ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-39674/2024

13 октября 2025 года

г. Санкт-Петербург

/тр.12

Резолютивная часть постановления объявлена   29 сентября 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  13 октября 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе: председательствующего судьи Слоневской А.Ю.,

судей Серебровой А.Ю., Тойвонена И.Ю., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ворона Б.И.,

при участии:

от «Телеком и Микроэлектроник Индастриз»: ФИО1 по доверенности от 16.10.2024, и ФИО2 по доверенности от 14.11.2023,

от ПАО «Банк ПСБ»: ФИО3 по доверенности от 10.06.2025,

от ООО «Эмзиор»: ФИО4 по доверенности от 11.02.2025,

от «ЕМС Эксперт»: ФИО5 по доверенности от 10.07.2025,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-18320/2025) общества с ограниченной ответственностью «Эмзиор» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.06.2025 по делу № А56-39674/2024/тр.12, принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ТМИ» о включении требования в реестр требований кредиторов должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Эмзиор»,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражном суде города Санкт-Петербурга и Ленинградской области находится дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Эмзиор» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, Санкт-Петербург, ул.Софийская, д.6, к. 8, стр.1, помещ. 1-Н, офис 209, далее - Общество).

Определением суда от 24.07.2024 в удовлетворении ходатайств об отложении судебного разбирательства и об объединении настоящего дела о банкротстве с делом № А56-43088/2024, возбужденным на основании заявления Общества о собственном банкротстве, отказано; заявление ООО «ТМИ» (далее - Компания) признано обоснованным, в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6, требование Компании в размере   3 000 000 руб. основного долга, 232 192 руб. процентов за пользование займом и 36 161 руб. расходов по уплате государственной пошлины признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника. Сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 03.08.2024 № 138.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.11.2024 определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.07.2024 отменено, дело направлено в суд первой инстанции на новое рассмотрение. 

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 19.02.2025 постановление от 11.11.2024 в части отмены определения от 24.07.2024 в части признания заявления Компании обоснованным, введения в отношении Общества процедуры наблюдения, утверждения временным управляющим ФИО6, признания требования Компании в размере 3 000 000 руб. основного долга,               232 192 руб. процентов за пользование займом и 36 161 руб. расходов по уплате государственной пошлины обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов  Общества отменено, в указанной части оставлено в силе определение от 24.07.2024 по делу № А56-39674/2024, в остальной части постановление от 11.11.2024 по делу № А56-39674/2024 оставлено без изменения.

Компания обратилась в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов Общества требования в размере 130 286 327, 42 руб.,  в том числе         94 000 000 руб. основного долга, 11 149 684,83 руб. процентов по состоянию на 13.02.2024, 2 003 278,69 руб. процентов за период с 14.02.2024 по 18.07.2024,         200 000 руб. государственной пошлины по договору от 28.04.2021 № 08К042021;       20 000 000 руб. основного долга, 2 372 273, 43 руб. процентов по состоянию на 13.02.2024, 426 229, 51 руб. процентов за период с 14.02.2024 по 18.07.2024,               134 861 руб. государственной пошлины по договору от 06.09.2021 № 14К060921.

Определением суда от 06.06.2025 для совместного рассмотрения объединены дела № А56-43088/2024 и № А56-39674/2024  с присвоением  объединенному делу № А56-39674/2024.

Определением суда от 09.06.2025 заявление кредитора удовлетворено.

Не согласившись с указанным судебным актом, Общество обратилось в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит изменить обжалуемое определение, признав требование Компании подлежащим удовлетворению за счет имущества Общества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), ссылаясь на аффилированность контролирующих лиц Общества и Компании. Также Общество указывает, что задолженность перед Компанией является компенсационным финансированием.

ПАО «Банк ПСБ» (далее - Банк) представило отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда первой инстанции изменить признав требование Компании подлежащим удовлетворению за счет имущества Общества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), ссылаясь на аффилированность Общества и Компании, наличие компенсационного финансирования. Кроме того, Банк указывает, что вступивший в законную силу судебный акт не является достаточным основанием для включения требования в состав третьей очереди реестра требований кредиторов Общества, ссылаясь на применение повышенного стандарта доказывания требований.

Компания представила отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения, ссылаясь на то, что требования кредитора основаны на вступивших в законную силу судебных актах по делу №А56-14130/2024 и №А56-14133/2024, которыми взыскана задолженность по договорам №08К042021 от 28.04.2021 и №14К060921 от 06.09.2021 соответственно, в рамках рассмотрения которых к требованиям уже применен повышенный стандарт доказывания. Кроме того, Компания указывает, что не является аффилированным лицом с Обществом, а договор займа является реальным, в связи с чем отсутствуют основания для субординации требований.

В судебном заседании представители Общества и Банка поддержали доводы апелляционной жалобы, представитель Компании возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Лица, участвующие в обособленном споре, уведомлены судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие неявившихся лиц согласно статье 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, Компания обратилась в суд с заявлением о включении требования, подтвержденного вступившим в законную силу судебным актом о взыскании с Общества в пользу Компании денежных средств.

Суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности заявления и включил требование Компании в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Включение требований в реестр требований кредиторов должника в процедуре наблюдения осуществляется по правилам, предусмотренным статьей 71 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд в электронном виде в порядке, установленном процессуальным законодательством, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В силу пункта 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 года № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление №40) при применении положений статей 71 и 100 Закона о банкротстве арбитражному суду следует исходить из того, что в реестр подлежат включению только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В соответствии с пунктом 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020) (далее – Обзор от 29.01.2020) контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в 2 том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (часть 1 статьи 2 ГК РФ). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Из содержания абзаца 8 пункта 3.1 Обзора следует, что для установления факта компенсационного финансирования необходимо установить, что денежные средства от кредитора должнику перечислялись в ситуации имущественного кризиса должника. При этом, исходя из заложенной в Обзоре презумпции, не устраненные обществом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

На основании пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве, в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лица, которые в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006       № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции) входят в одну группу лиц с должником. 

Пунктом 2 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции установлено, что группой лиц признаются юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо.

Согласно разъяснениям пункта 1 Обзора от 29.01.2020, учитывая нереальные условия предоставленных займов обычаям делового оборота наряду с другими фактами и доказательствами, в частности банковскими выписками по счетам должника, при анализе которых возникают сомнения в существовании факта самого долга, аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального комплекта документов (например, текста договора займа и платежных поручений к нему, отдельных документов, со ссылкой на которые денежные средства перечислялись внутри группы) в подтверждение реальности заемных отношений. Он должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения самой заемной сделки, оснований дальнейшего внутригруппового перераспределения денежных средств, подтвердив, что оно соотносится с реальными хозяйственными отношениями, выдача займа и последующие операции обусловлены разумными экономическими причинами.

Согласно разделу 3.2. Обзора от 29.01.2020 невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пункт 2 статьи 811, статья 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника.

Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности, избрав модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства.

Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ).

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункт 8 статьи 63 ГК РФ (пункт 3.1 Обзора от 29.01.2020).

Таким образом, в силу пункта 3.4 Обзора не устраненные аффилированным лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

Как следует из материалов дела, Компанией (займодавец) и Обществом (заемщик) заключен договор от 28.04.2021 №08К042021, в соответствии с которым займодавец передает заемщику заем в размере 94 000 000 руб., а заемщик обязуется возвратить указанную сумму займа в обусловленный настоящим договором срок и уплатить на нее указанные в договоре проценты (пункт 1.1. договора).

 Заем, с учетом заключенного дополнительного соглашения №1 от 08.07.2022 к договору займа, выдается на срок до 31.12.2023. Во исполнение принятых на себя обязательств Компания перечислила Обществу на расчетный счет заемные денежные средства в общей сумме 94 000 000 руб., что подтверждается платежными поручениями №299 от 29.04.2021, №364 от 18.05.2021, №377 от 25.05.2021, №446 от 09.06.2021, №466 от 15.06.2021, №447 от 18.06.2021, №489 от 28.06.2021, 24.06.2021 г., №484 от 23.06.2021, №709 от 17.11.2021. Пунктом 1.3 договора предусмотрена уплата процентов за пользование займом в размере 5% годовых. Заемщик обязан выплачивать проценты на сумму займа ежемесячно. (пункт  2.3. договора).

 От Общества 17.11.2021 на счет Компании поступили денежные средства в размере 1 321 506,84 руб. с назначением «выплата % по договору процентного займа №08К042021 от 28.04.2021 г.».

 Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.05.2024 по делу №А56-14130/2024 с Общества в пользу Компании взысканы 94 000 000 руб. долга, 11 149 684,83 руб. процентов по договору за период с 30.04.2021 по 13.02.2024 с последующим начислением процентов по день фактической уплаты по ставке 5% годовых, 200 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины. За период с 14.02.2024 по 18.07.2024 начислены проценты, размер которых составил 2 003 278,69 руб. Таким образом, задолженность Общества перед Компанией по договору от 28.04.2021 №08К042021 на 18.07.2024 (дата введения процедуры банкротства) составляет 107 352 963,52 руб., в том числе 94 000 000 руб. - основной долг;  11 149 684,83 руб. – проценты по состоянию на 13.02.2024; 2 003 278,69 руб. – проценты за период с 14.02.2024  по 18.07.2024; 200 000 руб. – государственная пошлина.

 Компанией (займодавец) и Обществом (заемщик) заключен договор займа №14К060921 от 06.09.2021, согласно которому заимодавец передает заемщику заём на сумму 20 000 000,00 руб., а заемщик обязуется возвратить указанную сумму займа в обусловленный настоящим договором срок и уплатить на нее указанные в договоре проценты. Согласно пункту 1.2. договора, заём выдается на срок до 31.12.2021. Сторонами заключено дополнительное соглашение №1 от 08.07.2022 к договору, согласно которому стороны согласовали, что заем выдается на срок до 31.12.2023. Платежным поручением №18768 от 07.09.2021 Компания выполнила принятые на себя обязательства по договору и предоставила денежные средства Обществу в полном объеме.  Проценты за пользование займом составляют 5 процентов годовых (пункт 1.3 договора). Согласно пункту 2.3 договора, заемщик обязан ежемесячно выплачивать проценты на сумму займа. Расчет суммы процентов производится заимодавцем начиная со дня, следующего за днем перечисления суммы займа по день возврата суммы займа включительно и направляется заемщику не позднее последней даты календарного месяца. Выплата процентов на сумму займа происходит ежемесячно до 5 (пятого) числа месяца, следующего за отчетным. 

Между тем, обязанность заемщика по договору исполнена не в полном объеме, в связи с чем образовалась задолженность по возврату суммы займа и начисленных процентов.  Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.05.2024  по делу А56-14133/2024 с Общества в пользу Компании взыскано 20 000 000 руб. задолженности по договору №14К060921 от 06.09.2021, 2 372 273, 43 руб. процентов за пользование займом по состоянию на 13.02.2024; 134 861 руб. расходов на уплату государственной пошлины. За период с 14.02.2024 по 18.07.2024 начислены проценты, размер которых составил        426 229,51 руб.  Таким образом, задолженность Общества перед Компанией по договору №14К060921 от 06.09.2021 на 18.07.2024  (дата введения процедуры банкротства) составляет 22 933 363,90 руб., в том числе 20 000 000 руб. - основной долг; 2 372 273,43 руб. – проценты по состоянию на 13.02.2024; 426 229,51 руб. – проценты за период с 14.02.2024  по 18.07.2024; 134 861 руб. – государственная пошлина.

Ссылаясь на то, что решения суда по делам № А56-14133/2024 № А56-14130/2024 не исполнены, кредитор обратился в арбитражный  суд с заявлением о включении требования в реестр требований кредиторов должника.

Как следует из апелляционной жалобы, Общество расценивает договоры  процентного займа денежных средств от 28.04.2021 №08К042021 и №14К060921 от 06.09.2021 в качестве притворной и мнимой сделки (статья 170 ГК РФ), направленной на создание искусственной задолженности Общества перед Компанией.

В рамках рассмотрения дела  № А56-14133/2024 судами установлены следующие обстоятельства.

Общество являлось исполнителем по теме предоставления и использования субсидий из федерального бюджета, выделенных российским организациям на финансовое обеспечение части затрат на создание научно-технического задела по разработке базовых технологий производства приоритетных электронных компонентов и радиоэлектронной аппаратуры в рамках постановления Правительства Российской Федерации от 17.02.2016 N 109.

В соответствии с пунктом 9.2 Договора N 037 Обществом для выполнения комплексного проекта был привлечен соисполнитель Компания, в соответствии с условиями договоров Компания являлась соисполнителем комплексного проекта и отвечала, в том числе, за достижение целевых показателей комплексного проекта, одним из которых являлся «объем внебюджетного финансирования комплексного проекта».

Взаимодействие указанных обществ в рамках Постановления Российской Федерации от 17.02.2016 N 109 неоднократно проверялось и нарушений в указанной части не выявлено.

Компания специализируется на следующих видах деятельности: производство электрической распределительной и регулирующей аппаратуры; производство прочего электрического оборудования; разработка компьютерного программного обеспечения; деятельность по планированию, проектированию компьютерных систем; деятельность по подготовке компьютерных систем к эксплуатации.

Компания неоднократно выступала соисполнителем в рамках государственных программ с различными контрагентами, что, в частности, установлено и иными судебными актами. Такими контрагентами являлись ООО «Центр безопасности МВО», АО «Кибертехника», АО «Воентелеком» и иные.

Анализ финансового состояния должника показал, что признаков имущественного кризиса у должника на момент заключения договоров не наблюдалось.

Заявленные Компанией требования не могут быть квалифицированы как корпоративные в виде компенсационного финансирования.

Как следует из положений подпунктов 1 - 7 части 1 статьи 9 Федерального закона «О защите конкуренции» от 26.07.2006 N 135-ФЗ аффилированность либо заинтересованность определяется следующим образом: лица, входящие в группу на основании контроля: контролирующее юридическое лицо, то есть лицо, имеющее право распоряжаться более чем 50% голосов от общего количества голосов участников юридического лица, по предложению которого избран (назначен) директор юридического лица и (или) избрано (назначено) более чем 50% членов совета директоров или правления, директор юридического лица или иное лицо, осуществляющее функции единоличного исполнительного органа юридического лица; бенефициарные владельцы - как входящие в категорию лиц, имеющих право давать юридическому лицу обязательные указания.

Бенефициарным владельцем в отношении общества с ограниченной ответственностью согласно статье 3 Федерального закона "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" от 07.08.2001 N 115-ФЗ является физическое лицо, которое прямо или через третьих лиц владеет юрлицом (имеет более 25% в уставном капитале) или имеет возможность контролировать его действия по иным основаниям.

Лица, входящие в группу на ином основании: юридическое лицо, в котором более чем на 50% одинаковый с юридическим лицом состав правления (иного коллегиального исполнительного органа) или совета директоров; супруги, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры физических лиц, аффилированных (входящих в одну группу) с юридическим лицом. (подпункты 4 - 7 части 1 статьи 9 Федерального закона "О защите конкуренции" от 26.07.2006 N 135-ФЗ).

При этом Компания не соответствует приведенным критериям.  ФИО7 не является участником Компании ни на момент заключения договоров  займа, ни в настоящее время.

Вступившим в законную силу решением суда по делу N А56-63074/2023 установлено, что после проведенной проверки Общества выдано представление N 72-23-13/5740 от 21.05.2021, из которого в качестве нарушения исключен пункт о возможной аффилированности  Общества и Компании.

Таким образом, аффилированность Компании по отношению к Обществу и реальность их взаимоотношений проверены судом. Апелляционный суд пришел к выводу о реальности правоотношений между Компанией и Обществом и недоказанности аффилированности сторон сделки. 

В силу статьи 170 ГК РФ мнимая сделка совершается лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Притворная сделка - совершается для прикрытия другой сделки, в том числе сделки на иных условиях. Мнимые и притворные сделки, как правило, относят к сделкам с пороком воли.

Основным условием для признания их недействительными является установление отличия истинной воли сторон от выраженной формально в сделке (Определения Верховного Суда РФ от 13.07.2018 N 308-ЭС18-2197, от 01.12.2015 N 22-КГ15-9, п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25).

Доказательств «транзитности» займов в материалы дела не представлено.

Между тем, материалами дела наличие у Компании умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели причинения вреда ответчику (отсутствие иных добросовестных целей), не подтверждается.

Доводы должника и Банка относительно аффилированности Общества и Компании рассмотрено судами при рассмотрении дел №А56-14130/2024 и №А56-14133/2024, которыми взыскана задолженность по договорам №08К042021 от 28.04.2021 и №14К060921 от 06.09.2021

Таким образом, фактически, ещё в период рассмотрения исковых заявлений в рамках дел №А56-14130/2024 и №А56-14133/2024 к требованиям Компании применён повышенный стандарт доказывания, идентичный стандарту доказывания в деле о банкротстве.

Апелляционный суд отмечает, что пункт акта выездной проверки относительно возможной аффилированности истца и ответчика, а также о фиктивности их взаимоотношений в представлении отсутствует, что свидетельствует о представлении сторонами документов в Управление Федерального казначейства, которое исключило аффилированность сторон и признало реальность взаимоотношений между сторонами.

В данном случае передача заемных денежных средств подтверждается безналичным банковским переводом, что свидетельствует о реальности заемных отношений и опровергает доводы кредитора о мнимости договоров займа.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы уже являлись предметом оценки судов при рассмотрении дел № А56-14130/2024 и №А56-14133/2024 и отклонены.

При изложенных обстоятельствах обжалуемый судебный акт является законным и обоснованным. Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по приведенным в ней доводам.  

Обществу предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины при обращении в суд с апелляционной жалобой, в связи с отказом в удовлетворении которой в соответствии со статьей 110 АПК РФ государственная пошлина подлежит взысканию в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьей 110, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.06.2025 по делу № А56-39674/2024/тр.12 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Эмзиор» в доход федерального бюджета 30 000 рублей государственной пошлины.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

А.Ю. Слоневская

Судьи

А.Ю. Сереброва

И.Ю. Тойвонен