ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Ессентуки                                                                                            Дело № А61-150/2022

15.07.2024

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08.07.2024

Полный текст постановления изготовлен 15.07.2024

 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе     председательствующего Сулейманова З.М., судей: Бейтуганова З.А., Годило Н.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания                                      Акаевой У.В., при участии в судебном заседании представителя акционерного общества «Газпромбанк» - ФИО1 (доверенность от 04.04.2023), в отсутствие другого лица, извещенного надлежащим образом, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 18.04.2024 по делу № А61-150/2022,  

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Республики Северная Осетия - Алания от 18.03.2022 в отношении ФИО2 (далее – должник) введена процедура реализации имущества. 

          Финансовым управляющим должника утвержден ФИО3 (далее – финансовый управляющий)  (регистрационный номер в сводном государственном реестре арбитражных управляющих 2247, член ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих»).

          В связи с завершением всех мероприятий процедуры реализации имущества должника, финансовый управляющий обратился с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника. 

          Определением Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 18.04.2024 заявление финансового управляющего удовлетворено. Суд пришел к выводу о необходимости завершения процедуры реализации имущества гражданина.

          Должник обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - АПК РФ), просило обжалуемое определение в части неприменения правила об освобождении от исполнения всех обязательств отменить, принять в этой части новый судебный акт, которым освободить должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе не заявленных при введении реализации имущества гражданина. 

          Доводы апелляционной жалобы должника сводятся к следующему. В материалах дела отсутствуют доказательства о его недобросовестном поведении и данные предположения суда первой инстанции носят предположительный характер. Апеллянт указывает на то, что в заключении финансового управляющего отсутствовали признаки преднамеренного банкротства.

Определением суда от 08.05.2024 апелляционная жалоба принята к производству, судебное разбирательство по рассмотрению апелляционной жалобы назначено на 08.07.2024.

Информация о времени и месте судебного заседания вместе с соответствующим файлом размещена на сайте http://kad.arbitr.ru/ в соответствии положениями статьи 121 АПК РФ.

В судебном заседании представитель акционерного общества «Газпромбанк» не согласился с доводами апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение суда оставить без изменения.

В отзыве на апелляционную жалобу акционерное общество «Газпромбанк» просило определение суда оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалобы, отзыва на нее, заслушав представителя лица, участвующего в деле, проверив законность обжалуемого решения в апелляционном порядке в соответствии с нормами главы 34 АПК РФ, суд  апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как разъяснено в пункте 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 10.11.2021, завершение расчетов с кредиторами в процедурах судебного банкротства или завершение процедуры внесудебного банкротства гражданина влекут освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов ("списание долгов") и, как следствие, от их последующих правопритязаний (п. 3 ст. 213.28, п. 1 ст. 223.6 Закона о банкротстве).

Однако институт банкротства - это экстраординарный способ освобождения от долгов, поскольку в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой, помимо прочего, не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств.

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывавшему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов (Определение Верховного Суда РФ от 19.04.2021 № 306-ЭС20-20820).

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы четвертый, пятый п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

В процедурах банкротства гражданин-должник обязан предоставить информацию о его финансовом положении, в том числе сведения о его имуществе с указанием его местонахождения, об источниках доходов, о наличии банковских и иных счетов и о движении денежных средств по ним (п. 3 ст. 213.4, п. 6 ст. 213.5 Закона о банкротстве). Неисполнение данной обязанности, с одной стороны, не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру реструктуризации долгов, а с другой - создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед кредиторами.

Подобное поведение неприемлемо для получения привилегий посредством банкротства, поэтому непредставление гражданином необходимых сведений (представление заведомо недостоверных сведений) является обстоятельством, препятствующим освобождению гражданина от обязательств (абзац третий п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве). Исключения могут составлять случаи, если должник доказал, что информация не была раскрыта ввиду отсутствия у него реальной возможности ее предоставить, его добросовестного заблуждения в ее значимости или информация не имела существенного значения для решения вопросов банкротства.

Если должник при возникновении или исполнении своих обязательств, на которых конкурсный кредитор основывал свое требование, действовал незаконно (пытался вывести активы, совершил мошенничество, скрыл или умышленно уничтожил имущество и т.п.), то в силу абзаца четвертого п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве эти обстоятельства также лишают должника права на освобождение от долгов, что указывается судом в судебном акте. По этому же основанию не допускается и освобождение гражданина от обязательств по завершении процедуры внесудебного банкротства гражданина (п. 2 ст. 223.6 Закона о банкротстве).

Как указано в п. 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 г. N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", целью положений п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанная норма направлена на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

В пп. 43, 44 того же постановления разъяснено, что обстоятельства, связанные с сокрытием должником необходимых сведений, могут быть установлены судом на любой стадии дела о банкротстве должника в любом судебном акте, при принятии которого данные обстоятельства исследовались судом и были отражены в его мотивировочной части, а совершение должником иных противоправных действий может подтверждаться обстоятельствами, установленными как в рамках любого обособленного спора по делу о банкротстве должника, так и в иных делах.

Суд первой инстанции, приходя к выводу об отсутствии оснований для освобождения должника от исполнения обязательств правильно исходил из следующего.

Структура кредиторской задолженности должника свидетельствует о том, что кредиторами должника являются только кредитные организации, обязательства перед которыми в значительном объеме возникли в короткий промежуток времени. У должника отсутствуют долги, типичные для лица, попавшего в непростую жизненную ситуацию (например, оплата коммунальных платежей, потребительское кредитование и проч.).

Поведение должника, выразившееся в наращивании кредиторской задолженности, нельзя признать добросовестным, напротив, является противоправным (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, в рамках рассмотрения настоящего дела установлено, что должник заключал кредитные договоры в течение трех дней – 10.08.2021, 11.08.2021, 12.08.2021 ввиду чего у кредиторов отсутствовала реальная возможность получения достоверных сведений о наличии (отсутствии) иных кредитных обязательств путем запроса информации о кредитной истории обратившегося к ним лица на основании Федерального закона от 30.12.2004 N 218-ФЗ «О кредитных историях» в соответствующих бюро, поскольку согласно положениям указанного закона банк обязан передать информацию в бюро кредитных историй в срок, предусмотренный договором о предоставлении информации, но не позднее окончания второго рабочего дня, следующего за днем совершения действия (наступления события), информация о котором входит в состав кредитной истории в соответствии с настоящим Федеральным законом, либо за днем, когда источнику формирования кредитной истории стало известно о совершении такого действия (наступлении такого события). Источники формирования кредитной истории (за исключением источников, указанных в части 5.1 настоящей статьи) представляют информацию в бюро кредитных историй в форме электронного документа.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзацы 17, 18 статьи 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), а также с учетом разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на накопление долговых обязательств без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 N 310-ЭС17-14013).

Как было указано выше, освобождение от обязательств по итогам банкротства предполагается только добросовестному должнику, попавшему в сложную жизненную ситуацию, в рассматриваемом случае суд усматривает манипулирование процедурами банкротства при непрозрачном поведении должника, не раскрывшего экономические мотивы такого поведения. При наличии подтвержденного дохода, должник без видимых и не раскрытых перед судом причин принимает на себя кредитные обязательства перед банками в значительном размере, а дальнейшая судьба денежных средств остается не раскрытой перед судом.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства, либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо не исполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и т.п.), суд вправе в определении о завершении конкурсного производства указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств (статья 10 ГК РФ) (пункт 28 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.06.2011 N 51 "О рассмотрении дел о банкротстве индивидуальных предпринимателей").

Суд первой инстанции правильно пришел к выводу о том, что действия должника не могут быть признаны добросовестными, что по правилам исключает применение в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

С учетом обозначенного правового регулирования, установленных в деле фактов получения должником денежных средств в размере около 7 млн. руб., не позволяющем обслуживать данные обязательства и взятие кредитов в короткий срок, что не позволило профессиональному участнику - банку провести проверку заемщика и просчитать свои риски, принимая во внимание, что исполнение обязательств по возврату кредита практически должником не производилось, также активное участие в споре кредитора, заявившего возражения относительно освобождения должника от исполнения обязательств перед ним, суд первой инстанции правильно пришел к выводу об отсутствии оснований для применения в отношении должника правил об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Довод апелляционной жалобы о том, что в материалах дела отсутствуют доказательства о недобросовестном поведении и данные предположения суда первой инстанции носят субъективный (предположительный) характер подлежит отклонению.

В данном случае, должником не были учтены положения постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» согласно которому поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участников гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались. При этом ВС РФ указал, что в силу п.4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 19.04.2021 № 306-ЭС20-20820, институт банкротства - это крайний экстраординарный способ освобождения от долгов, поскольку в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывающих на получение причитающегося им. Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой помимо прочего не позволяет её использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств. 

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывающему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.

Довод апелляционной жалобы о том, что в заключении финансового управляющего отсутствовали признаки преднамеренного (фиктивного) банкротства подлежит отклонению.

Должник при получении кредита предоставил кредитному учреждению заведомо ложные сведения, что исключило возможность достоверно проанализировать банкам финансовое состояние должника и оценить риски, связанные с возвратом кредита.

Данное поведение должника является недобросовестным и исключает применение в отношении него нормы об освобождении от обязательств перед кредиторами.

В действиях Должника имеются все признаки преднамеренного банкротства:

-   единовременно должником были приняты на себя обязательства перед несколькими кредитными организациями;

-           доказательств того, что доходы должника позволили ли бы ему осуществлять в один тот же период погашение по 12 кредитным договорам без просрочек не представлено;

- должником не дано пояснений относительно цели получения заемных средств в столь крупном размере у разных кредитных организаций.

Суд апелляционной инстанции считает выводы суда соответствующими представленным доказательствам, установленным фактическим обстоятельствам спора, нормам материального и процессуального права.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, не опровергают выводов суда, свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судам доказательств. 

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 АПК РФ, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч. 4 ст. 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено. С учетом изложенного, основания для удовлетворения апелляционных жалоб отсутствуют.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд, 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 18.04.2024 по делу № А61-150/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                   З.М. Сулейманов

 

Судьи                                                                                                   Н.Н. Годило 

 

                                                                                                              З.А. Бейтуганов