СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск                                                                                            Дело № А27-14545/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 15 января 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 января 2019 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Кудряшевой Е.В.,

судей Усаниной Н.А., 

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мозгалиной И.Н., рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего Киселевским государственным пассажирским автотранспортным предприятием Кемеровской области ФИО2 (№ 07АП-6309/2016 (6))  на определение от 23.10.2018 Арбитражного суда Кемеровской области (судья Васильева Ж.А.) по делу № А27-14545/2015 о несостоятельности (банкротстве) Киселевского государственного пассажирского автотранспортного предприятия Кемеровской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) по заявлению Киселевского государственного пассажирского автотранспортного предприятия Кемеровской области, город Киселевск Кемеровской области в лице конкурсного управляющего ФИО2 к Прокопьевскому государственному пассажирскому автотранспортному предприятию Кемеровской области, город Прокопьевск Кемеровской области, государственному учреждению Кузбасспассажиравтотранс», город Кемерово и Кемеровской области в лице Комитета по управлению государственным имуществом Кемеровской области об оспаривании сделок должника, применении последствий недействительности сделок. 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Кемеровской области от 09.02.2016 (резолютивная часть решения объявлена 02.02.2016) Киселевское государственное пассажирское автотранспортное предприятие Кемеровской области (далее - Киселевское ГПАТП КО, должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурным управляющим утверждена ФИО2. Указанные сведения опубликованы в газете Едином федеральном реестре сведения о банкротстве 04.02.2016, в газете «Коммерсантъ» №25 от 13.02.2016.

В Арбитражный суд Кемеровской области 09.01.2018 поступило заявление должника в лице конкурсного управляющего ФИО2 о признании недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) сделок должника, совершенных с Прокопьевским государственным пассажирским автотранспортным предприятием Кемеровской области, город Прокопьевск Кемеровской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, Прокопьевское ГПАТП КО, ответчик) - договоров аренды недвижимого имущества №470пр-15, №469к-15, №1П-15 от 24.07.2015, договоров аренды транспортных средств №467к-15, №468к-15 от 24.07.2015, применении последствий недействительности сделок в виде возвращения в конкурсную массу должника денежных средств, полученных от должника в счет арендной платы в общей сумме 16 018 739 руб. 83 коп.

Определением суда от 10.01.2018 заявление должника в лице конкурсного управляющего ФИО2 было принято судом к производству, судебное разбирательство по заявлению назначено в судебном заседании 12.02.2018.

Конкурсный управляющий неоднократно на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), уточнял заявленные требования, в окончательной редакции просил признать недействительными сделку по изъятию у должника имущества, оформленную решением от 24.07.2015 №2-2/2725, соглашениями о расторжении договоров безвозмездного пользования от 24.07.2015, договоры аренды недвижимого имущества №470пр-15, №469к-15, №1П-15 от 24.07.2015, договоры аренды транспортных средств №467к-15 от 24.07.2015, №468к-15 от 24.07.2015; применении последствий недействительности сделок, обязав Прокопьевское ГПАТП КО вернуть в конкурсную массу должника денежные средства, полученные от должника в счет арендной платы в общей сумме 1 6 018 739 руб. 83 коп.

Определением от 09.04.2018 к участию в рассмотрении заявления должника в качестве соответчиков привлечены Кемеровская область в лице КУГИ Кемеровской области и ГУ «КПАТ».

Определением от 23.10.2018 Арбитражного суда Кемеровской области (резолютивная часть объявлена 16.10.2018) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

С вынесенным определением не согласился конкурсный управляющий Киселевское ГПАТП КО ФИО2, обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и разрешить вопрос по существу, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушение судом норм материального права, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.

В обоснование апелляционной жалобы, конкурсный управляющий Киселевское ГПАТП КО ФИО2 указывает, что суд неправомерно рассмотрел каждую из оспариваемых сделок отдельно. По мнению заявителя жалобы, целью заключения сделок явилось формальное прикрытие передачи денежных средств должника в пользу Киселевское ГПАТП КО фактически без предоставления встречного исполнения, что свидетельствует о недействительности оспариваемых сделок на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При рассмотрении спора о признании недействительной сделки на основании положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для определения того, причинила ли оспариваемая сделка вред кредиторам, суд должен был учесть условия других взаимосвязанных с ней сделок, определяющих общий экономический эффект для имущественного положения должника, чего сделано не было. При рассмотрении заявления об оспаривании сделок должника, суд необоснованно установил несовпадение в составе большей части имущества. 

От Прокопьевское ГПАТП КО на основании статьи 262 АПК РФ поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором заявитель указывает, что арбитражный суд Кемеровской области объективно рассмотрел все материалы дела, дал правильную правовую оценку всем представленным доказательствам, а определение вынесено с учетом всех действующих норм материального и процессуального права и оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, и отмены определения суда не имеется. 

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились. 

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 24.07.2015 между должником и Прокопьевским ГПАТП КО были заключены договоры аренды недвижимого имущества № 470-пр-15 (том 80 л.д. 62-68), № 469к-15 (том 80 л.д. 69-75), № 1 П-15 (том 80 л.д. 76-81), договоры аренды транспортных средств № 467к-15 (том 80 л.д. 82-100) и № 468пр-15 (том 80 л.д. 101-116).

За период с 26.10.2015 по 31.12.2015 денежными средствами и путем взаимозачета Киселевское ГПАТП КО в качестве арендной платы заплатило 16018739 руб. 83 коп.

Конкурсный управляющий в обоснование указал, что ранее имущество, полученное Киселевским ГПАТП по договорам аренды от 24.07.2015, использовалось должником по договорам безвозмездного пользования, заключенным с ГУ «КПАТ», расторгнутым с 17.09.2015 (82 л.д. 115-150, том 80 л.д. 59-61). 

Договоры безвозмездного пользования были расторгнуты в связи с принятием КУГИ КО 24 июля 2015 года решения № 2-2/2725 «О прекращении права оперативного управления ГУ «КПАТП» и передаче имущества в хозяйственное ведение Прокопьевскому ГПАТП» (том 80 л.д. 30-58).

Полагая, что решение КУГИ КО № 2-2/2725 от 24.07.2015, соглашения о расторжении договоров безвозмездного пользования и договоры аренды от 24.07.2015 являются сделками, объединенными единой целью - вывести имущество из ведения должника в виде денежных средств, уплаченных в качестве арендной платы, а также сделками, совершенными со злоупотреблением правом, конкурсный управляющий обратилась в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, отказывая конкурсному управляющему в удовлетворении заявления, исходил из того, что оспариваемые сделки не являются взаимосвязанными и оснований для признания их недействительными (ничтожными) по заявленным конкурсным управляющим правовым основаниям, не имеется. Кроме того, конкурсным управляющим пропущен срок исковой давности.

Суд апелляционной инстанции при повторном рассмотрении обособленного спора, пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов. 

Обращая в арбитражный суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий указал, что договоры аренды от 24.07.2015 являются недействительными сделками по специальным основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, а также по признакам крупной сделки, совершенной в нарушение требований пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях», без согласия собственника имущества в лице КУГИ КО.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление №63) разъяснил в пунктах 8, 9, что для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота. На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Однако судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

С учетом рекомендаций, содержащихся в пункте 5 постановление от 23.12.2010 № 63, для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве требуется наличие совокупности следующих обстоятельств:

сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Из разъяснений, изложенных в пункте 6 постановления от 23.12.2010 № 63, следует, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; 

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Пунктом 7 постановления от 23.12.2010 установлено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Дело о банкротстве Киселевского ГПАТП КО возбуждено определением суда от 04.08.2015.

Оспариваемые сделки совершены 24.07.2015, в связи с чем, могут быть оспорены как по пункту 1, так и по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Следовательно, суду первой инстанции для признания сделок недействительными достаточно было установить, что у должника выбыло имущество, а также то, что соглашение было заключено при неравноценном встречном предоставлении.

Однако материалами дела не подтверждается, что оспариваемые договоры предполагали безвозмездное пользование имуществом.

 Судом установлено, что Киселевским ГПАТП КО за период с 26.10.2015 по 31.12.2015 денежными средствами и путем взаимозачета в качестве арендной платы оплачено 16 018 739 руб. 83 коп. При этом  факт использования должником в процессе осуществления хозяйственной деятельности имущества, полученного от Прокопьевского ГПАТП КО, подтверждается документами по осуществлению перевозочного процесса должником с июля по декабрь 2015 года.

Конкурсный управляющий не заявляла и не представляла доказательств того факта, что размер арендной платы в договорах был завышен.

Повторно оценив и исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что материалами дела не подтверждается неравноценность встречного исполнения обязательств по оспариваемым договорам аренды.

Доказательства, подтверждающие иное, заявителем жалобы в материалы дела не представлены.

Установив данные обстоятельства, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что оспариваемые сделки не имеют признаков неравноценного встречного исполнения обязательств ввиду чего основания для признания таких сделок недействительными, отсутствуют.

Оценивая доводы конкурсного управляющего о цели причинения вреда в результате совершения оспариваемых договоров аренды, суд первой инстанции пришел к выводу о их необоснованности.

Оснований не согласиться с указанным выводом суда, апелляционная инстанция не имеет.

По общим правилам гражданского законодательства пользование любым имуществом лиц является возмездным, то есть платным. 

Из материалов дела следует, что Прокопьевское ГПАТП КО в силу статьи 113 ГК РФ является коммерческой организацией, преследующей целью своей деятельности извлечение прибыли, поэтому у него отсутствует обязанность передавать имущество, которым оно было наделено при создании, кому бы то ни было безвозмездно.

Доводы конкурсного управляющего о том, что собственником имущества должника - Кемеровской областью в лице КУГИ КО не была выполнена обязанность по наделению должника имуществом для осуществления хозяйственной деятельности, обоснованно отклонены судом первой инстанции со ссылкой на то, что у Прокопьевского ГПАТП КО, как контрагента по оспариваемым сделкам, такая обязанность по отношению к Киселевскому ГПАТП КО отсутствует. 

Поскольку факт причинения оспариваемыми сделками вреда должнику, не установлен, суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для признания сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доказательств предпочтительного удовлетворения требований одного кредитора перед другими, материалы дела не содержат.

Суд первой инстанции, оценивая довод конкурсного управляющего о наличии   оснований для признания договоров аренды от 24.07.2015 недействительными по общим основаниям, как крупных сделок, совершенных без согласия собственника имущества должника, пришел к выводу о том, что КУГИ КО, как уполномоченный представитель собственника имущества должника и ответчика, согласия на заключение договоров аренды не давало.

Апелляционная инстанция поддерживает указанный вывод арбитражного суда.

В силу пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» крупной сделкой является сделка или несколько взаимосвязанных сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения унитарным предприятием прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет более десяти процентов уставного фонда унитарного предприятия или более чем в 50 тысяч раз превышает установленный федеральным законом минимальный размер оплаты труда, если иное не установлено федеральными законами или принятыми в соответствии с ними правовыми актами.

По договорам аренды от 24.07.2015 имущество Киселевского ГПАТП КО не отчуждалось. 

При этом право оспаривать сделки по передаче Прокопьевским ГПАТП КО в аренду имущества, которым последний был наделен на праве хозяйственного ведения Кемеровской областью, без согласия собственника данного имущества, как обоснованно указано судом первой инстанции, у Киселевского ГПАТП КО, отсутствует даже если для ответчика данная сделка являлась крупной.

Учитывая изложенное, правовых оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего Киселевского ГПАТП КО в данной части, у суда первой инстанции также не имелось.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд неправомерно рассмотрел каждую из оспариваемых сделок отдельно, судом апелляционной инстанции отклоняется как основанный на ошибочном толковании вышеприведенных норм права.

Конкурсный управляющий Киселевского ГПАТП КО ФИО2 в ходе рассмотрения дела указывала, что решение КУГИ КО № 2-2/2725 от 24.07.2015, соглашение о расторжении договоров безвозмездного пользования и договоры аренды от 24.07.2015 являются сделками, объединенными единой целью - вывести имущество из ведения должника в виде денежных средств, уплаченных в качестве арендной платы, а также сделками, совершенными со злоупотреблением правом.    

Судом первой инстанции из сравнительного анализа имущества, переданного должнику по договорам безвозмездного пользования и дополнительных соглашений к ним № БП-8-09-0/05 от 12.09.2005, №БП-28-12-0/05 от 30.12.2005, №БП-4-06-0/06 от 06.06.2006, заключенным с ГУ «КПАТ», и имущества, полученного должником по договорам аренды от 24.07.2015, установлено, что по договорам аренды от 24.07.2015 от Прокопьевского ГПАТП должник получил тоже имущество, что он получал от ГУ «КПАТ» в безвозмездное пользование. 

Совпадения в составе имущества установлены лишь по малой части арендованных объектов: из недвижимого имущества в отношении КПП 48,2 кв.м., здания мехмойки 491,2 кв.м., котельной 510,6 кв.м., склада материалов 345,3 кв.м., из транспортных средств по 14-ти автобусам, перечень которых приведен управляющим в томе 88 л.д. 49-50. Остальные объекты недвижимого имущества и транспортные средства, упомянутые в договорах безвозмездного пользования и в договорах аренды, не совпадают ни по площадям, ни по номерам, ни по техническим характеристикам.

Кроме того, решение КУГИ КО, соглашения о расторжении договоров безвозмездного пользования, договоры аренды различны по своей правовой природе, заключены между разными субъектами. 

Учитывая изложенное, как верно указано судом первой инстанции, оспариваемые управляющим решение КУГИ КО № 2-2/2725 от 24.07.2015, соглашения о расторжении договоров безвозмездного пользования и договоры аренды от 24.07.2015, не являются взаимосвязанными сделками, объединенными общей целью - причинить вред должнику в размере уплаченной им арендной платы или совершенные со злоупотреблением правом, в связи с чем, вопреки доводам апелляционной жалобы, рассмотрение каждой из оспариваемых сделок в отдельности, не противоречат положениям действующего законодательства, в том числе нормам Закона о банкротстве.

Ссылка заявителя апелляционной жалобы, что целью заключения сделок явилось формальное прикрытие передачи денежных средств должника в пользу Киселевское ГПАТП КО фактически без предоставления встречного исполнения, судом апелляционной инстанции признается несостоятельной, поскольку не нашла своего подтверждения.

Кроме того, Прокопьевским ГПАТП КО и КУГИ КО было заявлено о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности для признания недействительными договоров аренды от 24.07.2015 по основаниям, предусмотренным законодательством о банкротстве и о государственных предприятиях.

Суд первой инстанции, руководствуясь статьями 181, 195 ГК РФ, статьей 61.9 Закона о банкротстве, пунктами 4, 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением   главы Закона о банкротстве, обоснованно пришел к выводу о том, что конкурсным управляющим ФИО2 был пропущен срок исковой давности для подачи заявления об оспаривании договоров аренды от 24.07.2015 по специальным основаниям Закона о банкротстве и законодательства о государственных и муниципальных унитарных предприятиях.

Довод конкурсного управляющего о том, что срок исковой давности для признания недействительными договоров аренды от 24.07.2015 следует исчислять с даты утверждения ФИО2 временным управляющим должника, обоснованно отклонен судом первой инстанции со ссылкой на положения вышеуказанных статей. 

Поскольку в силу статьи 61.9 Закона о банкротстве правом на оспаривание сделок по основаниям статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве наделены только внешний и конкурсный управляющий должника, вывод суда о том, что срок исковой давности по заявленным требованиям не мог начать течь ранее открытия в отношении Киселевского ГПАТП КО конкурсного производства, то есть ранее 02.02.2016, является обоснованным.

Кроме того, как разъяснено судам в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Судом установлено, что прежним руководителем Киселевского ГПАТП КО ФИО3 документы должника были переданы конкурсному управляющему ФИО2 своевременно и в полном объеме. 

Доказательств, опровергающих данное обстоятельство, не представлено.

Довод апелляционной жалобы о недействительности оспариваемых сделок на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку не нашел своего подтверждения.

Конкурсный управляющий утверждает, что все участники оспариваемых сделок (Киселевское ГПАТП КО, Прокопьевское ГПАТП КО, ГУ «КПАТ» и КУГИ КО) злоупотребили своими правами, поэтому сделки недействительны на основании статьей 10 и 168 ГК РФ.

В соответствии со статьей 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Как разъяснил Верховный суд Российской Федерации в постановлении Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Доказательств того, что оспариваемые сделки совершены со злоупотреблением правом, что поведение сторон оспариваемых сделок отклоняется от обычного поведения субъектов в схожих условиях, материалы дела не содержат.

Признаков мнимости, притворности оспариваемых сделок, предусмотренных положениями статьи 170 ГК РФ, не установлено.

Обстоятельства, свидетельствующие о том, что за счет средств Киселевского ГПАТП КО осуществлялось финансирование Прокопьевского ГПАТП КО в виде выплат арендной платы, судом апелляционной инстанции не принимаются, поскольку документально не подтверждены, что не соответствует требованиям статьи 65 АПК РФ.

Из материалов дела следует, что, заключая оспариваемые сделки стороны преследовали цель и совершали действия, отвечающие содержанию подписанных ими документов. Прокопьевское ГПАТП КО передало, а должник принял имущество, за пользование которым в течение пяти с лишним месяцев оплатил арендную плату. У Киселевского ГПАТП КО не было и не могло быть обязанности финансировать деятельность Прокопьевского ГПАТП КО, поскольку собственником имущества последнего не являлось. Имущество, которым было наделено Прокопьевское ГПАТП КО, и которое впоследствии было передано по договорам аренды, лишь в малой части ранее использовалось должником по договорам безвозмездного пользования с ГУ «КПАТ».

Таким образом, принимая во внимание вышеприведенные норм и разъяснения, суд первой инстанции правильно отказал конкурсному управляющему в удовлетворении заявления.

Иные доводы заявителя апелляционной жалобы не имеют правового значения, учитывая вышеприведенные обстоятельства, не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. 

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

При принятии апелляционной жалобы должнику была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины. 

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина в размере 3 000 рублей взыскивается с Киселевского государственного пассажирского автотранспортного предприятия Кемеровской области в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 23.10.2018 Арбитражного суда Кемеровской области по делу№ А27-14545/2015 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего Киселевским государственным пассажирским автотранспортным предприятием Кемеровской области ФИО2 – без удовлетворения.

Взыскать Киселевского государственного пассажирского автотранспортного предприятия Кемеровской области в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3 000 рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

  Председательствующий Е.В. Кудряшева 

Судьи Н.А. Усанина

ФИО1