Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-279491/23-48-2272

29 мая 2024 года

г. Москва

Резолютивная часть решения объявлена 28 мая 2024 года 

Полный текст решения изготовлен 29 мая 2024 года           

 

Арбитражный суд в составе:

Председательствующего: судьи  Бурмакова И.Ю. /единолично/,

при ведении протокола помощником судьи Лянгузовой Е.М.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

истец: ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "УПРАВЛЕНИЕ СНАБЖЕНИЯ ТРАНСПОРТНОГО СТРОИТЕЛЬСТВА" (129323, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 11.02.2011, ИНН: 

<

***>)

ответчики:

1)                 ФИО1 (сведения о дате о месте рождения в материалах дела)

2)                 ФИО2 (сведения о дате о месте рождения в материалах дела)

3)                 ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ЕДИНЫЙ СТАНДАРТ" (109651, 

<

...>, ЭТАЖ 1; ПОМ. 3; КОМН. 1, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 13.01.2014, ИНН: 

<

***>, КПП: 772301001, ГЕНЕРАЛЬНЫЙ ДИРЕКТОР: ФИО3, Дата прекращения деятельности: 10.11.2023)

4)                 ФИО4 (сведения о дате о месте рождения в материалах дела)

5)                 ФИО5 (сведения о дате о месте рождения в материалах дела)

О солидарном взыскании с ответчиков убытков- 159 768 781 рублей

при участии согласно протоколу

УСТАНОВИЛ:

Иск заявлен об изложенном выше.

Истец доводы поддержал.

Ответчик ФИО5 считает иск обоснованным, просит его удовлетворить.

Ответчик ФИО4 против иска возражал, ссылаясь на необоснованность требований, злоупотребление правом и пропуск срока исковой давности.

Другие лица не явились, извещение подтверждено данными сайта ВС РФ.

Стороны представили проекты решения, которые в соответствии с Инструкцией по делопроизводству ВС РФ могут быть использованы судом полностью или в части.

Исследовав материалы дела, суд установил, что исковые требования не подлежат    удовлетворению, так как признает обоснованными указанные ниже доводы ответчика ФИО4

Истцом пропущен срок давности по требованию о взыскании убытков в размере 159 868 781 (сто пятьдесят девять миллионов восемьсот шестьдесят восемь тысяч семьсот восемьдесят один) рубль.

Согласно п. 1 ст. 196 ГК РФ Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

ООО «УСТС» основывает свое требование на обстоятельствах, имевших место в 2013-2014 годах – тех сделках, которые были заключены ООО «УСТС» со «спорными контрагентами» ООО «Альянс», ООО «АКБ ГАРАНТ», ООО «Доминанта», ООО «ТрансСпецМонтаж» и которые послужили основанием для начисления ИФНС недоимки в размере 159 868 781 (сто пятьдесят девять миллионов восемьсот шестьдесят восемь тысяч семьсот восемьдесят один) рубль и предъявления требований ИФНС о ее взыскании.

ООО «УСТС» обосновывая свое право на заявление иска о взыскании убытков, причиненных Ответчиками, ссылается на тот факт, что право у ООО «УСТС» на предъявление убытков по указанным сделкам возникло в связи с назначением 21.06.2023 нового генерального директора ФИО6, который с указанной даты получил реальную возможность узнать о допущенном нарушении со стороны Ответчиков.

Судом установлено, что ФИО6 не является первым независимым директором, у которого возникло право на предъявления иска об убытках, в связи с заключением и исполнением ООО «УСТС» в 2013-2014 годах сделок с техническими компаниями.

В абзаце втором пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" разъяснено, что в случае, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце втором пункта 68 «Особенности привлечения к ответственности по корпоративным основаниям при банкротстве» Постановления Пленума N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», поскольку данное требование в силу прямого указания закона о банкротстве подается от имени должника, срок исковой давности исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен был узнать не связанный (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности директором участник (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего нарушение.

Таким образом, по смыслу данных разъяснений арбитражный управляющий выступает от имени юридического лица как последующий руководитель, сменивший предыдущего, а его требования, как органа управления юридического лица, имеют корпоративную природу (статья 53.1 ГК РФ, статья 71 Закона об акционерных обществах, статья 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

 

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 06.02.2017 по делу № А40-240488/16 ООО «УСТС» было признано несостоятельным (банкротом), конкурсным управляющим ООО «УСТС» был назначен ФИО7

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.06.2019 по делу № А40-240488/16 конкурсный управляющий ФИО7 был отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Управление Снабжения Транспортного Строительства».

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 16.07.2019 по делу № А40-240488/16 конкурсным управляющим ООО «УСТС» назначен ФИО8

Согласно решению ИФНС № 2 по г. Москве от 20.09.2017г. № 49, в ходе проведения выездной проверки ООО «УСТС» выявлена схема, направленная на получение необоснованной налоговой выгоды, выраженная в неправомерном завышении затрат по налогу на прибыль по взаимоотношениям со «спорными контрагентами» ООО «Альянс», ООО «АКБ ГАРАНТ», ООО «Доминанта», ООО «ТрансСпецМонтаж».

Обстоятельства совершения сделок с ООО «Альянс», ООО «АКБ ГАРАНТ», ООО «Доминанта», ООО «ТрансСпецМонтаж» с указанием лиц, контролирующих Истца, Ответчиков по данному спору, совершивших указанные сделки, были предметом рассмотрения дела № А40-26694/2018 по иску ООО «УСТС» к ИФНС № 2 по г. Москве о признании решения ИФНС № 2 по г. Москве от 20.09.2017г. № 49 недействительным, что подтверждается вступившим в законную силу Решением Арбитражного суда г. Москвы от 21.01.2019 по делу № А40-26694/2018.

С учетом правил, указанных в п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62, п. 68 Постановления Пленума N 53, арбитражный управляющий ООО «УСТС» ФИО8, утвержденный после прекращения полномочий допустившего нарушение директора – ФИО1, получил реальную возможность узнать о допущенных Ответчиками нарушениях – сделках с «техническими компаниями» 16.07.2019 (дата назначения конкурсным управляющим ООО «УСТС» ФИО8), или иной разумный срок, который с учётом публичности и доступности информации о вступившем в законную силу Решении суда от 21.01.2019 по делу № А40-26694/2018 не может превышать календарного месяца от даты утверждения Судом кандидатуры Конкурсного управляющего.

Следовательно, срок для предъявления ООО «УСТС» убытков, причиненных сделками с ООО «Альянс», ООО «АКБ ГАРАНТ», ООО «Доминанта», ООО «ТрансСпецМонтаж», ООО «Единый Стандарт» и послуживших основанием для начисления ИФНС недоимки начал течь не позднее 16.08.2019 и истек 17.08.2022.

Гражданское законодательство не предусматривает правила, что срок исковой давности начинает течь заново каждый раз при назначении каждого нового директора (арбитражного управляющего) юридического лица.

Иной подход приводил бы к возможности неограниченного продления срока исковой давности по требованиям юридических лиц в случае смены состава их участников или руководителей, что нарушало бы правовое равенство сторон.

Указанный вывод подтверждается сложившейся судебной практикой – Определением Верховного Суда РФ от 13.06.2019 N 301-ЭС19-7839 по делу N А43-8828/2018; Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 13.11.2015 N Ф03-4035/2015 по делу N А73-13975/2014, Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2021 N 07АП-10990/18(8) по делу N А03-1501/2017, Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 08.02.2022 N Ф04-7796/2020 по делу N А03-1501/2017, Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 05.02.2020 по делу № А27-22402/2015, Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 15.06.2023 N Ф09-172/22 по делу N А76-29769/2020.

Судом установлено также, что Генеральный директор ООО «УСТС» ФИО6 не является новым независимым директором, в том значении, в каком этому институту придаёт приведённая выше правоприменительная практика, а именно пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица"; абзац второй пункта 68 Постановления Пленума N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Судом установлена юридическая и фактическая аффилированность Генерального директора ООО «УСТС» ФИО6 с допустившими налоговые нарушения в 2013 – 2014 гг. контролирующими ООО «УСТС» лицами, ФИО1; ФИО5

Судом установлена юридическая аффилированность Генерального директора ООО «УСТС» ФИО9 и контролирующих ООО «УСТС» лиц ФИО1, ФИО5

Действующий генеральный директор ООО «УСТС» ФИО6 назначен на должность Решением 1/2023 от 14 июня 2023 г. Единственного участника ООО «УСТС» ФИО1 (Том 2 л.д. 7)

Постановлением Девятого Арбитражного апелляционного суда от 15.04.2021 по делу № А40-240488/16 (резолютивная часть объявлена 05.04.2021) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УСТС» привлечены контролирующие ООО «УСТС» лица: ФИО5, ФИО10, ФИО4, ФИО2 и ООО «Единый стандарт».

Закон РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках"

аффилированные лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность;

аффилированными лицами юридического лица являются: лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо.

Согласно статье 9 Федеральный закон от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции"

Под группой лиц признаётся совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам:

Хозяйственное общество и физическое/юридическое лицо, в котором ? 50% УК принадлежит такому физ/юр лицу;

Юр лицо и единоличный исполнительный орган такого юр. лица;

Хозяйственное общество и физическое/юридическое лицо, в котором такое физ/юр лицо имеет право давать обязательные для исполнения хозяйственным обществам указания;

Хозяйственное Общество и физическое/юридическое лицо, если по предложению такого физ/юр лица избран единоличный исполнительный директор хозяйственного общества;

Лица, каждое из которых по какому – либо из указанных в пп.1-7 признаку входит в группу с одним и тем же лицом ; а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому – либо признаку пп. 1-7.

 

ГРУППА ЛИЦ:

ООО «УСТС»; ФИО6; ФИО1; ФИО5

п.8) ст. 1 ФЗ «О защите конкуренции» № 135-ФЗ

 

  п. 1 Закон РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках"

 

Группа 1

ООО «УСТС» - ФИО6, как Генеральный директор; Единственный участник Общества

пп.1)-2) ст. 1 ФЗ «О защите конкуренции» № 135-ФЗ

 

Группа 2

ООО «УСТС» - ФИО1, решением которого на должность Генерального директора Общества назначен ФИО6

п.5) ст. 1 ФЗ «О защите конкуренции» № 135-ФЗ

 

Группа 3

ООО «УСТС» - ФИО5, ФИО1, Контролирующее Общество лицо

п.3) ст. 1 ФЗ «О защите конкуренции» № 135-ФЗ

 

Действующий Генеральный директор ООО «УСТС» ФИО6 является лицом, юридически аффилированным с ФИО1, ФИО5, не является новым независимым генеральным директором Общества.

Судом установлена фактическая аффилированность Генерального директора ООО «УСТС» ФИО9 и контролирующих ООО «УСТС» лиц ФИО1, ФИО5

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016г. № 308-ЭС16-1475, доказывание факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Обстоятельства назначения ФИО6 на должность Генерального директора ООО «УСТС»; совершение ряда сделок по получению статуса единственного участника Общества; а также совершение в период с момента назначения на должность 14.06.2023 г. по настоящее время единственной хозяйственной операции по признанию долга ООО «УСТС» перед ФИО5 в сумме 159 768 781. 00 (сто пятьдесят девять миллионов семьсот шестьдесят восемь тысяч семьсот восемьдесят один, 00) рубль, не доступны для независимых участников гражданского оборота.

14 июня 2023 г. действующий генеральный директор ООО «УСТС» ФИО6 назначен на должность Решением 1/2023 Единственного участника ООО «УСТС» ФИО1 (Том 2 л.д. 7)

Адресом постоянного проживания ФИО6 является: 614112, 

<

...>.

Пунктами 2 и 3 Решения, ФИО6 введён в состав участников Общества  на основании его заявления, с внесением ФИО6 дополнительного вклада в Уставной капитал Общества в размере 10 000 (десять тысяч) рублей 00 коп. на долю размером 0.20% (ноль целых двадцать сотых процентов) уставного капитала Общества.

03 июля 2023 г. ГРН 2237705830822 в ЕГРЮЛ зарегистрировано увеличение Уставного капитала на сумму 10 000 (десять тысяч) рублей, где – ФИО1 принадлежит доля размером 5 001 000 (пять миллионов одна тысяча) рублей, 00 коп., что составляет 99,80% (девяносто девять целых восемьдесят сотых процентов), - ФИО6 – доля размером 10 000 (десять тысяч) рублей 00 коп., что составляет 0,20% (ноль целых двадцать сотых процента) уставного капитала Общества.

13 июля 2023 г.  ГРН 2237706497466 в ЕГРЮЛ зарегистрирован выход ФИО1 из состава участников Общества, доля ФИО1 переходит к Обществу.

В результате нестандартных для независимых участников гражданского оборота сделок с долями ООО «УСТС», Генеральный директор ООО «УСТС» ФИО6 становится единственным участником Общества с долей 0,20% (ноль целых двадцать сотых процента) уставного капитала Общества.

ФИО6 при сомнительных мотивах и обстоятельствах находит крайне коммерчески непривлекательное Общество, в отношении которого только что прекращено банкротство, более того у Общества существует долг в размере 159 768 781. 00 (сто пятьдесят девять миллионов семьсот шестьдесят восемь тысяч семьсот восемьдесят один, 00) рубль, и по итогам нестандартных корпоративных процедур ФИО6 становится генеральным директором и единственным участником Общества;

Общество на настоящий момент имеет признаки недействующего, подлежащим исключению из ЕГРЮЛ. ФИО6 Обществом не управляет, Общество хозяйственную деятельность не ведёт (Том 3 л.д. 44).

Признание долга перед ФИО5 единственная хозяйственная операция, которую осуществил ФИО6 за весь период управления ООО «УСТС», а именно с 14.06.2023 г. по настоящее время.

Таким образом, из приведённой выше совокупности обстоятельств следует, что единственной целью назначения ФИО6 на должность Генерального директора ООО «УСТС» является последующее признание долга в пользу ФИО5 в размере 159 768 781. 00 (сто пятьдесят девять миллионов семьсот шестьдесят восемь тысяч семьсот восемьдесят один, 00) рублей и предъявление в суд настоящего иска о взыскании убытков, что недоступно для независимых участников гражданского оборота, не может считаться разумным и/или добросовестным по отношению к Обществу.

Судом установлена не только юридическая аффилированность указанных выше контролирующих Должника лиц, но и общность экономических интересов группы, осуществление сделок по приобретению ФИО6 контроля над ООО «УСТС» и последующему признанию задолженности в размере 159 768 781. 00 (сто пятьдесят девять миллионов семьсот шестьдесят восемь тысяч семьсот восемьдесят один, 00) рубль перед ФИО5 на условиях, не доступных независимым участникам гражданского оборота.

Генеральный директор ООО «УСТС» ФИО6 в силу юридической и фактической аффилированности с контролирующими ООО «УСТС» лицами, не является новым директором, получившим реальную возможность узнать о допущенных Ответчиками нарушениях с даты избрания на должность, а именно с 14.06.2023 г. В силу установленной Судом юридической и фактической аффилированности Генеральный директор ООО «УСТС» ФИО6 транслирует волю контролирующих ООО «УСТС» лиц, ФИО5, ФИО1

Первым независимым директором ООО «УСТС» является Конкурсный управляющий, ФИО8, который утверждён на должность Определением Суда от 16.07.2019 по делу № А40-240488/16.

Срок для предъявления ООО «УСТС» убытков, причиненных сделками с ООО «Альянс», ООО «АКБ ГАРАНТ», ООО «Доминанта», ООО «ТрансСпецМонтаж» и послуживших основанием для начисления ИФНС недоимки начал течь не позднее 16.08.2019  (с учётом разумного срока для ознакомления с делом о банкротстве ООО «УСТС») и истек 17.08.2022.

Таким образом, ООО «УСТС» пропущен трехлетний срок для предъявления иска о взыскании убытков.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске. Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Судом отклоняется довод Истца о том, что обязательство ООО «УСТС» возвратить ФИО5 сумму займа в размере 159 768 781. 00 (сто пятьдесят девять миллионов семьсот шестьдесят восемь тысяч семьсот восемьдесят один, 00) рубль, заключённого в силу закона на основании статьи 113; 125 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" является убытками Истца.

 

Заключение Истцом Договора займа в силу Закона не порождает обязательства Ответчиков возместить убытки Истцу, в отсутствие необходимых элементов состава правонарушения: неправомерное действие (бездействие); наступление ущерба; причинно-следственная связь между действиями и бездействиями Ответчика и наступлением у Истца ущерба.

Указанная правовая позиция изложена в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"; "Обзоре судебной практики Верховного суда Российской Федерации N 4 (2021)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.02.2022).

В данном споре, отсутствуют все три необходимых элемента для взыскания убытков с Ответчиков, включая ущерб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 125 Закона о банкротстве собственник имущества должника - унитарного предприятия, учредители (участники) должника либо третье лицо или третьи лица в любое время до окончания конкурсного производства вправе одновременно удовлетворить все требования кредиторов в соответствии с реестром требований кредиторов или предоставить должнику денежные средства, достаточные для удовлетворения всех требований кредиторов в соответствии с реестром требований кредиторов в порядке и на условиях, которые предусмотрены статьей 113 настоящего Федерального закона.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 26.12.2022 производство по делу № А40-240488/16-18-204 «Б» о несостоятельности (банкротстве) ООО «УСТС» прекращено на основании абзаца 7 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве в связи с удовлетворением всех требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов в связи с погашением всех требований кредиторов ФИО5 путем предоставления ООО «УСТС» заемных средств.

В соответствии с пунктом 14 статьи 113 Закона о банкротстве денежные средства, перечисленные на специальный банковский счет должника или в депозит нотариуса, считаются предоставленными должнику на условиях договора беспроцентного займа, срок которого определен моментом востребования.

Таким образом, правовым последствием погашения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, является прекращение обязательств должника перед кредиторами, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов и погашены в порядке статей 113, 125 Закона N 127-ФЗ, и возникновением между лицом, погасившим требование и должником новых гражданско-правовых отношений, возникших из Договора займа.

В Определении Верховного Суда РФ от 23.09.2022 N 306-ЭС22-16584 по делу N А65-21012/2021; Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 09.04.2019 N Ф05-3535/2019 по делу N А40-179261/2017; Постановлении Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 16.09.2021 N Ф01-4737/2021 по делу N А82-9448/2019 сделан вывод о том, что положения п. 14 ст. 113 Закона о банкротстве, исключают осуществление процессуального правопреемства на стороне кредиторов.

Возникновение новых гражданско – правовых отношений, возникших из Договора займа, не является правонарушением, находится в прямой причинно – следственной связи с добровольным правомерным действием, совершённым контролирующим ООО «УСТС» лицом, ФИО5, в целях полного погашения требований кредиторов ООО «УСТС».

Таким образом, по настоящему спору отсутствует как непосредственно правонарушение, так и, необходимые элементы его состава, неправомерное действие, ущерб и причинно-следственная связь между неправомерным действием и наступившим ущербом.

Невозможность исполнения Истцом, как Должником, денежного обязательства по Договору займа не является убытками Истца по смыслу ст. 15 ГК РФ.

В результате заключения заёмного обязательства в силу Закона не произошло необоснованного наращивания кредиторской задолженности, не понесены дополнительные расходы в связи с заключением Договора займа, Истец не лишился прогнозируемых к получению доходов.

Судом установлено, что в 2013 – 2014 гг. ООО «УСТС» получена прибыль, а не убыток в гражданско – правовом смысле, придаваемом этому понятию ст. 15 ГК РФ, доказательств обратного Истцом не представлено.

Перечисление Истцом в 2013-2014 гг. денежных средств в адрес «спорных контрагентов»: ООО «Альянс»; ООО «АКБ Гарант»; ООО «Доминанта»; ООО «ТрансСпецМонтаж» обусловлено реальными поставками Товара (песка) в адрес ООО «УСТС» в объеме 5 356 310, 94 (пять миллионов триста пятьдесят шесть тысяч триста десять, 94) м3 песка.

Данные обстоятельства, установлены вступившим в законную силу Решением № 49 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 20.09.2017 г. (далее Налоговое решение), а также вступившим в законную силу Решением Арбитражного суда г. Москвы от 21.01.2019 г. по Делу № А40-26694/18 (Судья Нагорная А.Н.) (далее Решение Арбитражного Суда).

В частности на стр. 13; 15; 17; 40; 42; 43; 52; 54; 59; 66; 67 Налогового решения установлены факты поставок песка с карьеров Терелесовский и Академический в пользу ООО «УСТС» в совокупном объеме 5 356 310, 94 (пять миллионов триста пятьдесят шесть тысяч триста десять, 94) м3.

Более того, установлено, что указанный песок в совокупном объеме 5 356 310, 94 (пять миллионов триста пятьдесят шесть тысяч триста десять, 94) м3 реализован ООО «УСТС» конечному грузополучателю ООО «Трансстроймеханизация» ИНН 

<

***> с получением прибыли, а не убытка. Доказательств обратного Истцом не представлено. В подтверждение реальности приобретения песка у ООО «УСТС», ООО «Трансстроймеханизация» предоставлены первичные и транспортные документы в количестве 5077 л., даны соответствующие объяснения при допросе в Налоговом органе.

Налоговым Решением, Решением Арбитражного суда установлено, что в адрес ООО «УСТС» по сделкам, в цепочку поставщиков которых вовлечены «спорные компании», поставлен песок в общем объеме 5 356 310, 94 (пять миллионов триста пятьдесят шесть тысяч триста десять, 94) м3, который в дальнейшем реализован ООО «Трансстроймеханизация» в полном объеме с получением ООО «УСТС» прибыли.

Истец подтверждает, на стр. 7 Искового заявления Раздел 2.2. «Убытки ООО УСТС и их размер», что начиная с 2011 года ООО «УСТС» осуществляло поставку строительных материалов, в том числе материалов, используемых при производстве асфальто-бетона и цементобетона, щебня, отсевов, цемента, металлопродукции, горючесмазочных материалов и иных материалов для создания дорожной инфраструктуры в адрес ООО «Трансстроймеханизация» (ИНН 

<

***>). Договором поставки от 20.02.2011 г. № 8, Договором поставки от 01.11.2011 № 15 и договором поставки от 01.01.2014 г № 22 была оформлена поставка песка ООО «УСТС» в адрес ООО «ТрансСтройМеханизация» для строительства скоростной автомобильной дороги Москва – Санкт-Петербург.

Перечисление денежных средств в размере 296 883 364, 00 (двести девяносто шесть миллионов восемьсот восемьдесят три тысячи триста шестьдесят четыре) рубля в оплату за поставленный песок обусловлено встречным предоставлением, реальными поставками песка в общем объеме  5 356 310, 94 (пять миллионов триста пятьдесят шесть тысяч триста десять, 94) м3, с получением ООО «УСТС» прибыли от дальнейшей реализации песка в адрес конечного грузополучателя, ООО «Трансстроймеханизация» ИНН 

<

***>.

Как отмечается в постановлении Конституционного Суда РФ от 03.10.2023 N 46-П "По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 5 части 2 статьи 14 Федерального закона "О государственной регистрации недвижимости" в связи с жалобой гражданки ФИО11" создание видимости права (включая право на передачу спора в третейский суд), т.е. обман или иное намеренное искажение информации, способствующее получению несоразмерных преимуществ при вступлении в частно- и публично-правовые отношения, представляет собой, по сути, действие, направленное на обход закона с противоправной целью. Подобное поведение порицается как законом (статья 10 ГК Российской Федерации), так и судебной практикой (например, обзоры практики Верховного Суда Российской Федерации: N 3 (2015), пункт 4 обзора практики Судебной коллегии по экономическим спорам; N 5 (2017), пункт 32; N 1 (2018), пункт 14). Так, Президиум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что суд отказывает в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда (иностранного арбитражного решения), в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, если действительной целью обращения в суд являлось создание видимости гражданско-правового спора и получение формального основания для перечисления денежных средств, в том числе из России в иностранные юрисдикции (пункт 10 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям; утвержден 8 июля 2020 года).

Данный подход основан на общем негативном отношении законодателя к нечестному, обманному поведению участников оборота. Помимо прочего, это отношение выражается в лишении судебной защиты гражданских прав, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в обход закона с противоправной целью, иным заведомо недобросовестным образом; в признании ничтожными мнимых и притворных сделок; в предоставлении иных способов защиты гражданских прав в случае искажения информации, на основе которой участниками правоотношений принимаются решения об их правах и обязанностях: опровержение не соответствующих действительности порочащих сведений, оспоримость сделки, совершенной под влиянием существенного заблуждения или обмана, возмещение убытков в случае предоставления неполной или недостоверной информации при вступлении в переговоры, отказ от договора при недостоверности заверений об обстоятельствах (статьи 10, 152, 170, 178, 179, 431.2 и 434.1 ГК Российской Федерации).

Согласно судебной практике, установленной Конституционным Судом Российской Федерации, именно на суд, рассматривающий конкретное гражданское дело, возлагается обязанность, не ограничиваясь установлением одних лишь формальных условий применения нормы, исследовать по существу все фактические обстоятельства (постановления от 6 июня 1995 года № 7-П, от 13 июня 1996 года № 14-П, от 28 октября 1999 года № 14-П, от 22 ноября 2000 года № 14-П, от 14 июля 2003 года № 12-П, от 12 июля 2007 года № 10-П и др.). При этом условия договора должны толковаться во взаимосвязи с другими его условиями, а также в соответствии с природой отношений сторон и их нормативным регулированием в целом (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 1252-О).

Эта же правовая позиция изложена в постановлении АС МО от 13 декабря 2022 года в рамках дела А40-101318/2022.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В соответствии с судебной практикой, установленной Верховным судом Российской Федерации в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"   суд поставил перед сторонами вопросы по предмету доказывания  и запросил письменные пояснения и документы.

С учетом представленных суду объяснений суд приходит к выводу, что подача в суд данного иска является злоупотреблением правом, которое совершено совместно истцом по настоящему делу и ответчиком ФИО5, исключительной целью которого является попытка обойти положения п. 14 ст. 113 Закона о банкротстве, которые исключают осуществление процессуального правопреемства на стороне кредиторов, а также то, что  правовым последствием погашения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, является прекращение обязательств должника перед кредиторами, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов и погашены в порядке статей 113, 125 Закона N 127-ФЗ, и возникновением между лицом, погасившим требование и должником новых гражданско-правовых отношений, возникших из Договора займа.

В постановлении Конституционного Суда РФ от 03.10.2023 N 46-П сформулирован общеправовой подход, согласно которому: «Создание видимости права (включая право на передачу спора в третейский суд), т.е. обман или иное намеренное искажение информации, способствующее получению несоразмерных преимуществ при вступлении в частно- и публично-правовые отношения, представляет собой, по сути, действие, направленное на обход закона с противоправной целью. Подобное поведение порицается как законом (статья 10 ГК Российской Федерации), так и судебной практикой (например, обзоры практики Верховного Суда Российской Федерации: N 3 (2015), пункт 4 обзора практики Судебной коллегии по экономическим спорам; N 5 (2017), пункт 32; N 1 (2018), пункт 14). Так, Президиум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что суд отказывает в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда (иностранного арбитражного решения), в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, если действительной целью обращения в суд являлось создание видимости гражданско-правового спора и получение формального основания для перечисления денежных средств, в том числе из России в иностранные юрисдикции (пункт 10 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям; утвержден 8 июля 2020 года).

Данный подход основан на общем негативном отношении законодателя к нечестному, обманному поведению участников оборота. Помимо прочего, это отношение выражается в лишении судебной защиты гражданских прав, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в обход закона с противоправной целью, иным заведомо недобросовестным образом; в признании ничтожными мнимых и притворных сделок; в предоставлении иных способов защиты гражданских прав в случае искажения информации, на основе которой участниками правоотношений принимаются решения об их правах и обязанностях: опровержение не соответствующих действительности порочащих сведений, оспоримость сделки, совершенной под влиянием существенного заблуждения или обмана, возмещение убытков в случае предоставления неполной или недостоверной информации при вступлении в переговоры, отказ от договора при недостоверности заверений об обстоятельствах (статьи 10, 152, 170, 178, 179, 431.2 и 434.1 ГК Российской Федерации)».

Таким образом, суд приходит к выводу, что в удовлетворении исковых требований следует отказать, ввиду их необоснованности, злоупотребления правом и пропуска срока исковой давности, о применении которого заявлено ответчиком ФИО4

Госпошлина  и иные судебные издержки, понесенные истцом,   относятся на истца в порядке ст. 110 АПК РФ.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 4, 65,  110, 111,   123, 124,  156, 167-171 АПК РФ, 

 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

 

Решение может быть обжаловано в месячный срок в  Девятый арбитражный апелляционный суд.

 

СУДЬЯ                                                                                            Бурмаков И. Ю.