Шестой арбитражный апелляционный суд 

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000, 

официальный сайт:  http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-879/2022

26 апреля 2022 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 19 апреля 2022 года. Полный текст  постановления изготовлен 26 апреля 2022 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд  в составе:

председательствующего Козловой Т.Д.

судей  Гричановской Е.В., Пичининой И.Е.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии  в заседании:

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью  «ЭнергоГрупп» ФИО2, лично (по паспорту);

ФИО3, лично (по паспорту) и его представителя Обозной С.Н., по доверенности от 16.04.2021;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ЭнергоГрупп»

на определение от 24.01.2022

по делу №А73-16704/2019

Арбитражного суда Хабаровского края

по заявлению конкурсного управляющего ФИО2

к ФИО3

о привлечении к субсидиарной ответственности

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью  «ЭнергоГрупп»

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Хабаровского края от 03.09.2019 принято к производству заявление индивидуального предпринимателя ФИО4 (далее - предприниматель ФИО4) о признании общества с ограниченной ответственностью «ЭнергоГрупп» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, далее - ООО «ЭнергоГрупп», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 22.10.2019 в отношении ООО «ЭнергоГрупп» введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО2 (далее - ФИО2).

В рамках дела о банкротстве временный управляющий 07.10.2020 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя и учредителя должника - ФИО3 (далее – ФИО3) и о взыскании с него в конкурсную массу должника 50 243 488 руб.

Решением суда от 30.11.2020 ООО «ЭнергоГрупп» признано банкротом, в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

В обоснование заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности, ФИО2 сослался на неисполнение бывшим руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании ООО «ЭнергоГрупп» банкротом при наличии признаков банкротства в период с 21.05.2015; совершение сделок по отчуждению недвижимого имущества и вывод денежных средств в сумме более 30 млн.руб. со счета должника; бездействие по взысканию дебиторской задолженности.

Определение суда от 24.01.2022 в удовлетворении заявления отказано.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий просит отменить определение суда от 24.01.2022, приняв новый судебный акт об удовлетворении заявления. При этом увеличил размер субсидиарной ответственности до 52 457 652,40 руб.

В обоснование жалобы заявитель ссылается на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Оспаривает вывод суда о возникновении обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве в начале 2019 года, полагая, что признаки банкротства у должника возникли в 2015 году. Приводит доводы о выборочной передаче документации Общества, что не позволило предъявить требования к контрагентам о взыскании дебиторской задолженности. Ссылается на неразумность поведения и совершение контролирующим лицом нескольких сделок по выводу ликвидного имущества должника, что повлекло причинение вреда кредиторам.

ФИО3 в отзыве на апелляционную жалобу выразил несогласие с доводами жалобы, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения как законный и обоснованный. При этом указал, что поскольку документация должника фактически передана заявителю, при своевременной проверке дебиторов конкурсный управляющий имел возможность предъявить к ним требования, в том числе о включении задолженности в реестры требований кредиторов, а банкротство дебиторов является обстоятельством, возникновение которого не может вменяться в вину ФИО3 как контролирующему должника лицу (соответствующие условия их хозяйственной деятельности могли возникнуть в любой период времени). Ссылается на то, что по состоянию на 21.05.2015, как и после указанной даты должник не прекращал расчеты со своими кредиторами, имел дебиторскую задолженность (например, дебиторская задолженность ФГУП «ГВСУ №6» по состоянию на 15.05.2017 значительно превышала задолженность самого ООО «ЭнергоГрупп»; ФИО3 неоднократно обращался к дебитору с предложением погасить задолженность зачетом встречных требований, однако соответствующее соглашение не подписано не по вине ФИО3; конкурсный управляющий не оспорил сделку по одностороннему отказу ФГУП «ГВСУ №6» от исполнения договоров долевого участия в строительстве); в результате оспаривания сделок должника объект недвижимости и денежные средства возвращены в конкурсную массу.

В судебном заседании апелляционной инстанции конкурсный управляющий, ФИО3 и его представитель поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе и в отзыве на неё, соответственно, дав по ним пояснения.

Изучив материалы дела с учетом доводов апелляционной жалобы и отзыва на неё, заслушав лиц, принимавших участие в судебном заседании, Шестой арбитражный апелляционный суд пришел к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным указанным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Установлено, что ООО «ЭнергоГрупп» зарегистрировано в качестве юридического лица 31.08.2011, основным видом экономической деятельности общества является торговля оптовая производственным электротехническим оборудованием, машинами, аппаратурой и материалами.

Единственным участником ООО «ЭнергоГрупп» с мая 2014 года является ФИО3, он же являлся директором общества в период с 16.12.2013 до открытия конкурсного производства.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что в силу должности и участия в уставном капитале должника ФИО3 является контролирующим должника лицом.

В качестве оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, ФИО2 сослался на неисполнение бывшим руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании ООО «ЭнергоГрупп» банкротом при наличии признаков банкротства в период с 21.05.2015; совершение сделок по отчуждению недвижимого имущества и вывод денежных средств в сумме более 30 млн.руб. со счета должника; бездействие по взысканию дебиторской задолженности.

Принимая решение об отказе в удовлетворении заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

При этом пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 указанного Федерального закона (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве); документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Так, конкурсным управляющим указано на неисполнение ответчиком обязанности по передаче заявителю документов должника, в результате чего, по его мнению, утрачена возможность сформировать конкурсную массу для погашения требований кредиторов.

В рамках настоящего дела о банкротстве определением суда от 04.12.2020 на ФИО3 возложена обязанность в течение месяца после истечения срока на обжалование определения передать конкурсному управляющему ФИО2 штампы, материальные и иные ценности должника, а также подлинники документов и сведения в отношении должника, относящихся к его деятельности.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума №53), заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть указанные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, которая от него требовалась. Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Согласно данным бухгалтерского баланса ООО «ЭнергоГрупп» за 2018 год размер дебиторской задолженности общества составил 110 507 тыс.руб.

При этом, ФИО3 конкурсному управляющему, начиная с сентября 2020 года, начала передаваться документация общества, в том числе бухгалтерская отчетность, сведения о дебиторской задолженности (с указанием ИНН поставщика и суммы долга), заключенные договоры.

Так, акт сверки с ООО «Велес» по договору №ДКС/УЗ/000/2018-853 по состоянию на 31.12.2018 передан 07.04.2020, перечень дебиторов с указанием ИНН и суммы долга (более 100 контрагентов) – 09.10.2020; документы Общества, 94 договора с контрагентами за 2017 год, 76 договоров с контрагентами за 2018 год, книги покупок и продаж за 2017, 2018 годы, реализация, поступления ТМЦ за 2018 год – переданы 20.01.2021.

Таким образом, документы должника ФИО3 конкурсному управляющему, в том числе и во исполнение определения суда от 04.12.2020, передавались.

Кроме того, как правильно указал суд первой инстанции, конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что даже в случае своевременного предъявления требований к дебиторам имелась возможность фактического взыскания с них дебиторской задолженности, не представлено.

Судом первой инстанции установлен факт ликвидации ряда кредиторов должника.

Так, ООО «Альянс транспортных компаний» прекратило деятельность путем реорганизации в форме присоединения к ООО «Сектор», которое 08.01.2019 исключено из ЕГРЮЛ в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

ООО «Бизнестехпроект» 19.07.2019 исключено из ЕГРЮЛ в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

ООО «Ваша галактика», ООО «Прайд сервис», ООО «Продресурс» 12.12.2017, 10.01.2019, 28.05.2019, соответственно, исключены из ЕГРЮЛ как недействующие юридические лица.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно указал, что вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о низкой вероятности наличия реальной возможности взыскания дебиторской задолженности и указывают на отсутствие причинно-следственной связи между бездействием ФИО3 и убытками должника.

Далее, Федеральное государственное унитарное предприятие «Центр эксплуатации объектов наземной космической инфраструктуры» 30.01.2020 преобразовано в акционерное общество «Центр эксплуатации объектов наземной космической инфраструктуры» (ОГРН 

<

***>), которое до настоящего времени является действующим юридическим лицом.

Задолженность акционерного общества «Лизингстроймаш» взыскана решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 30.06.2017 по делу №А07-2948/2017 и включена в реестр требований кредиторов указанного общества определением от 11.01.2018 по делу №А07-25883/2016. 

Требования к ФГУП «ГВСУ №6» в размере 13 784 318,10 руб. определением суда от 06.10.2017 включены в реестр требований кредиторов.

Также конкурсному управляющему во исполнение определения суда письменно даны разъяснения по составу крупной задолженности и переданы исполнительные листы к ООО «Региональная организация Энергохолдинг», ОАО «Лизингстроймаш»,  ФГУП «ГВСУ №6», ООО «ВЕЛЕССТРОЙ».

Таким образом, доводы конкурсного управляющего об отсутствии со стороны ФИО3 действий по взысканию дебиторской задолженности опровергаются переданными ему документами, а именно, о взыскании её в судебном порядке, включении в реестр требований кредиторов, сведениями о составе предъявленных исков за 2015-2019 годы.

Как верно указал суд первой инстанции, банкротство иных контрагентов ООО «ЭнергоГрупп» не является следствием бездействия ФИО3 и кроме того также с большой вероятностью свидетельствует об отсутствии возможности пополнения конкурсной массы за счет предъявления к ним требований.

При этом, судом правомерно указано на отсутствие причинно-следственной связи между фактом отражения в бухгалтерском балансе должника за 2018 год дебиторской задолженности в завышенном размере (неверное указание) и невозможностью полного удовлетворения требований кредиторов.

В этой связи судом первой инстанции верно указано на отсутствие оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по основанию непередачи документов. 

Также в качестве оснований для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий сослался на совершение им сделок по выводу ликвидного имущества.

Так, конкурсным управляющим в результате анализа выписки по счету ООО «ЭнергоГрупп» установлен факт совершения должником сделок по перечислению ФИО3 денежных средств в общей сумме 33 958 200руб. (с учетом частичного возврата в сумме 1 750 300руб.) в качестве оплаты задолженности по акту сверки и по договору займа, а также факты отчуждения должником объектов недвижимости в собственность ФИО3 и ФИО6

Отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности по этому основанию, суд первой инстанции исходил из следующего.

Действительно, в рамках настоящего дела о банкротстве, определением суда  от 05.07.2021 по заявлению конкурсного управляющего признаны недействительными: договоры купли-продажи нежилых помещений от 15.09.2017 общей площадью 391,80 кв.м, расположенных по адресу: 

<

...>(8-29) с кадастровым номером 27:23:0050501:288, заключенный между ООО «ЭнергоГрупп» и ФИО3,  и от 06.09.2019 договор купли-продажи этого же имущества,  заключенный ФИО3 с ФИО7, от 06.11.2020, заключенный ФИО7 с ФИО8; прекращено право собственности ФИО8 на указанный объект недвижимости. Имущество возвращено в конкурсную массу должника.

Также определением суда от 23.08.2021 по заявлению конкурсного управляющего признаны недействительными сделки по перечислению со счета ООО «ЭнергоГрупп» индивидуальному предпринимателю ФИО3 денежных средств в общей сумме        3 727 016, 57 руб. (в удовлетворении требований в остальной части отказано), которые взысканы с ответчика в конкурсную массу.

Кроме того, конкурсный управляющий 12.01.2021 обратился в суд к ФИО6 с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 16.01.2019 в отношении нежилых помещений общей площадью 55,8кв.м, расположенных по адресу: 

<

...>(1-4), с кадастровым номером 27:23:0030322:621. К участию в обособленном споре в качестве заинтересованных лиц привлечены ФИО9 (мать бывшей супруги ответчика) и сам ФИО3 Определением суда от 13.05.2021 по ходатайству конкурсного управляющего ФИО9 привлечена к участию в деле в качестве соответчика в связи с отчуждением объекта недвижимости в её собственность. На момент вынесения судом первой инстанции обжалуемого судебного акта, указанный обособленный спор не был рассмотрен. 

В силу разъяснений, изложенных в пункте  23 постановления Пленума №53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Судом первой инстанции установлено, что сделки по отчуждению недвижимого имущества общества совершены в пределах трёхлетнего срока до возбуждения дела о банкротстве (с учетом даты государственной регистрации перехода права по договору купли-продажи от 22.02.2015), как и перечисления денежных средств в пользу ответчика со счета должника в качестве оплаты по договору займа.

При этом как правильно указал суд первой инстанции, сделки хотя и причинили вред имущественным правам кредиторов, но не явились причиной прекращения и окончательной утраты возможности расчетов с кредиторами, то есть их совершение не может служить основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Кроме того, суд апелляционной инстанции полагает необходимым отметить, что нежилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...>(8-29) возвращено в конкурсную массу, а денежные средства в размере 3 727 016,57 руб. взысканы с ФИО3 в конкурсную массу должника в качестве убытков.

В этой связи, судом первой инстанции верно указано на отсутствие оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по основанию заключения сделок по выводу имущества.  

Отказывая в привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по причине неисполнения им обязанности по обращению в суд с заявлением должника о банкротстве после 21.05.2015, суд первой инстанции исходил из следующего.

Порядок и основания привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон №266-ФЗ) были определены в статье 10 Закона о банкротстве.

Федеральным законом от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и Федеральным законом от 28.06.2013 №134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Закон №134-ФЗ) в указанную норму внесены изменения.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Закона №266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона №266- ФЗ.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ) положения Закона  банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона №266-ФЗ.

Если же указанные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона №266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Как правильно указал суд первой инстанции, учитывая, что конкурсный управляющий ссылается на неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением должника не позднее 21.09.2015 (в течение месяца после наступления трёхмесячной просрочки исполнения обязательств перед предпринимателем ФИО4), то применению подлежат положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона №134-ФЗ, который вступил в силу 30.06.2013.

Пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве в применимой редакции предусмотрено, что нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых указанным Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт статьи 9 Закона о банкротстве).

Установлено, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Хабаровского края от 25.12.2018 по делу №А73-10518/2018 с ООО «ЭнергоГрупп» в пользу предпринимателя ФИО4 взыскана задолженность по договору поставки от 10.08.2015 в размере  8 175 046,56 руб.

Именно с неисполнением обязательств по указанному договору поставки конкурсный управляющий связывает необходимость обращения руководителя должника с заявлением о банкротстве Общества.

В пункте 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2016) указано, что существенная и явная диспропорция между обязательствами и активами по сути несостоятельного должника и неосведомленностью об этом кредиторов нарушают права последних. В связи с этим для защиты имущественных интересов кредиторов должника введено правовое регулирование своевременного информирования руководителем юридического лица его кредиторов о неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника. Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них. В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Таким образом, целью правового регулирования, содержащегося в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, является предотвращение вступления в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника.

Вместе с тем, наличие у должника неисполненных обязательств перед отдельным кредитором (контрагентом по сделке) на определенный период само по себе не свидетельствует о наличии у общества признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, и, соответственно, только этот факт не подтверждает безусловно наличие у руководителя обязанности по подаче соответствующего заявления в арбитражный суд.

Однако обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

В данном случае, ФИО3 документально подтвердил, что в период с 2015-1018 г. ООО «ЭнергоГрупп» вело активную хозяйственную деятельность, суть которой заключалась в поставках строительных материалов на крупнейшие строительные площадки Хабаровского края, Амурского области, оказании услуг ремонта спецтехники, перепродажи строительной техники, в том числе таких крупных заказчиков как ФГУП «ГВСУ №6», АО «Лизингстроймаш», ООО «Спецстройсервис», ООО «Востоксельэлектросетьстрой», ООО «Восточная торговая компания», ООО «Велесстрой».

Так, в 2017 году должник продолжал хозяйственную деятельность, заключал договоры с ООО «Велесстрой» и ФГУП «Центр эксплуатации объектов наземной космической инфраструктуры» (до сентября 2017 года) и частично рассчитывался с кредиторами до конца 2018 года, планировал рассчитаться с ФГУП «ГВСУ №6» путем зачета встречных требований (велась переписка об урегулировании взаимной задолженности путем зачета), не вступая в правоотношения с независимыми контрагентами, т.е. кредиторскую задолженность не наращивал.

Согласно пояснениям ФИО3, причиной невозможности погашения задолженности перед ООО «Велесстрой» явился вывоз указанным обществом со складов ООО «ЭнергоГрупп» переданного на реализацию товара и последующее за этим снижение объема поставщиков (покупателей), отсутствие заказов.

Таким образом, как правильно установил суд первой инстанции, обязанность ФИО3 по обращению в суд с заявлением о признании банкротом возникла в начале 2019 года, однако новых обязательств, которые могли быть включены в размер субсидиарной ответственности, после истечения срока исполнения указанной обязанности не возникло.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии причинно-следственной связи между неисполнением обязанности по обращению в суд с заявлением должника в начале 2019 года и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Выводы суда сделаны на основе полного и всестороннего исследования всех обстоятельств дела, с правильным применением норм материального права.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах основания для отмены определения суда от 24.01.2022 и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 24.01.2022 по делу №А73-16704/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

Т.Д. Козлова

 

Судьи

Е.В. Гричановская

 

И.Е. Пичинина