Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

 

г. Ульяновск                                                                       Дело № А72-16373/2019

16.05.2022

Резолютивная часть решения объявлена 05.05.2022. 

Полный текст решения изготовлен  16.05.2022.    

Арбитражный суд Ульяновской области в составе судьи Карсункина С.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,  

рассмотрев дело по исковому заявлению 

Общества с ограниченной ответственностью «Даррос» в лице участника ФИО2

ФИО3

к ФИО4, 

об  оспаривании сделки, применении последствий недействительности сделки,

с привлечением в качестве третьих  лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: 

-  ФИО5,

- Управления  Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ульяновской области

- ФИО6

объединено с делом А72-6648/2021 по иску

ФИО4, г.Ульяновск

к Обществу ограниченной ответственностью "Даррос" (432047, ОБЛАСТЬ УЛЬЯНОВСКАЯ, ГОРОД УЛЬЯНОВСК, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 01.10.2002, ИНН: 

<

***>)

о взыскании задолженности по выплате действительной стоимости доли в размере 46 974 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 18.10.2019 по 04.01.2021 в размере 3 023 руб. 65 коп., расходов по оплате госпошлины

при участии:

от ООО «Даррос» – не явился, извещен;

от ФИО3 - не явился, извещен;

от ФИО2 – ФИО2, представлен паспорт;

от ФИО4 – ФИО7, представлены паспорт, доверенность, документ, подтверждающий наличие высшего юридического образования (диплом);

от ФИО6 - ФИО8, представлены паспорт, доверенность, документ, подтверждающий наличие высшего юридического образования (диплом); ФИО6, представлен паспорт;

от иных третьих лиц - не явились, извещены;

УСТАНОВИЛ:

ФИО9 (далее - ФИО9), являвшийся на момент обращения в суд участником общества с ограниченной ответственностью «Даррос», обратился в Арбитражный суд Ульяновской области с исковым заявлением (с учётом его уточнения в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) к ФИО4 (далее - ФИО4), к обществу с ограниченной ответственностью «Даррос» (далее – ООО «Даррос», общество), в котором просил:

1. Признать договор о расчетах в связи с выходом участника из общества с ограниченной ответственностью от 20.08.2019 между ООО «ДарРос» и ФИО4  (далее – договор о расчетах) недействительным;

2. Применить последствия недействительности сделки, а именно:

2.1. Прекратить право собственности ФИО4 на объекты недвижимости и земельные участки переданные ей по договору о расчетах.

2.2. Признать за ООО «Даррос» право собственности на указанные объекты недвижимости и земельные участки.  

3. Прекратить право аренды ФИО4 на следующие земельные участки:

- земельный участок Площадь: 12 642,00 кв.м, Кадастровый номер: 73:24:031503:16, расположенный по адресу: 

<

...>;

- земельный участок Площадь: 10 351,00 кв. м Кадастровый номер: 73:24:031503:51, расположенный по адресу: 

<

...>; 

4. Признать за ООО «ДарРос» (ИНН 

<

***>) право аренды на указанные в п. 3 земельные участки.

К участию в деле в качестве третьих  лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, были привлечены ФИО5 и Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ульяновской области.

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 15.09.2020 исковые требования были оставлены без удовлетворения.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда решение от 15.09.2020 было оставлено без изменения. 

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 06.04.2021 решение Арбитражного суда Ульяновской области от 15.09.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.12.2020 по делу № А72-16373/2019 было отменено в части отказа в удовлетворении исковых требований, отмены обеспечительных мер и взыскания с ФИО9 в пользу ФИО4 45000 руб. 00 коп. в возмещение расходов по проведению экспертизы. В остальной части судебные акты оставлены без изменения, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ульяновской области.

Дело №А72-16373/2019 передано на рассмотрение судье С.А. Карсункину.

Определением от 20.04.2021 дело было принято к производству.

От ФИО4 поступило через систему «Мой арбитр» встречное исковое заявление ФИО4 к ООО «Даррос» о выплате действительной стоимости доли.

Определением суда от 18.05.2021 встречное исковое заявление было возвращено ФИО4

Определением суда от 11.05.2021 в судебное заседание были вызваны для дачи пояснений по подготовленному экспертному заключению эксперты Союза "Ульяновская областная торгово-промышленная палата", ФИО10, ФИО11, ФИО12, проводившие по настоящему делу судебную экспертизу.

В судебном заседании 01.06.2021 были допрошены эксперты ФИО10, ФИО12

Определением от 29.06.2021 г. были объединены в одно производство настоящее дело №А72-16373/2019 с делом №А72-6648/2021 по иску ФИО4 к Обществу  ограниченной ответственностью "Даррос" о взыскании задолженности по выплате действительной стоимости доли в размере 46 974 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 18.10.2019 по 04.01.2021 в размере 3 023 руб. 65 коп.

20.07.2021 представитель ФИО9 сделал заявление о признании результатов оценки недействительными, в котором также заявил ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы. В обоснование заявленного ходатайства представитель заявил о недостоверности заключения экспертов от 29.07.2020 №0125/2020 по основаниям наличия существенных отклонений при осуществлении оценки стандартам и нормам оценочной деятельности, что подтверждается, по его мнению, имеющейся в материалах дела рецензией, подготовленной ООО «Инфо-Центр-Аудит».  

Определением от 19.08.2021 г. было оставлено без удовлетворения ходатайство ФИО4 о прекращении производства по делу. 

В судебном заседании 12.10.2021 была оглашена резолютивная часть определения об отказе в удовлетворении ходатайств ФИО3, ООО «Даррос» о вступлении в дело в качестве третьих лиц, заявляющих самостоятельные исковые требования относительно предмета спора. Указанное определение было обжаловано заявителями, оставлено без изменения.  

Также от ФИО2 поступило через систему «Мой арбитр» ходатайство о процессуальном правопреемстве с ФИО9 на ФИО2.

Представитель ФИО2 заявила отказ от исковых требований к ФИО4 в полном объеме.

12.10.2021 судом объявлена резолютивная часть определения об удовлетворении ходатайства ФИО2 о процессуальном правопреемстве с ФИО9 на ФИО2 в связи с приобретением ФИО2 по договору  от 10.09.2021 № 444-у.-к, заключенному по результатам торгов по продаже арестованного имущества, 40% долей в уставном капитале ООО «Даррос», принадлежащих ФИО9 Указанные торги были проведены в ходе исполнительного производства на основании определения Ленинского районного суда г. Ульяновска от 27.05.2021 г. об изменении порядка исполнения решения Ленинского районного суда г. Ульяновска от 28.09.2019 по гражданскому делу №2-3517/2019 путем обращения взыскания на принадлежащую ФИО9 долю в размере 40% уставного капитала ООО «Даррос». 27.09.2021 г. в ЕГРЮЛ в отношении ООО «Даррос» внесена запись о принадлежности доли в размере 40% ФИО2 

Согласно выписке их ЕГРЮЛ в отношении ООО «Даррос» оставшиеся 60% уставного капитала принадлежит ФИО3, о чем в ЕГРЮЛ внесена запись от 25.08.2020 г.  

Также определением от 12.10.2021 было оставлено без удовлетворения ходатайство ООО «Фиорд» о привлечении его к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.   

Определение в указанной части было обжаловано и оставлено судом апелляционной инстанции без изменения. 

Суд в порядке ст.51 АПК РФ привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные исковые требования относительно предмета спора, ФИО6.

Также указанным определением на основании ч. 5 ст. 49 АПК РФ не был принят отказ ФИО2 от исковых требований в связи с тем, что ООО «Даррос», являясь истцом по делу, в чьих интересах ФИО9, как участником общества на тот момент, был предъявлен иск  возражало в лице своего представителя Карами Г.С., действующего на основании доверенности, выданной генеральным директором Общества, против принятия отказа ФИО2 от исковых требований. 

В ходе рассмотрения дела представителем ФИО2 и ФИО4 было заявлено ходатайство об утверждении мирового соглашения, по делу, содержащего, в том числе, отказ ФИО2 от исковых требований о признании недействительным договора о расчетах в связи с выходом участника из общества. 

23.12.2021 судом была объявлена резолютивная часть определения об отказе в удовлетворении ходатайств о привлечении к участию в деле ООО «Фиорд», ООО «Техноэкспорт» в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные исковые требования относительно предмета спора. Указанное определение было обжаловано и оставлено без изменения.  

31.01.2022 от ФИО3 поступило ходатайство о вступлении в дело на стороне истца.

От ФИО2 поступил отказ от ранее заявленного ФИО9 который был заменен на ФИО2 в порядке процессуального правопреемства,  ходатайства о назначении повторной судебной экспертизы по делу.

03.03.2022 от ФИО3 поступило через систему «Мой арбитр» заявление о вступлении ФИО3 в дело на стороне истца с самостоятельными требованиями.

Представитель ФИО4 заявила ходатайство о применении срока исковой давности по заявлению ФИО3

Заявление ФИО3 о вступлении ФИО3 в дело на стороне истца с самостоятельными требованиями, судом было удовлетворено.

05.05.2022 представители ООО «Даррос», ФИО3, Управления  Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ульяновской области, ФИО5 в судебное заседание не явились, были извещены надлежащим образом.

Представитель ФИО4 заявила отказ от заявления об утверждении мирового соглашения.

В связи с отказом одной из сторон от утверждения мирового соглашения, судом заявление об утверждении мирового соглашения не рассматривается.

ФИО2 не настаивал на заявленном ФИО9, который был заменен на ФИО2 в порядке процессуального правопреемства, ходатайстве о назначении повторной судебной экспертизы по делу, не поддерживает данное ходатайство. С учетом данных обстоятельств ходатайство о повторной экспертизе по делу не подлежит рассмотрению. 

Представитель ФИО4 возражает против удовлетворения ходатайства об истребовании доказательств по делу.

Ходатайство об истребовании доказательств по делу, судом оставлено без удовлетворения.

Представитель ФИО6 возражает против удовлетворения исковых требований.

От ФИО3 поступило через систему «Мой арбитр» ходатайство о приостановлении производства по делу до вступления в законную силу судебного акта по итогам рассмотрения дела А72-18409/2021.

Представители лиц, участвующих в деле, присутствующие в судебном заседании возражают против удовлетворения указанного ходатайства. 

По делу № А72-18409/2021 ФИО9 обратился в Арбитражный суд Ульяновской области с исковым заявлением к ФИО2  о признании недействительным договора купли-продажи доли ООО «Даррос» (40% доли уставного капитала ранее принадлежащие ФИО9) от 10.09.2021, заключенного с ФИО2, применении последствий недействительности сделки.

Решением суда исковые требования были оставлены без удовлетворения. 

На момент рассмотрения настоящего дела №А72-16373/2019 в ЕГРЮЛ в отношении ООО «Даррос» внесены записи о принадлежности доли в размере 40% ФИО2 и о принадлежности доли в размере 60% ФИО3  

Доказательств того, что указанные лица не являются участниками общества на момент рассмотрения спора, не представлено. 

С учетом указанных обстоятельств, а также позиций представителей лиц, участвующих в деле, присутствующих в судебном заседании, ходатайство ФИО3 о приостановлении производства по делу не подлежит удовлетворению.

ФИО2 заявил отказ от исковых требований.

Представителем ФИО2 уже заявлялось аналогичное ходатайство об отказе от исковых требований к ответчику в судебном заседании 12.10.2021. Определением от 12.10.2021 суд, с учетом позиции представителя ООО «Даррос» Карами Г.С. отказал в принятии отказа представителя ФИО2 от исковых требований.

Дело рассматривается по исковым требованиям, заявленным участником ООО «Даррос» (на момент предъявления иска ФИО9) к ФИО4, о признании договора о расчетах в связи с выходом участника из общества от 20.08.2019 между ООО «Даррос» и ФИО4 недействительным и применении последствий недействительности сделки, связанных с восстановлением прав ООО «Даррос» на недвижимое имущество и подземные газопроводы. 

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ).

Порядок обращения участника корпорации в суд с такими требованиями определяется, в том числе с учетом ограничений, установленных законодательством о юридических лицах.

Лицо, уполномоченное выступать от имени корпорации, также является представителем корпорации при рассмотрении названных требований наряду с предъявившим их участником корпорации.

Ответчиком по требованию о возмещении причиненных корпорации убытков выступает соответственно причинившее убытки лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, члены коллегиальных органов юридического лица, лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица (пункты 1 - 4 статьи 53.1 ГК РФ).

В случае оспаривания участником заключенных корпорацией сделок, предъявления им требований о применении последствий их недействительности или о применении последствий недействительности ничтожных сделок ответчиком является контрагент корпорации по спорной сделке.

По смыслу статьи 65.2 ГК РФ корпорация в лице соответствующего органа и присоединившиеся к иску участники не имеют права без согласия участника, предъявившего иск, полностью или частично отказаться от иска, изменить основание или предмет иска, заключить мировое соглашение и соглашение по фактическим обстоятельствам. Обратившийся в суд с требованием участник корпорации в случае присоединения к иску иных участников также не имеет права совершать указанные действия без согласия всех таких участников.

Иные участники корпорации, несогласные с заявленными требованиями, вправе вступить в дело на стороне ответчика в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований.

С учетом приведенных разъяснений, учитывая, что первоначально исковые требования были заявлены участником ООО «Даррос», данное общество является истцом по делу, интересы которого на момент предъявления иска представлял его участник ФИО9, который впоследствии выбыл из состава участников Общества и был заменен на участника ФИО2  

То есть участник Общества ФИО2 является представителем ООО «Даррос».

В соответствии с ч. 5 ст. 49 АПК РФ арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, уменьшение им размера исковых требований, признание ответчиком иска, не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права других лиц. В этих случаях суд рассматривает дело по существу.

Учитывая, что в судебном заседании 12.10.2021 представитель ООО «Даррос», являющегося истцом по делу Карами Г.С., действующий на основании доверенности, выданной генеральным директором Общества, возражал против принятия отказа ФИО2 от исковых требований, то есть против отказа от исковых требований возражает Общество, в интересах которого подан первоначальный иск и представителем которого является ФИО2, отказ от первоначальных исковых требований не подлежит принятию, так как он нарушает права Общества. 

В обоснование возможности принятия отказа от исковых требований ФИО2 представителем ФИО4 приводится ссылка на ч. 3 ст. 225.2 АПК РФ, согласно которой корпоративные споры по требованиям о защите прав и законных интересов группы лиц рассматриваются по правилам главы 28.2 настоящего Кодекса с особенностями, предусмотренными настоящей главой. В делах по корпоративным спорам о возмещении убытков, причиненных юридическому лицу, признании недействительными сделок, совершенных юридическим лицом, и (или) применении последствий недействительности таких сделок, об обжаловании решений органов управления юридического лица участник юридического лица вправе не присоединяться к требованию о защите прав и законных интересов группы лиц, а самостоятельно вступить в дело на стороне истца. В этом случае участник юридического лица пользуется процессуальными правами и несет процессуальные обязанности истца. Участник юридического лица, несогласный с заявленным требованием, вправе вступить в дело на стороне ответчика в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. Также в обоснование представителем ответчика указывается, то обстоятельство, что поскольку судом приняты самостоятельные исковые требования ФИО3, то не имеется препятствий к прекращению производства по делу по требованиям ФИО2  

В указанной норме речь, как о соистце, которому предоставлено право на отказ от исковых требований, идет об участнике общества, который вступает с самостоятельными исковыми требованиями в дело по уже поданному иску в защиту интересов Общества, которое является истцом по делу, а не об участнике Общества, первоначально обратившемся в суд с иском в интересах Общества.   

В связи с указанными обстоятельствами судом отказано в принятии отказа представителя ФИО2 от исковых требований по делу. 

Изучив материалы дела, исследовав и оценив представленные доказательства, суд считает исковые требования Общества с ограниченной ответственностью «Даррос», ФИО3 к ФИО4 не подлежащими удовлетворению, исковые требования ФИО4 к Обществу с ограниченной ответственностью «Даррос» о взыскании задолженности по выплате действительной стоимости доли подлежащими удовлетворению.

При этом суд исходит из следующего.

Согласно материалам дела, ФИО9 являлся участником ООО "Даррос", владеющим долей в уставном капитале общества в размере 40%.

С момента образования юридического лица по 15.07.2019 участником общества с размером доли 57,5% являлся ФИО5 и до 23.08.2019 он являлся генеральным директором общества.

15.07.2019 ФИО5 подарил всю принадлежащую ему долю (57,5%) в уставном капитале общества своей дочери ФИО4.

17.07.2019 ФИО4 подала в общество заявление о выходе из состава участников общества.

20.08.2019 между обществом в лице генерального директора ФИО5 и вышедшим из общества участником ФИО4 был заключен договор о расчетах в связи с выходом участника из общества.

Данным договором установлено, что ФИО4 на основании статьи 26 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" выходит из общества, а общество обязуется выплатить ФИО4 действительную стоимость ее доли, соответствующую части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру номинальной стоимости доли ФИО4 в уставном капитале общества, а в случае отсутствия на расчетном счете и (или) в кассе общества необходимой суммы денежных средств - выдать ФИО4 имущество, стоимость которого соответствует действительной стоимости доли ФИО4 (пункты 1.1, 1.2, 2.5, 2.6 договора о расчетах).

В пунктах 3.1, 3.3 договора о расчетах указано, что размер стоимости чистых активов общества составляет 127 138 000 руб. на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества - на 30.06.2019.

С учетом указанного размера стоимости чистых активов общества и размера доли ФИО4 в уставном капитале общества (57,5%) действительная стоимость доли ФИО4 в уставном капитале общества определена в размере 73 104 350 руб. (пункт 3.2 договора о расчетах).

Согласно пункту 3.4 договора о расчетах срок выплаты обществом ФИО4 действительной стоимости доли в уставном капитале общества - не позднее 19.10.2019 (в течение трех месяцев с момента подачи ФИО4 заявления о выходе из общества).

Пунктом 3.5 договора о расчетах установлен следующий порядок выплаты обществом ФИО4 действительной стоимости доли:

в срок до 15.09.2019 общество выплачивает 4 286 198 руб. денежными средствами на счет ФИО4;

в срок до 15.09.2019 общество передаёт ФИО4 по актам приема-передачи и договорам уступки прав аренды земельного участка имущество: здания и сооружения по адресу 

<

...> включая оборудование, с земельными участками, на которых они расположены, стоимостью 68 818 152 руб. согласно приложению № 1 от 20.08.2019 к договору о расчетах.

Состав данного имущества перечислен в пунктах 2.1, 2.2, 3, 4 требований истца.

Договор о расчетах был исполнен ООО "Даррос", общество выплатило ФИО4 оговоренную сумму денежных средств - 4 286 198 руб. и передало имущество стоимостью, указанное в приложении N 1 к договору о расчетах, перечисленное в пунктах 2.1, 2.2, 3, 4 требований истца. Права на данное имущество истец в рамках настоящего дела требует возвратить обществу применением последствий недействительности сделки.

Истец не оспаривает сам факт возникновения у общества обязанности выплатить действительную стоимость доли вышедшему участнику в денежной форме, оспаривая размер выплаты, но в обоснование исковых требований указывает на то, что сделка от имени ООО "Даррос" совершена генеральным директором - ФИО5, который является отцом вышедшей из общества ФИО4 ФИО4 стала участником Общества с долей 57,5% по договору дарения, заключенному с отцом за два дня до ее выхода из общества. ФИО5, совершая от имени корпорации сделку и определяя имущество, которое подлежит передаче дочери, действовал в условиях личной заинтересованности. Стоимость переданного ФИО4 имущества превышает действительную стоимость доли. Утрата ООО "Даррос" имущества по оспариваемой сделки причиняет ущерб обществу и приводит к невозможности деятельности корпорации. По мнению истца, ФИО5 и ФИО4, совершая и исполняя договор, действовали по правилам статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительно с намерением причинить вред корпорации и оставшемуся участнику.

Отменяя решение Арбитражного суда Ульяновской области от 15.09.2020 и  постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.12.2020 по делу № А72-16373/2019 и направляя дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ульяновской области, Арбитражный суд Поволжского округа в постановлении N Ф06-1814/2021 от 6 апреля 2021 г. отметил следующее.

Судами при принятии решения и постановления обстоятельства, на которые ссылался истец не было учтено нормативно-правовое регулирование спорных правоотношений, не рассмотрен вопрос о применении к сложившимся правоотношениям положений статей 65.2, 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, не приняты во внимание разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, изложенные в постановлениях от 23.06.2015 N 25, от 26.06.2018 N 27

Кроме того, определяя процессуальное положение сторон спора: ФИО9 и ООО "Даррос", судами не было принято во внимание, что участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случае оспаривания участником заключенных корпорацией сделок, предъявления им требований о применении последствий их недействительности или о применении последствий недействительности ничтожных сделок ответчиком является контрагент корпорации по спорной сделке.

Также в постановлении указано, что судом первой инстанции нарушены нормы процессуального права (часть 3 статьи 283 АПК РФ), поскольку он исключил возможность опроса экспертов в судебном заседании по результатам проведенной по делу судебной экспертизы.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 94 ГК РФ участник общества с ограниченной ответственностью вправе выйти из общества независимо от согласия других его участников или общества путем подачи заявления о выходе из общества, если такая возможность предусмотрена уставом общества.

Согласно пункту 2 этой же статьи при подаче участником общества с ограниченной ответственностью заявления о выходе из общества или предъявлении им требования о приобретении обществом принадлежащей ему доли в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, доля переходит к обществу с даты внесения соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц в связи с выходом участника общества из общества (если общество является кредитной организацией, к такому обществу доля переходит с даты получения обществом заявления участника общества о выходе из общества) или с даты получения обществом соответствующего требования. Этому участнику должна быть выплачена действительная стоимость его доли в уставном капитале или с его согласия должно быть выдано в натуре имущество такой же стоимости в порядке, способом и в сроки, которые предусмотрены законом об обществах с ограниченной ответственностью и уставом общества.

Статьей 26 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» № 14-ФЗ от 08.02.1998 (далее – Закон № 14-ФЗ) установлено, что участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества.

Пунктами  9.2 (абзац 5)  и 9.12  устава   ООО «ДАРРОС» предусмотрено право   участника   общества    на  выход  из общества.

Согласно пункту 6.1 статьи 23 Закона № 14-ФЗ в случае выхода участника общества из общества в соответствии со статьей 26 настоящего Федерального закона его доля переходит к обществу. При этом общество обязано выплатить вышедшему из общества участнику общества действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дате перехода к обществу доли вышедшего из общества участника общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли.

Общество обязано выплатить участнику общества действительную стоимость его доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности, если иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли не предусмотрен уставом общества. Положения, устанавливающие иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли, могут быть предусмотрены уставом общества при его учреждении, при внесении изменений в устав общества по решению общего собрания участников общества, принятому всеми участниками общества единогласно. Исключение из устава  общества указанных положений осуществляется по решению общего собрания участников общества, принятому двумя третями голосов от общего числа голосов участников общества.

Аналогичные условия содержит пункт 9.12 устава общества.

На дату подачи ФИО4 в общество заявления о выходе из состава участников общества (17.07.2019) номинальная стоимость уставного капитала составляла 2 500 000 руб., что подтверждено выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) и уставом общества. На указанную дату уставный капитал в указанном размере был внесен полностью, что видно из бухгалтерских балансов общества на 31.03.2019 (т.7 л.д.16), на 30.06.2019 (т.7 л.д.20).

Выплата действительной стоимости доли участнику при невозможности ее выплаты денежными средствами путем выдачи ему в натуре имущества такой же стоимости производится с согласия этого участника общества.

С учетом изложенного ФИО4 и ООО "Даррос" вправе заключить договор, определив в нем размер подлежащей выплате действительной стоимости доли в уставном капитале, который должен быть определен независимо от  мнения  других  участников  общества   в соответствии с п. 6.1 ст. 23 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

Как следует из материалов дела, при первоначальном рассмотрении, определением суда первой инстанции от 14.05.2020 назначена судебная экспертиза, проведение которой было поручено Союзу «Ульяновская ТПП»,  экспертам  ФИО10,  ФИО11,  ФИО12.

Суд на разрешение экспертов поставил следующие вопросы:

- Имущество и выплаченные денежные средства по договору о расчетах в связи с  выходом участника из общества от 20.08.2019 переданы в пределах суммы, равной действительной стоимости доли ФИО4 в уставном капитале ООО "ДАРРОС" в размере 57,5% на момент выхода из общества (с учетом рыночной стоимости основных средств, принадлежащих  ООО "ДАРРОС" на праве собственности, и с учетом  финансового  положения  организации)?

- После выплаты действительной стоимости  доли  ФИО4  по  договору  о  расчетах  от  20.08.2019 имущественное положение общества позволяло осуществление обществом  уставной деятельности, его обязательства не превышали стоимость  оставшегося имущества? 

Согласно выводам экспертов, изложенным в заключении N 0125/20, имущество и выплаченные денежные средства по договору о расчетах в связи с выходом участника из общества от 20.08.2019 соответствуют действительной стоимости доли ФИО4 в уставном капитале ООО "Даррос", после выплаты действительной стоимости доли ФИО4 имущественное положение общества позволяло осуществление обществом уставной деятельности, его обязательства не превышали стоимость оставшегося имущества.

В экспертизе содержится вывод о том, что величина имущества и выплаченных денежных средств по договору о расчетах в связи с выходом участника из общества от 20.08.2019 составляет 69 625 212 руб. Действительная стоимость доли ФИО4 в уставном капитале ООО «Даррос» в размере 57,5% на момент выхода из общества (с учетом рыночной стоимости основных средств, принадлежащих ООО «Даррос» на праве собственности, и с учетом финансового положения организации) составляет 69 672 186 рублей.

Также в экспертном заключении указано, что после выплаты действительной стоимости доли ФИО4 по договору о расчетах от 20.08.2019 основные средства ООО «Даррос» составляли 53 421 314 руб. 00 коп. 

Скорректированная величина активов (имущества) превышала скорректированную величину обязательств ООО «Даррос» на 51 543 807 руб. 00 коп.

У ООО «Даррос»  после заключения договора о расчетах осталась, в том числе, производственная база по ул. Фасадная, 40.

Допрошенные в судебном заседании 01.06.2021 г. эксперты дали пояснения по подготовленному экспертному заключению, подтвердив содержащиеся в нем выводы. Ответили на вопросы сторон по делу. 

Экспертное заключение составлено на основании документов, представленных сторонами с учетом положений ФЗ «Об оценочной деятельности в РФ» и федеральных стандартов оценки.  

Выражая несогласие с выводами экспертного заключения, первоначальный представитель ООО «Даррос» участник ФИО9, указывал на наличие существенных отклонений при осуществлении оценки стандартам и нормам оценочной деятельности, что подтверждается, по его мнению, имеющейся в материалах дела рецензией, подготовленной ООО «Инфо-Центр-Аудит».  

ФИО2, заменивший выбывшего участника ФИО9 в порядке процессуального правопреемства, ходатайство о проведении повторной экспертизы не поддерживал, на его рассмотрении не настаивал. 

Иные лица, участвующие в деле, в частности ООО «Даррос» и участник общества ФИО3 ходатайств о проведении повторной экспертизы не заявили. 

Несогласие лица, участвующего в деле, с экспертным заключением не свидетельствует о том, что данное доказательство является ненадлежащим.

Повторная экспертиза по делу может быть назначена в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта (часть 2 статьи 87 АПК РФ).

По смыслу приведенных правовых норм назначение экспертизы является правом, а не обязанностью суда. Несогласие стороны спора с результатом экспертизы само по себе не свидетельствует о недостоверности заключения и не влечет необходимости проведения повторной экспертизы.

Отводов экспертам, лицами участвующими в деле не заявлялось. Проводившие экспертизу эксперты обладают квалификацией по оценке движимого имущества, оценке недвижимости и оценке бизнеса, что подтверждается квалификационными аттестатами. 

Ссылка на рецензию ООО «Инфо-Центр-Аудит» отклоняется судом, поскольку представленная в материалы дела рецензия сделана вне рамок судебного разбирательства, по инициативе одной из сторон, заинтересованной в исходе спора. Рецензия является субъективным мнением частного лица, вследствие чего, не может являться допустимым доказательством, опровергающим достоверность проведенной в рамках рассмотрения спора судебной оценочной экспертизы. Доводы о недостоверности величины рыночной стоимости действительной стоимости доли, определенной экспертами, в связи с некорректным выбором экспертом объектов-аналогов, неверного начисления износа объектов оценки, неверного расчета степени готовности объектов незавершенного строительства, неверного определения рыночной стоимости активов Общества с учетом обременений, что повлекло неверное определение рыночной стоимости активов Общества, отклоняются судом как не соответствующие содержанию экспертного заключения (стр. 179-182, 166-167, 2016-2013) и не подтвержденные достаточными и достоверными доказательствами.

Доказательств наличия у рецензента квалификации по специальности «оценка бизнеса» не представлено. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за заведомо ложное заключение эксперта (т. 8 л.д. 2). Руководитель экспертного учреждения, в котором состоят эксперты, проводившие экспертизу, в ее проведении не участвовал. 

Таким образом, доказательств, опровергающих выводы экспертизы, в материалы дела не представлено.

Размер действительной стоимости доли ФИО4 и ФИО3 согласно бухгалтерских справок ООО «Даррос» (т. 3 л.д. 9, 10) исчислялся практически из одной и той же величины: при выходе ФИО3 – 126 150 тыс. руб., при выходе ФИО4 – 127 138 тыс. руб.   

Также судом учитываются сведения, содержащиеся в справке за подписью генерального директора ФИО13, выданной ФИО9, согласно которой действительная стоимость доли ФИО4 составляет 96 682 217,53 руб., а с учетом НДФЛ 84 113 529,25 руб. То есть, общество определяло действительную стоимость доли ответчика в размере, даже превышающем, установленного заключением экспертов.   

С учетом данных выводов экспертов, а также принимая во внимание отсутствие у общества возможности выплаты ФИО4 действительной стоимости ее доли иными способами, оснований для признания договора о расчетах в связи с выплатой действительной стоимости доли недействительным, как заключенного исключительно с намерением причинить вред ООО «Даррос» (ст. 10 ГК РФ) не установлено.

Довод о том, что имущество, выданное в счёт действительной стоимости доли, имело большую привлекательность в виду отсутствия залога, опровергается - стр. 206-212 заключения экспертизы №0125/20, письмом АО Банк Венец №5736 от 21.08.2019 г. и письмом ООО «Даррос» от 14.08.2019 г. из которых следует, что по договору № 18 от 04.03.2019 г. залог имущества, расположенного по адресу г. Ульяновск, 

<

...> №40, принадлежащего на праве собственности и праве аренды ООО «Даррос»:

- Здания производственной базы общ. пл. 3564,12 кв.м. с принадлежностями (литеры: А,А1,А2, Б,Б1,б,б1,В,1-Ш), Кадастровый номер: 73:19:073201:2078.

- Право аренды земельного участка, общей площадью 22207+/-1304 кв.м. Кадастровый номер 73:19:073201:21 был заменён залогом имущества:

1.Нежилые помещения, общей площадью 1376 кв.м.,этаж №1, находящееся по адресу 

<

...>. 17 пом. 7,8,11, кадастровый номер: 73:24:031502:287, принадлежащее на праве собственности ФИО4.

2.Нежилые помещения, общей площадью 1421,2 кв.м.,этаж №1, находящееся по адресу 

<

...>, кадастровый номер: 73:24:031502:284, принадлежащее на праве собственности ФИО4.

3.Земельный участок, общей площадью 12756 кв.м.,этаж №1, находящееся по адресу 

<

...> №3, кадастровый номер: 73:24:031503:14, принадлежащее на праве собственности ФИО4.

Имущество по адресу г. Ульяновск, 

<

...> №40, принадлежащее на праве собственности и праве аренды ООО «Даррос»и оставшееся у Общества:

- Здания производственной базы общ. пл. 3564,12 кв.м. с принадлежностями (литеры: А,А1,А2, Б,Б1,б,б1,В,1-Ш), Кадастровый номер: 73:19:073201:2078.

- Право аренды земельного участка, общей площадью 22207+/-1304 кв.м. Кадастровый номер 73:19:073201:21.

было освобождено от залога и заменено залогом, имущества выдаваемого ФИО4 в счёт доли в уставном капитале.

Недвижимое имущество, расположенного по адресу 

<

...>: 

1.Здание склада, назначение: нежилое, 1-этажное, общая площадь 3591,6 кв.м. Кадастровый (или условный) номер: 73:24:031503:73.

2.Земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование-коммунальные и складские объекты, общая площадь 12206,8 кв.м. Кадастровый номер 73:24:031503:13, 

было обремено залогом по договору №8 на открытие возобновляемой кредитной линии (с лимитом задолженности) от 05 февраля 2019г., заключенный с АО «Венец».

При выплате действительной стоимости доли вышеуказанным имуществом данное имущество было сохранено в залоге у АО Банк «Венец».

АО Банк «Венец» было дано согласие на передачу права собственности на указанное недвижимое имущество ФИО4 при условии сохранения ипотеки АО Банк «Венец» на указанное имущество (Согласно Копии справки об остатках долга по договорам займа (кредита), которые обеспечены договорами залога АО «Венец»).

Кредитные обязательства на момент выплаты действительной стоимости доли не были погашены. Коэффициент риска невозврата долга должником был определен единым по всех объектам 0,7. 

Последующие действия должников по выплате или невыплате кредита не могут учитываться при определении коэффициента риска его невозврата и определении оценочного обязательства, связанного с залогом имущества, так как значение данного коэффициента и расчет рыночной стоимости чистых активов Общества производятся на момент выхода участника из Общества. 

Стоимость имущества, выделяемого в счет действительной стоимости доли участника, выходящего из общества определялась по состоянию на дату заключения  договора о расчетах 20.08.2019.

Договор последующего залога имущества, расположенного по адресу: г. Ульяновск, п. Пригородный д. 40, между ООО «Даррос» и ООО «Симбирская бакалейная компания» был заключен 22.08.2019, что следует из постановления Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.02.2021 по делу №А72-18380/2019. При рассмотрении указанного дела в суде апелляционной инстанции ФИО9 заявил отказ от исковых требований о признании недействительным договора залога недвижимого имущества от 22.08.2019, заключенного между ООО «Даррос» и ООО «СБК». Согласно заключенному мировому соглашению, утвержденному судом, ООО «Даррос» было заключено мировое соглашение, в соответствии с п. 2 которого ответчик признал право залога, а также обязался не позднее одного месяца с момента утверждения мирового соглашения передать в собственность истца имущество по адресу: ул. Фасадная, д. 40. Таким образом, ООО «Даррос» признавало в 2021 г. указанный залог и не считало нарушением своих прав обременение имущества залогом.      

Ходатайство об истребовании документов у АО Банк «Венец», а именно: копии договора №8 на открытие возобновляемой кредитной линии в размере 27 000 000, заключенного с ООО «Астрон-Торг», дополнительных соглашений к нему, а так же информации о ходе его исполнения по стоянию на 11.05.2021г. включительно; копии договора №18 от 04.03.2019г. на открытие возобновляемой кредитной линии в размере 23 000 000, заключенного с ООО «Астрон-Торг», дополнительных соглашений к нему, а так же информации о ходе его исполнения по стоянию на 11.05.2021г. включительно; и об истребовании у Инспекции ФНС России по Засвияжскому району г.Ульяновска бухгалтерской и налоговой отчетности в отношении ООО «Астрон-Торг» за периоды времени с 2018г. по 2021г. включительно подлежит оставлению без удовлетворения. 

Суд отмечает необоснованность указанного ходатайства об истребовании документов, поскольку экспертное исследование в числе прочего основано на расшифровке  «Кредиты и займы» ООО «Астрон-Торг» на 20.08.2019, на показателях  бухгалтерского баланса ООО «Астрон-Торг» на 31.12.2019, на сведениях отчета о финансовых результатах ООО «Астрон-Торг» за январь-декабрь 2019 года (т.8 л.д.10, оборотная сторона, абзацы 2-4).

Кредитный риск определен экспертами, исходя из финансового положения заемщика на установленную судом дату - 20.08.2019. Иные обстоятельства за пределами этой даты не могут учитываться при определении кредитного риска. 

Согласно абзацу 5 пункта 7 статьи 45 Закона № 14-ФЗ   положения статьи 45 данного закона  о заинтересованности в совершении обществом сделки не применяются к отношениям, возникающим при переходе к обществу доли или части доли в его уставном капитале в случаях,  предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Невозможность квалификации сделки в качестве сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, не препятствует признанию судом такой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ, а также по другим основаниям (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность").

Положения статьи 65.2 ГК РФ предоставляют участникам корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) право оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 настоящего Кодекса или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Согласно разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, изложенным в пункте 93 Постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте - представитель).

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

По смыслу данной правовой нормы, именно на истце, оспаривающем сделку на основании пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса РФ, лежит бремя доказывания возникновения в результате сделки ущерба для юридического лица и факта осведомленности другой стороны сделки о таком ущербе либо факта сговора действующего от имени юридического лица без доверенности органа юридического лица с другой стороной сделки.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 ГК РФ»).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Таким образом, для признания сделки недействительной истцу необходимо доказать наличие указанных выше оснований, умысла сторон на причинение вреда участникам и самому обществу в результате совершения сделки.

При этом исследуется, какие цели преследовали стороны при совершении оспариваемой сделки, было ли у них намерение таким образом ущемить интересы участников, повлекла ли эта сделка убытки для общества.

Приобретение обществом доли является встречным обязательством по ее оплате вышедшему участнику. 

Учитывая выводы, содержащиеся в экспертном заключении о передаче ответчику имущества в пределах действительной стоимости ее доли, а также о том, что после выплаты действительной стоимости доли ФИО4 имущественное положение общества позволяло осуществление обществом уставной деятельности, его обязательства не превышали стоимость оставшегося имущества, доказательств заключения договора о расчетах исключительно с намерением причинить вред ООО «Даррос» ни само Общество, ни ФИО3, заявивший самостоятельные исковые требования не представили, как не представили указанные лица и доказательств ущерба для юридического лица и факта осведомленности ответчика о таком ущербе либо факта сговора действующего от имени юридического лица без доверенности органа юридического лица с другой стороной сделки.

Относительно требований ФИО3 суд исходит из следующего.

Согласно материалам дела ФИО3 обратился в суд с заявлением о вступлении  ФИО3 в дело на стороне истца с самостоятельными требованиями.

Определением от 03.03.2022 суд удовлетворил указанное заявление.

Согласно части 4 статьи 3 АПК РФ  судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Согласно положениям действующего Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассматриваемый спор является корпоративным (п. 4, ч. 1 ст. 225.1 АПК РФ) и участники имеют право на присоединение к заявленным требованиям, а также на предъявление самостоятельных требований и вступление в дело на стороне истца (ч. 3 ст. 225.2 АПК РФ).

Так, в части 3 статьи 225.2 АПК РФ указано: корпоративные споры по требованиям о защите прав и законных интересов группы лиц рассматриваются по правилам главы 28.2 настоящего Кодекса с особенностями, предусмотренными настоящей главой. В делах по корпоративным спорам о возмещении убытков, причиненных юридическому лицу, признании недействительными сделок, совершенных юридическим лицом, и (или) применении последствий недействительности таких сделок, об обжаловании решений органов управления юридического лица участник юридического лица вправе не присоединяться к требованию о защите прав и законных интересов группы лиц, а самостоятельно вступить в дело на стороне истца. В этом случае участник юридического лица пользуется процессуальными правами и несет процессуальные обязанности истца. Участник юридического лица, несогласный с заявленным требованием, вправе вступить в дело на стороне ответчика в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Таким образом, главной особенностью нормы  части 3 статьи 225.2 АПК РФ является то, что закон закрепил определенную процессуальную альтернативу для участников арбитражного процесса в выборе процессуального статуса. 

В настоящее время участник юридического лица вправе не присоединяться к требованию о защите прав и законных интересов группы лиц, а самостоятельно вступить в дело на стороне истца, что и сделал ФИО3, реализовав свое право в установленном порядке, выступив в деле в качестве соистца в соответствии со ст. 46 АПК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 46 АПК РФ каждый из истцов или ответчиков по отношению к другой стороне выступает в процессе самостоятельно.

ФИО3 предъявив иск, обратился в защиту не только интересов ООО «Даррос», но и собственных интересов по осуществлению корпоративного контроля за деятельностью юридического лица и возврата в случае признания договора недействительным имущества в общество, в котором он имеет участие, что также указывает на участие им в деле в качестве соистца. 

При этом соистец также не предоставил, доказательств заключения договора о расчетах исключительно с намерением причинить вред ООО «Даррос» и причинения ущерба общества.

Ответчиком заявлено о пропуске ФИО3 срока исковой давности.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В части 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 указанного Кодекса.

На основании части 1 статьи 197 ГК РФ для отдельных видов требований, законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (часть 1 статьи 181 ГК РФ).

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной часть 2 статьи 181 ГК РФ).

Часть 2 статьи 199 ГК РФ устанавливает, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

В силу статьи 201 ГК РФ перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.

В пункте 6 постановления № 43 от 29.09.2015 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»  Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что по смыслу статьи 201 ГК РФ переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28,  участник, оспаривающий сделку общества, действует в его интересах (статья 225.8 АПК РФ), в связи с чем не является основанием для отказа в удовлетворении иска тот факт, что истец на момент совершения сделки не был участником общества. Течение исковой давности по требованиям таких участников (акционеров) применительно к статье 201 ГК РФ начинается со дня, когда о совершении сделки с нарушением порядка ее одобрения узнал или должен был узнать правопредшественник этого участника общества.

Аналогичные разъяснения изложены в абзаце 2 подпункта 2 пункта 7 последующего постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность».

В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 ГК РФ, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как указано выше, ООО «Даррос» является истцом по делу, сделка была совершена его генеральным директором ФИО5, и участники общества ФИО5 и ФИО9 достоверно знали о ее совершении.

Согласно материалам дела участник ФИО3 (сын ФИО9), получил от отца по договору дарения от 28.05.2019 долю 2,5 %  участия в обществе, в последующем - перешла к обществу. Доля ФИО5 перешла к дочери ФИО4, а в последующем -  к обществу. В результате, 10.08.2020 по договору купли-продажи ФИО3 от общества  приобретена доля 60%.

Указанная дата является самым поздним моментом, с которого ФИО3 стало известно о заключении договора о расчетах Обществом.

Однако, с учетом договора дарения, а также последующей цепочки сделок по отчуждению доли в обществе, срок исковой давности следует исчислять с момента, когда узнал или должен был узнать правопредшественник этого участника общества. Последующая продажа доли в уставном капитале ООО «Даррос» не влечет перерыва течения срока исковой давности. 

Предлагаемое соистцом ФИО3 толкование норм права о начале течения срока исковой давности с момента замены в порядке процессуального правопреемства ФИО3 на ФИО2 в результате перехода права собственности на долю в уставном капитале общества фактически позволяет заинтересованным лицам исключить применение исковой давности по требованиям о признании сделок совершенных обществом недействительными и применении последствий их недействительности, посредством продажи доли в уставном капитале общества.

Сделка не соответствующая положениям п. 2 ст. 174 ГК РФ, является оспоримой. 

То есть, на момент обращения ФИО3 в суд с самостоятельными требованиями о признании недействительным договора о расчетах срок исковой давности истек.

Учитывая изложенное, исковые требования ООО «Даррос» и ФИО3 не подлежат удовлетворению.

Согласно ст. 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся, в том числе денежные суммы, подлежащие выплате экспертам.

Стоимость проведенной экспертизы по делу составила 185 000 руб. 00 коп.

При первоначальном рассмотрении дела согласно решения суда было определено возвратить с депозитного счета суда ФИО4 150 000 руб. 00 коп. излишне оплаченных за проведение экспертизы. В судебном заседании 05.05.2022 представитель ответчика подтвердила перечисление ответчику указанной суммы.

Судебные расходы по проведению экспертизы, понесенные ФИО4, подлежат взысканию с истца по делу Общества с ограниченной ответственностью «Даррос» в сумме 45 000 рублей.

Относительно исковых требований ФИО4 к ООО «Даррос» о взыскании с Общества задолженности по выплате действительной стоимости доли размере 46 974 рубля 00 копеек и процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 18.10.2019 г. по 04.01.2021 г. в размере 3 023 рубля 65 копеек суд исходит из следующего.

Обосновывая свои требования ФИО4, ссылается на то, что согласно экспертному заключению по делу величина имущества и выплаченных денежных средств по договору о расчетах в связи с выходом участника из общества от 20.08.2019 составляет 69 625 212 руб. Действительная стоимость доли ФИО4 в уставном капитале ООО «Даррос» в размере 57,5% на момент выхода из общества (с учетом рыночной стоимости основных средств, принадлежащих ООО «Даррос» на праве собственности, и с учетом финансового положения организации) составляет 69 672 186 рублей.

Указанные обстоятельства действительно отражены в экспертном заключении. 

Таким образом, задолженность по выплате действительной стоимости доли составляет  69 672 186 руб. - 69 625 212 руб. = 46 974 руб. 

Согласно пункту 1 статьи 395 ГК РФ в  случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

ФИО4 представлен расчет процентов. Расчет судом проверен, выполнен верно, прав ответчика не нарушает.

На основании изложенного, требования истца о взыскании задолженности и процентов подлежат  удовлетворению.

Согласно ст. 110 АПК РФ расходы по оплате госпошлины по указанному иску возлагаются на Общество с ограниченной ответственностью «Даррос».  

Определением от 10.10.2019 суд частично удовлетворил заявление об обеспечении иска, запретил Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ульяновской области совершать регистрационные действия в отношении следующего недвижимого имущества:

- Нежилое помещение, общ. пл. 878,33 кв.м., Этажность: 1 этаж Кадастровый номер: 73:24:031502:283, расположенное по адресу: 

<

...>;

- Нежилое помещение, общ. пл. 1376,0 кв.м. Этажность: 1 этаж Кадастровый номер: 73:24:031502:287, расположенное по адресу: 

<

...>;

- Нежилое помещение, общ. пл. 1421,2 кв.м. Этажность: 1 этаж Кадастровый номер: 73:24:031502:284, расположенное по адресу: 

<

...>;

- Нежилое помещение, общ. пл. 846,2 кв.м. Этажность: 1 этаж Кадастровый номер: 73:24:031502:285, расположенное по адресу: 

<

...>;

- Здание, общ. пл. 993,1 кв.м.(Литеры А,А1,а) Этажность: 2 этажа, Кадастровый номер: 73:24:031503:57, расположенное по адресу: 

<

...>;

- Помещение, общ. пл. 1029,8 кв.м., Этажность: 3 этажа, Кадастровый номер: 73:24:031503:89, расположенное по адресу: 

<

...>, 1й этаж помещения №5-9, 11; 2й этаж помещения 1,6-8; Зй этаж помещения 1, 6-8;

- Здание, общ. пл. 202,9 кв.м. Этажность: 2 этажа, Кадастровый номер: 73:24:031502:269, расположенное по адресу: 

<

...>;

- Здание, общ. пл. 166,0 кв.м. Этажность: 1 этаж, Кадастровый номер: 73:24:031503:76, расположенное по адресу: 

<

...>;

- Здание общ. пл. 1287,5 кв.м. Этажность: 2 этажа, Кадастровый номер: 73:24:031503:77, расположенное по адресу: 

<

...>;

- Здание склада, общ. пл.3591,6 кв.м. Кадастровый номер: 73:24:031503:73, расположенное по адресу: 

<

...>;

- Земельный участок площадью 6 695 кв.м, Кадастровый номер: 73:24:031503:58, расположенный по адресу: 

<

...>;

- Земельный участок площадью 12 755,9 кв.м, Кадастровый номер: 73:24:031503:14, расположенный по адресу: 

<

...>, участок №3;

- Земельный участок площадью 4476,0 кв.м, Кадастровый номер: 73:24:031503:15, расположенный по адресу относительно ориентира: 

<

...>, строение № 3;

- Земельный участок площадью 12 207,00 кв.м Кадастровый номер: 73:24:031503:13, расположенный по адресу: 

<

...>. В остальной части заявление об обеспечении иска было оставлено без удовлетворения.

Согласно ч.5 ст.96 АПК РФ после вступления судебного акта в законную силу арбитражный суд по ходатайству лица, участвующего в деле, выносит определение об отмене мер по обеспечению иска или указывает на это в судебных актах об отказе в удовлетворении иска, об оставлении иска без рассмотрения, о прекращении производства по делу.

Поскольку решением суда заявленные Обществом с ограниченной ответственностью «Даррос», ФИО3 требования были оставлены судом без удовлетворения, обеспечительные меры, принятые по делу на основании определения Арбитражного суда Ульяновской области от 10.10.2019, подлежат отмене после вступления настоящего решения суда в законную силу.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд

                                                              Р Е Ш И Л :

Ходатайство ФИО3 о приостановлении производства по делу оставить без удовлетворения.

Отказать в принятии отказа ФИО2 от исковых требований по делу.

Исковые требования Общества с ограниченной ответственностью «Даррос», ФИО3 к ФИО4 о признании договора о расчетах в связи с выходом участника из общества с ограниченной ответственностью от 20.08.2019, заключенного между Обществом с ограниченной ответственностью «Даррос» и ФИО4, недействительным и применении последствий недействительности сделки оставить без удовлетворения.

С момента вступления решения суда по настоящему делу в законную силу отменить обеспечительные меры, принятые по делу на основании определения Арбитражного суда Ульяновской области от 10.10.2019.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Даррос» в пользу ФИО4 45 000 руб. 00 коп. в возмещение расходов по проведению экспертизы.

Исковые требования ФИО4 к Обществу с ограниченной ответственностью «Даррос» о взыскании задолженности по выплате действительной стоимости доли удовлетворить.

Взыскать с  Общества с ограниченной ответственностью «Даррос» в пользу ФИО4 действительную стоимость доли в размере 46 974 руб. 00 коп., 3 023 руб. 00 коп. – проценты за пользование чужими денежными средствами,      2 000 руб. 00 коп. – расходы по оплате государственной пошлины. 

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Ульяновской области в течение месяца после принятия решения.

Судья                                                                                              Карсункин С.А.