АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-483/22 

Екатеринбург

14 марта 2022 г.

 

Дело № А60-32201/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 10 марта 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 марта 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Кудиновой Ю.В., Новиковой О.Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 (далее – должник) на определение Арбитражного суда Свердловской области от 15.09.2021 по делу № А60-32201/2020и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного судаот 17.12.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседанияна сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял участие финансовый управляющий ФИО2.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 02.07.2020 возбуждено производство по делу о признании ФИО1 банкротом.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.07.2020 в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации его долгов, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 12.11.2020 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2

В Арбитражный суд Свердловской области 27.07.2021 поступило заявление финансового управляющего ФИО2 об установлении процентов по вознаграждению финансового управляющего.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 15.09.2021, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.12.2021, заявление ФИО2 удовлетворено, установлена сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего в размере 322 707 руб. 07 коп.

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение от 15.09.2021 и постановление от 17.12.2021 отменить, отказать в установлении процентов по вознаграждению управляющего ФИО2, ссылаясь на неправильное применение судами норм процессуального права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. ФИО1 указывает на то, что копия заявления ФИО2 и уведомление о назначении судебного заседания по его рассмотрению не направлены должнику, при этом ФИО1, которому не предоставлена возможность ознакомления с делом онлайн, так как его ходатайство от 03.09.2021 об ознакомлении удовлетворено 10.09.2021, необоснованно отказано в отложении судебного заседания 08.09.2021, в котором спор рассмотрен по существу, в результате чего должник, заинтересованный в результатах спора, был поставлен в неравное положение по отношению к иным его участникам. По мнению заявителя, суды не учли его доводы о том, что, несмотря на его предложения заключить мировое соглашение с кредиторами, управляющий на эти предложения не ответил и не реагировал на предложения должника по вопросу погашения долга перед всеми кредиторами, не связался с должником, в том числе по почтовой связи, для уточнения предложенного соглашения, а из-за предположения управляющего о том, что предложение об утверждении мирового соглашения не могло быть направлено должником, и его субъективного мнения об отсутствии у должника возможности удовлетворить требования кредиторов, были нарушены права должника, пожелавшего добровольно погасить требования, на денежные средства и принадлежащее должнику имущество, которое могло быть сохранено. Заявитель полагает, что на момент подготовки положения о реализации имущества он не имел возражений против реализации имущества, так как не подозревал, что третьи лица ему предложат денежные средства для погашения долгов, и что в связи с удовлетворением требований кредиторов будет прекращено дело о его банкротстве (определение суда от 11.08.2021), а сведения о сумме текущих требований управляющего, которые на момент торгов не погашены, представлены только в отзыве конкурсного кредитора некоммерческой организации Товарищество собственников жилья «Новые коммунальные технологии» и ранее не были известны должнику. Заявитель ссылается на то, что, не приняв меры для удовлетворения требований кредиторов и организации добровольного погашения должником долга, управляющий действовал неразумно и недобросовестно, в корыстных целях дальнейшего получения от реализации имущества процентов по вознаграждению и потому не был заинтересован в прекращении банкротства без реализации дорогостоящего имущества должника, и, поскольку от реализации имущества должника не погашены требования кредиторов, которые удовлетворены самим должником, то проведение такой процедуры не является основанием для утверждения процентов по вознаграждению управляющего.

ФИО2 в отзыве просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, в удовлетворении кассационной жалобы должника отказать.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке статей 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.07.2020 в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2, решением от 12.11.2020 в отношении имущества должника введена процедура реализации, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2

Определением от 30.12.2020 утверждено Положение о порядке, об условиях и о сроках реализации имущества должника в редакции, представленной в суд 25.11.2020 (далее – Положение), согласно которому, имущество должника сформировано из 1 лота: жилого помещения площадью 159,1 кв.м., этаж № 5, расположенного по адресу: 

<

...>, начальная продажная цена – 6 294 500 руб.

В соответствии с вышеназванным Положением, на 27.04.2021 и на 17.06.2021 было назначено проведение торгов, но торги признаны несостоявшимися в связи с отсутствием заявок.

По результатам проведенных 28.06.2021 торгов по реализации объекта недвижимого имущества должника финансовым управляющим 02.07.2021 заключен договор купли-продажи жилого помещения на сумму 4 610 100 руб. 99 коп., условиями которого предусмотрена оплата в течение 30 календарных дней.

Руководствуясь абзацем 2 пункта 17 статьи 20.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), и, ссылаясь на то, что по результатам процедуры реализации имущество должника реализовано финансовым управляющим по договору от 02.07.2019 по цене 4 610 100 руб. 99 коп. и названные денежные средства поступили в конкурсную массу должника, ФИО2 обратился в суд с рассматриваемым заявлением об установлении процентов по вознаграждению в размере 322 707 руб. 07 коп.

Возражая против удовлетворения требований, должник ссылался на то, что действия управляющего направлены не на удовлетворение требований кредиторов, а на получение процентов от реализации имущества должника.

Удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из следующего.

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), вознаграждение управляющему выплачивается в размере фиксированной суммы и суммы процентов, установленных статьей 20.6 Закона о банкротстве, с учетом особенностей, предусмотренных данной статьей.

Выплата фиксированной суммы вознаграждения финансовому управляющему осуществляется за счет средств гражданина, если иное не предусмотрено Законом о банкротстве, а выплата суммы процентов, установленных статьей 20.6 Закона о банкротстве, осуществляется за счет денежных средств, полученных в результате исполнения плана реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (абзац 2 пункта 4 статьи 213.9 Закона о банкротстве).

В отличие от фиксированной части вознаграждения, полагающейся арбитражному управляющему по умолчанию, предусмотренные пунктом 17 статьи 20.6 и пунктом 3 статьи 213.9 Закона о банкротстве проценты по вознаграждению являются дополнительной стимулирующей частью его дохода, подобием премии за фактические результаты деятельности, поощрением за эффективное осуществление мероприятий по формированию и реализации конкурсной массы в рамках соответствующей процедуры банкротства (пункт 22 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

Поэтому возможность начисления стимулирующей выплаты неразрывно связана с совершаемыми финансовым управляющим действиями, его ролью в процедуре банкротства гражданина. При представлении должником доказательств, что управляющий не внес сколько-нибудь существенного вклада в достижение целей реабилитационной процедуры банкротства, препятствовал выработке экономически обоснованного плана реструктуризации, стимулирующая часть вознаграждения не подлежит выплате (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2021 № 305-ЭС21-9813).

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные в материалы дела доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что финансовый управляющий ФИО2 проводил все стандартные мероприятия процедуры реализации имущества должника, выполнение которых является его обязанностью, приняв во внимание, что Положение о порядке, сроках и условиях продажи имущества должника утверждено определением суда от 30.12.2020, которое должником не обжаловалось, какие-либо возражения относительно факта продажи имущества либо ее условий должник не заявлял, и по результатам проведенных 28.06.2021 торгов по реализации объекта недвижимого имущества должника финансовым управляющим 02.07.2021 заключен договор купли-продажи, по которому жилое помещение реализовано за 4 610 100 руб. 99 коп., а также, учитывая, что как на момент проведения торгов (28.06.2021), так и при заключении договора купли-продажи (02.07.2021) требования кредиторов должника в полном объеме погашены не были, а иное из материалов дела не следует, и доказательства обратного не представлены, суды пришли к выводу, что при отсутствии соответствующей информации и при наличии непогашенных требований кредиторов финансовый управляющий ФИО2 осуществлял реализацию имущества в рамках возложенных на него полномочий и в отсутствие соответствующих доказательств приостанавливать торги не мог, тогда как доказательства иного, свидетельствующие о наличии оснований полагать действия финансового управляющего по проведению торгов и заключению договора купли-продажи недобросовестными, не представлены.

При этом доводы должника о том, что действия управляющего, не заинтересованного в прекращении процедуры банкротства без реализации дорогостоящего имущества должника, были направлены не на удовлетворение требований кредиторов, а на получение процентов от реализованного имущества, и обязательства перед кредиторами исполнены не за счет реализации имущества, а должником, являлись предметом оценки суда апелляционной инстанции и по результатам исследования и оценки всех доказательств по делу отклонены ввиду следующего.

Как следует из пояснений должника, о проведении торгов ему стало известно после признания несостоявшимися торгов 17.06.2021, и, понимая, что следующий этап торгов пройдет по пониженной стоимости объекта продажи, должник 28.06.2021 обратился в суд с ходатайством о принятии обеспечительных мер в виде запрета финансовому управляющему проводить торги по реализации имущества должника.

Определением арбитражного суда от 29.06.2021 в удовлетворении заявления должника о принятии обеспечительных мер отказано, при этом судом установлено, что в обоснование вышеназванного ходатайства должник указал, что цена имущества на торгах на 26.06.2021 составляет 4 532 040 руб., к последнему понижающему шагу (03.07.2021) эта сумма будет составлять 2 266 020 руб., что, по мнению должника, является чрезмерно низкой стоимостью для такого рода имущества, а наложение обеспечительных мер поможет должнику сохранить имущество и в дальнейшем самостоятельно реализовать его по более выгодной цене, чем установлено управляющим, а также должник указал, что кредиторам направлено предложение о заключении мирового соглашения, и должник подал заявление о прекращении производства по делу в связи с полным погашением требований кредиторов, включенных в реестр, между тем соответствующие доказательства, подтверждающие названные утверждения, должник не представил, при том, что торги по продаже имущества состоялись 28.06.2021, в связи с чем в удовлетворении заявления должника судом отказано.

По факту направления должником управляющему и кредиторам предложения заключить мировое соглашение, суды исходили из того, что управляющий не отрицал получение названного письма с предложением о заключении мирового соглашения, содержащего подпись ФИО1, но ранее должник никак не взаимодействовал с управляющим, на контакт не шел, указывал на трудности в реализации квартиры, при том, что все требования конкурсных кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, представляют из себя задолженности именно по содержанию указанной квартиры (коммунальные платежи, налоги и т.п.), ввиду чего у управляющего, не располагавшего сведениями о наличии возможности удовлетворить все требования кредиторов у должника, ранее не выражавшего намерения погасить требования конкурсных кредиторов, имелись обоснованные сомнения относительно направления письма именно должником, и при таких обстоятельства, в отсутствие соответствующих доказательств погашения должником всех требований кредиторов, у управляющего не имелось оснований для приостановления торгов по продаже имущества должника.

Помимо изложенного, по результатам исследования и оценки всех имеющихся доказательств апелляционный суд установил, что погашение задолженности, включенной в реестр требований кредиторов должника, осуществлялось последним только с 27.06.2021, последующие платежи произведены 15.07.2021, а последний платеж совершен лишь 20.07.2021, при этом, как следует из материалов дела, на момент проведения 28.06.2021 торгов и при заключении 02.07.2021 договора купли-продажи требования кредиторов в полном объеме погашены не были, и при таких обстоятельствах, при том, что сведения о погашении требований уполномоченного органа поступили через Картотеку арбитражных дел лишь 05.07.2021, то есть уже после заключения договора купли-продажи по результатам торгов, а доказательства уведомления должником управляющего о производимом им погашении требований кредиторов в материалы дела не представлены, апелляционный инстанции пришел к выводу о доказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом, что финансовый управляющий ФИО2 осуществлял реализацию имущества должника в рамках возложенных на него полномочий и, в отсутствие у него сведений о погашении должником требований кредитора и соответствующих доказательств, не мог приостанавливать торги по продаже имущества должника, ввиду чего оснований полагать действия финансового управляющего по проведению торгов и заключению договора купли-продажи недобросовестными не имеется.

При этом апелляционный суд, по результатам исследования и оценки представленных доказательств, с учетом конкретных обстоятельств дела, напротив, пришел к выводу о том, что действия должника, длительное время не содействовавшего управляющему, не погашавшего кредиторскую задолженность и не возражавшего против продажи имущества на условиях утвержденного судом Положения, а затем, не раскрывая наличие у него финансовой возможности погашения включенной в реестр задолженности, приступившего к погашению требований кредиторов, которые могли быть погашены за счет поступивших от реализации имущества денежных средств, без извещения об этом управляющего, направлены на недопущение выплаты процентов по вознаграждению финансовому управляющему, что, в отсутствие доказательств иного, нельзя признать добросовестным поведением.

Учитывая изложенные установленные судами обстоятельства, по результатам исследования и оценки всех имеющихся доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что в результате реализации финансовым управляющим ФИО2 в процедуре банкротства должника жилого помещения в конкурсную массу должника поступили денежные средства на сумму 4 610 100 руб. 99 коп., проверив правильность представленного финансовым управляющим расчета, согласно которому сумма процентов по вознаграждению управляющего ФИО2 составляет 322 707 руб. 07 коп. (4610100,99/100*7), и признав данный расчет верным, при том, что контррасчет суммы процентов по вознаграждению управляющего не представлен, какие-либо возражения по расчету не поступили, суды пришли к выводу о доказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном случае всех необходимых и достаточных оснований для установления суммы процентов по вознаграждению финансового управляющего в заявленном размере, ввиду чего, в отсутствие доказательств обратного, опровергающих выводы судов и свидетельствующих об ином, удовлетворили требования ФИО2

Таким образом, удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном случае всей необходимой и достаточной совокупности оснований для установления процентов по вознаграждению финансового управляющего ФИО2, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы должника о ненаправлении управляющим его адрес заявления об установлении процентов по вознаграждению по результатам исследования и оценки отклонены апелляционным судом как не соответствующие материалам дела, в том числе, с учетом того, что к заявлению об установлении процентов по вознаграждению ФИО2 приложена копия почтовой квитанции о направлении 26.07.2021 в адрес ФИО1 почтового отправления с идентификатором 62014259085688, которое, согласно отчету об отслеживании данного почтового отправления, не получено ФИО1 и 28.08.2021 возвращено отправителю по истечению срока хранения, при этом определение о принятии заявления финансового управляющего к производству от 03.08.2021, согласно отчету о публикации судебных актов, размещено в открытом доступе на сайте суда в сети Интернет 04.08.2021, и с указанной даты должник мог узнать о наличии на рассмотрении суда спора по заявлению финансового управляющего об установлении процентов по вознаграждению, между тем должник не раскрыл, откуда ему стало известно о наличии на рассмотрении суда данного спора, при том, что ходатайство об ознакомлении с материалами дела подано им 03.09.2021, следовательно, не позднее этой даты должнику было известно о наличии спора, судебное заседание по рассмотрению которого было назначено на 08.09.2021, а ходатайство об отложении судебного заседания по настоящему обособленному спору было подано должником только 07.09.2021, причем из содержания ходатайства прямо следует осведомленность должника о настоящем споре и его рассмотрении судом, а также указано на ходатайство от 03.09.2021 об онлайн ознакомлении с материалами дела, при этом оба ходатайства поданы должником посредством системы «Картотека арбитражных дел», что свидетельствует о наличии у должника технической возможности отслеживать появление судебных актов, а также поданных и зарегистрированных судом заявлений и ходатайств, и риск наступления неблагоприятных последствий в результате непринятия мер по получению такой информации лежит на должнике (часть 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Следует также отметить, что должник в любом случае не был лишен права на судебную защиту своих прав и законных интересов в рамках настоящего спора, где приведенные в обоснование его возражений доводы и обстоятельства, ранее также заявлявшиеся при рассмотрении дела по вопросу о принятии обеспечительных мер, в полной мере и надлежащим образом исследованы и оценены судом апелляционной инстанции.

Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов,а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты отмене не подлежат, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 15.09.2021по делу № А60-32201/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.12.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                               Ю.А. Оденцова 

 

Судьи                                                                                            Ю.В. Кудинова 

 

                                                                                                      О.Н. Новикова