АРБИТРАЖНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

426011, г. Ижевск, ул. Ломоносова, 5

http://www.udmurtiya.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А71- 15645/2021

22 декабря 2022 года

г. Ижевск

 

Резолютивная часть решения объявлена 15 декабря 2022 года

Полный текст решения изготовлен 22 декабря 2022 года

Арбитражный суд Удмуртской Республики в составе судьи Н.А. Трубицыной, при ведении протокола в письменной форме судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний «АИС» г. Ижевск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к ФИО2 с. Юкаменское Удмуртская Республика (ИНН 

<

***>) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ВИП» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата прекращения деятельности: 21.06.2021), в отсутствие представителей участвующих в деле лиц, 

у с т а н о в и л :

Общество с ограниченной ответственностью «Группа компаний «АИС» в лице конкурсного управляющего ФИО3 (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с иском к ФИО2 (далее – ответчик) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «В И П» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата прекращения деятельности: 21.06.2021).

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 18.11.2021 исковое заявление принято к производству, делу присвоен № А71-15645/2021.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 13.01.2022 суд в порядке статьи 137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признал дело подготовленным, назначил к судебному разбирательству на 02.03.2022. 

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 02.03.2022 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации удовлетворено ходатайство истца об уточнении исковых требований в части предъявленной ко взысканию с ответчика суммы 1160000 рублей. 

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 19.07.2022  в порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Н.В. Щетниковой, дело передано на рассмотрение судье Н.А. Трубицыной. 

Стороны явку представителей в судебное заседание не обеспечили, ответчик отзыв на иск, каких-либо заявлений, ходатайств в суд не направил.

Суд признал возможным провести судебное заседание на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о начавшемся судебном процессе, о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о принятии заявления к производству, о времени и месте судебного заседания на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «В И П» г. Ижевск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата прекращения деятельности: 21.06.2021) было зарегистрировано в качестве юридического лица 18.05.2011; директором и единственным участником  общества с размером доли 100 % уставного капитала общества являлся ФИО2 (выписка из ЕГРЮЛ, л.д. 20-27).

21.06.2021 в отношении общества с ограниченной ответственностью  «В И П» Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 11 по Удмуртской Республике в ЕГРЮЛ внесена запись ГРН 2211800202678 о прекращении юридического лица (исключении из ЕГРЮЛ юридического лица в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

Обращаясь с исковым заявлением, истец указал на то, что определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 22.03.2021 по делу № А71-9327/2019 признана недействительной сделка по перечислению денежных средств в размере 1160000 руб. в пользу ООО «В И П»; применены последствия недействительности сделки в виде обязания общества «В И П» возвратить в конкурсную массу обществу «Группа компаний «АИС» в указанном размере.

В целях принудительного исполнения указанного судебного акта взыскателю (истцу) был выдан исполнительный лист ФС № 026674961 от 28.06.2021. 

В добровольном порядке общество с ограниченной ответственностью «В И П» указанное определение суда не исполнило.

Ссылаясь на вышеназванные обстоятельства, ООО «Группа компаний «АИС» в лице конкурсного управляющего ФИО3 обратилось в арбитражный суд с настоящим иском о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «В И П» в размере 1160000 руб. 00 коп. (денежная сумма присужденная по вышеназванному делу № А71-9327/2019 С/1) на основании пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», ссылаясь на то, что возможность взыскания с общества с ограниченной ответственностью «В И П»  данной суммы задолженности утрачена из-за его исключения из ЕГРЮЛ, что произошло из-за недобросовестных и не разумных действий ответчика, не осуществлявших должный контроль за деятельностью общества, зная об обязательствах должника перед истцом и не принятия мер к погашению задолженности, прекращении процедуры исключения общества из ЕГРЮЛ, не обратился с заявлением о банкротстве при наличии признаков банкротства (п. 1 ст. 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», что привело к исключению общества из ЕГРЮЛ как недействующего при наличии непогашенной перед истцом задолженности.

Изучив материалы дела, оценив все доказательства в совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает заявленные требования  подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Пунктом 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что юридическими лицами могут быть организации, преследующие извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности (коммерческие организации) либо не имеющие извлечение прибыли в качестве такой цели и не распределяющие полученную прибыль между участниками (некоммерческие организации).

Гражданское законодательство, регламентируя правовое положение коммерческих корпоративных юридических лиц, к числу которых относятся общества с ограниченной ответственностью, также определяет, что участие в корпоративной организации приводит к возникновению не только прав, но и обязанностей (пункт 4 статьи 65.2 ГК РФ).

Согласно  2 статьи 62 ГК РФ, учредители (участники) юридического лица независимо от оснований, по которым принято решение о его ликвидации, в том числе в случае фактического прекращения деятельности юридического лица, обязаны совершить за счет имущества юридического лица действия по ликвидации юридического лица; при недостаточности имущества юридического лица учредители (участники) юридического лица обязаны совершить указанные действия за свой счет.

В случае недостаточности имущества организации для удовлетворения всех требований кредиторов ликвидация юридического лица может осуществляться только в порядке, предусмотренном законодательством о несостоятельности (банкротстве) (пункт 6 статьи 61, абзац второй пункта 4 статьи 62, пункт 3 статьи 63 ГК РФ). 

На учредителей (участников) должника, его руководителя и ликвидационную комиссию (ликвидатора) (если таковой назначен) законом возложена обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (статья 9, пункты 2 и 3 статьи 224 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

В соответствии с пунктом 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Закон № 129-ФЗ) юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из ЕГРЮЛ в порядке, предусмотренном указанным Федеральным законом.

В силу пункта 2 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ при наличии одновременно всех признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ.

В соответствии со статьей 64.2 ГК РФ считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из ЕГРЮЛ в порядке, установленном Законом о государственной регистрации юридических лиц, юридическое лицо, которое в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо). В таком же порядке из ЕГРЮЛ исключается юридическое лицо при наличии в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности (подпункт «б» пункта 5 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ). Таким образом, в силу действующего правового регулирования юридическое лицо, в отношении которого в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности  сведений, фактически ликвидируется как недействующее юридическое лицо. 

Из материалов дела следует, что общество «В И П» 21.06.2021 исключено из ЕГРЮЛ, как юридическое лицо в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечёт правовые последствия, предусмотренные ГК РФ и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам (пункт 2 статьи 64.2 ГК РФ).  

Исключение юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 Кодекса.

В пунктах 1-3 статьи 53.1 ГК РФ указаны следующие лица: лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени; члены коллегиальных органов юридического лица; лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным выше.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ, таковым лицом для общества «В И П» является ФИО2

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» исключение общества с ограниченной ответственностью из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном Федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства; в данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Данное положение направлено на защиту имущественных прав и интересов кредиторов общества и учитывает разумность и добросовестность действий лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, при рассмотрении вопроса о привлечении их к субсидиарной ответственности.

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданки ФИО4» указано, что предусмотренная названной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401 и 1064 ГК РФ, образовавшиеся в связи с исключением из единого государственного реестра юридических лиц общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности.

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота, а если долг общества возник перед потребителями - и к нарушению их прав, защищаемых специальным законодательством о защите прав потребителей.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13.03.2018 № 580-О, № 581-О и № 582-О, от 29.09.2020 № 2128-О и др.).

Само по себе то обстоятельство, что кредиторы общества не воспользовались возможностью для пресечения исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, не означает, что они утрачивают право на возмещение убытков на основании пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения.

В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд, непредставлении отзыва) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Контролирующее общество лицо не может быть привлечено к субсидиарной ответственности если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации (ее участников, контролирующих лиц), гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны указанных лиц в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные исключительные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности его руководителя (членов коллегиальных органов управления, лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица).

Из буквального толкования п. 3.1 ст. 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» следует, что необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на вышеуказанных лиц является наличие причинно-следственной связи между их неразумными и недобросовестными действиями и невозможностью исполнения обязательств общества перед его кредиторами.

Ответственность руководителя (иного контролирующего лица) перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Как указывалось ранее, и материалами дела подтверждено, что определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 22.03.2021 по делу № А71-9327/2019 признана недействительной сделка по перечислению денежных средств в размере 1160000 руб. в пользу ООО «В И П»; применены последствия недействительности сделки в виде обязания общества «В И П» возвратить в конкурсную массу обществу «Группа компаний «АИС» в указанном размере.

В целях принудительного исполнения указанного судебного акта взыскателю (истцу) был выдан исполнительный лист ФС № 026674961 от 28.06.2021. 

Таким образом, материалами дела подтверждено, что ФИО2 как директор и единственный участник общества «В И П» знал о наличии у общества непогашенных обязательств перед истцом, в том числе в связи с тем, что они установлены вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 22.03.2021, принятым по делу № А71-9327/2019 (С/1). 

Вместе с тем, ФИО2 не предпринял никаких действий к погашению задолженности.

   Более того, судом принято во внимание, что определением  Арбитражного суда Удмуртской Республики от 22.03.2021 по делу № А71-9327/2019 установлено, что обществом «В И П» не исполнялись требования суда о представлении письменного отзыва на заявление, равно как доказательства наличия оснований для совершения спорных платежей, доказательства предоставления встречного исполнения, а именно, конкретный договор, счета № 27 от 15.06.2018, № 31 от 25.06.2018, а также иные первичные документы, подтверждающие реальность правоотношений. Суд пришел к выводу, что спорное перечисление денежных средств произведено в отсутствие договорных правоотношений. поскольку встречного исполнения со стороны ООО «В И П» обществу «Группа компаний «АИС» не произведено, соответственно, сделка для ООО «В И П» являлась безвозмездной, и это предполагает его осведомленность об ущемлении интересов должника и его кредиторов. Суд признал, что ООО «В И П» не мог не знать о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов обществу «Группа компаний «АИС», а оспариваемые платежи совершены в отсутствие равноценного встречного представления, без наличия правовых оснований, направлены на безосновательный вывод денежных средств со счета должника. ООО «В И П» не мог не осознавать направленность совершаемой ими сделки на причинение вреда имущественным правам кредиторов. Целью совершения спорной сделки являлся вывод активов, исключительно с намерением причинить вред кредиторам.

Ответчик доводы истца не опроверг, доказательств разумности и добросовестности своего поведения, принятия мер к погашению задолженности общества перед истцом либо невозможности удовлетворения его требований в силу объективных причин в пределах риска предпринимательской деятельности суду не представили.

При отсутствии доказательств обратного, суд приходит к выводу о том, что именно ответчик являлся контролировавшим деятельность общества лицом и подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в размере кредиторской задолженности перед истцом.

Своим бездействием указанное лицо не сохранило правоспособность общества, что повлекло неисполнение вступившего в законную силу судебного акта, подлежащего в силу статьи 16 АПК РФ обязательному исполнению.

Истец также настаивает, что ответчик, как единственный участник общества, не осуществлял должного контроля за обществом, его бездействие является недобросовестными, выразившееся в не предоставлении документов при рассмотрении заявления о признании сделки недействительной, неисполнению обязанности по подаче заявления о признании ООО «В И П» банкротом, бездействию при признании недостоверными сведений в ЕГРЮЛ и дальнейшем исключении его из ЕГРЮЛ.

 В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации материалами дела обратное не подтверждено.

 Помимо прочего, согласно сведениям из ЕГРЮЛ 21.06.2021 в отношении ООО «В И П» внесена запись о прекращении юридического лица (исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности). Материалы дела не содержат в себе сведений о том, что ООО «В И П» подавало возражения против предстоящего исключения из ЕГРЮЛ.

Вместе с тем, действуя с должной степенью осмотрительности, ФИО2 вправе был обратиться в регистрирующий орган с возражением относительно ликвидации общества «В И П», а также предоставить в налоговый орган достоверные сведения об организации.

Так же судом принят во внимание довод истца на непринятие ответчиком мер по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества.

В соответствии с п. 1 ст. 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе, в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Исполнение руководителем обязанности по обращению в суд с заявлением должника о собственном банкротстве, как следует из статьи 9 Закона о банкротстве, не ставится в зависимость от того, имеются ли у должника средства, достаточные для финансирования процедур банкротства. По смыслу пункта 5 статьи 61, пункта 2 статьи 62 ГК РФ при недостаточности имущества должника на эти цели необходимые расходы могут быть отнесены на его учредителей (участников).

Данная обязанность ФИО2 не исполнена. 

Таким образом, бездействия ФИО2 противоречат основной цели деятельности коммерческой организации.

Бездействия директора, повлекшие исключение общества «В И П» из ЕГРЮЛ, лишили истца возможности взыскать задолженность с указанного общества в порядке исполнительного производства, а при недостаточности имущества - возможности участвовать в деле о банкротстве.

Проанализировав в совокупности и взаимной связи представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, учитывая, что именно на ответчика возлагается обязанность по доказыванию отсутствия связи между исключением юридического лица из ЕГРЮЛ и невозможностью исполнения обязательств общества «В И П» перед истцом, установив, что ответчиком в материалы дела не представлены доказательства того, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности ООО «В И П» предпринимательских рисков он действовал добросовестно и принял все меры для исполнения обществом обязательств перед своим кредитором, принимая во внимание, что факт возникновения задолженности общества перед истцом в заявленной сумме подтвержден вступившим в законную силу судебным актом, установив, что невозможность исполнения обязательств перед истцом обусловлена бездействием директора ФИО2, который факт отсутствия своей вины не доказал, суд приходит к выводу о доказанности совокупности условий, необходимых для привлечения указанного лица к субсидиарной ответственности в виде убытков.

Из материалов дела следует, что сведения об обращении в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц опубликовано истцом на сайте ЕФРСБ 28.10.2022 (л.д. 64). Иные лица, присоединившиеся к указанным требованиям, в суд не заявились.

Учитывая изложенное, руководствуясь приведенными правовыми нормами, принимая во внимание, что требование к ответчику предъявлено исходя из бездействий ответчика, как директора и единственного участника общества «В И П», определяющего экономическую деятельность общества, суд пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по долгам общества «В И П», в связи с чем, исковые требования подлежат удовлетворению.

С учетом принятого решения по делу и в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины относятся на ответчика и подлежат взысканию в доход федерального бюджета, поскольку при подаче заявления истцу предоставлялась отсрочка уплаты государственной пошлины.

В соответствии со статьей 169 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение арбитражного суда выполняется в форме электронного документа.

Согласно части 1 статьи 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь ст. ст. 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Удмуртской Республики,

Р Е Ш И Л :

1.  Исковые требования удовлетворить.

2. Взыскать с ФИО2 с. Юкаменское УР (ИНН 

<

***>):

2.1.в пользу общества с ограниченной ответственностью "Группа компаний "АИС" г. Ижевск (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) 1160000 руб.  в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью "ВИП" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, дата прекращения деятельности: 21.06.2021);

2.2. в доход федерального бюджета 24600 руб. 00 коп.   государственной пошлины. 

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Судья                                                          Н.А. Трубицына