Четвертый арбитражный апелляционный суд

улица Ленина, дом 100б, Чита, 672000, http://4aas.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. ЧитаДело №А78-12484/2016

 «27» апреля 2017 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 апреля 2017 года.

Полный текст постановления изготовлен  27 апреля 2017 года.

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Никифорюк Е.О., 

судей: Сидоренко В.А., Ткаченко Э.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №2 по г. Чите на решение Арбитражного суда Забайкальского края от 11 января 2017 года по делу №А78-12484/2016 по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, место нахождения: г.Чита) к Межрайонной инспекции Федеральной  налоговой службы №2 по г. Чите (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, место нахождения: 672000, 

<

...>), Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №4 по г. Краснодару (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, место нахождения: 350049, 

<

...>) о признании недействительным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №2 по г. Чите №16-45/1 от 30.05.2016 «О принятии обеспечительных мер»,

 (суд первой инстанции - Е.А. Бронникова),

при участии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО3, представитель по доверенности от 09.01.2017 , ФИО4, представитель по доверенности от  25.01.2016 г.,

от заинтересованных лиц:

от Межрайонной инспекции Федеральной  налоговой службы №2 по г. Чите: ФИО5, представитель по доверенности от  11.01.2017 г., ФИО6, представитель по доверенности от 09.01.2017 г., ФИО7, представитель по доверенности от  10.01.2017 г., ФИО8, представитель по доверенности от 11.01.2017 г.,

от Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №4 по г. Краснодар: не явились, извещены.

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – заявитель, предприниматель) обратился в Арбитражный суд Забайкальского края с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №2 по г. Чите  (далее – налоговый орган, инспекция) и к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №4 по г. Краснодару (далее – соответчик)  о признании недействительным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №2 по г. Чите №16-45/1 от 30.05.2016 «О принятии обеспечительных мер».

Определением суда от 15.11.2016 произведена замена ненадлежащего заинтересованного лица по делу с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №16 по Краснодарскому краю на надлежащее заинтересованное лицо -Инспекцию Федеральной налоговой службы № 4 по г. Краснодару.

Решением Арбитражного суда Забайкальского края Решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по г. Чите № 16-45/1 от 30.05.2016 о принятии обеспечительных мер в виде запрета на отчуждение имущества в редакции решений Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по г. Чите № 16-45/9 от 28.11.2016 и № 16-45/10 от 26.12.2016 признано недействительным и противоречащим Налоговому кодексу РФ.

В обосновании суд первой инстанции указал, что согласно рыночной оценки принадлежащего ИП ФИО2 отчуждение части принадлежащего налогоплательщику имущества (т. 1 л.д. 33-219), не может привести к невозможности исполнения решения налогового органа, так как рыночная стоимость принадлежащего предпринимателю имущества покрывает доначисления налогового органа более чем в 2 раза. В материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что налогоплательщик намерен отчуждать указанное недвижимое имущество, так же никаких доказательств, которые бы указали на намерение налогоплательщика иным образом распорядиться данным имуществом в материалы дела не представлено. Не указывает на наличие таких обстоятельств и иные доводы налогового органа, приведенные в оспариваемом решении.

Так, реализация автомобиля Ситроен Джампер (2013 г. выпуска) имела место до начала проверки; объект недвижимого имущества, расположенный по адресу: 

<

...>, был передан ИП ФИО9 в качестве отступного по договору займа в счет оплаты ранее имевшейся задолженности; продажа автомобиля «Лексус Л ИКС 570» имела место до составления и вручения налогоплательщику акта проверки. Отчуждение части имущества налогоплательщика до вручения ему акта проверки, не может свидетельствовать о том, что данные действия были направлены на уклонение от исполнения обязанностей по уплате сумм, доначисленных выездной налоговой проверкой.

Деятельность по прежним адресам предпринимателем ведется, несмотря на то, что налогоплательщик представляет налоговую отчетность в г. Краснодар по ЕНВД, а смена места жительства имела место ближе к окончанию проверки, но все требования налогового органа исполнялись.

Кроме того, инспекция в ходе проверки произвела арест имущества, по стоимости, которая не отражает реальной стоимости указанного имущества. При этом не принимать во внимание стоимость имущества по данным бухгалтерского учета, у налогового органа оснований не было, однако, инспекция пренебрегла инвентаризационной описью в части определения стоимости недвижимого имущества. При этом, налоговый орган, в оспариваемом решении в графе стоимость арестованного имущества по данным бухгалтерского учета, указал не стоимость по данным бухгалтерского учета, а действительную инвентаризационную стоимость, а в ряде случаев – стоимость приобретения данного имущества, со ссылкой на то, что это, по мнению инспекции,   кадастровая стоимость. Однако, из представленных в дело налогоплательщиком кадастровых паспортов, следует, что стоимость, установленная налоговым органом, не соответствует кадастровой стоимости. При этом кадастровая стоимость не может быть учтена для определения стоимости имущества в целях наложения на него ареста, и в этом смысле налоговым органом безусловно нарушены права налогоплательщика, так как использование иной, нежели предусмотрено Налоговым Кодексом РФ стоимости, привело к излишнему аресту имущества, что свидетельствует о необоснованном вмешательства инспекции в право частной собственности предпринимателя.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, налоговый орган обратился с апелляционной жалобой (дополнением), в которой просит отменить решение суда первой инстанции в полном объеме и принять по делу новый судебный акт и отказать ИП ФИО2 в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Указывает, что поскольку предприниматель, применял УСН, то в соответствии с действующим законодательством, первоначальная стоимость имущества определяется исходя из покупной стоимости приобретенного имущества. Заявителем не были представлены неоднократно запрошенные документы, подтверждающие факт и стоимость приобретения объектов недвижимого имущества и земельных участков, а также не представлены документы, подтверждающие кадастровую стоимость принадлежащих ИП ФИО2 объектов недвижимого имущества и земельных участков.

Налоговым органом на основании распоряжения Инспекции от 15.07.2015 № 16-52/8 проведена инвентаризация имущества, принадлежащего на праве собственности ИП ФИО2 В материалах дела имеется инвентаризационная опись основных средств от 16.07.2015 № 6 с указанием наименования объектов, их количества и стоимости, данная опись подписана лично ИП ФИО2 При этом сведения в инвентаризационную опись внесены только со слов ИП ФИО2 В то же время, стоимость имущества, указанная ФИО2 в данной инвентаризационной описи, не подтверждена какими-либо первичными документами. Учитывая то, что ИП ФИО2 такой учет не велся, документы не представлены, Инспекция при оценке стоимости недвижимого имущества и земельных участков использовала официальные сведения соответствующих регистрирующих органов о покупной стоимости данного имущества.

Также указывает, что  согласно сведений ГИБДД, отчуждение права собственности ФИО2 и возникновение права собственности на указанный автомобиль ФИО10 произошло 05.09.2015 г. (т.е. практически, через один год и один месяц после заключения договора купли-продажи), иная информация, как и договор купли-продажи, у налогового органа отсутствовал, так же не был представлен ИП ФИО2 Соответственно, при принятии оспариваемого решения налоговый орган руководствовался данными, представленными ГИБДД.

Относительно автомобиля «Лексус Л ИКС 570» поясняет, что заявителем представлены в материалы дела Пояснение к дефектному акту от 11.02.2015 г. и Договор купли-продажи от 01.04.2015 г., заключенный между продавцом ФИО2 и покупателем ФИО11 Согласно Пояснению к дефектному акту, комиссия в составе директора СТО и мастера СТО произвели визуальный осмотр с использованием инструментального контроля автомобиль и установили неисправности со слов владельца ТС. Суд, давая оценку данному Пояснению, не поставил под сомнение данный документ, а счел его в качестве доказательства, подтверждающего наличие дефектов у автомобиля и, как следствие, продажу его по заниженной стоимости. В то же время, фактические обстоятельства судом не устанавливались и не выяснялись.

Относительно объекта недвижимого имущества, расположенного по адресу: 

<

...>, суд указал на то, что реальность данного договора займа подтверждена решением УФНС России по Забайкальскому краю от 01.04.2016 № 2.14-20/74-ИП/03678. Вместе с тем, указанное решение Управления таких выводов не содержит.

Таким образом, фактически имущество (два автомобиля и нежилое помещение) было реализовано ИП ФИО2 непосредственно в ходе проведения выездной налоговой проверки, соответственно, подтверждает выводы налогового органа о целенаправленном выводе имущества, а никоим образом не свидетельствует о наличии каких-либо деловых целей.

Относительно выводов суда о том, что смена места регистрации налогоплательщика не препятствует взысканию налогов, полагает, что судом не учтено следующее. Как указано в решении о принятии обеспечительных мер, в ходе выездной налоговой проверки всеми лицами (ИП ФИО12, ИП ФИО13, ООО фирма «Титан»), участвовавшими в схеме ухода от налогообложения, осуществлена смена места регистрации. При рассмотрении дела в суде первой инстанции налоговый орган ссылался на то, что в отношении ИП ФИО12 имеется судебно-арбитражное дело №А78-7426/2015. Как следует из текста Постановления ЧААС от 19.01.2016 г., оставленного без изменения Постановлением АС ВСО, судом апелляционной инстанции установлено, что смена места жительства произведена заявителем формально, для вида, с последующей целью отмены решения о назначении выездной налоговой проверки по формальным основаниям, что свидетельствует о явных действиях предпринимателя, совершаемых в обход закона с противоправной целью.

На апелляционную жалобу поступил отзыв (с дополнением) предпринимателя о согласии с выводами суда первой инстанции. Полагает, что налоговый орган должен был предпринять дополнительные меры к установлению действительной стоимости имущества, а в ходе судебного разбирательства предпринимателем доказано не соответствие стоимости, которую учитывал налоговый орган рыночной и кадастровой. Указывает, что отчуждение имущества предпринимателем производилось в небольшом объеме, который не влиял на возможность последующего исполнения решения налогового органа по выездной проверке.

13 апреля 2017 года в судебном заседании был объявлен перерыв до 20 апреля 2017 года.

О месте и времени судебного заседания лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом в порядке, предусмотренном главой 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что подтверждается уведомлениями вручении. Информация о времени и месте судебного заседания по апелляционной жалобе размещена на официальном сайте апелляционного суда в сети «Интернет»  16.03.2017, 14.04.2017.

Представители налогового органа в судебном заседании дали пояснения согласно доводам апелляционной жалобы. Просили решение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представители предпринимателя дали пояснения согласно отзыву на апелляционную жалобу. Просили решение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Соответчик представителей в судебное заседание не направил, извещен надлежащим образом. Руководствуясь пунктами 2, 3 статьи 156, пунктом 1 статьи 123 АПК РФ, суд считает возможным рассмотреть жалобу в отсутствие надлежащим образом извещенного лица, участвующего в деле.

Дело рассматривается в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее -  АПК РФ).

Изучив материалы дела, проверив соблюдение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, Межрайонной ИФНС России №2 по г. Чите была проведена выездная налоговая проверка индивидуального предпринимателя ФИО2, в ходе которой к показателям деятельности налогоплательщика были суммированы показатели деятельности ряда иных плательщиков налогов (произведено «объединение бизнеса»).

По результатам выездной проверки Межрайонной ИФНС России №2 по г. Чите было вынесено решение №16-05/7 от 06.05.2016 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения» (т.2 л.д. 1-211).

30.05.2016 без вызова налогоплательщика, налоговым органом было принято решение № 16-45/1 от 30.05.2016 о принятии обеспечительных (т. 1 л.д. 23-25, т. 3 л.д. 127-129, далее - решение), которым налоговым органом было арестовано все наличное имущество налогоплательщика, а так же был наложен арест на расчетный счет предпринимателя, в сумме, непокрытой арестованным имуществом.

Не согласившись с решением налогового органа о принятии обеспечительных мер, налогоплательщик также обжаловал его в вышестоящий налоговый орган. Решением УФНС России по Забайкальскому краю от 10.08.2016 № 2.14-20/235-ип/09138 жалоба налогоплательщика оставлена без удовлетворения (т.1 л.д. 26-32).

Не согласившись с решением инспекции, вынесенного по результатам выездной налоговой проверки, налогоплательщик обжаловал его в налоговый орган. Решением УФНС России по Забайкальскому краю от 05.09.2016 г. №2.14-20/257-ИП/10241 апелляционная жалоба налогоплательщика была частично удовлетворена (т. 3 л.д. 1-80). Сумма неуплаты налогов, пени, штрафов составила 68 172 430,17руб.

Не согласившись с решением налогового органа, предприниматель 10.10.2016г. оспорил его в судебном порядке.

28.11.2016г. налоговым органом решением №16-45/9 в решение были внесены изменения с учетом решения управления по жалобе предпринимателя на решение по выездной проверке (т.4 л.д.45), которым сумма денежных средств, по которым приостановлены операции в банке, уменьшена до 37 160 720руб.

Также налоговым органом 26.12.2016г. решением №16-45/10 были внесены изменения в решение, согласно которым с учетом новых сведений о стоимости объектов недвижимого имущества  и земельных участков его общая стоимость указана как 58 414 420руб., соответственно, сумма денежных средств, по которым приостановлены операции в банке, уменьшена до 9 758 010руб.

Решением Арбитражного суда Забайкальского края заявленные требования удовлетворены.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, налоговый орган обратился в суд апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва, заслушав пояснения заявителя и представителей Межрайонной инспекции Федеральной  налоговой службы №2 по г. Чите в судебном заседании, приходит к выводу о наличии оснований для отмены решения суда первой инстанции по следующим мотивам.

Рассматривая дело, суд первой инстанции правильно исходил из следующих положений.

На основании ч. 1 ст. 4 Арбитражного процессуального кодекса РФ, заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов, в том числе с требованием о присуждении ему компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок, в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200, частям 2 и 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, необходимо наличие в совокупности двух условий: несоответствие оспариваемых ненормативного   правового   акта,   решений   и   действий   (бездействия)   закону   или   иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 июля 1996 года N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского законодательства Российской Федерации" разъяснено, что основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта государственного органа или органа местного самоуправления недействительным являются одновременно как его несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых законом интересов гражданина или юридического лица, обратившихся в суд с соответствующим требованием. При этом, в силу части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Оспариваемое решение инспекции было принято на основании п. 10 ст. 101 НК РФ, согласно которого после вынесения решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения руководитель (заместитель руководителя) налогового органа вправе принять обеспечительные меры, направленные на обеспечение возможности исполнения указанного решения, если есть достаточные основания полагать, что непринятие этих мер может затруднить или сделать невозможным в дальнейшем исполнение такого решения и (или) взыскание недоимки, пеней и штрафов, указанных в решении.

Согласно подпункту 1 пункта 10 статьи 101 НК РФ обеспечительными мерами может быть запрет на отчуждение (передачу в залог) имущества налогоплательщика без согласия налогового органа. Предусмотренный настоящим подпунктом запрет на отчуждение (передачу в залог) производится последовательно в отношении: недвижимого имущества, в том числе не участвующего в производстве продукции (работ, услуг); транспортных средств, ценных бумаг, предметов дизайна служебных помещений; иного имущества, за исключением готовой продукции, сырья и материалов; готовой продукции, сырья и материалов.

При этом, запрет на отчуждение (передачу в залог) имущества каждой последующей группы применяется в случае, если совокупная стоимость имущества из предыдущих групп, определяемая по данным бухгалтерского учета, меньше общей суммы недоимки, пеней и штрафов, подлежащей уплате на основании решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Таким образом, целью принятия обеспечительных мер является сохранение существующего имущественного состояния налогоплательщика с целью последующей возможности удовлетворения интересов бюджета за счет активов налогоплательщика, на которые эти меры накладываются.

Исходя из анализа приведенных норм права, следует, что п. 10 статьи 101 Налогового кодекса РФ не позволяет налоговому органу произвольно применять обеспечительные меры, поскольку для их применения необходимы достаточные основания полагать, что непринятие этих мер может затруднить или сделать невозможным в дальнейшем исполнение такого решения и (или) взыскание недоимки, пеней  и  штрафов,   указанных  в  решении.  Указанные  основания  должны  быть  выявлены инспекцией непосредственно при издании соответствующего решения о принятии обеспечительных мер и отражены в данном акте. Таким образом, принимая обеспечительные меры, налоговый орган обязан доказать невозможность или затруднительность исполнения решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решения.

Как видно из текста оспариваемого решения о принятии обеспечительных мер, инспекция в качестве обоснования указала на то, что их непринятие может затруднить или сделать невозможным в дальнейшем исполнение решения налогового органа и взыскание указанных в нем недоимки, пени и штрафов. Данные выводы инспекцией сделаны из следующих обстоятельств:

-в ходе выездной проверки предприниматель умышленно организовал и использовал схему дробления единого бизнеса по реализации кухонной мебели,

-в ходе проверки, 30.06.2015 г. ИП ФИО2 сменил место регистрации на г. Краснодар, так же сменили адреса регистрации лица, которые, по мнению инспекции, участвовали в схеме уклонения от налогообложения.

-после регистрации налогоплательщик представляет налоговую отчетность в г. Краснодар по ЕНВД, в то же время, по прежним адресам деятельность ведется. По адресу: 

<

...> зарегистрирована ККТ ООО «Кедр». Сайт «торгового дома Компас» не изменен.

-инспекция указала на то, что директором ООО «Кедр» является бывший работник ИП ФИО2 – ФИО4

-налоговым органом было установлено, что после окончания проверки ИП ФИО2 было произведено отчуждение имущества – двух автомобилей и нежилого помещения, расположенного по адресу: 

<

...>.

Суд первой инстанции пришел к выводу о незаконности решения налогового органа, исходя из следующего:

«Оценивая стоимость наличного имущества в сопоставлении с суммами, доначисленными выездной налоговой проверкой, судом установлено, что наличное имущества предпринимателя позволяет удовлетворить требования налогового органа в полном объеме.

Согласно рыночной оценки принадлежащего ИП ФИО2 отчуждение части принадлежащего налогоплательщику имущества (т. 1 л.д. 33-219), не может привести к невозможности исполнения решения налогового органа, так как рыночная стоимость принадлежащего предпринимателю имущества покрывает доначисления налогового органа более чем в 2 раза.

Так, рыночная стоимость  только недвижимого имущества составляет 152055000,00 рублей согласно представленных в дело отчетов экспресс-оценки рыночной стоимости, в то время как общая сумма начислений по выездной налоговой проверки с учетом решения УФНС России от 05.09.2016 г. №2.14-20/257-ИП/10241 составила 68 122 694,77 рублей. Таким образом, доводы инспекции о том, что налогоплательщик затруднит или сделает невозможным исполнение решения по выездной налоговой проверки, несостоятельны. Кроме того, налоговым органом в ходе судебного разбирательства сведения по оценке экспертов не опровергнуты. В материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что налогоплательщик намерен отчуждать указанное недвижимое имущество, так же никаких доказательств, которые бы указали на намерение налогоплательщика иным образом распорядиться данным имуществом в материалы дела не представлено.

Не указывает на наличие таких обстоятельств и иные доводы налогового органа, приведенные в оспариваемом решении.

В качестве одного из оснований для принятия указанного решения инспекцией было указано на, факт выбытия автомобиля Ситроен Джампер (2013 г. выпуска), однако, согласно представленного договора купли-продажи транспортного средства, отчуждение произведено 24.08.2014, то есть до начала проверки. Таким  образом, данный факт хозяйственной жизни не свидетельствует о намерении ИП ФИО2 уменьшить размер наличного имущества.

Из представленного в дело соглашения о новации от 01.07.2015 (представлен в с/з от 21.12.2016), следует, что объект недвижимого имущества, расположенный по адресу: 

<

...>, был передан ИП ФИО9 в качестве отступного по договору займа в счет оплаты ранее имевшейся задолженности, при этом, реальность данного договора займа была подтверждена решением УФНС России по Забайкальскому краю от 01.04.16 г. № 2.14-20/74-ИП/03678 (т. 3 л.д. 81-86 ). О нерыночности ценообразования по договору новации инспекцией не заявлено. Кроме того, данное имущество было отчуждено до вручения акта проверки.

Как следует из представленного в дело договора купли-продажи автомобиля «Лексус Л ИКС 570» в совокупности с дефектным актом, следует, что автомобиль был продан за сумму 1 200 000 рублей 01.04.2015, то есть до составления и вручения налогоплательщику акта проверки.

С учетом изложенного, невозможно признать, что данный договор новации и договоры купли-продажи автотранспортных средств имеют своей целью отчуждение имущества налогоплательщика, направленное на затруднение или невозможность исполнения принятого налоговым органом впоследствии решения по результатам выездной налоговой проверки. Из данных договоров не следует, что они были совершены без какой – либо деловой цели. Так же необходимо отметить, что отчуждение части имущества налогоплательщика до вручения ему акта проверки, не может свидетельствовать о том,   что данные действия были направлены на уклонение от исполнения обязанностей по уплате сумм, доначисленных выездной налоговой проверкой, хотя бы потому, что налогоплательщик не мог судить о суммах и объеме претензий инспекции до момента вручения акта проверки   10.11.2015.

При этом, общая стоимость отчужденного имущества составляет 9 800 000 рублей, что составляет менее 10% от общего имущества ФИО2 Такой размер отчужденного до составления акта проверки, а по одному эпизоду и до назначения проверки имущества в сопоставлении с оставшимся в наличии имуществом не свидетельствует в пользу доводов инспекции о том, что данные сделки направлены на уклонение налогоплательщика от исполнения обязанности по уплате налогов и сборов. Таким образом, данные факты ни по отдельности, ни в их взаимной связи не указывают на стремление ИП ФИО2 уменьшить наличное имущество до такой степени, которая бы препятствовала исполнению решения налогового органа.

Принимая оспариваемое решение, налоговый орган указал на то, что после регистрации налогоплательщик представляет налоговую отчетность в г. Краснодар по ЕНВД, в то же время, по прежним адресам деятельность ведется.

Данный довод опровергается представленными в материалы дела декларацией плательщика, которая были представлены в налоговый орган по новому месту учета (представлена в с/з от 21.12.16 г.).

При этом, оценивая данный довод, суд учитывает, что инспекция в обоснование своей позиции указывает на то, что ими была получена именно такая информация от инспекции по новому месту учета . Однако, оценивая данные обстоятельства, необходимо учесть, что сам запрос инспекции был направлен до истечения срока подачи декларации. В качестве основания для получения данных сведений налоговым органом было представлено письмо. которое не содержит дат получения, подписей должностных лиц, а лишь только рукописные пометки неизвестного лица. В такой ситуации нельзя признать данное письмо достоверным источником информации относительно тех обстоятельств, на которые ссылается налоговый орган. Ссылки инспекции на то, что они не виноваты в использовании недостоверных сведений, сообщенных им налоговым органом по месту учета налогоплательщика так же не обоснована, ввиду того, что негативные последствия представления одним из входящих в единую централизованную систему  налоговых  органов территориальным органом другому территориальному органу недостоверных сведений не может быть возложено на налогоплательщика.

По факту смены места регистрации налогоплательщика в период проверки суд приходит к следующим выводам.

Согласно ч. 1 ст. 27 Конституции России, каждый, кто законно находится на территории Российской Федерации, имеет право свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства.

Согласно выписки из ЕГРИП на ИП ФИО2 налогоплательщик состоит на учете в Межрайонной ИФНС Росси №4 по г. Краснодару. При этом, согласно ст. 1 и 2 Федерального закона РФ "О налоговых органах Российской Федерации" N 90-ФЗ от 21.03.1991 г. (в ред. Федеральных законов от 08.07.1999 N 151-ФЗ, от 29.06.2004 N 58-ФЗ), налоговые органы Российской Федерации - единая система контроля за соблюдением налогового законодательства Российской Федерации, правильностью исчисления, полнотой и своевременностью внесения в соответствующий бюджет налогов и других обязательных платежей, правильностью исчисления, полнотой и своевременностью внесения в соответствующий бюджет платежей при пользовании недрами, установленных законодательством Российской Федерации, а также контроля за соблюдением валютного законодательства Российской Федерации, осуществляемого в пределах компетенции налоговых органов.

Единая централизованная система налоговых органов состоит из федерального органа исполнительной власти, уполномоченного в области налогов и сборов, и его территориальных органов.

Согласно положения "О Федеральной налоговой службе", утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации N 506 от 30.09.2004 г. (в ред. Постановления Правительства РФ от 11.02.2005 N 72), Федеральная налоговая служба (ФНС России) является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по контролю и надзору за соблюдением законодательства Российской Федерации о налогах и сборах, за правильностью исчисления, полнотой и своевременностью внесения в соответствующий бюджет налогов и сборов, в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, за правильностью исчисления, полнотой и своевременностью внесения в соответствующий бюджет иных обязательных платежей, а также за производством и оборотом этилового спирта, спиртосодержащей, алкогольной и табачной продукции и за соблюдением валютного законодательства Российской Федерации в пределах компетенции налоговых органов.

Служба и ее территориальные органы - управления Службы по субъектам Российской Федерации, межрегиональные инспекции Службы, инспекции Службы по районам, районам в городах, городам без районного деления, инспекции Службы межрайонного уровня (далее - налоговые органы) составляют единую централизованную систему налоговых органов.

Из указанного, усматривается, что налоговые органы Российской Федерации есть единая система контроля за соблюдением налогового законодательства Российской Федерации, состоящая из федерального органа исполнительной власти, уполномоченного в области налогов и сборов, и его территориальных органов.

Таким образом, из материалов дела не следует, что изменение места регистрации в пределах территории РФ предпринимателем в какой-то мере препятствует взысканию налогов. Наличия каких-либо объективных препятствий к взысканию налогов и сборов, которые произошли в результате смены места жительства, налоговым органом не доказано.

Так же инспекцией было заявлено, что переезд в период проверки свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны плательщика и его злонамеренном поведении.

Как следует из распечатки с официального сайта регистрирующего органа на ИП ФИО2 (т.3 л.д. 114-150), он был зарегистрирован по новому месту жительства 30.06.2015, при этом, согласно справки о проведенной проверке от 31.07.2015 (т. 3 л.д. 151) проверка была начата 09.12.2014, окончена 31.07.2015, то есть смена места жительства была произведена ближе к окончанию проверки (в последние 2 недели). Из материалов дела не следует,  что в данный период, на территории плательщика производились какие-либо действия. При этом, в течении всей проверки налогоплательщик регулярно получал и отвечал на требования налогового органа, участвовал в производстве проверочных мероприятий, то есть не только не уклонялся от проведения проверки, но и содействовал её проведению. Более того, настаивал на не только на соблюдении сроков проверки, но и выдаче лично на руки процессуальных документов, в том числе акта проверки, решение по апелляционной жалобе, знакомился в материалами проверки (в лице представителя) (т.3 л.д. 153-161). Указанный подход сохранялся у плательщика и после даты переезда, предприниматель регулярно получал необходимые документы (т.3 л.д. 153-161).

Например, согласно представленной справки о проведенной проверке, проверка была начата проверка была начата 09.12.2014, окончена 31.07.2015. Учитывая сроки на составление акта проверки (п. 1 ст. 100 НК РФ) и сроки на вручение акта проверки (п.5 ст. 100 НК РФ) акт проверки должен был быть вручен 07.10.15 г. (с учетом выходных дней). В то же время, согласно выкопировки из акта проверки, акт был вручен лишь 10.11.2016, и в данный период времени налогоплательщик обращался в УФНС России, в сам налоговый орган с заявлениями о понуждении к выдаче акта, оспаривая бездействие инспекции.

При таких обстоятельствах невозможно согласиться с доводами инспекции о том, что именно переезд налогоплательщика привел к каким-либо злоупотреблениям правом. Данный довод входит в противоречие с указанными выше фактами, поскольку налогоплательщик не уклонялся от получения каких-либо документов, проявлял интерес к проводимой проверке, настаивал на своевременном получении акта выездной налоговой проверки, в том числе и в период задержки выдачи акта налоговым органом на 1 месяц и 3 дня. Инспекцией не представлено каких-либо доказательств, того, что данная задержка была обусловлена переездом ФИО2 или любого иного объединенного с ним лица, а так же какими-либо обстоятельствами, которые возникли по вине налогоплательщика.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что данный довод инспекции противоречит представленным в дело доказательствам, и не может служить основанием для вынесения оспариваемого решения, так как не подтверждает основания, необходимые для принятия решения о принятии обеспечительных мер.

Обстоятельства того, что ИП ФИО2 не вел деятельность в 2015 году опровергается представленной в материалы дела налоговой декларацией (т. 5 л.д. 17-26), выпиской банка, из которой следуют движения по счету до мая 2016 (т. 5).

Довод налогового органа о том, что до окончания выездной налоговой проверки – 09.10.2015 г. по адресу, нахождения имущества, принадлежащему индивидуальному предпринимателю, была зарегистрирована ККТ, принадлежащая ООО «Кедр» суд отклоняет, поскольку, данный факт не свидетельствует об уклонении от уплаты налогов.

Так, согласно ч. 1 ст. 34 Конституции России, каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности.

Налоговым органом не пояснено, каким образом данный факт может свидетельствовать об уклонении налогоплательщика от исполнения обязанностей по уплате налога.

Налоговым органом не исследованы при вынесении оспариваемого решения, налоговые обязательства ООО «Кедр» в том смысле, что данное лицо каким-либо образом не отчитывается о своих налоговых обязанностях, уклоняется от уплаты налоговых платежей и т.п. В ходе рассмотрения дела таких доказательств так же не представлено. Нет и доказательств того, каким образом ФИО4 (директор ООО «Кедр», бывший работник предпринимателя) могла затруднить (сделать невозможным) исполнение решения инспекции по выездной проверки.

Таким образом, ни сама по себе, ни в совокупности с иными обстоятельствами, указанными налоговым органом, регистрация ККТ по конкретному адресу за ООО «Кедр», не может свидетельствовать об уклонении налогоплательщика от исполнения обязанностей по уплате налогов.

Так же налогоплательщиком заявлен довод о том, что инспекция в ходе проверки произвела арест имущества, по стоимости, которая не отражает реальной стоимости указанного имущества.

Рассмотрев данный довод заявителя, суд,   приходит к следующим выводам.

Как следует из положений п. 10 ст. 101 НК РФ, запрет на отчуждение (передачу в залог) имущества исходя из его стоимости определяемой по данным бухгалтерского учета.

При этом, необходимо учитывать, что согласно положений п/п. 1 п. 2 ст. 6 Федерального закона от 6 декабря 2011 г. N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" Бухгалтерский учет в соответствии с настоящим Федеральным законом могут не вести индивидуальный предприниматель, лицо, занимающееся частной практикой, - в случае, если в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах они ведут учет доходов или доходов и расходов и (или) иных объектов налогообложения либо физических показателей, характеризующих определенный вид предпринимательской деятельности.

Как следует из пояснений сторон, налогоплательщик бухгалтерский учет не вел.

В то же время, положения данной нормы не исключают ведение бухгалтерского учета не в полном объеме, а лишь в какой-либо его части.

Распоряжением №16-52/8 от 15.07.2015 (т. 5 л.д. 63) советника государственной гражданской службы Российской Федерации 2 класса Е.С. Ярошкевич в рамках проводимой Межрайонной ИФНС России № 2 по г. Чите у ИП ФИО2 была назначена инвентаризация основных средств и иного движимого и недвижимого имущества, принадлежащего ФИО2. Целью данной инвентаризации была заявлена, среди прочего, выявление наличного имущества с целью выявления возможности последующего принятия обеспечительных мер.

Согласно пояснениям налогоплательщика, в рамках данной инвентаризации был составлена инвентаризационная опись, в которой нашли отражение стоимость имущества налогоплательщика, как движимого, так и недвижимого, которое в дальнейшем было арестовано налоговым органом (т. 3 л.д. 106-109).

Как было установлено в ходе судебного разбирательства, налоговым органом претензий по достоверности сведений, отраженных в инвентаризационной описи, которая была составлена по распоряжению инспекции в рамках выездной налоговой проверки, в рамках решения по выездной налоговой проверки не высказано.

Так же согласно представленных результатов оценки рыночной стоимости имущества, отраженная в инвентаризационной описи имущества стоимость, принципиально не отличается от установленной в ходе инвентаризации.

При таких обстоятельствах, не принимать во внимание стоимость имущества по данным бухгалтерского учета, у налогового органа оснований не было, однако, инспекция пренебрегла данной инвентаризационной описью в части определения стоимости недвижимого имущества.

При этом, налоговый орган, в оспариваемом решении в графе стоимость арестованного имущества по данным бухгалтерского учета, указал не стоимость по данным бухгалтерского учета, а действительную инвентаризационную стоимость, а в ряде случаев – стоимость приобретения данного имущества, со ссылкой на то, что это, по мнению инспекции,   кадастровая стоимость.

Однако, из представленных в дело налогоплательщиком кадастровых паспортов, следует, что стоимость, установленная налоговым органом, не соответствует кадастровой стоимости. Кроме того, налоговым органом в судебном заседании от 27.12.2016 представлены запросы, из которых так же не следует, что инспекция запрашивала именно кадастровую стоимость данного имущества. При таких обстоятельствах, стоимость недвижимого имущества, определена налоговым органом в оспариваемом решении не правильно. Данное нарушение приводит к неверному определению объема подлежащего аресту имущества и необоснованному аресту имущества, которое не должно быть арестовано исходя из порядка очередности ареста имущества, предусмотренного п. 10 ст. 101 НК РФ.

Налоговый орган, по существу согласившись с данным обстоятельством, в ходе судебного разбирательства представил решение №16-45/10 от 26.12.16 г. о внесении изменений в решение №16-45/1 от 30.05.2016, в котором указал на арест недвижимого имущества по его кадастровой стоимости. Возможность подобных уточнений, по мнению инспекции, регламентирован п. 44 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30 июля 2013 г. N 57 "О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации, а так же то, что права плательщика это не нарушает.

Оценивая данные доводы, суд приходит к следующему. Действительно, оценивая оспариваемое решение с точки зрения сумм и объема арестованного имущества, можно сделать вывод, что налоговый орган увеличил стоимость арестованного имущества исходя из его кадастровой стоимости, что привело к уменьшению объема ареста счета налогоплательщика.

Вместе с тем, кадастровая стоимость земельных участков и отдельных объектов недвижимого имущества устанавливается для целей налогообложения и в иных, предусмотренных федеральными законами случаях, а именно: пункт 5 статьи 65 Земельного кодекса Российской Федерации, статьи 375, 390, 402 Налогового кодекса Российской Федерации, глава III.1 Федерального закона от 29 июля 1998 года N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" (п. 1 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2015 г. N 28 "О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении судами дел об оспаривании результатов определения кадастровой стоимости объектов недвижимости").

Пункт 10 ст. 101 НК РФ не предусматривает использование при аресте имущества налогоплательщика кадастровой стоимости данного имущества, наоборот, данный пункт прямо указывает на необходимость использования именно стоимости имущества, которая устанавливается по данным бухгалтерского учета.

Таким образом, кадастровая стоимость не может быть учтена для определения стоимости имущества в целях наложения на него ареста, и в этом смысле налоговым органом безусловно нарушены права налогоплательщика, так как использование иной, нежели предусмотрено Налоговым Кодексом РФ стоимости, привело к излишнему аресту имущества, что свидетельствует о необоснованном вмешательства инспекции в право частной собственности предпринимателя.

Так, из анализа положений п. 10 ст. 101 НК РФ, следует, что процедура принятия обеспечительных мер состоит из взаимосвязанных этапов, реализация одного из которых (запрет на отчуждение (передачу в залог) имущества) предопределяет возможность осуществления последующего (приостановление операций по счетам в банке). Налоговый орган может приостановить операции по счетам в банке только после наложения запретов на отчуждение иного имущества налогоплательщика, указанного в пункте 10 статьи 101 Налогового кодекса Российской Федерации. Таким образом, при принятии обеспечительных мер налоговым органом должна быть соблюдена последовательность применения обеспечительных мер, предусмотренная пунктом 10 статьи 101 Налогового кодекса      Российской Федерации. Для соблюдения последовательности наложения обеспечительных мер при наличии в бухгалтерском учете налогоплательщика сведений об основных средствах и ином имущества налоговый орган должен проверить соответствующие данные учета и применить обеспечительные меры в отношении выявленного имущества. В случае выявления налоговым органом имущества, стоимость которого недостаточна для обеспечения возможности исполнения всего решения, налоговый орган после наложения запрета на отчуждение имущества может приостановить операции по счету налогоплательщика на сумму разницы между общей суммой задолженности, доначисленной по итогам выездной проверки, и стоимостью выявленного имущества, на которое наложен запрет на отчуждение (передачу в залог).

Суд отмечает, что изложение решения инспекции в новой редакции не привело к восстановлению прав налогоплательщика, а использование инвентаризационной стоимости либо кадастровой стоимости вместо стоимости имущества по данным бухгалтерского учета приводит к нарушению очередности наложения обеспечительных мер, что свидетельствует о незаконности принятого имущества.

При этом, ссылки на решение, принятое по результатам выездной налоговой проверки, как на основание для принятия обеспечительных мер так же не могут быть учтены, ввиду того, что налогоплательщик выражает несогласие с данным ненормативным актом налогового органа путем обжалования в судебном порядке, его действие приостановлено определением Арбитражного суда Забайкальского края о принятии обеспечительных мер.

Исходя из изложенного, обстоятельства, указанные налоговым органом в качестве основания для принятия оспариваемого решения не подтверждают необходимость принятия обеспечительных мер, ввиду того, что налоговым органом не доказано, что непринятия данного решения может затруднить или сделать невозможным исполнение решения инспекции, принятое по результатам выездной налоговой проверки.»

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу, что налоговым органом не была доказана обоснованность и правомерность вынесения оспариваемого решения Межрайонной ИФНС России №2 по г. Чите №16-45/1 от 30.05.16 г. «о принятии обеспечительных мер» в редакции решений Межрайонной ИФНС России №2 по г. Чите №16-45/9 от 28.11.2016 г. и №16-45/10 от 26.12.2016 г.

Апелляционный суд по результатам исследования материалов дела не может согласиться с выводами суда первой инстанции в связи со следующим.

В соответствии с п. 10 ст. 101 НК РФ после вынесения решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения руководитель (заместитель руководителя) налогового органа вправе принять обеспечительные меры, направленные на обеспечение возможности исполнения указанного решения, если есть достаточные основания полагать, что непринятие этих мер может затруднить или сделать невозможным в дальнейшем исполнение такого решения и (или) взыскание недоимки, пеней и штрафов, указанных в решении.

Апелляционный суд полагает, что указанная формулировка в законе свидетельствует о том, что для принятия обеспечительных мер достаточно обоснованного предположения о возможности последующей невозможности или затруднительности исполнения решения налогового органа по выездной проверке, то есть, не требуется того, чтобы было однозначно доказано, что уже предпринимаются меры по реализации имеющегося имущества.

Из указанной нормы закона, по мнению апелляционного суда, вообще не следует, что основаниями для принятия обеспечительных мер является наличие у налогоплательщика умысла на сокрытие имущества. Это могут быть любые обстоятельства, как связанные с действиями налогоплательщика, так и не связанные с ними, ставящие под угрозу возможность последующего исполнения решения по выездной проверке и взыскание задолженности, поскольку обеспечительные меры – это срочные оперативные действия по защите публичных интересов.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, налоговый орган располагал сведениями, что было реализовано дорогостоящее имущество, как указал и суд первой инстанции, и указывает предприниматель, которое составляло около 10% принадлежащего предпринимателю имущества, что, по мнению апелляционного суда, является значительной долей с позиций наличия оснований для применения обеспечительных мер.

Наличие сведений о смене места регистрации также дает основания разумно полагать, что если лицо, пользуясь своим правом на свободу выбора места жительства и занятия предпринимательской деятельностью, собирается сменить место жительства и ведения предпринимательской деятельности, то оно может продать имущество для приобретения иного имущества по новому месту жительства и ведения предпринимательской деятельности. 

Апелляционный суд исходит из того, что налоговый орган, принимая обеспечительные меры, оценивает фактически имеющуюся ситуацию по движению активов, поэтому никакой прямой связи с тем, когда было реализовано имущество – до назначения проверки, до вручения акта, до вынесения решения, не имеется. При ином подходе будут создаваться преимущества для недобросовестных налогоплательщиков, которые, зная о своих нарушениях, до назначения проверки «избавятся» от активов.

При этом не имеет значения с какой целью и по каким причинам происходит реализация имущества (для покрытия иных долгов, для поездки на отдых или лечение и т.п.), добросовестно или недобросовестно действует налогоплательщик, главное, что имущественная сфера уменьшается. В связи с этим апелляционный суд отклоняет доводы предпринимателя и выводы суда первой инстанции о том, что реализация имущества имела место с разумной деловой целью, как не имеющие правового значения в рассматриваемом контексте.

Таким образом, апелляционный суд полагает, что у налогового органа имелись достаточные основания полагать, что непринятие обеспечительных мер может затруднить или сделать невозможным в дальнейшем исполнение такого решения и (или) взыскание недоимки, пеней и штрафов.

Относительно оценки имущества апелляционный суд полагает следующее.

Согласно п.10 ст.101 НК РФ при наложении запрета на отчуждение (передачу в залог) имущества налогоплательщика без согласия налогового органа запрет на отчуждение (передачу в залог) имущества каждой последующей группы применяется в случае, если совокупная стоимость имущества из предыдущих групп, определяемая по данным бухгалтерского учета, меньше общей суммы недоимки, пеней и штрафов, подлежащей уплате на основании решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Таким образом, из закона следует, что стоимость имущества определяется по данным бухгалтерского учета.

Согласно материалам дела, пояснениям сторон, предприниматель бухгалтерский учет не вел.

На основании распоряжения от 15.07.2015г. №16-52/8 была произведена инвентаризация.

Согласно инвентаризационной описи основных средств №6 от 16.07.2015г. (т.3 л.д.106-109) определен перечень имеющегося у предпринимателя имущества, его количество и стоимость. При этом в состав комиссии входил сам предприниматель, который каких-либо претензий к инвентаризации не имел, подписал данную опись без замечаний.

Следовательно, налоговый орган был вправе при принятии обеспечительных мер исходить из тех сведений, которые у него имелись, с которыми сам предприниматель был согласен.

То же касается и стоимости объектов недвижимости и земельных участков, которая была определена по имеющимся у налогового органа сведениям Росреестра (т.3 л.д.110-115), предоставленных по запросу налогового органа от 15.02.2016г.

Таким образом, решение налогового органа на момент его приобретения соответствовало закону и являлось обоснованным, принятым по имеющимся у налогового органа сведениям.

Доводы предпринимателя о том, что налоговый орган не предпринял мер по установлению действительной стоимости имущества, отклоняются в связи с указанным, поскольку налоговый орган провел инвентаризацию, получил сведения из Росреестра и действовал в соответствии с полученными сведениями.

Доводы стороны предпринимателя о том, что арест мог быть наложен на предметы интерьера и иное имущество отклоняются, как документально не подтвержденные.

Доводы предпринимателя и выводы суда первой инстанции со ссылкой на рыночную и кадастровую стоимость имущества, отклоняются апелляционным судом в связи со следующим.

Согласно абз.2 п.10 ст.101 НК РФ руководитель (заместитель руководителя) налогового органа вправе принять решение об отмене обеспечительных мер или решение о замене обеспечительных мер в случаях, предусмотренных настоящим пунктом и пунктом 11 настоящей статьи. Решение об отмене (замене) обеспечительных мер вступает в силу со дня его вынесения.

Таким образом, налоговый орган принимает решение о принятии обеспечительных мер, исходя из тех сведений, которыми располагает на момент его принятия, а налогоплательщик вправе обратиться к руководителю (заместителю руководителя) налогового органа с заявлением об отмене или изменении обеспечительных мер полностью или в части, как и налоговый орган при получении новых сведений, реализуя свои полномочия, может внести изменения в решение.

Последующее изменение решения по результатам проверки привело к корректировке решения по обеспечительным мерам, как и полученные новые сведения, в том числе, в ходе рассмотрения настоящего дела, также привело к корректировке решения. Таким образом, решение о принятии обеспечительных мер существует уже только в редакции последующих решений. На настоящий момент оно соответствует имеющимся сведениям о стоимости имущества и прав предпринимателя не нарушает.

Апелляционный суд отмечает, что само по себе обеспечение исполнения решения в виде запрета распоряжаться имуществом без согласия налогового органа не изменяет юридической судьбы имущества, ограничивает только правомочие собственника по распоряжению имуществом, то есть, право собственности в титуле владения и использования не затрагивает, а ограничение распоряжения направлено на соблюдение баланса частных и публичных интересов.

С учетом указанного апелляционный суд доводы сторон относительно осуществления деятельности ООО «Кедр» в спорных помещениях не принимает.

Таким образом, апелляционный суд приходит к выводу, что решение налогового органа соответствовало закону как на момент его принятия, так и при внесении в него последующих изменений. Оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции находит основания для удовлетворения апелляционной жалобы, и наличии оснований для отмены решения суда первой инстанции по ч.2 ст.270 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Забайкальского края от 11 января 2017 года по делу №А78-12484/2016 отменить, принять по делу новый судебный акт.

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение двух месяцев с даты принятия через арбитражный суд первой инстанции.

ПредседательствующийЕ.О.Никифорюк

Судьи В.А.Сидоренко

Э.В.Ткаченко