ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-8329/2019

город Ростов-на-Дону

09 марта 2023 года

15АП-22/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 марта 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 09 марта 2023 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Николаева Д.В.,

судей Д.В. Емельянова, М.А. Димитриева,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2  на определение Арбитражного суда Ростовской области от 13.12.2022 по делу  № А53-8329/2019 об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО3 - ФИО4 о признании недействительным договора дарения от 12.11.2014, заключенного между должником и ФИО5, ФИО6,  ФИО7 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3, 

 

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (далее – должник) в Арбитражный суд Ростовской области поступило заявление финансового управляющего должника ФИО4 (далее заявитель, финансовый упралвяющий) о признании недействительным договора дарения от 12.11.2014, заключенного между должником и ФИО5, ФИО6, ФИО7 и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника объектов недвижимости.

Определением суда от 13.12.2022 в удовлетворении заявления финансового управляющего должником ФИО4 об оспаривании сделки должника к ответчикам ФИО5, ФИО6, ФИО7 отказано. Взыскано ФИО3 в доход федерального бюджета Российской Федерации 6 000 руб. государственной пошлины.

ФИО2 обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл.  34 АПК РФ, и просил отменить судебный акт, принять новый.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями ч. 3 ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации счел возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Суд огласил, что от ФИО3 через канцелярию суда поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу -  без удовлетворения.

Суд  протокольно определил: приобщить отзыв на апелляционную жалобу к материалам дела. 

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва, дополнений, выслушав представителя участвующего в деле лица, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Ростовской области от 11.03.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина. Определением суда от 21.10.2020 финансовым управляющим утвержден ФИО4.

17.06.2022 поступило заявление финансового управляющего ФИО4 о признании недействительным договора дарения от 12.11.2014, заключенного между должником и ФИО5, ФИО6, ФИО7 и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника объектов недвижимости.

Финансовым управляющим договор дарения от 12.11.2014 оспорен на основании статьи 10, 168 ГК РФ, поскольку сделка совершена за пределами трехлетнего периода подозрительности. 

Доводы об истечении срока исковой давности правомерно отклонены судом первой инстанции. 

Исковая давность по требованию о признании недействительной сделки должника, как совершенной со злоупотреблением правом и направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов, составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства (пункт 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Поскольку, процедура реструктуризации долгов введена в отношении должника определением суда первой инстанции от 11.11.2019, срок на подачу настоящего заявления о признании недействительным договора не мог начаться ранее указанной даты. С настоящим заявлением финансовый управляющий обратился в арбитражный суд 26.07.2022 (посредством «Мой Арбитр»), следовательно, срок исковой давности, составляющий три года, финансовым управляющим не пропущен, заявление финансового управляющего правомерно рассмотрено судом первой инстанции по существу.

В соответствии с п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу п. 13 ст. 14 Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ "Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" абзац второй п. 7 ст. 213.9 и п. 1 и 2 ст. и 213.32 Закона о банкротстве (в редакции от 29.06.2015) применяются к сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, совершенным с 01.10.2015.

Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании ст. 10 Гражданского кодекса РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

В данном случае спорный договор дарения заключен 12.11.2014, переход права собственности зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области 18.12.2014, дело о банкротстве должника возбуждено определением от 21.03.2019, то есть спорная сделка заключена за пределами трехлетнего периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закон о банкротстве, в связи с чем не может быть оспорена по специальным основаниям.

При этом, должник не являлся индивидуальным предпринимателем, в связи с чем сделки, совершенные им до 01.10.2015 могут быть признаны недействительными только по общим основаниям, предусмотренным законодательством, в том числе в соответствии со статьями 10, 168 ГК РФ.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев заявление финансового управляющего по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством, в том числе как сделок, совершенных со злоупотреблением правом, установил следующее.

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В статье 1 ГК РФ закреплено правило о том, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Для квалификации сделки как ничтожной на основании статей 10, 168 ГК РФ необходимо доказать либо сговор обоих участников сделки в целях совершения недобросовестных действий, либо осведомленность одной из сторон о недобросовестной цели сделки, имеющейся у другой стороны (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.2011 N 1795/11 по делу N А56-6656/2010, постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 N 17089/12 по делу N А24-53/2012, постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.02.2014 N 15822/13 по делу N А45-18654/2012).

Следовательно, для квалификации действий сторон как совершенных со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что при их совершении стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес. Заключение должником сделки, направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности имеющей своей явной целью уменьшение активов должника, путем отчуждения принадлежащего ему ликвидного имущества заинтересованному лицу, является злоупотреблением гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 25) также содержатся разъяснения о том, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Таким образом, суды устанавливают умысел обеих сторон сделки на причинение вреда кредиторам должника и факт причинения такого вреда.

Для применения презумпции наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов достаточно, в частности, установить совокупность двух обстоятельств: недостаточность имущества должника на момент совершения сделки и безвозмездный характер этой сделки (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 22.07.2019 N 308-ЭС19-4372 по делу N А53-15496/2017).

Под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника (статья 2 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям пункта 8 Постановления N 25 к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 Постановления N 25).

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Указанная правовая позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 7204/12 от 18.10.2012, определении Верховного Суда Российской Федерации N 305-ЭС16-2411 от 25.07.2016.

Статья 19 Закона о банкротстве определяет круг заинтересованных лиц по отношению к должнику. Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга (пункт 3 статьи 19 Закона о банкротстве).

Согласно материалам дела, договор дарения от 12.11.2014 заключен между супругами и детьми должника, что в силу статьи 19 Закона о банкротстве свидетельствует о совершении сделки между заинтересованными лицами.

Кроме того, апелляционная коллегия принимает во внимание мотивированные пояснения финансового управляющего, согласно которым в период совершения сделки по отчуждению недвижимого имущества в пользу своих супруги и дочерей ФИО3 являлся единоличным исполнительным органом и учредителем ООО «Заря» (ИНН 

<

***>), а также поручителем по кредитным обязательствам ООО «Заря» (ИНН 

<

***>) перед АО «Российский Сельскохозяйственный банк» по кредитному договору 

<

***> от 07.05.2013г., договору об открытии кредитной линии №130704/0071 от 21.03.2013г., кредитному договору 

<

***> от 21.10.2013г., договору об открытии кредитной линии №130704/0391 от 16.12.2013г., договору об открытии кредитной линии №130704/0262 от 30.06.2014г., договору об открытии кредитной линии №140704/0300 от 31.10.2014г.

Обязательства по вышеуказанным кредитным договорам ООО «Заря» (ИНН 

<

***>) и поручителями исполнены не были, вследствие чего АО «Российский Сельскохозяйственный банк» обратился с заявлениями о банкротстве ООО «Заря» (ИНН 

<

***>) и ФИО3

Решением Арбитражного суда Ростовской области по делу №А53-12099/2019 от 09.09.2020г. открыто конкурсное производство в отношении ООО «Заря» (ИНН 

<

***>).

Акционерное общество «Российский Сельскохозяйственный банк» в лице Ростовского регионального филиала обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании ФИО3.

Определение суда 11.11.2019 заявление акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» в лице Ростовского регионального филиала о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом) признано обоснованным. В отношении ФИО3 введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан - реструктуризацию долгов гражданина. Требование акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» в размере 64 272 150, 70 руб., из них: 63 934 820, 98 руб. – основной долг, 319 843, 88 руб. – проценты, 11 721, 31 руб. – комиссия, 187, 16 руб. – штрафы (пени), неустойка за просроченную комиссию, 5 577, 37 руб. – штрафы (пени), неустойка за просроченные проценты включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО3, как обеспеченное залогом имущества должника. Требование акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» в размере 83 156 101, 60 руб., из них: 63 453 770, 32 руб. – основной долг, 17 683 888, 42 руб. – проценты, 54 961, 54 руб. – комиссия, 1 134, 60 руб. – штрафы (пени), неустойка за просроченную комиссию, 48 717, 85 руб. – штрафы (пени), неустойка за просроченные проценты, 1 913 628, 87 руб. – штрафы (пени), неустойка за просроченный основной долг включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО3, как не обеспеченное залогом имущества должника. Согласно пункту 3 статьи 137 Федерального закона № 127-ФЗ от 26 октября 2002 года «О несостоятельности (банкротстве)» требования кредиторов третьей очереди по возмещению убытков в форме упущенной выгоды, взысканию неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций учитываются отдельно в реестре требований кредиторов и подлежат удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что дарение имущества в пользу заинтересованных лиц (супруги должника и его детей) в рассматриваемый период следует квалифицировать как вывод активов должника.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 N 6526/10, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения объекта недвижимости третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Апелляционная коллегия считает, что фактически целью заключения оспариваемого договора дарения от 12.11.2014 в пользу заинтересованных лиц являлась укрытие данного имущества от обращения взыскания со стороны кредитора - акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» в лице Ростовского регионального филиала.

При таких обстоятельствах, в силу названной совокупности обстоятельств суд апелляционной инстанции усматривает злоупотребление сторонами договора правом при заключении договора дарения, как направленных на причинение вреда имущественным правам кредиторов (статья 10 ГК РФ), а также наличие признаков мнимости у оспоренной сделки (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

На основании установленных по делу обстоятельств суд апелляционной инстанции приходит к вводу о том, что оспариваемая сделка является ничтожной, поскольку лишена экономического смысла для должника, привела к возникновению недостаточности имущества, совершена с целью уклонения от последующих расчетов с кредиторами, имущественные интересы которых вследствие безвозмездной передачи недвижимости были нарушены, поскольку они лишились возможности получить удовлетворение за счет переданного заинтересованным лицам (ответчикам) в дар имущества.

Суд апелляционной инстанции отклоняет доводы должника о том, что на день заключения договора дарения основной должник (заемщик) не находился в просрочке по тем обязательствам ООО "Заря", по которым должник выдал поручительство.

С точки зрения принципа добросовестности в ситуации существования значительных долговых обязательств, указывающих на возникновение у гражданина-должника признака недостаточности имущества, его стремление одарить родственника или свойственника не может иметь приоритет над необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества должника.

В данном случае обстоятельства, составляющие опровержимую презумпцию наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, были доказаны финансовым управляющим. Указанная презумпция не опровергнута лицами, заинтересованными в сохранении юридической силы договоров дарения.

По смыслу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве ответчики по сделке являются заинтересованными лицами по отношению к должнику.

К ним подлежит применению презумпция осведомленности контрагента должника о противоправной цели совершения сделки, которую должник и ответчики также не опровергли.

Вследствие безвозмездной передачи недвижимости вред имущественным интересам кредиторов был причинен, поскольку они лишились возможности получить удовлетворение за счет переданной в дар недвижимости.

Сославшись на то, что на момент договора дарения (12.11.2014) просроченная задолженность перед банками-кредиторами (АО «Россельхозбанк», ПАО "Донхлеббанк") у основного должника (ООО "Заря") отсутствовала, он находился в стабильном финансовом положении, должник считает, что поручитель, не обладающий признаками неплатежеспособности на день совершения спорных сделок, подарил жилой дом и земельный участок в рамках обычных отношений членов семьи, не преследуя цель причинения вреда кредиторам.

Однако для применения презумпции наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов достаточно, в частности, установить совокупность двух обстоятельств: недостаточность имущества должника на момент совершения сделки и безвозмездный характер этой сделки.

Под недостаточностью имущества должника в силу статьи 2 Закона о банкротстве понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества.

Суд констатирует отсутствие в материалах дела доказательств того, что в момент дарения недвижимости активов ФИО3 хватало для покрытия его совокупного долга в сумме более 60 млн. руб.

Иное не было установлено судом.

При этом ФИО3 не мог не знать о неудовлетворительном экономическом состоянии заемщика и поэтому не имел разумных ожиданий относительно того, что кредитные обязательства будут исполнены основным должником.

Судебная коллегия не может согласиться с доводом должника о стабильном финансовом положении заемщика вплоть до возбуждения дел об их банкротстве.

Кризисная ситуация, как правило, возникает не одномоментно, ей предшествует период снижения прибыльности, который переходит в стадию объективного банкротства.

ФИО3, являвшийся единоличным исполнительным органом и учредителем ООО «Заря» (ИНН 

<

***>), а также поручителем по кредитным обязательствам ООО «Заря» (ИНН 

<

***>) перед АО «Российский Сельскохозяйственный банк» по кредитному договору 

<

***> от 07.05.2013г., договору об открытии кредитной линии №130704/0071 от 21.03.2013г., кредитному договору 

<

***> от 21.10.2013г., договору об открытии кредитной линии №130704/0391 от 16.12.2013г., договору об открытии кредитной линии №130704/0262 от 30.06.2014г., договору об открытии кредитной линии №140704/0300 от 31.10.2014г., не представил доказательств того, что в преддверии банкротства заемщика имелась реальная возможность исполнения им кредитных обязательств, которая была утрачена в относительно короткий промежуток времени.

Таким образом, довод должника о совершении обычной внутрисемейной сделки ошибочен.

С точки зрения принципа добросовестности в ситуации существования значительных долговых обязательств, указывающих на возникновение у гражданина-должника признака недостаточности имущества, его стремление одарить родственника или свойственника не может иметь приоритет над необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества должника

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2019 г. по делу № А53-15496/2017.

С учетом изложенного заявление финансового управляющего подлежит удовлетворению, договор дарения от 12.11.2014 - признанию недействительным на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ.

При вынесении настоящего постановления суд апелляционной инстанции учитывает правовую позицию, изложенную в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 22.11.2022 по делу №А53-27852/2021.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

Таким образом, исходя из приведенных правовых норм и разъяснений, с учетом наличия имущества в собственности ответчиков в рассматриваемом случае подлежат применению последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО5, ФИО6, ФИО7 возвратить в конкурную массу должника по 1/3 доли жилого дома кадастровый номер 61:02:0011001:787 и 1/3 земельного участка кадастровый номер 61:02:0011001:383, переданного по договору дарения от 12.11.2014.

Учитывая изложенное, определение суда от 13.12.2022 подлежит отмене на основании пункта 3 части 1 статьи 270 АПК РФ.

В соответствии с правилами статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по заявлению в размере 6000 руб. и по апелляционной жалобе в размере 3000 руб. подлежат распределению и взысканию с ФИО5, ФИО6, ФИО7.

При вынесении настоящего постановления суд апелляционной инстанции учитывает правовую позицию, изложенную в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 22.11.2022 по делу №А53-27852/2021.

Кроме того, применительно к вопросу о доказанности цели причинения вреда кредиторам путем заключения договора дарения суд учитывает правоприменительные выводы, изложенные в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2019 г. по делу № А53-15496/2017.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 13.12.2022 по делу  № А53-8329/2019 отменить.

Заявление финансового управляющего ФИО4 об оспаривании сделки должника удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения жилого дома и земельного участка от 12.11.2014, заключенный между ФИО3 и ФИО5, ФИО6, ФИО7.

Применить последствий недействительности сделки.

Обязать ФИО5 возвратить в конкурсную массу ФИО3 1/3 доли жилого дома, кадастровый номер 61:02:0011001:787, и 1/3 земельного участка, кадастровый номер 61:02:0011001:383

Обязать ФИО6 возвратить в конкурсную массу ФИО3 1/3 доли жилого дома, кадастровый номер 61:02:0011001:787, и 1/3 земельного участка, кадастровый номер 61:02:0011001:383

Обязать ФИО7 возвратить в конкурсную массу ФИО3 1/3 доли жилого дома, кадастровый номер 61:02:0011001:787, и 1/3 земельного участка, кадастровый номер 61:02:0011001:383.

Взыскать с ФИО5 в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 3000 руб., в том числе: 2000 руб. - за рассмотрение заявления финансового управляющего об оспаривании сделки должника, 1000 руб. -тза рассмотрение апелляционной жалобы.

Взыскать с ФИО6 в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 3000 руб., в том числе: 2000 руб. - за рассмотрение заявления финансового управляющего об оспаривании сделки должника, 1000 руб. - за рассмотрение апелляционной жалобы.

Взыскать с ФИО7 в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 3000 руб., в том числе: 2000 руб. - за рассмотрение заявления финансового управляющего об оспаривании сделки должника, 1000 руб. - за рассмотрение апелляционной жалобы.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                                                    Д.В. Николаев

 

Судьи                                                                                                                   Д.В. Емельянов                 

 

                                                                                                                             М.А. Димитриев