ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-113824/15

27 сентября 2019 года

город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23 сентября 2019 года

Полный текст постановления изготовлен 27 сентября 2019 года

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего судьи – Мысака Н.Я., 

судей: Закутской С.А., Тарасова Н.Н.,

при участии в заседании: 

от ФИО1 – ФИО2 по дов. от 10.08.2019

от ФИО3 – ФИО4 по дов. от 13.10.2018

от ФИО5 – лично, паспорт

от конкурсного управляющего ЗАО «ТК «КапризМ» - ФИО6 по дов. от 09.01.2019

от АО «Альфа-Банк» - ФИО7 по дов. от 21.11.2018

от финансового управляющего ФИО3  – ФИО8 по дов. от 09.01.2019

от Московского кредитного Банка (ПАО) – ФИО9 по дов. от 14.08.2018

рассмотрев 23 сентября 2019 года в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1, ФИО3, ФИО5,

на определение от 15 февраля 2019 года

Арбитражного суда города Москвы,

вынесенное судьей Марасановым В.М.,

на постановление от 26 апреля 2019 года

Девятого арбитражного апелляционного суда

принятое судьями Красновой Т.Б., Чеботаревой И.А., Свиридовым В.А.,

по заявлению о привлечении бывшего руководителя должника ФИО1

Марии Александровны к субсидиарной ответственности по обязательствам

должника и взыскании 1 368 895 387 руб.

по делу о признании несостоятельным (банкротом) ЗАО «ТК «КапризМ»

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 05.09.2016 ЗАО "ТК "КапризМ" признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО10

Конкурсный кредитор ООО "Витаторг" обратился в суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании 1 368 895 387 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 13.06.2017, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2017, в удовлетворении заявления конкурсного кредитора отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 19.02.2018 определение Арбитражного суда города Москвы от 13.06.2017 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2017 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Отменяя судебные акты и направляя обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, суд округа указал на то, что судом неправильно распределено бремя доказывания, учитывая, что Закон о банкротстве возлагает обязанность по передаче бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных ценностей конкурсному управляющему именно на руководителя должника, именно последний должен доказать, что он эту обязанность исполнил; также необходимо было установить является ли ФИО1 надлежащим ответчиком по обособленному спору.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда города Москвы от 03.09.2018 к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО3

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.02.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2019, заявление ООО "Витаторг" удовлетворено.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО1 обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности и в данной части принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

ФИО1  в кассационной жалобе ссылается на нарушение судами норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, утверждая, что доказательств, подтверждающих осуществление ФИО1 полномочий генерального директора ЗАО Торговая компания «Каприз-М» после даты увольнения (27.04.2015), не представлено; судами проигнорированы вступившие в законную силу определение Арбитражного суда города Москвы от 17.03.2016, определение Арбитражного суда города Москвы от 06.10.2016, которыми был установлен факт отсутствия у ФИО1 полномочий генерального директора после 27.04.2015; судом первой инстанции сделан необоснованный вывод об отсутствии доказательств прекращения договора доверительного управления  наследственным имуществом;, сославшись в том числе на нормы материального права, утратившие силу (п.12 ст. 142 Закона о банкротстве); на дату увольнения ФИО1 документы бухгалтерского учета и (или) отчетности имелись  в наличии и находились  в офисе компании, после увольнения ответчик не мог нести какой-либо ответственности за обеспечение их сохранности.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО3 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

ФИО3  в кассационной жалобе ссылается на нарушение судами норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, утверждая, что в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО3 выполнял функции единоличного исполнительного органа должника; судами необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства об оставлении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности без рассмотрения на основании п. 9 ч. 1 ст. 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; судом первой инстанции ФИО3 необоснованно привлечен в качестве соответчика по обособленному спору в нарушение ст. 46 АПК РФ.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО5 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Обосновывая свое право на подачу кассационной жалобы, ФИО5 указывает на то, что решением Арбитражного суда города Москвы от 06.09.2016 по делу № А40-208525/15 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 24.05.2019 по делу № А40-208525/15 признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО3 требования ФНС России в лице ИФНС России № 27 по г. Москве в размере 178 615, 01 руб., в том числе 161 716 руб. – основной долг, 16 899,01 руб. – пени.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.07.2019 по делу № А40-208525/15 требования уполномоченного органа признаны погашенными, в реестре требований кредиторов требования ФНС России заменены на правопреемника  - ФИО5

 Таким образом, ФИО5, по его мнению, являясь конкурсным кредитором ФИО3, заинтересован в обоснованности заявления ООО "Витаторг". Кроме того, в  настоящее время в рамках дела № А40-208525/15 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 поступило требование конкурсного управляющего ЗАО «ТК «Каприз-М» о включении в реестр требований ФИО3 требований ЗАО «ТК «Каприз-М» в размере 1 368 895 387 руб.

Вместе с тем, судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает, что производство по кассационной жалобе ФИО3 подлежит прекращению по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, не участвовавшие в деле, о правах и об обязанностях которых арбитражный суд принял судебный акт, вправе обжаловать этот судебный акт, а также оспорить его в порядке надзора по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации. Такие лица пользуются правами и несут обязанности лиц, участвующих в деле.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (в редакции Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 61), не участвовавшие в деле лица вправе обжаловать судебный акт в случаях, если он принят об их правах и обязанностях, то есть данным судебным актом непосредственно затрагиваются их права и обязанности, в том числе, создаются препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора.

Как усматривается из принятых по делу судебных актов, на ФИО5 непосредственно не возложена какая-либо обязанность и о его правах не принят судебный акт.

Судебный акт может быть признан принятым о правах и обязанностях лица, не привлеченного к участию в деле, лишь в том случае, если данным актом устанавливаются права этого лица относительно предмета спора либо возлагаются обязанности на это лицо. Наличие у лица, не привлеченного к участию в деле, заинтересованности в исходе дела само по себе не наделяет его правом на обжалование судебных актов.

Суд кассационной инстанции исследовал доводы, содержащиеся в кассационной жалобе, и пришел к выводу о том, что ФИО5 не является лицом, имеющим право на обжалование определения суда и постановления апелляционного суда, поскольку суд не принял судебного акта о каких-либо правах данного лица или о возложении на него каких-либо обязанностей.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 281 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае подачи кассационной жалобы лицом, не имеющим право на обжалование судебного акта в порядке кассационного производства, кассационная жалоба возвращается заявителю. Если указанное обстоятельство установлено после принятия кассационной жалобы к производству суда, то производство по кассационной жалобе прекращается применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 Кодекса.

При таких обстоятельствах производство по кассационной жалобе ФИО5 подлежит прекращению применительно к пункту 1 части статье 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

От АО «Альфа-Банк» поступил отзыв на кассационные жалобы, который приобщен к материалам дела в судебном заседании суда кассационной инстанции. Просит судебные акты отменить в части привлечения к субсидиарной  ответственности ФИО3

От конкурсного управляющего ЗАО «ТК «Каприз-М» поступил отзыв на кассационную жалобу ФИО5, который приобщен к материалам дела в судебном заседании суда кассационной инстанции.

От ПАО «Московской кредитный банк» поступил отзыв на кассационную жалобу ФИО5, который приобщен к материалам дела в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Представители ФИО1 и ФИО11 в судебном заседании суда кассационной инстанции доводы кассационных жалоб поддержали, соответственно.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, заслушав объяснений представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание., проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для их отмены по доводам кассационных жалоб, поскольку они основаны на неправильном толковании заявителями норм материального права и направлены на переоценку исследованных судом доказательств, что, в силу норм статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как указали суды, основания привлечения к субсидиарной ответственности на дату обращения кредитора в арбитражный суд с заявлением, рассматриваемым в рамках настоящего обособленного спора в деле о банкротстве Общества, определялись статьей 10 Закона о банкротстве, действовавшего в период, указанный заявителем в качестве основания для возникновения соответствующей обязанности.

Из материалов дела следует, что требование о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности заявлено конкурсным кредитором на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона N 134-ФЗ.

В силу статьи 10 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо несет субсидиарную с должником ответственность по денежным обязательствам и обязательствам по уплате обязательных платежей, обязано возместить причиненные убытки в случае нарушения законодательства о банкротстве (пп. 1 и 4 ст. 10 Закона). Контролирующее лицо отвечает по обязательствам должника (несет субсидиарную ответственность) в случае, если должник не сможет расплатиться со своими кредиторами самостоятельно и если конкурсный управляющий, конкурсные кредиторы и уполномоченный орган, требования которых не были удовлетворены, до завершения конкурсного производства подадут заявление о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Поскольку ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, при ее применении должны учитываться общие положения главы 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по надлежащему ведению и хранению документов бухгалтерского учета и (или) отчетности либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (п. 1 ст. 401 ГК РФ).

Согласно абзацу 7 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Таким образом, лицо, привлекаемое к ответственности, должно доказать то обстоятельство, что оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника, а также отсутствие своей вины.

Согласно абзацу 32 статьи 2 Закона о банкротстве контролирующим должника лицом признается лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью).

Таким образом, как верно указал суд, к контролирующим должника лицам относятся руководитель или учредитель (участник) должника, собственник имущества должника - унитарного предприятия, члены органов управления, члены ликвидационной комиссии (ликвидаторы).

В соответствии с пунктом 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве" под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Как установили суды, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц руководителем ЗАО "Торговая компания "Каприз-М" до даты признания должника несостоятельным (банкротом), числилась ФИО1 Предыдущим руководителем должника являлась ФИО3

В связи со смертью бывшего генерального директора ФИО3, которая, кроме того, являлась акционером должника с долей участия 50%, в соответствии со ст. 1173 ГК РФ доверительное управление наследственным имуществом было возложено нотариусом на ФИО1 на срок 6 (шесть) месяцев, необходимый для принятия наследства наследниками согласно ст. 1154 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 1173 ГК РФ (в редакции, действовавшей в период возникновения правоотношений) если в составе наследства имеется имущество, требующее не только охраны, но и управления (предприятие, доля в уставном (складочном) капитале хозяйственного товарищества или общества, ценные бумаги, исключительные права и тому подобное), нотариус в соответствии со статьей 1026 настоящего Кодекса в качестве учредителя доверительного управления заключает договор доверительного управления этим имуществом.

В случае, когда наследование осуществляется по завещанию, в котором назначен исполнитель завещания, права учредителя доверительного управления принадлежат исполнителю завещания.

Установив, что ответчиком ФИО1 доказательств получения наследниками свидетельства о праве на наследство и прекращения доверительного управления наследственным имуществом (50% доли общества) в материалы дела не представлено, суды пришли к выводу о том, что, будучи доверительным управляющим 50% голосующих акций акционерного общества, ФИО1 по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве являлась контролирующим должника лицом.

Как указали суды, ФИО3 являлся акционером ЗАО "ТК "Каприз-М" и имел право распоряжаться 50 процентами голосующих акций акционерного общества. Таким образом, судами сделан верный вывод, что ФИО3 также относится к контролирующим должника лицам.

 ФИО1 была назначена генеральным директором ЗАО "Торговая компания "Каприз-М", о чем в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись от 07.11.2014.

Суды установили, что согласно решению внеочередного общего собрания акционеров общества от 28.10.2014 срок полномочий ответчика в качестве генерального директора был определен в 6 (шесть) месяцев, то есть до 28.04.2015.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

При смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией самостоятельно.

В силу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителя должника возложена обязанность в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обеспечить ему передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей.

Вместе с тем, данное обстоятельство не лишает конкурсного управляющего возможности самостоятельно обратиться с заявлением об истребовании документов от руководителя должника в арбитражный суд.

В соответствии с пунктом 47 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 35 от 22.06.2012, в случае отказа или уклонения указанных лиц от передачи перечисленных документов и ценностей арбитражному управляющему он вправе обратиться в суд, рассматривающий дело о банкротстве, с ходатайством об их истребовании по правилам частей 4 и 6 - 12 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (при этом для временного управляющего истребуются заверенные руководителем должника копии документов, а для конкурсного управляющего - оригиналы документов и сами ценности). В определении об их истребовании суд указывает, что они должны быть переданы арбитражному управляющему; в случае неисполнения соответствующего судебного акта суд вправе выдать исполнительный лист, а также наложить на нарушивших свои обязанности лиц штраф (часть 9 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). В случае необходимости суд вправе также истребовать их и у бывших руководителей должника, а также у других лиц, у которых имеются соответствующие документы.

Как указали суды, 25.03.2015 ФИО1 передала учредителю общества ФИО3 через отдел кадров заявление с просьбой об освобождении от занимаемой должности и 27.04.2015 подписала приказ о своем увольнении. При этом изменения в ЕГРЮЛ обществом внесены не были.

Суды установили, что, несмотря на формальность увольнения, она продолжала осуществлять функции руководителя должника, в том числе распоряжаться и владеть его документами.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 05.09.2016 по делу №А40-113824/15 ЗАО "ТК "Каприз-М" признано несостоятельным (банкротом), руководитель должника обязан в течение трех дней передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности конкурсному управляющему.

Конкурсным управляющим был получен исполнительный лист с целью принудительного исполнения решения Арбитражного суда города Москвы от 05.09.2016 в указанной части, который направлен в службу судебных приставов. 07.03.2017 судебным приставом-исполнителем Люберецкого РОСП возбуждено исполнительное производство N 29489/17/50021-ИП.

Как установили суды, в ходе исполнительного производства представителем ФИО1 были переданы судебному приставу-исполнителю учредительные документы в отношении должника. Иные документы (первичная документация), а также материальные ценности переданы не были.

Как указали суды, согласно пояснениям, представленным судебному приставу-исполнителю, ФИО1 не располагает иными документами, сведения о месте нахождении материальных ценностей должника отсутствуют. При этом не представлено каких-либо доказательств выбытия документов и имущества помимо воли ФИО1 в период исполнения ею обязанностей руководителя ЗАО "ТК "Каприз-М".

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете", ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта (коммерческой организации - ст. 2 указанного Закона). В соответствии с пунктом 3 статьи 6 ФЗ О бухгалтерском учете, бухгалтерский учет ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации.

Согласно статье 29 данного Закона первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

Принимая во внимание вышеизложенное, судами сделан вывод, что ФИО1 не обеспечила сохранность документации должника, не приняла мер к ее восстановлению.

Кроме того, суды также приняли во внимание, что в ходе процедуры наблюдения в отношении должника временным управляющим также предпринимались меры к обязанию бывшего руководителя должника ФИО1 предоставить копии документов и сведения о месте нахождении имущества должника. Было возбуждено исполнительное производство, в ходе которого судебным приставом-исполнителем было вынесено предупреждение об уголовной ответственности за неисполнение требований исполнительного документа. Однако данные действия не повлекли к исполнению обязанностей бывшим руководителем должника согласно требованиям ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 22 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8, при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункт 3 статьи 56 ГК РФ), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации, либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности исходя из того, приняло ли данное лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота.

Таким образом, как верно указали суды, исполнение руководителем должника обязанность по передаче конкурсному управляющему документации, материальных и иных ценностей императивно установлена Законом о банкротстве и не обусловлена обращением конкурсного управляющего в арбитражный суд с соответствующим ходатайством.

Суды установили, что доказательств передачи ответчиками документов бухгалтерского учета, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему материалы дела не содержат.

Кроме того, как указали суды, в ходе конкурсного производства конкурсным управляющим ЗАО "ТК "Каприз-М" проведены мероприятия по выявлению имущества должника на момент возникновения обязанности руководителя по передаче сведений и документов в отношении имущества должника.

В соответствии с последним бухгалтерским балансом должника за 2014 г., поданным в Инспекцию ФНС России N 4 по г. Москве 17.03.2015 ФИО1, актив баланса должника составлял 1 640 443 000 рублей, в том числе: основные средства в размере 3 943 000 руб., запасы в размере 1 255 309 000 рублей, дебиторская задолженность в размере 314 688 000 рублей, денежные средств и денежные эквиваленты в размере 39 125 000 рублей, прочие оборотные активы в размере 31 321 000 рублей.

Согласно полученной информации из регистрирующих органов за ЗАО "ТК "Каприз-М" числилось имущество - более 200 единиц контрольно-кассовой техники, движимое или недвижимое имущество не регистрировалось.

Согласно реестру требований кредиторов включены требования ОАО "Московский кредитный банк" и ПАО "Сбербанк России", как обеспеченные залогом имущества должника на сумму 111 355 537,75 рублей, сведения о месте нахождения заложенного имущества неизвестно.

Активы должника конкурсным управляющим не обнаружены.

При этом в ходе процедуры наблюдения временный управляющий запрашивал сведения в отношении должника у организаций, в помещениях которых Должник вел деятельность по торговле товарами косметического назначения.

Согласно имеющимся у конкурсного управляющего документам, в период с конца января 2015 года по апрель 2015 года (в период исполнения обязанностей руководителя должника ФИО1) с арендованных должником помещений осуществлялся вывоз имущества должника в неизвестном арендодателям направлении сотрудниками ЗАО "ТК "Каприз-М" в связи с прекращением деятельности магазинов розничной торговли должника.

Как указали суды, ФИО1 временному управляющему предоставила пояснения, согласно которым указала, что основными средствами должника (активами) распоряжался непосредственно ФИО3, который владел более 50% акций в ЗАО "ТК "Каприз-М" после смерти своей супруги ФИО3 26.10.2014.

ФИО3 принималось решение об утверждении на должность руководителя должника ФИО1

Таким образом, суды признали обоснованными конкурсного управляющего о том, что ФИО3 и ФИО1 имели общие интересы по распоряжению активами должника, в том числе материальными ценностями, бухгалтерскими и иными документами.

При этом, апелляционный суд признал обоснованными доводы представителя ФИО1 о том, что действующее законодательство не связывает возникновение и прекращение полномочий единоличного исполнительного органа с внесением соответствующей записи в ЕГРЮЛ, а также о том, что у ФИО1 не имелось полномочий для обращения в регистрирующий орган с соответствующим заявлением. Однако, как верно отметил апелляционный суд, указанное обстоятельство не имеет существенного значения для рассмотрения спора, поскольку неисполнение ФИО1 обязанности по организации хранения бухгалтерской документации, передаче ее конкурсному управляющему, совершение контролирующими лицами действий по выводу активов должника, повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов, что свидетельствует о возможности привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы ФИО3 о необходимости оставления заявления без рассмотрения по основаниям, предусмотренным п. 9 ч.1 ст. 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд верно указал, что повторная неявка заявителя в судебное заседание автоматически не признается основанием для оставления иска без рассмотрения, учитывая, что для применения данной нормы права суду необходимо убедиться в том, что после принятия судом заявления к производству истец утратил интерес к предмету спора, чего в данном случае из материалов дела не усматривается.

Доводы ФИО3 о том, что он необоснованно привлечен в качестве соответчика по обособленному спору, также обоснованно отклонены апелляционным судом, учитывая, что согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013) если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Проверив расчет размера ответственности, указанной в заявлении, арбитражный суд пришел к выводу о том, что он осуществлен заявителем в соответствии с требованиями п. 8 ст. 10 Закона и составил 1 368 895 387,00 руб. на момент обращения в суд с рассматриваемым заявлением. С данными выводами суда первой инстанции согласился апелляционный суд.

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, руководствуясь положениями Закона о банкротстве, суды правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для дела обстоятельства, установив, что ФИО1 и ФИО3 не исполнена обязанность по передаче конкурсному управляющему документации, правомерно пришли к выводу о наличии оснований для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Доводы кассационных жалоб, повторяющие доводы апелляционных жалоб,  подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции. Кроме того, все доводы кассационной жалобы приводились при рассмотрении дела в суде первой и апелляционной инстанции и им была дана надлежащая оценка.

В соответствии с положениями статьи 286 АПК РФ суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрении, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Доводы кассационных жалоб изучены судом, однако, они подлежат отклонению как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Производство по кассационной жалобе ФИО5 прекратить.

Определение Арбитражного суда города Москвы от 15 февраля 2019 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 26 апреля 2019 года по делу № А40-113824/15 оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

Председательствующий судья         Н.Я. Мысак

Судьи:    С.А. Закутская

                                                                    Н.Н. Тарасов