﻿

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А25-605/2018

г. Краснодар

28 августа 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 августа 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 28 августа 2019 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Калашниковой М.Г., судей Герасименко А.Н. и Илюшникова С.М., при участии в судебном заседании от общества с ограниченной ответственностью «Нефтьгазинвест» (ИНН 4028026133, ОГРН 1024001347886) – Плешакова П.А. (доверенность от 26.02.2019), от открытого акционерного общества «МРСК Урала» (ИНН 6671163413, ОГРН 1056604000970) – Штокайло Ю.В. (доверенность от 05.10.2018), Каирова С.А. (доверенность от 20.12.2018), Сердюкова К.А. (доверенность от 20.12.2018), Томилина А.Ю. (доверенность от 20.12.2018), в отсутствие конкурсного управляющего акционерного общества «Роскоммунэнерго» (ИНН 7709538063, ОГРН 1047796226500) – Коноваловой А.Н., публичного акционерного общества «Вологодская сбытовая компания» (ИНН 3525154831, ОГРН 1053500117450), акционерного общества «Акционерный коммерческий банк "Фора-Банк"» (ИНН 7704113772, ОГРН 1027739553764), иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации в сети Интернет, рассмотрев кассационные жалобы ОАО «МРСК Урала» и конкурсного управляющего АО «Роскоммунэнерго» Коноваловой А.Н. на постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.03.2019 (судьи Сулейманов З.М., Казакова Г.В., Марченко О.В.) по делу № А25-605/2018, установил следующее.

В рамках дела о банкротстве АО «Роскоммунэнерго» (далее – должник) ООО «Нефтьгазинвест» (далее – общество) обратилось с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника 569 976 504 рублей 11 копеек основного долга и                          9 744 255 рублей 80 копеек процентов. 

Определением от 25.12.2018 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением апелляционного суда от 25.03.2019 определение от 25.12.2018 отменено, в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования общества в сумме 569 976 504 рублей 11 копеек основного долга, в остальной части производство по заявлению прекращено в связи с отказом от требования.

В кассационных жалобах конкурсный управляющий должника и ОАО «МРСК Урала» просят постановление апелляционного суда отменить, ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела. По мнению подателей жалобы, апелляционный суд необоснованно не принял во внимание наличие оснований для применения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации; возражения независимого кредитора об отсутствии экономической целесообразности заключения кредитных договоров, договоров поручительства и цессии в период неплатежеспособности должника и заемщика; фактической аффилированности лиц; об использовании сторонами схемы расчетов, по которой, транзитном характере перечисления денежных средств через аффилированных лиц; не учел, что обстоятельства, предшествующие заключению спорных сделок и разумные экономические мотивы, побудившие заключить кредитные договоры и договор цессии, не раскрыты. 

В отзывах общество и АО «Акционерный коммерческий банк "Фора-Банк"» просят в удовлетворении жалоб отказать.

В судебном заседании представители ОАО «МРСК Урала» и общества повторили доводы, изложенные в жалобе и отзыве.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что постановление апелляционного суда в части прекращения производства по заявлению следует оставить без изменения, в остальной части постановление и определение суда первой инстанции надлежит отменить. 

Законность судебных актов проверяется кассационным судом в обжалуемой части в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе (части 1 и 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Постановление апелляционного суда в части прекращения производства по заявлению общества не обжалуется.

Как видно из материалов дела, определением от 02.04.2018 принято заявление о признании должника банкротом; определением от 28.05.2018 в отношении должника введена процедура наблюдения; решением от 24.01.2019 должник признан банкротом.

В процедуре наблюдения общество обратилось с заявлением о включении                     569 976 504 рублей 11 копеек основного долга и 9 744 255 рублей 80 копеек процентов  в реестр требований кредиторов должника. В обоснование заявленного требования общество представило заключенный АО «Акционерный коммерческий банк "Фора-Банк"» (далее – банк) и должником кредитный договор от 22.05.2017; заключенный банком и ПАО «Вологодская сбытовая компания» кредитный договор от 22.05.2017; заключенный банком и должником договор поручительства от 22.05.2017; заключенные банком и общества договоры цессии от 31.05.2018.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленного требования, указав на злоупотребление банком правом при выдаче кредитов и заключении договора поручительства при наличии у него сведений об неудовлетворительном финансовом состоянии заемщиков и поручителя; отсутствие экономической целесообразности заключения договоров цессии, приобретение требований к должнику фактически аффилированным лицом в целях осуществления контроля за процедурой банкротства.

Апелляционный суд отменил определение суда первой инстанции и включил в реестр требования общества, указав на отсутствие доказательств аффилированности должника, банка и общества, фактическое предоставление денежных средств банком заемщикам; целевое использование кредитных средств для расчетов с поставщиками; отсутствие оснований для признания кредитных договоров и договоров цессии недействительными в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации; оплату полученных обществом прав к должнику по договорам цессии. 

Суды не приняли во внимание следующие обстоятельства.

Банк и должник заключили договор от 22.05.2017 на открытие кредитной линии с лимитом выдачи 100 млн рублей под 16% годовых на срок до 21.05.2018. 

Банк и ПАО «Вологодская сбытовая компания» заключили договор от 22.05.2017 об открытии кредитной линии с лимитом выдачи 470 млн рублей под 16% годовых на срок до 21.05.2018. 

В обеспечение исполнения ПАО «Вологодская сбытовая компания» обязательств по кредитному договору банк и должник заключили договор поручительства от 22.05.2017. 

31 мая 2018 года банк (цедент) и общество (цессионарий) заключили договоры уступки права (требования), по условиям которых цедент уступил цессионарию права к должнику, вытекающие из указанных кредитных договоров и договора поручительства в сумме 100 млн рублей основного долга, 438 356 рублей 16 копеек процентов за пользование кредитом с 21.05.2018 по 31.05.2018 и в сумме 469 976 504 рублей 11 копеек основного долга, 2 060 170 рублей 98 копеек процентов за пользование кредитом с 21.05.2018 по 31.05.2018 по цене 83 776 370 рублей и 393 729 255 рублей соответственно, которые общество перечислило банку платежными поручениями от 31.05.2018.

Кредитор должника ОАО «МРСК Урала», возражая против включения требований общества в реестр, указывало на наличие в действия банка, общества, должника и входящих в группу с должником лиц признаков злоупотребления правом; ссылалось на, что анализ действий участников группы компаний МРСЭН и аффилированных с данной группой лиц свидетельствует об осуществлении внутригрупповых финансовых транзакций с использованием заемных средств и сделок поручительства, в результате которых целенаправленно наращивалась подконтрольная задолженность сбытовых организаций, входящих в данную группу, с целью введения контролируемого банкротства; общество не обосновало экономическую целесообразность заключения договоров цессии после введения в отношении должника процедуры наблюдения и лишения его статуса гарантирующего поставщика. Указанный кредитор привел доводы о фактической аффилированности банка, общества и должника и целенаправленном наращивании кредиторской задолженности. Временный управляющий, возражая против удовлетворения заявления общества, указывал на то, что общая сумма принятых должником на себя обязательств по спорным сделкам составила 35,8% балансовой стоимости его активов; сделки заключены с целью причинения вреда кредиторам; в течение 2017 года в отношении должника возбуждалось несколько дел о банкротстве, о чем не могли не знать банк и общество; в течение 2017 года должник принял на себя обязательства по договорам займа и поручительства за лиц, входящих в группу компаний МРСЭН, на сумму 3 073 272 489 рублей, что составляет 103% стоимости его активов. 

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 − 5 статьи 71 и пунктов 3 − 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и, предъявившим требование кредитором − с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

Обоснованность требований доказывается на основе принципа состязательности. Кредитор, заявивший требования к должнику, как и лица, возражающие против этих требований, обязаны доказать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований или возражений. Законодательство гарантирует им право на предоставление доказательств (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В условиях банкротства должника, а значит очевидной недостаточности у последнего денежных средств и иного имущества для расчета по всем долгам, судебным спором об установлении требования конкурсного кредитора затрагивается материальный интерес прочих кредиторов должника, конкурирующих за распределение конкурсной массы в свою пользу. Кроме того, в сохранении имущества банкрота за собой заинтересованы его бенефициары, что повышает вероятность различных злоупотреблений, направленных на создание видимости не существовавших реально правоотношений.

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы. 

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при оценке действий сторон на предмет добросовестности, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота. Разумный участник гражданского оборота перед выдачей юридическому займа лицу на значительную сумму, а также при приобретении прав к данному лицу по цене, более 400 млн рублей, примет меры к выяснению финансового положения данного лица, изучит цели получения и источник возврата денежных средств. Без подобной проверки возникновение соответствующих обязательств возможно только при наличии доверительных отношений между названными лицами (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2018 N№ 305-ЭС15-12239(5)).

Апелляционный суд, констатируя отсутствие заинтересованности сторон спорных сделок, не учел, что аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).

Суд первой инстанции, указав на приобретение требований к должнику фактически аффилированным лицом в целях получения возможности контролировать процедуру банкротства, указал на то, что такой довод заявило ОАО «МРСК Урала», однако в мотивировочной части определения отсутствует анализ доказательств, представленных названным кредитором в обоснование своей позиции.

Суд первой инстанции указал на наличие признаков злоупотребления правом в действиях банка со ссылкой на то, что недобросовестность банка заключается в выдаче заранее невозвратных кредитов. Однако, сама по себе выдача банком кредита лицу, испытывающему финансовые затруднения, не свидетельствует о недобросовестности банка, выдача кредитов для которого является  обычной хозяйственной деятельностью. Однако, при наличии доводов независимого кредитора о том, что должник и лица, входящие с ним в одну группу, в том числе, с участием банков, заключали последовательные сделки, в том числе, займов, поручительств, цессии и взаимозачетов, в целях организации схемы транзитного движения денежных средств в интересах группы компаний, суды должны дать оценку таким доводам, проанализировав спорные сделки в совокупности и установив не только наличие неудовлетворительного финансового состояния должника и ПАО «Вологодская сбытовая компания» на дату выдачи банком кредитов, но и проанализировав предшествующие заключению названных сделок взаимоотношения банка и членов группы компаний МРСЭН, а также последующее расходование денежных средств.

Апелляционный суд указал на отсутствие оснований для признания договоров цессии недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и оплату полученных обществом прав к должнику по договорам цессии. При этом суд не выяснил вопрос об обстоятельствах, предшествующих заключению договоров цессии, разумные экономические мотивы, побудившие общество после введения в отношении должника процедуры наблюдения, заключить данные сделки. При наличии доводов о заключении сделок с целью получения аффилированными с должником лицами возможности влиять на процедуру банкротства, суд не выяснил вопрос об источнике получения обществом денежных средств для оплаты полученных к должнику прав в сумме 83 776 370 рублей и 393 729 255 рублей.

Суд первой инстанции указал на недействительность договоров цессии, также не исследовав указанные обстоятельства.

Таким образом, как суд первой, так и суд апелляционной инстанций, не исследовали и не оценили доводы независимого кредитора об аффилированности банка, общества и должника и заключении спорных сделок с целью оказания влияния на процедуру банкротства, не выяснили мотивы совершения банком и обществом кредитных договоров, договоров поручительства и цессии, источнике получения обществом денежных средств для оплаты требования к должнику;  не проверили доводы  кредитора об осуществлении внутригрупповых финансовых транзакций с использованием заемных средств и сделок поручительства для наращивания подконтрольной задолженности сбытовых организаций, входящих в группу МРСЭН, с целью введения контролируемого банкротства, а также о том, что в данном случае цессия использовалась в качестве инструмента, позволявшего нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

При таких обстоятельствах выводы судов не соответствуют обстоятельствам дела  и сделаны без исследования и оценки всех доказательств, что в силу части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены судебных актов. Дело следует направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции в связи с отсутствием у суда кассационной инстанции полномочий по исследованию доказательств и установлению обстоятельств в силу части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При новом рассмотрении спора суду следует учесть изложенное, с соблюдением требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установить обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения дела, надлежащим образом квалифицировать сложившиеся между сторонами договорные отношения с точки зрения статьи 10, части 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Кроме того, как вино из материалов электронного дела на ресурсе arbitr.ru, конкурсный управляющий должника обратился с заявлением о признании недействительными спорных кредитных договоров, договоров поручительства и цессии, ссылаясь на наличие оснований, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве; заявление не рассмотрено по существу, определением от  08.08.2019 судебное заседание отложено на 12.09.2019. При таких обстоятельствах суду первой инстанции следует рассмотреть вопрос об объединении названных обособленных споров, проверив в совокупности заявленные управляющим доводы о недействительности сделок, на основании которых заявлено требование общества об установлении требований в реестре.

Руководствуясь статьями 284, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.03.2019 по делу № А25-605/2018 в части прекращения производства по заявлению оставить без изменения.

В остальной части постановление апелляционного суда от 25.03.2019 и определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 25.12.2018 по делу № А25-605/2018 отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Карачаево-Черкесской Республики.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

М.Г. Калашникова

Судьи

А.Н. Герасименко

С.М. Илюшников