АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАЛУЖСКОЙ ОБЛАСТИ

248000, г. Калуга, ул. Ленина, д. 90; тел: (4842) 505-902; факс: (4842) 599-457; 

http://kaluga.arbitr.ru; е-mail: kaluga.info@arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

 

Дело №А23-2464/2023

13 сентября 2023 года

г.Калуга

Резолютивная часть решения объявлена 13 сентября 2023 года

Полный текст решения изготовлен 13 сентября 2023 года

 

Арбитражный суд Калужской области в составе судьи Масенковой О.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Платошиной А.И., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковомузаявлению общества с ограниченной ответственностью «Кондитерская фабрика «К-Артель» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 

<

...>, ком.82)

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП 304402924400089, ИНН 

<

***>, г.Калуга)

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 314774607801204, ИНН 

<

***>, г.Москва)

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак в размере 50 000 руб.,

при участии в судебном заседании:

от ответчика - представителя ФИО3 по доверенности от 24.07.2023, паспорт,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Кондитерская фабрика «К-Артель» (далее - истец, общество) обратилось в Арбитражный суд Калужской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее - ответчик, предприниматель) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №617716 в размере 50 000 руб.

Определением суда от 16.05.2023 дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со статьей 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В адрес суда 30.06.2023 от ответчика поступил отзыв на исковые требования.

Определением от 04.07.2023 суд перешел к рассмотрению искового заявления по общим правилам искового производства и привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, индивидуального предпринимателя ФИО2.

 

В судебном заседании представитель ответчика просила отказать в удовлетворении исковых требований, кроме того указала на чрезмерность заявленного размера компенсации по основаниям, изложенным в отзыве, просила снизить размер компенсации до 5 000 руб., поддержала ранее заявленное ходатайство о приобщении к материалам дела жевательную резинку в качестве вещественного доказательства.

Определением суда от 13.09.2023 к материалам дела в качестве вещественного доказательства приобщена жевательная резинка.

Истец и третье лицо в судебное заседание своих представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

В силу части 3 статьи 205 АПК РФ неявка участвующих в деле лиц не является препятствием для рассмотрения дела.

На основании положений статей 9, 65, 70 (часть 31), 123, 156, 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) дело рассмотрено по представленным доказательствам с учетом надлежащего извещения участвующих в деле лиц, установленного распределения бремени доказывания, доводов заявления, объема и существа возражений.

Изучив материалы дела, заслушав пояснения представителя ответчика, суд установил следующее.

Как усматривается из материалов дела, ООО «Кондитерская фабрика «К-Артель» (правообладатель) является обладателем исключительных прав на товарный знак №617716, что подтверждается свидетельством на товарный знак, зарегистрированным в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 29.05.2017, дата приоритета 03.12.2014, срок действия до 03.12.2024.

Как следует из видеозаписи, 20.10.2021 в торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...>, установлен и задокументирован факт предложения к продаже и реализации от имени ИП ФИО1 товара, обладающего техническими признаками контрафактности, - жевательной резинки, на упаковке которого размещено изображение, сходное до степени смешения с товарным знаком №617716.

Товарный знак №617716 зарегистрирован в отношении товаров, указанных в 29, 30 классах Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ). Спорный товар классифицируются как «Резинки жевательные» и относятся к 30 классу МКТУ. 

Факт реализации указанной продукции ответчиком подтверждается товарным чеком от 20.10.2021, а также спорным товаром и видеосъемкой, совершенной в целях и на основании самозащиты гражданских прав в соответствии со статьями 12 и 14 ГК РФ, и не оспаривается ответчиком.

Претензия истца, направленная в адрес ответчика, оставлена последним без ответа и удовлетворения, что послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Согласно статье 1225 ГК РФ результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе, товарные знаки и знаки обслуживания. Интеллектуальная собственность охраняется законом.

Пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В силу пункта 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ).

Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве (пункт 2 статьи 1481 ГК РФ).

Как следует из положений статьи 1482 ГК РФ, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

Пунктом 3 статьи 1484 ГК РФ установлено, что никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права. 

Согласно подпункту 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Статьей 1301 ГК РФ предусмотрено, что в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных данным Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

Истцом заявлено о взыскании с ответчика 50 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак №617716.

Ответчик представила отзыв, в котором указала на то, что спорная жевательная резинка была приобретена у ИП ФИО2, что подтверждается товарной накладной от 20.08.2021 №525, при этом продавцом была представлена декларация о соответствии товара, в связи с чем последний обязан нести ответственность за реализацию товара с использованием товарного знака №617716.

В пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 АПК РФ, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения.

Материалами дела подтверждается, что истец обладает исключительным правом на спорный товарный знак, в отношении которого было зафиксировано его нарушение ответчиком.

Соответственно, только у истца и его официальных лицензиатов имеются права по использованию товарного знака посредством продажи или иного отчуждения. Товар, реализованный ответчиком, не вводился в гражданский оборот истцом и (или) третьими лицами с согласия истца. Разрешение на такое использование товарного знака правообладателя путем заключения соответствующих договоров ответчик не получал, следовательно, его использование ответчиком в своей предпринимательской деятельности, в частности, при продаже товаров, в предложениях о продаже товаров, осуществлено незаконно - с нарушением исключительных прав правообладателя.

Приобретая товар для дальнейшей реализации, предприниматель обязана был убедиться в законности использования товарного знака, затребовать у продавца товара документы, свидетельствующие о разрешении правообладателя товарного знака на использование этого знака на товаре. Отсутствие запрета правообладателя не считается его согласием (разрешением) и что другие лица не могут использовать соответствующие результаты интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ.

При этом стоит отметить, что ответчик не лишен права предъявить регрессное требование к поставщику спорного товара.

Факт нарушения ответчиком прав истца на товарный знак путем реализации спорного товара подтвержден совокупностью представленных в материалы дела доказательств, в том числе, видеозаписью закупки спорного товара. 

В материалы дела представлены: кассовый чек, фотографии с изображением спорного товара, сам приобретенный товар. На кассовом чеке, выданным продавцом при реализации товара, имеется наименование индивидуального предпринимателя, что позволяет идентифицировать продавца. 

Факт реализации товара и выдачи кассового чека покупателю зафиксирован на видеозаписи, также предоставленной в материалы дела истцом. 

Ответчик в нарушение требований статьи 65 АПК РФ не представил доказательств реализации указанного товара на законных основаниях, доказательства наличия у него права использования спорного товарного знака, реализация товара осуществлена без согласия правообладателя и является нарушением его прав.

Таким образом, представленная совокупность доказательств подтверждает факт предложения ответчиком спорного товара к продаже и факт нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарный знак.

Довод ответчика о том, что  изображение, имеющееся на спорном товаре, не является сходным до степени смешения с товарным знаком истца, не принимается судом во внимание, исходя из следующего.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Сходство изобразительных и объемных обозначений согласно пункту 5.2 Методических рекомендаций по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных приказом Роспатента от 31.12.2009 №197 (далее - Методические рекомендации), определяется на основании следующих признаков: внешняя форма, наличие или отсутствие симметрии, смысловое значение, вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и т.д.), сочетание цветов и тонов.

Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Согласно пунктам 5.2.1, 5.2.2 Методических рекомендаций при определении сходства изобразительных и объемных обозначений наиболее важным является первое впечатление, получаемое при их сравнении. Именно оно наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями, которые уже приобретали такой товар. Поэтому, если при первом впечатлении сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ выявит отличие обозначений за счет расхождения отдельных элементов, то при оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым впечатлением.

Пунктом 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 №482 (далее - Правила), предусмотрено, что обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах.

Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Сходство обозначений для отдельных видов обозначений определяется с учетом требований пунктов 42 - 44 указанных Правил.

Согласно пункту 42 Правил словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам. Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

В силу пункта 44 Правил комбинированные обозначения сравниваются с комбинированными обозначениями и с теми видами обозначений, которые входят в состав проверяемого комбинированного обозначения как элементы. При определении сходства комбинированных обозначений используются признаки, указанные в пунктах 42 и 43 Правил, а также исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении.

При этом словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями, с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. Изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными обозначениями, с объемными обозначениями, с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы.

По смыслу нормы статьи 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца    товарного    знака    признается    использование    не    только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения. Для признания нарушения достаточно представить доказательства, свидетельствующие о вероятности смешения двух конкурирующих обозначений (правовая позиция, выраженная в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.07.2011 №2133). 

Согласно пункту 13 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 №122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта, не требует специальных познаний, и может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя, без назначения экспертизы. Обозначение является сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Оценив спорный товар, принимая во внимание восприятие товара с позиции рядового потребителя, арбитражный суд пришел к выводу о том, что обозначение «TURBO» на товаре, реализованном ответчиком, имеет сходства до степени смешения с товарным знаком, принадлежащему истцу по свидетельству №617716.

Сходство вышеуказанных словесных обозначений основано на фонетическом и семантическом сходстве, которое обусловлено близостью состава согласных и гласных звуков, их местом в составе обозначений.

Стоит отметить, что товарный знак №617716 и обозначение «TURBO» используются в отношении однородных товаров  30 класса МКТУ и содержат тождественные формулировки, что является обстоятельством, усугубляющем вероятность их смешения.

В пункте 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрены два типа компенсации, в равной мере применимых при нарушении исключительного права на товарный знак, и правообладатель вправе сделать выбор по собственному усмотрению. Размещение на контрафактных товарах обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком правообладателя, позволяет последнему по своему выбору требовать взыскания компенсации в размере, предусмотренном подпунктом 1 либо подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, в том числе в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

При определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем (пункт 35 Обзора судебной   практики   по   делам,    связанным   с   разрешением   споров   о   защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом ВС РФ 23.09.2015, пункт 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Определяя размер компенсации, суд учитывает, что правообладатель в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования средства индивидуализации, в том числе за каждый случай размещения товарного знака на одном материальном носителе (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.11.2012 №9414/12).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Из материалов дела усматривается, что истцом выбран способ определения компенсации из расчета от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Истец просит суд взыскать с ответчика компенсацию за нарушение исключительного права на товарный знак №617716 в сумме 50 000 руб.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданского кодекса Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

В разъяснениях, содержащихся в пунктах 43.2, 43.3 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 №5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков. Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем 2 статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 43, 43.2, 43.3 вышеуказанного постановления Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ, применяя положения статей 1299 - 1301, 1309 -  1311,  1515,  1537 Гражданского кодекса РФ о взыскании компенсации, суды должны учитывать, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Таким образом, определение окончательного размера компенсации, подлежащей выплате в пользу истца, является прерогативой суда, который при этом исходит из обстоятельств дела и представленных доказательств, оцениваемых судом по своему внутреннему убеждению. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

При определении размера компенсации суд, учитывая разъяснения, данные в пунктах 64, 68 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», принимает во внимание характер допущенного нарушения, нарушение исключительных прав истца не носило грубый характер, отсутствие доказательств неоднократности совершения ответчиком аналогичных нарушений, отсутствие доказательств причинения каких-либо значительных убытков вследствие неправомерных действий ответчика, стоимость реализованного ответчиком товара, исходя из принципов разумности, обоснованности и соразмерности компенсации последствиям допущенного нарушения, признает заявленную истцом сумму компенсации в размере 50 000 руб. несоразмерной допущенному ответчиком нарушению, и подлежащей уменьшению до минимального размера компенсации, предусмотренного подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, до 10 000 руб.

Ответчик в отзыве также заявил о снижении заявленного истцом размера компенсации ниже низшего до 5 000 руб., суд не усматривает оснований для такого снижения, исходя из следующего.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 №28-П, возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301 и 1515 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях: убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Таким образом, снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается на ответчика.

Заявляя о том, что размер требуемой истцом компенсации не отвечает требованиям разумности и справедливости, ответчик не доказал необходимость ее снижения, в том числе не представил доказательств, подтверждающих проявление должной осмотрительности по проверке введения реализованного товара в гражданский оборот правообладателем или с его согласия.

Кроме того, с ответчика в пользу истца на основании статей 110, 112 Арбитражного процессуального кодекса РФ подлежат взысканию судебные издержки пропорционально удовлетворенным требованиям 400 руб. в счет возмещения судебных расходов по оплате государственной пошлины, 24,4 руб. почтовых расходов, 40 руб. расходов на получение выписки из ЕГРИП, 2 руб. в счет стоимости спорного товара.

В качестве доказательств несения расходов на фиксацию правонарушения в размере 5 000 руб. истцом представлены:

- договор на оказание услуг (субагентский договор) от 19.03.2021;

-  акт о выполненных работах от 30.11.2021 №9, в котором указан перечень нарушителей, в том числе ИП ФИО1 (п.20), и стоимость вознаграждения - 5 000 руб. за каждую фиксацию покупки;

- платежное поручение от 22.11.2021 №1330 на сумму 100 000 руб.

По условиям пункта 1.1 договора на оказание услуг (субагентский договор) от 19.03.2021 индивидуальный предприниматель ФИО4 (ОГРНИП 321527500008631) (исполнитель) обязуется оказать обществу с ограниченной ответственностью «Медиа-НН» (заказчику) транспортные услуги с целью проведения мониторинга и фиксации оптовых и розничных торговых точек на предмет установления фактов нарушения прав на объекты интеллектуальной собственности, принадлежащие правообладателю, а заказчик обязуется принять и оплатить такие услуги.

Таким образом, предметом договора определено оказание транспортных услуг, а не услуг по фиксации правонарушения - получения доказательства для обращения в суд.

Транспортные услуги в силу положений глав 40, 41 ГК РФ охватывают услуги: железнодорожного транспорта; автомобильного транспорта; внутреннего водного транспорта; морского транспорта; воздушного транспорта; городского электрического транспорта (трамвай, троллейбус, метрополитен); прочих видов транспорта (услуги гужевого транспорта, фуникулерного, кабельного, подъемного, за исключением подвесных дорог и лыжных подъемников на лыжных курортах и центрах отдыха и так далее). В объем транспортных услуг включаются: услуги по перевозке пассажиров; услуги по перевозке грузов для населения; услуги транспортной экспедиции и прочие услуги, связанные с оформлением перевозочных документов, обработкой грузов и предоставлением информации о перевозках.

Никакие из представленных истцом документов не подтверждают оказание исполнителем ФИО4 транспортных услуг и относимость их к рассматриваемому спору в качестве судебных (транспортных) расходов.

Арбитражное процессуальное законодательство связывает право на возмещение расходов не с представлением документа, а с фактом несения расходов, под которыми понимаются реальные затраты на оплату соответствующих услуг, относимых и необходимых для заявления требований.

Субагентский договор транспортных услуг заключен во исполнение заключенных «заказчиком» - ООО «Медиа-НН» договоров с ООО «К-Артель», которые не представлены, их содержание, природа, необходимость привлечения субагента истцом не подтверждены.

Суд критически относится к доказательствам по исполнению и фактическому несению расходов в размере 5 000 руб. в качестве судебных, поскольку в материалы дела не представлены доказательства их фактического несения непосредственно истцом (оплата произведена обществом с ограниченной ответственностью «Медиа-НН», а не истцом).

При этом суд отмечает, что необходимость мониторинга ификсации оптовых и розничных торговых точек для обращения с настоящим иском в суд отсутствует. Требования законодательства не ставят в зависимость и не обуславливают возможность обращения с настоящим иском в суд от получения видеозаписи торговой точки, покупки товара.

Как указано выше договор розничной купли-продажи подтверждается с достаточностью чеком. Аудио- или видеозаписи являются допустимыми доказательствами, но не исключительно необходимыми.

Как разъяснено в пунктах 2, 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы, понесенные до обращения в суд признаются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек (статьи 94, 135 ГПК РФ, статьи 106, 129 КАС РФ, статьи 106, 148 АПК РФ).

Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

В настоящем споре истцом указанная невозможность реализации права на обращение в суд без заключения договора услуг (субагентского договора)  с ФИО4 не доказана. Реализация истцом права на обращение в суд от данных услуг и расходов не зависела.

Иное толкование означало бы нарушение баланса интересов сторон, допуская возложение на проигравшую сторону обязанности по компенсации расходов, фактически не относимых к рассматриваемому спору, не понесенных другой стороной.

С учетом изложенного требование истца в части взыскании с ответчика расходов на фиксацию правонарушения в размере 5 000 руб. удовлетворению не подлежат.

Согласно части 2 статьи 168 АПК РФ арбитражный суд при принятии решения устанавливает дальнейшую судьбу вещественных доказательств, представленных в материалы дела.

Как указывалось выше, при обращении с иском в суд истец представил в качестве вещественного доказательства приобретенный у ответчика товар -жевательную резинку.

Согласно пункту 4 статьи 1252 ГК РФ случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены этим кодексом.

Соответствующая позиция изложена в пункте 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Поскольку в ходе судебного разбирательства суд пришел к выводу, что на вещественном доказательстве выражено средство индивидуализации, нарушающее исключительное право истца, то оно является контрафактным и на основании части 3 статьи 80 АПК РФ не может находиться во владении отдельных лиц.

На основании изложенного, процессуальные основания для осуществления возврата истцу приобщенной к материалам дела контрафактной продукции отсутствуют, представленное в материалы дела вещественное доказательство подлежит уничтожению после вступления в законную силу настоящего решения.

Кроме того, ответчиком также в качестве вещественного доказательства в материалы дела представлена жевательная резинка, которая подлежит возвращению последнему.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167-170, 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП 304402924400089, ИНН 

<

***>, г.Калуга) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Кондитерская фабрика «К-Артель» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 

<

...>, ком.82) 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак №617716, 400 руб. в счет возмещения судебных расходов по оплате государственной пошлины, 24,4 руб. почтовых расходов, 40 руб. расходов на получение выписки из ЕГРИП, 2 руб. в счет стоимости спорного товара.

В остальной части исковых требований - отказать.

Уничтожить вещественное доказательство - жевательную резинку, после вступления в законную силу настоящего решения.

Вещественное доказательство - DVD-диск с записью процесса приобретения спорного товара хранить в материалах дела.

Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО1 вещественное доказательство - жевательную резинку, после вступления в законную силу настоящего решения.

Решение может быть обжаловано в течение одного месяца со дня его принятия в Двадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи жалобы через Арбитражный суд Калужской области.

 

Судья                                                                                                            О.А. Масенкова