ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-19593/2018

г. Челябинск

31 января 2019 года

Дело № А76-27214/2014

Резолютивная часть постановления объявлена 29 января 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 31 января 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Забутыриной Л.В.,

судей Тихоновского Ф.И., Хоронеко М.Н., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 30.11.2018 по делу № А76-27214/2014 о взыскании убытков (судья Бушуев В.В.).

В судебном заседании принял участие конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Инженерно-сантехнический альянс» ФИО3 (паспорт).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 24.11.2014 возбуждено производство по делу о банкротстве ликвидируемого должника общества с ограниченной ответственностью «Инженерно-сантехнический альянс» (далее – общество «ИнСантА», должник).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 26.12.2014 (резолютивная часть от 19.12.2014) общество «ИнСантА» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4, член некоммерческого партнерства саморегулируемой организации арбитражных управляющих «Южный Урал».

Определением арбитражного суда от 07.12.2015 (резолютивная часть от 30.11.2015) арбитражный управляющий ФИО4 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, конкурсным управляющим в отношении должника утвержден ФИО3, член ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Южный Урал».

Конкурсный управляющий ФИО3 (далее – заявитель) обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором с учетом принятых уточнений (л.д. 104-107), просил взыскать с бывшего руководителя общества-должника ФИО2 (далее – ответчик) убытки в размере 3 785 782 рублей.

Определением суда от 30.11.2018 (резолютивная часть от 28.11.2018) заявление удовлетворено.

С определением суда от 30.11.2018 не согласился ответчик, обратившись с апелляционной жалобой, в которой просил определение отменить, в удовлетворении требований конкурсного управляющего о взыскании убытков в сумме 3 785 782 рублей отказать.

По мнению заявителя, вопрос наличия вины в действиях ответчика ставится в зависимость от действий третьего лица, от того, рассчитается ли ФИО5 (приобретатель по сделке, признанной в деле о банкротстве должника недействительной) по требованию о взыскании с него данной задолженности. Доказательств того, что действия ответчика по продаже квартиры противоречили требованиям закона и были направлены в ущерб должнику, материалы дела не содержат. При рассмотрении заявления об оспаривании сделки ответчик по настоящему спору занимал активную позицию, направленную на взыскание задолженности с ФИО5 Должником произведено частичное погашение задолженности, в непогашенной части задолженность продается с открытых торгов. При таких обстоятельствах, у суда первой инстанции отсутствовали основания для взыскания с ответчика убытков в размере величины непогашенной задолженности ФИО5, поскольку данная задолженность не является безнадежной, реализуется с открытых торгов, в счет ее погашения в конкурсную массу могут поступить денежные средства. Суд обязан был отложить рассмотрение заявления конкурсного управляющего до момента завершения процедуры реализации данного права требования.

В судебном заседании апелляционной инстанции конкурсный управляющий указал на отсутствие оснований для отмены обжалуемого судебного акта, отметил, что договор купли-продажи дебиторской задолженности расторгнут по причине не оплаты цены договора покупателем, имущество предложено для расчетов в порядке отступного.

К материалам дела в порядке статей 66, 168, 262, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщены полученные судом самостоятельно из общедоступных источников Картотеки арбитражных дел - судебные акты, вынесенные по делу о банкротстве рассматриваемого должника: определение суда первой инстанции от 25.08.2017, постановление апелляционной инстанции от 29.11.2017, постановление кассационной инстанции от 22.02.2018, вынесенные по заявлению о признании сделки должника с ФИО5 недействительной, а также из Единого Федерального реестра сведений о банкротстве – публикации сообщений об итогах торгов и заключении договора купли-продажи, а также представленные конкурсным управляющим документы против доводов жалобы с учетом вопросов, заданных апелляционным судом (протокол собрания кредиторов от 28.01.2019, договор уступки от 14.09.2018 и соглашение от 24.10.2018 о расторжении договора уступки).

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного разбирательства уведомлены надлежащим образом, в том числе публично путем размещения информации в сети Интернет, в судебное заседание не явились, представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена судом в отсутствие  неявившихся  лиц.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судом и следует из материалов дела, между обществом «ИнСантА» в лице директора ФИО2 (продавцом) и ФИО5 (покупателем) 16.12.2011 заключен договор купли-продажи в отношении 7-ми-комнатной квартиры общей площадью 291,6 кв.м., расположенной по адресу: 

<

...> (л.д. 11). Цена по договору была определена сторонами в размере 3 800 000 рублей. 

Договор и переход права собственности на квартиру к покупателю прошли государственную регистрацию 20.12.2011.

При заключении оспариваемого договора от 16.12.2011 между должником и покупателем стороны согласовали условие о том, что оплата будет произведена покупателем в течение десяти дней после государственной регистрации договора. В связи с этим при государственной регистрации перехода права собственности была зарегистрирована ипотека в силу закона в пользу общества «ИнСантА».

Позднее, 08.02.2012 стороны договора обратились в регистрирующий орган с заявлениями о внесении записи о прекращении ипотеки в связи с исполнением обязательства (л.д. 77-83 т. 3).

По акту приема-передачи от 20.01.2012 ФИО5 передал обществу «ИнСантА» в лице директора ФИО2 в счет оплаты по договору простые векселя эмитента ОАО «Челябинвестбанк» серии А № 0299068 на сумму 3 500 000 рублей и серии А № 0299069 на сумму 300 000 рублей.

Определением суда от 24.11.2014 возбуждено производство по делу о банкротстве ликвидируемого должника общества «ИнСантА». Решением суда от 26.12.2014 (резолютивная часть от 19.12.2014) общество «ИнСантА» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства.

Вступившим в законную силу определением арбитражного суда от 25.08.2017 по настоящему делу о банкротстве (постановления апелляционной инстанции от 29.11.2017, кассационной инстанции от 22.02.2018) установлены факты безвозмездности сделки, а также факт передачи квартиры покупателю ФИО5 Так, арбитражный суд установил, что простые векселя эмитента ОАО «Челябинвестбанк» на сумму 3 500 000 рублей и на сумму 300 000 рублей со стороны ФИО5 обществу «ИнСантА» фактически не передавались; акт приема-передачи векселей от 20.01.2012 между ФИО5 и ФИО2 был подписан для цели создания видимости факта оплаты по договору от 16.11.2011. Этим же судебным актом, в связи с недоказанностью оплаты стоимости квартиры в размере 3 800 000 рублей и невозможностью возврата недвижимого имущества в конкурсную массу, суд взыскал с ФИО5 в пользу общества «ИнСантА» указанную денежную сумму, а также 6 000 рублей в счет возмещения расходов по уплате государственной пошлины. Названный судебный акт в силу пункта 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеет преюдициальное значение, а обстоятельства, установленные определением от 25.08.2017, не подлежат повторному доказыванию в настоящем споре.

При рассмотрении названного обособленного спора принимал участие в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в том числе и ФИО6.

В ходе исполнительного производства задолженность с ФИО5 была частично погашена в размере 20 217,49 рублей, остаток задолженности по исполнительному производству составляет 3 785 782,51 рублей; исполнительное производство окончено, исполнительный лист возвращен взыскателю (л.д. 108).

Полагая, что имеются основания для взыскания убытков с бывшего руководителя должника, конкурсный управляющий обратился в суд с рассматриваемым требованием.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылался на то, что в период исполнения ответчиком полномочий руководителя должника обществом была совершена сделка по отчуждению ФИО5 недвижимого имущества (квартиры) стоимостью 3 800 000 рублей. При этом, встречное предоставление со стороны покупателя, по убеждению заявителя, фактически не производилось, акт приема-передачи векселей был подписан при отсутствии хозяйственной операции. Впоследствии данные факты были установлены судом в определении от 25.08.2017 по настоящему делу о признании договора купли-продажи от 16.12.2011 недействительным. Судебный акт о признании сделки (договора купли-продажи) недействительным и взыскании с ФИО5 стоимости имущества, приобретенного по недействительной сделке, в размере 3 800 000 рублей не был исполнен ввиду отсутствия у данного лица какого-либо имущества. В связи с этим, по мнению конкурсного управляющего, убытки, связанные с отчуждением имущества должника по недействительной сделке подлежат возмещению за счет ответчика как лица, осуществлявшего в спорный период полномочия единоличного исполнительного органа.

Ответчик иск не признал, в представленном отзыве (л.д. 77-78) указывал на недоказанность причинения должнику убытков в результате действий (бездействия) ответчика. Ответчик ссылался на то, что оплата по договору купли-продажи квартиры от 16.12.2011 покупателем не производилась, акт приема-передачи векселей подписан сторонами без фактической передачи ценных бумаг.

Производство по настоящему обособленному спору приостанавливалось на срок до вступления в силу судебного акта по результатам рассмотрения заявления по сделке (с 19.12.2016 по 03.08.2018/возобновлено).

Удовлетворяя требования, суд первой инстанции исходил из доказанности совокупности условий для применения меры ответственности с учетом состоявшегося судебного акта о признании сделки недействительной.

Оснований для отмены судебного акта не имеется в силу следующего.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами, могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве.

Убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Из вышеуказанных положений законодательства и разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62, следует, что, обращаясь в арбитражный суд с требованием о взыскании убытков с единоличного исполнительного органа общества, истец должен доказать факт возникновения убытков, их размер, противоправность действий (бездействия) руководителя общества (их недобросовестность и (или) неразумность) и причинно-следственную связь между его действиями (бездействием) и возникшими убытками. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом (подпункт 5). 

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения. 

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица. Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В то же время директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

В рассматриваемом случае ответчик, будучи руководителем должника, совершил от имени должника сделку по отчуждению недвижимого имущества без оплаты, впоследствии представил в регистрирующий орган документы о проведении оплаты (в отсутствие реальности данного факта), что явилось основанием для снятия обременения. Позднее мер ко взысканию задолженности им также не принято. В результате данных действий из состава активов без какого-либо встречного предоставления выбыло ликвидное имущество, за счет реализации которого могли быть удовлетворены требования кредиторов. Соответствующая сделка признана недействительной в деле о банкротстве должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как совершенная с целью причинения вреда кредиторам. При этом, судебный акт по сделке в полном объеме не исполнен, из 3,8 миллионов рублей перечислено около 20 тысяч рублей.

В силу изложенного, суд первой инстанции  пришел к обоснованному выводу о том, что действия ФИО2, выразившееся в безвозмездном отчуждении недвижимого имущества общества, повлекли для должника убытки.

Судом первой инстанции обоснованно отмечено, что ответчик не привел каких-либо доводов, касающихся разумности и добросовестности своего поведения либо наличия обстоятельств непреодолимой силы, препятствовавших надлежащему исполнению обязанностей единоличного исполнительного органа общества-должника при совершении данной сделки. Таковых не приведено ни на стадии рассмотрения спора в суде первой инстанции, ни в ходе апелляционного пересмотра.

При этом, документального подтверждения возможности проведения расчетов покупателем по договору на момент совершения сделки, а также проверки ответчиком финансовой возможности проведения таких расчетов с учетом значительности цены сделки или принятия им мер к оформлению обеспечительных сделок не представлено.

Возможность возврата недвижимого имущества в конкурсную массу отсутствует, что установлено при признании сделки недействительной, а исполнение судебного акта в части применения последствий недействительности сделки в виде взыскания действительной стоимости выбывшего имущества произведено частично – на сумму 20 217,49 рублей с учетом того, что часть из них направлена на возмещение расходов по уплате государственной пошлины. 

При таких обстоятельствах, вину ответчика в наступлении для общества «ИнСантА» убытков следует считать установленной, а наличие причинной связи между действиями ответчика и наступившими негативными последствиями доказанной.

В отношении размера ответственности апелляционный суд отмечает следующее.

Размер ответственности определен как разница между стоимостью выбывшего имущества (3 800 000 рублей) и размером исполненного по судебному акту.

Документального подтверждения возможности проведения расчетов по исполнительному листу в разумные сроки с учетом того, что должник находится в процедуре конкурсного производства, не имеется.

При изложенных обстоятельствах, ссылки на то, что ответственность ответчика обусловлена поведением третьего лица, его активная позиция способствовала вынесению судебного акта по сделке, не принимаются. Данные обстоятельства сами по себе не исключают ответственности бывшего руководителя.

В отношении довода о факте реализации дебиторской задолженности с торгов, возможности поступления средств в счет ее погашения суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Как выше отмечено в результате проведения исполнительного производства на протяжении длительного периода времени в конкурсную массу средства поступили в незначительном размере в сравнении с размером самого долга.

К моменту вынесения обжалуемого судебного акта (28.11.2018) торги по продаже права требования в виде дебиторской задолженности ФИО5 в сумме 3 785 782,51 рублей уже состоялись (30.08.2018), победитель определен, с ним заключен договор купли-продажи от 14.09.2018 по цене 806 683,50 рублей (публикации на сайте ЕФРСБ от 03.09.2018 № 3000963, от 26.09.2018 № 3067799). 

Сведений о проведении расчетов по такой сделке, заключенной на торгах, не имеется. По информации самого конкурсного управляющего, документально подтвержденной, договор с покупателем расторгнут (соглашение от 24.10.2018), в связи с тем, что оплата по договору не произведена, собранием кредиторов от 28.01.2019 принято решение о передаче дебиторской задолженности Сюсель по отступному.

С учетом разъяснений, данных в последних двух абзацах пункта 16 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (применимых по аналогии к спорной ситуации), в случае поступления в конкурсную массу средств от реализации прав требований, вопрос по размеру мог быть урегулирован и на стадии исполнения обжалуемого судебного акта.

При изложенных обстоятельствах, препятствий к рассмотрению спора по существу не имелось, а обязанность отложить судебное разбирательство у суда не возникла (статья 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Кроме того, из материалов дела не следует, что суду делались подобного рода заявления (статьи 9, 65, 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Вопреки доводам подателя жалобы должник не получил возмещение своих имущественных потерь в полном объеме посредством принятия иных мер защиты, в связи с чем, оснований для отказа в удовлетворении требований не имелось. Доводы в данной части основаны на предположении.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены судебного акта и удовлетворения жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 30.11.2018 по делу № А76-27214/2014 оставить без изменения, апелляционную жалобу  ФИО2 – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции. 

Председательствующий судья        Л.В. Забутырина

Судьи:  Ф.И.  Тихоновский 

М.Н. Хоронеко