50/2022-58797(1) 

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень Дело № А45-23379/2011  

Резолютивная часть постановления объявлена 05 октября 2022 года  Постановление изготовлено в полном объёме 06 октября 2022 года  

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе: председательствующего Лаптева Н.В., судей Куклевой Е.А.,  ФИО1 – 

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы ФИО2,  конкурсного управляющего ФИО3 на определение Арбитражного  суда Новосибирской области от 18.01.2022 (судья Лихачёв М.В.) и постановление  Седьмого арбитражного апелляционного суда от 01.06.2022 (судьи Иващенко А.П.,  Апциаури Л.Н., Сбитнев А.Ю.) о несостоятельности (банкротстве) закрытого  акционерного общества Финансово-Строительной компании «ФСК» (ИНН 

<

***>,  ОГРН 

<

***>, далее – общество «ФСК», должник), принятые по заявлению  конкурсного управляющего ФИО3 (далее – управляющий)  о привлечении ФИО4, ФИО2, общества  с ограниченной ответственностью «Рента» (далее – общество «Рента»), ФИО5, ФИО6, ФИО7 к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника.  

Суд установил: 

в деле о банкротстве общества «ФСК» управляющий 20.12.2018 обратился в арбитражный  суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО4, бывшего  руководителя и акционера должника Кима К.М., выгодоприобретателей – общества  «Рента», директора ФИО7 и участников ФИО5, ФИО6 к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника в размере 244 574 459,72 руб.  

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 25.07.2019 заявление  управляющего удовлетворено частично – с ФИО4 в порядке субсидиарной  ответственности в конкурсную массу должника взысканы денежные средства в сумме  244 574 459,72 руб.  

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2019  определение арбитражного суда от 25.07.2019 отменено, принят новый судебный акт  о привлечении ФИО4, Кима К.М., ФИО5, ФИО6, общества «Рента»,  

ФИО7 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника  в сумме 244 574 459,72 руб.  

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 22.06.2020  определение арбитражного суда от 25.07.2019 и постановление апелляционного суда  от 22.11.2019 по делу № А45-23379/2011 отменены, обособленный спор направлен  на новое рассмотрение в Арбитражный суд Новосибирской области.  

При новом рассмотрении обособленного спора определением арбитражного суда  от 18.01.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда  от 01.06.2022, отказано в привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих  должника лиц, с ФИО4, Кима К.М. в пользу общества «ФСК» взысканы денежные  средства в сумме 13 583 993,53 руб. в возмещение убытков.  

Заявители кассационных жалоб просят отменить определение арбитражного суда  от 18.01.2022 и постановление апелляционного суда от 01.06.2022 в части: управляющий – отказа в привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности  и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ФИО2  – взыскания убытков и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении  заявленного требования.  

По мнению управляющего, выводы судов об отсутствии основания для привлечения  контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности не соответствуют  фактическим обстоятельствам, положениям пункта 4 статьи 10 Федерального закона  от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции Федерального  закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные  акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым  операциям» (далее – Закон № 134-ФЗ) (далее – Закон о банкротстве), статьи 61.11 Закона  о банкротстве и разъяснениям, изложенным в пункте 17 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах,  связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности  при банкротстве» (далее – Постановление № 53).  

Управляющий считает, что контролирующими лицами совершены сделки –  договоры цессии от 11.11.2014 № 3-Ц, № 4-Ц, перечисления денежных средств  аффилированному обществу «Рента», соглашение об оплате задолженности  и перечисление денежных средств обществу «Атлант-Строй», договоры цессии  от 12.02.2015, 10.04.2015, 21.04.2015, 10.06.2015 и зачёты встречных обязательств  с обществом «Стройальянс», впоследствии признанные недействительными, в результате  которых выведено из активов должника дебиторская задолженность в сумме  237 638 806,15 руб. Данные действия руководителей стали причиной объективного  банкротства должника и усугубили его финансовый кризис. Применённые последствия  недействительности сделок в виде восстановления права требования должника,  реализации дебиторской задолженности третьих лиц не позволили удовлетворить  требования кредиторов. Бывшие руководители ФИО4 и ФИО2 предоставили  

недостоверную отчётность за период с 2011 по 2014 годы, не передали бухгалтерскую  документацию конкурсному управляющему. Определив размер убытков в сумме  13 583 993,53 руб. от сделок с обществами «Атлант-Строй» и «Стройальянс», суды  не дана оценку другим обстоятельствам, в частности, утраты руководителем Кимом К.М.  дебиторской задолженности муниципального унитарного предприятия «Управление  заказчика по строительству подземных транспортных сооружений» (далее – МУП  «УЗСПТС») и материальных ценностей. Незаконными действиями руководителей  должнику фактически причинены убытки в сумме 33 858 152,98 руб.  

В кассационной жалобе ФИО2 привёл доводы о том, что суды ошибочно  возложили на него обязанность по возмещению должнику убытков за действия  по заключению сделок, которые совершены руководителем ФИО4 в период  2011 – 2014 годах, поскольку сделки он не одобрял, руководителем должника назначен  19.10.2015, а нормы статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее –  ГК РФ) об ответственности акционеров действуют с 01.09.2014.  

ФИО2 полагает, что суды не применили последствия пропуска управляющим  срока исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности,  предусмотренного пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального  закона от 02.06.2016 № 172-ФЗ), так как после закрытия реестра требований кредиторов  в июле 2016 года управляющий должен узнать о недостаточности имущества должника  для удовлетворения требований кредиторов.  

В отзыве на кассационные жалобы Федеральная налоговая служба (далее –  ФНС России, уполномоченный орган) возражала против доводов Кима К.М., поддержала  доводы управляющего.  

Проверив в пределах, предусмотренных статьями 286, 287 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), правильность  применения судами норм материального права и соблюдение процессуального права,  а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах,  установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным  доказательствам, суд округа не находит основания для удовлетворения кассационных  жалоб.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «ФСК» создано  и зарегистрировано 13.12.2002. ФИО2 является учредителем и единственным  акционером должника.  

Согласно выпискам из Единого государственного реестра юридических лиц  директорами должника являлись: ФИО4 в период с 05.02.2008 по 18.10.2015,  ФИО2 – с 19.10.2015 по 27.01.2016.  

Общество «ФСК» осуществляло функции генерального подрядчика строительства  станции метро «Золотая нива» в городе Новосибирск, введённой в эксплуатацию  в октябре 2010 года. Работы на этом объекте должник вёл в период с 2008 года до февраля  

2011 года. У общества «ФСК» возникли обязательств перед контрагентами в сумме  226 214 033 руб.  

Мэрия города Новосибирска и МУП «УЗСПТС» не произвели оплату должнику  за выполненные работы, в 2011 году начались судебные тяжбы – подрядчик взыскивал  стоимость работ на сумму более 300 млн. руб., в то время как заказчик требовал  неустойку и часть неотработанного аванса.  

В первой половине 2011 года удовлетворены иски должника в суммах:  5 935 898 руб. (решение арбитражного суда от 07.04.2011 по делу № А45-2399/2011);  21 638 954 руб. (решение от 27.05.2011 по делу № А45-2400/2011); 61 266 894 руб.  (решение от 06.04.2011 по делу № А45-2401/2011); 22 773 747 руб. (решение от 14.06.2011  по делу № А45-2402/2011); 11 954 218 руб. (постановление апелляционного суда  от 25.01.2012 по делу № А45-2529/2011); 3 702 816 руб. (решение от 17.06.2011 по делу   № А45-2686/2011); 1 321 828 руб. (решение от 17.06.2011 по делу № А45-2689/2011);  5 006 916 руб. (решение от 05.07.2011 по делу № А45-8710/2011).  

Часть судебных актов в дальнейшем отменена. Также крупными были споры  о взыскании задолженности 116 млн. руб. (дело № А45-24439/2012) и 70 млн. руб. (дело   № А45-25026/2012).  

 Первыми с заявлениями о признании должника банкротом 04.02.2011 обратились  общества с ограниченной ответственностью «Метрополис» и «Новосибметропроект».  

Производство по делу о банкротстве общества «ФСК» возбуждено определением  арбитражного суда от 12.12.2011.  

В рамках возбужденного дела № А45-2054/2011 поступили требования обществ  с ограниченной ответственностью ЧОО «Артемида», «Эталон-ТД», «Промжилпроект»  и «Ситистрой».  

Определением арбитражного суда от 23.01.2012 производство по делу о банкротстве  общества «ФСК» прекращено.  

Определением арбитражного суда от 12.12.2011 по заявлению ФИО8  возбуждено настоящее дело о банкротстве общества «ФСК».  

В отчётности общества «ФСК» за период 2011-2015 годы, представленной  управляющим отражены следующие показатели хозяйственной деятельности в 2009-2011  годы: основные средства – 59 011 000 руб. / 47 662 000 руб. / 27 875 000 руб.; запасы –  13 998 000 руб. / 51 631 000 руб. / 113 151 000 руб.; дебиторская задолженность –  169 116 000 руб. / 388 259 000 руб. / 263 462 000 руб.; кредиторская задолженность –  274 331 000 руб. / 433 098 000 руб. / 378 103 000 руб.; заёмные обязательства –  943 000 руб. / 51 269 000 руб. / 35 485 000 руб. Размер чистых активов должника составил  – 1 578 000 руб. (2009 год), 93 000 руб. (2010 год) и минус 583 000 руб. (2011 год).  Непокрытый убыток меньше чистых активов на 10 000 руб. Чистая прибыль (убыток)  равна в 2010 году минус 1 485 000 руб., в 2011 году – минус 676 000 руб.  

Определением арбитражного суда 03.08.2015 в отношении общества «ФСК» введена  процедура наблюдения, решением от 04.02.2016 – должник признан банкротом, открыто  конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждён ФИО3  

Объективное финансовое состояние и отсутствие денежных средств в качестве  расчетов за выполненные работы на объекте «метро Золотая Нива» не позволило  удовлетворять требования кредиторов. Невозможность своевременного получения оплаты  от заказчика подтверждается спорами между Мэрией города Новосибирска и первым  генеральным подрядчиком акционерным обществом «Бамтоннельстрой».  

После возбуждения дела о банкротстве общества «ФСК» и до введения процедуры  наблюдения совершены следующие сделки, признанные впоследствии  недействительными по заявлениям управляющего: с обществом «Рента» - договор цессии  от 11.11.2014 № 3 с дополнительным соглашением от 06.05.2015 № 1, акт зачёта на сумму  15 372 000 руб.; договор цессии от 11.11.2014 № 4-Ц с дополнительным соглашением  от 06.05.2015 № 1 и акт зачёта на сумму 32 534 229,27 руб.; денежные платежи на сумму  472 800,95 руб. (май 2012 года), на сумму 6 862 574,76 руб. (вторая половина 2011 года);  с обществом «Атлант-Строй» - соглашение об оплате задолженности от 08.04.2014 путём  передачи транспортных средств; денежные платежи на сумму 1 000 000 руб.; с обществом  «Стройальянс» - договоры цессии от 21.04.2015, от 12.02.2015, от 10.04.2015, зачёты  от 12.05.2015 на сумму 5 646 829,04 руб., от 22.05.2015 на суммы 628 632,82 руб.  и 1 400 411,69 руб.; с обществом УК «Союз Транспортных Строителей» - зачёт  от 05.08.2015.  

Применены последствия недействительности сделки в виде: восстановления права  требования общества «ФСК» к МУП «УЗСПТС» и мэрии города Новосибирска в сумме  60 266 894,08 руб. основного долга и 30 315 833,30 руб. пени по контракту от 18.02.2010   № 2010/6; обязания общества «Рента» передать документы, подтверждающие данное  право требования.  

Договор цессии от 11.11.2014 № 4-Ц и акт зачёта от 11.11.2014 между обществом  «Рента» и должником: применены последствия недействительности сделки в виде:  восстановления права требования должника «ФСК» к МУП УЗСПТС в сумме  129 982 262,14 руб., обязания общества «Рента» передать документы, подтверждающие  данное право требования.  

Сделки, заключённые между обществом «Стройальянс» и должником: договор  цессии от 10.04.2015 № 5 и соглашение о зачёте от 12.05.2015 на сумму 5 646 829,04 руб.;  договор цессии от 12.02.2015 № 2 и договор цессии от 21.04.2015 с заявлением о зачёте  от 22.05.2015 на сумму 1 400 411,69 руб.; общество УК «Союз Транспортных Строителей»  - договор уступки от 10.06.2015 и акт зачёта от 05.08.2015 на сумму 1 691 200,19 руб.  Применены последствия недействительности сделок путем: взыскания с общества  «Стройальянс» – 5 646 829,04 руб., 1 400 411,69 руб., 1 691 200,19 руб.  

Платежи в пользу общества «Рента» не причинили вред, поскольку сторона  денежные средства возместила. Конкурсный управляющий не смог взыскать с обществ  

«Атлант-Строй» и «Стройальянс» задолженность по сделкам № 1 и № 6, в связи с чем  общий размер причиненных убытков по ним составил 13 583 993,53 руб.  

В рамках рассмотрения дела № А46-11010/2016 по оспариванию договора № 3-Ц суд  сделал вывод о том, что общества «ФСК» выполнило часть работ и некачественно, однако  должник в лице управляющего отказался от определения объёма выполненных работ  экспертным путем (решение суда от 24.04.2019).  

В рамках рассмотрения дела № А45-24439/2012 по оспариванию договора № 4-Ц  объект незавершенного строительства возвращён, оснований для взыскания  инвестиционного взноса и упущенной выгоды не имеется.  

Признание сделок должника недействительными не повлекло пополнение  конкурсной массы.  

Общество «Рента» находится в процедуре банкротства. 

Ссылаясь на непередачу бухгалтерской и иной документации должника, совершение  сделок в пользу заинтересованных лиц, в результате которых выбыли актива должника,  конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении  к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.  

Отказывая в привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной  ответственности, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались нормами  пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ)), статьи 53.1  ГК РФ, разъяснениями, содержащимися в пункте 20 Постановления № 53, исходили  из недоказанности совокупности условий для наступления субсидиарной ответственности  упомянутых лиц по обязательствам должника.  

Учитывая, что экономический кризис общества «ФСК» возник в 2010-2011 годах,  банкротство не связано с виновными противоправными действиями контролирующих  лиц, совершение указанных сделок не привело к объективному банкротству должника,  но повлекло уменьшение конкурсной массы, арбитражный суд усмотрел причинение  убытков.  

Установив, что ФИО4 являлся руководителем общества «ФСК» и лицом,  непосредственно заключившим подозрительные сделки от имени должника, а ФИО2,  будучи единственным акционером должника, не предпринял мер по контролю  за действиями руководителя, оспариванию сделок, суд первой инстанции сделал выводы  о том, что указанные лица являются надлежащими ответчиками по требованию  о взыскании убытков, общество «Рента», ФИО5, ФИО6 и ФИО7  не являются контролирующими должника лицами, в связи с чем не подлежат  привлечению к ответственности.  

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции.  

Выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют фактическим  обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и применённым нормам права.  

Учитывая период совершения ответчиками вменяемых им действий, являющихся,  по мнению управляющего, основанием для привлечения к субсидиарной ответственности,  

применению подлежат положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве  (в редакции Закона № 134-ФЗ), содержащие презумпцию доведения должника  до банкротства в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо  одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки,  указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.  

При этом, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц  к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований  кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности  должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд  в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков,  исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения  финансового положения должника (определение Верховного Суда Российской Федерации  от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).  

Нормы пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в ранее действовавшей редакции  и действующие нормы пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве с точки зрения  материального права не отличаются в отношении ряда презумпций.  

Поэтому разъяснения, содержащиеся в Постановлении № 53, в части  не противоречащей статье 10 Закона о банкротстве, подлежат применению  к сложившимся правоотношениям.  

В пункте 20 Постановления № 53 разъяснено, что при решении вопроса о том, какие  нормы подлежат применению – общие положения о возмещении убытков (в том числе  статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности  (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает,  насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица  (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно)  на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия  изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические  показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.  

В том случае, когда причинённый контролирующими лицами, указанными  в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести  к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие  по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.  

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид  ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям  статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование.  При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности,  но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную  ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение  о возмещении таким контролирующим лицом убытков.  

По правилу статьи 1080 ГК РФ, совместно причинившие вред, отвечают перед  потерпевшим солидарно. В целях квалификации действий причинителей вреда  как совместных судебная практика учитывает согласованность, скоординированность  и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может  быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство,  пособничество и т.д. (абзац первый пункта 22 Постановления № 53).  

В силу положений статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки,  причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки  определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьёй 15 ГК РФ.  

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является  лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты  нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15  ГК РФ). Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2  статьи 401 ГК РФ). По общему правилу, лицо, причинившее вред, освобождается  от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи  1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем  обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении  вреда предполагается, пока не доказано обратное (пункт 12 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами  некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской  Федерации»).  

Поскольку суды установили отсутствие причинно-следственной связи между  вменяемыми действиями ответчиков и банкротством общества «ФСК»; наличие  совокупности указанных в приведённых нормах обстоятельств непосредственного участия  руководителя ФИО4 и опосредованного участия единственного акционера  Кима К.М. в совершении должником подозрительных сделок, причинивших ему  материальный ущерб и вред имущественным правам кредиторов, а также размер вреда,  указанные лица привлечены к ответственности в виде возмещения исчисленных убытков  правомерно.  

Доводы, изложенные в кассационных жалобах, отклоняются. 

В пункте 23 Постановления № 53 разъяснено, что презумпция доведения  до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена  к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинён существенный вред  кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые  для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся  существенно убыточными.  

Существенная убыточность сделки является оценочной категорией, поскольку  в каждом конкретном случае суд устанавливает фактические обстоятельства дела, размер  сделки применительно к масштабам деятельности должника и в этой связи определяет,  является ли убыточность существенной с учётом представленных доказательств.  

Из анализа вышеназванных норм права и разъяснений, данных высшей судебной  инстанцией, следует, что необходимым условием возложения субсидиарной  ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между  использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого  хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий,  совершённых подконтрольной организацией, результатом которых стала  несостоятельность (банкротство).  

Таких обстоятельств суды первой и апелляционной инстанций не установили. 

Действительно, на дату открытия конкурсного производства руководитель ФИО2  являлся единоличным исполнительным органом общества «ФСК», следовательно, на нем  лежала обязанность по передаче конкурсному управляющему документации должника.  

При рассмотрении заявления конкурсного управляющего об истребовании  документации должника у арбитражного управляющего ФИО9 и вынесении  определения арбитражного суда от 20.10.2016 было установлено, что передача  документации конкурсному управляющему производилась, представлены доказательства  направления почтой документов общества.  

Конкурсным управляющим в рамках обособленного спора об истребовании  документов, а также в рамках заявления о привлечении к субсидиарной ответственности  не представлено доказательств того, что у Кима К.М. имелась и не была передана какая-либо документация должника, в том числе первичная документация по дебиторской  задолженности, на которую указывает конкурсный управляющий. Также не доказано  уклонения от передачи документации, не представлено обоснования и доказательств того,  что данная документация повлекла невозможность формирования конкурсной массы.  

ФИО2 в спорный период являлся и является единственным акционером общества  «ФСК» и участником общества «Рента» (доля в размере 33 % уставного капитала),  которое получило имущество должника в результате совершения сделок, впоследствии  оспоренных конкурсным управляющим. ФИО2 отрицает свою причастность  к спорным сделкам. Вместе с тем как единственный акционер общества «ФСК» он был  вправе получать сведения о результатах его финансово-хозяйственной деятельности,  определять и контролировать работу менеджеров и общества в целом (пункт 2 статьи 31,  статья 48 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах»).  При рассмотрении настоящего обособленного спора ФИО2 не опроверг возможность  реализации им в спорный период всего объема правомочий единственного акционера  общества «ФСК», а также не представил документально подтвержденные объяснения  о том, что совершение сделок, повлёкших выбытие активов должника в пользу общества  «Рента», произошло без его ведома.  

Следовательно, ФИО2 являлся бенефициаром признанных недействительными  сделок и подлежит привлечению к ответственности в виде возмещения убытков.  

Оценивая довод о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности,  суды правильно руководствовались положениями статьи 200 ГК РФ, статьи 10 Закона  

о банкротстве, разъяснениями, изложенными в пункте 59 Постановления № 53, правовой  позицией, отраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации  от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3), и исходили из необходимости установления  момента, с которого конкурсному управляющему стало известно о недостаточности  активов должника для проведения расчётов со всеми кредиторами, о невозможности  пополнения конкурсной массы путём возврата имущества, выбывшего в результате  совершения оспариваемых сделок (учитывая меры, предпринятые для исполнения  судебных актов о признании сделок недействительными).  

Наличие совокупности обстоятельств, необходимых для взыскания убытков,  в том числе незаконные действия (бездействие) ответчиков, убытки и их размер,  причинно-следственная связь между ними, устанавливается судами первой  и апелляционной инстанций при оценке представленных доказательств и доводов  участвующих лиц.  

Фактические обстоятельства установлены судами в результате полного  и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности  и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ.  

Несогласие заявителей кассационных жалоб с оценкой обстоятельств дела  и иное толкование ими положений действующего законодательства не являются  основанием для отмены обжалованных судебных актов в кассационном порядке.  

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ,  Арбитражный суд Западно-Сибирского округа  

постановил:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 18.01.2022 и постановление  Седьмого арбитражного апелляционного суда от 01.06.2022 по делу № А45-23379/2011  оставить без изменения, а кассационные жалобы без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда  Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия,  в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 АПК РФ.  

Председательствующий Н.В. Лаптев 

Судьи Е.А. Куклева  

 ФИО1