СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, 

<

...> e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 № 17АП-1240/2022(34)-АК

Дело № А50-21369/2021

04 февраля 2026 года

г. Пермь

Резолютивная часть постановления объявлена 26 января 2026 года. Постановление в полном объеме изготовлено 04 февраля 2026 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Иксановой Э.С., судей Плаховой Т.Ю., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудио- и видеозаписи секретарем судебного заседания Охотниковой О.И.,

при участии:

от общества с ограниченной ответственностью «Органик» (ООО «Органик»): ФИО1 (паспорт, доверенность от 24.03.2025),

от общества с ограниченной ответственностью «Профнефть» (ООО «Профнефть»): ФИО2 (удостоверение адвоката, доверенность от 24.07.2025),

от уполномоченного органа – Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю (УФНС по Пермскому краю): ФИО3 (служебное удостоверение, доверенность от 12.09.2025),

от конкурсного управляющего ФИО4: ФИО5 (паспорт, доверенность от 03.10.2025),

от иных лиц, участвующих в деле: не явились

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Органик» на определение Арбитражного суда Пермского края

от 20 октября 2025 года

о признании недействительным соглашения от 17.12.2021 об урегулировании обязательств, возникших в связи с прекращением (расторжением) договора лизинга № 008/20Б-ЛФ 25.03.2020, заключенного между должником

(лизингополучатель) и ООО «Органика» (новый лизингодатель), применить последствия недействительности сделки,

вынесенное в рамках дела № А50-21369/2021

о признании общества с ограниченной ответственностью «ТехноГрад» (ООО «ТехноГрад», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО6,

установил:

определением Арбитражного суда Пермского края от 26.10.2021 принято к производству заявление ООО «Профнефть» о признании ООО «ТехноГрад» (далее также – должник) несостоятельным (банкротом).

Определением от 19.01.2022 (резолютивная часть от 12.01.2022) заявление ООО «Профнефть» о признании должника банкротом признано необоснованным и оставлено без рассмотрения.

11.10.2021 в арбитражный суд поступило заявление АО «Держава-М» о признании должника банкротом, которое в силу ст. 48 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) является заявлением о вступлении в дело о банкротстве.

Постановлением Семнадцатого Арбитражного Апелляционного суда от 15.02.2022 определение Арбитражного суда Пермского края от 19.01.2022 отменено в части оставления заявления ООО «Профнефть» о признании должника банкротом без рассмотрения, заявление направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Пермского края.

Определением от 04.02.2022 заявление ООО «Профнефть» о признании должника банкротом принято к производству.

Определением от 19.05.2022 (резолютивная часть от 12.05.2022) признано обоснованным заявление АО «Держава-М» о признании должника банкротом, в отношении должника введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО7, член Ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 93(7294) от 28.05.2022.

Решением от 10.02.2023 (резолютивная часть от 03.02.2023) должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника утвержден ФИО7

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 31(7476) от 18.02.2023.

Определением от 23.06.2023 (резолютивная часть от 19.06.2023) ФИО7 освобожден от обязанностей конкурсного управляющего должника, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4 (далее – конкурсный управляющий), член Ассоциации арбитражных управляющих

«Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса» (ААУ «ЦФОП АПК»).

05.02.2024 конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным соглашения от 17.12.2021 об урегулировании обязательств, возникших в связи с прекращением (расторжением) договора лизинга № 008/20Б-ЛФ 25.03.2020, заключенного между должником (лизингополучатель) и ООО «Органик» (новый лизингодатель), применении последствий недействительности сделки.

Определением от 04.04.2024 (резолютивная часть от 21.03.2024) в порядке ст. 51 АПК РФ к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО6

ООО «Органик» в материалы дела представлен договор уступки прав (требований) и обязанностей от 30.11.2021, заключенный между АО «Региональная лизинговая компания Республики Башкортостан», ООО «Органика» и должником, а также отчет об оценке № ОКА1818089/МИО от 23.11.2021 установки асфальтосмесительной КДМ 2067, заводской № 2004016; битум хранилища 40 куб. м. (6x40) УДС 241.23.00.000 с мешалками ПБВ (УДС 191.01.24.000), 2020 г.в., зав. № 2799; битум хранилища 40 куб. м (6x40) УДС 241.23.00.000, 2020 г.в., зав. № 813; битум хранилища 40 куб.м. (6x40) УДС 241.22.00.000, 2020 г.в., зав. № 812, проведенный ООО «Оценка.Консалтинг.Аудит».

Согласно данному отчету рыночная стоимость объектов оценки по состоянию на 20.11.2021 для целей совершения сделки купли-продажи составляет 47 064 000 руб. с учетом НДС или же 42 400 000 руб. без учета НДС.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 20.09.2024 (резолютивная часть от 11.09.2024) по обособленному спору назначена судебная оценочная экспертиза, производство которой поручено эксперту Автономной некоммерческой организации Высшего образования «Приволжский университет научно - экспертных исследований» (АНО ВО «ПУНЭИ») ФИО8. На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы: 1. Является ли установка асфальтосмесительная под маркой/обозначением СДС 2067 идентичной установке асфальтосмесительной КДМ 2067 согласно договору лизинга № 008/20Б-ЛФ от 25.03.2020? 2. Какова рыночная стоимость установки асфальтосмесительной КДМ2067 на 20.11.2021? Производство по обособленному спору приостановлено до окончания производства судебной экспертизы.

20.03.2025 АНО ВО «ПУНЭИ» представлено заключение эксперта № С-720/24 от 19.03.2025, согласно которому рыночная стоимость асфальтосмесительной установки КДМ 2067 по состоянию на 20.11.2021 составляет 64 819 000 руб.

Впоследствии, ответчиком представлен акт осмотра имущества от

20.12.2021, из содержания которого следует, что на дату, указанную в акте, асфальтосмесительная установка КДМ 2067 имела ряд недостатков (дефектов), требующих затрат на проведение ремонта.

05.05.2025 конкурсным управляющим заявлены уточнения требований: просил признать недействительным соглашение от 17.12.2021 об урегулировании обязательств, возникших в связи с прекращением (расторжением) договора лизинга № 008/20Б-ЛФ 25.03.2020, заключенного между должником (лизингополучатель) и ООО «Органик» (новый лизингодатель), применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Органик» в пользу должника 17 755 000 руб.

Уточнение требований принято судом в порядке ст. 49 АПК РФ.

Определением от 13.05.2025 (резолютивная от 06.05.2025) производство по заявлению конкурсного управляющего о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки возобновлено; в судебное заседание для дачи пояснений вызван эксперт. По ходатайству представителя ответчика к материалам дела приобщена рецензия: заключение специалиста № 1101-25 от 28.04.2025 ООО «Бюро экспертизы и оценки» (по заявлению ООО «Органик» о проведении рецензирования заключения № С-720/24 от 19.03.2025), выполненное экспертом АНО ВО «ПУНЭИ» ФИО8

В судебном заседании 17.06.2025 эксперт ФИО8 дал пояснения на поставленные вопросы (участие онлайн); выводы, изложенные в экспертном заключении, поддержал.

Представитель ответчика ходатайствовал о назначении повторной судебной экспертизы об определении рыночной стоимости установки асфальтосмесительной КДМ2067.

Ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы судом первой инстанции было рассмотрено и отклонено.

Определением от 07.07.2025 (резолютивная часть от 23.06.2025) назначена дополнительная судебная оценочная экспертиза, производство которой поручено эксперту АНО ВО «ПУНЭИ» ФИО8

Конкурсным управляющим 28.07.2025 направлено заявление о фальсификации доказательств, просил: 1. Признать оригинал акта осмотра от 20.12.2021, представленный ООО «Органик» сфальсифицированным. 2.Назначить по делу экспертизу по установлению срока давности изготовления документа. 3. Проведение судебной оценочной экспертизы поручить экспертам ООО «Эксперт-Р» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) ФИО9, ФИО10, ФИО11. 4. На разрешение экспертов поставить следующие вопросы: 1) Соответствует ли дата, указанная на бланке акта приема - передачи от 20.12.2021 реальному периоду его подписания, периоду изготовления документа? 2) В какой период времени были поставлены подписи сторон на акте от 20.12.2021 (представителя лизингодателя – ФИО12, директора должника ФИО6)?

Заявление о фальсификации акта приема-передачи от 20.12.2021 было разрешено судом первой инстанции в порядке ст. 161 АПК РФ, в результате проверки суд не усмотрел правовых оснований для исключения подлинника акта приема-передачи от 20.12.2021 из числа доказательств по делу.

09.09.2025 в арбитражный суд поступило заключение эксперта № С-936/25 от 29.08.2025, подготовленное по результатам дополнительной экспертизы.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 20.10.2025 заявленные требования удовлетворены в части. Признано недействительным соглашение от 17.12.2021 об урегулировании обязательств, возникших в связи с прекращением (расторжением) договора лизинга № 008/20Б-ЛФ 25.03.2020, заключенного между должником (лизингополучатель) и ООО «Органик» (новый лизингодатель). Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Органик» в пользу должника 16 081 000 руб.

При этом судом первой инстанции в резолютивной части обжалуемого определения ошибочно указано наименование ООО «Органика» вместо необходимого – ООО «Органик».

ООО «Органик», не согласившись с вынесенным определением, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказать.

В обоснование апелляционной жалобы ссылается на то, что:

1. Конкурсный управляющий не имел права обращаться в суд с указанным требованием, а выбранный им способ восстановления прав и законных интересов должника является ненадлежащим. Оспариваемое соглашение является по существу соглашением о расторжении договора лизинга и о соотношении взаимных предоставлений сторон по договору лизинга до момента их расторжения (сальдо встречных обязательств) и определением завершающей обязанности одной стороны в отношении другой стороны, следовательно, заявленное требование является требованием о признании недействительным соглашения о расторжении договора лизинга и соглашения о соотношении взаимных предоставлений сторон по договору лизинга (сальдо встречных обязательств). Требований о признании недействительным какого-либо пункта оспариваемого соглашения не заявлено. Само по себе осуществление расчета сальдо и определение завершающей обязанности по договору лизинга, вне зависимости от результатов такого расчета, наличия либо отсутствия неосновательного обогащения на стороне лизингодателя, совершение действий лизингодателя по расторжению и изъятию предмета лизинга не является основанием для принятия решения о наличии признаков недействительности сделок, предусмотренных ст. 61.2 Закона о банкротстве, потому как эти действия не подлежат оспариванию по ст. 61.2 Закона о банкротстве. Законом предусмотрен специальный порядок защиты прав лизингополучателя, в том числе находящегося в процедуре банкротства, посредством определения сальдо встречных обязательств сторон такого договора, который на основании п. 35 Обзора судебной практики по спорам,

связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утр. Президиумом ВС РФ 27.10.2021, и при не согласии лизингополучателя с размером такого сальдо, может быть основанием для обращения конкурсного управляющего в суд с требованием о взыскании завершающей договорной обязанности в исковом порядке вне рамок дела о банкротстве. Других доводов о том, что обжалуемое соглашение ущемляет права должника или его кредиторов на получение сальдо встречного предоставления управляющим не заявлено. Установление сальдо встречных обязательств не входит в предмет настоящего спора об оспаривании сделки. Управляющий выбрал неверный способ защиты права, так как рассмотрение вопроса о взыскании с ответчика денежных средств в контексте заявленных управляющим требований о признании Соглашения недействительным является нарушением порядка, установленного законодательством для рассмотрения и взыскания таких денежных средств; надлежащий способ защиты – обращение в суд в общеисковом порядке вне рамок дела о банкротстве.

2. Заключение судебной оценочной экспертизы № С-720/24 от 19.03.2025 и дополнительное судебное заключение № С-936/25 от 29.08.2025 являются ненадлежащими доказательствами.

Согласно п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее – Постановление № 17) стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу ст. 699 Гражданского кодекса РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю), в связи с чем на разрешение эксперта должен был быть поставлен вопрос об определении рыночной стоимости возвращаемого предмета лизинга на момент его передачи должником обществу «Органик» (такая передача состоялась 20.12.2021). Дата 20.11.2021 не связывает стороны какой-либо сделкой, установление рыночной стоимости на эту дату не имеет правового эффекта. Дата оценки рыночной стоимости предмета лизинга установлена судом первой инстанции неверно. Указание судом 20.11.2021 не является опиской, так как конкурсный управляющий и кредитор ООО «ЦИТ» просили назначить экспертизу по состоянию на 17.12.2021, однако суд указал дату 20.11.2021. 07.07.2025, когда ответчик приобщил в материалы дела акт приема-передачи от 20.12.2021, суду стало достоверно известно, что возврат предмета лизинга состоялся 20.12.2021. Суд не ставил на обсуждение сторон вопрос о фактической дате возврата предмета лизинга до назначения экспертизы.

3. Согласно п. 14 Федерального стандарта оценки «Оценка стоимости машин и оборудования № 10», утв. Приказом Минэкономразвития России от 01.06.2015 № 328, при применении затратного подхода к оценке машин и оборудования оценщик должен был учесть особенности обесценения при разных условиях эксплуатации, максимально ориентируясь на рыночные данные. Согласно списку литературы к заключению № С-936/25 от 29.08.2025

эксперт использовал справочник оценщика машин и оборудования – 2019. Корректирующие коэффициенты и характеристики рынка машин и оборудования (ред. ФИО13), согласно которому должен был учесть коэффициенты: скидку на переход на вторичный рынок, скидку на торг, однако эксперт их не применил; обязательность использования данных коэффициентов подтверждена заключениями специалистов № 1101-115 от 28.04.2025, № 25265 от 30.09.2025, лингвистическим исследованием специалиста ФИО14 Указание экспертом ФИО8 (стр. 68 заключения) на то, что ООО «Органик» является правопреемником АО «Региональная лизинговая компания Республики Башкортостан» является неверным, не соответствует сложившимся правоотношениям; договор уступки прав требований и обязанностей № 1 от 30.11.2021 является смешанным, содержащим в себе элементы договора купли-продажи с учетом его содержания АО «Региональная лизинговая компания Республики Башкортостан» передало право собственности на предмет лизинга обществу «Органик», следовательно, необходима была корректировка для перехода на вторичный рынок. Тот факт, что ответчик оставил предмет лизинга за собой не имеет значения. Таким образом, отсутствие данной корректировки привело к существенному завышению итогового результата оценки по сравнению с типичными ценами сделок на бывшее в употреблении оборудование. Эксперт приводит разные обоснования отказа от применения данного коэффициента. Эксперт необоснованно при определении рыночной стоимости предмета лизинга не учел стоимость демонтажа и перевозки оборудования, поскольку в соответствии с п. 6.1 договора купли-продажи № 008/20Б-К1 от 02.04.2020 данные затраты входят в стоимость товара, данный договор был предоставлен эксперту.

4. Заключение дополнительной судебной оценочной экспертизы № С-936/25 от 29.08.2025 имеет следующие неустранимые несоответствия и недостатки:

- на странице 67 экспертом используется справочник под редакцией ФИО15, который отсутствует в списке используемых нормативных актов и литературы;

- на странице 67 экспертом используется справочник от 2015 года под редакцией ФИО13, который отсутствует в списке используемых нормативных актов и литературы;

- на странице 87 экспертом используется источник информации (авторы ФИО16, ФИО17), который отсутствует в списке используемых нормативных актов и литературы;

- на странице 88 экспертом используются данные из методических материалов МИПК РЭА им. Г.В. Плеханова, то есть источника, который отсутствует в списке используемых нормативных актов и литературы;

- на странице 89 экспертом используется источник информации (авторы ФИО18, ФИО19, ФИО18), который отсутствует в списке

используемых нормативных актов и литературы;

- на странице 90 экспертом используется источник информации (автор ФИО18), который отсутствует в списке используемых нормативных актов и литературы;

- на странице 91 экспертом используется источник (методология и руководство по применению оценки бизнеса и/или активов ОАО РАО «ЕЭС России»), который отсутствует в списке используемых нормативных актов и литературы;

- на странице 93 экспертом используется источник (авторы ФИО20 Рослое и прочие), который отсутствует в списке используемых нормативных актов и литературы;

- на странице 95 экспертом используется источник (авторы ФИО20 ФИО21 и прочие), который отсутствует в списке используемых нормативных актов и литературы;

- на странице 96 экспертом используется источник (РД 37.009.015-98), который отсутствует в списке используемых нормативных актов и литературы.

Заключение судебной оценочной экспертизы № С-720/24 от 19.03.2025 года также имеет следующие неустранимые несоответствия и недостатки:

- в списке используемых нормативных актов и литературы под пунктами №№ 5-9 экспертом используются федеральные стандарты, который были приняты только в 2022 году, тогда как датой определения рыночной стоимости являлось 20.11.2021;

- в списке используемых нормативных актов и литературы под пунктом № 10 экспертом используются федеральный стандарт, который не существует в Российской Федерации. Минэкономразвитие России не принимало Приказ от 01.06.2022 № 328, которым утвердило ФСО № 10;

- в списке используемых нормативных актов и литературы под пунктом № 17 экспертом используются справочник от 2023 года под редакцией ФИО13, тогда как датой определения рыночной стоимости являлось 20.11.2021;

- на странице 64 экспертом используется источник (авторы ФИО20 ФИО21 и прочие), который отсутствует в списке используемых нормативных актов и литературы.

5. Суд необоснованно отклонил ходатайство ответчика о проведении повторной судебной экспертизы. Наличие в предоставленных посредством судебных экспертиз заключениях подтверждено заключениями специалистов № 1101-115 от 28.04.2025, № 25265 от 30.09.2025.

В письменных дополнениях к апелляционной жалобе, поступивших 14.01.2026, ООО «Органик» указало на то, что необходимость использования скидки на переход на вторичный рынок при затратном подходе подтверждается также статьей к.э.н. ФИО22, размещенной на официальном сайте Института экономики и управления (факультет Удмуртского государственного университета).

ООО «Профнефть» в отзыве на апелляционную жалобу просит определение изменить, применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Органик» в пользу должника 17 755 000 руб., в остальной части оставить определение без изменения. Указывает, что Соглашение обоснованно признано недействительным. Ходатайство о фальсификации подлежит удовлетворению, размер последствий недействительности сделки должен быть определен с учетом результата заключения эксперта № С-720/24 от 19.03.2025 в сумме 17 755 000 руб., исходя из расчета: (12 461 560,50 + 64 819 000) – (49 864 125 + 4 500 066,51 + 744 333,05 + 2 890 000 + 326 035) = 18 956 000 – 1 201 000 (уплаченная должнику стоимость в счет исполнения обязательств по оспариваемому соглашению) = 17 755 000 руб.

Конкурсный управляющий должника в отзыве на апелляционную жалобу просит определение изменить, применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Органик» в пользу должника 17 755 000 руб.

Прокуратура Пермского края в отзыве на апелляционную жалобу просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В апелляционной жалобе ООО «Органик» заявило ходатайство о назначении повторной судебной оценочной экспертизы в АНО «Департамент судебных экспертиз» с постановкой вопроса об определении рыночной стоимости установки асфальтосмесительной КДМ2067 на 20.12.2017 с учетом акта приема-передачи от 20.12.2021 между ООО «Органик» и должником.

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий выразил возражения относительно удовлетворения данного ходатайства.

В судебном заседании представители ООО «Профнефть», конкурсного управляющего, уполномоченного органа возражали против удовлетворения заявленного ходатайства.

Ходатайство ООО «Органик» о назначении повторной судебной оценочной экспертизы рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке ст. 159 АПК РФ и в его удовлетворении отказано на основании следующего.

В соответствии с ч. 3 ст. 268 АПК РФ при рассмотрении дела в арбитражном суде апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявлять ходатайство о проведении экспертизы, в удовлетворении которых им было отказано судом первой инстанции. Суд апелляционной инстанции не вправе отказать в удовлетворении указанных ходатайств на том основании, что они не были удовлетворены судом первой инстанции.

Согласно ч. 2 ст. 87 АПК РФ в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

В силу п. 5 постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 N 23 "О

некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" ходатайство о проведении экспертизы в суде апелляционной инстанции рассматривается судом с учетом положений частей 2 и 3 статьи 268 АПК РФ, согласно которым дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него (в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство о назначении экспертизы), и суд признает эти причины уважительными.

На основании п. 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» к числу уважительных причин, в частности, относятся: необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, о назначении экспертизы.

В обоснование ходатайства о проведении повторной судебной экспертизы в апелляционной инстанции ООО «Органик» указал на недостатки в заключениях эксперта, представленных по результатам назначенной судом первоначальной и дополнительной экспертиз, ссылаясь на заключения специалистов № 1101-115 от 28.04.2025 и № 25265 от 30.09.2025 (рецензия); на необоснованное отклонение судом первой инстанции его ходатайства о назначении повторной экспертизы.

Из материалов дела следует, что 17.06.2025 в судебном заседании суда первой инстанции представитель ООО «Органик» заявил ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы. Разрешение ходатайства было отложено. В последующем, определением от 07.07.2025 (резолютивная часть от 30.06.2025) суд первой инстанции назначил дополнительную судебную оценочную экспертизу в связи с недостаточной ясностью или неполнотой заключения эксперта № С-720/24 от 19.03.2025 (ч. 1 ст. 87 АПК РФ) и отказал в удовлетворении ходатайства ответчика о назначении повторной судебной экспертизы.

Между тем, к моменту заявления ответчиком ходатайства в суде первой инстанции о назначении повторной судебной экспертизы дополнительная экспертиза еще не была назначена судом первой инстанции и заключение эксперта № С-936/25 от 29.08.2025, подготовленное по результатам дополнительной экспертизы, поступило в суд первой инстанции лишь 09.09.2025.

Таким образом, разрешая ходатайство ответчика о проведении повторной экспертизы, суд в его удовлетворении отказал, счел необходимым назначить вместо повторной, которая назначается в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта, дополнительную экспертизу, назначаемую в случае недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта.

Следовательно, при заявлении ходатайства о назначении повторной экспертизы в суде апелляционной инстанции и при разрешении данного ходатайства апелляционным судом не могут быть учтены доводы ответчика относительно необоснованности заключения № С-936/25 от 29.08.2025, подготовленного по результатам дополнительной экспертизы. Данные доводы подлежат рассмотрению в общем порядке как доводы апелляционной жалобы.

При этом, в соответствии с конституционными принципами самостоятельности судебной власти и справедливого, независимого, объективного и беспристрастного правосудия и в целях обеспечения надлежащей судебной защиты прав и свобод правосудия и в целях обеспечения надлежащей судебной защиты прав и свобод законодатель установил в ст. 71 АПК РФ правило, согласно которому арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достоверность и взаимную связь доказательств в их совокупности; каждое доказательств подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами; никакие доказательства не имеют для арбитражного суда установленной силы.

Таким образом, посчитав на основании ст. 71 АПК РФ, что недостатки заключения № С-720/24 от 19.03.2025 возможно устранить посредством назначения дополнительной, а не повторной экспертизы, суд первой инстанции, по мнению суда апелляционной инстанции, обоснованно назначил дополнительную экспертизу.

Кроме того, ранее в судебном заседании был допрошен эксперт, выполнивший экспертизы и составивший оба заключения: № С-720/24 от 19.03.2025 и № С-936/25 от 29.08.2025, который, в последующем также представил письменные пояснения по заявленным ответчиком доводам относительно недостатков заключения № С-720/24 от 19.03.2025.

Представленные ответчиком выше поименованные заключения специалистов были оценены судом первой инстанции в порядке ст. 71 АПК РФ наряду с другими доказательствами, в том числе заключениями № С-720/24 от 19.03.2025 и № С-936/25 от 29.08.2025, показаниями и пояснениями эксперта, иными представленными в материалы дела доказательствами.

Таким образом, представленных в материалы дела доказательств, в том числе собранных по результатам назначения судом экспертиз, оказалось достаточно для разрешения настоящего спора.

Рассматривая апелляционную жалобу ответчика, суд апелляционной инстанции пришел к аналогичным выводам.

В связи с чем, отклонение судом первой инстанции ходатайства о назначении повторной экспертизы признано правомерным, следовательно,

ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы на стадии апелляционного производства удовлетворению не подлежит.

В судебном заседании представитель ООО «Органик» доводы апелляционной жалобы поддерживает, просит определение отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель ООО «Профнефть» считает определение законным и обоснованным в части признания сделки недействительной, просит определение изменить в части размера примененных последствий недействительности сделки, в удовлетворении апелляционной жалобы – отказать.

Представитель конкурсного управляющего считает определение законным и обоснованным в части признания сделки недействительной, просит определение изменить в части размера примененных последствий недействительности сделки, в удовлетворении апелляционной жалобы – отказать.

Представитель уполномоченного органа считает определение законным и обоснованным, против доводов апелляционной жалобы возражает, просит оставить определение без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке ч. 3 ст. 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 25.03.2020 между ООО «Региональная лизинговая компания Республики Башкортостан» (лизингодатель) и должником (лизингополучатель) заключен договор лизинга № 008/20Б-ЛФ (далее – договор лизинга).

В силу п. 2.1. договора лизинга лизингодатель приобрел в собственность и передал лизингополучателю асфальтобетонную установку С-ДС-2067.

30.11.2021 между ООО «Региональная лизинговая компания Республики Башкортостан» (прежний лизингодатель), должником (лизингополучатель) и ООО «Органик» (новый лизингодатель) заключен договор уступки прав (требований) и обязанностей № 1 к договору лизинга № 008/20Б-ЛФ 25.03.2020.

03.12.2021 между ООО «Региональная лизинговая компания Республики Башкортостан» (прежний лизингодатель), должником (лизингополучатель) и ООО «Органик» (новый лизингодатель) составлен акт приема-передачи к договору цессии № 1 от 30.11.2021, согласно которому прежний лизингодатель ООО «Региональная лизинговая компания Республики Башкортостан» передал новому лизингодателю ООО «Органик» документы, подтверждающие права требования.

30.12.2021 между ООО «Региональная лизинговая компания Республики Башкортостан» (прежний лизингодатель), должником (лизингополучатель) и ООО «Органик» (новый лизингодатель) составлен акт приема-передачи к договору цессии № 1 от 30.11.2021, согласно которому прежний лизингодатель передал новому лизингодателю в собственность предмет лизинга.

Письмом № 11/18 от 06.12.2021 ООО «Органик» уведомило должника о расторжении договора лизинга № 008/20Б-ЛФ 25.03.2020.

17.12.2021 между должником (лизингополучатель) и ООО «Органик» (новый лизингодатель) заключено соглашение об урегулировании обязательств, возникших в связи с прекращением (расторжением) договора лизинга № 008/20Б-ЛФ 25.03.2020.

Согласно п. 3 Соглашения по состоянию на 15.12.2021 лизингополучателем уплачены лизинговые платежи в размере 12 461 560,50 руб.

Также, лизингополучателем был оплачен авансовый платеж в размере 4 500 066,51 коп.

В силу п. 4 Соглашения рыночная стоимость установки составляет 47.064.000 руб.

Всего должник уплатил как лизингополучатель 16 961 627,01 коп.

В соответствии с п. 6 Соглашения в соответствии с расчетом сальдо взаимных обязательств (приложение № 1 к соглашению), сумма, причитающаяся к оплате в пользу лизингополучателя (должника), составляет 1201 000,94 руб.

Ссылаясь на то, что при проверке исполнения договора об уступке прав по договору лизинга установлено, что имело место занижение рыночной стоимости предмета лизинга на момент передачи, что привело к убыткам на стороне должника; частичное возмещение уплаченных должником лизинговых платежей, установленных Соглашением не произведено, в связи с чем ,конкурсный управляющий пришел к выводу о наличии оснований для признания недействительной сделки на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве: сделка совершена после принятия арбитражным судом к производству заявления о признании должника банкротом, в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов должника, поскольку из конкурсной массы должника, обладающего на момент сделки признаками неплатежеспособности (по состоянию на 01.01.2019), выбыло имущество по заниженной стоимости) и имеющего неисполненные обязательства перед кредиторами, требования которых включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника, ООО «Органик» получило необоснованную выгоду в результате заключения сделки, зная, что в отношении должника принято к производству заявление о банкротстве, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным Соглашения от 17.12.2021. применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Органик»

денежных средств, составляющих полученную им необоснованную выгоду.

С учетом выводов, сделанных экспертом в заключении № С-720/24 от 19.03.2025 о рыночной стоимости имущества, являющегося предметом лизинга, по состоянию на 20.11.2021 в сумме 64 819 000 руб., тогда как рыночная стоимость данного имущества (асфальтосмесительной установки) согласно п. 4 Соглашения составляет 47.064 000 руб., конкурсный управляющий заявил о том, что занижение стоимости предмета лизинга повлекло занижение размера завершающего сальдо в пользу ответчика, Соглашение заключено с целью причинения вреда кредиторам должника (п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве) и с неравноценным встречным предоставлением (п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве), уточнив заявленные требования в части применения последствий недействительности сделки, прося взыскать с ООО «Органик» 17 755 000 руб.

Кроме того, в заявлении об уточнении требований управляющий сослался на ст. 10, 168, 170 ГК РФ без соответствующей мотивировки.

Далее, по результатам дополнительной экспертизы представлено заключение эксперта № С-936/25 от 29.08.2025, согласно которому рыночная стоимость предмета лизинга по состоянию на 20.11.2021 составляет 63 145 000 руб.

Удовлетворяя заявленные требования частично, суд первой инстанции признал недействительным Соглашение на основании п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, признав, что ООО «Органик» не является аффилированным по отношению к должнику лицом, однако был осведомлен о противоправной цели должника при совершении сделки, применил последствия недействительности сделки, взыскав с ООО «Органик» в пользу должника 16 081 000 руб. При этом, исходил из стоимости предмета лизинга, определенной заключением, по результатам повторной экспертизы № С-936/25 от 29.08.2025 в сумме 63 145 000 руб., в связи с которой произвел перерасчет необоснованной выгоды ответчика в результате совершения оспариваемой сделки.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзывов, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

В силу ст. 32 Закона о банкротстве и ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с п. 3 ст. 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

На основании п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Общим признаком сделок, которые возможно оспорить в рамках дела о банкротстве, является их направленность на уменьшение имущественной массы должника, в том числе посредством действий самого должника или иных лиц.

Согласно п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, необходимо установить, в какой период с момента принятия заявления о признании должника банкротом была заключена спорная сделка и имела ли место неравноценность встречного исполнения.

Согласно п. 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) в соответствии с абзацем первым п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Как разъяснено в п. 9 Постановления № 63 при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до

принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в п. 5 Постановления от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснил, что п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного постановления Высший Арбитражный Суд Российской Федерации указал, что согласно абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно п. 7 Постановления № 63 в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статьи 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или

обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Как следует из материалов дела, оспариваемое Соглашение заключено 17.12.2021, заявление о признании должника банкротом принято к производству арбитражного суда 26.10.2021, следовательно, оспариваемая сделка совершена после принятия к производству заявления о признании должника банкротом, то есть в период подозрительности, установленный п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, и для признания ее недействительной не требуется установление иных обстоятельств, определенных п. 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), в соответствии с разъяснениями п. 9 Постановления № 63.

Как следует из оспариваемого Соглашения, стороны в п. 4 согласовали стоимость спорной асфальтосмесительной установки в размере 47.064.000 руб.

С учетом данной стоимости стороны рассчитали и определили в п. 6 Соглашения сальдо взаимных обязательств (приложение № 1 к соглашению) в связи с совершением вышеприведенных сделок, предшествующих заключению Соглашения, в соответствии с расчетом которого, в пользу лизингополучателя (должника) подлежит уплате 1 201 000,94 руб.

Факт перечисления должнику обществом «Органик» 1 201 000,94 руб. сторонами, в том числе конкурсным управляющим должника не оспаривается.

Руководствуясь положениями п.3.3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», проанализировав доводы конкурсного управляющего, суд пришел к выводу, что фактически конкурсный управляющий, заявляя настоящие требования, оспаривает финансовый результат от расторжения договора лизинга № 008/20б-ЛФ от 25.03.2020 – пункты 4, 6 оспариваемого Соглашения.

В ходе рассмотрения спора судом назначена, а экспертом АНО ВО «ПУНЭИ» ФИО8 проведена оценочная экспертиза, дополнительная оценочная экспертиза.

По результатам дополнительной оценочной экспертизы, проведенной в целях устранения неясности и неполноты заключения № С-720/24 от 19.03.2025, суду представлено заключение № С-936/25 от 29.08.2025, в соответствии с которым рыночная стоимость спорной установки по состоянию на 20.11.2021 составляет 63 145 000 руб.

При этом, дополнительная экспертиза проведена с учетом акта осмотра от 20.12.2021, представленного в материалы дела ответчиком после проведения

первоначальной экспертизы. Из содержания данного акта следует, что по состоянию на 20.12.2021 спорная асфальтосмесительная установка имела ряд существенных недостатков (дефектов), требующих затрат на проведение ремонта.

Таким образом, доводы ответчика о наличии недостатков у спорной установки были учтены судом первой инстанции, экспертом – при определении рыночной стоимости установки, являющейся предметом лизинга.

Конкурсным управляющим 28.07.2025 в порядке ст. 161 АПК РФ было представлено заявление о фальсификации доказательств, в котором управляющий просил: 1. Признать оригинал акта осмотра от 20.12.2021, представленный ООО «Органик» сфальсифицированным. 2.Назначить по делу экспертизу по установлению срока давности изготовления документа. 3. Проведение судебной оценочной экспертизы поручить экспертам ООО «Эксперт-Р» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) ФИО9, ФИО10, ФИО11. 4. На разрешение экспертов поставить следующие вопросы: 1) Соответствует ли дата, указанная на бланке акта приема - передачи от 20.12.2021 реальному периоду его подписания, периоду изготовления документа? 2) В какой период времени были поставлены подписи сторон на акте от 20.12.2021 (представителя лизингодателя – ФИО12, директора должника ФИО6)?

В обоснование данного ходатайства управляющий указывал, что к акту осмотра от 20.12.2021 он относится критически, поскольку данный акт представлен уже после проведения судебной оценочной экспертизы; в материалах дела имеется акт приема-передачи предмета лизинга от 03.12.2021, подписав который ООО «Органик» согласилось с пунктами следующего содержания:

п. 4 «Цессионарий настоящим подтверждает, что до подписания настоящего Акта он произвел детальный осмотр Предмета лизинга и не обнаружил каких-либо дефектов (недостатков), препятствующих его использованию по назначению, также подтверждает, что Предмет лизинга находится в полной комплектации.

П. 5 «Цессионарий осведомлен о всех количественных и качественных предметах лизинга, претензий к техническому и внешнему состоянию, в котором находится Предмет лизинга, не имеет и не будет иметь в дальнейшем после подписания настоящего акта.

Таким образом, как указал управляющий, акт приема-передачи имущества от 03.12.2021 указывает на отсутствие каких-либо повреждений/дефектов, препятствующих использованию установки.

Как указал конкурсный управляющий, в акте осмотра от 20.12.2021 имеются фотографии с указанием даты – 20.11.2021 (то есть на дату осмотра 20.12.2021 фотофиксация отсутствовала). При этом, на фотографиях, представленных в акте, невозможно установить дефекты, поименованные в

нём. В акте от 20.12.2021, подписанным директором должника ФИО6 и директором ООО «Органик» ФИО12, сведения о том, что к осмотру привлекались технические специалисты, отсутствуют. Более того, на акте имеется только подпись указанных представителей сторон, акт оттисками печатей не заверен. В отчете об оценке № ОКА 1818089/МИО от 23.11.2021, представленном ответчиком ООО «Органик» (дата оценки 20.11.2021) также отсутствуют указания на дефекты (неисправности) асфальтосмесительной установки. В соответствии с указанным отчетом оборудование находится в хорошем состоянии и эксплуатируется, проведение ремонтных работ не требуется. В материалы дела ООО «Органик» были представлены документы, свидетельствующие о том, что асфальтосмесительная установка перевозилась ответчиком уже в период с 15.12.2021 по 29.12.2021, и на дату 20.12.2021 (реестр перевозки оборудования ранее представленный ООО «Органик») было совершено уже 9 рейсов по маршруту «Дебесы - Вовож». В своих пояснениях от 08.09.2025 ООО «Органик» указывает, что документ хранился в документах и не подписывался, а в 2025 г. был передан для подписания в суд. Следовательно, как считает конкурсный управляющий, акт от 20.12.2021 был подписан в 2025 году. В 2021 директором ООО «Органик» являлся ФИО12, а в 2025 году последний полномочия директора не осуществлял и никак не мог подписать указанный акт. В подтверждение факта осуществления ремонтных работ в соответствии с актом от 20.12.2021 были представлены сведения о закупке материалов за период с 2022-2023г. и лишь на сумму, превышающую 1 млн. руб. Вышеназванные обстоятельства, по мнению конкурсного управляющего, указывают на факт фальсификации акта от 20.12.2021.

Между тем, ответчиком было подтверждено, что акт, датированный 20.12.2021, фактически является восстановленным доказательством, подписанным в 2025 году, в связи с чем, конкурсный управляющий не стал настаивать на проведении экспертизы по сроку давности изготовления акта от 20.12.2021.

В ходе проверки заявления о фальсификации акта от 20.12.2021 в порядке ст. 161 АПК РФ из пояснений ООО «Органик» от 06.10.2025, материалов дела, судом установлено, что акт приема-передачи был подготовлен в декабре 2021 года с привлечением технического специалиста ООО «СДС» (который принимал участие в обследовании установки) и подписан в то же время руководителем должника, что подтвердил представитель бывшего директора должника ФИО6 в ходе судебного заседания. В момент непосредственной передачи ответчику установки асфальтосмесительной КДМ2067 от должника в с. Дебессы Удмуртской Республики, представитель АО «Региональная лизинговая компания республики Башкортостан» не присутствовал, так как АО считало подписание договора переуступки со своей стороны завершением всех своих обязательств. Данный документ имел цель определить техническое состояние установки, а также получить информацию

от должника об условиях эксплуатации и проведенных ремонтах, а не установить ее стоимость (акт имел для ООО «Органик» техническое значение с целью понимания затрат, необходимых для поддержания надлежащего технического состояния установки). В связи необходимостью установления в рамках дела № А50-21369/2021 технического состояния установки асфальтосмесительной КДМ2067 данный документ был представлен ответчиком в материалы дела. На момент подписания акта (2021 год) должник в лице руководителя признавал текущее техническое состояние установки асфальтосмесительной КДМ2067, о чем в акте была поставлена руководителем должника ФИО6 собственноручно подпись (таким образом, должник признал данный факт на тот момент). Также, ответчик не отрицает, что ООО «Органик» данный документ подписал в 2025 году, в связи с тем, что не рассчитывал на необходимость его представления в какие-либо инстанции и органы, так акт имел для ответчика лишь техническое значение (и хранился вместе с технической документацией), при этом ответчик признает содержание акта, подписав его в указанное время, и сообщает, что на момент подписания (признания) директором должника ФИО6 в 2021 году, он соответствовал действительности. Кроме того, ответчик полагает, что подписание акта со стороны ООО «Органик» бывшим руководителем (которому было доверено ответчиком его подписать) никак не влияет на его оценку.

С учетом данных обстоятельств, в результате проверки заявления о фальсификации в порядке ст. 161 АПК РФ суд первой инстанции не усмотрел правовых оснований для исключения подлинника акта приема-передачи от 20.12.2021 из числа доказательств по делу.

С указанной позицией суда первой инстанции суд апелляционной инстанции соглашается.

Состояние спорной установки, установленное актом от 20.12.2021, учтено при проведении дополнительной судебной экспертизы. Эксперту были представлены фотографии, которые фигурировали в отчете об оценке № ОКА 1818089/МИО от 23.11.2021.

В последующем, конкурсный управляющий не приводил возражений относительно результатов дополнительной экспертизы.

Таким образом, согласно выводам, сделанным в заключении № С-936/25 от 29.08.2025, рыночная стоимость спорной установки по состоянию на 20.11.2021 составляет 63 145 000 руб.

В договоре лизинга № 008/20Б-ЛФ от 25.03.2020 (п.2.1) стоимость предмета лизинга – спорной установке была определена в размере 66 485 500 руб.

При этом, в оспариваемом Соглашении – 47 064 000 руб., что значительно ниже стоимости, определенной в договоре лизинга, и рыночной стоимости по состоянию на 20.11.2021, определенной по результатам дополнительной судебной экспертизы.

Следовательно, определяя в спорном Соглашении цену предмета лизинга в размере 47 064 000 руб., что ниже рыночной стоимости на 16 081 000 руб. (на 34%), в конечном результате стороны занизили размер итогового сальдо, причитающегося должнику в результате прекращения договора лизинга и передачи предмета лизинга его новому собственнику – ООО «Органик».

Указанных обстоятельств достаточно для признания данной сделки – спорного Соглашения недействительным по п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве как сделки, совершенной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

При этом, судом первой инстанции не установлено признаков аффилированности ООО «Органик» и должника, доказательства обратного в материалах дела отсутствуют.

Вместе с тем, действия ООО «Органик», заключившего Соглашение на данных условиях, которые предусматривают цену спорной установки, значительно ниже рыночной, не могут быть признаны добросовестными и осмотрительными.

Как обоснованно указал суд первой инстанции, многократное занижение стоимости имущества в договоре должно породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности такого соглашения.

В подобной ситуации предполагается, что контрагент либо знает о намерении должника вывести свое имущество из-под угрозы обращения на него взыскания и действует с ним совместно в целях получения личной выгоды, либо понимает, что контролирующие должника лица преследуют личную материальную выгоду при совершении сделки за счет имущества должника, действуя вопреки экономическими интересами последнего.

Соответственно, контрагент должника прямо или косвенно был осведомлен о противоправной цели должника при совершении сделки.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что Соглашение заключено в целях вывода ликвидного имущества должника при неравноценном встречном исполнении обязательств.

В результате оспариваемой сделки ООО «Органик» приобрел в собственность и владение дорогостоящее имущество, которое ранее находилось в пользовании (в лизинге) должника, определив по оспариваемому соглашению конечное сальдо, причитающееся должнику в значительно меньшем размере, чем полагалось с учетом действительной рыночной стоимости имущества.

Таким образом, должник при равноценных условиях сделки должен был получить от ООО «Органик» конечное сальдо, исходя из расчета рыночной стоимости оборудования в сумме 63 145 000 руб.

В нарушение требований ст. 65 АПК РФ уникальные характеристики, которые бы объективно свидетельствовали о наличии у спорной установки индивидуальных особенностей, столь сильно снижающих ее стоимость до

предусмотренной Соглашением стоимости 47 064 000 руб., ответчиком не раскрыты, соответствующие доказательства не представлены.

При этом, на момент совершения указанной сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности.

На момент заключения Соглашения имелось два вступивших в законную силу судебных акта о взыскании с должника денежных средств: решением Арбитражного суда Челябинской области от 06.05.2015 по делу № А76-6435/2015 с ООО «Торг-Коммерц» (предыдущее наименование должника) в пользу ИП ФИО23 взыскана задолженность по договору поставки № 2636/13-4 в размере 35241,37 руб., расходы по уплате государственной пошлины в сумме 2 000 руб.; решением Арбитражного суда Пермского края от 12.10.2020 принят отказ ООО «Западно-Уральский машиностроительный завод» от исковых требований к должнику.

Между тем, как указал конкурсный управляющий в Анализе финансово-хозяйственной деятельности ООО «ТехноГрад» согласно бухгалтерским балансам должника за 2018-2021 гг. по состоянию на 01.01.2019 должник имел признаки неплатёжеспособности, которые в последующие периоды имели нарастающую тенденцию:

период

Стоимость имущества (тыс.руб.)

Размер

наступивших обязательств (тыс. руб.)

Чистые

активы

должника (тыс.руб.)

Наличие признака

недостаточности имущества

31.12.2018

41 984

36 618

+ 5 366

нет

31.12.2019

140 042

156 902

- 16 860

есть

31.12.2020

196 046

172 180

- 23 866

есть

31.12.2021

75 551

227 518

- 151 967

есть

На момент заключения оспариваемого соглашения (17.12.2021) у

должника имелась кредиторская задолженность перед иными кредиторами, впоследствии включенными в реестр требований кредиторов должника.

Так, по состоянию на 05.08.2021 должник имел неисполненные обязательств перед ООО «Профнефть» в сумме 15 417 558 руб.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 09.08.2021 по делу № А50-13325/2021 с должника в пользу ООО «Профнефть» взыскано 15 417 558 руб., 100 088 руб. расходов по уплате госпошлины.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 21.06.2022 требования ООО «Профнефть» в общем размере 14 910 879 руб. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 26.05.2021 с должника в пользу АО «Держава-М» взыскано 604 810,99 руб. задолженность образовалась в 2020-2021 гг.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 19.05.2022 № А50-21369/21 требования ООО «Держава-М» в сумме 619 906,99 руб. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 09.08.2021 по делу № А50- 12080/2021, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2021, с должника в пользу ИП ФИО24 взыскано 962 980 руб. 96 коп.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 09.08.2022 требования ИП ФИО24 в сумме 1 022 077,45 руб. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 09.11.2021 по делу № А50-14171/2021 с должника в пользу ООО «Профнефтересурс» взыскано 8145 112,60 руб. задолженности; а также 63 726 руб. в возмещение судебных расходов на оплату государственной пошлины.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 30.08.2022 требования ООО «Профнефтересурс» в сумме 8145 112,60 руб. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Также, у должника имелась задолженность перед: ООО «Техсоль» (включены в реестр определением от 30.08.2022 в сумме 1 482 912,23 руб.), ООО «Автоленд» (определением от 06.09.2022 в сумме 160 525,39 руб.) и др. кредиторами.

Таким образом, суд апелляционной инстанции согласился с позицией конкурсного управляющего должника о наличии у должника на момент совершения оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности.

Исходя из указанного оспариваемое соглашение заключено в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, причинило указанный вред, поскольку в результате заключения спорной сделки кредиторы утратили возможность удовлетворить свои требования за счет сальдо, причитающегося должнику в значительно большем размере, и не полученного должником, о чем ООО «Органик», заключившему Соглашение на данных условиях, должно было быть известно.

Данные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о наличии оснований для признания оспариваемого соглашения недействительным на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве как заключенного с целью вывода ликвидного актива из конкурсной массы в ущерб обществу.

В соответствии п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Пунктом 2 статьи 167 ГК РФ установлено, что при недействительности

сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре, возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Исходя из описанных и установленных обстоятельств спора суд апелляционной инстанции соглашается с расчетом последствий недействительности сделки с учетом выводов, изложенных в заключении эксперта № С-936/25 от 29.08.2025, акта осмотра от 20.12.2021:

12 461 560,50 (оплаченные лизингополучателем лизинговые платежи согласно п. 3 Соглашения) + 63 145 000 (рыночная стоимость установки)) – (49 864 125 + 4 500 066,51 (оплаченный должником по договору лизинга авансовый платеж) + 744 333,05 руб. + 2 890 + 326 035) = 17 282 000 – 1 201 000,94 руб. (уплаченная должником стоимость в счет исполнения обязательств по Соглашению) = 16 081 000 руб., что по существу равно стоимости, на которую была занижена стоимость спорной установки в Соглашении.

Спор по порядку расчета между сторонами отсутствует.

Таким образом, в порядке применения последствий недействительности сделки с ООО «Органик» в пользу должника обоснованно взыскано 16 081 000 руб. (при этом учтено, что спорное оборудование осталось у ООО «Органик»).

Доводы ООО «Органик», изложенные в апелляционной жалобе, о том, что конкурсный управляющий не имел права обращаться в суд с указанным требованием, а выбранный им способ восстановления прав и законных интересов должника является ненадлежащим, отклоняются судом апелляционной инстанции на основании следующего.

Как указал ответчик, оспариваемое соглашение является по существу соглашением о расторжении договора лизинга и о соотношении взаимных предоставлений сторон по договору лизинга до момента их расторжения (сальдо встречных обязательств) и определением завершающей обязанности одной стороны в отношении другой стороны.

Вместе с тем, основным итогом спорного соглашения явилась передача предмета лизинга обществу «Органик» из пользования должника и определение сальдо, причитающегося должнику при расторжении договора лизинга.

Между тем, определение итогового сальдо зависит от стоимости спорной установки, определенной сторонами в соглашении.

Материалами дела подтвердилось, что стоимость установки была намеренно занижена сторонами Соглашения, в связи с чем, размер сальдо, причитающегося должнику, в результате заключения оспариваемого соглашения установлен в значительно меньшем размере, чем должен был получить должник в случае установления сторонами действительной рыночной стоимости спорной установки в спорном соглашении.

Принимая во внимание, что условия Соглашения взаимосвязаны, сальдо определяется с учетом стоимости установки, определенной сторонами в ином

пункте Соглашения, недели сальдо, конкурсный управляющий правомерно обратился с требованием о признании недействительным Соглашения в целом как сделки, совершенной должником и ООО «Органик».

Доводы апеллянта о том, что само по себе осуществление расчета сальдо и определение завершающей обязанности по договору лизинга, вне зависимости от результатов такого расчета, наличия либо отсутствия неосновательного обогащения на стороне лизингодателя, совершение действий лизингодателя по расторжению и изъятию предмета лизинга не является основанием для принятия решения о наличии признаков недействительности сделок, предусмотренных ст. 61.2 Закона о банкротстве, потому как эти действия не подлежат оспариванию по ст. 61.2 Закона о банкротстве, основаны на неверном толковании норм материального права.

Согласно п. 3.3 Постановления № 17, если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Как указано ранее, заявляя настоящие требования, конкурсный управляющий оспаривает зафиксированный финансовый результат по итогам расторжения договора лизинга № 008/20Б-ЛФ от 25.03.2020 (пп. 4 и 6 Соглашения).

Итоговый финансовый результат был существенным образом уменьшен в пользу лизингодателя ООО «Органик» путем занижения рыночной стоимости предмета лизинга.

Следует учесть, что предмет лизинга не был реализован обществом «Органик» после замены ООО «Региональная лизинговая компания Республики Башкортостан» по договору № 008/20Б-ЛФ от 25.03.2020. Конечной целью замены в правоотношениях являлось изъятие предмета лизинга и использование его в коммерческой деятельности ООО «Органик», что подтверждается, в том числе представленными ответчиком сведениями о том, что он производил ремонт установки до июля 2023 года, а также отсутствием возражений, что до настоящего времени спорная установка используется обществом «Органик» для собственных целей.

Соответственно, фактически в рамках экспертизы установлена разница в стоимости, не от стоимости реализации лизингодателем имущества на торгах, либо на основании прямого договора купли-продажи, а от стоимости, самостоятельно произведенной сторонами оценки имущества.

Таким образом, требования о признании Соглашения недействительной сделкой и применении последствий ее недействительности заявлены конкурсным управляющим обоснованно в рамках дела о банкротстве и

правомерно удовлетворены судом первой инстанции в заявленном виде.

Доводы апеллянта о том, что заключение судебной оценочной экспертизы № С-720/24 от 19.03.2025 и дополнительное судебное заключение № С-936/25 от 29.08.2025 являются ненадлежащими доказательствами, согласно п. 4 Постановления № 17 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу ст. 699 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю), в связи с чем, на разрешение эксперта должен был быть поставлен вопрос об определении рыночной стоимости возвращаемого предмета лизинга на момент его передачи должником обществу «Органик» (такая передача состоялась 20.12.2021); дата 20.11.2021 не связывает стороны какой-либо сделкой, установление рыночной стоимости на эту дату не имеет правового эффекта; суд не ставил на обсуждение сторон вопрос о фактической дате возврата предмета лизинга до назначения экспертизы, отклоняются.

Как следует из материалов дела, в уточненном ходатайстве о назначении оценочной экспертизы (поступило 06.09.2024) конкурсный управляющий просил определить рыночную стоимость спорной установки по состоянию на 17.12.2021, то есть на дату заключения спорного соглашения.

ООО «ЦИТ» поддержало ходатайство управляющего и просило определить рыночную стоимость спорной установки по состоянию на 17.12.2021 (л.д. 314 т. 1).

Прокуратура Пермского края также ходатайство поддержала без указания даты (л.д. 317 т. 1).

При этом, ООО «Органик» представило в материалы дела письменное ходатайство, в котором просило назначить оценочную экспертизу для определения рыночной стоимости спорной установки по состоянию на 20.11.2021 (л.д. 320 т. 1).

Указанная дата 20.11.2021 отражена во всех ходатайствах ООО «Органик» о назначении экспертизы, в том числе повторной. По существу ответчик, заявляя об указанной дате, корреспондировал её к дате проведения оценки в рамках представленного им отчета об оценке № ОКА 1818089/МИО от 23.11.2021 (дата оценки – 20.11.2021) и указывал на то, что стоимость определения завершающего сальдо обязательств по договору лизинга определялась на указанную дату с учетом результатов, представленных в отчете об оценке от 23.11.2021.

Суд апелляционной инстанции считает правомерными доводы кредитора ООО «Профнефть», который указал, что принимая во внимание, что срок экспозиции для указанного оборудования не может составлять менее 6 месяцев, и указанный период (20.11.2021) незначительно отличается от даты совершения оспариваемой сделки (20.12.2021) и не мог повлиять на изменение стоимости имущества как в большую, так и в меньшею сторону; кредиторы и управляющий не оспаривали такую редакцию вопросов (поставленную судом

по ходатайству ответчика). Учитывая, что ответчик в суде первой инстанции сам настаивал на указанной дате и неоднократно ее поддерживал, к возражениям ответчика, изложенным в апелляционной жалобе в части определения даты, по состоянию на которую определялась рыночная стоимость спорной установки, применим принцип эстоппеля.

Поскольку ответчик допускает противоречивое поведение в процессе, сначала настаивая на определении рыночной стоимости спорной установки по состоянию на 20.11.2021, а затем, оспаривая заключения экспертов, ссылаясь не неверно выбранную дату определения рыночной стоимости, право ответчика на возражение в данной части утрачивается.

Также апеллянт заявил доводы о том, что при применении затратного подхода к оценке эксперт должен был учесть коэффициенты: скидку на переход на вторичный рынок, скидку на торг, однако их не применил; обязательность использования данных коэффициентов подтверждена заключениями специалистов № 1101-115 от 28.04.2025, № 25265 от 30.09.2025, лингвистическим исследованием специалиста ФИО14, а также, что эксперт необоснованно не учел стоимость демонтажа и перевозки оборудования, поскольку в соответствии с п. 6.1 договора купли-продажи № 008/20Б-К1 от 02.04.2020 данные затраты входят в стоимость товара.

Указанные доводы были заявлены при рассмотрении спора в суде первой инстанции, проанализированы и обосновано отклонены судом.

При этом, ответчиком было также заявлено о необоснованном не применении экспертом сравнительного метода исследования.

Аналогичным образом данные доводы отклоняются судом апелляционной инстанции.

С учетом возражений, изложенных в заключении специалиста ООО «Бюро экспертизы и оценки» № 1101-25 от 28.04.2025, экспертом ФИО8 представлены письменные пояснения от 15.06.2025, в которых эксперт подробно и мотивированно отклоняет возражения, поименованные в заключении специалиста.

Так, в письменных пояснениях от 15.06.2025 экспертом ФИО8 указано на то, что возражения о необоснованном применении сравнительного подхода лишены фактологического смысла, поскольку заключение эксперта № С-720/24 от 19.03.2025 содержит мотивированный отказ от использования при проведении расчетов рыночной стоимости объекта оценки методов сравнительного подхода. Так, в заключении № С-720/24» от 19.03.2025 на стр. 45 - 47 содержится анализ рынка предложения АБЗ, представлено мотивированное и подробное обоснование подхода определения рыночной стоимости спорного имущества. Экспертом указано, что сравнительный подход применяется, когда существует достоверная и доступная для анализа информация о ценах и характеристиках объектов-аналогов. Преимущество данного подхода состоит в его способности учитывать реакцию продавцов и покупателей на сложившуюся конъюнктуру рынка. Его недостаток состоит в

том, что практически невозможно найти два полностью идентичных объекта, а различия между ними не всегда можно с достаточной точностью вычленить и количественно оценить. Использование сравнительного подхода наиболее привлекательно, когда имеется достаточная и надежная рыночная информация о сопоставимых сделках. Исходной предпосылкой применения сравнительного подхода к оценке является наличие развитого рынка. Подход на основе сравнения продаж отражает ту цену, которая реально может возникнуть на рынке. Между тем, экспертом не было выявлено предложений по продаже объектов аналогичных объекту оценки на вторичном рынке по состоянию на дату оценки. В заключении № С-936/25 от 29.08.2025 эксперт пришел к тому же выводу, в связи с чем, исследование проведено с использованием затратного подхода.

При этом, экспертом проанализированы сайты Интернета, предлагающие к продаже б/у установки, подобные типу объекта оценки, но имеющие отличные марки и изготовителя. Диапазон цен на представленные аналоги достаточно большой. Экспертом представлена информация об аналогичных объектах. В заключении № С-936/25 от 29.08.2025 эксперт также пришел к выводу о невозможности применения сравнительного подхода (стр. 63).

При этом, как обоснованно указал суд первой инстанции, сам по себе факт отказа от сравнительного подхода не ведет к неверности/необъективности выводов эксперта.

Из пояснений эксперта следует, что применение затратного подхода обусловлено следующими факторами: согласно п. 16 ФСО № 1 доходный подход рекомендуется применять, когда существует достоверная информация, позволяющая прогнозировать будущие доходы, которые объект оценки способен приносить, а также связанные с объектом оценки расходы. Согласно п. 23 ФСО 7 затратный подход рекомендуется использовать при низкой активности рынка, когда недостаточно данных, необходимых для применения сравнительного и доходного подходов к оценке, а также оценки недвижимости специального назначения и использования (гидротехнических сооружений, насосных станций, инженерных сетей и др., в отношении которой рыночные данные о сделках и предложениях отсутствуют. Ввиду того, что на дату исследования не выявлено предложений по продаже или сдаче в аренду объектов, сопоставимых с объектом оценки, учитывая положения ФСО №№ 1 и 7, эксперт принял решение отказаться от использования сравнительного и доходного подходов и произвести расчет рыночной стоимости в рамках затратного подхода.

Относительно не применения коэффициента для перехода на вторичный рынок (13,5%) в письменных пояснениях от 15.06.2025 экспертом ФИО8 указано на то, что согласно положениям Справочника оценщика машин и оборудования - 2019. Корректирующие коэффициенты и характеристики рынка машин и оборудования, под ред. ФИО13. Приволжский центр методического и информационного аналитического обеспечения оценки.

Нижний Новгород, 2019, в рамках расчета скидки за переход на вторичный рынок учитывается обесценение объекта оценки, связанное с потерей заводской гарантии и другими рисками, возникающими при переходе имущества на вторичный рынок, стоимость определяется исходя из степени ликвидности имущества; экономическая сущность «скидки за переход на вторичный рынок» представляет собой премию покупателя, обусловленную в первую очередь возможными рисками «юридической чистоты» объекта купли-продажи, а также добросовестностью продавца (поставщика). Согласно предпосылкам установления рыночной стоимости, переход права на объект оценки - установку асфальтосмесительную КДМ2067 реализован путем заключения договора уступки прав и обязанностей № 1 от 20.11.2021 по договору лизинга № 008/20Б-ЛФ от 25.03.2020. Реализованная процедура полного правопреемства по первичному договору лизинга полностью исключает риски, являющиеся основанием для применения скидки за переход на вторичный рынок.

В заключении эксперта ФИО8 № С-936/25 от 29.08.2025 в обоснование отказа от применения коэффициента перехода на вторичный рынок указано следующее (стр. 67 - 68): данный коэффициент должен использоваться при определении объекта оценки: для «нового» не бывшего в эксплуатации имущества, находящегося в собственности у конечного потребителя (эксплуатанта), применяется в расчетах всегда, при этом, в том числе учитывается время на рыночный срок экспозиции в случае продажи объекта до ввода в эксплуатацию; для имущества, находящегося в эксплуатации и введенного в эксплуатацию в срок меньший или равный рыночному сроку экспозиции и при соответствии срока изготовления и продажи, данный вид физического износа не учитывается, учитывается только фактический износ, накопленный в результате эксплуатации имущества. В настоящем случае предмет оценки был приобретен 02.04.2020, на дату оценки эксплуатировался должником, имел физический износ, имущество из собственности первоначального покупателя не выбывало, собственником имущества с момента заключения договора лизинга № 008/20Б-ЛФ от 20.03.2020 являлся лизингодатель. Первоначально – АО «Региональная лизинговая компания Республики Башкортостан», а затем – его правопреемник – ООО «Органик». Смена собственности происходила на основании оплаты прав требования с учетом оставшихся неисполненных обязательств должника по договору лизинга. В дальнейшем согласно представленным счетам-фактурам на закупку материалов и запчастей до 02.07.2023 имущество эксплуатировалось ООО «Органик» № . Таким образом. Условия для примнения коэффициента перехода на вторичный рынок отсутствуют, в связи с чем, что имущество не является «новым», не бывшим в эксплуатации, имеет физический износ, а также тем фактом, что фактического перехода на вторичный рынок не произошло, права на имущество были приобретены по остаточной стоимости обязательств лизингополучателя перед лизингодателем по указанному договору

лизинга, а в дальнейшем предмет оценки не реализовывался и эксплуатировался непосредственно ООО «Органик».

Ответчиком не оспаривается, что имущество на дату совершения оспариваемой сделки не было не бывшим эксплуатации, имело физический износ, более того, вступая в правоотношения в качестве лизингодателя, ООО «Органик» имело намерение оставить имущество за собой, использовать его в дальнейшем в своей производственной деятельности (что сейчас и делает), в связи с чем, выводы эксперта ФИО8, что отчуждение имущества посредством замены в правоотношениях лизингодателя является специфической сделкой с минимальными рисками для лизингодателя и не свидетельствует о необходимости применения скидки на торг.

Таким образом, поскольку исходя из спорных правоотношений, риски, которые появляются при переходе на вторичный рынок, были исключены, у эксперта ФИО8 отсутствовали основания для применения коэффициента в связи с переходом на вторичный рынок.

Кроме того, как указал кредитор ООО «Профнефть», стоимость имущества при составлении отчета об оценке № ОКА 1818089/МИО от 23.11.2021 (представлен ответчиком) также определялась затратным подходом, индексным методом (ст. 40-41). В данном отчете эксперт оценил состояние спорной установки как «практически новый, не требующий ремонта», однако указал максимально завышенный износ – 22%, вместо необходимых – 8%. При этом, если применить износ 8% и не использовать коэффициент для перехода на вторичнй рынок, то рыночная стоимость спорной установки по расчету, осуществленному в представленном ответчиком отчете № ОКА 1818089/МИО от 23.11.2021, составит 66 989 726,40 коп., что превышает рыночную стоимость, определенную по результатам судебных экспертиз. Вся разница в стоимости предмета лизинга была обусловлена «искуственным» использованием сравнительного подхода с неподходящими аналогами (определено среднее значение между сравнительным и затратным подходом), а также применением максимального коэффициента износа – 22% и коэффициента перехода на вторичный рынок в отсутствие на то фактических и методологических оснований.

Суд апелляционной инстанции счел данные выводы кредитора ООО «Профнефть» обоснованными.

Ссылка ответчика в дополнениях к апелляционной жалобе на то, что необходимость использования скидки на переход на вторичный рынок при затратном подходе подтверждается также статьей к.э.н. ФИО22, размещенной на официальном сайте Института экономики и управления (факультет Удмуртского государственного университета), отклоняется, так как по существу имеется ввиду, что данный коэффициент в целом необходим и его следует применять (не следует отказываться от его применения), тогда как в конкретном случае, исходя из правоотношений сторон, представленных документов, эксперт может не применять данный коэффициент, обосновав

отсутствие необходимости его применения. В представленных заключениях и своих пояснениях эксперт обосновал отсутствие необходимости применения данного коэффициента.

Относительно доводов ответчика о том, что в рамках оценки не учтена стоимость демонтажа и перевозки оборудования, в письменных пояснениях от 15.06.2025 экспертом указано, что в ходе проведения исследования, направленного на установление рыночной стоимости объекта оценки, использовался затратный подход методом индексации, который в свою очередь предполагает расчет затрат на воспроизводство машин и оборудования (без учета износа и устареваний) на основе сравнения с затратами на создание или производство, либо приобретение объекта, имеющего аналогичные полезные свойства. При этом, цена приобретения установки асфальтосмесительной КДМ2067 установлена на основании условий договора лизинга № 008/20Б-ЛФ от 25.03.2020, и не включала в себя затраты на доставку, монтаж, пусконаладку и так далее.

Как указал кредитор ООО «Профнефть», фактически настоящей позицией ответчик просит учесть расходы по демонтажу и транспортировки дважды, вначале в рамках определения рыночной цены предмета лизинга, а затем при определении завершающего сальдо обязательств по договору от 25.03.2020.

Так, оспариваемое соглашение в п. 5 предусматривает указанные расходы по транспортировке и демонтажу, также они включены в расчеты итогового сальдо в рамках оспариваемого соглашения.

При этом, стоимость демонтажа и транспортировки согласно представленным документам ответчика учтены конкурсным управляющим при определении завершающего сальдо по договору лизинга № 008/20Б-ЛФ от 25.03.2020.

Как ранее было указано, в подтверждение наличия у заключения № С-720/24 от 19.03.2025 недостатков ответчик представил заключение специалиста ООО «Бюро экспертизы и оценки» № 1101-25 от 28.04.2025.

Между тем, в опровержение поименованных в заключении специалиста № 1101-25 от 28.04.2025 недостатков в материалы дела представлены пояснения оценщика ООО «Регион-Эксперт» ФИО25, который сделал вывод о том, что замечания в заключении специалиста № 1101-25 от 28.04.2025 не объективны и содержат неверные выводы и заключения, специалистом в заключении № 1101-25 от 28.04.2025 сделан неверный альтернативный расчет.

Так, в частности, в заключении № 1101-25 от 28.04.2025 указано, что экспертом ФИО8 некорректно проведен анализ рынка, влияния общей политической и социально-экономической обстановки в стране и регионе расположения объекта оценки на рынок оцениваемого объекта. ФИО25 установил, что на страницах заключения № С-720/24 от 19.03.2025 проведен анализ социально-экономической обстановки Пермского края, однако на дату оценки объект оценки находился и находится в настоящее время на территории Удмуртской Республики. Между тем, как указал ФИО25,

экономическое развитие регионов сопоставимое, влияние данного фактора на результат экспертизы отсутствует.

В заключении № 1101-25 от 28.04.2025 указано, что в заключении № С-720/24 от 19.03.2025 присутствует раздел, посвященный анализу рынка асфальтосмесительных установок (стр. 42025), данный анализ фактически вышел за пределы даты оценки. Однако, как указал ФИО25, использование в рамках исследовательской части данных после даты оценки допустимо в соответствии с п. 12 «Процесс оценки (ФСО 3), утв. Приказом Минэкономразвития России № 200 от 14.04.2022.

Аналогичным образом, оценщиком ФИО25 даны пояснения по всем замечаниям заключения № 1101-25 от 28.04.2025, проанализировав которые, суд первой и апелляционной инстанции согласился с тем, что экспертиза проведена экспертом ФИО8 надлежащим образом.

Следует отметить, что эксперт ФИО25 также проводит судебные экспертизы с предупреждением об уголовной ответственности за заведомо ложное заключение.

Таким образом, представленное ответчиком заключение № 1101-25 от 28.04.2025 и его выводы не опровергают того факта, что представленное по результатам судебной экспертизы заключение № С-720/24 от 19.03.2025 является надлежащим доказательством, неясность которого была устранена путем проведения дополнительной экспертизы и представления заключения № С 936/25 от 29.08.2025.

Также апеллянт сослался на следующие, по его мнению, неустранимые несоответствия и недостатки заключений эксперта ФИО8:

1) заключение судебной оценочной экспертизы № С-720/24 от 19.03.2025:

- в списке используемых нормативных актов и литературы под пунктами №№ 5-9 экспертом используются федеральные стандарты, который были приняты только в 2022 году, тогда как датой определения рыночной стоимости являлось 20.11.2021;

- в списке используемых нормативных актов и литературы под пунктом № 10 экспертом используются федеральный стандарт, который не существует в Российской Федерации. Минэкономразвитие России не принимало Приказ от 01.06.2022 № 328, которым утвердило ФСО № 10;

- в списке используемых нормативных актов и литературы под пунктом № 17 экспертом используются справочник от 2023 года под редакцией ФИО13, тогда как датой определения рыночной стоимости являлось 20.11.2021;

- на странице 64 экспертом используется источник (авторы ФИО20 ФИО21 и прочие), который отсутствует в списке используемых нормативных актов и литературы;

2) заключение дополнительной судебной оценочной экспертизы № С-936/25 от 29.08.2025:

- в списке используемых нормативных актов и литературы под пунктами

№№ 5-9 экспертом используются федеральные стандарты, который были приняты только в 2022 году, тогда как датой определения рыночной стоимости являлось 20.11.2021;

- экспертом используются федеральный стандарт, который не существует в Российской Федерации. Минэкономразвитие России не принимало Приказ от 01.06.2022 № 328, которым утвердило ФСО № 10;

- на странице 45 экспертом используется справочник от 2023 года под редакцией ФИО13, который отсутствует в списке используемых нормативных актов и литературы; тогда как датой определения рыночной стоимости являлось 20.11.2021;

- на странице 67 экспертом используется справочник под редакцией ФИО15, который отсутствует в списке используемых нормативных актов и литературы;

- на странице 67 экспертом используется справочник от 2015 года под редакцией ФИО13, который отсутствует в списке используемых нормативных актов и литературы;

- на странице 87 экспертом используется источник информации (авторы ФИО16, ФИО17), который отсутствует в списке используемых нормативных актов и литературы;

- на странице 88 экспертом используются данные из методических материалов МИПК РЭА им. Г.В. Плеханова, то есть источника, который отсутствует в списке используемых нормативных актов и литературы;

- на странице 89 экспертом используется источник информации (авторы ФИО18, ФИО19, ФИО18), который отсутствует в списке используемых нормативных актов и литературы;

- на странице 90 экспертом используется источник информации (автор ФИО18), который отсутствует в списке используемых нормативных актов и литературы;

- на странице 91 экспертом используется источник (методология и руководство по применению оценки бизнеса и/или активов ОАО РАО «ЕЭС России»), который отсутствует в списке используемых нормативных актов и литературы;

- на странице 93 экспертом используется источник (авторы ФИО20 Рослое и прочие), который отсутствует в списке используемых нормативных актов и литературы;

- на странице 95 экспертом используется источник (авторы ФИО20 ФИО21 и прочие), который отсутствует в списке используемых нормативных актов и литературы;

- на странице 96 экспертом используется источник (РД 37.009.015-98), который отсутствует в списке используемых нормативных актов и литературы.

Вместе с тем, анализ экспертных заключений № С-720/24 от 19.03.2025 и № С-936/25 от 29.08.2025 в их совокупности (с учетом дополнения вторым заключением первого) позволяет прийти к выводу о том, что указанные

заключения оформлены в соответствии с требованиями ст. 82, 83, 86 АПК РФ, в них отражены все предусмотренные ч. 2 ст. 86 АПК РФ сведения, экспертные заключения основаны на материалах дела, составлены в соответствии с положениями действующих нормативных актов, результаты исследования мотивированы. Заключения составлено со ссылками на примененные методы исследования. Эксперт имеет соответствующие образование и стаж работы, необходимые для производства данного вида экспертиз, предупреждён об ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Из заключений следует, что экспертом применены нормативные документы, действующие на дату проведения экспертизы, исследованы и оценены все имеющиеся в деле на момент проведения экспертизы доказательства; в заключениях имеются ответы на все поставленные перед экспертом вопросы; экспертные заключения с учетом дополнительной экспертизы является ясными и полными, противоречивых выводов не содержат.

Вместе с тем, представленные ответчиком заключения составлены по его заказу, в отличие от судебной экспертизы, специалисты при составлении заключений не предупреждаются об уголовной ответственности за заведомо ложное заключение эксперта. Данные заключения оценены судом первой инстанции наряду с иными представленными в материалы дел доказательствами.

Вышепоименованные ссылки ответчика на не указание источников информации в списке литературы не влекут вывода о необоснованности выводов эксперта ФИО8 относительно использования источников за иной период времени ранее отмечалось, что использование данных после даты оценки допустимо в исследовательской части.

Таким образом, с учетом данных экспертом ФИО8 письменных пояснений к заключению эксперта (поступили 16.06.2025), представленных в материалы дела доказательств, проанализировав их в порядке ст. 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что заключения эксперта АНО ВО «ПУНЭИ» ФИО8 № С-720/24 от 19.03.2025 и № С 936/25 от 29.08.2025 (дополнительное) соответствуют требованиям действующего законодательства РФ об оценочной деятельности, являются надлежащими, достоверными и допустимыми доказательствами.

Доказательства, с достоверностью подтверждающие необоснованность и наличие противоречий в представленных по результатам судебных экспертиз заключениях, подтверждающие ошибочность выбора экспертом способов и методов оценки, повлекшее за собой неверность его выводов относительно рыночной стоимости спорной установки, не представлены.

Указанное также свидетельствует о правомерности вывода суда первой инстанции об отсутствии оснований для назначения повторной экспертизы по настоящему обособленному спору.

Таким образом, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой

инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными.

Выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, сделаны при правильном применении норм действующего законодательства.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на её заявителя в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 20 октября 2025 года по делу № А50-21369/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий Э.С. Иксанова

Судьи Т.Ю. Плахова М.А. Чухманцев