Арбитражный суд Республики Северная Осетия – Алания

362040, 

<

...>

E-mail: info@alania.arbitr.ru, http://alania.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А61-556/2025

г. Владикавказ

1 августа 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 18 июля 2025 года.

Решение изготовлено в полном объеме 1 августа 2025 года.

Арбитражный суд Республики Северная Осетия – Алания в составе судьи Пилояна Э.С., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании, проводимом с использованием системы веб-конференции, дело по иску ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Гуриати» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и ФИО3 о признании договора беспроцентного займа от 14.07.2021 № 1 недействительной сделкой, о взыскании судебных расходов по уплате государственной пошлины,

при участии:

от истца – ФИО4 по доверенности от 12.07.2024 (до перерыва); 

от ФИО3 – ФИО5 по доверенности от 12.09.2018; 

от ООО «Гуриати» – ФИО6 по доверенности от 18.02.2025;

установил:

ФИО2 обратился в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Гуриати» (далее – общество) и ФИО3 о признании договора беспроцентного займа от 14.07.2021 № 1 (далее – договор займа) недействительной сделкой, о взыскании судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Исковые требования мотивированы следующим. Согласно бухгалтерской отчетности за 2021 год у общества отсутствовала задолженность по спорному договору. Договор займа не заключался и является мнимой сделкой (средства ФИО3 не перечислялись). Сделка является убыточной (в залог передано имущество общества), подписана «задним числом» с целью не выплачивать ФИО2 действительную стоимость его доли. Экономическая целесообразность заключения данной сделки отсутствовала (у общества не имелось долгов).

Определением суда от 12.02.2025 исковое заявление принято к рассмотрению, возбуждено производство по делу.

ФИО2 02.06.2025 уточнил исковые требования, изменив основания по которым он оспаривает договор займа на следующие. Сделка совершена генеральным директором ФИО7 при злоупотреблении своими полномочиями (без обязательного одобрения всеми учредителями), наличии корпоративного конфликта между участниками общества, а также в целях причинить вред другим участникам общества, в частности ФИО2 (с целью уменьшения имущества общества). Полученные по договору займа денежные средства в последующем выведены в пользу иных лиц по мнимым основаниям. Имеются подозрения в том, что данные средства незаконно обналичены под видом хозяйственной деятельности общества и возвращены ФИО3 Истец в качестве бывшего участника общества имеет законный интерес в выплате действительной стоимости доли, поэтому вправе оспаривать сделки общества, направленные на вывод имущества в целях уменьшения имущественной базы по мотиву злоупотребления правом (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее – ГК РФ). Целью предъявления иска является восстановление нарушенных прав и интересов выбывшего участника общества. Оспариваемая сделка является мнимой и безденежной. При рассмотрении дела № А61-404/2022 представитель общества указывал, что для расчета действительной стоимости доли ФИО2 должна учитываться кредиторская задолженность общества, возникшая, якобы, в 2021 году. Займодавец (ФИО3) и генеральный директор общества (ФИО7) являются близкими родственниками. В случае реальности оспариваемой сделки ФИО3, проявляя должную осмотрительность должен быть потребовать одобрения сделки собранием участников общества. Необходимость в привлечении заемных средств отсутствовала, поскольку согласно бухгалтерской отчетности по состоянию на 31.12.2020 у общества не имелось кредитных обязательств, имелась выручка, оборотные средства и активы. Срок исковой давности не пропущен, поскольку об оспариваемой сделке истцу не могло быть известно ранее 2024 года – до подачи ФИО3 апелляционной жалобы в рамках дела № А61-404/2022.

От ФИО3 поступил отзыв на исковое заявление, а также письменные пояснения относительно доводов истца. Согласно позиции ответчика сделка не может быть признана убыточной сделкой, поскольку заем по оспариваемому договору является беспроцентным, не может быть признана мнимой сделкой, поскольку передача денежных средств осуществлена безналичным способом (что подтверждается выпиской с расчетного счета). У общества имелась кредиторская задолженность перед ПАО Сбербанк по кредитному договору, по которому истец выступал поручителем и, следовательно, знал о ее наличии. Общество, получив заемные средства по оспариваемой сделке, досрочно 21.07.2021 погасило указанный кредит в сумме 1 668 519 рублей 33 копеек. Как минимум с указанной даты (21.07.2021) истец должен был узнать о заключении договора займа, в связи с чем он пропустил срок исковой давности. Оспаривая сделку в качестве крупной, истец не приводит никаких доказательств в обоснование этого. Займодавец (ФИО3) и генеральный директор общества (ФИО7) не являются близкими родственниками. Общество получило заем для ведения своей хозяйственной деятельности на выгодных условиях – без процентов, доказательства причинения вреда обществу или его участникам отсутствуют. Имущество, переданное в залог, осталось у заемщика и на сегодняшний день у него по факту отсутствует по причине продажи третьим лицам, таким образом заемные обязательства не обеспечены. Договор займа заключен гораздо раньше (14.07.2021) подачи заявления истцом о выходе из общества (14.10.2021). Получение беспроцентного займа не привело к уменьшению активов общества, что подтверждается данным бухгалтерского баланса за 2020 – 2024 годы. Расходование денежных средств, полученных по договору займа находится в плоскости корпоративных отношений между истцом и обществом и никакого отношения к оспариваемой сделке не имеет. Несмотря на то, что сделка не является для общества крупной или сделкой с заинтересованностью, участники общества решили оформить последующее одобрение сделки (протокол общего собрания участников от 27.05.2025). При заключении договора ФИО3 не осматривал предмет залога, т. к. находился в г. Красноярске, при определении перечня закладываемого имущества и его залоговой стоимости стороны руководствовались информацией, предоставленной обществом. Центральным районным судом города Красноярска рассматривается дело № 2-3268/2025 по иску ФИО3 к обществу о взыскании суммы долга по   оспариваемому договору займа. По ходатайству ФИО2 суд общей юрисдикции приостановил рассмотрение дела до вступления в законную силу решения по этому делу, таким образом права ФИО2 не могут быть нарушены. Истец затягивает рассмотрение этого дела в целях отсрочить рассмотрение дела в суде общей юрисдикции.

От общества поступил отзыв на исковое заявление, содержащее позицию о том, что сделка не может являться мнимой или убыточной, поскольку заемные средств были даны обществу без условия о начислении процентов и реально им получены (подтверждено выпиской); доказательства того, что сделка является крупной и сделкой с заинтересованностью истцом не представлены. Иск заявлен с целью отсрочить взыскание ФИО3 суммы займа с общества.

В судебном заседании представитель ФИО3 отказался от ранее заявленного ходатайства о передаче дела по подсудности на рассмотрение суда общей юрисдикции.

Суд в отсутствие возражений со стороны истца и общества определил не рассматривать данное ходатайство.

Представитель истца поддерживал уточненные исковые требования в полном объеме.

Представители ответчиков возражали против исковых требований.

Представителем истца заявлено ходатайство об отложении судебного разбирательства с целью предоставления дополнительных документов в материалы дела и ходатайства об истребовании сведений о движимом имуществе, переданном в залог.

Представители ответчиков возражали против заявленного ходатайства.

Согласно пункту 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

В рассматриваемой ситуации истец располагал достаточным количеством времени для совершения необходимых процессуальных действий. Суд отклонил ходатайство об отложении судебного заседания. 

В судебном заседании, назначенном на 09.07.2025, в порядке статьи 163 АПК РФ объявился перерыв до 16.07.2025, а в последствии до 18.07.2025, о чем в соответствии с абзацем вторым пункта 3 указанной статьи вынесены протокольные определения.

После перерыва в судебном заседании от истца поступили ходатайства о привлечении к участию в деле прокурора Республики Северная Осетия – Алания и об отложении судебного разбирательства.

В судебном заседании представители ответчиков возражали против удовлетворения ходатайств о привлечении к участию в деле прокурора и отложении судебного разбирательства.

Основания для удовлетворения данных ходатайства истца отсутствуют.

В соответствии с частью 5 статьи 52 АПК РФ вправе вступить в дело, рассматриваемое арбитражным судом, на любой стадии арбитражного процесса с процессуальными правами и обязанностями лица, участвующего в деле, в целях обеспечения законности в случаях, установленных указанной статьей Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Прокурор Республики Северная Осетия – Алания не заявил о вступлении в настоящее дело, а привлечение прокурора к участию в деле в соответствии с нормами Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является обязательным для арбитражного суда при самостоятельном обращении с иском лица, требующего судебной защиты. Случаи участия прокурора в арбитражном процессе императивно урегулированы названными нормами статьи 52 АПК РФ.

В связи с чем в отложении судебного разбирательства также отсутствует необходимость. Кроме того, суд учитывает, что в судебном заседании дважды объявлялся перерыв, и истец располагал временем для совершения необходимых процессуальных действий.

Исследовав материалы дела, заслушав мнение представителей участвующих в деле лиц, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО2, являвшийся участником общества (33,33% долей в уставном капитале), 14.10.2021 обратился в общество с заявлением о выходе из состава участников.

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Республики Северная Осетия – Алания с иском к обществу о взыскании в связи с выходом из числа участников общества действительной стоимости доли в размере 22 926 000 рублей, а также 3 973 834 рублей 87 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами и 303 000 рублей судебных расходов (уточненное требование).

Решением Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 04.10.2024 по делу № А61-404/2022 исковые требования удовлетворены, с общества в пользу ФИО2 взыскана действительная стоимость доли в размере 22 926 000 рублей, а также 3 973 834 рубля 87 копеек процентов за пользования чужими денежными средствами и 303 000 рублей судебных расходов, а всего – 27 202 834 рубля 87 копеек.

Истец указал, что данная сумма ему не выплачена.

ФИО3 22.01.2025 обратился в порядке статьи 42 АПК РФ с апелляционной жалобой на решение Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 04.10.2024 по делу № А61-404/2022.

Из текста указанной апелляционной жалобы истцу стало известно, что 14.07.2021 ФИО3 (займодавец) и общество (заемщик) заключили договор займа, по условиям которого ФИО3 предоставляет беспроцентный заем обществу до 18.07.2022 в размере 18 500 000 рублей путем перечисления безналичных денежных средств на расчетный счет общества, а последнее обязалось вернуть сумму займа на предусмотренных договором условиях (пункты 1.1, 1.2, 1.5).

Стороны согласовали, что заем является целевым и выдается для погашения задолженности по кредитным договорам и договорам займа, заключенным ранее обществом с иными лицами, а также для погашения задолженности по заработной плате (пункт 1.3).

В целях обеспечения надлежащего исполнения своих обязательств по возврату суммы займа заемщик предоставил в залог движимое имущество – изготовленную им продукцию, перечень которого согласован сторонами в приложении к договору займа (пункты 2.1, 2.2). Заложенное имущество, служащее обеспечением надлежащего исполнении обязательств, подлежало оставлению у заемщика (общество), который не вправе распоряжаться им без согласия заимодавца (пункт 2.3, 2.4). Заимодавец преимущественно перед другими кредиторами заемщика вправе получить удовлетворение обеспеченного залогом требования за счет средств и имущества, предусмотренных пунктом 2 статьи 334 ГК РФ.

В перечне имущества, переданного в залог, согласовано 117 пунктов, а общая стоимость имущества составила 27 244 000 рублей.

Дополнительным соглашением от 17.07.2022 № 1 сторонами определен новый срок возврата денежных средств – 18.07.2024.

ФИО2, полагая, что денежные средства по спорному договору займа обществу от ФИО3 не перечислялись, обратился в суд с рассматриваемым иском.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства по правилам, установленным статьей 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Пунктом 2 статьи 94 ГК РФ предусмотрено, что при выходе участника общества с ограниченной ответственностью из общества ему должна быть выплачена действительная стоимость его доли в уставном капитале общества или выдано в натуре имущество, соответствующее такой стоимости, в порядке и в сроки, которые предусмотрены Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью) и уставом общества.

Порядок определения действительной стоимости доли, подлежащей выплате участнику общества, подавшему заявление о выходе из состава участников общества, установлен пунктом 6.1 статьи 23 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

Исходя из характера отношений, возникших между обществом и вышедшим из его состава участником по поводу выплаты последнему соответствующей доли имущества общества, следует сделать вывод, что вышедший участник является заинтересованным лицом в отношении всех сделок, совершенных обществом после его выхода из состава участников общества в течение периода времени, определенного для выплаты действительной стоимости доли, поскольку данные сделки формируют финансовый результат общества, влияющий на размер действительной доли выбывшего участника.

В силу положений статьи 4 АПК РФ, статей 8, 11, 12 ГК РФ в случае наличия судебного акта о взыскании действительной стоимости доли и совершения обществом с ограниченной ответственностью действий (сделок) по отчуждению имущества, направленных на уклонение от исполнения такого судебного акта, выбывший участник общества (любое заинтересованное лицо), полагающий, что действия общества нарушают его законные права на получение денежных средств, вправе оспорить сделки по отчуждению имущества общества как кредитор общества по общим правилам гражданского законодательства.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

 Согласно пунктам 1 и 2 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В статье 1 ГК РФ отмечено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Положения статьи 10 ГК РФ применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей. При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем такая сделка подлежит признанию недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания. Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия (пункт 1 статьи 170).

В пункте 86 постановления Пленума № 25 судам указано на необходимость учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. По смыслу положений пункта 1 статьи 170 ГК РФ и с учетом приведенной правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки мнимой необходимо доказать наличие у лиц, участвующих в сделке, отсутствие намерений исполнять сделку.

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168 и 170 АПК РФ).

При рассмотрении вопроса о мнимости договора займа и документов, подтверждающих его исполнение, суд установил, что действительное заключение сделки имело место 14.07.2021, а исполнение займодавцем своей обязанности по выдаче займа осуществлено 15.07.2021 (копия выписки операций с расчетного счета общества, поступившая в материалы дела от ФИО3 05.05.2025).

Указанной выпиской также подтверждается довод ответчиков о досрочном погашении 21.07.2021 задолженности по кредитному договору с ПАО Сбербанк в размере 1 668 519 рублей 33 копеек.

В последующем заемные денежные средства обществом расходовались на текущие нужды, а также периодически размещались на депозит в банке для получения прибыли в виде процентов.

Доводы истца в подтверждении мнимости сделки о том, что по прошествии времени заемные средства выведены в пользу ФИО8 и общества с ограниченной ответственностью «Регалия» судом отклоняются. Приведенные истцом транзакции совершены обществом 30.12.2021 (2 395 000 рублей) и 07.02.2022 (11 500 000 рублей), т. е. спустя значительное время после получения займа.

Таким образом, оспариваемый договор займа является реальной сделкой, доводы о ее мнимом характере не подтвердились.

В рамках дела № А61-404/2022 судом установлено, что ФИО2 обратился 14.10.2021 в общество с нотариально удостоверенным заявлением (реестровый № 15/31-н/15-2021-3-148) о выходе из состава участников и выплате причитающейся ему действительной стоимости доли. В тот же день – 14.10.2021, нотариально удостоверенное заявление ФИО2 направлено нотариусом в общество, а также в Управление Федеральной налоговой службы по Республике Северная Осетия – Алания (лист записи Единого государственного реестра юридических лиц от 20.10.2020, государственный регистрационный номер (ГРН) 2211500080174). В деле № А61-404/2022 назначена и проведена судебная экспертиза и представлено экспертное заключение от 06.02.2024 № 21149/10-23, содержащее выводы о размере действительной (рыночной) стоимости доли ФИО2 в размере 33,33%, определенной по состоянию на последний отчетный период общества, предшествующего дате выхода (14.10.2021) участника из общества – 31.12.2020.

Суд приходит к выводу о том, что истец не доказал причинение ущерба оспариваемой сделкой, поскольку определение размера действительной (рыночной) стоимости его доли производилось по состоянию на момент времени, находящийся до даты заключения оспариваемого договора займа. Договор займа никак не мог повлиять на размер присужденной к выплате истцу стоимости доли.

Довод об уменьшении имущества общества в результате заключения договора займа, в том числе в ввиду наличия обеспечения этой сделки залогом движимого имущества заемщика, также отклоняется судом. Сам заем выдан обществу без процентов, при исполнении сделки обеими сторонами ее результатом будет возвращение сторон сделки в первоначальное состояние. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 338 ГК РФ заложенное имущество остается у залогодателя, если иное не предусмотрено указанным Кодексом, другим законом или договором.

В договоре займа установлено условие о том, что предмет залога подлежал оставлению у заемщика  – общества.

Согласно письменным пояснениями ответчиков от 15.07.2025 движимое имущество, переданное в залог ФИО3 и представляющее собой производимую обществом продукцию – ювелирные изделия, в настоящий момент практически полностью реализовано иным лица. Таким образом, ФИО3 не получал удовлетворения своих требований за счет предмета залога, следовательно, и в этой части заключение договора займа не привело к уменьшению активов общества и невозможности выплаты выбывшему участнику причитающейся ему действительной стоимости доли, а оспаривание договора займа не может привести к увеличению его активов. Отчуждение обществом заложенного имущества иным лицам не является предметом рассматриваемого дела.

Кроме того, общая стоимость переданного в залог ФИО3 имущества составила 27 244 000 рублей (по условиям договора займа). Принимая во внимание, что в рамках дела № А61-404/2022 судебной экспертизой установлена рыночная стоимость чистых активов общества в размере 68 784 тыс. рублей (поскольку 33,33% от указанной суммы составляют с учетом округления 22 926 тыс. рублей), у общества имеется достаточно имущества, за счет которого истцу будет выплачена действительной стоимости его доли.

В отношении доводов истца о том, что сделка является крупной и совершена с заинтересованностью суд приходит к следующим выводам.

Выход участника из общества означает прекращение отношений этого лица и общества, переход доли этого участника к обществу, утрату этим лицом специальных правомочий, предусмотренных Законом об обществах с ограниченной ответственностью, в том числе право требовать признания недействительной сделки по специальным основаниям, предусмотренным корпоративным законодательством.

Учитывая изложенное, истец утратил корпоративную связь с обществом и право на оспаривание сделок по специальным основаниям, предусмотренным корпоративным законодательством. Право вышедшего участника на оспаривание сделок, совершенных обществом, возможно исключительно в одном случае – если такие сделки привели или могли привести к уменьшению активов общества и невозможности выплаты выбывшему участнику причитающейся ему действительной стоимости доли, при этом, как уже отмечено судом, оспаривание сделок в таком случае допускается лишь по общим нормам Гражданского кодекса Российской Федерации.

ФИО3 заявлено о применении исковой давности в отношении заявленного истцом требования.

В пункте 1 статьи 181 ГК РФ указано, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Суд, учитывая, что истец не является стороной оспариваемой сделки и узнал о ней в 2025 году (обратное не доказано), приходит к выводу, о том, что срок исковой давности не пропущен.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, и несет риск наступления последствий совершения либо несовершения им процессуальных действий (статьи 9, 65 АПК РФ). 

Согласно части 3.1 статьи 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований. 

Обстоятельства, признанные и удостоверенные сторонами в порядке, установленном этой статьей, в случае их принятия арбитражным судом не проверяются им в ходе дальнейшего производства по делу (часть 5 статьи 70 АПК РФ). 

Положения части 5 статьи 70 АПК РФ распространяются на обстоятельства, которые считаются признанными стороной в порядке части 3.1 статьи 70 указанного Кодекса.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований и признания оспариваемого договора займа недействительной сделкой.

С учетом отказа в удовлетворении исковых требований судебные расходы по уплате государственной пошлины в соответствии со статьей 110 АПК РФ, подлежат отнесению на истца.

Руководствуясь статьями 51, 110, 167 – 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении ходатайства ФИО2 о привлечении к участию в деле Прокуратуры Республики Северная Осетия – Алания отказать. 

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Северная Осетия – Алания.

Судья                                                                                                               Э.С. Пилоян