ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-38108/2019

город Ростов-на-Дону

29 октября 2021 года

15АП-17872/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 октября 2021 года

Полный текст постановления изготовлен 29 октября 2021 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Николаева Д.В.,

судей Сулименко Н.В., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 04.12.2020,

от ФИО4: представитель ФИО3  по доверенности от 14.10.2021,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО5 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 01.09.2021 по делу № А53-38108/2019 об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки по заявлению конкурсного управляющего ФИО5 о признании недействительной сделки должника и применении последствий недействительности сделок к ответчикам - ФИО2, ФИО4, третье лицо: ФИО6 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) сельскохозяйственного производственного кооператива «Победа» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) сельскохозяйственного производственного кооператива «Победа» (далее – должник) в Арбитражный суд Ростовской области поступило заявление конкурсного управляющего ФИО5 о признании недействительной сделки – соглашения от 11.02.2019 о расторжении договора аренды земельного участка сельскохозяйственного назначения с кадастровым номером 61:01:0600017:1111 от 30.09.2013, заключенное между СПК «Победа» и ФИО2. 

Конкурсный управляющий просит применить последствия недействительности сделки, а именно: восстановить Сельскохозяйственному кооперативу «Победа» право аренды земельного участка с кадастровым номером 61:01:0600017:1111, находящегося по адресу: Ростовская область, Азовский район, относительно ориентира в границах землепользования СПК, площадью 110000+/-2902 кв.м, согласно договору аренды земельного участка от 30.09.2013 г., заключенного между СПК «Победа» и ФИО2, зарегистрированного Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области 22.10.2013, номер регистрации 61-61-02/214/2013-586. 

Кроме того, конкурсный управляющий просит признать недействительными сделки, указанные в выписке из ЕГРН от 02.09.2020 г. № 99/2020/345951950 в качестве документов-оснований для регистрации за ФИО4 права аренды земельного участка с кадастровым номером 61:01:0600017:1111, а именно: договор аренды земельного участка сельскохозяйственного назначения от 25.06.2019 г., прекратив его действие на будущее время и обязать ФИО2 передать Сельскохозяйственному кооперативу «Победа» во владение и пользование земельный участок с кадастровым номрром 61:01:0600017:1111, находящийся по адресу: Ростовская область, Азовский район, относительно ориентира в границах землепользования СПК «Победа», площадью 110000+/-2902 кв.м.

Определением от 01.09.2021 отказал в удовлетворении ходатайств об отложении судебного заседания, об объединении обособленных споров в одно производство для совместного рассмотрения. 

Суд отказал в удовлетворении заявления. 

Отменил обеспечительные меры, принятые на основании определения Арбитражного суда Ростовской области от 12 октября 2020 года по настоящему делу. 

Взыскал с сельскохозяйственного производственного кооператива «Победа» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 15 000 рублей.

Конкурсный управляющий сельскохозяйственного производственного кооператива «Победа» ФИО5 обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просил отменить судебный акт, принять новый. 

В судебном заседании представитель ФИО2, ФИО4 заявил ходатайство о приобщении к материалам дела отзыва на апелляционную жалобу.

Суд, совещаясь на месте, определил: приобщить отзыв на апелляционную жалобу  к материалам дела.

Представитель ФИО2, ФИО4 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу -  без удовлетворения.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям. 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением Арбитражного суда Ростовской области от 05.08.2020 СПК «Победа» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве - конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

Информация о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликована в газете «КоммерсантЪ» №146(6867) от 15.08.2020.

30.09.2013 между ФИО2 (арендодатель) и СПК «Победа» (арендатор) заключен договор аренды земельного участка сельскохозяйственного назначения, по условиям которого арендатору передан земельный участок, кадастровый номер 61:01:0600017:1111, находящегося по адресу: Ростовская область, Азовский район, относительно ориентира в границах землепользования СПК «Победа», площадью 110 000 кв.м. 

Согласно пункту 1.2 договора срок действия договора определен в 10 лет. 

В пункте 2.1. стороны определили арендную плату в натуральной форме путем передачи продукции (зерна, кукурузы, масла подсолнечного, сахара), а также в виде вспашки огорода, оказание ритуальных услуг, подвоза угля, воды. 

11.02.2019 между сторонами подписано соглашение о расторжении данного договора аренды. 

25.06.2019 ФИО2 (собственник земельного участка) передал в аренду спорный участок в аренду ИП ФИО4 сроком на 5 лет. 

Согласно выписке из ЕГРН в отношении земельного участка кадастровый номер 61:01:0600017:1111 находящегося по адресу: Ростовская область, Азовский район, относительно ориентира в границах землепользования СПК «Победа», площадью 110000 кв.м. право аренды зарегистрировано за ФИО4 

В обоснование заявленных требований заявитель сослался на положения статей 173.1, 174 Гражданского кодекса РФ. 

В предшествующем просительной части заявления абзаце, заявитель также сослался на положения статей 61.1 и 61.2 Закона о банкротстве. 

В качестве правового обоснования заявленных требований заявитель, в том числе, сослался на постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 15.07.2020 года по делу № А63-20918/17.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления, исходя из следующего.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

Право конкурсного управляющего на предъявление заявлений о признании недействительными сделок должника предусмотрено статьей 129 Закона о банкротстве. Цель оспаривания сделок в конкурсном производстве по специальным основаниям главы Закона о банкротстве подчинена общей цели названной процедуры - наиболее полное удовлетворение требований кредиторов исходя из принципов очередности и пропорциональности. Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок, заключается в необходимости поставить контрагента в такое положение, в котором бы он был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях (определение ВС РФ от 14.02.2018 № 305-ЭС17-3098 (2) № А40-140251/2013).

На основании пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением Главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление № 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно разъяснениям абзаца 4 пункта 9.1 постановления № 63, если суд первой инстанции, исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств, придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец, то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона нала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 постановления N 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правамкредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно пункту 9 постановления № 63, при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 постановления № 63).

Согласно материалов дела, производство по делу о несостоятельности (банкротстве) возбуждено определением Арбитражного суда Ростовской области от 25.10.2019, оспариваемая сделка совершена 11.02.2019, т.е. в период подозрительности, установленный в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве (в течение года до принятия заявления о признании должника банкротом). Данное обстоятельство свидетельствует о наличии одного из необходимых условий, которое позволяет оспаривать сделки по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Для признания сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве конкурсному управляющему необходимо доказать одновременное наличие следующих обстоятельств: 1) сделка совершена должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления; 2) условия сделки о встречном исполнении обязательств другой стороной сделки неравноценны предоставлению должника по сделке, при этом неравноценность имеет место в пользу другой стороны и в нарушение интересов должника.

Исходя из разъяснений, изложенных в абзаце 4 пункта 8 постановления N 63, при сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота. Одним из основных обстоятельств, входящих в предмет доказывания при рассмотрении вопроса о признании сделки недействительной по основанию пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является факт равноценности или неравноценности совершенного по сделке встречного исполнения, следовательно, чтобы установить данное обстоятельство, необходимо обладать информацией о действительной рыночной стоимости как переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств, так и полученного встречного исполнения.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений.

Оспариваемое конкурсным управляющим соглашение подписано сторонами и направлено на прекращение арендного обязательства.

В результате соглашения прекращена обязанность арендатора по внесению арендной платы и обязанность арендодателя по предоставлению земельного участка в пользование и владение.

Таким образом, соглашение о расторжении договора аренды является возмездной сделкой (пункт 3 статьи 423 ГК РФ).

Для определения наличия или отсутствия оснований применения пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, важным является установление рыночного характера условий соответствующего соглашения. Для отказа в признании сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо чтобы встречные предоставления были эквивалентными или, по крайней мере, существенно не отклонялись от эквивалентности.

Применительно к соглашению о расторжении договора аренды важным является соотношение размера арендной платы и стоимости права аренды за соответствующий период. В тех случаях, когда размер арендной платы равен или превышает стоимость соответствующего права аренды, соглашение о расторжении договора аренды нельзя признать подозрительной сделкой по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Равно как нельзя признать такое соглашение недействительным и по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку такое соглашение не причиняет вреда имущественным интересам кредиторов. Напротив, такое соглашение о расторжении договора аренды ведет к уменьшению текущей задолженности должника и должно быть признано заключенным в интересах реестровых кредиторов.

Суд первой инстанции отметил, что правовой подход, изложенные в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 15 июля 2020 года по делу № А63-20918/17 в рамках настоящего обособленного спора не применим, поскольку в рамках дела № А63-20918/17 имели место иные фактические обстоятельства, в частности иная стоимость права аренды, обстоятельства исполнения договора арендатором и т.п. 

Таким образом, у суда отсутствуют основания для признания спорного соглашения недействительной сделкой применительно к пунктам 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, конкурсный управляющий должника просит признать спорное соглашение недействительным также по общегражданским основаниям.

Проверив оспариваемое соглашение на предмет недействительности применительно к положениям параграфа 2 главы 9 Гражданского кодекса РФ, суд первой инстанции обоснованно не нашел оснований для признания его недействительным по следующим основаниям.

В обоснование заявления конкурсный управляющий ссылается на статью 174 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Конкурсный управляющий полагает возможным оспорить сделку применительно к пункту 1 статьи 174 ГК РФ.

Вместе с тем, согласно пункту 1 статьи 174 ГК РФ, если полномочия лица на совершение сделки ограничены договором или положением о филиале или представительстве юридического лица либо полномочия действующего от имени юридического лица без доверенности органа юридического лица ограничены учредительными документами юридического лица или иными регулирующими его деятельность документами по сравнению с тем, как они определены в доверенности, в законе либо как они могут считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка, и при ее совершении такое лицо или такой орган вышли за пределы этих ограничений, сделка может быть признана судом недействительной по иску лица, в интересах которого установлены ограничения, лишь в случаях, когда доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об этих ограничениях.

Указанная норма не регулирует вопросы, связанные с признанием недействительной сделки, совершенной от имени представляемого представителем по доверенности с выходом за пределы соответствующих полномочий. В таком случае подлежит применению норма статьи 183 ГК РФ.

В силу ст. 183 ГК РФ сделка, совершенная лицом, который действовал без полномочий или превысил свои полномочия, не связывает представляемого и по общему правилу считается совершенной от имени лже-представителя. Отсутствие сделки, совершенной с превышением полномочий, для псевдо-представляемого оправданно, так как здесь ограничения были отражены во внешней стороне представительства - в самой доверенности или в законе. Соответственно, контрагент по такой сделке должен испытывать все последствия своей невнимательности при определении объема полномочий представителя, а представляемый не должен нести бремя подачи каких-либо исков для констатации отсутствия связанности совершенной сделкой. Поэтому если, например, директор филиала или иной сотрудник компании совершает от ее имени сделку без наличия доверенности или с превышением полномочий, ограниченных в ней, и при этом полномочия на совершение такой сделки не следуют из обстановки, к такой сделке положения п. 1 ст. 174 ГК РФ не применяются, а применяются положения ст. 183 ГК РФ (Постановление Президиума ВАС РФ от 16 сентября 1997 г. № 435/96, п. 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 23 октября 2000 г. № 57). В тех же случаях, когда ограничения не отражены во внешней стороне представительства, а носят лишь «внутренний» характер, право пытается защищать разумные ожидания добросовестного контрагента (или стороны, которой была адресована односторонняя сделка) и поэтому оно объявляет такую сделку действительной, связывающей представляемого и позволяет последнему аннулировать такую сделку только в судебном порядке и только при доказанной недобросовестности контрагента. Именно в этом отражена логика различного регулирования, казалось бы, схожих ситуаций, попавших в рамки ст. 183 ГК РФ и п. 1 ст. 174 ГК РФ.

Таким образом, признание оспариваемого соглашения недействительным на основании пункта 1 статьи 174 ГК РФ является невозможным.

Доводам конкурсного управляющего о том, что представитель СПК «Победа» ФИО6, подписавший от имени СПК «Победа» оспариваемое соглашение о расторжении договор аренды, не был наделен кооперативом полномочиями на представление интересов должника перед физическими лицами (гражданами) с правом заключения с ними сделок, судом первой инстанции дана надлежащая правовая оценка.

Суд первой инстанции не установил оснований и для применения статьи 183 ГК РФ, поскольку, вопреки доводам конкурсного управляющего, доверенность № 61АА2666802 от 25.02.2014 предоставляла ФИО6 полномочие на совершение сделки - соглашения о расторжении договора аренды от имени арендатора. Данная доверенность предоставляла ФИО6 право совершать сделки в отношении неограниченного круга лиц от имени доверителя. Суд не может согласиться с доводом, что поскольку в доверенности указано, что ФИО6 представляет интересы СПК «Победа» в органах, организациях, учреждениях, то он не вправе подписывать соглашения с физическими лицами. Суд считает данный довод ошибочным. Указание в доверенности на представление интересах в соответствующих органах, учреждениях, организациях имеет иную направленность. Системное толкование доверенности позволяет сделать вывод, что ФИО6 были делегированы полномочия на представление интересов доверителя в соответствующих организациях и на совершение сделок. При этом, совершение сделок не ограничено по кругу субъектов и представляет собой иное полномочие. Противоположный подход противоречит правовой логике, поскольку ограничение по субъектам, перед которыми представителю делегированы полномочия действовать от имени представляемого, не имеет под собой никакого разумного экономического или хозяйственного основания.

Кроме того, как следует из материалов дела, единоличным исполнительным органом СПК «Победа» не оспорено полномочие ФИО6 на подписания спорного соглашения в период до даты введения конкурсного производства. Указанное обстоятельство свидетельствует о необходимости применения, в том числе, пункта 2 статьи 183 ГК РФ, согласно которому последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения.

При этом, как разъяснено в пункте 5 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 23.10.2000 N 57 "О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении споров, связанных с применением пункта 2 статьи 183 ГК РФ, судам следует принимать во внимание, что под прямым последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься письменное или устное одобрение, независимо от того, адресовано ли оно непосредственно контрагенту по сделке; признание представляемым претензии контрагента; конкретные действия представляемого, если они свидетельствуют об одобрении сделки (например, полная или частичная оплата товаров, работ, услуг, их приемка для использования, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке); заключение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу, что заключенное соглашение от 11.02.2019 от имени СПК «Победа» ФИО6 является действительным. Оснований для применения ни пункта 1 статьи 174 ГК РФ, ни статьи 183 ГК РФ не имеется.

Вместе с тем согласно пункту 2 статьи 174 ГК РФ, сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В данном случае применение данной нормы является недопустимым, поскольку как установлено материалами дела, отсутствовал как ущерб от совершения сделки для должника.

Как разъяснено в пункте 93 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте - представитель). По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать. О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения. По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам). По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Таким образом, суд первой инстанции верно указал на отсутствие оснований для признания спорного соглашения недействительной сделкой по пункту 2 статьи 174 ГК РФ.

Конкурсным управляющим в качестве основания недействительности также указываются положения статьи 173.1 ГК РФ.

Вместе с тем, согласно пункту 1 статьи 173 ГК РФ, сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе. Законом или в предусмотренных им случаях соглашением с лицом, согласие которого необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее недействительность. При этом, в силу пункта 2 данной статьи поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа.

Для применения данного основания недействительности необходимо установления двух обстоятельств: необходимость получения соответствующего согласия на совершение сделки и осведомленность об этом другой стороны по сделке.

Заявитель ссылается на отсутствие необходимого согласия Правления кооператива.

Вместе с тем, заявителем не учтено следующее.

В силу пункта 3 статьи 38 Федерального закона от 08.12.1995 N 193-ФЗ (ред. от 31.07.2020) "О сельскохозяйственной кооперации", сделки кооператива (в том числе сделки по передаче в аренду земельных участков и основных средств кооператива, по залогу имущества кооператива), стоимость которых в процентах от общей стоимости активов кооператива за вычетом стоимости земельных участков и основных средств кооператива составляет до 10 процентов, совершаются по решению правления кооператива (за исключением случаев, предусмотренных абзацем третьим настоящего пункта), от 10 до 20 процентов - по совместному решению правления кооператива и наблюдательного совета кооператива, свыше 20 процентов - по решению общего собрания членов кооператива. Сделки кооператива по отчуждению и приобретению земельных участков и основных средств кооператива совершаются в соответствии с пунктом 3 статьи 20 настоящего Федерального закона. Уставом кооператива могут быть предусмотрены полномочия председателя кооператива по принятию решений о совершении сделок, не выходящих за пределы обычной хозяйственной деятельности кооператива и не связанных с владением, пользованием и распоряжением земельными участками и основными средствами кооператива. При этом уставом кооператива может устанавливаться предельная стоимость указанных сделок, которая не может превышать 10 процентов от общей стоимости активов кооператива за вычетом стоимости земельных участков и основных средств кооператива.

Согласно пункту 1 главы 5 Устава СПК «Победа», сделки кооператива, которые не связаны с отчуждением земельных участков и основных средств производства кооператива или их приобретением на сумму, размер которой составляет до 60% стоимости активов кооператива за вычетом стоимости земельных участков и основных средств производства кооператива, совершаются по решению Правления кооператива.

Действительно, в данном случае, учитывая положения закона и устава кооператива, согласие правления кооператива на совершение соответствующей сделки должно было быть получено. 

Вместе с тем, судом первой инстанции установлено, что действующий устав кооператива не предусматривал формы такого согласия, ФИО2 не знал и не мог знать о подобных ограничениях с учетом того обстоятельства, что сам договор аренды подписывался от имени кооператива его председателем. 

Более того, все последующее поведение СПК «Победа», не оспаривание соответствующего соглашения Правлением кооператива, направление в регистрирующий орган письма № 93 от 04.06.2019 о полномочных лицах в части обращения в регистрирующий орган, свидетельствуют об одобрении данной сделки соответствующим органом кооператива, что исключает в силу абз 4 пункта 2, пункта 5 статьи 166 ГК РФ возможность оспаривания сделки по соответствующему правовому основанию.

Помимо этого, суд первой инстанции высказался о пределах правовых возможностей для конкурсного управляющего должника оспаривать сделки по общегражданским основаниям. По мнению суда, такие возможности управляющего ограничены отдельными составами недействительности сделок. Конкурсный управляющий вправе оспаривать сделки в рамках банкротного производства за пределами специальных банкротных оснований недействительности исключительно в отношении сделок, подпадающих по составы, предусмотренные пунктом 2 статьи 168, статьей 169, статьей 170, иными статьями ГК РФ, и влекущих ничтожность соответствующих сделок.

Применительно к составам, предусмотренным статьями 173.1, 174 ГК РФ возможности управляющего ограничены. Данные составы недействительности предусматривают оспоримость соответствующих сделок и как следствие необходимость применения положений пункта 2 статьи 166 ГК РФ. Целью же оспаривания сделок в рамках процедуры банкротства является выявление подозрительных сделок, направленных на вывод имущества. Иные пороки, выходящие за пределы подозрительности, не обладают самостоятельной конструктивной способностью повлечь уменьшение конкурсной массы. Уменьшение конкурсной массы в таких случаях лишь побочный эффект совершения сделки. Данные обстоятельства не могут не учитываться при оспаривании сделок в процедуре банкротства. В тех случаях, когда совершенная сделка не причиняет вреда интересам кредиторов,  не направлена на уменьшение конкурсной массы, ее оспаривание в процедуре банкротства представляет собой использование чужеродного правового механизма и не должно допускаться.

В противном случае происходит размывание составов недействительности применительно к общегражданским отношениям и отношениям в процедуре банкротства.

Такого рода подход противоречит основным принципам гражданского законодательства и законодательства о банкротстве.

Кроме того, суд первой инстанции верно указал, что отсутствуют основания для признании спорных сделок недействительными на основании статьи 10 и статьи 168 ГК РФ.

В отношении возможности применения статьи 10 ГК РФ судом первой инстанции учтено, что судебной практикой выработан подход при разграничении оснований оспаривания, согласно которому наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)").

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11 по делу N А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061 по делу N А46-12910/2013, от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034 по делу N А12-24106/2014).

Направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае в условиях конкуренции норм о недействительности сделки, выявленные нарушения не выходят за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Для квалификации сделки как ничтожной по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо выявление нарушений, выходящих за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Иной подход приводит к тому, что содержание части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом. Фактически ссылка на заключение сделки по отчуждению имущества должника ответчику при наличии признаков злоупотребления правом позволяет обойти как ограничения на оспаривание сделок, установленные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в части трехлетнего периода подозрительности, так и правила об исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо. Учитывая данные обстоятельства, а также принимая во внимание, что суд не связан правовой квалификацией, данной заявителем, суд вне зависимости от ссылок конкурсного управляющего на статью 10 ГК РФ, считает подлежащими применению положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом управляющим не доказано наличие у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, и как следствие оснований для применения положений статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Аналогичная правовая позиция, изложена в постановлениях Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 29.07.2020 по делу N А53-32859/2017, от 03.09.2020 по делу N А63-10405/2017 и от 13.11.2020 по делу N А32-2923/2016.

Поскольку в удовлетворении заявления о признании соглашения недействительной сделкой отказано, отсутствуют и основания для применения последствий недействительности сделки. Изложенное исключает необходимость проверки довода ответчика о невозможности реституции в связи с занятием земельного участка посевами озимой пшеницы. Реституция подлежит применению только при признании сделки недействительной.

Учитывая отказ в удовлетворении заявления о признании недействительным соглашения о расторжении договора аренды, отсутствуют основания и для удовлетворения заявления о признании недействительным документа-основания регистрации права аренды ФИО4, а именно договора аренды от 25.06.2019.

Более того, в силу статьи 420 ГК РФ стороны свободны в заключении договора аренды. Оспариваемый договор аренды между ФИО4 и ФИО2 соответствует требованиям закона.

Изложенное исключает возложение на ФИО2 обязанности по передаче должнику спорного земельного участка.

На основании изложенного, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Оснований для переоценки данных выводов суда первой инстанции судебная коллегия не усматривает. 

В целом отклоняя доводы апелляционной жалобы и оставляя без изменения обжалуемый судебный акт, судебная коллегия учитывает, что при заключении спорной сделки кооператив преследовал цель минимизации текущих расходов предприятия-должника, вызванных необходимостью исполнения обязательств, требующих денежных затрат (несения расходов по арендной плате); досрочное расторжение договора аренды обусловлено в том числе отсутствием экономического интереса со стороны самого должника, а также с целью недопущения увеличения задолженности по арендной плате. 

Стороны на добровольной основе расторгли договор аренды, действуя в интересах обоих сторон сделки. 

В материалы дела не представлено доказательств того, что должник на момент расторжения договора аренды имел возможность использовать земельный участок по назначению и извлекать прибыль, а именно осуществлять необходимые сельскохозяйственные работы, оплачивать арендную плату, либо иным образом использовать земельный участок таким образом, что бы такое использование улучшило финансовое положение должника и не привело бы к увеличению кредиторской задолженности, нерациональному использованию земельного участка и уменьшению его стоимости. Как указывает сам конкурсный управляющий, в спорный период должник уже отвечал признакам неплатежеспособности. 

Сейчас должник находится в процедуре конкурсного производства и не ведет производственной деятельности. 

Даже в случае возврата активов (права аренды) в конкурсную массу возможно лишь предоставление в субаренду спорного земельного участка (по условиям договора аренды таких ограничении не установлено). 

Между тем конкурсный управляющий не доказал возможность извлечения должником дохода от сдачи в субаренду земельного участка, учитывая установленный договором размер арендной платы и реальную рыночную стоимость права аренды на актуальную дату. 

Реализация права аренды по существенно завышенной цене невозможна, учитывая незначительный остаток первоначально установленного срока договора аренды – до 30.09.2023, при отсутствии возможности дальнейшей пролонгации (новый собственник также является сельскохозяйственным производителем и активно возражает против передачи прав аренды должнику). В деле отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что расторжение договора аренды произведено сторонами с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и в результате совершения данной сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов. 

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что оспариваемая сделка не повлекла для должника возникновение неблагоприятных последствий, напротив, должник был освобожден от расходов по внесению за него арендной платы и по освоению земельного участка.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что признание соглашения о расторжении договора аренды земельного участка недействительным повлечет лишь увеличение размера обязательств должника, что не соответствует целям процедуры банкротства и интересам кредиторов. 

Обстоятельства заключения оспариваемого соглашения не свидетельствуют о злоупотреблении правом со стороны арендатора либо арендодателя. 

Доказательств того, что действия должника и ФИО2 по заключению соглашения о расторжении договора аренды являлись злонамеренными, а также доказательств, подтверждающих наличие умысла сторон сделки по реализации какой-либо противоправной цели, связанной с причинением вреда кредиторам должника, конкурсный управляющий не представил.

Доводы конкурсного управляющего о недействительности соглашения о расторжении договора аренды, поскольку оно является безвозмездным, подлежат отклонению судебной коллегией ввиду необоснованности. Согласно документально не опровергнутым доводам ФИО2 спорная сделка не была безвозмездной для должника, поскольку СПК «Победа», по заключенному соглашению о расторжении договора аренды, не выплачивал долги по арендной плате, тем самым получил выгоду от заключения данного соглашения.

Доводы конкурсного управляющего о том, что спорная сделка заключена с целью скрыть сделку о передаче прав и обязанностей по договору аренды, подлежит отклонению как документально неподтвержденный. 

Судом апелляционной инстанции установлено и как следует из письменных пояснений ФИО2 земельный участок, площадью 110 000 кв.м. с кадастровым номером 61:01:0600017:1111, адресное описание: Ростовская область, Азовский район, относительно ориентира в границах землепользования СПК «Победа» после подписания соглашения о расторжении договора аренды земельного участка от 11.02.2019 не использовался по целевому назначению.

В целях использования спорного земельного участка по целевому назначению названный земельный участок был передан по договору аренды земельного участка от 25.06.2019 арендатору ИП КФХ ФИО4

Доказательств аффилированности ИП КФХ ФИО4 по отношению к должнику, ФИО7, либо ФИО2 материалы дела не содержат.

Договор аренды земельного участка от 25.06.2019 был заключен с единственной целью использования по целевому назначению.

Обратного конкурсным управляющим не доказано. 

Суд апелляционной инстанции, отклоняя доводы апелляционной инстанции, принимает во внимание судебную практику по аналогичному спору в рамках настоящего дела (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 12.08.2021 по делу № А53-38108/2019).

Представителем конкурсного управляющего в суде первой инстанции было заявлено ходатайство об объединении обособленных споров (сделок) в одно производство для совместного рассмотрения. 

Рассмотрев ходатайство, суд первой инстанции правомерно отказал в его удовлетворении, ввиду отсутствия правовых оснований, предусмотренных статьей 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 12.10.2020 приняты обеспечительные меры суд запретил Управлению Росреестра по Ростовской области осуществлять регистрационные действия с земельным участком кадастровый номер 61:01:0600017:1111 до вступления в силу судебного акта, которым данное исковое заявление будет рассмотрено по существу; запретил ФИО2 совершать сделки, направленные на отчуждение и (или) обременение земельного участка, кадастровый номер 61:01:0600017:1111, находящегося по адресу: Ростовская область, Азовский район, относительно ориентира в границах землепользования СПК «Победа»; запретил ФИО4 (ОГРНИП 304610133500076, ИНН 

<

***>) совершать сделки с правами аренды в отношении земельного участка, кадастровый номер 61:01:0600017:1111, находящийся по адресу: Ростовская область, Азовский район, относительно ориентира в границах землепользования СПК «Победа», площадью 110000+/-2902 кв.м.

В силу части 5 статьи 96 Арбитражного процессуального кодекса РФ, в случае отказа в удовлетворении иска, оставления иска без рассмотрения, прекращения производства по делу обеспечительные меры сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего судебного акта. После вступления судебного акта в законную силу арбитражный суд по ходатайству лица, участвующего в деле, выносит определение об отмене мер по обеспечению иска или указывает на это в судебных актах об отказе в удовлетворении иска, об оставлении иска без рассмотрения, о прекращении производства по делу.

Как разъяснено в пункте 25 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 N 55 (ред. от 27.06.2017) "О применении арбитражными судами обеспечительных мер", исходя из части 5 статьи 96 АПК РФ, в случае отказа в удовлетворении иска, оставления иска без рассмотрения, прекращения производства по делу обеспечительные меры сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего судебного акта. В связи с этим арбитражный суд вправе указать на отмену обеспечительных мер в названных судебных актах либо после их вступления в силу по ходатайству лица, участвующего в деле, вынести определение об отмене обеспечительных мер. В соответствии с частью 4 статьи 97 АПК РФ копии определения направляются лицам, участвующим в деле, не позднее следующего дня после дня его вынесения.

С учетом изложенного, обеспечительные меры отменены судом первой инстанции.

Судебные расходы распределены судом первой инстанции между сторонами с учетом требований статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и обоснованно отнесены на должника.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, повторяют доводы, приведенные в суде первой инстанции, и свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судом первой инстанции доказательств, но не опровергают их.

Апелляционная жалоба не содержит доводов, которые бы могли повлиять на правовую оценку спорных правоотношений. Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Оснований для переоценки выводов и доказательств, которые при рассмотрении дела были исследованы и оценены судом первой инстанции с соблюдением требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется.

При указанных обстоятельствах основания для отмены или изменения обжалуемого судебного акта отсутствуют.

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Поскольку при принятии апелляционной жалобы к производству конкурсному управляющему была предоставлена отсрочка уплаты госпошлины, в соответствии со ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации с должника в доход федерального бюджета подлежит взысканию 3000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 01.09.2021 по делу № А53-38108/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Взыскать с сельскохозяйственного производственного кооператива «Победа» в доход федерального бюджет госпошлину в сумме 3000 руб. за подачу апелляционной жалобы

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                           Д.В. Николаев

 

Судьи                                                                                             Н.В. Сулименко

 

Н.В. Шимбарева