Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А70-14436/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 03 июня 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 11 июня 2025 года

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе председательствующего Хлебникова А.В., судей Донцовой А.Ю., Зиновьевой Т.А., 

при участии представителей департамента земельных отношений и градостроительства администрации города Тюмени – ФИО1 по доверенности от 15 октября 2024 г., индивидуального предпринимателя ФИО2 – ФИО3 и ФИО4 по доверенности от 18 декабря 2024 г.,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Арбитражного суда Тюменской области от 29 ноября 2024 г. и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20 февраля 2025 г. по делу № А70-14436/2024,

установил:

департамент земельных отношений и градостроительства администрации города Тюмени (далее – департамент) обратился в Арбитражный суд Тюменской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю Гашимову Рауфу Векилхану оглы о сносе в течении трех месяцев с момента вступления решения суда в законную силу самовольной постройки, установлении судебной неустойки в размере 1 000 руб. за каждый день неисполнения судебного акта до его фактического исполнения.

Предприниматель заявил встречный иск о признании права собственности на нежилое здание с кадастровым номером 72:23:0429001:11289 площадью 1 443,8 кв.м, расположенное по адресу: 

<

...>.

К участию в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено главное управление строительства Тюменской области (далее – управление).

Арбитражный суд Тюменской области решением от 29 ноября 2024 г., оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20 февраля 2025 г., удовлетворил первоначальный иск, встречное требование оставил без удовлетворения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, предприниматель обратился с кассационной жалобой, в которой просит решение и постановление отменить, дело направить на новое рассмотрение.

В кассационной жалобе заявитель указал, что судами не выяснялся вопрос о расположении земельных участков в территориальных зонах; не исследованы обстоятельства, связанные с возможностью сохранения объекта либо приведенияего в соответствие с положениями действующего законодательства; департамент не заявил о проведении судебной экспертизы, не доказал наличие градостроительных нарушений; правила землепользования и застройки города утверждены после возведения спорного здания; установленные красные линии не учитывают фактического землепользования и изначально проходили по земельному участку; требования департамента о сносе спорного здания фактически направлены на запрет осуществления предпринимательской деятельности на земельном участке, принадлежащем ответчику на праве собственности; судам следовало привлечь к участию в деле акционерное общество «Россети Тюмень» и государственное казенное учреждение Тюменской области «Управление автомобильных дорог».

Управление в отзыве на кассационную жалобу отклонило приведенную в ней аргументацию.

Учитывая надлежащее извещение третьего лица о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассмотрена в отсутствие его представителя в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

В судебном заседании представители сторон поддержали свои правовые позиции, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на нее.

Проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность принятых по делу судебных актов, суд кассационной инстанции приходит к следующему.

Как установлено судами, постановлением администрации города Тюмени от 13 января 2014 г. № 7 «Об утверждении проекта планировки территории планировочного района № 9 - Южный (Транссибирская магистраль – улица Мельникайте – улица Федюнинского (первое объездное кольцо))» установлена красная линия, пересекающая земельный участок с кадастровым номером 72:23:0429001:1647.

Предприниматель на основании договора купли-продажи от 16 июня 2017 г., заключенного с ФИО5, приобрел в собственность указанный земельный участок, после чего получил 30 ноября 2017 г. разрешение на строительство индивидуального жилого дома на земельном участке.

Путем раздела земельного участка образованы участки с кадастровыми номерами 72:23:0429001:11282 (площадь 545 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для размещения объектов социального обслуживания населения), 72:23:0429001:11283 (площадь: 60 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: под существующий жилой дом и приусадебный участок), на участки предпринимателем оформлено право собственности.

Управлением осуществлено контрольное (надзорное) мероприятие, в рамках которого проведен осмотр нежилого здания, расположенного по адресу: 

<

...> земельный участок 21. 

Уведомление о выявлении самовольной постройки от 20 марта 2024 г. № 7 содержит информацию о том, что управлением по результатам проверки установлено, что на земельном участке с кадастровым номером 72:23:0429001:11282 возведен объект капитального строительства с кадастровым номером 72:23:0429001:11289 (далее – здание) в отсутствие разрешения на строительство, с нарушением градостроительных норм, правил.

Согласно сведениям единого государственного реестра недвижимости здание принадлежит предпринимателю на праве собственности с 2018 года (право собственности зарегистрировано как на объект вспомогательного назначения), а из приложенных к протоколу осмотра от 20 марта 2024 г. фотоматериалов усматривается, что здание используется под размещение действующего магазина. За разрешением на строительство объекта ответчик в уполномоченный орган не обращался.

Заключением кадастрового инженера от 20.09.2024 установлено, что возведенное нежилое здание пересекает красная линия, которая располагается от левого угла здания по улице Молодежной на расстоянии 0,77 м вглубь здания, от правого угла здания по улице Молодежной на расстоянии 0,69 м вглубь здания, при этом площадь части здания за красной линией составляет 19,8 кв.м.

Полагая, что возведенное ответчиком здание является самовольной постройкой, департамент обратился в арбитражный суд с первоначальным иском.

Предприниматель заявил встречный иск о признании права собственности на спорный объект, настаивая на том, что здание соответствует всем необходимым техническим правилам и требованиям, возведено на земельных участках, допускающих размещение такого объекта.

Рассматривая спор, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались статьями 10, 222 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), статьями 1, 2, 34, 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации (далее – Градостроительный кодекс), статьей 3 Федерального закона от 17 ноября 1995 г. № 169-ФЗ «Об архитектурной деятельности в Российской Федерации», пунктами 2, 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12 декабря 2023 г. № 44 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке» (далее – Постановление № 44), пунктом 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22 июля 2020 г. (далее – Обзор № 2 (2020), разъяснениями, изложенными в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 3 июля 2007 г. № 595-О-П, исходили из того, что возведение спорного объекта происходило в отсутствие разрешения на строительство и его ввода в эксплуатацию, констатировали невозможность легализации объекта недвижимости в связи с его несоответствием действующим нормам и правилам, на основании чего признали здание самовольной постройкой, обязали ответчика снести возведенный объект.

Суд округа не усматривает оснований для отмены судебных актов.

Самовольной постройкой в силу пунктов 1 и 2 статьи 222 ГК РФ является здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки.

В силу пункта 2 статьи 222 ГК РФ лицо, осуществившее самовольную постройку, не приобретает на нее право собственности. Оно не вправе распоряжаться постройкой: продавать, дарить, сдавать в аренду, совершать другие сделки. По общему правилу самовольная постройка подлежит сносу или приведению в соответствие с параметрами, установленными правилами землепользования и застройки, документацией по планировке территории, или обязательными требованиями к параметрам постройки, предусмотренными законом, осуществившим ее лицом либо за его счет. Таким образом, самовольная постройка не подлежит сносу, если она подлежит приведению в соответствие с правилами землепользования и застройки.

Самовольное строительство представляет собой правонарушение, которое состоит в нарушении норм земельного законодательства, регулирующего предоставление земельного участка под строительство, либо градостроительных норм, регулирующих проектирование и строительство. Последствием такого правонарушения является снос самовольной постройки (пункт 2 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 3 июля 2007 г. № 595-О-П).

Пункт 3 статьи 222 ГК РФ, пункты 39 - 40 Постановления № 44 содержат условия, при наличии совокупности которых возможно признание права собственности на самовольную постройку за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором возведен (создан) объект: если в отношении земельного участка лицо, осуществившее постройку, имеет права, допускающие строительство на нем данного объекта; если на день обращения в суд постройка соответствует установленным требованиям; если сохранение постройки не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает угрозу жизни и здоровью граждан.

Признание права собственности на самовольную постройку в судебном порядке является исключительным способом защиты права, поскольку по общему правилу самовольное строительство запрещено, а самовольная постройка подлежит сносу осуществившим ее лицом. 

В этой связи судебной практикой установлены правовые позиции, связанные с поведением заявителя, которые необходимо учитывать при рассмотрении подобного рода споров, в частности:

- право собственности на самовольную постройку, возведенную без необходимых разрешений, не может быть признано за создавшим ее лицом, которое имело возможность получить указанные разрешения, но не предприняло мер для их получения (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 9 декабря 2010 г. № 143 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам применения арбитражными судами статьи 222 ГК РФ»);

- признание права собственности может применяться в случае, если лицо, обратившееся в суд с таким иском, по не зависящей от него причине было лишено возможности получить соответствующие правоустанавливающие документы на вновь возведенный объект в порядке, установленном нормативными актами, регулирующими отношения по градостроительной деятельности и по использованию земель (Обзор судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19 марта 2014 г.);

- иск о признании права собственности на самовольную постройку может быть удовлетворен в отсутствие со стороны истца очевидных признаков явного и намеренного недобросовестного поведения (например, предпринимало ли лицо, создавшее самовольную постройку, надлежащие меры к ее легализации, в частности, к получению разрешения на строительство, а также правомерно ли отказал уполномоченный орган в выдаче такого разрешения) (пункт 21 Обзора № 2 (2020)).

Согласно положениям статей 30, 36, 44, 47, 48, 55 Градостроительного кодекса при строительстве или реконструкции объекта недвижимости, помимо наличия права на земельный участок, требуются доказательства осуществления строительства на основе документов территориального планирования и правил землепользования и застройки, а также осуществления градостроительной деятельности с соблюдением требований безопасности территорий, инженерно-технических требований, требований гражданской обороны, обеспечением предупреждения чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, осуществления градостроительной деятельности с соблюдением требований охраны окружающей среды и экологической безопасности, при наличии в установленном порядке составленной проектной документации, разрешения на ввод объекта в эксплуатацию, подтверждающих осуществление застройки с соблюдением градостроительных и строительных норм и правил, норм и правил безопасности.

В пункте 43 Постановления № 44 разъяснено, что признание права собственности на самовольную постройку в судебном порядке является исключительным способом защиты права, который может применяться в отсутствие со стороны истца очевидных признаков явного и намеренного недобросовестного поведения.

Если иное не установлено законом, иск о признании права собственности на самовольную постройку подлежит удовлетворению, если единственным признаком самовольной постройки является отсутствие необходимых в силу закона согласований, разрешений, к получению которых лицо, создавшее самовольную постройку, принимало надлежащие меры. При установлении факта недобросовестного поведения застройщика, создавшего самовольную постройку (например, в случае, если такое лицо обращалось за выдачей разрешения на строительство лишь для вида, действуя в обход закона), суд вправе отказать в признании права собственности на самовольную постройку (статья 10 Гражданского кодекса).

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ в совокупности и взаимосвязи, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, приняв во внимание факт возведения здания в отсутствие разрешения на строительство, установив, что оно используется под размещение магазина, что не подпадает под виды разрешенного использования земельных участков (72:23:0429001:11282 для социального обслуживания населения, 72:23:0429001:11283 под существующий жилой дом и приусадебный участок), констатировав нарушение ответчиком правового режима земельного участка (красная линия пересекает возведенное здание, при этом на момент строительства информация о координатах красной линии имелась в доступе у предпринимателя), суды пришли к аргументированному выводу о наличии на стороне предпринимателя очевидных признаков явного и намеренного недобросовестного поведения, в связи с чем правомерно удовлетворили иск департамента, отказав в удовлетворении требования о признании права собственности на самовольную постройку.

Суд округа полагает, что приведенная судами оценка обстоятельств дела соответствует положениям процессуального законодательства, устанавливающим стандарт всестороннего и полного исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи без придания преимущественного значения какому бы то ни было из них (определения Верховного Суда Российской Федерации от 20 июня 2016 г. № 305-ЭС15-10323, от 5 октября 2017 г. № 309-ЭС17-6308).

Кассационная жалоба предпринимателя содержит аргументы о том, что в отсутствие судебной экспертизы судами не выяснялся вопрос о расположении земельных участков в территориальных зонах: ранее земельный участок располагался в территориальной зоне Ж-2, что не предполагало ведение на нем коммерческой деятельности, при этом в дальнейшем, чтобы не нарушать целевое использование земельного участка, территориальная зона была изменена на зону ОД-2, что предполагает ведение не нем коммерческой деятельности.

Ответчик также отмечает, что судами не исследованы обстоятельства, связанные с возможностью сохранения объекта, либо приведения объекта в соответствие с положениями действующего законодательства и проигнорированы обстоятельства о том, что департаментом не заявлено ходатайство о проведении по делу судебной экспертизы.

Вопреки доводам кассационной жалобы, судами рассмотрены вопросы как об изменении вида разрешенного использования земельных участков (по результатам оценки представленных в дело доказательств суды отметили, что указанный довод документально не подтвержден), так и о возможности сохранения объекта (как в суде первой инстанции, так и на стадии апелляционного обжалования предприниматель отрицал возможность сохранения объекта путем приведения его в соответствие видуего конструктивных особенностей).

Доводы кассационной жалобы в названной части отклоняются судом округа также и потому, что из содержания апелляционного постановления усматривается, что правом на заявление ходатайства о проведении судебной экспертизы в целях установления возможности приведения здания в соответствие с действующим законодательством предприниматель не воспользовался, несмотря на поставленный судом на обсуждение вопрос.

Следует отметить, что исходя из положений статьи 222 ГК РФ бремя доказывания по требованию о признании права собственности на объект самовольного строительства (соответствие объекта всем установленным градостроительным, строительным и иным нормам и правилам; того, что единственным основанием для отказа во вводе в эксплуатацию объекта является отсутствие разрешения на его строительство; принятия заявителем реальных и необходимых мер к легализации самовольной постройки) возлагается на лицо, испрашивающее право на такую постройку.

Представленное ответчиком заключение о техническом состоянии спорного объекта от 30 июня 2024 г. № 367-СЭ/2024, согласно которому здание с точки зрения фактической обеспеченности его строительной безопасности не создает угрозу жизни и здоровью граждан, возведено с соблюдением строительных норм и правил, оценено судами с учетом того обстоятельства, что проектная документация в отношении объекта для исследования не предоставлялась, разрешение на строительство и ввод здания в эксплуатацию не выдавалось.

Судами обоснованно отмечено, что ситуация, при которой специалисту (равно как и суду впоследствии) при проведении исследования предпринимателем не представлена проектная документация, договоры подряда и иная первичная документация о порядке и этапах проведения строительства, существенно сужает возможности проверки соответствия объекта требованиям действующего законодательства.

Помимо этого, судами также принято во внимание, что в представленном предпринимателем заключении специалист прямо указывает на нарушение требований градостроительных норм в части соблюдения минимального отступа от границ, что свидетельствует о допущенных нарушениях градостроительных норм.

Суд округа приведенные суждения судов поддерживает, отмечая при этом сомнительность методик, используемых специалистом при исследовании объекта («визуально-инструментальное», «камеральное обследование»), а также недостаток аргументации выводов эксперта, сделанных в заключительной части.

Ввиду указанного, поскольку ответчик в настоящем случае не реализовал бремя доказывания по требованию о признании права собственности на объект самовольного строительства, судами двух инстанций из совокупности представленных в дело доказательств обоснованно установлено наличие у здания признаков самовольной постройки и правовых оснований для его сноса с учетом того, что магазин построен на пересечении красных линий с нарушением градостроительных норм и правил.

Относительно выводов судов о пересечении зданием предпринимателя красной линии последний отмечает, что постановлением администрации от 13 января 2014 г. № 7 утвержден проект планировки территории, а сами Правила землепользования и застройки города утверждены постановлением администрации города Тюмени от 28 июня 2021 г., то есть после возведения спорного здания.

Указанные доводы предпринимателя не являются основанием для сохранения самовольной постройки, поскольку здание возведено (2018 год) фактически в границах красной линии, установленной ранее даты строительства объекта (2014 год), о чем предприниматель должен был знать исходя из фактических обстоятельств дела (информация о красной линии содержалась в градостроительном плане земельного участка, утвержденном приказом департамента от 30 сентября 2015 г., подготовленного по обращению ФИО5; выданный ответчику в 2018 году градостроительный план № RU72304000-2156 содержал информацию о координатах красной линии, проходящей по границе земельного участка), а также мог дополнительно узнать в той ситуации, если бы, действуя разумно и добросовестно, предприниматель обратился в уполномоченный орган за разрешением на строительство.

Суждения предпринимателя о том, что установленные красные линии не учитывают фактического землепользования и изначально проходили по земельному участку, отклоняются судом округа, поскольку на дату рассмотрения спора по существу утвержденный проект планировки территории является действующим и заявителем не оспорен.

Реализация проекта планировки территории, в том числе последующее строительство различной инфраструктуры, само по себе предполагает соблюдение действующих правил при осуществлении такого строительства и не исключает применения мер компенсационного характера.

По смыслу градостроительного законодательства и проект планировки и межевания конкретной территории призван обеспечивать не только права и законные интересы собственников и обладателей иных прав на земельные участки, но и защищаемые законом права и интересы иных физических и юридических лиц, а также публичные интересы, связанные, в частности, с устойчивым развитием территорий муниципальных образований, сохранением окружающей среды и объектов культурного наследия, улучшением инвестиционной привлекательности соответствующих территорий и т.п., которые могут вступать в объективное противоречие с интересами собственников.

Следовательно, задача органов муниципальных образований при разработке документов территориального планирования состоит не в обеспечении приоритета прав собственников земельных участков в ущерб иным интересам, а в согласовании этих прав и интересов, в установлении между ними разумного и справедливого баланса (определение Верховного Суда Российской Федерации от 11 мая 2017 г. № 301-КГ17-4208).

Поскольку материалами дела подтверждено, что предприниматель на момент строительства объекта знал об ограничениях в виде красной линии, установленной в отношении принадлежащего ему земельного участка, при этом не предпринял мер для согласования своих интересов и интересов муниципального образования, то игнорирование предпринимателем при строительстве красных линий не может быть признано судом округа добросовестным поведением.

Доводы кассационной жалобы о том, что требования департамента о сносе спорного здания фактически направлены на запрет осуществления предпринимательской деятельности на земельном участке, принадлежащем ответчику на праве собственности, несостоятельны.

Установив, что спорная постройка частично располагается в зоне, предназначенной для размещения автомобильной дороги (в полосе отвода автомобильной дороги), объект построен с нарушением разрешенного использования земельных участков без получения соответствующего разрешения, департамент правомерно инициировал исковое производство о сносе самовольной постройки.

Суждения предпринимателя о нарушении судами норм процессуального права со ссылками на то обстоятельство, что правообладателем объектов местного значения (территория красных линий) департамент земельных отношений не является, однако судом не ставился вопрос о привлечении к участию в деле третьих лиц акционерного общества «Россети Тюмень» и государственного казенного учреждения Тюменской области «Управление автомобильных дорог», не являются основанием для отмены обжалуемых решений и постановления, поскольку принятыми судебными актами не нарушаются права и интересы названных лиц.

Изменение видов разрешенного использования (приведения их в соответствие с фактическим землепользованием), состоявшееся после вынесения решения суда первой инстанции, не нивелирует установленное судами нарушение предпринимателем в виде самовольного строительства в границах красной линии, однако при наличии к тому правовых оснований может служить основанием для обращения с заявлением об изменении порядка и способа исполнения решения суда путем приведения спорного объекта в соответствие с установленными требованиями.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 288 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебных актов, не установлено. Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

В соответствии с требованиями статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя кассационной жалобы.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение Арбитражного суда Тюменской области от 29 ноября 2024 г. и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20 февраля 2025 г. по делу № А70-14436/2024 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

ПредседательствующийА.В. Хлебников

СудьиА.Ю. Донцова

Т.А. Зиновьева