Шестой арбитражный апелляционный суд 

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000, 

официальный сайт:  http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-6056/2023

20 ноября 2023 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 15 ноября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 20 ноября 2023 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Воробьевой Ю.А.,

судей Козловой Т.Д., Ротаря С.Б.

при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1,

при участии:

от ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 04.10.2021;

от ФИО4: представитель ФИО5 по доверенности от 14.11.2023,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 

на определение от 09.10.2023

по делу № А04-6593/2022

Арбитражного суда Амурской области

по заявлению финансового управляющего ФИО6 (вх.№21358)

к ФИО7, ФИО8 о признании сделки недействительной и применения последствий недействительности сделки

при участии в качестве заинтересованного лица ФИО4

по делу по заявлению ФИО2 

о признании ФИО9 (дата и место рождения: 08.11.1981, г.Благовещенск Амурской области, СНИЛС 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес регистрации по месту жительства: 675028, 

<

...>) несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 19.08.2022 обратился в Арбитражный суд Амурской области с заявлением о признании ФИО9 несостоятельным (банкротом). Определением от 22.08.2022 заявление принято к производству.

Определением от 21.09.2022 заявление ФИО2 признано обоснованным, в отношении ФИО9 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6, член ассоциации «Дальневосточная межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Решением от 22.12.2022 ФИО9 признан банкротом, введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6

В рамках дела о банкротстве финансовый управляющий 20.03.2023 обратился в суд к ФИО7, ФИО8 с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 10.10.2020, заключённого ФИО8 и ФИО7, в отношении автомобиля «Lexus RX350» 2016 года выпуска и применении последствий недействительности сделки в виде возврата автомобиля в конкурсную массу.

Заявление подано со ссылкой на пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и обосновано совершением сделки супругой должника (ФИО8) в целях причинения вреда имущественным правам кредиторам, поскольку на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности, сделка совершена по существенно заниженной цене.

Определением от 26.04.2023 по ходатайству финансового управляющего приняты обеспечительные меры в виде ареста (без ограничения права пользования имуществом, владения им и без его изъятия) автомобиля «Lexus RX350» 2016 года выпуска с государственным регистрационным знаком 

<

***>.

Определением от 29.05.2023 к участию в рассмотрении обособленного спора в качестве заинтересованного лица привлечена ФИО4.

Определением от 09.10.2023 в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Не согласившись с определением от 09.10.2023, ФИО2 (заявитель по делу о банкротстве) 18.10.2023  обратился в апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить определение и удовлетворить заявление финансового управляющего о признании недействительной сделкой договора купли-продажи транспортного средства от 10.10.2020. В апелляционной жалобе кредитор приводит доводы о том, что оспариваемый договор купли-продажи автомобиля является притворной сделкой (фиктивной), о чем указывал сам должник в письменном отзыве, поскольку целью совершения сделки являлась продажа не автомобиля, а государственного регистрационного знака. Заявитель жалобы не согласен с выводом суда о том, что автомобиль не принадлежал ответчику ФИО8, поскольку договор купли-продажи подписан 10.10.2020, а 13.10.2020 автомобиль зарегистрирован на имя нового собственника, то есть в период с 10.10.2020 по 13.10.2020 ФИО8 являлась собственником автомобиля. Считает необоснованным вывод суда первой инстанции о том, что указание в договоре купли-продажи меньшей стоимости автомобиля не является достаточным основанием для вывода о том, что ответчики преследовали противоправные цели и цель причинения вреда кредиторам при совершении сделки. Апеллянт также не согласен с доводом представителя должника о том, что на момент заключения оспариваемого договора ни должник, ни его супруга не имели «кредитной нагрузки» в пользу кредитора. Также кредитор ссылается на преждевременную отмену судом обеспечительных мер, принятых в отношении спорного имущества, до вступления в законную силу обжалуемого определения.

В судебное заседание явились представители ФИО2 и ФИО4 Суд, руководствуясь частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

Представитель ФИО2 поддержал апелляционную жалобу по всем изложенным в ней доводам. Представитель ФИО4 просил отказать в удовлетворении жалобы по доводам письменного отзыва, поскольку согласен с выводами суда первой инстанции.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на неё, проверив в порядке статей 266-271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, должник и ФИО8 состоят в браке с 22.07.2015.

В 2020 году на имя ФИО8 зарегистрирован автомобиль «Toyota Soarer» 2003 года выпуска, номер кузова U22400049439, с государственным регистрационным знаком 

<

***>. 20.08.2020 регистрационный знак 

<

***> сдан на хранение, а транспортному средству «Toyota Soarer» присвоен новый государственный регистрационный знак 

<

***>.

ФИО10 (продавец) и ФИО8 (покупатель) 02.10.2020 заключили договор купли-продажи транспортного средства (номерного агрегата), по условиям которого продавец продает, а покупатель покупает автомобиль «Lexus RX350» 2016 года выпуска с государственным регистрационным знаком Р221Р27. Стоимость автомобиля по соглашению сторон составила 100000руб.

ФИО8 10.10.2020 обратилась в Госавтоиспекцию г.Благовещенска с заявлением об изменении собственника транспортного средства «Lexus RX350» с присвоением регистрационного знака

<

***> и ликвидацией регистрационного знака Р221АР27. 10.10.2020 в данные о регистрации автомобиля «Lexus RX350» внесены изменения в части собственника на ФИО8 и в части регистрационного знака на 

<

***>.

ФИО7 09.10.2020 приобрел электронный полис ОСАГО ХХХ 0140968092 на автомобиль «Lexus RX350» с государственным регистрационным знаком 

<

***>. По базе данных Российского Союза Автостраховщиков ФИО8 договор ОСАГО в отношении указанного автомобиля не заключала.

10.10.2020 ФИО8 (продавец) и ФИО7 (покупатель) подписали договор купли-продажи транспортного средства (номерного агрегата), по условиям которого продавец продает, а покупатель покупает автомобиль «Lexus RX350» 2016 года выпуска с государственным регистрационным знаком 

<

***>. Цена договора по соглашению сторон составила 10000руб. По условиям договора регистрационный знак 

<

***> продан покупателю с автомобилем.

13.10.2020 ФИО7 обратился в Госавтоиспекцию г.Благовещенска с заявлением о изменении собственника транспортного средства «Lexus RX350» 2016 года выпуска. В тот же день в данные о регистрации автомобиля внесены изменения в связи с изменением собственника (владельца), автомобиль зарегистрирован на имя гражданина ФИО7, государственный регистрационный номер не изменился.

Из паспортов транспортных средств 25 УР278050, 25 РМ 267493 следует, что собственником автомобиля «Lexus RX350» 2016 года выпуска являлся ФИО10; 10.10.2020 транспортное средство снято с учета и поставлено на учет на имя ФИО8, 13.10.2020 поставлено на учет на имя ФИО7

Финансовый управляющий полагает, что при совершении сделки ФИО7 и ФИО8 с общим имуществом супругов имело место неравноценное встречное исполнение, поскольку рыночная стоимость автомобиля на момент совершения сделки составляла 3831500руб., что значительно превышает стоимость автомобиля по договору купли-продажи от 10.10.2020 (10000руб.), а должник уже имел просроченную задолженность перед заявителем по делу о банкротстве.

Отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ, пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным указанным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, на который ссылается финансовый управляющий, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума №63), для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 постановления Пленума №63 разъяснено, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди которых, в том числе совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В пункте 9 постановления Пленума №63 также разъяснено, что судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При рассмотрении дела судом первой инстанции не установлено доказательств того, что ФИО10 и ФИО7 являются заинтересованными лицами по отношению к должнику или его супруге, и у них имелись сведения о наличии у ФИО9 задолженности. В апелляционной жалобе таких доводов также не приведено, соответствующих доказательств не представлено.

Вместе с тем из обстоятельств и хронологии заключения договоров и совершения регистрационных действий суд первой также установил, что цепочка сделок по продаже автомобиля «Lexus RX350» имела целью присвоение спорному автомобилю государственного регистрационного номера 

<

***>, а не его фактическую продажу ФИО8 как собственником.

Совокупность обстоятельств, составляющих предмет доказывания применительно к пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, судом первой интенции не установлена исходя из следующего.

Согласно пункту 37 Правил государственной регистрации транспортных средств в регистрационных подразделениях Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 21.12.2019 №1764 «О государственной регистрации транспортных средств в регистрационных подразделениях Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации» (далее – Правила регистрации), постановка транспортного средства на государственный учет сопровождается присвоением транспортному средству государственного регистрационного номера – индивидуального буквенно-цифрового обозначения, присваиваемого транспортному средству регистрационным подразделением.

В соответствии с пунктом 41 Правил регистрации государственные регистрационные номера присваиваются без резервирования за юридическими, физическими лицами или индивидуальными предпринимателями их отдельных серий или сочетаний символов. На основании соответствующего волеизъявления владельца транспортного средства, содержащегося в заявлении о проведении регистрационного действия, регистрируемому или ранее зарегистрированному за ним транспортному средству может быть присвоен государственный регистрационный номер, сохраненный за данным владельцем транспортного средства, при условии соблюдения требования, предусмотренного пунктом 39 указанных Правил.

Согласно пункту 45 Правил регистрации срок сохранения государственного регистрационного номера составляет 1 год со дня проведения регистрационного действия, в результате которого он сохранен, либо со дня прекращения государственного учета транспортного средства. На следующий день после даты окончания срока хранения государственный регистрационный номер автоматически переводится в резерв государственных регистрационных номеров, подлежащих дальнейшему присвоению.

Порядок передачи государственных регистрационных знаков между собственниками транспортных средств по их распоряжению, законодательством не предусмотрен.

Оценив имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о том, что фактически сделки, заключенные ФИО10 и ФИО8, а затем ФИО8 и ФИО7 не преследовали цели перехода права собственности на спорный автомобиль к ФИО8, а от неё к ФИО7 В действительности цепочка указанных сделок была направлена на присвоение спорному автомобилю государственного регистрационного знака 

<

***>; автомобиль во владение, пользование, распоряжение (в собственность) ФИО8 не переходил.

Вышеуказанный оспариваемый кредитором вывод сделан на основании совместного анализа имеющихся в деле копий договоров купли-продажи транспортных средств от 02.10.2020, от 10.10.2020, от 20.11.2020, копии заявлений в Госавтоиспекцию от 10.10.2020, 13.10.2020, карточки учета транспортных средств на автомобили «Lexus RX350» и «Toyota Soarer» 2003 года выпуска, копий паспортов транспортных средств, данных Российского Союза Автостраховщиков.

Хронология действий участников обособленного спора указывает на то, что спорный автомобиль оформлен на имя ФИО8 временно («транзитом») исключительно для присвоения ему регистрационного знака 

<

***>.

Кроме того в последующем 12.02.2021 ФИО7 сменил регистрационный номер на К929СУ28, а 13.02.2021 автомобиль «Lexus RX350» поставлен на учет на имя ФИО11 с государственным регистрационным знаком 

<

***> что дополнительно подтверждает интерес ФИО7 во владении регистрационным знаком 

<

***> и, следовательно, включение ФИО8 в цепочку сделок с автомобилем исключительно с этой целью.

Как указано выше, в деле отсутствуют доказательства того, что ФИО10 и ФИО7 являются заинтересованными лицами по отношению к должнику или его супруге.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве вред, причиненный имущественным правам кредиторов, - это уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Установив, что автомобиль «Lexus RX350» 2016 года выпуска в действительности не принадлежал ФИО8, и денежные средства от его продажи не подлежали включению в конкурсную массу и распределению между кредиторами должника, суд первой инстанции правомерно заключил, что оспариваемая сделка по отчуждению автомобиля фактически совершена не с имуществом должника (не с общим имуществом супругов) и не могла повлечь причинение вреда имущественным правам его кредиторов.

Оснований для иной оценки имеющихся в деле доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется.

Поскольку спорный автомобиль должник и его супруга не приобретали за собственные средства и не отчуждали ФИО7 как свое собственное имущество, встречного исполнения в виде денежных средств за автомобиль не должны были получить, то оспариваемый договор от 10.10.2020 не является сделкой с имуществом должника и не может затронуть имущественные интересы имевшихся в спорный период кредиторов, так как ни автомобиль, ни средства от его продажи не должны были поступить в конкурсную массу.

По тем же мотивам оснований для применения к оспариваемой сделке статей 10 и 168 ГК РФ суд также не установил, поскольку формальное подписание договоров по перепродаже автомобилей в целях приобретения регистрационного знака само по себе не противоречит действующему законодательству; иной способ замены регистрационных знаков, кроме как использованный сторонами сделки, в настоящее время законодательством не предусмотрен.

Доводы апелляционной жалобы о том, что договор купли-продажи от 10.10.2020 является притворной сделкой; в период с 10.10.2020 по 13.10.2020 ФИО8 являлась собственником автомобиля, о наличии у должника на момент заключения договора купли-продажи от 10.10.2022 неисполненных обязательств перед кредитором, уже рассмотрены судом первой инстанции и обоснованно отклонены.

Требуя по-другому оценить действия участников сделки, заявитель жалобы по существу предлагает признать недействительной сделку и возвратить должнику имущество, которое он не приобретал за счет своих средств (за счет общего имущества супругов).

Довод апелляционной жалобы о преждевременной отмене судом обеспечительных мер, принятых определением от 26.04.2023, в отношении спорного имущества отклоняется апелляционной коллегией по следующим основаниям.

В соответствии с частью 5 статьи 96 АПК РФ в случае отказа в удовлетворении иска обеспечительные меры сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего судебного акта. После вступления судебного акта в законную силу арбитражный суд по ходатайству лица, участвующего в деле, выносит определение об отмене мер по обеспечению иска или указывает на это в судебных актах об отказе в удовлетворении иска.

Частью 1 статьи 97 АПК РФ предусмотрено право арбитражного суда, рассматривающего дело, отменить обеспечение иска по ходатайству лица, участвующего в деле.

Наличие возможности отменить ранее принятые обеспечительные меры судебным актом об отказе в иске предусмотрена частью 5 статьи 96 АПК РФ. Нарушений норм процессуального права судом первой инстанции в данной части не допущено.

Судебная коллегия, изучив апелляционную жалобу, пришла к выводу, что в целом доводы, изложенные в ней, являлись предметом исследования арбитражного суда первой инстанции и получили надлежащую правовую оценку, по существу направлены на переоценку выводов суда, не опровергая их, сводятся к несогласию с оценкой установленных по делу обстоятельств, что в соответствии со статьей 270 АПК РФ не может рассматриваться в качестве основания для отмены обжалуемого судебного акта. 

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены определения по доводам жалобы не имеется.

В связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы с её заявителя в доход федерального бюджета подлежит взысканию 3000руб. государственной пошлины на основании частей 1, 5 статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 223, 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Амурской области от 09.10.2023 по делу №А04-6593/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета 3000 рублей государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение месяца со дня принятия через арбитражный суд первой инстанции..

 

Председательствующий

            Ю.А. Воробьева

 

Судьи

 

Т.Д. Козлова

 

                                                                                                               С.Б. Ротарь