СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068 e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № 17АП-6114/2021(17)-АК

Дело № А60-32807/2020

19 сентября 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 06 сентября 2022 года.  

Постановление в полном объеме изготовлено 19 сентября 2022 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего Нилоговой Т.С.,  

судей  Голубцова В.Г., Зарифуллиной Л.М.,  при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1  

при участии в судебном заседании: 

от кредитора акционерного общества «Газпромбанк»: ФИО2  (доверенность от 25.03.2020, паспорт),  

от арбитражного управляющего ФИО3: ФИО4 (доверенность  от 21.05.2022, паспорт),  

от бывшего руководителя должника ФИО5: ФИО6 (доверенность  от 29.03.2022, паспорт),  

при участии в судебном заседании в режиме веб-конференции посредством  использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:  

от кредитора акционерного общества «Газпромбанк»: ФИО7  (доверенность от 21.11.2021, паспорт),  

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились  

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены  надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения  информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте  Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),  

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора  акционерного общества «Газпромбанк»  

на определение Арбитражного суда Свердловской области  от 16 июня 2022 года  

об отказе в удовлетворении заявления кредитора акционерного общества  

 

«Газпромбанк» о взыскании в солидарном порядке с бывшего руководителя  должника ФИО5 и арбитражного управляющего  ФИО3 убытков в размере 219 648 365 руб. 15 коп.,  

вынесенное в рамках дела № А60-32807/2020 

о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной  ответственностью Управляющая компания «Уралэнергострой» (ИНН  

<

***>, ОГРН 

<

***>)  

третьи лица: Союз арбитражных управляющих «Возрождение»  саморегулируемая организация, Управление Росреестра по Свердловской  области, акционерное общество «Объединенная страховая компания»,  общество с ограниченной ответственностью «Управление строительства  Пермской ГРЭС» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), публичное  акционерное общество «Метафракс Кемикалс» (ОГРН 

<

***>, ИНН  

<

***>),  

установил:

03.07.2020 в Арбитражный суд Свердловской области поступило  заявление общества с ограниченной ответственностью «Электроуралналадка»  (далее – общество «Электроуралналадка») о признании общества с  ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Уралэнергострой»  (далее – общество УК «Уралэнергострой», должник) несостоятельным  (банкротом), которое определением от 10.07.2020 принято к производству суда,  возбуждено дело о банкротстве должника.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 27.11.2020  (резолютивная часть от 20.11.2020) требования общества  «Электроуралналадка» признаны обоснованными, в отношении общества УК  «Уралэнергострой» введена процедура наблюдения, временным управляющим  должника утвержден ФИО3 (далее – ФИО3),  член союза арбитражных управляющих «Возрождение».  

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от  28.11.2020 № 219(6940), стр.146.  

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 13.08.2021  (резолютивная часть от 06.08.2021) общество УК «Уралэнергострой» признано  несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное  производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего  должника утвержден ФИО3  

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от  14.08.2021 № 144(7106), стр.168.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 15.10.2021  (резолютивная часть от 08.10.2021) конкурсным управляющим должника  утвержден ФИО8 (далее – ФИО8), член союза  арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Дело».  

 

18.02.2022 в Арбитражный суд Свердловской области поступило  заявление акционерного общества «Газпромбанк» (далее – общество  «Газпромбанк», Банк) о взыскании солидарно с бывшего руководителя  должника ФИО5 и арбитражного управляющего ФИО3  убытков в сумме 219 648 365 руб. 15 коп.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.06.2022  (резолютивная часть от 08.06.2022) в удовлетворении заявления общества  «Газпромбанк» о взыскании убытков отказано.  

Не согласившись с вынесенным определением суда, общество  «Газпромбанк» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит  отменить обжалуемое определение суда, удовлетворить заявленные требования  в полном объеме.  

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы ее заявитель  указывает на ошибочность выводов суда относительно того, что под залоговым  счетом понимается обычный расчетный счет, поскольку залоговый счет открыт  позднее. Также считает ошибочным вывод суда о том, что после заключения  договора залога счета стороны не изменили порядок расчетов, поскольку  вопреки данному выводу такая обязанность изначально была прописана в  договоре залога, а также соответствующие положения были прописаны во всех  дополнительных соглашениях. Отмечает, что при рассмотрении настоящего  спора ни одна из сторон не заявляла довод о том, что с учетом дополнительного  соглашения от 15.06.2018 № 2 условие о проведении операции через залоговый  счет было исключено. Суд, исследуя доказательства, не поставил на  рассмотрение вопрос об оценке условий дополнительного соглашения от  15.06.2018 № 2. Полагает, что вывод суда относительно отсутствия  согласованной воли на открытие специального залогового счета и обязанности  проведения операций по нему фактически делают невозможным исполнение  определения суда о включении в реестр требований Банка с залоговым  приоритетом. Вывод суда об отсутствии условий по проведению расчетов по  контракту через залоговый счет между должником и публичным акционерным  обществом «Метафракс» (далее – общество «Метафракс») не имеет правового  значения. Апеллянт считает, что в рассматриваемом случае применению  подлежит правовая позиция, изложенная в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 17.010.2016 № 305-ЭС16-7885, квалифицирующая  определение суда о включении залогового кредитора в реестр требований  кредиторов должника, как судебный акт об обращении взыскания на залог.  Помимо прочего, полагает доказанным наличие состава правонарушения в  действиях ФИО5 и арбитражного управляющего ФИО9  

До начала судебного заседания от бывшего руководителя должника  ФИО5, арбитражного управляющего ФИО3, третьего лиц  публичного акционерного общества «Метафракс Кемикалс», союза  арбитражных управляющих «Возрождение», акционерного общества  

 

«Объединенная страховая компания» поступили письменные отзывы на  апелляционную жалобу.  

От общества «Газпромбанк» поступили возражения на отзывы. 

Участвующие в судебном заседании представители общества  «Газпромбанк» поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе, и  письменных возражениях на отзывы, просили отменить обжалуемый судебный  акт по заявленным основаниям.  

Представители бывшего руководителя должника ФИО5 и  арбитражного управляющего ФИО3 возражали против доводов  апелляционной жалобы.  

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда  апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения  апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу статей 156, 266 АПК РФ  неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы  в их отсутствие.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены  арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном  статьями 266, 268 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела, должник участвовал в проекте по  строительству основных технологических установок и относящихся к ним  объектов (ISBL) «Комплекса по производству Аммиака-Карбида-Меламина на  основе продувочного газа производства метанола» в городе Губаха Пермского  края, на основании договора строительного подряда от 01.11.2017   № 2017/04/AKM/ISBL, заключенному с обществом «Метафракс» на сумму  1 500 000 000 руб. (далее также – Контракт).  

Финансирование строительства данного объекта осуществлялось через  общество «Газпромбанк».  

Между Банком и должником были заключены следующие договоры: 

- рамочный договор о выдаче банковских гарантий от 14.02.2018 № 2618061-Г (далее – договор о выдаче банковских гарантий);  

- договоры об открытии кредитных линий от 15.06.2018 № 2618-076-К, от  29.06.2018 № 2618-257-К, от 05.10.2018 № 2618-314-К (далее – кредитные  договоры);  

- договор залога имущественных прав от 14.02.2018 № 2618-061-Г-З/1,  предметом которого являются имущественные права должника в сумме  1 500 000 000 руб. по договору строительного подряда от 01.11.2017   № 2017/04/AKM/ISBL, заключенному между обществом «Метафракс» и  должником (далее – договор залога прав), с учетом дополнительных  соглашений к нему;  

- договор залога прав по договору банковского счета от 27.02.2019   № 2618-061-Г-З/2, согласно которому в залог Банку переданы права в  отношении денежной суммы, находящейся на счете должника   № 40702810100260001541 (далее – договор залога счета). Также 27.02.2019 в  

 

Банке открыт залоговый счет для проведения расчетов по Контракту.  

Определением суда от 25.01.2021 по настоящему делу требования Банка в  размере 219 648 365 руб. 15 коп. включены в третью очередь реестра  требований кредиторов должника как обеспеченные залогом имущества на  основании договора залога прав от 14.02.2018 № 2618-061-Г-З/1 и договора  залога счета от 27.02.2019 № 2618-061-Г-З/2.  

С даты установления требований Банка в реестре требований кредиторов  в период с 25.01.2021 по 05.08.2021 от общества «Метафракс» с назначением  платежа «оплата по договору 2017/04/АКМ/ISBL от 01.11.2017» на расчетные  счета должника поступило 979 316 823 руб. 14 коп. (в т.ч. НДС 20%)  

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемыми требованиями,  общество «Газпромбанк» указало на непринятие бывшим руководителем  должника ФИО5 и арбитражным управляющим ФИО3 мер  по сохранности находящихся в залоге у банка денежных средств (выручки по  контракту).  

По мнению заявителя, в нарушение договора залога руковдитель  общества ФИО5 производил расчеты с обществом «Метафракс» по  контракту в обход залогового счета и перечислил все полученные денежные  средства аффилированному лицу – обществу с ограниченной ответственностью  «Управление строительства Пермской ГРЭС» (далее – общество «Управление  строительства Пермской ГРЭС»). На залоговый счет денежные средства не  зачислялись и в настоящий момент отсутствуют на счете. При этом Банк  неоднократно требовал обеспечить сохранность предмета залога от ФИО5 и ФИО3:  

- 01.12.2020 в адрес ФИО5 направлено требование об обеспечении  проведения расчетов по контракту через залоговый счет;  

- 29.07.2021 Банк вручил представителю ФИО3 требование об  обеспечении проведения расчетов по контракту через залоговый счет.  Требование также направлено по электронной почте и почтовому адресу  ФИО3 и саморегулируемой организации.  

После получения требований ответчики не устранили нарушения  договоров залога, управляющий ФИО3 отказал Банку в требовании.  

На основании письма от 18.09.2021 № МО-УЭС-12044 общество  «Метафракс» уведомило должника об одностороннем отказе от исполнения  Контракта.  

Контракт расторгнут с 19.09.2021, в связи с чем, общество «Газпромбанк»  полагает, что с 19.09.2021 предмет залога (имущественные права по контракту)  прекратил свое существование. Поскольку из-за неправомерных действий  ФИО5 и арбитражного управляющего ФИО3 вся выручка по  Контракту, являющаяся предметом залога Банка, не направлялась на залоговый  счет, а была перечислена аффилированному с должником лицу (95% доли в  уставном капитале общества «Управление строительства Пермской ГРЭС»  принадлежит обществу должнику, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ),  

 

то Банк утратил возможность получить удовлетворение своих требований из  стоимости предмета залога.  

Банк отмечает наличие в период процедуры наблюдения у арбитражного  управляющего ФИО3 объективной возможности обеспечить  сохранность залога, а именно, возложить обязанность на генерального  директора общества УК «Уралэнергострой» проводить расчеты по Контракту  через залоговый счет, обратиться в суд с ходатайством о принятии  обеспечительных мер, обратиться в суд с ходатайством об отстранении  руководителя должника от своих обязанностей; при этом временный  управляющий имел возможность идентифицировать предмет залога по  назначению платежа и предпринять меры к обособленному учету залога  (аккумулировать денежные средства на залоговом счете).  

Исходя из позиции Банка, временный управляющий ФИО3  допустил виновное бездействие в части непринятия мер по обеспечению  сохранности предмета залога, которое находится в прямой причинно-следственной связи с утратой предмета залога и невозможностью  удовлетворения требований банка.  

Согласно утверждению общества «Газпромбанк», генеральный директор  должника ФИО5 допустил перечисление всех денежных средств,  полученных от общества «Метафракс», в пользу аффилированного лица  общества «Управление строительства Пермской ГРЭС», что не соответствует  критериям добросовестности поведения участников гражданского оборота. При  этом залогодатель (должник) был обязан: обеспечить проведение расчетов по  Контракту через залоговый счет в соответствии с пунктом 2.1.4.25 договора  залога прав; не совершать действий, которые могут повлечь утрату  заложенного имущества или уменьшение его стоимости; принимать меры,  необходимые для обеспечения сохранности заложенного имущества (пункт  2.1.4.6 договора залога прав).  

Таким образом, Банк отмечает, что в процедуре наблюдения со счетов  должника было неправомерно выведено около миллиарда рублей, которые  являлись предметом залога общества «Газпромбанк».  

Размер убытков заявителем определен как размер неполученных Банком  денежных средств в сумме 219 948 365 руб. 15 коп., где 193 677 919 руб. 92 коп.  сумма основного долга, 25 970 445 руб. 23 коп. – пени.  

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой  инстанции исходил из недоказанности наличия всех условий для взыскания  убытков с бывшего руководителя должника и временного управляющего.  

 Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы и  отзывов на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в  порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы  материального права, заслушав участников процесса, суд апелляционной  инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта.  

Согласно пунктам 1, 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14- 

 

ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об  обществах) единоличный исполнительный орган общества при осуществлении  им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества  добросовестно и разумно и несет ответственность перед обществом за убытки,  причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные  основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Федерального закона от  26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о  банкротстве, Закон) при проведении процедур, применяемых в деле о  банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и  разумно в интересах должника, кредиторов и общества.  

Согласно пункту 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный  управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки,  которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения  арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о  банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную  силу решением суда.  

В силу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации  (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного  возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не  предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.  

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено,  произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного  права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также  неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях  гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная  выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).  

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 12 постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О  применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении  убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате  действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения  обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК  РФ).  

На основании статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или  имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического  лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.  

При этом для применения ответственности, предусмотренной этой  нормой, необходимо наличие состава правонарушения, включающего  причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, вину  причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между действиями  ответчика и возникшими у истца неблагоприятными последствиями,  

 

доказанность размера вреда.  

При рассмотрении спора о взыскании убытков подлежит обязательному  доказыванию совокупность следующих обстоятельств: факт причинения  ущерба и его размер, вина и противоправность действий (бездействия)  ответчика, наличие причинной связи между противоправным поведением и  наличием убытков. Ответчик доказывает факт отсутствия своей вины.  

По правилам части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в  деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на  основание своих требований и возражений.  

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению,  основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном  исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает  относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в  отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их  совокупности (статья 71 АПК РФ).  

Из указано выше и следует материалов дела, между обществом  «Метафракс» и обществом УК «Уралэнергострой» был заключен контракт от  01.11.2017 № 2017/04/AKM/ISBL на постройку основных технологических  установок «Комплекса по производству Аммиака-Карбамида-Меламина на  основе продувочного газа производства метанола» в городе Губаха Пермского  края.  

Далее, общество «Газпромбанк» предоставляет обществу УК  «Уралэнергострой» кредитную линию с целью финансирования хозяйственной  деятельности должника, заключены договоры об открытии кредитных линий от  15.06.2018 № 2618-076-К, от 29.06.2018 № 2618-257-К.  

Между должником и обществом «Управление строительства Пермской  ГРЭС» (субподрядчик) заключен договор строительного подряда от 17.09.2018   № 32-30/07-003.  

Банк открывает должнику кредитную линию, заключен кредитный  договор от 05.10.2018 № 2618-314-К.  

В целях обеспечения исполнения обязательств по трем кредитным  договорам (от 15.06.2018, 29.06.2018 и 05.10.2018) между Банком и заемщиком  заключен договор залога прав от 14.02.2018 № 2618-061-Г-3/1 (в редакции  дополнительных соглашений от 05.10.2018 № 4, от 16.12.2019 № 6), по  условиям которого заемщик передал в залог Банку следующее имущество: все  принадлежащие ему (а также те, которые возникнут в будущем)  имущественные права (права требования денежных средств) по договору  строительного подряда на осуществление строительства основных  технологических установок и относящихся к ним объектов (ISBL) «Комплекса  по производству Аммиака-Карбида-Меламина на основе продувочного газа  производства метанола» в городе Губаха Пермского края от 01.11.2017   № 2017/04/AKM/ISBL, заключенному с обществом «Метафракс» в сумме  1 500 000 000 руб.  

 

Так, залогом в разное время обеспечивалось исполнение обязательств  залогодателя перед залогодержателем, возникших из:  

- рамочного договора о выдаче банковских гарантий от 14.02.2018   № 2618-061-Г (пункт 1.2 договор залога от 14.02.2018 в первоначальной  редакции);  

- кредитного соглашения об открытии кредитной линии от 15.06.2018   № 2618-076-К, из рамочного договора о выдаче банковских гарантий от  14.02.2018 № 2618-061-Г (пункт 1.2 договор залога от 14.02.2018 в редакции  дополнительного соглашения от 15.06.2018 № 2);  

- кредитного соглашения об открытии кредитной линии от 15.06.2018   № 2618-076-К, из кредитного соглашения об открытии кредитной линии от  29.06.2018 № 2618-257-К, из кредитного соглашения об открытии кредитной  линии от 05.10.2018 № 2618-314-К, из рамочного договора о выдаче банковских  гарантий от 14.02.2018 № 2618-061-Г (пункт 1.2 договор залога от 14.02.2018 в  редакции дополнительного соглашения от 05.10.2018 № 4).  

Кроме того, между обществом «Газпромбанк» и обществом УК  «Уралэнергострой» был заключен также договор залога прав по договору  банковского счета от 27.02.2019 № 2618-061-Г-3/2, в соответствии с которым в  залог Банку переданы права в отношении всей денежной суммы, находящейся  на счете должника № 40702810100260001541 (далее – договор залога счета).  

Залогом обеспечивалось исполнение обязательств залогодателя перед  залогодержателем, возникших из:  

- кредитного соглашения об открытии кредитной линии от 15.06.2018   № 2618-076-К, из кредитного соглашения об открытии кредитной линии от  29.06.2018 № 2618-257-К, из кредитного соглашения об открытии кредитной  линии от 05.10.2018 № 2618-314-К, из рамочного договора о выдаче банковских  гарантий от 14.02.2018 № 2618-061-Г (пункт 1.2 договор залога).  

Требования Банка включены в третью очередь реестра требований  кредиторов должника в размере 219 648 365 руб. 15 коп. как обеспеченные  залогом имущества должника на основании договора залога прав и договора  залога счета.  

В настоящее время Контракт с обществом «Метафракс» расторгнут,  денежные средства на залоговом счете отсутствуют.  

По мнению Банка, генеральный директор ФИО5 в нарушение  условий договора залога производил расчеты с обществом «Метафракс» по  Контракту в обход залогового счета, и перечислил все полученные денежные  средства аффилированному лицу – обществу «Управление строительства  Пермской ГРЭС». Временный управляющий ФИО3 допустил  виновное бездействие и не принял мер по обеспечению сохранности предмета  залога.  

Судом первой инстанции были проанализированы обстоятельства дела,  связанные с выполнением сторонами не только договоров залога, но и условий  Контракта, а также поведение сторон на протяжении периода времени по  

 

исполнению Контракта и договоров залога, и на основании оценки  совокупности доказательств сделаны выводы об отсутствии со стороны  бывшего руководителя должника ФИО5 и временного управляющего  ФИО3 неправомерных действий, повлекших у общества  «Газпромбанк» убытков, в размере требований включенных в реестр.  

Исходя из условий договора залога прав от 14.02.2018 изначально было  предоставлено лишь одно обеспечение – права требования к обществу  «Метафракс».  

Именно на нарушение п.2.1.4.25 данного договора и ссылается Банк,  утверждая, что генеральный директор осуществлял расчеты по контракту в  обход залогового счета.  

Вместе с тем, пунктом 2.1.4.25 договора залога прав предусмотрена  обязанность общества УК «Уралэнергострой» осуществлять расчеты по  Контракту через банковский счет залогодателя, открытый в обществе  «Газпромбанк» (залоговый счет).  

Между тем, материалами дела подтверждается, что специальный  залоговый счет не был открыт обществом «Газпромбанк» залогодателю. При  этом все расчеты по Контракту производились исключительно через расчетные  счета, открытые в обществе «Газпромбанк».  

Таким образом, исходя из буквального содержания пункта 2.1.4.25 и в  контексте дальнейшего поведения сторон, суд первой инстанции пришел к  обоснованному выводу о том, что в договоре залога не было обязательного  условия проводить денежные средства именно через специальный залоговый  счет, а под залоговым счетом договор для целей своего применения имел в виду  расчетный счет залогодателя, открытый в обществе «Газпромбанк».  

Сам залоговый счет № 40702810100260001541 был открыт Банком лишь  27.02.2019 вместе с заключением договора залога банковского счета от  27.02.2019 № 2618-061-Г-3/2. То есть на момент открытия залогового счета   № 40702810100260001541 прошло около полутора лет, в течение которых  расчеты по контракту уже активно шли, однако общество «Газпромбанк» не  квалифицировал такие расчеты как нарушение п. 2.1.4.25 договора залога прав  от 14.02.2018 .  

Условиями договора залога прав по договору банковского счета (залог  денежных средств) от 27.02.2018 № 2618-061-Г-3/2 не предусмотрена  обязанность должника проводить все расчеты по контракту с обществом  «Метафракс» через залоговый счет.  

В условиях данного договора отсутствует условие о неснижаемом  остатке, о котором говорит Банк.  

Денежные средства не проводились через залоговый счет с самого  момента открытия данного счета в 2019 году.  

Кроме того, Банк не считал расчеты без «залогового счета» нарушением  пункта 2.1.4.25 договора, поскольку исполнялось главное правило – расчеты по  Контракту производились через счет, открытый в обществе «Газпромбанк».  

 

Так, во исполнение обязательства согласно пункту 2.1.4.25 договора  залога прав от 14.02.2018 общество УК «Уралэнергострой» осуществляло все  расчеты по Контракту с обществом «Метафракс» через счет   № 

<

***>, открытый 08.02.2018, практически одновременно с  заключением договора залога прав от 14.02.2018.  

Помимо прочего, из материалов дела усматривается, что Банком  неоднократно согласовывались изменения к Контракту, в которых стороны  подтверждали условие о проведении платежей через расчетный счет   № 

<

***>.  

Сам по себе режим «залогового счета» не означает запрет распоряжения  поступающими денежными средствами.  

Банк не мог запретить обществу УК «Уралэнергострой» распределять  денежные средства, полученные от заказчика на непосредственных  подрядчиков, закупку материала и иные действия необходимые для исполнения  обязательств по контракту с обществом «Метафракс».  

Указанное подтверждается и условиями в последующем заключенного с  обществом «Газпромбанк» договора залога банковского счета от 27.02.2019.  

Суд первой инстанции также правомерно обратил внимание, что в  последующем при внесении изменений в первоначальную редакцию договора  залога от 14.02.2018 в части отдельных пунктов стороны исключают ссылку на  «залоговый» счет.  

Например, пункт 2.1.4.20 договора залога от 14.02.2018 претерпел  изменения и в редакции дополнительного соглашения от 15.06.2018 № 2, в  соответствии с которыми применительно к обстоятельствам, повлекшим  уменьшение стоимости или утрату предмета залога ссылка на проведения  расчетов по контракту, минуя залоговый счет, открытый у залогодержателя,  исключена, по тексту в новой редакции указано на проведение залогодателем  расчетов по контракту, минуя банковские счета, открытые у залогодержателя.  

Таким образом, суд обоснованно пришел к выводу о необоснованности  ссылки банка на нарушение должником положений договора залога от  14.02.2018 о порядке проведения расчетов.  

Ссылка заявителя жалобы на то, что согласно дополнительному  соглашению от 27.02.2019 № 5 редакция пункта 2.1.4.20 вновь предусматривала  ссылку на обязанность залогодателя производить расчеты через залоговый счет  (данное дополнительное соглашение представлено на стадии апелляционного  производства) подлежит отклонению.  

Как усматривается из последовательного поведения Банка на протяжении  исполнения договоров залога и Контракта, Банк согласовывал все изменения к  Контракту, который предусматривал расчеты по нему по специально  указанному в Контракте счету, открытому в обществе «Газпромбанк». Какие-либо возражения относительно используемого для расчетов по Контакту счета  Банк не заявлял.  

Более того, Банк, как лицо, предоставившее банковские гарантии, было  

 

заинтересовано в продолжении исполнения Контакта и завершении  строительства объекта.  

Также судом верно учтено, что получаемые должником по Контакту  денежные средства могли быть им использованы исключительно на расчеты с  субподрядчиками по оплате работ, выполненных в рамках Контракте.  

После заключения договора залога счета от 27.02.2019 и открытия  залогового счета должнику ему не была вменена обязанность обеспечить  наличие на залоговом счете неснижаемого остатка.  

Как следует из пункта 2.1.2.2 договора залога от 27.02.2019 залогодатель  обязуется не совершать действий, влекущих прекращение, изменение прав или  уменьшение размера денежных средств, размещенных на залоговом счете с  учетом условий, указанных в пункте 1.7 договора. При этом в пункте 1.5  указано, что на дату заключения договора на залоговом счете денежные  средства отсутствуют. Каких-либо упоминаний о неснижаемом остатке договор  не содержит, как и обязанности залогодателя обеспечить поступление  денежных средств в какой-либо сумме, условие о залоге денежных средств в  виде твердой денежной суммы сторонами не согласовано (пункт 3 статьи  358.10 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Как верно отмечено судом первой инстанции, наличие аффилированности  между должником и лицом, получившим исполнение от должника, само по себе  не свидетельствует о фиктивности обязательств перед аффилированным лицом  либо о злоупотреблении сторонами своими правами в ущерб законным  интересам кредиторов должника, но возлагает на стороны бремя раскрытия  всех экономических взаимоотношений между аффилированными лицами.  

Общество «Управление строительства Пермской ГРЭС» являлось  ключевым субподрядчиком при строительстве объекта, в качестве такового  было заявлено и согласовано заказчиком. Работы на объекте выполнялись  обществом «Управление строительства Пермской ГРЭС», а предоставленное  проектное финансирование общества «Метафракс» носило целевой характер,  следовательно, выделенные денежные средства не могли быть использованы на  какие-либо иные цели кроме как финансирование строительства объекта по  Контракту.  

Ссылка Банка на то, что он не является стороной по Контракту и,  следовательно, не вправе определять права и обязанности сторон указанной  сделки, не может быть принята во внимание, поскольку в рамках проектного  финансирования, Банк, предоставивший указанное финансирование имеет  широкий круг полномочий по контролю за ходом ведения строительства и  порядком исполнения Контакта.  

Ссылка заявителя жалобы на то, что ведение Контракта и договоров  залога осуществлялось в разных филиалах Банка, поэтому Банк находился в  неведении некоторых обстоятельств согласований и т.д., также не может быть  признано обоснованным. Общество «Газпромбанк», хотя и имеет различные  филиалы, но является единым юридическим лицом, поэтому не может не знать  

 

о порядке реализации Контракта. Кроме того, Банку не мешало создать единый  координационный центр за контролем исполнения всех договоров, так или  иначе связанных с финансированием и исполнением Контракта по  строительству крупнейшего объекта.  

Таким образом, суд апелляционной инстанции не усматривает в действия  бывшего руководителя должника какого-либо умысла на причинение убытков  Банку, а также неправомерных действий при исполнении договоров, связанных  с финансирование строительства объекта по Контракту, в том числе договоров  залога.  

Что касается поведения временного управляющего ФИО3, то  с учетом сроков направления ему Банком требования об обеспечении  проведения расчетов по контракту через залоговый счет (29.07.2021 Банк  вручил уведомление представителю ФИО3) и датой открытия  конкурсного производства (06.08.2021), а также необходимого времени для  изучения документов и анализа ситуации, управляющий ФИО3 не  имел какой-либо возможности предпринять меры, на которые указано Банком,  и проконтролировать степень их исполнения.  

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, материалами  дела не подтверждается наличие совокупности условий, необходимых для  возложения на ответчиков обязанности по возмещению убытков, причинной  связи между действиями (бездействием) ответчиков и неблагоприятными  последствиями в виде убытков, то есть не доказано наличия совокупности  предусмотренных статей 15, 393 ГК РФ условий для привлечения ответчиков к  ответственности.  

Оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм  права, содержащиеся в нем выводы не противоречат имеющимся в деле  доказательствам. Нарушений норм процессуального права, являющихся  согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены  судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.  Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.  

Согласно положениям АПК РФ, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21  Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины  в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в  приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской  Федерации, не предусмотрена.  

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 16 июня 2022  года по делу № А60-32807/2020 оставить без изменения, а апелляционную  жалобу – без удовлетворения.  

 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий  месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.  

Председательствующий Т.С. Нилогова  

Судьи В.Г. Голубцов  

Л.М. Зарифуллина