отсутствии в силу абзаца пятого пункта 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве оснований для освобождения должника от исполнения обязательств перед Нарежными.

Кроме того, принимая во внимание, что при обращении в суд с заявлением о собственном банкротстве ФИО1 указывала лишь на наличие у нее задолженности, связанной с рассмотрением дела № 2-1-127/2022: перед Нарежными (взыскателями по данному делу) и обществом «НИЦСЭ» (проводившим судебную экспертизу в рамках указанного дела); что иных кредиторов должником заявлено не было и требований иных кредиторов в процедуре банкротства должника не поступало, суд первой инстанции пришел к заключению, что обращение ФИО1 в суд с заявлением о собственном банкротстве обусловлено намерением должника уклониться от исполнения вступившего в законную силу решения суда по делу № 2-1-127/2022, что в силу положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве также является основанием для неприменения в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Апелляционный суд по результатам повторного рассмотрения спора с выводами суда первой инстанции согласился, отклонив доводы ФИО1 о ее неосведомленности о допущенных ошибках при строительстве бани с указанием на то, что данное обстоятельство не свидетельствует об отсутствии вины с ее стороны, поскольку именно ФИО1 эксплуатировался источник повышенной опасности без надлежащего контроля за техническим состоянием.

Между тем судами не учтено следующее.

По общему правилу, закрепленному в пункте 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе, требований кредиторов, не заявленных в ходе процедур банкротства.

В то же время названной нормой предусмотрены случаи, при которых списание задолженности гражданина-банкрота не допускается.

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 настоящей статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Так, в силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

По смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Из вышеназванных норм права следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

В силу пунктов 5 и 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также практики их применения, выраженной в пункте 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых

вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление Пленума № 45), требования к должнику, основанные на денежном обязательстве, вытекающем из возмещения вреда имуществу, причиненного гражданином умышленно или по грубой неосторожности, сохраняются и после завершения процедуры реализации имущества гражданина.

То есть, должник не подлежит освобождению от дальнейшего исполнения требований кредитора по возмещению вреда, причиненного имуществу кредитора при наличии в его действиях признаков умысла или грубой неосторожности.

Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 постановления Пленума № 45).

Если форма вины гражданина-должника не установлена компетентным органом или не следует из нормы закона, предусматривающей ответственность за конкретное правонарушение, арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, должен самостоятельно установить факт причинения вреда должником имуществу кредитора при наличии вины в форме умысла или грубой неосторожности.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 58 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18.06.2025, умышленная форма вины выражается в осознании лицом вредоносности своих действий (бездействия) и предвидении им возможности или неизбежности наступления их вредоносных последствий. При разграничении неосторожности на простую и грубую учитывается критерий соблюдения требований осмотрительности и внимательности. Так, при простой неосторожности соблюдаются минимальные, но не все необходимые требования. При грубой неосторожности лицо не соблюдает и минимальных требований осмотрительности.

В рассматриваемом случае, как установлено судами, требование кредиторов Нарежных к должнику основано на вступившем в законную силу решении суда общей юрисдикции от 29.04.2022 о взыскании в их

пользу с ФИО1 денежных средств в счет возмещения ущерба, причиненного пожаром.

Данным решением установлено, что согласно Техническому заключению от 07.04.2021 № 48, причиной возникновения пожара равновероятно могли послужить как источник зажигания, образование которого связано с возникновением аварийного режима работы электроустановок, так и от источника зажигания, связанного с эксплуатацией отопительной печи бани.

Согласно заключению экспертов от 31.03.2022 № 39 (представленному по результатам проведения судебной экспертизы) причиной возникновения пожара послужило тепловое самовозгорание деревянной стены от температурного воздействия отопительной печи; при строительстве бани были нарушены требования пожарной безопасности (при устройстве печной разделки).

Признав данное заключение экспертов допустимым доказательством по делу, суд общей юрисдикции заключил, что пожар возник в результате ненадлежащей эксплуатации бани, указав на не проявление ФИО1, как лицом, осуществляющим уполномоченное пользование имуществом кредиторов, обязанным обеспечивать его сохранность, достаточной осмотрительности и внимательности, не обеспечение ею соблюдения пожарной безопасности, что привело к негативным последствиям для кредиторов (причинению им имущественного вреда).

Вместе с тем суд общей юрисдикции, указав на виновное причинение должником вреда кредиторам, форму вины в виде умысла либо грубой неосторожности не устанавливал; из решения суда от 29.04.2022 вывод о наличии в действиях должника грубой неосторожности не следует.

При этом по факту пожара постановлением дознавателя ОНД и ПР по Ульяновскому, Цильнинскому району и г. Новоульяновску от 25.06.2021 было отказано в возбуждении уголовного дела за отсутствием события преступления, предусмотренного статьями 167, 168 Уголовного кодекса Российской Федерации (что нашло отражение в решении суда от 29.04.2022).

Таким образом, в действиях должника не установлено обстоятельств совершения умышленных недобросовестных действий либо грубой

неосторожности, повлекших причинение вреда имуществу кредиторов, созданию им условий, повлекших негативны последствия для кредиторов.

Выводы судов о наличии в действиях должника ФИО1 грубой неосторожности по существу основаны на ее обязанности, как лице, осуществляющем уполномоченное пользование имуществом кредиторов Нережних, обеспечивать сохранность вверенного ей имущества, устранять любую угрозу и опасность, влияющие на его сохранность, на ненадлежащем исполнении ФИО1 данной обязанности.

Однако, указанная обязанность не подтверждает обстоятельств злонамеренности действий должника, в том числе в форме грубой неосторожности, и наличия у должника возможности предвидеть наступление негативных последствий.

Обстоятельств, объективно свидетельствующих о признаках умысла или грубой неосторожности со стороны должника, а также осознания им возможности наступления негативных последствий (осведомленности ФИО1 о нарушении требований пожарной безопасности при установке печной разделки), суды не установили и в качестве обоснования своих доводов не привели.

Сам по себе факт несоблюдения должником при пользовании имуществом (эксплуатации источника повышенной опасности) правил пожарной безопасности при неустановлении конкретных обстоятельств, указывающих на допущение им грубого нарушения элементарных (известных всем) правил, не является основанием для вывода о наличии в его действиях признаков грубой неосторожности.

По существу действия должника характеризуются формой вины в виде простой неосторожности.

При таких обстоятельствах суд округа находит ошибочным (не соответствующим фактическим обстоятельствам) вывод судов об отсутствии в силу абзаца пятого пункта 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве оснований для освобождения должника от исполнения обязательств перед Нарежными.

Также судебная коллегия не может согласиться с выводом судов об обращении ФИО1 в суд с заявлением о собственном банкротстве с исключительным намерением уклонения от исполнения решения

Ульяновского районного суда Ульяновской области от 29.04.2022 по делу № 2-1-127/2022 (от исполнения обязательств перед кредиторами), по факту являющимися выводом о злоупотреблении правом со стороны должника.

Само по себе обращение с вышеуказанным заявлением не может свидетельствовать о злоупотреблении правом со стороны должника в условиях отсутствия у должника имущества/средств для погашения задолженности, при том, что согласно отчету финансового управляющего имеющееся в собственности должника недвижимое имущество (квартира) является его единственным жильем, иное имущество отсутствует, а единственным источником дохода ФИО1 являются пенсия по старости (размер которой не превышает величину прожиточного минимума для соответствующей категории населения) и ежемесячная денежная выплата инвалидам; признаков фиктивного или преднамеренного банкротства ФИО1 финансовым управляющим не выявлено и судами не установлено.

То обстоятельство, что ФИО1, признав, что она не в состоянии исполнить свои денежные обязательства, обратилась в арбитражный суд с заявлением о собственном банкротстве, злоупотреблением правом не является.

Вместе с тем, суд округа отмечает, что, возражая относительно освобождения ФИО1 от исполнения обязательств, Нарежными приводились доводы о недобросовестном поведении должника, выразившимся в уклонении от погашения требований кредиторов и сокрытии имущества – о продаже должником 27.04.2022 автомобиля за цену, превышающую сумму долга перед ними, без направления какой-либо ее части на погашение кредиторской задолженности.

Данные обстоятельства имели существенное значение для правильного разрешения вопроса о применении правила об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств, однако остались за пределами исследования и оценки судов.

Так, в силу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если доказано, что при исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве

гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, скрыл имущество.

Злостное уклонение от погашения задолженности выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Такое уклонение обычно не ограничивается простым бездействием; как правило, поведение должника активно, он совершает намеренные действия для достижения своей противоправной цели (абзац 7 пункта 56 Обзора от 18.06.2025).

С учетом изложенного, отсутствия у суда кассационной инстанции полномочий на исследование и оценку доказательств, а также на совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, суд округа считает, что определение суда первой инстанции от 31.07.2025 и постановление апелляционного суда от 20.10.2025 в части разрешения вопроса о применении/не применении в отношении ФИО1 правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств подлежат отмене, а обособленный спор в этой части - передаче на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции, при котором суду следует учесть изложенное, проверить и дать оценку доводам кредиторов об уклонении должника от погашения задолженности перед ними при наличии у него соответствующей возможности, в частности, установить обстоятельства, связанные с получением должником денежных средств по договору купли-продажи от 27.04.2022, их размера, и расходованием, мотивы неисполнения обязательств перед кредиторами Нарежными - при установлении обстоятельств наличия у должника к тому такой возможности.

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ульяновской области от 31.07.2025 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2025 по делу № А72-11513/2023 в части разрешения вопроса о применении или не применении в отношении ФИО7 (ФИО8) Веры

Александровны правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств отменить.

В отмененной части дело направить на новое рассмотрение.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья Е.В. Богданова

Судьи М.В. Егорова

В.А. Самсонов