ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности решения арбитражного суда, 

не вступившего в законную силу

№11АП-6955/2024

Дело № А49-3525/2023

г. Самара

05 июня 2024 года

Резолютивная часть  постановления  объявлена 04 июня 2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено 05 июня 2024 года 

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Романенко С.Ш., 

судей Дегтярева Д.А., Копункина В.А.,              

при ведении протокола секретарем судебного заседания Якобсон А.Э.,     

при участии: 

от истца (путем использования системы веб-конференции) – представитель ФИО1, по доверенности от 14.06.2023,

от ответчика (путем использования системы веб-конференции) – представитель ФИО2,  по доверенности от 04.04.2024,

иные лица, участвующие в деле,  не явились, извещены надлежащим образом.

рассмотрев в открытом судебном заседании 04 июня 2024 года в помещении суда в зале № 6 апелляционную жалобу ФИО3 на решение Арбитражного суда Пензенской области от 28.03.2024, по делу № А49-3525/2023 (судья Алексина Г.В.),

по иску индивидуального предпринимателя ФИО4 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>) 

к индивидуальному предпринимателю ФИО5 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>), 

индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***> 

о запрете использования товарного знака и о взыскании 4 000 000 рублей,

У С Т А Н О В И Л:

Индивидуальный предприниматель ФИО4 обратилась в Арбитражный суд Пензенской области с исковым заявлением к  индивидуальному предпринимателю ФИО5 и индивидуальному предпринимателю ФИО3 о признании действий ИП ФИО5 и ИП ФИО3 по администрированию домена http://www.expert-park.ru и реализации на сайте http://www.expert-park.ru услуг по подключению к сервисам такси и обучению водителей нарушением исключительного права ИП ФИО4 на товарный знак «EXPERT PARK», зарегистрированный под № 802690 (актом недобросовестной конкуренции); о запрете ИП ФИО5 и ИП ФИО3 использовать в доменном имени сайта http://www.expert-park.ru и при оказании услуг к подключению к сервисам такси и обучению водителей обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком «EXPERT PARK», зарегистрированным под № 802690; о взыскании с ИП ФИО5 и ИП ФИО3 солидарно 4 000 000 руб. 00 коп. в качестве компенсации за нарушение исключительного права ИП ФИО4 на товарный знак «EXPERT PARK», зарегистрированный под № 802690, а также о взыскании с ИП ФИО5 и ИП ФИО3 солидарно 88 700 руб. судебных издержек (стоимости услуг по подготовке нотариального протокола, услуг по подготовке досудебных претензий и искового заявления и стоимости государственных пошлин за подачу искового заявления в суд).

Ответчиком ИП ФИО3 просил снизить размер компенсации до минимального размера.

Также от ответчика ФИО3 поступило ходатайство об исключении из числа ответчиков ИП ФИО5 (т. 1 л.д. 101-103), поскольку ИП ФИО5 не является владельцем сайта с доменным именем  «expert-park.ru», что исключает ее ответственность. Администратором доменного имени «expert-park.ru» согласно свидетельству о регистрации доменного имени аккредитованного регистратора РЕГ.РУ  является ИП ФИО3 Сайт с доменным именем «expert-park.ru» функционирует в интересах ИП ФИО3, рекламные материалы сайта содержат информацию, отсылающую к ИП ФИО3 ИП ФИО3 является стороной договора с посетителями сайта. 

От ИП ФИО5 в материалы дела также поступило ходатайство об исключении ее из числа ответчиков по делу по тем же обстоятельствам (т. 1 л.д. 116-119).

В судебном заседании 05.03.2024 г. представитель истца заявил ходатайство об увеличении размера требований о взыскании судебных издержек на оплату услуг представителя до суммы 235 510 руб. (т. 6 л.д. 57-58).

Ходатайство истца об увеличении размера требований о взыскании судебных издержек на оплату услуг представителя до суммы 235 510 руб. судом удовлетворено.

Решением Арбитражного суда Пензенской области от 28.03.2024, по делу № А49-3525/2023 исковые требования удовлетворены.

Не согласившись с принятым  судебным актом, ответчик ФИО3 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой считает принятое решение незаконным и необоснованным, просит решение отменить в иске отказать.

При этом в жалобе заявитель указал, что решение принято по неполно выясненным обстоятельствам, имеющим значение для правильного рассмотрения дела, неполно исследованы доказательства, и, как следствие, выводы, сделанные судом, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Сведения о месте и времени судебного заседания были размещены на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: WWW.11ааs.arbitr.ru и на доске объявлений в здании суда.

В судебном заседании представитель ответчика  апелляционную жалобу поддержал, решение суда считает незаконным и необоснованным, просил его отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

В судебном заседании представитель истца возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебное заседание представители третьего лица не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом в соответствии с частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, извещенных о месте и времени судебного  разбирательства.

Проверив законность и обоснованность  обжалуемого решения  в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрев представленные материалы и оценив доводы апелляционной жалобы  в совокупности с исследованными доказательствами по делу, выслушав стороны, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд установил.

Как следует из материалов дела, ИП ФИО4 является правообладателем товарного знака №802690 со словесным элементом «EXPERT PARK» (т. 1 л.д. 53-54).

Правообладатель товарного знака на сайте http://expert-park.su осуществляет различную деятельность под указанным товарным знаком, в том числе, деятельность, которая охватывается товарами и услугами 28, 35, 36, 39, 41, 42 и 45 классов МКТУ, для которых получена регистрация товарного знака.

Начиная с 2019 года под товарным знаком «EXPERT PARK» осуществляется подключение водителей к сервисам такси и сервисам доставки, при этом, указанное обозначение ассоциируется с деятельностью истца.

Правообладателем товарного знака было установлено, что ответчики на сайте http://expert-park.ru осуществляют деятельность, которая является аналогичной товарам и услугам, для которых зарегистрирован товарный знак, под доменным именем, сходным до степени смешения с товарным знаком, с использованием на самом интернет-сайте обозначения «EXPERT», сходного до степени смешения с товарным знаком. 

Данный факт подтверждается нотариальным протоколом осмотра доказательств 46 АА 1563950 от 09.11.2021 г. (т. 1 л.д. 15, оборот-16).

На сайте предлагаются услуги подключения к сервису «Яндекс.Такси», которые являются однородными услугам, для которых зарегистрирован товарный знак: «посредничество коммерческое» (35 класс МКТУ), «услуги по подготовке юридических документов» (45 класс МКТУ), а также иным услугам, для которых зарегистрирован товарный знак правообладателя. Данное обстоятельство подтверждается публичной офертой, размещенной по адресу:  http://www.expert-park.ru/dogovor-oferta.html.

Обратившись с иском в суд, истец указал, что он давно и добросовестно осуществляет оказание услуг под своим товарным знаком № 802690 «EXPERT PARK», масштабируя и расширяя географию оказания услуг. Рекламные ролики у блогеров с многотысячными аудиториями позволяют ИП ФИО4 увеличивать известность своего товарного знака, его коммерческую ценность.

Товарный знак №802690 со словесным элементом «EXPERT PARK» широко известен потребителям соответствующих услуг. Известность товарного знака истца подтверждается тем фактом, что реклама услуг истца под соответствующим обозначением осуществляется с марта 2019 года по настоящее время, в том числе, с привлечением известных youtube-блогеров, что подтверждается снимками с экрана рекламы у данных блогеров (т. 4 л.д. 148-150, т. 5 л.д. 1-52).

Незаконное использование ответчиками обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, началось ранее составления нотариального протокола осмотра доказательств 46 АА 1563950 от 09.11.2021 г. Истец указывает, что нарушение имело место уже в июне 2021 г., когда истец обнаружил сайт ответчика. Указанное обстоятельство подтверждается юридическим заключением ООО «Башук Чиканов, юридическая фирма» от 10.06.2021 г. (т. 5 л.д. 53-60), политикой компании, размещенной на сайте http://expert-park.ru (т. 5 л.д. 62-63).

Поскольку обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком истца, используется ответчиками на протяжении почти трех лет, истец полагает, что данное нарушение следует считать длительным.

Обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком № 802690, используется ответчиками без получения письменного разрешения истца, такое нарушение допускается сознательно и умышленно, после получения досудебной претензии ответчики не прекратили использование товарного знака истца, таким образом, по мнению истца, ответчики осознанно, умышленно и недобросовестно использовали и продолжают использовать товарный знак истца в собственной коммерческой деятельности с целью извлечения выгоды, игнорируют направленные в их адрес претензии, следовательно, подобное нарушение следует расценивать как грубое.

Относительно дохода, полученного ответчиками от использования товарного знака истца, истец указал следующее. При рассмотрении спора в Палате по патентным спорам Роспатента ИП ФИО3 были представлены счета-фактуры, подтверждающие получение денежных средств от деятельности под спорным обозначением  только лишь от одного контрагента ООО «Яндекс. Такси» за один только март 2023 г. в сумме 11 216 073 руб. 52 коп. Примерным доходом ответчиков от данной суммы является в среднем 2%, что составляет за март 2023 г. 224 321 руб. 47 коп., в год данная сумма составляет 2 691 857 руб. 64 коп., за два с половиной года – 6 729 644 руб. 10 коп. За май 2023 г. ответчиками получено 13 343 495 руб. 10 коп., 2% от которых составит 266 863 руб. Таким образом, можно предположить, что деятельность с использованием обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, приносит ответчикам каждый год доход в среднем 2-3 млн. рублей. С учетом длительности нарушения (три неполных года на дату представления истцом дополнительных письменных пояснений от 28.12.2023 г., т. 4 л.д. 120-147) общий доход ответчиков от нарушения прав истца может ориентировочно составлять сумму 6 729 644 руб. 10 коп. за два с половиной года. Таким образом, заявленная истцом компенсация в сумме 4 000 000 руб. гораздо меньше доходов ответчиков от нарушения прав истца, такая компенсация, по мнению истца, является законной и обоснованной, соответствует степени и характеру нарушения, носит восстановительный характер, направлена на недопущение неправомерного поведения со стороны ответчика.

Ответчики представленный истцом расчет возможной суммы дохода от использования товарного знака № 802690 не оспорили, иной размер дохода документально не подтвердили.

Ответчики по делу зарегистрированы в качестве индивидуальных предпринимателей, фактически осуществляют предпринимательскую деятельность в области подключения к сервисам такси. 

Таким образом, ответчики являются хозяйствующими субъектами – конкурентами истца по смыслу Федерального закона от 26.07.2006 г. №135-ФЗ «О защите конкуренции».

Недобросовестные действия ответчиков несут ущерб для истца, поскольку потенциальные потребители услуг ИП ФИО4 путают сайты истца и ответчиков, переходят на сайт ответчиков и вводятся в заблуждение относительно лица, оказывающего услуги под обозначением, сходным до степени смешения с товарным знаком истца. Всё обозначенное создает негативные последствия для истца, его деловой репутации, наносит ему экономический ущерб. Ответчики использовали и продолжают использовать сходное до степени смешения с товарным знаком истца обозначение, чтобы повысить внимание пользователей сети Интернет и, как следствие, собственную прибыль путем подключения новых водителей и получения комиссии. Такое использование товарного знака истца предоставляет ответчикам несправедливое конкурентное преимущество от использования репутации истца и его товарного знака.

Истец указал, что как минимум с момента получения от истца претензии в 2021 г. ответчикам было известно о том, что товарный знак «EXPERT PARK» принадлежит ИП ФИО4 Однако, никаких действий по прекращению использования товарного знака истца ответчиками предпринято не было.

Устанавливая фактические обстоятельства дела на основании полного и всестороннего  исследования представленных доказательств, суд первой инстанции со ссылкой на нормы статей 1229, 1484, 1225, 1538, 1539, 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации  обосновано удовлетворил заявленные исковые требования  по следующим основаниям.

Смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься обычными потребителями соответствующих товаров в качестве соответствующего товарного знака, или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак (пункт 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 г. N 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Понятия тождественности и сходства определяются в пункте 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Минэкономразвития России от 20 июля 2015 г. № 482: обозначение считается тождественным с другим обозначением, если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Как указано в абзаце четвертом пункта 177 Постановления № 10, исключительное право использования коммерческого обозначения на основании пункта 1 статьи 1539 ГК РФ принадлежит правообладателю, если такое обозначение обладает достаточными различительными признаками и его употребление правообладателем для индивидуализации своего предприятия является известным в пределах определенной территории.

Наличие у обозначения признаков, необходимых для его признания коммерческим обозначением, является вопросом факта, который устанавливается на основе исследования доказательств.

Для установления наличия у лица исключительных прав на коммерческое обозначение необходимо установить, существует ли спорное обозначение, используется ли оно конкретным лицом для индивидуализации конкретного предприятия, с какого момента такое использование началось, и продолжается ли его использование. Кроме того, следует устанавливать, обладает ли коммерческое обозначение достаточными различительными признаками и имеются ли соответствующие доказательства приобретения известности коммерческим обозначением на определенной территории.

При этом должна быть установлена вся совокупность вышеназванных условий. В случае недоказанности наличия хотя бы одного из этих условий исключительное право на коммерческое обозначение не может считаться возникшим.

В числе условий, необходимых для возникновения права на коммерческое обозначение, как указано выше, закон называет известность в пределах определенной территории употребления этого обозначения правообладателем для индивидуализации своего предприятия. В этом проявляется связь правообладателя с потребителями: только известное обозначение может претендовать на признание его коммерческим обозначением и, соответственно, только на такое обозначение возникает исключительное право.

Подтверждением известности обозначения, используемого для индивидуализации предприятия, могут служить обстоятельства длительного и (или) интенсивного использования обозначения на определенной территории, произведенные затраты на рекламу, значительные объемы реализации товаров и оказания услуг под этим обозначением, результаты опроса потребителей товаров по вопросу известности обозначения на определенной территории, и другие подобные сведения.

Суд первой инстанции верно указал, что материалами дела подтверждено наличие у истца исключительного права на  товарный знак № 802690 «EXPERT PARK», в отношении которого было зафиксировано нарушение ответчиком.

Исходя из правовой позиции, содержащейся в пункте 13 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного Информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 г. № 122, вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. 

Как указано в пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, при выявлении сходства до степени смешения обозначений учитывается общее впечатление, которое они производят в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

Согласно пункту 42 Правил № 482 сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно: звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;  графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание; смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в пункте 42 Правил № 482, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Согласно пункту 162 Постановление № 10 установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению.

Оценка на предмет сходства дается судом в соответствии с указанными нормами права и разъяснениями высшей судебной инстанции с точки зрения обычного потребителя соответствующего товара (услуг), не обладающего специальными знаниями адресата товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак (пункты 75 и 162 Постановления № 10).

Совпадение звуков и слов, из которых составлены сравниваемые обозначения, указывает на их звуковое и смысловое тождество, графическое сходство определяется единством алфавита и использованием при написании печатных и заглавных букв.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров и услуг, на что указано в абзаце втором пункта 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 г. № 10, в котором приведена правовая позиция, аналогичная ранее высказанной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2016 г. № 307-ЭС16-881.

Суд первой инстанции также обоснованно указал, что сравнительный анализ товарного знака истца № 802690 «EXPERT PARK» и доменного имени сайта второго ответчика (ИП ФИО3) «expert-park.ru»  свидетельствует об их тождественности и сходстве до степени смешения, соответственно.

Проанализировав виды деятельности истца и ответчиков, суд первой инстанции обоснованно признал, что они являются аналогичными, поскольку ответчики также как и истец осуществляют деятельность в области оказании услуг к подключению к сервисам такси, предоставления заказов на услуги клиентов по перевозке пассажиров посредством программного обеспечения, установленного на устройстве клиента.

Довод ИП ФИО3 о том, что используя обозначение expert-park.ru в доменном имени, ответчик реализует свое исключительное право на коммерческое обозначение и не нарушает прав третьих лиц, обоснованно не принят судом первой инстанции, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства наличия у ИП ФИО3 предприятия, которое он мог бы индивидуализировать спорным обозначением, на сайте http://expert-park.ru также отсутствует информация об адресе предприятия, об объектах, которые входят в состав предприятия. Единственный адрес, указанный на сайте: 153022, 

<

...>, является адресом регистрации ответчика ИП ФИО3 

В соответствии с пунктом 1 статьи 132 ГК РФ предприятием как объектом прав признается имущественный комплекс, используемый для осуществления предпринимательской деятельности (решение Суда по интеллектуальным правам от 19.09.2022 г. по делу № СИП-388/2022).

В силу положений ст. 132 ГК РФ предприятием как объектом прав признается имущественный комплекс, используемый для осуществления предпринимательской деятельности. Предприятие в целом как имущественный комплекс признается недвижимостью. В состав предприятия как имущественного комплекса входят все виды имущества, предназначенные для его деятельности, включая земельные участки, здания, сооружения, оборудование, инвентарь, сырье, продукцию, права требования, долги, а также права на обозначения, индивидуализирующие предприятие, его продукцию, работы и услуги (коммерческое обозначение, товарные знаки, знаки обслуживания), и другие исключительные права, если иное не предусмотрено законом или договором.

Подтверждением известности обозначения, используемого для индивидуализации предприятия, могут служить обстоятельства длительного и (или) интенсивного использования обозначения на определенной территории, произведенные затраты на рекламу, значительные объемы реализации товаров и оказания услуг под этим обозначением, результаты опроса потребителей товаров по вопросу известности обозначения на определенной территории и другие подобные сведения (решение Суда по интеллектуальным правам от 19.09.2022 г. по делу № СИП-388/2022).

Также судом первой инстанции верно отмечено, что ответчик не представил доказательства длительного и (или) интенсивного использования обозначения на определенной территории, в том числе, произведенные затраты на рекламу, значительные объемы реализации товаров и оказания услуг под этим обозначением, результаты опроса потребителей товаров по вопросу известности обозначения на определенной территории и другие подобные сведения.

Как указано в Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 28.04.2017 г. №С01-301/2017 по делу №А60-1837/2016, коммерческое обозначение является средством индивидуализации, и исключительное право на коммерческое обозначение возникает только при наличии ряда условий, в то время как интернет-сайт и доменное имя не являются средствами индивидуализации, исключительное право на само по себе доменное имя или сайт, как на коммерческое обозначение возникнуть не может. То есть, для того, чтобы обозначение, входящее в состав доменного имени, приобрело статус коммерческого обозначения, оно должно отвечать требованиям, предъявляемым действующим законодательством к коммерческим обозначениям.

В отличие от товарного знака, в отношении которого возникает и охраняется исключительное право его обладателя, доменное имя не является объектом исключительных прав, а действующее российское гражданское законодательство не устанавливает какого-либо преимущества в обладании и использовании доменного имени в зависимости от даты его регистрации по отношению к дате приоритета средства индивидуализации. Поэтому дата регистрации доменного имени не имеет правового значения при оценке правомерности использования в домене обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, для тождественных или однородных услуг (Постановление Суда по интеллектуальным правам от 25.03.2019 г. № С01-230/2019 по делу № А40-119557/2018).

Также Суд по интеллектуальным правам в Постановлении от 25.03.2019 г. № С01-230/2019 по делу № А40-119557/2018 указал следующее: «Ссылка судов на то, что в соответствии с Парижской конвенцией (Конвенция по охране промышленной собственности заключена в Париже 20.03.1883) права на доменное имя, приобретенные до регистрации товарного знака, сохраняются за владельцем доменного имени в соответствии с внутренним законодательством Российской Федерации, ошибочна, поскольку в названной Конвенции такая норма отсутствует. Иные нормы международного права, распространяющиеся на спорные правоотношения истца и ответчика, не приведены. Следует также отметить, что даже если предположить наличие такой международно-правовой нормы, то в ней, как следует из ее содержания, имеется отсылка к национальному законодательству, в котором, как было указано ранее, соответствующие правила сохранения прав на доменное имя отсутствуют».

Также суд первой инстанции обоснованно посчитал необходимым отметить, что ИП ФИО3 в Роспатент было подано возражение против предоставления правовой охраны товарному знаку №802690.

Решением Роспатента от 27.12.2023 г. (т. 6 л.д. 21-29) заявителю ИП ФИО3 было отказано в удовлетворении возражения, правовая охрана товарного знака по свидетельству №802690 была оставлена в силе.

В решении от 27.12.2023 г. Роспатент  указал, что лицом, подавшим возражение, не доказано, что до даты приоритета оспариваемого товарного знака данное лицо осуществляло свою деятельность в сфере оказания услуг 35, 39, 42 классов МКТУ под обозначением со словесными элементами «EXPERT PARK». Роспатент указал, что из представленной информации нельзя прийти к выводу о том, что услуги, маркированные словесным обозначением «EXPERT таксопарк» оказывались на территории Российской Федерации задолго до даты приоритета оспариваемого товарного знака. Представленные ИП ФИО3 договоры датированы 2023 годом, что значительно позже даты приоритета оспариваемого товарного знака. Из представленного договора аренды от 24.12.2019 г. следует только то, что лицо, подавшее возражение, арендовало транспортное средство, но не следует, что данное лицо оказывало какие-либо услуги. Из скриншотов о размещении рекламы у блогеров невозможно установить, каким образом услуги были введены в гражданский оборот, то есть не показана фактическая деятельность лица, подавшего возражение, по оказанию услуг, однородных услугам, содержащимся в оспариваемом товарном знаке. Таким образом, представленные ИП ФИО3 документы не могут свидетельствовать о приобретении услуг лица, подавшего возражение, широкой известности на территории Российской Федерации до даты подачи заявки на оспариваемый товарный знак. Согласно решению Роспатента, анализ материалов возражения показал, что они не содержат фактических данных о том, что у ИП ФИО3 имеется исключительное право на коммерческое обозначение, сходное с оспариваемым товарным знаком, которое используется для индивидуализации принадлежащего ему имущественного комплекса, и что это право возникло ранее даты приоритета оспариваемого товарного знака, а предприятие является известным в пределах определенной территории. В распоряжение коллегии не было представлено ни одного документа, свидетельствующего о том, что лицу, подавшему возражение, до даты приоритета оспариваемого товарного знака принадлежал имущественный комплекс (на праве собственности или аренды), сопровождающийся обозначением, сходным с обозначением «EXPERT PARK». Зарегистрированный домен, предназначенный для информирования потребителей о предоставляемых услугах, носит рекламно-информационный характер и не содержит доказательств о фактическом оказании данных услуг. Роспатент указал, что у коллегии не имеется никаких оснований даже для признания существования соответствующего коммерческого обозначения, как средства индивидуализации конкретного предприятия, то есть строго определенного имущественного комплекса, когда такой имущественный комплекс, собственно, не был документально определен в материалах возражения. В материалах возражения не имеется также и документов, которые содержали бы в себе сведения, например, о существовании и происхождении какой-либо вывески на фасаде здания того или иного торгового предприятия с его названием, то есть с указанием соответствующего коммерческого обозначения.

Довод ответчиков о том, что исковые требования к ИП ФИО5 заявлены необоснованно, правомерно не принят судом первой инстанции  в силу следующего.

Истец указал, что требование о запрете использования товарного знака истца и требование выплатить компенсацию, заявленное одновременно к двум ответчикам, вытекает из того факта, что нарушение было допущено ими одновременно. Фактические обстоятельства дела и объяснения ответчиков свидетельствуют о том, что допущенное нарушение права истца на товарный знак исходило от них, как от взаимосвязанных лиц. 

Тот факт, что сайт, на котором продолжается нарушение прав истца http://expert-park.ru администрировали ответчики по очереди, при этом, ответчик ИП ФИО3 в материалы дела, рассматриваемого коллегией Палаты по патентным спорам ФГБУ ФИПС, прикладывал доказательства осуществления им деятельности под обозначением, сходным до степени смешения с товарным знаком истца, а ответчик ИП ФИО5 была указана администратором сайта http://expert-park.ru и лицом, оказывающим услуги на сайте http://expert-park.ru, под обозначением, сходным до степени смешения с товарным знаком истца, в совокупности с тем фактом, что, пытаясь доказать наличие у ИП ФИО3 права на коммерческое обозначение в деле, рассматриваемом коллегией Палаты по патентным спорам ФГБУ ФИПС, ответчик ИП ФИО3 ссылался на возникновение такого права у ИП ФИО5, свидетельствует о взаимосвязанности ответчиков, а также о необходимости применения в отношении них положений ГК РФ о солидарной ответственности.

Согласно п. 71 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» требование о применении мер ответственности за нарушение исключительного права предъявляется к лицу, в результате противоправных действий которого было нарушено исключительное право. В случаях ряда последовательных нарушений исключительного права различными лицами каждое из этих лиц несет самостоятельную ответственность за допущенные нарушения.

В соответствии с пунктом 6.1 статьи 1252 ГК РФ в случае, если одно нарушение исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации совершено действиями нескольких лиц совместно, такие лица отвечают перед правообладателем солидарно.

Положение о солидарной ответственности применяется в случаях, когда нарушение исключительного права имело место в результате совместных действий нескольких лиц, направленных на достижение единого результата. В силу пункта 1 статьи 323 ГК РФ правообладатель вправе требовать уплаты одной компенсации как от всех нарушителей совместно, так и от любого из них в отдельности, причем как полностью, так и в части.

Распределение ответственности лиц, совместно нарушивших исключительное право, друг перед другом по регрессному обязательству производится по правилам пункта 2 статьи 1081 ГК РФ, то есть в размере, соответствующем степени вины каждого из причинителей вреда.

На основании вышеизложенного, суд  первой инстанции правомерно признал исковые требования подлежащими удовлетворению.

Рассмотрев ходатайство ИП ФИО3 о снижении заявленного истцом размера компенсации в сумме 4 000 000 руб. (т. 3 л.д. 60-61) суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Истец категорически возражал против снижения размера компенсации, указывая на то, что заявленная истцом компенсация в сумме 4 000 000 руб. гораздо меньше доходов ответчиков от нарушения прав истца, такая компенсация, по мнению истца, является законной и обоснованной, соответствует степени и характеру нарушения, носит восстановительный характер, направлена на недопущение неправомерного поведения со стороны ответчиков.

Как установлено пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В силу пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252). По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (пункт 3 части 1 статьи 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункт 3 части 5 статьи 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Обосновывая размер предъявленной ко взысканию компенсации (4 000 000 руб.), истец указал, что при рассмотрении спора в Палате по патентным спорам Роспатента ИП ФИО3 были представлены счета-фактуры, подтверждающие получение денежных средств от деятельности под спорным обозначением  только лишь от одного контрагента ООО «Яндекс. Такси» за один только март 2023 г. в сумме 11 216 073 руб. 52 коп. Примерным доходом ответчиков от данной суммы является в среднем 2%, что составляет за март 2023 г. 224 321 руб. 47 коп., в год данная сумма составляет 2 691 857 руб. 64 коп., за два с половиной года – 6 729 644 руб. 10 коп. За май 2023 г. ответчиками получено 13 343 495 руб. 10 коп., 2% от которых составит 266 863 руб. 

Таким образом, можно предположить, что деятельность с использованием обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, приносит ответчикам каждый год доход в среднем 2-3 млн. рублей. 

С учетом длительности нарушения (три неполных года на дату представления истцом дополнительных письменных пояснений от 28.12.2023 г., т. 4 л.д. 120-147) общий доход ответчиков от нарушения прав истца может ориентировочно составлять сумму 6 729 644 руб. 10 коп. за два с половиной года. 

Таким образом, заявленная истцом компенсация в сумме 4 000 000 руб. гораздо меньше доходов ответчиков от нарушения прав истца, такая компенсация, по мнению истца, является законной и обоснованной, соответствует степени и характеру нарушения, носит восстановительный характер, направлена на недопущение неправомерного поведения со стороны ответчика.

Ответчики представленный истцом расчет возможной суммы дохода от использования товарного знака № 802690 не оспорили, иной размер дохода документально не подтвердили.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно указал, что в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчики не представили суду никаких доказательств, свидетельствующих о наличии оснований для снижения размера предъявленной ко взысканию компенсации.

Оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание установленный факт неправомерного использования ответчиками товарного знака истца и учитывая характер допущенного ответчиками нарушения, степень вины ответчиков, вероятные убытки правообладателя, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд первой инстанции правомерно признал размер компенсации в сумме 4 000 000 руб. соответствующим степени вины нарушителей.

Разрешая требование о взыскании с ответчиков судебных издержек в сумме 186 510 руб. (т. 6 л.д. 57-58) суд первой инстанции со ссылкой на нормы статей 101, 106, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерно указал следующее.

Статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами.

Законодатель не установил каких-либо ограничений по возмещению затрат на представительство в суде интересов лица, чье право нарушено. Иное противоречило бы обязанности государства по обеспечению конституционных прав и свобод. 

В силу действия пункта 3 статьи 10 ГК РФ разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается. 

Пунктом 1 Постановления Пленума ВС РФ №1 от 21.01.2016 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разъяснено, что принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу (например, решение суда первой инстанции, определение о прекращении производства по делу или об оставлении заявления без рассмотрения, судебный акт суда апелляционной, кассационной, надзорной инстанций, которым завершено производство по делу на соответствующей стадии процесса).

Как следует из материалов дела, между ИП ФИО4 (заказчик) и ИП ФИО6 (исполнитель) были заключены договор №2622-21-ТЗ об оказании юридических услуг от 19.05.2021 г. (т. 6 л.д. 59), договор №2798-21-У об оказании юридических услуг от 16.06.2021 г. (т. 6 л.д. 60, оборот-61), договор №9269-23-У об оказании юридических услуг от 19.04.2023 г., договор №9604-23-У об оказании юридических услуг от 17.05.2023 г. (т. 6 л.д. 64, оборот-65), договор №11786-23-У об оказании юридических услуг от 13.11.2023 г. (т. 6 л.д. 66-68), договор №12073-23-ТЗ об оказании юридических услуг от 15.12.2023 г. (т. 6 л.д. 69-70), по условиям которых исполнитель обязался подготовить претензию, исковое заявление, принять участие в судебных заседаниях, подготовить процессуальные документы по настоящему делу. Стоимость юридических услуг по договорам составила 150 000 руб. 

Интересы истца по делу представляла ФИО1, действующая на основании доверенности. Согласно представленной копии трудовой книжки (т. 6 л.д. 108-109), трудового договора №1 от 16.09.2019 г. (т. 6 л.д. 110-112), ФИО1 является сотрудником ИП ФИО6

Таким образом суд первой инстанции верно указал, что фактическое несение истцом затрат по оплате стоимости услуг представителя в сумме 150 000 руб. документально подтверждено.

Ответчики возражений по сумме судебных издержек на оплату услуг представителя, доказательств чрезмерности стоимости данных услуг в материалы дела не представили.

Следуя правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 21.12.2004 N 454-О, реализация права по уменьшению суммы расходов судом возможна лишь в том случае, если он признает эти расходы чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела. 

Вынося мотивированное решение об изменении размера сумм, взыскиваемых в возмещение соответствующих расходов, суд не вправе уменьшать их произвольно, тем более, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательств, чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Полное освобождение ответчика, как стороны, не в пользу которой принят судебный акт, от необходимости доказывания своей позиции по рассматриваемому вопросу, представлению доказательств чрезмерности взыскиваемых с нее расходов, нарушает, принцип состязательности сторон, закрепленный в ст. 65 АПК РФ, что влечет произвольное уменьшение судом размера заявленных ко взысканию сумм расходов.

В пункте 3 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.12.2007 № 121 «Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражный судах» отражено, что лицо, требующее возмещения расходов на оплату услуг представителя, доказывает их размер и факт выплаты, другая сторона вправе доказывать их чрезмерность.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 20 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.08.2004 № 82 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», при определении разумных пределов расходов на оплату услуг представителя могут приниматься во внимание, в частности: нормы расходов на служебные командировки, установленные правовыми актами; стоимость экономных транспортных услуг; время, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист; сложившаяся в регионе стоимость оплаты услуг адвокатов; имеющиеся сведения статистических органов о ценах на рынке юридических услуг; продолжительность рассмотрения и сложность дела.

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных услуг, время, необходимое на подготовку процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Критерий разумности, используемый при определении суммы расходов на оплату услуг представителя, понесенных лицом, в пользу которого принят судебный акт (часть 2 статьи 110 АПК РФ), является оценочным. При этом, для установления разумности подобных расходов суд оценивает их соразмерность применительно к условиям договора на оказание услуг по представлению интересов участвующего в деле лица и характера услуг, оказанных в рамках этого договора, их необходимости и разумности для целей восстановления нарушенного права, а также учитывает размер удовлетворенных требований, количество судебных заседаний и сложность рассматриваемого дела.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» следует, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Таким образом, исходя из положений действующего законодательства, а также сложившейся судебной практики, значимыми критериями оценки (при решении вопроса о судебных расходах) выступают объем и сложность выполненных работ (услуг) по подготовке процессуальных документов, представлению доказательств, участию в судебных заседаниях с учетом предмета и основания иска.

Факт оказания юридических услуг и их оплата подтверждены материалами дела, соответственно, имеются основания для возмещения расходов на оплату услуг представителя.

Суд первой  инстанции обоснованно отметил, что возражений на заявление о взыскании судебных расходов, доказательств чрезмерности предъявленных ко взысканию расходов ответчиками в нарушение положений ст. 65 АПК РФ в материалы дела не представлено. 

Таким образом, суд первой инстанции с учетом продолжительности рассмотрения дела (11 месяцев), характера спора, объема представленных представителем истца документов правомерно не усмотрел чрезмерности предъявленных ко взысканию судебных расходов, связанных с оплатой услуг представителя. 

При таких обстоятельствах суд первой инстанции, обоснованно учитывая документальное подтверждение заявленных ко взысканию судебных расходов, считает требование истца о взыскании судебных расходов, связанных с оплатой услуг представителя, подлежащим удовлетворению полностью в сумме 150 000 руб.

Рассмотрев требование истца о взыскании с ответчика сумму 36 510 руб. – стоимость услуг нотариуса за составление нотариального протокола от 09.11.2021 г. в сумме 14 700 руб., за составление нотариального протокола от 23.06.2023 г. в сумме 21 810 руб. суд первой инстанции верно исходил из следующего.

Факт оплаты услуг нотариуса подтверждается надписями в нотариальных протоколах (т. 6 л.д. 71-72, 87-88).

Поскольку несение истцом судебных издержек на оплату стоимости составления нотариальных протоколов осмотра доказательств документально подтверждено и было необходимо для обращения с исковым заявлением в суд, суд первой инстанции правомерно признал данные расходы истца связанными с рассмотрением настоящего дела и подлежащими взысканию с ответчиков полностью. Таким образом, общая сумма судебных расходов, подлежащих взыскания с ответчиков составляет 186 510 руб.

Суд первой инстанции верно указал, что данная сумма подлежит взысканию с каждого из ответчиков в пользу истца в равных долях – по 93 255 руб. с каждого ответчика. Также с ответчиков в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы на оплату госпошлины в сумме 49 000 руб. (6 000 руб. за требование неимущественного характера, 43 000 руб. за требование имущественного характера). Госпошлина подлежит взысканию с каждого из ответчиков в равных долях в сумме 24 500 руб. с каждого.

Довод заявителя жалобы о том, что  суд неверно применил положения Гражданского кодекса РФ указав в Решении, что товарный знак № 802690 является общеизвестным товарным знаком (7 абз., 8 л. Решения), товарный знак № 802690 в реестре общеизвестных в Российской Федерации товарных знаков отсутствует не принимается апелляционным судом, поскольку указанная опечатка не повлияло на правомерность принятого судебного акта.  

Ссылка заявителя жалобы на то, что суд ошибочно пришел к выводу, что представленные ответчиком договоры и иные документы, подтверждающие деятельность ответчика датированы 2023 годом, что значительно позже даты приоритета оспариваемого товарного знака не состоятельна и не принимается апелляционным судом, поскольку  у Ответчика ИП ФИО3 не могло возникнуть право на коммерческое обозначение, сходное до степени смешения с Товарным знаком до его даты приоритета, в силу того, что статус индивидуального предпринимателя он получил 16 ноября 2020 г., тогда как приоритет Товарного знака 14 мая 2020 г., а владеть предприятием как имущественным комплексом и коммерческим обозначением, служащим для индивидуализации предприятий, физические лица не могут, что подтверждается прямым указанием в законе, было исследовано и получило надлежащее отражение в оспариваемом решении.

Отклоняя доводы заявителя жалобы также следует отметить, что в материалах дела, так и в материалах возражения, направленного в ППС, отсутствовали и до сих пор отсутствуют доказательства наличия у ИП ФИО3 предприятия, которое он мог бы индивидуализировать спорным обозначением, на сайте ответчика http://expert-park.ru также отсутствует любая информация об адресе возможного предприятия об объектах, которые могут в него входить.

Также в материалах судебного дела и возражения, направленного в ППС Ответчиком, отсутствовали и до сих пор отсутствуют доказательства известности обозначения на определенной территории в связи с деятельностью ИП ФИО3

Таким образом, ИП ФИО3 не располагает и не может располагать достаточными доказательствами наличия у него прав на предприятие, как недвижимое имущество, а также доказательствами длительного и (или) интенсивного использования обозначения, сходного до степени смешения с Товарным знаком на определенной территории, в том числе, произведенные затраты на рекламу, значительные объемы реализации товаров и оказания услуг под этим обозначением, результаты опроса потребителей товаров по вопросу известности обозначения на определенной территории и другие подобные сведения.

Также следует отметить, что обосновывая размер компенсации истец обоснованно учел, что каждый год начиная с 2019 года под товарным знаком «Expert Park» осуществляется подключение водителей к сервисам такси и сервисам доставки, реализуются консалтинговые (юридические и бухгалтерские) услуги для водителей такси, курьеров сервисов доставки.

Таким образом, товарный знак «Expert Park» давно и широко известен потребителям услуг в сфере такси и сервисов доставки, при этом, указанное обозначение ассоциируется именно с деятельностью Истца.

Ответчик осознает известность обозначения «Expert Park», что подтверждается тем фактом, что после обращения истца с досудебной претензией к ответчику, он, продолжая нарушать право истца и рискуя быть привлеченным к ответственности, не прекратил использование сходного до степени смешения с товарным знаком истца обозначения в целях реализации акта «паразитарной» конкуренции, использования деловой репутации истца, создания смешения с деятельностью истца.

Незаконное использование обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, началось ранее 09.11.2021 г., в указанную дату истец обратился к нотариусу за подготовкой нотариального протокола осмотра сайта ответчика (протокол имеется в материалах дела, приложение 2 к исковому заявлению).

Так, нарушение уже имело место в июне 2021 г., когда истец обнаружил сайт ответчика. Указанное подтверждается юридическим заключением, которое было подготовлено для истца юридической компанией, а также сохраненной копией «Политики компании», все указанные документы есть в материалах дела.

Таким образом, ответчик незаконно использует обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком истца в течение трех лет.

Обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком истца используется ответчиком без получения письменного разрешения истца, такое нарушение допускается сознательно и умышленно, что подтверждается материалами настоящего судебного дела, разбирательства в коллегии Палаты по патентным спорам Роспатента, в том числе, доводами ответчика о наличии у него прав на спорное обозначение, а также тем фактом, что после получения первой досудебной претензии в 2021 г. Ответчик не прекратил нарушение и не обратился к истцу с целью мирного урегулирования возникшей спорной ситуации, доказательств обратного в материалах дела не содержится. Доказательств обратного в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчик не представил.

У суда апелляционной инстанции нет оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, признавшего наличие оснований для удовлетворения иска.

Принимая во внимание изложенное, арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемое решение принято судом первой инстанции обоснованно, в связи с чем основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не доказывают нарушения судом первой инстанции норм материального или процессуального права либо несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, всем доводом в решении была дана надлежащая правовая оценка. 

Иных доводов в обоснование апелляционной жалобы заявитель не представил, в связи с чем Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены решения Арбитражного суда Пензенской области от 28.03.2024, по делу № А49-3525/2023, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отнести на заявителя жалобы.

 

Руководствуясь статьями 266-271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Пензенской области от 28.03.2024, по делу № А49-3525/2023 - оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3 - без удовлетворения.

 

Постановление  вступает в  законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Суд по интеллектуальным правам.

 

Председательствующий                                                                                 С.Ш. Романенко 

 

Судьи                                                                                                                  Д.А. Дегтярев

 

                                                                                                                             В.А. Копункин