ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тула                                                                                                    Дело №  А62-5105/2021

Резолютивная часть постановления объявлена   15.03.2022 

Постановление изготовлено в полном объеме    15.03.2022 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего  Капустиной Л.А., судей Заикиной Н.В. и Сентюриной И.Г.,  при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,  при участии от истца – акционерного общества «Дорогобужкотломаш» (Смоленская область, Дорогобужский район, пос. Верхнеднепровский, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) – ФИО2 (определение Арбитражного суда Смоленской области  от 14.10.2021 по делу №А62-2478/2020), от ответчика –  общества с ограниченной ответственностью «Смоленская региональная теплоэнергетическая компания «Смоленскрегионтеплоэнерго» (г. Смоленск, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) – ФИО3 (доверенность от 19.04.2021), рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «Дорогобужкотломаш» на решение Арбитражного суда Смоленской области от 12.11.2021 по делу № А62-5105/2021 (судья Печорина В. А.), 

 

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Дорогобужкотломаш» (далее  – общество) обратилось в Арбитражный суд Смоленской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Смоленская региональная теплоэнергетическая компания «Смоленскрегионтеплоэнерго» (далее – компания) о взыскании задолженности по договору  подряда от 29.12.2017  № 371 в размере 3 180 663 рублей 02 копеек и  процентов за пользование чужими денежными средствами за просрочку оплаты в сумме 216 185 рублей 57 копеек.

В свою очередь компания, в порядке статьи 132 Арбитражного процессуального   кодекса Российской Федерации,   обратилась со встречным исковым заявлением к обществу о взыскании неустойки  за просрочку сдачи работ по  указанному договору подряда  от 29.12.2017  № 371 за период с 01.05.2018 по 11.11.2019 в  сумме 3 396 848 рублей 59 копеек. 

Определением первой инстанции  от 21.09.2021 встречное исковое заявление принято к производству для его совместного рассмотрения  с первоначальными требованиями.

Решением суда от  12.11.2021 первоначальные и встречные исковые требования удовлетворены.  

В апелляционной жалобе  общество  решение отменить, первоначальные исковые требования удовлетворить, встречные исковые требования оставить без рассмотрения.  Оспаривая судебный акт, заявитель ссылается на то, что  встречные требования ответчика  являются реестровыми, так как возникли до даты возбуждения дела о банкротстве общества  (определение Арбитражного суда Смоленской области от 30.03.2020 г. по делу № А62- 2478/2020), в связи с чем могут быть заявлены только в деле о несостоятельности (банкротстве) общества. Указывает, что взысканная с ответчика задолженность по договору подряда будет направлена на погашение платежей, включенных в реестр требований кредиторов; неустойку, которую компания  предъявляет во встречном исковом заявлении,  она может получить лишь  в случае включения соответствующего требования в  реестр  кредиторов третьей очереди в порядке статей 71 или 100 Федерального закона от 26.10.2002     № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Считает, что  допущенное судом сальдирование взаимных обязательств  не только лишит общество  возможности расчета с кредиторами в порядке, установленном  Законом о банкротстве, но и предоставит ответчику необоснованное преимущество в удовлетворении своих требований перед другими кредиторами.

В отзыве компания просит  решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  Ссылаясь на  правовую  позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в определении от 02.09.2019 №304-ЭС19-11744, указывает, что  действия,  направленные на  установление сальдо взаимных предоставлений  по договору  подряда, не являются сделкой, так как в случае указанного  сальдирования отсутствует такой квалифицирующий признак как получение  заказчиком какого-либо предпочтения – причитающуюся  подрядчику итоговую денежную сумму  уменьшает сам подрядчик своим ненадлежащим исполнением основного  обязательства, а не заказчик,  констатирующий факт сальдирования.  Отмечает, что, исходя из правовой позиции, изложенной в  пункте 15  постановления пленума Верховного Суда Российской Федерации   от 11.06.2020 № 6 «О  некоторых вопросах применения  положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств»,  взаимные требования  сторон прекращены зачетом  не с даты заявления о нем  компанией, а ретроспективно – с момента, когда они стали  способны к зачету (11.11.2019). 

В судебном заседании  представители истца и ответчика  поддержали позиции,  изложенные в апелляционной жалобе и отзыве на нее.  

Изучив материалы дела и доводы жалобы,  выслушав  представителей сторон, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что жалоба не подлежит удовлетворению. 

Как видно из материалов дела, 29.12.2017 между обществом  (подрядчик) и компанией (заказчик) заключен договор подряда № 371 (т. 1, л. д. 15), по условиям которого заказчик поручает, а подрядчик принимает на себя обязательства по выполнению  работ по монтажу и пуско-наладке водогрейной котельной мощностью 9,28 МВт по адресу: г. Гагарин Смоленской области в районе ЦТП-18 в объемах, согласно локальным сметам (приложение № 12-24).

Цена договора, согласно  пункту 2.1,  установлена в размере 38 315 394 рублей 69 копеек.

Срок выполнения работ, согласно пункту 3.2 договора,  определен до  01.05.2018.

В соответствии с пунктом 9.3.1 договора за каждый день просрочки выполнения работ подрядчик уплачивает заказчику пени в размере 0,1 % от цены договора. Подрядчик освобождается от уплаты неустойки (штрафа, пеней), если докажет, что просрочка исполнения указанного обязательства произошла вследствие непреодолимой силы или по вине заказчика.

 По актам формы КС-2, КС-3 от 30.07.2018, от 27.02.2019,   от 13.05.2019, от 11.09.2019,  от 18.09.2019, от 31.10.2019, от 11.11.2019 подрядчик сдал работы   на общую сумму 38 848 966 рублей 05 копеек (т. 1, л. д. 28).

Компания   по платежным поручениям № 235 от 26.02.2019, № 1755 от 14.05.2019,  № 1876 от 16.05.201, № 1074 от 06.06.2019, № 2260 от 06.06.2109, № 2818 от 09.07.2019, № 2078 от 09.07.2019, № 1563 от 04.09.2019, № 3723 от 04.09.2019, № 3724 от 04.09.2019, № 1837 от 21.10.2019, № 1995 от 14.11.2019, № 4626 от 14.11.2019, № 5369 от 31.12.2019,  № 2 от 09.01.2020,  № 108 от  24.01.2020   перечислила в оплату работ  35 668 303 рубля 03 копейки  (т. 1, л. д. 19–26).

Таким образом,  задолженность по оплате  работ  составила 3 180 663 рубля 02 копейки (38 848 966 рублей 05 копеек – 35 668 303 рубля 03 копейки). 

Ссылаясь на то, что непогашенной осталось задолженность в размере 3 180 663 рублей 02 копеек,  за просрочку ее  уплаты  обществом начислены проценты за пользование  чужими денежными средствами и   указанные суммы  добровольно  не уплачены заказчиком,  общество обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

В свою очередь компания, ссылаясь на допущенную  подрядчиком просрочку в сдаче  работ, обратилась со встречным исковым заявлением о взыскании неустойки в сумме 3 375 586 рублей 08 копеек за период с 01.05.2018 по 11.11.2019.

Сторонами по существу не оспариваются  расчеты по первоначальному и встречному искам, возражения  общества против принятого  решения  заключаются  в несогласии с рассмотрением по существу  встречных требований компании о взыскании  неустойки за просрочку сдачи работ со ссылкой на то, что данные требования  подлежат рассмотрению в деле о банкротстве  истца, поскольку возникли до введения процедуры банкротства определением Арбитражного суда Смоленской области от 30.03.2020 по делу № А62- 2478/2020.

Не принимая указанные возражения,  апелляционный суд исходит из следующего.

По общему правилу, согласованные в договорах подряда предоставления сторон презюмируются как равные (эквивалентные), поэтому завершение договоров предполагает сальдирование встречных предоставлений сторон.

Неисправный контрагент собственными неправомерными действиями (бездействием) уменьшает размер своего притязания, который по смыслу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации должен быть сопоставим только с предоставленным им подобающим по условиям обязательства исполнением.

Из встречного характера указанных основных обязательств и положений пунктов 1 и 2 статьи 328, а также статьи 393 Гражданского кодекса, согласно которым при неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства должник обязан возместить причиненные кредитору убытки, следует, что в случае ненадлежащего исполнения принятого подрядчиком основного обязательства им не может быть получена та сумма, на которую он мог рассчитывать, если бы исполнил это обязательство должным образом.

Следовательно, просрочка подрядчика в выполнении работ не позволяет признать его лицом, которому действительно причитаются денежные средства в размере всей договорной цены.

Поскольку согласованные в договоре подряда предоставления подрядчика и заказчика презюмируются как равные (эквивалентные): стоимость за надлежащее выполнение  работ в установленный срок, просрочка подрядчика в выполнении ремонтных работ порождает необходимость перерасчета итогового платежа заказчика путем уменьшения цены договора на сумму убытков заказчика, возникших вследствие просрочки. Подобное сальдирование происходит в силу встречного характера основных обязательств заказчика и подрядчика.

Действия, направленные на установление указанного сальдо взаимных предоставлений, не являются сделкой, которая может быть оспорена по правилам статьи 61.3 Закона о банкротстве в рамках дела о несостоятельности подрядчика, так как в случае сальдирования отсутствует такой квалифицирующий признак как получение заказчиком какого-либо предпочтения - причитающуюся подрядчику итоговую денежную сумму уменьшает сам подрядчик своим ненадлежащим исполнением основного обязательства, а не заказчик, констатировавший факт сальдирования. 

В случае ненадлежащего выполнения контрагентом основного обязательства он вправе претендовать только на сумму, которая ему причитается с учетом исполнения им встречных обязанностей (в частности, по оплате санкций).

Приведенный подход согласуется с установленным пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» стандартом поведения хозяйствующего субъекта в гражданском обороте, основанном на принципе ожидаемости, то есть предсказуемости действий субъекта, ведущего себя так же как любое другое лицо, действующее сообразно доброй совести и разумной осмотрительности в делах.

Указанная правовая позиция  изложена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2020 № 306-ЭС20-15629, от  02.09.2019 № 304-ЭС19-11744,  от 29.08.2019 № 305-ЭС19-10075, от 29.01.2018 по делу № 304-ЭС17-14946, от 12.03.2018 № 305-ЭС17-17564, от 11.06.2020 № 305-ЭС19-18890, от 15.10.2020 № 302-ЭС20-1275, от 27.10.2020 № 305-ЭС20-10019; пункте 19 Обзора Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018; пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018;  постановлении Арбитражного суда Центрального округа от 22.01.2020  по делу № А68-11339/2018.

В данном случае  обязательство   подрядчика  по выполнению работ  прекратилось в момент их сдачи, в этот же  момент возникло обязательство заказчика по их оплате и право требования  неустойки за просрочку сдачи работ.   

В абзаце втором пункта 19 постановления Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» (далее – постановление Пленума № 6) разъяснено, что обязательства могут быть прекращены зачетом после предъявления иска по одному из требований. В этом случае сторона по своему усмотрению вправе заявить о зачете как во встречном иске (статья 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), так и в возражении на иск, юридические и фактические основания которых исследуются судом равным образом (часть 1 статьи 64, части 1 статьи 65, часть 7 статьи 71, часть 1 статьи 168, части 3, 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). В частности, также после предъявления иска ответчик вправе направить истцу заявление о зачете и указать в возражении на иск на прекращение требования, по которому предъявлен иск, зачетом.

Исходя из системного толкования приведенной выше нормы права и разъяснений постановления Пленума № 6, независимо от процедуры проведения зачета (внесудебный, судебный) обязательства считаются прекращенными ретроспективно: не с момента заявления о зачете, подписания акта о зачете, заявления встречного иска, принятия/вступления в законную силу решения суда, а тогда, когда обязательства стали способны к зачету, то есть наступили условия для прекращения обязательств зачетом (определение Верховного Суда Российской Федерации от 02.02.2021 № 307-ЭС20-16551).

Как указано в пункте 25 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2018) (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.12.2018, предъявление встречного иска, направленного к зачету первоначальных исковых требований, является, по сути, тем же выражением воли стороны, оформленным в исковом заявлении и поданном в установленном процессуальным законодательством порядке. Изменение порядка оформления такого волеизъявления – подача искового заявления вместо направления заявления должнику/кредитору – не должно приводить к изменению момента прекращения обязательства, поскольку предусмотренные статьей 410 Гражданского кодекса Российской Федерации основания для зачета (наличие встречных однородных требований и наступление срока их исполнения) остаются прежними. В ином случае материальный момент признания обязательства по договору прекращенным ставится в зависимость от процессуальных особенностей разрешения спора, на которые эта сторона повлиять не может.

Исходя из изложенного,  прекратившиеся  до возбуждения  процедуры банкротства подрядчика обязательство заказчика по  оплате работ в связи с  имевшимся встречным требованием заказчика об уплате неустойки, в рамках  заявленного на стадии банкротства иска должника повлекло сальдирование взаимных требований,  что  отражено в оспариваемом решении суда. 

Полагая, что сумма учтенной при сальдировании неустойки явно несоразмерна последствиям допущенного  истцом  нарушения основного обязательства, он имел возможность предъявить  ответчику  требование  о взыскании излишне учтенных денежных средств со ссылкой на статью 333 Гражданского кодекса (пункт 79 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»). Однако такого  требования  не было передано на разрешение суда. На несоразмерность неустойки  истец также   не указывал.

Поскольку  спорные обязательства имеют одно основание – договор подряда, прекращение встречных денежных требований сторон договора не может быть квалифицировано как проведение зачета.

Указанный вывод подтверждается правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, отраженной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018 (пункт 19). Квалификация правоотношений из договора подряда применительно к рассмотрению спора о признании сделки недействительной в рамках договора подряда не препятствует распространению указанной правовой позиции и на иные споры из договора подряда, поскольку фактически в данном случае дан анализ гражданско-правовых отношений из договора подряда вне зависимости от правовых последствий возбуждения в отношении одной из сторон договора дела о несостоятельности (банкротстве).

Так как исполнение договора подряда фактически прекращено, в том числе в связи с возбуждением дела о несостоятельности в отношении истца, правоотношения сторон подлежат квалификации с учетом общего сальдо всех взаимных встречных обязанностей по договору подряда. При этом, поскольку учет встречных обязанностей не является в данном случае зачетом и не является одним из способов прекращения обязательства, факт возбуждения в отношении участника договора дела о несостоятельности, и квалификация отдельных требований как текущих или реестровых применительно к соответствующим процедурам банкротства, не имеет правового значения.

Таким образом, оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции по приведенным в  апелляционной жалобе  доводам не имеется.

Нарушений процессуальных норм, влекущих безусловную отмену  судебного акта (часть 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлено.

В соответствии со статьей 110,  частью 3  статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина по  апелляционной жалобе подлежит отнесению на  заявителя.

На основании изложенного,  руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 269, статьей  271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

       

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Смоленской области от 12.11.2021 по делу № А62-5105/2021  оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской 

Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий

Судьи

                         Л.А. Капустина

                         Н.В. Заикина      

                         И.Г. Сентюрина