СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-4043/2024(1)-АК

Дело № А60-44661/2023

20 июня 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 10 июня 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 20 июня 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего  Чухманцева М.А.,

судей                               Плаховой Т.Ю., Чепурченко О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Саранцевой Т.С.,

при участии в режиме «веб-конференции» посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от заявителя ООО «Газпромбанк Автолизинг»: ФИО1, паспорт, доверенность 19.12.2023;

финансовый управляющий должника ФИО2 к судебному заседанию в режиме веб-конференции не подключилась по причинам, не зависящим от апелляционного суда;

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Газпромбанк Автолизинг»

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 22 марта 2024 года

об отказе в удовлетворении заявления ООО «Газпромбанк Автолизинг» о включении требования в сумме 1 534 366,92 руб. в реестр требований кредиторов должника,

вынесенное в рамках дела № А60-44661/2023

о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом), 

 

установил:

21.08.2023 в арбитражный суд поступило заявление ФИО3 о признании его несостоятельным (банкротом), которое определением суда от 28.08.2023 принято к производству, возбуждено дело о банкротстве. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 27.09.2023 (резолютивная часть от 20.09.2023) ФИО3 (далее - должник) признан несостоятельным (банкротом); в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО2, член Союза  «СОАУ «Альянс».

06.10.2023 (направлено почтой 29.09.2023) в арбитражный суд поступило заявление ООО «Газпромбанк Автолизинг» о включении требования в размере 1 534 366,92 руб. в реестр требований кредиторов должника (с учетом уточнения, принятого судом в порядке статьи 49 АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 2.03.2024 (резолютивная часть от 13.03.2024) в удовлетворении заявления ООО «Газпромбанк Автолизинг» о включении в реестр требований кредиторов ФИО3 отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, ООО «Газпромбанк Автолизинг» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении требований.

В апелляционной жалобе заявитель указывает на то, что последствия расторжения договора лизинга и порядок определения взаимных предоставлений по договору лизинга (расчета сальдо взаимных обязательств) определены п. 6.10 Общих условий лизинга, являющихся неотъемлемой частью Договоров лизинга. Согласно данному порядку, при заключении договора лизинга сторонами было достигнуто соглашение, что к взаимоотношениям сторон не подлежит применению порядок расчета взаимных представлений, предусмотренный Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», при том что данные разъяснения не являются императивными. Заявитель отмечает, что в расчет сальдо, предусмотренный п. 6.10 ОУЛ, упущенная выгода не включена, что подтверждается, в том числе и расчетами заявителя. При этом формула расчета платы за финансирование, заложенная в Постановлении Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17, не учитывает статические и динамические кредитные ставки, и исходит из чрезмерного упрощения расчета платы за финансирование, в результате чего размер процентной ставки определяется нерыночный, не соответствующий аналогичным ставкам при кредитовании. Действующим законодательством и сложившейся судебной практикой не допускается попустительство в отношении противоречивого и недобросовестного поведения субъектов гражданского оборота. Оспаривает выводы суда о том, что должник – лизингополучатель является слабой стороной договора лизинга, поскольку договор лизинга заключен на добровольных началах, исходя из принципа свободы договора. Лизингополучатель, являясь лицом, осуществлявшим предпринимательскую (вид экономической деятельности) деятельность, и участником предпринимательской деятельности, для которого действующим законодательством установлен повышенный стандарт осмотрительности, самостоятельно несет риск любых последствий своих действий и решений. По мнению заявителя, полное принятие условий договора лизинга и избирательное оспаривание тех условий, который должник считает для себя невыгодными, указывает на злоупотребление правом, попыткой уклониться от исполнения изначально принятого обязательства. Кроме того, лизингополучатель не представил доказательств того, что он не мог участвовать в согласовании условий договора лизинга либо был поставлен в положение, затрудняющее его согласование. Доказательств злоупотребления лизингодателем своим положением или доказательств того, что ООО «Газпромбанк Автолизинг» является монополистом или занимает доминирующее положение на рынке лизинговых услуг, а также невозможности заключить сделку на иных условиях Лизингополучатель также не представил. Лизингополучателем не было представлено доказательств того, что договор лизинга был вынужденно заключен с его стороны либо под влиянием обмана, угроз или заблуждения, в связи с невозможностью заключить аналогичный договор на более выгодных условиях и т.п. Вывод суда о признании датой возврата финансирования тождественной дате возврата предмета лизинга Лизингодателю (22.03.2023 г.) противоречит положениям Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 17. Реализация предмета лизинга была произведена в разумный срок, а принятие за дату возврата финансирования дату возврата предмета лизинга позволяет считать, что Лизингодатель должен реализовать предмет лизинга в день изъятия (т.е. произвести реализацию в течение одного дня), что не соответствует положениям п. 17 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.10.2021). Предмет лизинга был реализован спустя 5,5 месяцев, что не противоречит п. 6.10 Общих условий лизинга, согласно которому срок реализации Предмета лизинга не должен превышать 6 месяцев с даты возврата/изъятия Предмета лизинга. Судом ошибочно при расчете сальдо не применена стоимость, которая была выручена кредитором при реализации предмета лизинга, но принята стоимость предмета лизинга из отчета, который был представлен кредитором. Рыночная стоимость предмета лизинга, отраженная в отчете оценщика, имеет вероятностный характер. Со стороны должника или финансового управляющего не представлено каких-либо отчетов об оценке рыночной стоимости предмета лизинга, как и не заявлено ходатайство о проведении судебной экспертизы.

От должника и финансового управляющего поступили отзывы с возражениями на апелляционную жалобу.

Участвующий в судебном заседании представитель кредитора просил удовлетворить апелляционную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени  и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, что в порядке ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не является препятствием ее рассмотрению в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 08.09.2022 между ООО «Газпромбанк Автолизинг» (лизингодатель, кредитор) и ИП ФИО3 (лизингополучатель, должник) был заключен договор лизинга № ДЛ-105609-22. 

В соответствии с заключенным договором лизинга кредитором по договору купли-продажи № ДКП-105609-22/1 от 08.09.2022 был приобретен в собственность у ООО «Солнечный берег» и передан должнику во временное владение и пользование предмет лизинга по акту 30.09.2022 – транспортное средство: РусТрак 5389* на шасси JAC N120 Изотермический/рефрижератор с гидробортом, VIN 

<

***> (предмет лизинга). 

Неотъемлемой частью Договора лизинга являются Общие условия лизинга, утвержденные Приказом № 60/ЮД от 19.07.2022, размещенные на веб-сайте Лизингодателя по адресу: https://autogpbl.ru/contacts/, согласие с которыми выражено сторонами в пункте 1.5 договора лизинга.

Пунктом 6.2 общих условий установлены случаи, в которых лизингодатель вправе в одностороннем внесудебном порядке расторгнуть договор лизинга, к числу которых отнесены случаи невнесения лизингополучателем двух и более подряд лизинговых платежей по истечении установленного графиком платежей срока их уплаты (пункт 6.2.12).

Согласно пункту 6.3 Общих условий договора лизинга момент расторжения договора определяется моментом направления уведомления о расторжении договора.

13.04.2023 между лизингополучателем и лизингодателем было подписано соглашение о расторжении договора лизинга.

Кредитор указывает, что предмет лизинга был возвращен Лизингодателю на основании акта изъятия предмета лизинга – 13.04.2023 

Должником также представлен акт изъятия предмета лизинга – от 22.03.2023.

Согласно актам об оказанных услугах, автомобиль был передан заявителем ООО «ТрансАвтоГрупп» на хранение по договору хранения от 01.01.2020, с 22.03.2023 по 31.08.2023.

По договору купли-продажи № РА-105609-22 от 06.09.2023 автомобиль реализован заявителем в пользу ООО «ГПБА Сервис» (ИНН 

<

***>) по цене 3 481 000 руб.

Пунктом 6.10 общих условий определены последствия расторжения договора лизинга и возврата лизингополучателем предмета лизинга путем проведения расчета взаимных обязательств (сальдо) по изложенной формуле:

Сальдо = СПД +У – Ц, где Сальдо – результат расчета взаимных обязательств Сторон по Договору(ам) лизинга, совершенных до момента его(их) расторжения; СПД – Сумма прекращения Договора, определяемая на месяц реализации Предмета лизинга (если Предмет лизинга реализован), или на месяц расчета Сальдо (если Предмет лизинга не реализован), в соответствии с п. 1.1.24 Общих условий лизинга; У – убытки Лизингодателя, определяемые по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством. Ц – стоимость возвращенного Предмета лизинга. Определяется как цена реализации Предмета лизинга третьим лицам (если Предмет лизинга реализован) или на основании отчета выбранного Лизингодателем оценщика (если Предмет лизинга не реализован). 

Срок реализации Предмета лизинга не должен превышать 6 месяцев с даты возврата/изъятия Предмета лизинга.

При этом Лизингодатель вправе по своему выбору рассчитывать сальдо как на основании цены реализации возвращенного предмета лизинга, таки на основании отчета выбранного Лизингодателем оценщика.

Этим же пунктом правил сторонами согласовано, что к взаимоотношениям сторон не подлежит применению порядок расчета взаимных представлений, предусмотренный Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга».

Обращаясь в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требований в сумме 1 534 366,92 руб. неосновательного обогащения (сальдо встречных обязательств по договору лизинга), заявитель основывал его тем, что в связи с ненадлежащим исполнением должником договора лизинга и его расторжением, общество не полностью получило возврат предоставленного должнику финансирования, недополучило плату за предоставленное должнику финансирование, после изъятия автомобиля было вынуждено понести расходы по транспортировке и хранению автомобиля, в связи с чем, вправе требовать возмещения должником соответствующих убытков.

Возражая против обоснованности предъявленных требований, должник ссылался на длительный срок реализации предмета лизинга, выражал несогласие с определением даты возврата финансирования, считая её датой изъятия предмета лизинга - 22.03.2023 (акт изъятия предмета лизинга); с определением стоимости возвращенного предмета лизинга, равной цене реализации по договору купли-продажи от 06.09.2023; применение явно обременительных для него условий договора (механизм определения сальдо, предусмотренного Общими условиями договора лизинга).

Финансовым управляющим представлен контррасчет.

Отказывая в удовлетворении заявления о включении в реестр требований кредиторов должника, суд первой инстанции пришел к выводу о необоснованности заявленных кредитором требований.

Рассмотрев разногласия сторон, возникшие при определении механизма расчета сальдо, момента возврата финансирования и показателя «стоимость возвращенного предмета лизинга», суд первой инстанции признал обоснованными доводы должника о том, что применение механизма определения сальдо встречных предоставлений по договорам лизинга, предусмотренного Общими условиями договора лизинга, приводит к явно обременительным последствиям для лизингополучателя; учитывая, что автомобиль реализован по истечении длительного времени в пользу аффилированного с кредитором покупателя без проведения торгов путем прямой продажи, при этом моментом изъятия предмета лизинга является 22.03.2023, суд пришел к выводу, что финансирование считается возвращенным с момента изъятия предмета лизинга лизинговой компанией; определяя стоимости продажи предмета лизинга, суд исходил из отчета об оценке автомобиля № 285/0722-ОООТ-727 от 02.06.2023, поскольку использование при расчете сальдо стоимости продажи предмета лизинга в отсутствие ее согласования с должником, с учетом реализации предмета лизинга в отсутствие открытых торгов и аффилированной кредитору компании является недопустимым. При этом судом принят расчет сальдо должника, произведенный на основании Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 №17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», определяя период пользования предоставленным финансированием с 08.09.2022 (дата передачи предмета лизинга) по 22.03.2023 (дата изъятия предмета лизинга) (169 дней) и беря за основу цену продажи возвращенного предмета лизинга в размере 4 253 000 руб. в соответствии  с отчетом об оценке на дату изъятия предмета лизинга (22.03.2023).

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке  статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, выслушав участников процесса, арбитражный апелляционный суд приходит к следующим выводам.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 142 Закона о банкротстве Конкурсный управляющий или лица, имеющие в соответствии со статьями 113 и 125 настоящего Федерального закона право на исполнение обязательств должника, производят расчеты с кредиторами в соответствии с реестром требований кредиторов.

Установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона.

В силу положений пунктов 3-5 статей 71 и 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Основанием для обращения ООО «Газпромбанк автолизинг» в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением явилось ненадлежащее исполнение должником обязательств по договору лизинга.

Согласно положениям статьи 665 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование. Арендодатель в этом случае не несет ответственности за выбор предмета аренды и продавца.

В соответствии с пунктом 3.1 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 №17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (постановление Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17) расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

Пунктом 3.2 названного Постановления установлено, что если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Согласно пункту 4 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 указанная в пунктах 3.2 и 3.3 настоящего постановления стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу ст. 669 ГК РФ – при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

Таким образом, стоимость предмета лизинга определяется из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика.

Возражая против заявленных требований, должник указывает на длительный срок реализации предмета лизинга.

Из заявления и приложенных к нему документов следует, что предмет лизинга возвращен кредитору на основании акта изъятия предмета лизинга – 13.04.2023.

Должником также представлен акт изъятия предмета лизинга от 22.03.2023.

Апелляционный суд находит верными выводы суда первой инстанции об определении момента возврата лизинга - 22.03.2023, поскольку именно акт, представленный должником от 22.03.2023 содержащий рукописные пометки, является достоверным доказательством фактического изъятия предмета лизинга.

Кроме того, указанная дата соотносится с периодом хранения предмета лизинга ООО «ТрансАвтоГрупп» по договору хранения от 01.01.2020, с 22.03.2023 по 31.08.2023, согласно актам оказанных услуг.

Иного в материалы дела не представлено (статья 65 АПК РФ).

При этом предмет лизинга реализован третьему лицу через 5,5 месяцев после его возврата по договору купли-продажи от 06.09.2023. 

Учитывая разъяснения, изложенные в пункте 4 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17, положения Общих условий лизинга (пункт 6.10), такой период реализации предмета лизинга можно признать не превышающим разумный срок. 

В свою очередь, расторжение договора лизинга № ДЛ-105609-22 от 08.09.2022 породило необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

Из материалов дела следует, что у сторон, помимо момента возврата финансирования, возникли разногласия при определении механизма расчета сальдо, показателя «стоимость возвращенного предмета лизинга».

Заявитель ссылался на расчет, произведенный в соответствии с пунктом 6.10 Общих условий лизинга, согласно которому при заключении договора лизинга, сторонами было достигнуто соглашение, что к взаимоотношениям сторон не подлежит применению порядок расчета взаимных представлений, предусмотренный Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга».  

Из пояснений должника следует, что данные условия являются обременительными для него как для экономически слабой стороны договора, которая не имеет возможности активно и беспрепятственно участвовать в согласовании условий договора на стадии его заключения. ИП ФИО3 имел возможность лишь присоединиться к условиям договора. Возможность влияния на формирование условий договора для лизингополучателя, являющегося в рассматриваемых отношениях экономически слабой стороной, была ограничена.

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование).

Учитывая, что условия договора являются согласованными частями одного договора, значение конкретного условия договора подлежит установлению судом путем сопоставления с другими условиями этого договора, смыслом договора в целом, а также с учетом существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств (системное толкование).

Пунктом 1 статьи 421 ГК РФ установлено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена ГК РФ, законом или добровольно принятым обязательством.

В пункте 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» разъяснено, что в соответствии с п. 2 ст. 1 и ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Арбитражный суд указав, что поскольку при заключении договора с расчетом состава лизингового платежа лизингополучатель не знакомился и то, каким образом рассчитывалась сумма закрытия сделки, до его сведения доведено не было, пришел к выводу, что расчет сальдо встречных обязательств в соответствии с Правилами ухудшает положение лизингополучателя, а с учетом того, что сторона с расчетом не знакомилась при заключении договора лизинга, оснований полагать, что лизингополучатель согласился с расчетом сальдо встречных обязательств и в силу принципа свободы договора должен ими руководствоваться, не имеется.

С указанными выводами суда первой инстанции апелляционный суд не может согласится.

Возражений со стороны должника на момент заключения договора лизинга не поступало, доказательств обратного суду не представлено, что свидетельствует о том, что ФИО3 в полной мере осознавал все правовые последствия, заключаемого им Договора лизинга, в том числе и в отношении применимых к договору Общих условий лизинга, и в отношении последствий расторжения договора лизинга.

Неотъемлемой частью Договора лизинга являются Общие условия лизинга, утвержденные Приказом № 60/ЮД от 19.07.2022, размещенные на веб-сайте Лизингодателя по адресу: https://autogpbl.ru/contacts/, согласие с которыми выражено сторонами в пункте 1.5 договора лизинга. 

Поскольку Общие условия лизинга находились в общем доступе для неопределенного круга лиц и должник мог ознакомиться с ними до выбора контрагента и заключения сделки, доводы о том, что при заключении договора с расчетом состава лизингового платежа лизингополучатель не знакомился и до его сведения не был доведен порядок расчета суммы закрытия сделки, подлежат отклонению. 

Доказательств злоупотребления лизингодателем своим положением или доказательств того, что ООО «Газпромбанк Автолизинг» является монополистом или занимает доминирующее положение на рынке лизинговых услуг, а также невозможности заключить сделку на иных условиях с иной организацией должник не представил. 

Обстоятельств, свидетельствующих о том, что договор лизинга был вынужденно заключен должником, либо под влиянием обмана, угроз или заблуждения, в связи с невозможностью заключить аналогичный договор на более выгодных условиях должником не приведено.

Согласно разъяснениям пункта 25 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.10.2021), определение завершающей обязанности по условиям Общих условий лизинга (ОУЛ), а не в соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 3 - 3.6 постановления Пленума ВАС РФ N 17, не противоречит принципу свободы договора, потому что данные разъяснения не относятся к императивным нормам. В связи с этим отличие условий соглашения от содержания данных разъяснений само по себе не может служить основанием для неприменения достигнутых сторонами договоренностей.

Следовательно, расчет сальдо, предусмотренный пунктом 6.10 ОУЛ, был применен кредитором обоснованно, поскольку сторонами договора согласовано, что к взаимоотношениям сторон не подлежит применению порядок расчета взаимных представлений, предусмотренный Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга».  

Лизингодатель отмечает, что в расчет сальдо, предусмотренный пунктом 6.10 ОУЛ, упущенная выгода не включена, что подтверждается, в том числе и расчетами, которые кредитор предоставил в материалы дела.

Представленный первоначально расчет кредитора предполагал определение стоимости возвращенного предмета лизинга исходя из отчета об оценке, при уточнении требований кредитор указал на ее размер исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга.

В соответствии с последним расчетом кредитора по правилам, согласованным сторонами в пункте 6.10 Общих условий лизинга финансовый результат вышеуказанной сделки составляет неосновательное обогащение на стороне лизингополучателя в размере 1 534 366,92 руб.

Лизингодателем представлен отчет об оценке автомобиля№ 285/0722-ОООТ-727 от 02.06.2023, стоимость определена в размере 4 253 000, 00 руб.

Кредитором в материалы дела представлен договор купли - продажи №РА-105609- 22 от 06.09.2023, на основании которого изъятое имущество было продано ООО «ГПБА Сервис» (ИНН 

<

***>) по цене 3 481 000руб., то есть уменьшение цены произошло на 22,2 %.

Как верно учтено судом первой инстанции, покупатель ООО «ГПБА Сервис» и  продавец ООО «Газпромбанк автолизинг» являются аффилированными лицами, стоимость имущества, определенная договором, не может расцениваться как добросовестная и разумная.

В соответствии с пунктом 20 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 если продажа предмета лизинга произведена без проведения открытых торгов, то при существенном расхождении между ценой реализации предмета лизинга и рыночной стоимостью на лизингодателя возлагается бремя доказывания разумности и добросовестности его действий при организации продажи предмета лизинга.

В таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчетом оценщика. 

В силу пункта 4 Постановления Пленума ВАС РФ N 17 стоимость возвращенного предмета лизинга может определяться либо исходя из суммы, вырученной от продажи предмета лизинга, либо на основании отчета оценщика.

Критерий оценки расхождения между рыночной стоимостью и ценой реализации является оценочной категорией и подлежит судебной оценке в каждом конкретном случае с учетом конкретных обстоятельств дела. При этом учитывается не только процентное соотношение разницы, но и принятые лизингодателем меры по реализации.

Из указанных разъяснений следует, что цена предмета лизинга, реализованного не на торгах, при определенных обстоятельствах может быть поставлена под сомнение, следовательно, указанное обстоятельство подлежит установлению судом в каждом конкретном случае по итогам изучения материалов дела.

Представленный в материалы дела отчет оценщика  №285/0722-ООТ-727, проведен на основании акта осмотра, с учетом фактического состояния техники и никем не оспорен. Ходатайств о проведении судебной оценочной экспертизы сторонами не заявлено.

В рассматриваемом случае, с учетом вышеуказанных обстоятельств, суд апелляционной инстанции полагает недопустимым определение стоимости возвращенного предмета лизинга на основании его продажной цены, поскольку должник уже не мог повлиять на формирование таковой после возврата предмета лизинга, с учетом нахождения автомобиля на хранении у третьих лиц, расчет сальдо встречных обязательств необходимо производить исходя из рыночной стоимости предмета лизинга, установленной в заключении оценщика.

Принимая во внимание поименованный отчет об оценке автомобиля, в котором стоимость определена в размере 4 253 000руб., наряду и в совокупности с иными имеющимися в материалах дела доказательствами, суд пришел к выводу, что цена сделки по реализации возвращенного предмета лизинга (договора купли - продажи № РА-105609-22 от 06.09.2023) не может быть признана совершенной с учетом рыночной цены имущества, в данном случае фактическая цена реализации отклоняется от определенной экспертом рыночной цены более чем на 20%, что для должника является существенной.

В соответствии с абзацем 2 пункта 4 статьи 453 ГК РФ в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

Согласно пункту 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

На основании вышеизложенного, с учетом признанных обоснованными доводов апелляционной жалобы заявителя, апелляционный суд приходит к выводу о том, что требование кредитора является обоснованным в сумме 762 366,92 руб. (согласно первоначально произведенному кредитором расчету).

При этом, апелляционным судом учтены: разъяснения пункта 17 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), согласно которым расчет платы за предоставленное лизингополучателю финансирование не может производиться только до момента изъятия предмета лизинга, поскольку само по себе данное обстоятельство не приводит к возврату финансирования в денежной форме; дата фактической передачи предмета лизинга кредитору – 22.03.2023; срок реализации имущества, не превышающий шести месяцев; рыночная стоимость предмета лизинга согласно отчету об оценке автомобиля№ 285/0722-ОООТ-727 от 02.06.2023 (4 253 000, 00 руб.). С учетом указанных составляющих, первоначальный расчет требований кредитора в размере 762 366,92 руб. является обоснованным.

В остальной части требования удовлетворению не подлежат.

При изложенных обстоятельствах, определение Арбитражного суда Свердловской области от 22.03.2024 по делу №А60-44661/2023 подлежит отмене в связи с несоответствием выводов, изложенных в определении, обстоятельствам дела (подпункт 3 пункта 1 статьи 270 АПК РФ). 

Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 22 марта 2024 года по делу № А60-44661/2023 отменить.

Требование ООО «Газпромбанк Автолизинг» о включении в реестр требований кредиторов должника ФИО3 задолженности в размере 762366 руб. 92 коп. признать обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

В остальной части требования отказать. 

 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

М.А. Чухманцев 

 

Судьи

 

Т.Ю. Плахова 

 

О.Н. Чепурченко